WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |

«ТРУДЫ АРХАНГЕЛЬСКОГО ЦЕНТРА РУССКОГО ГЕОГРАФИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА Сборник научных статей Выпуск 3 Архангельск УДК ББК Печатается по решению Учёного совета Архангельского центра Русского географического ...»

-- [ Страница 1 ] --

Архангельский центр

Русского географического общества

ТРУДЫ

АРХАНГЕЛЬСКОГО ЦЕНТРА

РУССКОГО ГЕОГРАФИЧЕСКОГО

ОБЩЕСТВА

Сборник научных статей

Выпуск 3

Архангельск

УДК

ББК

Печатается по решению Учёного совета Архангельского центра

Русского географического общества

Составители: В.А. Любимов, В.А. Сметанин

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:

канд. геогр. наук

Л.Ю. Васильев, канд. истор. наук К.С. Зайков, канд. геогр. наук В.С. Кузнецов, Г.А. Лепин, В.А. Любимов (отв. ред.), д-р геогр. наук Иг.В. Мискевич, д-р. с.-х. наук В.Ф. Цветков, д-р мед. наук М.Х. Шрага Статьи представлены в авторской редакции

Труды Архангельского центра Русского географического общества:

Сборник научных статей. Выпуск 3. – Архангельск: Архангельский центр Русского географического общества, 2015. – 406 с.: ил., фот., рис., табл .

ISBN 978-5-7536-0447-7 Агентство CIP Архангельской ОНБ Предлагаемый читателю сборник состоит из трёх разделов. Открывают его материалы освещающие деятельность Арктического плавучего университета и статьи посвящённые 70летию Великой Победы. В первый раздел входят работы действительных членов Русского географического общества. Во второй раздел входят материалы научно-практической конференции, посвященные 95-летию со дня рождения Фёдора Александровича Абрамова «ПРОРОК РУССКОЙ СУДЬБЫ», прошедшие 28 февраля 2015 г. в деревне Веркола Пинежского района. В третий раздел входят материалы первых Макаровских историкокраеведческих чтений «ЗЕМЛЯ ПЛЕСЕЦКАЯ: ГОДЫ,СОБЫТИЯ, ЛЮДИ», прошедших в посёлке Плесецк Плесецкого района 1-2 октября 2015 г .



Финансирование издания осуществлялось за счет средств, полученных от Всероссийской общественной организации «Русское географическое общество» в рамках проекта по Договору № 50/2015-Р о предоставлении гранта РГО от 05 мая 2015 г .

(руководитель к.г.н. Л.Ю. Васильев) .

УДК ББК ISBN 978-5Арханг. центр Всерос. общест. орган .

«Русское географическое общество», 2015 © ОАО «Соломбальская типография», 2015

«ПОСТИГАЯ РУССКУЮ АРКТИКУ»

ОБ ИТОГАХ МЕЖДУНАРОДНОЙ КОМПЛЕКСНОЙ

НАУЧНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ЭКСПЕДИЦИИ

«АРКТИЧЕСКИЙ ПЛАВУЧИЙ УНИВЕРСИТЕТ – 2015»

Л.Ю. Васильев, К.С. Зайков, Л.Н. Драчкова ФГБУ «Центральное УГМС», Москва, fregat128@rambler.ru, Северный (Арктический) федеральный университет им. М.В. Ломоносова, Архангельск, k.zaikov@narfu.ru, l.drachkova@narfu.ru С целью усиления российского научного присутствия в регионе и подготовки арктических специалистов, начиная с 2012 года, Русским географическим обществом (Архангельским центром РГО) совместно с Северным Арктическим федеральным университетом имени М.В. Ломоносова (САФУ), и Росгидрометом (Северное УГМС) ежегодно реализуется морской научно-образовательный проект «Арктический плавучий университет», осуществляемый в высоких широтах на борту научно-экспедиционного судна «Профессор Молчанов» [1]. Участвуя в морских экспедициях и научных десантах на арктические острова, молодые ученые и студенты проводят комплексные научные исследования, приобретают необходимые практические знания, необходимые для будущей работы в высоких широтах. При этом, в ходе экспедиций, многие из них получают незабываемые впечатления о красоте и величии русской Арктики, влюбляются в Заполярье, становясь настоящими патриотами России, готовыми нести ответственность за её будущее .





Рис. 1. Проводы 1 июля 2015 г. НИС «Профессор Молчанов» в рейс в Арктику по проекту «Арктический плавучий университет».

На переднем плане:

зам. председателя Архангельского центра РГО, д.г.н. И.В. Мискевич и почётный член Архангельского центра РГО, к.с.-х.н. Л.А. Варфоломеев .

Ежегодно проект «Арктический плавучий университет» получает грантовую поддержку Русского географического общества. На средства грантов были приобретены приборы и оборудование для производства гидрометеорологических работ и наблюдений .

Несмотря на неослабевающий интерес к Арктике в целом, понятие Русская Арктика сегодня требует активного позиционирования, как в стране, так и за её пределами. В связи с этим в 2015 году проект «Арктический плавучий университет», наряду с решением научнообразовательных задач, был направлен и на распространение знаний о ведущей роли России в открытии и освоении принадлежащих ей сегодня арктических территорий, о научной, промышленной деятельности, о современном инфраструктурном и социальноэкономическом развитии региона [2] .

В 2015 году в экспедиции АПУ приняло участие 57 человек из 25 научноисследовательских, научно-образовательных и производственных учреждений. 9 участников представляли 8 зарубежных научно-образовательных организаций из (Финляндии, Дании, Германии, Испании, Исландии, Канады, США и Бразилии). Перечисленные данные свидетельствуют что проект продолжает успешно развиваться в международном научнообразовательном пространстве Арктического региона Экспедиция продолжалась 20 суток (с 1 по 20 июля 2015 года), маршрут выглядел следующим образом: Архангельск – Соловецкие острова (рис. 2) – о. Колгуев – мыс Белый Нос – поселок Варнек – Русская гавань (Новая Земля) – мыс желания (Новая Земля) – о .

Хейса (Земля Франца-Иосифа) – о. Чамп (Земля Франца-Иосифа) – о. Гукера – Нортбрук (Земля Франца-Иосифа) – о. Сосновец – Архангельск [3] .

Рис. 2. Почвенно-химический блок за работой. Соловецкий архипелаг .

Экспедиционные работы состояли из образовательного и научно-исследовательского кластеров .

Образовательный кластер экспедиции «Арктический плавучий университет 2015» был основан на изучении фундаментальных естественнонаучных и гуманитарных дисциплин, приобретении умений и навыков проведения практических работ и лабораторных исследований на базе современных методик анализа статистической, математической, картографической, ГИС информации, а также полевых научных исследований в экспедиционных условиях, знаний техники безопасности и безопасности жизнедеятельности, действующих норм, правил и стандартов при проведении полевых и лабораторных работ, принципов составления научно-технических отчетов, пояснительных записок, обзоров и заключений. Общая трудоемкость образовательной программы каждой экспедиции в 2015 году составила 19 зачетных единиц (684 часа), более чем в 3 раза превысив прошлогоднюю .

Образовательная программа предусматривала еженедельную отчетность в виде научных сессий, на которых участники подводили промежуточные итоги исследований (рис .

3) .

Рис. 3. Студенты на обсуждении промежуточных итогов исследований .

Учебно-методической подготовкой молодых исследователей на НИС «Профессор Молчанов» занимались руководители научных блоков из числа участников экспедиции, среди которых были преподаватели Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова (рис. 4), научные сотрудники Института географии РАН, Института экологических проблем Севера Уральского отделения Российской академии наук, работники Северного управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, а также приглашённые преподаватели и научные сотрудники из Канады и Бразилии .

Научно-исследовательский кластер был ориентирован на организацию и проведение комплексного мониторинга состояния арктической окружающей среды и изучение природных явлений Арктики в условиях глобального изменения климата .

В ходе рейса экспедиции были проведены многочисленные полевые исследования, результаты которых имеют большое научно-практическое значение в области изучения российского сектора Арктики. В частности, проведены, ставшие уже традиционными, комплексные (океанографические, метеорологические, гидрохимические) наблюдения на океанографических станциях 3-х вековых океанографических разрезов в Белом море, отобрано 265 проб воды. Полевыми группами биогеохимического блока произведен отбор проб бурых водорослей на архипелаге Соловки .

Следует отметить важность научных изысканий полевой группы зоологов, которыми в ходе рейса произведен учет птиц и млекопитающих в районах высадок, картированы гнезда, колонии и места встреч выводков птиц и млекопитающих, произведена визуальная оценка популяции леммингов. Всего исследователями зарегистрировано 53 вида птиц и 10 видов млекопитающих. Полученные данные будут представлены для внесения в международный банк данных по условиям размножения «ПТИЦЫ АРКТИКИ» .

Рис. 4. Лекция-занятие по истории освоения Арктики на НИС «Профессор Молчанов», ведёт к.и.н. К.С. Зайков .

Благодаря слаженной работе всех полевых групп, а также проведению комплексных научно-практических изысканий получен обширный материал для создания серии крупномасштабных тематических карт. На составленных по результатам полевых работ топографических основах с использованием материалов исследований отображены результаты исследований биологического, почвенного и историко-географического (историко-культурного) направлений .

Кроме того, собран материал для ранжирования и оценки чувствительности береговой линии островов и архипелагов Западного сектора Российской Арктики к нефтяному загрязнению типов берегов исследуемой территории и последующему построению интерактивных карт и баз данных чувствительности береговой линии .

Особую важность представляют результаты проведенных работ по фиксации новых археологических и историко-культурных объектов, а также мониторинг объектов, описанных в ходе экспедиций МАКЭ 1995-2009 гг.: остров Вайгач (рис. 5), Северный остров Новой Земли, Оранские острова и ряд островов архипелага Земля Франца-Иосифа.

Работа проведена более чем на 50 объектах историко-культурного наследия, сделана подробная фото и видеофиксация, составлены топографические планы, собран обширный подъемный материал .

Помимо работ полевых групп, следует отметить также, что на борту НИС «Профессор Молчанов» проведено более 1200 физиологических, психофизиологических и психологических исследований. Полученные данные помогут улучшить понимание физиологических процессов, происходящих в организме человека при трансширотном плавании в условиях Арктики. Это позволит оптимизировать профилактические и реабилитационные мероприятия для сохранения и укрепления здоровья моряков, что в свою очередь приведет к повышению работоспособности и увеличению эффективности трудовой деятельности морских специалистов .

Рис. 5. Возвращение на НИС «Профессор Молчанов» после полевых работ на о. Вайгач .

Таким образом, полученные результаты рейса 2015 года несомненно являются логическим продолжением научных работ, проведенных экспедицией «Арктический плавучий университет» в Белом, Баренцевом и Карском морях в 2012 – 2014 гг. Широкий охват комплексными научно-практическими исследованиями территорий арктических островов и акваторий морей позволил существенно расширить информационноаналитическую базу проекта «Арктический плавучий университет» для дальнейшего мониторинга природных и антропогенных процессов и явлений в Арктике. По итогам экспедиционных работ 30 сентября 2015 года была проведена отчетная научно-практическая конференция студентов и аспирантов, а также в печать направлен итоговый научный отчет по результатам экспедиции .

На научной конференции по итогам работы Архангельского центра РГО будет представлен подробный отчет по итогам экспедиции «АПУ-2015» .

Экспозиция по проекту «Арктический плавучий университет» будет также показана на выставке, посвященной 170-летнему юбилею Русского географического общества в Центральном доме художников в ноябре 2015 года .

___________

1. Кудряшова Е.В., Зайков К.С., Бызова Н.М. Экспедиционная деятельность Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова // Арктика: экология и экономика. 2015. № 2 (18). С. 45-51 .

2. Электронный ресурс http://narfu.ru/science/expeditions/floating_university/2015/ .

3. См. там же .

–  –  –

Архангельский государственный медицинский институт (АГМИ, в н. вр. – Северный государственный медицинский университет, СГМУ) был открыт в 1932 г. (рис. 1) с целью улучшения медико-санитарного обслуживания в сфере лесопромышленного комплекса Северного края. Профессорско-преподавательский состав молодого вуза формировался из крупных специалистов, проверенных в центральных институтах страны. Быстрыми темпами развивалась материально-техническая и научно-исследовательская базы, постоянно наращивалась военно-спортивная подготовка среди студентов и сотрудников АГМИ. Все это позволило достаточно быстро перестроиться на работу в условиях военного времени .

Рис.1. Здание Архангельского государственного медицинского института. 1937 г .

Оперативность АГМИ объяснялась тем, что ранее ряд кафедр вуза уже был задействован в военной подготовке врачей в период Советско-финляндской кампании .

Студенты и выпускники АГМИ, среди которых был будущий академик Н.М. Амосов, принимали участие в работе архангельского госпиталя № 191, оказывая медицинскую помощь и оперируя военнослужащих, пострадавших в борьбе с врагом в 1939-1940 гг.[1] .

С первых дней Великой Отечественной войны (ВОВ) Архангельск стал научно-исследовательским центром госпитальной базы Северного, правого крыла Северо-Западного и Карельского фронтов, Северного флота [2]. В военные годы АГМИ возглавлял П.П .

Ерофеев (рис. 2), который, по воспоминаниям коллег, был отличным руководителем и большим ученым [15]. Одновременно с выполнением административно-организационной работы он проводил высококвалифицированные патологоанатомические консультации в архангельских эвакогоспиталях и по материалам военных лет защитил докторскую диссертацию на тему «Патологическая анатомия Рис. 2. П.П. Ерофеев, директор АГМИ в военные годы 8 туберкулеза центральной нервной системы). При его содействии в здании института расположилась типография военной газеты [5] .

В связи с началом войны подготовка врачебных кадров продолжилась по сокращенной (ускоренной) учебной программе. Возник дефицит преподавательских кадров, т.к. многих мобилизовали в РККА – Б.А. Баркова, Ф.В. Головлева, Г.Ф. Николаева, В.И .

Соколова, Я.М. Криницкого; анатомов Ф.П. Маркизова, И.И. Паторжинского, Н.А. Попова;

биолога О.В. Бранда; биохимиков В.Б. Фридлянда, М.Д. Киверина; терапевтов В.Я .

Добровенского, Н.М. Лебедева и др., ушедших на фронт [25] .

Несмотря на недостаток преподавателей, учебная и научно-исследовательская работа в вузе не прекращалась. Условия для обучения и работы в военные годы были чрезвычайно сложными: не хватало бумаги, реактивов, аппаратуры; трудно было достать экспериментальных животных и прокормить их. Ряд преподавателей нашли время завершить и защитить диссертации. В 1942, 1943 и 1945 гг. изданы сборники трудов; в 1942, 1944, 1945 гг. выпущены тезисы научных сессий АГМИ. Вышли отдельные издания: «Гигиена похода», «О переливании крови», «Доврачебная медицинская помощь при ожогах», «Доврачебная помощь раненому», «Черепные и черепно-мозговые ранения (на опыте работы тылового эвакогоспиталя)» и другие. Большое количество статей было опубликовано в центральных медицинских журналах: «Клиническая медицина», «Вопросы нейрохирургии», «Советская медицина», «Военно-медицинский журнал» [22]. Архангельские ученые выступали с программными научными докладами на заседаниях Ученого медсовета НКЗ, были введены в состав некоторых комиссий при НКЗ, принимали участие в работе всесоюзных и республиканских конференций [2] .

Научная работа проводилась даже на фронте. Яркий пример – Б.А. Барков, ведущий хирург ХППГ № 2191 1-й армии в период между боями в 1944 г. успешно защитил кандидатскую диссертацию на заседании Учёного совета 2-го Московского мединститута [17]. Некоторые диссертации и научные исследования были засекречены, рассматривались на закрытых заседаниях, а их разработчики получали высокие государственные награды .

Рис. 3. Оперирует профессор Г.А. Орлов. 1940-е гг .

К концу 1941 г. в области был уже развернут 31 госпиталь на 16 тысяч коек. Всего за годы ВОВ в области функционировало 35 госпиталей. При Архангельском облздравотделе был организован отдел эвакогоспиталей, который возглавляли выпускники АГМИ. Наиболее продолжительный период отделом заведовала Ф.И. Шарапова. Преподаватели мединститута вели большую организаторскую работу в отделе госпиталей и консультативную деятельность в госпиталях военного округа и других лечебно-профилактических учреждениях области. Профессор Г.А. Орлов (рис. 3) исполнял обязанности главного хирурга отдела госпиталей [6]. Профессор С.И. Елизаровский совмещал ведение педагогического процесса с исполнением обязанностей хирурга-консультанта отдела госпиталей. Ассистент кафедры госпитальной терапии Е.М. Зверев, заведующий кафедрой физкультуры доцент Г.И. Красносельский, заведующий кафедрой нервных болезней профессор В.В. Михеев и другие стали главными специалистами отдела госпиталей;

заведующий кафедрой гигиены доцент С.П. Сперанский – санитарным инспектором [16] .

Обязанности главного терапевта области принял на себя по совместительству зав .

кафедрой госпитальной терапии профессор Н.Н. Дьяков. Обязанности главного хирурга области исполнял также по совместительству завкафедрой госпитальной хирургии профессор Г.М. Давыдов. Постоянную консультативную помощь госпиталям оказывали профессора Г.Г. Логинов, И.З. Талалов, М.С. Туркельтауб; доценты Д.В. Никитин, В.А .

Ведерников; ассистенты С.А. Мациевский, К.М. Гаврилова и др. Заведующий кафедрой факультетской терапии, доцент А.И. Миркин, на протяжении всего периода войны являлся главным терапевтом военного округа [25]. Научные исследования ученых АГМИ в период войны имели большую практическую ценность. Кроме архангельского населения в медицинской и социальной помощи нуждались прибывшие с оккупированных территорий и другие категории граждан. Город оказался на 2-м месте по смертности после блокадного Ленинграда, в связи с чем медицинские открытия были особенно актуальными и востребованными. Опыт северян использовался в других регионах, особо активно в пищевую и фармацевтическую промышленность внедрялись беломорские водоросли [24] .

Врачи Г.А. Орлов и С.И. Елизаровский разработали способ сшивания поврежденных нервов специально обработанными нервными трансплантатами, который был одобрен главным хирургом Советской Армии Н.Н. Бурденко. Архангельский хирург В.Ф. Цель проводил пластические операции при трофических язвах и незаживающих ранах нижних конечностей, о чем с благодарностью вспоминали и зарубежные коллеги – участники союзных конвоев [2] .

Профессор А.П. Татаров, доцент А.И. Ведринский и сотрудница водорослевой лаборатории К.П. Гемп начали изучать возможности использования в пищу морских водорослей. [11]. За небольшой период времени они определили пищевые качества водорослей и возможность приготовления из них различных блюд, разработали рецептуру приготовления. На агаровом заводе создали специальный цех по переработке водорослей .

Продукты с добавлением морских водорослей стали широко применяться в системе общественного питания города [24] .

Заведующий кафедрой общей химии, доцент А.И .

Ведринский (рис. 4) с сотрудниками изучал коллоиднохимические свойства альгиновой кислоты и ее солей, методы практического применения альгинатов, получаемых из водорослей и морской травы Белого моря. Разработанная ими технология получения альгиновой кислоты и ее солей нашла широкое применение в промышленности термоизоляционных материалов [9] .

Доцент А.И. Ведринский организовал выработку клея из водорослей и нерастворимых пленок «альгофан», напоминающих по своим свойствам целлофан. Из беломорских водорослей был получен зоостерат натрия (пектиноподобное вещество), который с успехом применялся для лечения детей с желудочно-кишечными заболеваниями; в дерматологической практике в качестве мазевой основы использовался альгинат Рис. 4. А.И. Ведринский, зав .

кафедрой общей химии АГМИ в натрия. Учеными была предложена мазь (альгинат) из 1941-1963 гг .

альгиновой кислоты, которая широко применялась при лечении ожогов всех степеней. На кафедре кожных болезней профессор И.З. Талалов также предложил экономичные способы приготовления мазей [18] .

Профессор Ю.В. Макаров в клинике детских болезней применял новые препараты, изготовленные из морских водорослей (альгинат и зоостерат натрия), для лечения детей с острыми желудочно-кишечными заболеваниями [19]. Особенно широко использовался препарат для детей, прибывших из блокадного Ленинграда. В клинике были разработаны новые принципы лечения детей с истощением и рахитом [21] .

С осени 1941 г. научные работники мединститута стали проводить комплексное изучение клиники и патогенеза авитаминозов, в частности цинги, пеллагры и алиментарной дистрофии. Одновременно ими изыскивались средства профилактики и лечения этих заболеваний .

Сотрудники кафедры педиатрии научно обосновали методы профилактики нарушений питания в условиях недостатка продовольствия, лечения тяжелых форм дистрофии и рахита у детей, эвакуированных из блокадного Ленинграда в Архангельскую область [20]. Эти исследования легли в основу кандидатских диссертаций М.В. Пиккель и Т.П. Левитиной [12] .

Под руководством профессора И.И. Матусиса на кафедре биохимии была разработана методика получения витамина С из хвои сосны и определена его суточная потребность для взрослых и детей. Была создана специальная установка для изготовления витаминного настоя хвойного экстракта, и на ее основе – «витаминные цеха» при пищевых предприятиях области, в лечебных учреждениях и госпиталях [14] .

Профессор Н.Н. Дьяков и сотрудники кафедры госпитальной терапии изучили влияние аскорбиновой кислоты, выделенной из хвои, при лечении больных с авитаминозами .

Подтвердив пригодность препарата, они указали на необходимость массового его изготовления и применения. Также на кафедре изучали возможность использования местных растений, в частности багульника, березовой коры и других, в качестве лекарственных веществ. При крайней нехватке средств использовались для перевязок опилки и мох – сфагнум [4] .

В лаборатории кафедры общей химии сотрудники организовали экспериментальное производство лекарственных препаратов из местного сырья для лечебных учреждений и аптек, испытывающих острую нехватку крайне нужных лекарств, – уротропина, хлористого кальция, хлороформа, глюкозы, йодистого калия. В клиниках института проводилась апробация полученных результатов. А.И. Ведринский, сделавший многие неоценимые научные предложения, первым в институте был награжден орденом Красной Звезды [8] .

Институт оказал большую помощь санитарной службе Карельского фронта в подготовке военных врачей – на курсах токсикологов и эпидемиологов. На всех кафедрах проводились переподготовка и повышение квалификации военврачей Карельского фронта и персонала эвакогоспиталей. Широко проводилась санитарно-просветительская работа среди населения. В Архангельске были организованы курсы повышения квалификации санитарных работников. Все это позволило уберечь население Архангельской области от возможных эпидемий. Профессор И.И. Матусис был назначен начальником методбазы обкома РОКК .

Бригада научных работников АМИ выезжала для оказания медицинской помощи населению районов Калининградской области, освобожденных от немецких оккупантов .

Сотрудники института оказывали фронту немалую материальную помощь. Всего за время войны на строительство танковой колонны и авиаэскадрильи «Комсомол Архангельска» ими было перечислено 257 220 рублей. За сбор средств для фронта институт получил благодарственную телеграмму от Верховного Главнокомандующего [25] .

За время войны в институте было подготовлено 946 врачей, из них более 300 направлены в РККА. Некоторые студенты ушли на фронт добровольцами в качестве рядовых бойцов или младшего медперсонала. Судьбы большинства из них неизвестны, т.к. они не вернулись в alma-mater. В дополнение к подготовке врачей проводились курсы медицинских сестер и сандружинниц, после окончания которых многие слушательницы направлялись на фронт [23] .

Начинали войну выпускники вуза в возрасте 22-25 лет. Средний возраст военных врачей, выпускников АГМИ военных лет, по сведению на 9 мая 1945 года, был 28,5 лет .

Начав войну лейтенантами, они заканчивали ее в более высоких воинских званиях – старшими лейтенантами (38%), капитанами медицинской службы (38%), старшими офицерами (14%) [25] .

Выпускники Архангельского мединститута участвовали в обороне Советского Заполярья, Ленинграда, Сталинграда; форсировали Днепр и Днестр, освобождали Крым, страны Восточной Европы. Офицер Н.М. Рудный служил в знаменитом французском полку «Нормандия-Неман» [13] .

В апреле 1942 г. студенты АМИ распространили I-й военный заем облигаций на общую сумму 25000 руб. Институтская агитбригада давала концерты для архангелогородцев в интерклубе. Средства, поступавшие от этих концертов, перечислялись в фонд обороны .

Всего за годы войны в Красную Армию студентами мединститута было переведено 30000 рублей. Комитету ВЛКСМ АГМИ 9 раз объявлялась благодарность от Советского командования. Студенты и преподаватели вели работу среди населения по вовлечению в доноры и сами безвозмездно сдавали кровь. По инициативе дирекции, партбюро и комитета ВЛКСМ в институте были созданы рабочие студенческие отряды для работы в порту для разгрузки транспортов с военной техникой, поступавшей из Англии и Америки, и с ранеными [25] .

Коллектив АГМИ с честью справился с задачами военного времени, окончив войну с богатым опытом, сохранив и преумножив лучшие традиции Северной медицинской школы .

___________

1. Андреева А.В. Николай Михайлович Амосов – выдающийся выпускник АГМИ (К 100-летию со дня рождения) // Юбилейные и памятные даты здравоохранения и медицины Архангельской области на 2013 год .

Архангельск, 2012. C. 127-133 .

2. Андреева А.В., Глянцев С.П. Вклад ученых Архангельского медицинского института в победу советского народа в Великой Отечественной войне // Исторический опыт медицины в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. : материалы VII Всерос. конф. (с междунар. участием). М., 2011. C. 11-13 .

3. Анфимова Н.Д., Матусис И.И., Откупщикова М.Г. О суточной потребности доноров в витамине С // Клиническая медицина. 1945. № 7/8. C. 46.;

4. Архангельск город воинской славы. Великая Отечественная война 1941-1945 гг. / гл. ред. и рук .

проекта Е. Удалкин. Архангельск: ОМ-медиа, 2015. 304 с .

5. Батыгина Н.И. Из воспоминаний о Великой Отечественной. // Медик Севера. 1987. 18 февраля .

6. Быков В.П., Андреева А.В. Госпитальная база Карельского фронта в 1941-1945 гг. // Экология человека. 2015. № 1. С. 61-64 .

7. Ведринский А.И., Орлов Г.А. Лечение ожогов «альготаном» // Сборник трудов АГМИ. Архангельск,

1943. Вып. 7. Вопросы военной медицины. C. 110-115 .

8. Ведринский А.И. Получение некоторых дефицитных лекарственных препаратов // Программа и тезисы докладов II научной сессии АГМИ, посвященной 25-летию Великой Октябрьской Социалистической революции. Архангельск, 1942. C. 38-38 .

9. Ведринский А.И. Химический состав ламинарий Белого моря // Сборник трудов АГМИ. Архангельск,

1942. Вып. 6. C. 125 .

10. Водяников Ю.С. 95 лет со дня рождения Бориса Михайловича Тюрнина // Юбилейные и памятные даты медицины и здравоохранения Архангельской области на 2012 год. Архангельск, 2012. C. 294-296 .

11. И дольше века длится жизнь: 103 года отметила на днях Ксения Петровна Гемп // Медик Севера .

1997. 26 дек. C. 2; Татаров А.П. Приготовление повидло и сухого концентрата из беломорской водоросли – морской капусты (Laminaria saccharina) // Сборник трудов АГМИ. Архангельск, 1943. Вып. 7. Вопросы военной медицины. C. 116-118 .

12. Иванова Т.Н. Все они в наших сердцах // Медик Севера. 2014. № 5/6. C. 18 .

13. Колтовой Е.Ф. Рудный Николай Михайлович // Поморская энциклопедия. Архангельск, 2001. Т. 1 .

История Архангельского Севера. C. 348 .

14. Матусис И.И. Потребность организма в витамине С в зависимости от некоторых физиологических состояний и при патологических условиях // Сборник трудов АГМИ. Архангельск, 1942. Вып. 6. C. 121-122;

Смирнова М.Г., Матусис И.И. Материалы к содержанию витамина C в дикорастущих Архангельской области // Программа и тезисы докладов IV научной сессии АГМИ. Архангельск, 1945. C. 35-38 .

15. Орлов Г.А. Из воспоминаний о днях Великой Отечественной // Медик Севера. 1987. 18 февр. С. 2 .

16. Орлов Г.А. События, становящиеся историей (Воспоминания хирурга о работе в военное время, написанные 25 апреля 1965 г.) // Щуров Г.С., Сидоров П.И. Медицинский образовательный и научный центр Европейского Севера России (1932-1987). Архангельск, 2002. C. 167-171 .

17. Рехачев В.П. 115 лет со дня рождения профессора Б.А. Баркова // Юбилейные и памятные даты медицины и здравоохранения Архангельской области на 2014 год: в 2 т. [сост.: А.В. Андреева, М.Г. Чирцова] .

Архангельск, 2014. Т. 2. С. 77-80 .

18. Талалов И.З. Опыт использования агаровых мазей в дерматологической практике // Вопросы экспериментальной и клинической дерматовенерологии. Архангельск, 1944. Вып. 1. C. 160-163 .

19. Хайн Г.А. Лечение поносов у детей препаратом морских водорослей – альгиновой кислотой // Казанский мед. журн. 1938. № 10. С. 1037-1041 .

20. Хайн-Макарова Г.А. К вопросу о патогенезе анемий раннего детского возраста // Сборник трудов АГМИ. Архангельск, 1943. Вып. 7. Вопросы военной медицины. C. 150-151 .

21. Чецкая Г.Б. Архангельский период в жизни казанских врачей Макаровых (1935-1946 годы) // Великая Отечественная война в жизни советского и российского народа : материалы Всерос. науч.-практ. конф .

Казань, 2011. C. 214-218 .

22. Чецкая Г.Б. Научные медицинские труды северян в 1941-1945 гг. // Исторический опыт медицины в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. : материалы VII Всерос. конф. (с междунар. участием). М.,

2011. C. 205-206 .

23. Чирцова М.Г. Патриотическое воспитание студентов медицинского вуза с помощью новых форм деятельности сотрудников музейного комплекса // Исторический опыт медицины в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.: сб. материалов IX Всеросс. конф. с междунар. участием. М. 2013 .

24. Чирцова М.Г. 95 лет со дня открытия в Архангельске первого в России завода по производству йода из морских водорослей // Юбилейные и памятные даты медицины и здравоохранения Архангельской области на 2013 год. Архангельск, 2013. C. 274-281 .

25. Щуров Г.С., Сидоров П.И. Медицинский образовательный и научный центр Европейского Севера России (1932-1987). Архангельск, 2002. 520 с., 462 ил .

–  –  –

Скверу Победы на пересечении улиц Поморской и Чумбарова-Лучинского в центре Архангельске более семидесяти лет. Судьбу его, трагическую и многострадальную, все же по достоинству следует считать судьбой славной. Это место пострадало в 1942 году от налетов фашистской авиацией, сгорели дома, погибли жители. Но годом позже здесь, на пепелище и развалинах, горожане, с уверенностью в предстоящей Победе и с настроем на созидательный труд, заложили будущий сквер. После этого за свое семидесятилетие сквер страдальчески пережил ни одну смену внимания, торжества и забвения .

Последние двенадцать лет к истории сквера прибавилась наша длительная тяжба с теми, кто противился или не спешил к достойному признанию этого памятника Великой Отечественной войны. Во многом благодаря участию и ходатайствам городской общественности теперь, в 70-летний юбилей Победы сквер, наконец, стал благоустроенным, оснащенным предметами памяти места и события и признан как заметная достопримечательность города. Можно подвести итог этих двенадцати лет. Было за что бороться!

Известно, что пресловутый гитлеровский план «Барбаросса» намечал скоротечное окончание кампании в России с выходом немецких войск на линию Архангельск–Волга– Астрахань. Стратегическая роль северного пункта не была случайной, как и то, что в августе уже второго года войны неслучайными одновременными были массированные бомбардировки Сталинграда и Архангельска. Наш город-порт весьма был задействован в успехе битвы на Волге. Сюда на судах поступала помощь от союзников по антигитлеровской коалиции, спешно перегружались и шли на юг эшелоны с вооружением и продовольствием .

Позже портовики Бакарицы и исакогорские железнодорожники вспоминали сколь напряженной тогда была перевалка полученных грузов с единственным назначением – на Сталинград! А враг еще не представлял, каким разгромом обойдется для него этот город .

Рис. 1. Снимок немецкого лётчика-разведчика сделанный над Архангельском осенью 1942 г .

Снизу: 1-я улица – Троицкий проспект, 2-я – Чумбарова-Лучинского. Слева: 1-я ул. – Поморская, 2-я – Володарского, 3-я – Серафимовича. Пунктиром обведён сгоревший участок города после бомбёжки и пожара, который намного превышает существующий сквер Победв .

Бомбежки Архангельск были рассчитаны, чтобы парализовать порт, спалить огнем зажигательных бомб тогда почти сплошь деревянный город, устрашить, деморализовать его жителей. Понеся значительные разрушения, город устоял благодаря противовоздушной обороне и мужеству его жителей. Одним из шрамов от бомбовых ударов с осени 1942-го остался обгорелый пустырь в створе улиц Поморской и Чумбарова-Лучинского (рис. 1) .

А дальше следовали известные события 1943-его: разгром немцев под Сталинградом и победа под Курском и Орлом. Наступил коренной перелом в войне, она бесповоротно повернула на запад. После двух лет напряженного противостояния у людей наступило время приподнятого настроения, уверенности в приближении Победы. Проявлением того духовного подъема явилось решение защитников и тружеников Архангельска создать на выгоревшем пустыре небольшой сад (рис. 2 и 3). Заметим, что подобное во время войны было единичным, так как скверы и парки Победы в других городах создавались после войны .

В Государственном архиве Архангельской области хранится решение сессии Ломоносовского райсовета 24 мая 1944 года, в котором сквер уже считается существующим год, а на предстоящий сезон протокольно расписаны очередные работы по посадке деревьев и кустов, устройству газонов, дорожек, скамеек [1], (рис. 2). Более поздний документ 1948 года в архивном фонде облисполкома интересен отказом на просьбу заезжих гастролеров разместить здесь постоянно действующий зверинец, потому что на этом месте сквер существует уже пять лет Время возникновения сквера подтвердил и трофейной немецкий аэрофотоснимок, сделанный в августе 1943 года. Вражеские разведчики, летавшие над городом в интересах установить результаты прошлогодних бомбардировок и наметить новые, ненароком засняли контур огороженного прямоугольника на пустыре улиц Поморской и Чумбарова-Лучинского (рис. 3). Фотообъектив врага зафиксировал то, что предвещало ему поражение .

Рис. 2. Фрагменты протокола XVIII сессии Ломоносовского Районного Совета депутатов от 24 мая 1944 г. ГААО. Ф. 1948. Оп. 3. Д. 13. Л. 21, 69, 81 .

Рис. 3. Снимок немецкого лётчика-разведчика сделанное над Архангельском 21 августа 1943 г .

Снизу: 1-я улица – Троицкий проспект, 2-я – Чумбарова-Лучинского. Слева: 1-я ул. – Поморская, 2-я – Володарского. Чётко виден прямоугольник огороженного будущего сквера .

В послевоенные годы сквер на Поморской уже выглядел аккуратно ухоженным, хорошо распланированным с круговой и радиальной симметрией и пятиконечной цветочной клумбой в центре (рис. 4 и 5). Посредине её появилась на постаменте статуя Сталина, с кем связывались тогда успехи советского времени (см. рис. 5). Сам сквер стали называли уменьшительно – «сталинский садик» [2] .

–  –  –

Но в 1950-60-ые годы по инициативе Н.С. Хрущева началось известное развенчание культа личности. Статую убрали, заменив её бетонной чашей, и тем самым сквер терял значительность, выпадал из внимания власти и общества, годами запускался, нарушался по разным причинам, превращаясь почти беспризорный, проходной между улицами пустырь. В 1970-х годах сквер был раздвоен широкой траншеей при прокладке магистрального водоколлектора, да так и не восстановлен (см. рис. 6, штрихованная линия 1) .

–  –  –

Прошло полтора десятка лет, когда в 1991 году с расчётом на возрождение безыменного сквера городская власть присвоила ему имя Степана Писахова, художника и сказочника, когда-то жившего неподалеку на Поморской улице. Нарекателей такого названия вовсе не интересовала почти полувековая история возникновения сквера и в своем решении они даже назвали сквер «создаваемым»? [3] (см. рис. 7, пункт 5).Трудно объяснить постыдное невежество тогдашних экспертов городской топонимики и авторов документа. Но и под новым именем возрождения сквера не произошло, и он ещё полтора десятка лет представлял неприглядный проход между улицами через расстроенный древостой и зарастающими бурьяном газонами бывшего сада. В нулевых годах нового тысячелетия сквер был урезан владельцами и застройщиками соседних зданий, появлялись и новые охотники на его площадь (см. рис. 6, штрихованная линия 2). Реальной была опасность исчезновения сквера .

Рис. 7. Решение Президиума Архангельского горсовета № 73 от 09.04.1991 г .

Смотри пункт 5 о присвоении названия скверу. ГААО. Ф. 1936. Оп. 9. Д. 7104. Л. 36 .

Но память и судьба его тревожила общество. Перед юбилеем 60-летия Победы появились газетные публикации на эту тему, встреченные живым откликом у горожан [4-7 и др.]. Инициатива выступлений и обращений к власти в защиту сквера в тот период исходила от Архангельского центра Русского географического общества .

Для борения за судьбу сквера были нужны веские аргументы и прежде всего сведения об истории его возникновения. Они нашлись, в архивных документах, свидетельствах участников создания сквера и даже в фотографиях (cм. вышеприведенные документы) .

Особенно ценными стали свидетельства старожилов и участников создания сквера – бывших работников «Садземтреста» в конце войны и первые послевоенные годы после её:

Валентины Павловны Тюленевой, Дмитрия Леонидовича Федоровича, Анны Александровны Мехреньгиной, Веры Николаевны Федоровой .

После газетных публикаций с изложенными аргументами в 2003–2004 годы последовали наши обращения к городской власти и в тогдашний областной комитет по подготовке к 60-летию Победы (Комитет «Победа-60»). Вначале предложения о признании сквера как памяти Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. были включены в проект комитетского решения, но чьим-то влиятельным вмешательством исключены. Чиновники не желали содействовать инициативе, не учитывая возрастающего общественного мнения. Мы же чувствовали поддержку местных газет, телевидения и радио, охотно освещавших наши действия (рис. 8) .

Рис. 8. Местная пресса активно поддерживала возрождение сквера Победы. Стенд, представленный инициативной группой на депутатские чтения в горсовете. Фото Поздеева В.А .

Рис. 9. Стенд с материалами ходатайств и деятельности инициативной группы за возрождение сквера, представленный на депутатские слушания в городской думе. Апрель 2009 года. Фото Поздеева В.А .

Рис. 10. Один из самодельных стендов, устанавливавшихся в сквере, утверждавших правомерность возрождения сквера как памятника Великой Отечественной войны. Фото Поздеева В.А .

Наиболее же нас поддержала активно действовавшая в городе массовая организация «Мое жилье», прежде всего в лице его председателя Василия Алексеевича Поздеева. Вскоре в этот период в нашем движении эта организация стала наиболее активной, ведущей. На основе её сформировалась инициативная группа «В защиту сквера на Поморской». В группу, кроме РГО, вошли представители других общественных организаций. Изначальным девизом группы стало восстановление сквера из запущенного состояния и признание его памятником Великой Отечественной войны. Действия инициаторов были разнообразны и небезответны .

Были субботники по уборке сквера, в нём устанавливались самодельные стенды и баннеры с текстами для ознакомления прохожих и с призывами поддержать наши обращения к власти (рис. 8, 9, 10). Неоднократно группа обращалась к мэрии и горсовету депутатов и областному Комитету «Победа-60» .

Рис. 11. Торжественное открытие мемориального камня у входа в сквер 6 мая 2005 года .

В центре снимка В.И. Синицкий. Фото Поздеева В.А .

Вскоре в движение включилось Архангельское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК) в лице его тогдашнего председателя В.И. Синицкого. Используя административную должность в областной власти, Валерий Иосифович эффективно способствовал нашим успехам. Так он смог подыскать и доставить в город с Покровского карьера массивный гранитный (гнейсовый) камень. На камень была наложена мраморная мемориальная доска с текстом об истории возникновения сквера. После согласования с мэрией камень на небольшом круговом постаменте был установлен перед входом в сквер со стороны универмага и в мае 2005 года камень-памятник был торжественно открыт на многолюдном митинге [8], (рис. 11). Такое материализованное признание сквера, как памяти о войне, явилось начальной, нашей первой общей победой, обнадеживающей на дальнейшие успехи .

На наших объединенных заседаниях были приняты ряд обращений, и инициатив, к которым власть стала прислушиваться. Нужно отдать должное тогдашнему только что избранному мэру А.В. Донскому. Ко времени стодневного пребывания в этой должности он отреагировал на наш призыв вывести сквер из позорно запущенного состояния. Хоть и с опозданием юбилейной даты, во второй половине лета 2005 года к работе приступили строители «Северной Розы», предприятия по благоустройству и озеленению. Они впервые за сорок лет провели в сквере восстановительные работы, убрали засохшие деревья и кусты, выровняли поверхность почвы, засеяли газоны травой, выложили тротуарной плиткой дорожки, установили скамейки с урнами около них. К благоустройству добавились металлическая оградка, возрождена цветочная клумба. Преображение сквера в ту осень завершилось организацией мэрией в День пожилых людей – 1-ого октября 2010 года – массового воскресника с высадкой крупномерных берез [9]. В нём принимали участие работники мэрии и руководители общественных организаций (рис. 12). Сквер начал приобретать относительно устроенный вид. Это стало второй значительной нашей победой: нас и наши доводы признали!

Рис. 12. Воскресник общественности города в День пожилого человека 1 октября 2005 года с посадкой в сквере крупномерных деревьев. Фото Поздеева В.А .

Последующее пятилетие – от юбилея к юбилею – наши ходатайства за переименование сквера и соответствующее памяти о войне благоустройство продолжались .

Деятельность группы проходила с многими переменами успехов и неудач и желаемые сдвиги происходили нескоро, с большой затяжкой, иногда совпадая с другими событиями в жизни города. Мы активно поддержали призыв власти и общественности за присвоение городу государством почетного звания «Город воинской славы». В сквере были выставлены баннеры с текстами о роли Архангельска в Великой Отечественной войне, о жертвах, принесенных городом на алтарь Победы .

Приобретались новые сторонники движения. Так, встречную инициативу проявила дирекции Кенозерского национального парка, когда наш сквер дважды был итоговым пунктом проводимого в городе с детьми экологического «Парада парков». Отозвались активисты Общества охраны природы, взявшие шефство за содержанием цветочной рабатки у памятного камня. Упрочилась поддержка нас со стороны городской (председатели: П.И .

Честнейшин, затем – В.А. Арчишкевичус) и Ломоносовской окружной (пред. В.А. Иванов) организаций ветеранов. Нами было согласовано руководителями партий «Единая Россия», КПРФ и одиннадцати ветеранских организаций и направлены мэрию и горсовет объединенное обращение по основному вопросу о сквере .

По мере приближения к 65-летнему юбилею Победы участились выступления в СМИ, иногда имели и дискуссионный характер [10]. В сквере проводились санкционированные митинги, а также субботники по уборке территории сквера и пропаганда сквера как памятника. Иногда на митингах обсуждались актуальные политической события. Тогда Государственная Дума долгое время противилась признанию Знамени Победы символом Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. лишь потому, что оно красное и напоминает государственный флаг с серпом молотом уже несуществующего СССР (рис. 13). Среди противившихся были и архангельские депутаты Госдумы: Гусаков, Крупчак, и Мальчихин .

Осуждая беспардонное отношение к памяти о войне, на майском митинге в сквере, чучела названных депутатов демонстративно были высечены «за непочтение к Знамени Победы» .

Рис. 13. Митинг в сквере в защиту знамени Победы. Июнь 2007 года. Фото Поздеева В.А .

Наиболее продуктивными перед юбилеем Победы были встречи с мэром города В.Н .

Павленко, с председателями горсовета депутатов В.Д. Юрковым, А.Е. Кожиным и с депутатскими фракциями горсовета. Трижды по вопросу о сквере на отдельных приемах и в составе ветеранской группы мы встречались с мэром В.Н. Павленко, выражавшем понимание наших ходатайств и содействие им [11]. По их предложению весной 2009 года в мэрии состоялись общественные слушания по скверу с приглашением к ним сочувствующих нам сторонников и наших оппонентов. На слушаниях большинство участников высказалась за переименование сквера и за меры по оформления его по статусу охраняемого исторического памятника местного значения [12]. В марте-апреле 2010 года инициативная группа начала сбор подписей среди городского населения за наименование сквера. Впрочем проведение такой компании по существу и не понадобилось после того как было устранено препятствие к позитивному разрешению наших ходатайств .

Таким юридическим преткновением была городская комиссия по топонимике города, которая должна давать экспертные заключения по наименованию и переименованию объектов мемориального значения. Комиссию возглавлял известный в городе краевед и архитектор Ю.А. Барашков. Он и другие члены комиссии (А.П. Иванов, Е.И. Овсянкин, Е.А .

Бастрыкин, И.Б. Скрипкин) не желали отвечать за невежественные промахи своих предшественников, когда-то назвавших сквер писаховским [13]. На заседаниях комиссии и в газетных выступлениях ими допускались более чем странные контраргументы. Они утверждали (не называю конкретных авторов), что имя сказочника является более ценным «брендом» города, чем история сквера и что «памятников о войне в городе и так достаточно»

(?!) и «пусть здесь будет просто сквер как место для отдыха…, не нужно идеологий…»??

(неужели память о войне только идеология?– Л.В.), «да и что этот скверик? Победа-то была великая, вот создадим лучше за Юросом большой новый парк Победы…» и т.п .

(Приходилось повторять, что сквер на Поморской является памятью конкретному месту и событию, памятью, оставленной нам его создателями, сквер – памятник сам по себе и в этом отличие его от любых памятников-новоделов. Нередким было и такое возражение «Как это сквер и памятник? Скульптура, камень, дом – понятно, могут быть памятниками, а сквер?.. не понятно!». (Такие не ведали о памятниках природы и природно-ландшафтного искусства. Что ж, каждому по разумению, – Л.В.) .

Рис. 14. Решение Архангельского городского Совета депутатов № 100 от 21 апреля 2010 г .

Как правило, топонимическая комиссия, собиралась без решающего кворума, единогласия в обсуждении вопроса не имела, а определяющим итогом становился апломб известных лиц. Мы обратили внимание мэра и руководителей горсовета на бюрократическую обстановку в комиссии и нарушаемую ею правомочность. После письменных обращений и бесед с В.Н. Павленко и председателем горсоветской комиссии по правовым вопросам Л.П. Кононовой наши доводы были приняты во внимание; были учтены также рекомендации проведенных в мае предыдущего года общественных слушаний .

Ответными действиями мэрии явилась реорганизация топонимической комиссии, сокращен и пересмотрен её состав, в неё введены депутаты горсовета, а председателем назначен И.О .

Эмке, руководитель департамента градостроительства. В результате таких перемен в апреле 2010 года произошло «принуждение к признанию» комиссией правоты наших доводов .

А затем по рекомендации уже обновленной комиссии и городской совет депутатов на сессии 21 апреля 2010 года принял решение: «Переименовать сквер Писахова, расположенный на ул. Поморской, в сквер Победы». Решение, затем подписанное мэром В.Н. Павленко, было опубликовано накануне Дня Победы 8 мая 2010 года [14] (рис. 14). Это был наш очередной, пошаговый, а по значению главный успех: сквер признан памятником Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.!

На этом решающим периоде неотступно отстаивали и добивались достигнутого результата ученый секретарь Архангельского центра Русского географического общества Владимир Алексеевич Любимов, известный краевед и экскурсовод по городу Татьяна Федоровна Мельник, активистка движения «Мое жилье» Галина Александровна Григорьева, ветеран 10 армии ПВО Владимир Павлович Симиндей, член горсовета ветеранов Иван Петрович Музалевский. Их действия поддерживали многие ветераны войны и горожане старшего возраста, уважающих память о тяжелой, но славной године Великой войны (рис .

15) .

Рис. 15. Ветераны пришли в городскую думу, чтобы отстаивать на депутатских слушаниях возрождение сквера во имя завоеванной ими Победы. Апрель 2010 г. Фото Поздеева В.А .

Однако после формального провозглашения сквера именем Победы мы продолжали действовать за приведение сквера в соответствие с таким званием и последующее пятилетие движение применяло несколько другие формы работы. Произошло некоторое расхождение и в самом движении. Руководимые В.А. Поздеевым активисты «Моего жилья» и прокоммунистически настроенные молодые люди настойчиво до последнего времени отстаивали мысли о возращении в сквер памятника Сталину. Свои собрания и встречи в сквере они чаще приурочивают к памятным датам, включая дни рождения и смерти своего кумира .

Рис. 16 и 17. Члены Архангельского центра Русского географического общества на уборке территории сквера Победы перед Днями Победы в 2013 и 2014 гг. Фото Иляхуновой Е.И .

Продолжалось активное участие членов Русского географического общества в мероприятиях по благоустройству сквера (рис. 16, 17). Но в этот период 2011-2014 годов в нашем движении возросла роль городского совета ветеранов (председателем его с 2010 года стал Ю.А. Кудров). Вместе с Русским географическим обществом ветераны продолжали ходатайствовать за соответствие сквера памяти о Великой Отечественной войне и неоднократно ставили перед мэрией вопрос о его благоустройстве, приведении сквера в пристойный вид с устранением различных недоделок. Не однажды мы требовали завершить ограждение, убрать из сквера и по границе его торговую рекламу. Предлагали противопоставить таким коммерческим натискам наглядную пропаганду сведений по истории сквера и о роли Архангельска в ВОВ. К сожалению, принимаемые мэрией и администрацией Ломоносовского округа решения выполнялись далеко не всегда и не полностью на протяжении всех четырех лет перед 70-летия Победы .

Рис. 18. Пушка С-60, установленная в сквере Победы в память зенитных орудий ПВО, защищавших Архангельск в годы войны. Фото Лепина Г.А .

Таким вопросам были посвящены совещания при заместителе мэра по социальным вопросом И.В. Орловой. И был в этом несомненный отклик. Мэрией осенью 2013 года через военное ведомство было приобретено старое зенитное орудие и оно было установлено в сквере на предварительно подготовленной смотровой площадке (рис. 18). Мысль о желательной установке орудия высказана ранее бывшим директором Архангельского краеведческого музея Ю.П. Прокопьевым [15] и поддержана ветеранами 10-ой армии ПВО .

С участием мэрии горсовет ветеранов 29 августа 2012 года организовал в сквере митинг по поводу 70-летия трагической годовщины бомбардировок Архангельска. Годом позже 22 июня 2013 г. митингом был отмечена также памятная всем ветеранам дата начала Великой Отечественной войны – День памяти и скорби. Выступления в печати напоминали о важных датах в «биографии» сквера [16, 17, 19] и упущенных возможностей благоустройства сквера [18] в этот период .

Наиболее активные преобразования в сквере происходили уже в критические предъюбилейные сроки в конце 2014 и начале 2015 года. Они в основном проводились администрацией Ломоносовского округа (глава администрации В.А. Шадрин). Была закончена металлическая оградка по всему периметру сквера, убрана торговая реклама, включая стойку у входа напротив универмага, подвезена и выровнена поверхность почвы, засеяны травой газоны, установлены из тротуарной плитки площадки вокруг скамеек. И, как более насущное, были подготовлены и установлены художественно оформленные стенды по истории сквера и о роли Архангельска в ВОВ, подготовлен постамент под памятник в центре, который был торжественно установлен перед Днем Победы .

На сегодня артобъектами, характеризующими сквер Победы как памятник Великой

Отечественной войны являются:

– мемориальный камень, установленный на входе в 2005 году (рис. 11);

– зенитное орудие и стойка с надписью к нему, установленные осенью 2013 года (рис .

18);

– художественно оформленные стенды с текстами по истории сквера и о роли города в ВОВ, установленные в начале мая 2015 года (рис. 19);

– скульптура в центре сквера с надписью на постаменте «Жителям военного Архангельска 1941-1945», установленная 8 мая 2015 года (рис. 20, 21) .

Можно бы считать, что в сквере создался мемориальный комплекс, раскрывающий его историческую сущность, основную идею создателей, да и самое название – Сквер Победы и признать очередной успех в возрождении памятника. Да, это так. Но с некоторым изъяном .

На утверждение в сквере мемориального комплекса перечисленные артобъекты отвечают по-разному. Памятный камень наиболее уместен: у входа в сквер он заявляет посетителю, чем интересно это место. Уместно и зенитное орудие для напоминания о ПВО города в годы войны. К сожалению, приобретенное орудие не является историческим раритетом, и лишь относится к типу орудий времени войны. Установленное на предварительно оборудованной для него смотровой площадке сразу же и по настоящий день орудие стало любимым «аттракционом» для малышей со своими родителями. Такое можно оценить как элемент «дошкольного военно-патриотического воспитания»! На металлической стойке гранитная доска с поясняет об участии орудий подобного типа в ПВО города в 1941годах .

Рис. 19. Стенды с текстами по истории возникновения сквера Победы и о роли Архангельска в Великой Отечественной войны. Фото Любимова В.А .

Третий тип артобъектов в сквере – художественно оформленные стенды. Они предназначены знакомить горожан и гостей города с историей сквера и с ролью Архангельска как города воинской славы. Стенды выполнялись с осени прошлого и до весны юбилейного года при участии краеведческого музея художником А.Б. Щелкуновым .

Предложенная тематика стендов и подготовленные материалы от совета ветеранов были переданы, а выполняемые художником эскизы корректировались и обсуждались на совещаниях в администрации округа при В.А. Шадрине. Стенды идейно поясняют назначение сквера как памятника: история его возникновения, противовоздушная оборона города и трудовой вклад города в достижении Победы (рис. 19). К юбилейному Дню Победы шесть стендов были попарно установлены по основным дорожкам сквера. Вместе с памятным камнем стенды по содержанию и художественному оформлению являются наиболее существенными объектами сквера, наиболее отвечают скверу–мемориалу .

Такого нельзя сказать в отношении четвертого объекта – скульптуры «Жителям военного Архангельска 1941–1945», ныне занявшего центральное, наиболее значимое в сквере место. Скульптура на этом месте должна бы определить сущность сквера, выразить идею самих создателей в их стремлением приблизить Победу. К такому решению ближе было предложение архитектора В.М. Кибирева по скульптуре В.К. Свешникова под названием «Ждущая», изображавшим женщину-солдатку с девочкой. Однако, мэрией было выбрано другое предложение – изваяние С.Н. Сюхина, лишь потому, что оплату его обеспечивали частные предприниматели (предприятие «Титан»). Скульптура Сюхина также изображает женщину, но с иконой Казанской богоматери в руках и с девочкой у подола платья. Религиозный мотив пассивного моления к всевышнему о благодеянии («боже, упаси и от беды пронеси…»), если сколько-то соответствует памяти о бедствиях жителей Архангельска во время войны и, особенно, при бомбежках, но он совершенно далек от основной идеи активного противодействия врагу, и самого наименования – Сквер Победы .

Религиозный мотив в годы войны был чужд большинству атеистически воспитанных людей за время советской власти. Скульптор, подменив смысл его иным, ушел от основной идеи сквера как памятника Победе .

Рис. 20 и 21. Открытие памятника «Жителям военного Архангельска 1941-1945»

в сквере Победы 8 мая 2015 г. Фото Любимова В.А .

Замечу, что обсуждение и принятие сюхинского памятника проходило 12 февраля 2015 года на совещании под председательством руководителя управления культуры Г.Г .

Балеевой. Нас, ветеранов, пригласили, по сути, для уведомления об уже принятом решении в пользу Сюхина. У него уже имелись договоренности об оплате и о месте изготовления скульптуры. За февраль-апрель памятник был изготовлен в натурную величину в Смоленске и доставлен в Архангельск. Памятник был открыт на митинге в сквере 8 мая накануне Дня Победы [20], (рис. 20, 21) .

Предпочтение сюхинскому предложению перед другими решениям озадачивает, чем оно вызвано у власти: нынешним переосмыслением исторической правды в угоду церкви или уступкой перед денежной подачкой попечителей? На мой взгляд и по мнению многих, скульптура не является лучшим решением для сквера и будет противоречиво восприниматься большинством его посетителей – этих главных ценителей и судий. И лишь нейтральная надпись на постаменте к скульптуре – «Жителям военного Архангельска …»

несколько смягчает противоречие между искаженным и должным .

Итоги. По большому («гамбургскому») счету за двенадцать лет (2003–2015) общественность города достигла того, к чему стремилась: сквер возрожден как памятник Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. В нынешнем 2015-ом году он приобрел небывалое ранее благоустройство. И, что особенно важно, в сквере создался небольшой мемориальный комплекс. Возрождена небольшая историческая достопримечательность Архангельска как Города воинской славы .

Заботы общественности о будущем Сквера Победы не будут исчерпываться достигнутым. И тем не менее… P.S. Первичные документы, связанные с ходатайством и другой деятельностью общественности (Архангельского центра РГО и др.) за признание сквера Победы, переданы в Государственный архив Архангельской области, где представлены в фонде Ф.-р. 2369 .

___________

1. Государственный архив Архангельской области (ГААО). Ф. 1948. Оп. 3. Д. 13. Л. 21 .

2. Федорова В.Н. Девочка с Банковского переулка. Архангельск. 2004. 108 с .

3. ГААО. Ф. 1936. Оп. 9. Д. 7104. Л. 36 .

4. Варфоломеев Л. Порушенная память // Архангельск. 2002. 2 ноя. С. 5 .

5. Варфоломеев Л. Сквер, ты чей? // Правда Севера. 2002. 20 дек. С. 4 .

6. Чаруш Олеся. оСКВЕРненная память // Московский комсомолец в Архангельске. 2003. 9 июля. С. 6 .

7. Манина Татьяна. Камнем равнодушия по камню памяти. Неуважение к предкам – первый признак безнравственности // Правда Севера. 2004. 29 окт. С. 4 .

8. Поздеев Василий. Память из гранита // Независимый взгляд. 2005. 18 мая. С. 2 .

9. Лавров Ф. Парк Победы открыт. О проведении массового воскресника в сквере 1 октября 2005 г. // Независимый взгляд. 2005. 15 окт. С. 2 .

10. Талесник Татя. (псевд. Молотягиной Олеси). Парк под вопросом // Российская газета. 2008. 27 марта. С. 18 .

11. Быстров С. За помощью к мэру. Из первых уст // Архангельск. 2009. 02.10. С. 7 .

12. Депутаты за сквер Победы. Предложение ветеранов Вел. О. войны о переименовании сквера Победы (ул. Поморская) // Архангельск. 2009. 22 апр. С. 6 .

13. Беднов А. Как назвать сквер на Поморской?: Среди городской общественности единодушия на сей счет нет // Архангельск. 2009. 28 апр. С. 5 .

14. Архангельский городской совет депутатов. Шестая сессия пятого созыва. Решение от 21 апр. 2010 г .

№ 100. О переименовании сквера Писахова в сквер Победы // Архангельск. 2010. 8 мая. С. 1 .

15. Прокопьев Ю. Пушка будет к месту. В «спорном» сквере лучше бы установить орудие времен войны // Правда Севера. 2009. 10 июля. С. 11 .

16. Варфоломеев Л. Сквер на Поморской – Сквер Победы! // Известия Русского Севера. 2011. № 2 (май). С. 11-14: (К дню Великой Победы) .

17. Лощилов М. Архангельскому скверу Победы 70 лет // Правда Севера. 2013. 14 авг. С. 28-29 .

18. Трава забвения в сквере Победы. Как же так? // Правда Севера. 2013. 28 авг. С. 7 .

19. Варфоломеев Л. Сквер – победный отзвук Сталинграда и Курска: скверу Победы на ул. Поморской 70 лет // Архангельск – город воинской славы. 2013. 22 окт. С. 6 .

20. Быстров С. Сквер веры в Победу: В Архангельске торжественно открыт памятник «Жителям военного Архангельска 1941–1945» // Архангельск – город воинской славы. 2015. 21 мая. С. 13 .

К ХАРАКТЕРИСТИКЕ СТАРОВОЗРАСТНЫХ ЕЛЬНИКОВ СРЕДНЕГО ТЕЧЕНИЯ

ПИНЕГИ И ПОВЫШЕНИЯ УРОВНИЯ ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ

–  –  –

Со времен Д.Н Сабурова [13], познакомившего страну с природой и проблемами этого удивительного подлинно таежного мира, с уникальным геологическим карстовым фундаментом, прошло полвека. За это время многое изменилось, в том числе в свойствах и даже в природе леса. К сожалению, меньше изменений в отношении человека к лесу .

Отношение это остается, в сущности, по-прежнему истощительным и экстенсивным экономически. За минувшее столетие лесам Пинежья нанесен огромный ущерб, который на фоне современных императивов экономических и экологических рисков и «за давностью свершенного» не может быть оценен .

На фоне негативных аспектов неумеренной техногенной составляющей лесопользования, пренебрежения экономическими, экологическими и геополитическими аспектами, сегодня можно наблюдать рост внимания к лесам российского Севера со стороны ученых. Отрадно отметить оживление в последние годы интересов экологов, биогеоценологов к лесам Пинежья, оказавшихся в составе самого большого массива не тронутых человеком девственных хвойных лесов в Европе .

В частности, лесоводы Архангельска в составе группы скандинавских ученых проводили исследования в Карпогорском, Веркольском лесничествах явления «массированного пятнистого усыхания ели [18]. С 2012-г. в лесах Карпогорского районного лесничества магистрантами и аспирантами кафедры лесоводства и почвоведения ЛТИ САФУ имени М.В. Ломоносова, ведутся исследования антропогенной трансформации насаждений и приемов реабилитации перестойных насаждений посредством рубок обновления. К этим работам имеют прямое отношение авторы настоящей статьи [17] .

Представляется уместным познакомиться с современным состоянием лесов региона в свете начатого нового направления исследований, которое можно обозначить как – оценка роли и функций ландшафтной организации лесных насаждений и их местообитаний, а также антропогенной их трансформации, на примере Веркольского лесничества, Территория лесничества (146 тыс. га) – слабо всхолмленная возвышенная плоская равнина. Среди почвообразующих пород явное преобладание ледниковых отложений глин разного генезиса, разнообразной природы песков и галечников. Преобладают почвы болотно-подзолистые, и подзолистые большей частью торфянистые глеевые и оглеенные .

Лесистость 83% с изменчивостью от 68 % до 94 %. Столь высокая лесистость региона причастна к значимому дефициту поступающей в экосистемы солнечной радиации и пониженной испаряемости. Последнее обстоятельство служит одной из причин прогрессирующего заболачивания плоских водораздельных ландшафтов района .

Климат региона умеренно континентальный. Суммарная солнечная радиации 65-70 ккал/см2год; радиационный баланс 30-35 ккал/см2 год. Сумма эффективных температур 1250

-1275°С. Вегетационный период длится около 130 дней, число дней со среднесуточной температурой 10 градусов и выше 28-30. Сумма осадков 550-650 мм с небольшим преобладанием летних над зимними. Соответственно, продуктивность лесов остается относительно низкой .

В преобладающей правобережной части лесничества формационный состав пород 65Е25С08Б02Ос. В насаждениях хвойных формаций преобладают перестойные насаждения V класса бонитета долгомошной и зеленомошной групп типов леса .

В свете природных особенностей коренных лесов тайги [11] в функционировании преобладающими оказываются так называемые элювиальные процессы, обусловленные гумидностью климата. Характерными особенностями результатов этой группы процессов (выщелачивание, элювиирование, элювиально-гумусовая миграция, минерализация) является относительно быстрое разрушение органического вещества опада, подстилки и повышенный вынос продуктов разрушения за пределы почвенного блока. Роль комплекса этих факторов нельзя не учитывать. Имеют значение особенности почвообразовательных процессов, характерных для условий гумидного климата: преобладание физического выветривания над биохимическим с быстрым выносом за пределы экосистемы элементов-биофилов .

Леса Веркольского лесничества роднит с другими лесными ландшафтами округа Беломорско-Тиманской тайги высокая представленность перестойных разновозрастных ельников низкой продуктивности. Отличительной особенностью ландшафта лесничества является специфика его орографии: чередование плоских невысоких возвышенностей (150м) с низменными равнинами (с отметками 30-60 м). Для обоих групп местообитаний характерны низкие уклоны дневной поверхности, тормозящие поверхностный сток .

Следствием этих особенностей является отмеченное выше высокое присутствие насаждений долгомошной, травяно-болотной и сфагновой групп ТЛУ, отвечающих формально за низкой уровень продуктивности лесов .

Целью исследователей первого автора работы является общее знакомство с природой и современным состоянием лесов биома старовозрастных ельников региона в свете представлений ландшафтной экологии лесных местообитаний. Это направление имеет цель вместе с оценкой уровня использования, изучение возможностей расширения потенциала ресурсно-сырьевых, средообразующих и геоботанических параметров лесных экосистем, переоценки их биосферного экологического потенциала. Эффективность ландшафтноэкологических исследований может быть существенно повышена, если их совместить с оценкой масштабов и глубины антропогенной трансформации весьма специфичных лесов .

Преобладание в лесничестве лесов еловой формации побудило выбрать в качестве объекта сегодняшнего обсуждения перестойные ельники земель защитного назначения (запретные полосы водоохранного назначения) .

Базовую основу объектов исследований составляют массивы повыдельных данных лесоустройства, что позволяет повысить пространственную достоверность оцениваемого материала, по сравнению с методом пробных площадей. Особенность выбранной стратегии заключается в испытании возможностей расширения лесотаксационных характеристик лесных участков критериями ландшафтной лесоводственно-геоботанической организации за счет информации топографических карт с сохранившейся квартальной сеткой. Посредством компьютерной программы «Сorel-Xara-2», применяющейся при дешифрировании аэро- и космоснимков лесов. Совмещение изображений позволяет получить для каждого таксационного выдела абсолютную отметку (высоту над уровнем моря), базис эрозии, экспозицию склона, место его на тополого-типологической катене .

По мнению исследователей [3, 17] различия в экспозиции склона, в высоте над уровнем моря, по базису эрозии, крутизне склона не могут не оказывать влияния на энергетику местообитаний. Известно, что при совпадении благоприятствующих значений абсолютной отметки на участке, базы эрозии, экспозиции склона суммарная солнечная радиация и радиационный баланс превышает их значения в условиях равнины на 15-20%. Это выражается, в частности, в разнице вегетационного периода, в сумме эффективных температур .

При слабой выраженности различий в рельефе, этот эффект будет значительно меньше, хотя непременно будет иметь место [14]. Пополнение лесотаксационных свойств и характеристик лесных фаций (выделов) параметрами ландшафтного и экологического содержания начинается с характеристик абсолютных отметок участков. Связь еловых насаждений разных типов леса с положением их на землях с разными абсолютными отметками представлена в таблице 1 .

Таблица 1 .

Связь положения типов леса в рельефе с абсолютными отметками местообитания в разрезе урочищ

–  –  –

Согласно материалам таблицы 1 ельники черничные занимают в среднем абсолютные высоты от 180 до 200 м, долгомошные – в основном 175-195 м, травяно-болотные – 170-190 м (рисунок 1). Сфагновые ельники присутствуют только во втором урочище и занимают высоты 160-170 м. Это распределение хорошо отражает типично-относительное положение в рельефе. Очевидно, что отчетливой связи типов леса абсолютными отметками местоположения участков не прослеживается. Ясно, что это явление нужно анализировать на землях нескольких местностей или типа ландшафта в целом. По материалам рассматриваемой местности в целом можно говорить лишь о слабо выраженной тенденции размещения рассматриваемой совокупности типов леса в следующий ряд; сфагновый – травяно-болотный – долгомошный – черничный, при общем диапазоне 160-220 м. Не исключено, что этот ряд был бы более конкретизирован, если бы, во-первых, тип леса черничный был разделен на две разновидности, явно имеющие место в районе (черничники свежие и влажные); во-вторых, если бы разряд лесоустройства был повыше с соответствующим снижением площади выделов .

Важнейшим из показателей экологического потенциала рассматриваемых еловых лесов является рассчитанный по методике В.В. Бугровского и др. биосферный потенциал [8] .

Авторы этой методики, ссылаясь на С.С. Шварца, приняли в качестве критерия биосферного (физиологического) потенциала произведение запаса фитомассы насаждения на ее средний прирост, и назвали единицу этого показателя «шварц» (т2/га). Этот показатель рассчитан на материалах компиляции результатов исследований ведущих специалистов – лесных фитоценологов [4-7; 15, 16], сведенных в таблицы по типам леса Европейского Севера и ранжированных по пяти уровням значимости от «Очень низкого» до «Очень высокого» [10] .

Возрастная динамика изменения биосферного потенциала в разных типах леса в возрастном интервале от 130 до 210 лет показана на рисунке 1 .

Рис. 1. Изменение биосферного потенциала с возрастом в старовозрастных ельниках разных типов леса По относительным величинам значений потенциала распределение насаждений в анализируемых урочищах выглядит по-разному. В первом урочище 99% земель отнесено к категории умеренным потенциалом, а 1% площади с низким. Подобная картина имеет место на землях урочища 3, здесь преобладают участки (84%) категории умеренного, а оставшиеся 16% земель отнесены к высокому уровню. Наибольшая изменчивость рассматриваемого уровня этого показателя прослеживается на землях урочища 2. Обращает на себя внимание невысокие различия в критериях Биосферного потенциала между насаждениями разных типов леса. Связано это, по всей видимости, с тем, что пониженное участие фитомассы древостоев в заболоченных условиях нивелируется высокой долей напочвенного покрова .

В соответствии с рисунком 1 самые высокие значения от 300 до 520 т 2/га зафиксированы в ельниках черничных; самым низким биосферным потенциалом обладает ельники сфагновые от 180 до 340 т2/га. Во всех анализируемых типах лесах за период от 130 до 190 лет отмечается нарастание, а в дальнейшем снижение анализируемого показателя .

Структура земель по баллам экологического эффективности насаждений оценивается по градациям, сформированным на основе шкалы А.Г. Исаченко [10]. Изменение показателя балла экологической эффективности с возрастом в ельниках разных типов леса показано на рисунке 2 .

Рис. 2. Изменение балла экологической эффективности насаждений разных типов леса по А.Г. Исаченко [10] с возрастом Различия в рассматриваемом показателе по типам леса не существенны. Следует заметить, однако, что пиковые и самые низкие значения в разных типах леса приходятся на разные возрастные этапы древостоев. Обращает на себя внимание, что большая часть материалов по оценке баллов экологической эффективности насаждений находится в диапазоне ниже умеренного уровня. Это явление можно объяснить тем, что в основу шкалы А.Г. Исаченко взяты насаждения европейского Северо-Запада со средним уровнем жизненного потенциала, значимо превышающим умеренный уровень .

За основу выделения категорий генезиса насаждений в рассматриваемом регионе взяты результаты исследований многих известных лесоводов (Н.В. Третьякова, В.И. Левина, М.Е. Ткаченко, Б.П. Колесникова, И.С. Мелехова и др., а также В.Г. Чертовского, В.Ф .

Цветкова). Учитывались также разработки специалистов ВНИИЛМ и ЛенНИИЛХ .

Отталкиваясь от исследований предшественников, среди списков фаций в рамках урочищ аспирантами кафедры лесоводства и почвоведения под руководством проф.

Цветкова В.Ф [1, 2, 17, 12, 9] выделены следующие категории антропогенной трансформации (категорий генезиса насаждений):

УК – Условно коренные насаждения – сообщества с высоким возрастом преобладающей главной породы, являющиеся подобиями насаждений климаксового типа («выработавшихся» образований) .

Смг – насаждения Смешанного генезиса – объекты со значимым участием элементов климаксового типа, но включающие в состав то или иное присутствие парцелл производных генераций, более молодых, в т.ч. сопутствующих пород .

Пр1 – насаждения Производные 1 типа – на ранних этапах становления и поспевания (до возраста 40-50 лет) развивающиеся без явной смены пород (молодые сосняки на участках исходных сосняков) .

Пр2 – насаждения Производные 2 типа – на разных этапах становления очередного поколения преобладающей породы и формирующиеся на месте исходных сосняков, лиственничников со сменой преобладающей хвойной породы на другую хвойную (еловые молодняки, образовавшиеся из подроста ели на месте исходных сосняков или лиственничников) .

Пр3 – насаждения Производные 3 типа – с выраженной сменой хвойных пород на лиственные на первых этапах (в течение 40-50 лет). Насаждения этого типа в возрасте более 50 лет с четким проявлением обратимости смены (с увеличивающимся участим хвойных пород целесообразно обозначать индексом Пр3 – 1, но они образуют единый динамический ряд с насаждениями категории Пр3) .

Пр4 – насаждения Производные 4 типа – сообщества лесокультурного происхождения, чаще с высоким участием лиственных .

Соотношение участия разных категорий происхождения насаждений в пределах ключевых участков оценивается по данным таблицы 2 .

Нет сомнений, что в своем большинстве суть выделенных категорий результат последствий влияния человека, нередко с участием стихийных сил, провоцирующих изменения в естественной динамике регрессивно-демутационные сукцессии, т.е. не обошлось, очевидно, без влияния отдельно приходных стихий: ветровалов, очаговых усыханий ели по причине вспышек размножения вредителей и грибных болезней. Разделить влияние стихий и воздействий человека чрезвычайно сложно. Все зависит от роли антропогенной составляющей. Неоднородность структурной организации насаждении в одних ТЛУ подсказывает с 85 % надежностью, что развитие насаждений в последнее столетие предопределено главным образом деятельностью человека .

–  –  –

Структурная организация насаждений: состав пород, возрастная структура древостоев и выраженность парцеллярности полога с достаточной достоверностью подсказывает причины появления разных типов динамики, выдает время и вероятные механизмы провоцирующего отклонения от естественного хода событий. Выделенные категории генезиса – результат влияния человека и природных стихий. Отличительной особенностью приведенных материалов по структуре категорий генезиса насаждений Веркольского лесничества от других анализируемых по региону [12] является полное отсутствие категорий производных насаждений, развивающихся без смены пород или со сменой одной хвойной породы на другую хвойную. Выявленные насаждения производного генезиса в районе Верколы оказались представлены только одной категорией – Пр3-1, что означает отсутствие в районе исследований исходных насаждений светлохвойной формации. Эта особенность объясняет и вторую – широкое распространение условно коренных и с мешанных по генезису насаждений .

Однако, сходство в природе в истории возникновения перестойных лесов Европейского Севера позволяет предполагать, что ельники Верколы ожидает та же учесть .

Начинающееся освоение еловых лесов Карпогорского районного лесничества и в частности Веркольского участкового лесничества. Новое наступление лесоэксплуатации открывает период последовательного изменения структуры лесов. Следует ожидать быстрого снижения лесопокрытой площади, а в последующем – смен высоковозрастных насаждений производными молодыми с преобладанием лиственных пород .

В заключение хочется отметить, что люди уже свыклись со значительным ущербом, наносимым лесному делу, несоблюдением правил, прежде всего, крутизны и экспозиции склона, высоты над уровнем моря, базиса эрозии, направления стока, от нарушения при «резании по живому» целостных массивов как внутри биогеоценотических, так и межбиогеоценотических связей в лесных экосистемах. Следствием этого являются разрушительная водная эрозия с выносом десятков тонн мелкозема, заболачивание вырубок, наблюдаемые на десятках тысяч гектаров после разработки лесосек тяжелыми, не лицензированными экологам, машинами .

В общих чертах основные параметры лесного фонда местности хорошо согласуются с известными обобщенными характеристиками лесов региона. В целом еловые насаждения обследованных земель местности представлены перестойными древостоями разновозрастными или условно разновозрастными древостоями. Леса района несколько столетий находятся в состоянии высокого возраста .

Пополнение свойств лесных участков показателями ландшафтной организации открывает возможности повышения эффективности лесопользования .

Стоит задача в целях дальнейшего предотвращения перевода продуктивных лесных земель в непродуктивные или низкопродуктивные восстановить в правах систему рациональной промышленной лесоэксплуатации, которая предусматривала при организации лесозаготовок учет всех параметров ландшафтных свойств местообитаний. Должны быть возвращены требования учета орографических факторов во всех звенья лесозаготовительного цикла: от планировании, отвода лесосечного фонда до проектирования эффективных без ущербных технологий и природоохранных приемов разработки лесосек .

Требуется разработка активных мер по предотвращения заболачивания, широкой площадной эрозии и твердого стока .

Требуется кардинальное решение по повышению ответственности лесопользователей за ущерб наносимый деградацией нарушенных почв, от задержки и снижения качества лесовозобновления, от потерь лесными землями производительности .

Требуется вернуть лесничим статус хозяев лес обеспечить эффективную поддержку со стороны экологических и природоохранных служб, поддержку со стороны службы внутренних дел страны .

Нужны неотложные меры пол снижению потерь лесных материалов и сырья лесных ресурсов и земельных угодий, при несоблюдении требований ограничивать образование искусственных стен леса и несоблюдения нарушения возможностей образования лишних стен леса и искусственных границ между лесными участками, от нарушений требований по рационализации систем транспортных путей и систем волоков, Необходимо запретить применение на лесозаготовках систем машин не прошедших экологическую экспертизу. Необходимы меры, предусматривающие возмещение ущерба от применения агрегатных технологий при использовании скандинавской техники, уродующей грунтово-почвенный покров .

Предотвращения повреждений лесов от заморозков, ветровалов и буреломов .

Необходимо создания предпосылок для изменений в составлении кадастров лесных ресурсов, а возможно и пересмотру лесных такс с целью повышения цены на лес России .

__________

1. Андриянов В.В., Цветков В.Ф. Масштабы и глубина антропогенной трансформации лесов северной тайги (на примере Ракульского лесничества) // Материалы V Всероссийской научной конференции «Экологические проблемы северных регионов и пути их решения. Ч. 1. Апатиты, 2014. С. 51-55 .

2. Андриянов В.В., Цветков В.Ф. К изучению оценок антропогенной трансформации лесов Европейского Севера // Труды Архангельского Центра РГО / Сб. научных статей. Вып. 2. Архангельск, 2014. С .

16-22 .

3. Бауэр В., Вайничке Х. Забота о ландшафте и охрана природы. Перевод с нем. М.: Прогресс. 286 с

4. Белов С.В. Количественная оценка гигиенической роли леса и нормы лесов зеленых зон // Методич .

пособие Л.: ЛенНИИЛХ. 1964. 65 с .

5. Бобкова К.С. Биологическая продуктивность хвойных лесов европейского Северо-Востока. Л.:

Наука. 1987. 278 с .

6. Бобкова К.С. Еловые леса. Биопродукционный процесс в лесных экосистемах Севера / Под редакц .

К.С. Бобковой и Э.П. Галенко. СПб.: Наука. 2001. С. 52-72 .

7. Бобкова К.С. Биологическая продуктивность и компоненты баланса углерода в молодняках сосны //Лесоведение. 2005. № 6. С. 30-37 .

8. Бугровский В.В., Меллина Е.Г., Пьявченко Н.И., Цельникер Н.И. Биосферный потенцитал леса // Докл .

АН СССР, 1984. Т. 278. № 2. С. 498-502 .

9. Бровина А.Н. Ландшафтные закономерности природной организации и антропогенной трансформации ельников Веркольского лесничества (Магистерская диссертация по направл. 250199.68 «Лесное дело»). Архангельск: САФУ. 2015. Рукопись. 73 с .

10. Исаченко А.Г. Экологическая география России. СПбУ. 2003. 327 с .

11. Никонов В.В., Лукина Н.В. Биохимические функции лесов на северном пределе распространения .

Монография Кольск. НЦ РАН. Институт проблем промышленной экологии Севера. Апатиты, 1994. 315 с .

12 Ландшафтная организация лесных местообитаний и антропогенная трансформация лесов на Европейском Севере России (Методические указания для практических занятий по дисциплинам «Лесоведение», «Лесоводство»). Составители: Цветков В.Ф., Маслова Н.А. Андриянов В.В., Тажикенова Н.А., Бровина А.Н. Архангельск: САФУ, 2015. 60 с

13. Сабуров Д.Н. Леса Пинеги. Монография / Д.Н. Сабуров; Отв. ред. А.А. Корчагин; Ботанический институт им. В.Л. Комарова АН СССР. Л.: Наука, 1972. 173 с .

14. Тажикенова Н.А., Цветков В.Ф. Особенности ландшафтной организации лесов субарктики) // Материалы V Всероссийской научной конференции «Экологические проблемы северных регионов и пути их решения». Ч. 2. Апатиты, 2014. С. 76-79 .

15. Усольцев В.А. Фитомасса лесов Северной Евразии: База данных и География. Екатеринбург: УрО РАН, 2001. 708 с .

16. Усольцев В.А. Фитомасса лесов Северной Евразии. Нормативы и элементы географии .

Екатеринбург: УрО РАН. 2002. 406 с .

17. Цветков В.Ф., Маслова Н.А., Андриянов В.В., Тажикенова Н.А. Познание ландшафтной организации лесов Европейского Севера России, как средство повышения значимости их ресурсно-сырьевого и биосферного потенциалов // Материалы Всеросс. научн. конференции «Вопросы устойчивого управления лесами». М.:

ЦЭПЛ, 2014. С. 136-139 .

18. Цветков В.Ф., Цветков И.В. К проблеме усыхания ельников в междуречье С. Двины и Пинеги. // [Текст] Устойчивость экосистем и проблема сохранения биоразнообразия на Севере: Матер. междунар .

конференции, посвящ. 75-летию ПАБСИ и 100-летию со дня рождения Н.А. Аврорина. Кировск, 26-30 авг .

2006. Т. I. С. 241-245 .

АРХАНГЕЛЬСКАЯ ГУБЕРНИЯ: «ПАМЯТНИКИ ОТЕЧЕСТВЕННОГО

ДРЕВНЕГО ИСКУССТВА» ПО СВЕДЕНИЯМ 1886–1893 гг .

В.В. Брызгалов, О.В. Овсянников, М.Э. Ясински Архангельский центр РГО, Архангельск (Россия), lodia.arh@mail.ru Архангельский центр РГО, Вюрцбург (Германия), oleg.ovs@gmx.de Норвежский университет науки и технологии, Тронхейм (Норвегия) В начальную пору Петровских преобразований происходил бурный процесс, оценки и переоценке исторического и культурного наследия Московской Руси. Одновременно с этим шло и осмысление всего исторического наследия прошлого как единого и закономерного «хода» исторического развития Российского государства. Возрастание значимости роли наук в обществе нашло отражение в попытках государства наладить систематическое собрание исторических и практических сведений о различных регионах и территориях России. Это прежде всего проявилось в связи с Указом Сената 1723 г. о проведении масштабных геодезических работ и составлении карт с обязательным обозначением на них сведений о городищах, старинных валах и засеках, старинных зданий, могильниках и т. д .

Напоминаем о судьбе еще одного уникального проекта. В 1759 г. по инициативе М. В .

Ломоносова из Канцелярии Российской Академии Наук в Священный Синод был направлен запрос с просьбой представить «список всем синодальным строениям по всем в Российском государстве соборным и приходским церквям, так же и всем монастырям по всем городам и селам» и просил Сенат оказать содействие в получении ответов [1]. К сожалению, ни Синод, ни Сенат реальной помощи проекту не оказывали, но в результате Академия Наук с мест получила около 4 тысяч ответов, для обработки которых был даже в помощь выделен студент. Насколько можно судить, академический вопросник представлял собой серьезную и компетентную программу сбора сведений о старинных деревянных и каменных строениях, остатках оборонительных сооружений, а так же о графических материалах и памятниках письменности. К сожалению собранный уникальный материал, над которым трудился академический студент Илья Андреев до сих пор в качестве ценного источника так и не нашел своего достойного места в отечественной науке. Однако проект Ломоносова наглядно показал, что информацию «о памятниках отечества» необходимо переносить с географических карт в многочисленнее картотеки и реестры .

Появившееся во второй половине XVIII столетия «Описания» различных губерний Российского государства, в том числе и Архангелогородской, отражали актуальные запросы географии и экономики страны. В 1775 г., непосредственно почти сразу после так называемой «губернской реформы», было начато составление описаний наместничеств, и уже через два года Сенат приступил к рассмотрению составленных кратких «Описаний»

Московской и Воронежской губерний [2]. В методологическом плане был сделан реальный «шаг» вперед в переходе от картографирования исторических, экономических и других сведений к подробных текстовым описаниям. «На дворе» стояло XVIII столетие - век просвещения и науки. В российском обществе того периода укоренилось представление о необходимости и пользе познания своей земли, своего народа и его истории. Результатом многолетней напряженной работы большого коллектива стал рукописный «Атлас Архангельской губернии 1797 г.» [3]. Наряду со сборами и накоплением исторических, этнографических и географических данных в XIX в. особое внимание начинают обращать на вещественные «носители» истории и культуры-предметы старины, древние здания и оборонительные сооружения прошлого. Интерес был обращен, прежде всего, к церковноархеологическим древностям. В России начинают появляться церковно-археологические учреждения: Епархиальные комитеты и Комиссии, музеи-древлехранилища [4] .

Открывая 16 марта 1869 г. I-й Всероссийский Археологический Съезд в Москве, выступавший от имени Министерства Народного Просвещения произнес в своей речи и такие слова: «Для нас, собравшихся в первопрестольную столицу с разных концов России, настоящий Археологический Съезд составляет отрадное явление. Он служит новым и очевидным доказательством, что заботливость о сохранении памятников старины у нас усиливается, что число лиц, которыя относятся к ним не с безразличным равнодушием, умножается, что уважение к ним желают провести в народ. Это – шаг в деле народного самопознания и самоуважения. Народ, который начинает любить памятники прошлого, их сохранять и разъяснять, уже этим одним, в некотором смысле, показывает, что он проникся любовью к своей истории и предчувствием своего будущаго» [5] Уже сам факт, что от лица государственной власти были произнесены такие слова, свидетельствовал и о том, что были предприняты и конкретные практические шаги в этом направлении. Инициатором сбора сведений о памятниках археологии и древнего искусства в различных губерниях России выступили Губернские Статистические Комитеты. Конечно, было бы наивным полагать, что это была их собственная инициатива. Дело в том, что в 1873 г. Центральным Статистическим Комитетом России были затребованы: «по представлению проф. Д.Я. Самоквасова были чрез губернские Статистические комитеты сведения о городищах и курганах, находящихся в разных областях России» [6]. Таким образом, вся эта программа была разработана и реализована, по существу, к предстоящему I-му Археологическому съезду в Москве .

Безусловно, не все регионы России могли выполнить это в полном объёме. Собранные данные по тщательно и детально разработанным программам-вопросникам были научно обработаны и опубликованы, впоследствии, выдающимся российским археологом Александром Андреевичем Спицыным, в том числе по Кемскому, Мезенскому, Холмогорскому и Шенкурскому уездам [7]. Во второй половине XIX в., как мы видим, в Российском государстве предпринимаются практические акции по выявлению и фиксации памятников старины .

Во второй половине XIX столетия в Российском государстве начинают осуществляться практические акции по выявлению и фиксации памятников старины. На упомянутом нами I-ом Всероссийском Археологическом съезде в специальном разделе «Вопросы, предлагаемые к обсуждению» было поставлен и такой важный вопрос: «Какия должны быть приняты меры к сохранению и приведению в известность памятников как языческой, так и христианской древности в России?» [8] .

Обсуждать проблему сохранения памятников истории и культуры Отечества возможно было только в том случае, когда эти памятники становятся известны, то есть когда они выявлены и атрибутированы .

В свете всех уже имеющихся данных стала более понятна история организации и проведения экспедиционных работ, которую, возглавил служащий Архангельского Губернского Статистического Комитета Александр Григорьевич Тышинский в предверии археологического съезда. Из опубликованного на съезде доклада А.Г. Тышинского: «… по предложению князя С.П. Гагарина, председателя Архангельского Губерн. Статистического Комитета, осенью 1868 года отправились с целью археологическаго и этнографич .

исследования двух уездов Архангельской губернии: Холмогорскаго и Шенкурскаго. Мы отыскивали сохранившиеся в этих местностях памятники и предания здесь обитавшей Чуди, и теперь даем отчет в наших трудах» [9]. Задача организованной Губернским статистическим Комитетом экспедиции состояла в том, чтобы «Отыскать по указаниям местных жителей памятники курганного периода, могилы, городища, рощи и составить об них краткия описания, по возможности, с планами, картами и рисунками» [10]. Как видно из опубликованного в «Трудах съезда» отчёта А.Г. Тышинского и его товарища, организация и полевая работа сотрудников этой поездки, а, по существу, экспедиции с участием (это видно по иллюстрациям) профессионального художника, а, возможно, и топографа, была проведена почти на профессиональном научном уровне. Представляется, что в будущем полученные результаты этой экспедиции достойны более пристального и детального изучения .

Безусловно, уровень компетенции тех людей, которые составляли программывопросники, и тех людей, которые отвечали на эти вопросы, в разных волостях и губерниях вряд ли был одинаков. Можно привести конкретный пример. Вот комплекс вопросов, ответы на которые в 1873 г. были получены проф. Д.Я. Самоквасовым от некоторых Губернских Статистических Комитетов: «...о городищах и курганах, находящихся в разных областях

России по следующей программе:

1-Имеются ли в волости древния земляные насыпи или окопы или батареи, которые называются народом ГОРОДИЩАМИ или ГОРОДКАМИ, и если таковыя имеются, то где именно,...?

2-Как велика площадь (т. е. внутренняя часть без рвов и валов) городища или городка?

3-Какова форма городища или городка?

4-Какова поверхность площадки городища или городка?

5-На каком месте помещается городище или городок?

6-С каких сторон городище или городок окружен оврагами, спусками, выкопанными рвами и насыпными валами?

7-Какая длина и ширина рвов и валов при городках или городищах, если они сохранились?

8-С какой стороны вход или въезд в городок или в городище, если он сохранился?

9-Если городок или городище сохранились не вполне или совсем разрушены, то не известно ли когда и почему?

10-Нет ли в городе преданий о том, ЗАЧЕМ СООРУЖЕНЫ СОХРАНИВШИЯСЯ ГОРОДИЩА ИЛИ ГОРОДКИ, также о находках на них или возле них, о раскопках, а если находки уцелели, то у кого находятся?» [11] .

Приведенные нами фрагменты программы-вопросника вполне соответствуют и современным научным критериям для описания археологических памятников данного типа, и вряд ли следует забывать эти положения при сегодняшних исследованиях подобных памятников этой группы на Севере, а также не следует забывать и эти критерии .

Полезность сопоставления различных программ мы видим, прежде всего, в том, что при этом появляется возможность показать множественность и в конечном результате разнообразие самих этих документов, а также ценность каждого из содержащихся в них сведений и фактов. Интерпретация же фиксированных в них фактов - это изучение источниковедческого «среза» различных периодов в истории нашего государства .

Наша публикация посвящена малоизвестному и полностью ещё не опубликованному документу конца XIX в.: «Ответы на вопросы, предложенные Академиею Художеств, собирающею сведения о памятниках древняго искусства» [12] .

В январе 1893 г. из канцелярии Архангельского губернатора действительного статского советника князя Н.Д.

Голицына, за его собственноручной подписью были отправлены в Императорскую Академию Художеств письмо, а также собранные в течение шести лет на территории Архангельской губернии «сведения о памятниках отечественного деревянного искусства» по просьбе Императорской Академии художеств:

«Министерство Внутренних дел Архангельскаго Губернатора По Канцелярии Января 1893 года № 69 Архангельск В Императорскую Академию Художеств (слева, на полях, помета – Археолг. Комиссию 20.1.93) В 1886 г. Императорская Академия Художеств обращалась ко мне с предложением собрать сведения о памятниках отечественного деревянного искусства в Архангельской губернии, в виде ответов на вопросы, поставленные Академиею на особом приложенном бланке .

Во исполнение этого предложения мною были приняты возможныя меры к собранию желаемых сведений. Уездным Исправникам были циркулярныя предложения о собрании сведений как личными трудами, так и посредством обращения к сведущим лицам, проживающим в уездах, кроме того я отнесся по этому же предмету к местному Преосвященному, прося его побудить к доставлению просимых сведений и приходских священников, как людей, обладающих образованием, знакомых как с церковными древностями, так и с другими остатками старины в своих приходах, и могущих поэтому с наибольшим успехом послужить той цели, которая поставлена в данном случае Императорскою Академиею Художеств, о том же, затем, сообщено было и Архимандриту Соловецкой обители и, наконец, местному Статистическому Комитету и заведующему Архангельским публичным музеем .

К сожалению, не смотря на мои неоднократныя настояния, сведения поступали в мою Канцелярию до крайности медленно, что можно объяснить от части громадным пространством губернии, отчасти недосугом служащих лиц, как светских, так и духовных, отчасти же, и, главным образом, неумением и непривычкой тех и других исполнять требования начальства, не относящимся к кругу их прямых обязанностей, и при том, требующия для своего выполнения известной научной подготовки .

Хотя до сей поры остаются еще некоторые отдаленные церковные приходы, расположенные преимущественно в малонаселенных тундровых местностях Мезенского и Кольского края, не доставившие никаких сведений, тем не менее, имея в виду, что из значительного большинства местностей вверенной мне губернии сведения уже получены, считаю долгом весь накопившейся уже у меня довольно значительный материал по выше указанному вопросу препроводить в расположение Академии Художеств, систематизировав его согласно вопросным пунктам сообщенной мне программы, недостающия же ныне сведения будут доставляемы мною в Академию по мере их получения .

Губернатор (подпись) Правитель Канцелярии (подпись)» [13] .

Подпись архангельского губернатора не очень разборчива, но, конечно, хорошо известно, что с 1885 г. по начало июня 1893 г. обязанности губернатора Архангельской губернии исполнял действительный статский советник князь Николай Дмитриевич Голицын .

Любопытно, что приблизительно в тот же период, когда в Архангельской губернии получили вопросник из Академии Художеств, князь Н.Д. Голицын совершил путешествие, а точнее сказать, рабочую поездку в печорский край и при этом фиксировал различные стороны географии и экономики края в своём произведении «Обозрение Печорского края» [14] .

Можно предполагать, что личность губернатора князя Н.Д. Голицына была далеко не ординарной. Об этом свидетельствуют и процитированное нами губернаторское письмо. Оно составлено очень грамотно и дает исчерпывающие ответы на все те вопросы, которые могли бы возникнуть в связи с посланным письмом в Академию Художеств .

Считаем необходимым отметить следующее:

1. Императорская Академия Художеств в очередной раз взяла на себя инициативу по сбору сохранившихся на огромной территории Архангельской губернии к 1883 г. данных о памятниках древности. Императорская Академия Художеств «как особая трех знатнейших художеств Академия» была учреждена в 1757 г. и ее авторитет в Российском государстве был высок» .

2. Важно и то что, после сбора сведений по присланному из Академии вопроснику о имеющихся древностях, полученные материалы по указанию губернатора подверглись структурной обработке в одном из губернских учреждений, вероятнее всего сотрудниками Губернского Статистического Комитета. Те сотрудники, которые имели дело с полученными из уездов сведениями, систематизировали их в большинстве случаев деликатно, сохранив при этом основные позиции присланного из Академии вопросника .

Однако присланный в губернию вопросник полностью восстановить не возможно, так как на четыре вопроса ответа в документе не дано и поэтому невозможно судить о теме этих вопросов (вопросы VII, IX, XI, XII). На три вопроса есть только ответы (XIII, XIV, XV), поэтому остается неизвестной первоначальная формулировка самих вопросов. Все это дает все же возможность определить и параметры, и качество присланной анкеты.

Практически текст вопросов, посланных в Архангельск, в анкетах удается в большей части восстановить, так как эти вопросы повторяются в тексте основного документа:

I. «Нет ли в пределах Архангельской губернии хорошо сохранившихся курганов, городков и городищ?

Как построены эти памятники, какой величины и где они находятся?

(их топографическое положение)» .

II. «Нет ли в пределах Архангельской губернии в полях и в лесах каменных баб?

Каменных крестов? Какой величины и вида? Где они находятся? Нет ли на них помет, надписей?»

III. «Нет ли в пределах Архангельской губернии пещер? В пещерах нет ли следов церквей, келий или погребения умерших? Где находятся эти пещеры, в каком грунте земли, какого устройства, как все занимают пространство? Нет ли тайников, подземных ходов? Как устроены тайники и велики ли? Не находили ли чего в пещерах и тайниках, и где найденные хранятся?»

IV. «Не находили ли где старинных медельенов (змеевиков), медалей, монет и тому подобных художественных памятников? Куда найденные поступают и не находится ли еще в частных руках? Желательно знать фамилии лиц, у которых эти памятники сохранились?»

V. «Из старых городских укреплений сохранились ли крепости? Где находятся и из чего они построены, какие их вышина, ширина и окружность? В каком виде устроены проезжие ворота и башни? Сохранились ли на них старые раскаты и башни? Имеют ли ворота и башни особыя названия? Есть ли в сенах ходы? Нет ли внутри стен кладовых, палаток, под башнями погребов и особых подземельных ходов к рекам? и т. д.»

VI. «Не сохранились ли в городах старыя деревянныя укрепления, остроги, заменявшие собою крепости? Если сохранились, то во сколько стен рублены, из какого леса?

Неизвестно ли имя зодчаго или мастера, строившего острог? Как велико пространство, занимаемое острогом? Известно ли время его основания?»

VII. «На VII вопрос сведений нет» .

VIII. «Не сохранились ли где в городах старыя каменныя палаты, построенные до 1764 года, а деревянныя избы до 1800 года? Если сохранились, в каком оне виде ныне находятся? Не существует ли каких либо украшения на них крыше? Кто были зодчие этих построек … на них? Кому оне принадлежат?»

IX. «На IX вопрос сведений нет» .

X. [вопросы в этом пункте анкеты не перечислены, есть только ответы –Авт.] .

XI и XII. На XI и XII вопросы сведений нет .

XIII. [вопросы в этом пункте анкеты не перечислены, есть только ответ – Авт.] .

XIV. [вопросы в этом пункте анкеты не перечислены, есть только ответ – Авт.] .

XV. [вопросы в этом пункте анкеты не перечислены, есть только ответ – Авт.] (Приложение) .

Определенные различия в характере двух приведенных нами вопросников, конечно, есть. Если программа проф. Д.Я. Самоквасова была направлена людям, связанным с археологией или в какой-то мере подготовленным в научном плане (мы привели вопросы лишь по городкам и городищам), то анкета, присланная в 1886 г. Академией Художеств, предназначалась для ответов более широким в социальном отношении слоям населения и, прежде всего, сельскому населению. Вопросы о находках монет, медальонов и т.д. были обращены к хозяину дворовой усадьбы, работнику в поле, в лесу или работающему на огороде. Без сомнения, польза от работы с такими программами тоже должна была быть .

Весьма любопытны сведения этой программы о так называемых «чудских ямах» в Благовещенской волости: «В Благовещенской волости (Шенкурскаго у.) находятся так называемыя Чудския ямы, в которых по преданию, жили финны до покорения их новгородцами. Расположены эти ямы в форме круга, в центре котораго устроена такая же яма гораздо больших перед прочими размеров, в ней, по преданию, финны собирались для решения своих дел» [15] .

Можно высказать предположение, что именно это место буквально через два десятилетия будет известно в научном мире России, а потом и в общеевропейской археологической науке. При прокладке местного тракта и проведении земляных работ в селе Воскресенском будут обнаружены многочисленные бронзовые и серебряные украшения, и кресала-огивы, бусы, датируемые предположительно концом XI-XIII вв. [16]. Согласно музейной инвентарной описи 1923 г. эти находки были записаны под №№ 330-403 как поступление в Архангельский музей из раскопок Михаила Федоровича Шумилова в селе Воскресенском .

По сообщению А.Г. Едовина «в советское время» раскопками «чудских ям» близ села Благовещенского занимался некто А.М. Сафонов, якобы согласно его рукописи [17]. Из названия рукописи следует, что в Архангельскую духовную Консисторию была направлена книга, содержавшая те события, которые к 1887 г. произошли в Благовещенском приходе. По нашему мнению сведения о «чудских ямах» – это просто ретрансляция тех данных, которые были получены во время сбора сведений из Благовещенского прихода в Архангельск, а потом уже были включены в публикуемый нами документ. Напомним, что Архангельский Губернатор за помощью в сборе сведений о памятниках специально обращался к местному Преосвященному, прося его «побудить к доставлению просимых сведений, как людей, обладающих образованием, знакомых, как с церковными древностями, так и с другими остатками старины в своих приходах...». Нам представляется, что все обстоятельства обнаружения коллекции из села Воскресенского в будущем ещё могут быть уточнены .

Любопытно, что эти находки уже с самого начала воспринимались как погребальный инвентарь из разрушенных захоронений. Позднее была сделана попытка интерпретировать этот комплекс как «клад» [18]. Однако комплекс, найденных вещей у села Воскресенского, все же более соответствует набору погребального инвентаря, что подтверждается и свидетельством о нахождении около села целого комплекса могильных ям. Более того, в публикуемом нами документе есть ещё одна не менее любопытная запись о находке на территории Благовещенского погоста золотой гривны. Напомним, что село Воскресенское являлась по существу окраиной Благовещенского погоста. Вот эта запись: «В 1874 году крестьянином Благовещенской волости (Шенкурскаго уезда) Костериным была найдена золотая гривна, проданная затем неизвестно кому на ярмарке» [19]. Конечно, найденная гривна могла быть только по виду «золотой», а на самом деле сделана из золотистой бронзы, да и находка такой дорогостоящей вещи вряд ли могла пройти «мимо» местного начальства .

В мае 1909 г. известный финский археолог, один из ведущих специалистов по финноугорской археологии Арне Тальгрен (Arne Markus Tallgren), тогда ещё член-сотрудник Гельсингфорского исторического музея, магистр (позднее – Профессор Хельсинского Университета), написал в Императорскую Археологическую Комиссию письмо. Обращаясь к служащему Комиссии А.А.

Спицыну с просьбой выдать ему Открытый Лист (разрешение) на проведение археологических работ в Северной России, он писал:

«Милостивый Государь, Андрей Алексеевич!

Присылая Вам мое почтение и поклон, обращаюсь к Вам с просьбой уведомить меня могу ли я от Археологической Комиссии получить Открытый лист на произведение археологических раскопок в Северной России в будущее лето, специально для изследования могильников бронзового века и Ананьинскаго эпоха, о чем был переговор при последней встрече нашей. Намерение мое отправится в Вятскую, Пермскую и в Архангельскую губернии и в Казань, и от части снимать и разобрать городищи и могильники, а от части произвести раскопки. Если Вы согласны с этим и я узнаю какими условиями добывается выше упомянутый лист, то я намереваюсь прибыть туда 14-го сего месяца (старого стиля) и отправится от туда в Казань. Срок путешествию 3-4 месяца .

Прошу передать поклон супруге Вашей. Остаюсь преданным слугою Вашим .

Михаил Маркович Тальгрен, Исторический музей, Гельсингфорс. 12. V. (новый стиль) 09. (рис. 1, 2) [20] .

Рис. 1, 2. Письмо А. Тальгрена А.А. Спицыну на получение Открытого листа. 1909 г .

Свое имя и отчество на русский манер транскрибировал сам Арне Тальгрен – «Михаил Маркович Тальгрен», так подписывал он свои русские отчеты в Императорскую Археологическую Комиссию (отчеты А. Тальгрена на финском языке хранятся в Архиве Музейного Ведомства в Хельсинки). Получив просимое им разрешение на проведение археологических работ в Архангельской области (рис. 3, 4), А. Тальгрен в 1909 г. посетил музеи Санкт-Петербурга, Москвы, Казани, Костромы и, конечно, Архангельска [21]. В Архангельске А. Тальгрен сфотографировал интересующие его находки из села Воскресенского, а также клад серебряных украшений из Кеми, которые позднее опубликовал в Финляндии [22]. В этот полевой сезон А. Тальгрен провел исследования на реке Пинеге в районе Ваймужского (Кеврольского) городища и на противоположном берегу Пинеги, изучал бронзовые «чудские» находки из разрушенного паводком могильника на берегу реки (рис. 5, 6) [23] .

–  –  –

По существу, во время пинежской поездки ученый обнаружил ещё один, ранее неизвестный науке могильник «чудского» населения. В своем отчете А. Тальгрен писал: «На N от деревни, на обрывистом берегу кладбище. Пройдя, согласно указаниям, около 1/2 км от дер. Немнюга вверх по течению речки, я увидел повсюду на земле следы раззоренного кладбища, части скелетов, уголь, дерево, золы, черепки. Говорят, что лет 10 тому назад вода вдруг начала подмывать берег... После этого обнаруживались постоянно необыкновенные старинные предметы: многочисленные цепи, подвески, бубенчики, «монеты» (вероятно, монетовидные подвески – Авт.), и круглые медные пластинки «с рисунками» и много костей .

Был найден и «золотой» браслет, гласит молва, его взяли и разделили по кусочкам, которые затем утерялись, бронзовые подвески тоже были взяты, но затем опять заброшены, а что касается железных поломанных предметов, то и в голову не приходило никому придавать им какое-нибудь значение. Из всего материала осталось лишь приобретенные мною 2 бронзовые подвески, так называемые «чудския» [24]. Произведя осмотр места находок, А. Тальгрен обнаружил остатки разрушенных в береговом обрыве ям, которые интерпретировал как следы погребальных сооружений [25] .

Рис. 5. План городища у д. Ваумуши, на реке Рис. 6. Находки у д. Ваймуши, на реке Пинеге. Рисунок А. Тальгрена. 1909 г. Пинеге. 1909 г .

Как мы уже отмечали, А.А. Спицын, понимая важность «воскресенских» находок, опубликовал их ещё в 1915 г. по фотографиям, присланным ему В.А. Острогским. Уже тогда известный российский археолог так описывал важскую коллекцию: «Вещи, видимо, относятся к одному времени и происходят, скорее всего, из могильника, если это только не клад. Время ХI в. Некоторые из вещей Пермские, особенно же круглые проволочные бляшки с привесками-лапами (рис. 38), и трубочки-пронизки (рис. 40). Остальные целиком повторяются в древностях вепсов (южное побережье Ладожского озера), и в Костромских курганах, а так же в корельских древностях северного берега Ладожского озера. Большие серебрянные бляхи идут из Прибалтийского края. Все эти факты большой важности, устанавливающие культурную связь Ваги не столько с Камою, сколько с западом» [26] .

Очень важно, что именно в публикуемых нами сведений из Шенкурского уезда, содержатся довольно убедительные аргументы, подтверждающие погребальный характер «воскресенских» находок!

Вопросы происхождения Биармии, с которыми ученый связывал так называемые «чудские» находки, и самих биармов интересовали А. Тальгрена в течение всей его научной деятельности. Но круг интересов ученого был весьма обширен. Об этом свидетельствуют маршруты его поездок по России: от Санкт-Петербурга, Перми и Екатеринбурга до Минусинска. А. Тальгрен на протяжении многих лет поддерживал дружеские контакты со много ведущими российскими коллегами .

Арне Тальгрен умер в 1945 г. после тяжелой болезни [27]. Профессор А. Тальгрен, как ученый, мыслил всегда масштабно, исследуя древности на обширных территориях. Недаром в российских музеях он знакомился с коллекциями предметов от берегов Невы до Минусинска, на Енисее .

Относительно комплекса находок у села Воскресенского А. Тальгрен и в 1931г. так и не пришел к окончательному выводу, можно ли эти находки интерпретировать как погребальный инвентарь или рассматривать как клад [28]. Однако финский ученый совершенно справедливо определил бассейн реки Ваги как один из приоритетных районов Северной России в изучении средневекового населения Северо-Восточного региона .

Безусловно, комментировать все сведения, публикуемого нами документа, не входит в нашу задачу. Однако обратить внимание ещё на некоторые, на наш взгляд, очень интересные ответы о памятниках старины в Архангельской губернии все же стоит. Речь идет, прежде всего, о фиксации сразу в нескольких местностях Холмогорского (деревня Косковская), Шенкурского (деревни Верхнесуландская, Кургоминская, Чушевская) уездов расположенных на пойменных сенокосных лугах возвышенностей, которые местные жители называли «земляными курганами», или просто «курганами», давая им различные имена – «Святая гора», «Пупец». Все эти объекты под такими же имена в 50-е годы ХХ в. ещё числились в списке охраняемых памятников под определением «скандинавские курганы IХ в.» в Отделах культуры областного и районных Советов в качестве памятников археологии .

В 1961 г. один из таких «памятников» под названием «Пупчик» (Пупец) был исследован во время экспедиционных работ О. В.Овсянниковым, что подтвердило предположение об его естественном происхождении. Оказалось, что это останец размытой речной террасы и можно с уверенностью полагать, что и вся серия таких «памятников» имеет естественное происхождение .

Проблема интерпретации имеющихся в публикуемом документе сведений неизбежно затрагивает тему этнической принадлежности целого ряда археологических древностей. В тексте довольно часто встречаются определения – «чудской», «чудской городок», «чудская крепость», «чудское племя». Напомним, что и экспедиция Архангельского Губернского Статистического Комитета в 1869 г. ставила перед собой вполне конкретную задачу отыскать в Холмогорском и Шенкурском уездах «...сохранившиеся в этих местах памятники и предания здесь обитавшей Чуди», то есть, никаких сомнений в наличии на этих территориях «чудских» памятников даже не возникало. В данной статье нет надобности детально останавливаться на времени появления и самом происхождении появившихся в науке в XVIII в. определений «чудская территория» или «чудское племя», а также – «приладожская чудь», «заволочская чудь», «прикамская чудь», «приуральская чудь» и т. д .

Мы только ограничимся тем, что обратим внимание читателя на проблему, которая уже довольно давно обозначали этнографы. Это проблема соотношения архаичных, или первичных, и вторичных форм народной культуры [29]. Немаловажное значение в формировании «вторичных» форм культуры сыграл расцвет, с конца XVII в. и особенно в XVIII в., различных крестьянских художественных промыслов, и проникновение в широкие слои северного населения исторических знаний [30] .

В последние два десятилетия XIX столетия на глазах современников произошел буквально «взрыв» интереса к северным и особенно полярным и приполярным территориям .

Интересанты побывали не только в губернском и уездных центрах, но и попытались проникнуть в довольно отдаленные «уголки» огромной Архангельской губернии. На «стезю»

путешественников потянулись и первые лица губернии – в 1887 г. губернатор Н. Д. Голицын посетил Печорский край, в 1897 г. Беломорье ревизовал губернатор А. П. Энгельгардт. Что же увидел губернатор в некогда одном из передовых в социально-экономическом развитии районов Российского государства: «При первом, даже поверхностном, знакомстве с местными условиями и нуждами Русского Севера, составляющаго Архангельскую губернию и обнимающаго огромное простравнство от границ Норвегии до Тобольской губернии вдоль берегов Северного океана и Белаго моря, нельзя не заметить, что экономическая и промышленная жизнь этого обширного края находится в полном застое и как бы летаргическом сне» [31] .

В 1884–1885 гг. члены императорской фамилии – генерал-адмирал великий князь Владимир Александрович и великая княгиня Мария Павловна изволили проплыть по маршруту: Кемь–Архангельск–Мезень–Онега–Сумской посад по морю, и посетили Повенец и Петрозаводск уже по суше [32] .

На фоне этого административного и великосветского интереса к Северу поездки специалистов можно отметить как единичные, но весьма результативные и ценные .

Академик архитектуры В. В. Суслов осуществил значительные научные маршруты по Северной Европе – России и Норвегии [33]. Вот о чем писал В. В. Суслов об остатках деревянного Кемского городка несколько столетий «запиравшего» волоковый путь из Ботнического залива в Белое море: «Остов башни с внешней стороны острога сделан из двойного сруба. Со второго этажа ея шли переходы в другия башни, теперь уже несуществующия. С внутренней стороны укрепления в башне сохранились широкие ворота, а в наружных стенах ея различныя отверстия для пищалей, ружей и т. п. Наверху уцелели два горизонтальныя бревна, выходящие из-за сруба на пропускных балках. Это собственно ряд машикуль, с которых бросали камни и вылевали кипяток на осаждающих» [34] .

Предложенный нами краткий экскурс в историю собирания сведений о северных древностях, безусловно, далеко не полон, и он не охватывает всех категорий источников .

В 1886 г. с ещё одной инициативой сбора сведений о памятниках северной старины выступила Императорская Академия Художеств – об этом свидетельствует печатная типографским способом типовая анкета под названием «Метрика». Это был своеобразный паспорт на памятники церковной архитектуры с 20 специальными вопросами: «Метрики для получения верных сведений о древних православных храмах божьи, зданиях и художественных предметах». Со всех губерний Российской империи было собрано 7080 метрик – единиц хранения, которые в 1893 г. также были переданы из Императорской Академии Художеств в Императорскую Археологическую Комиссию и составили уникальный фонд источников ныне – Научный Архив Института истории материальной Культуры Российской Академии Наук – Р-III. [35] .

«Метрика» как паспорт, на отдельно взятый памятник архитектуры представляет собой, бесспорно, уникальный исторический источник, содержащий не только историю самой постройки – время и обстоятельства её содержания. В «Метрике» фиксировалось и «содержание» данного памятника – наиболее примечательные предметы церковной утвари, иконы, написанные местными и выдающимися русскими иконописцами, старинные церковные книги, привозные и местного литья колокола. Конечно, уровень фиксации всех этих сведений зависел от познаний составлявших их священнослужителей. Тем не менее, можно уверенно выразить чувство признательности и искренней благодарности всем этим людям, потому что масштабы использование данного фонда Археологической Комиссии историками древнерусской архитектуры, иконописи и вообще русской культуры можно считать по истине беспрецедентным .

Напомним, что в Санкт-Петербурге 2 февраля 1859 г. была учреждена Императорская Археологическая Комиссия в структуре Министерства Императорского Двора [36], которая почти сразу становится практическим центром, в котором концентрируются не только все сведения и само «розыскание предметов древности, преимущественно относящихся к отечественной истории и жизни народов, обитавших некогда на пространстве, занимаемой ныне Россиею…». Проводя наблюдение и контроль за проведением санкционированных ею земляных археологических работ с научной или охранной целью (при строительных работах), максимально фиксируя случайные находки древностей, Археологическая Комиссия становилась первым в Российском государстве органом охраны памятников археологии и истории .

Безусловно, собранные в 1886-1893 гг. в публикуемом документе сведения о памятниках истории и культуры на территории Архангельской губернии являются далеко не исчерпывающими. Кстати, об этом упомянуто и в публикуемом губернском письме .

На наш взгляд, очень важно отметить следующий аспект – приложенный к губернскому письму перечень памятников и случайных находок. Это очень характерный временной «срез» исторической памяти самого населения Поморского Севера, своеобразный индикатор отношения поморского общества к интерпретации исторического прошлого своих родных мест (элемент исторического мышления). В связи с этим мы считаем целесообразным и необходимым публикацию данного письменного источника. Важен вот ещё какой момент – документ, на составление которого в различных губернских инстанциях ушло почти 7 лет и в составлении которого принимало участие значительное число людей различной социальной принадлежности все нашел достойное место для своего долговременного хранения в архиве Императорской Археологической Комиссии. Следует также отметить, что нам удалось зафиксировать некоторые основные тенденции, как в самой истории сбора сведений о памятниках истории и культуры в России (на примере Архангельской губернии), так и сообщить о первых шагах на пути выработки критериев охраны этих памятников в Х1Х в. Научным и организационным центром такой работы в последние десятилетия Х1Х столетия без сомнения была Императорская Археологическая Комиссия. Ещё в апреле 1890 г. из Канцелярии Императорской Академии Художеств в

Археологическую Комиссию было направлено следующее письмо:

«Министерство Императорского Двора Канцелярия императорской Академии Художеств 17 апреля 1890 г. № 894 В Императорскую Археологическую Комиссию По докладу его Императорскому Высочеству Президенту Академии просьбы Императорской Археологической Комиссии о передаче в ведение Комиссии, собранные Академиею метрик памятникам древняго зодчества в России, на сие последовало согласие Августейшаго Президента Академии .

В виду сего Канцелярия, в ответ на отношение от 16 Марта с.г.

за № 256, имеет честь препроводить, по прилагаемым при сем описям:

1) Метрики для получения верных сведений о древне-православных храмах Божиих, зданиях и художественных предметах; 2) сведения о памятниках древнерусского искусства, доставленные губернскими статистическими Комитетами; 3) издания, присланные вместе с метриками и свединиями губернских статистических Комитетов .

Вместе с сим, согласно желанию Археологической Комиссии, Канцелярия имеет честь препроводить: «Сборник материалов для истории Императорской С. Петербургской Академии Художеств за 100 лет ея существования», в 4-х томах, с алфавитном к ему указателем .

Конферец Секретарь Граф М. Толстой Старший Делопроизводитель В. Лобоков» [37] .

___________

1. Гурвич Д.М. М. В. Ломоносов и археология // Краткие сообщения Института истории материальной культуры (КСИИМК) М.: изд-ва АН СССР, 1951. Вып. 41. С. 119-123 .

2. Шапиро А.Л. Записки о Петербургской губернии А. Н. Радищева // Исторический архив. 1950. № 5 .

С. 195 .

3.Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. ВУА. Д. 18588. Т. I-II .

4. Заднепровская Т.Н. Церковно-археологические учреждения и их роль в охране и изучении памятников церковной старины России // Церковная археология. Материалы Первой Всероссийской конференции. Ч. 3. Памятники церковной археологии России. (Сер. Археологические изыскания. Вып. 26-3) .

СПб.-Псков, 1995. С. 37-38 .

5. Труды Перваго Археологического съезда в Москве. 1869 г. М. 1871. Т. I. С. XXIX .

6. Спицын А.А. Сведения 1873 г. о городищах и курганах // Известия Императорского Археологического Комитета. СПб, 1903. Вып. 5. С. 1 .

7. Спицын А.А. Сведения 1873 г. о городищах и курганах… С. 5-6 .

8. Съезд Археологический в Москве 16-го марта 1869 года. СПб, 1869. С. 7 .

9. Труды I Археологического Съезда в Москве. М., 1871. Т. I. С. 324 .

10. Там же. С. 324 .

11. Спицын А.А. Сведения 1873 г. о городищах и курганах… С.1 .

12. Научный архив Института истории материальной культуры Российской Академии наук рукописный отдел (НА ИИМК РАН РО). Ф. 25, 1890. Л. 41-58 .

13. Там же. Ф. 1, 1890. Д. 25. Л. 39-40 .

14. Голицын Н.Д. Обозрение Печорского края Архангельским губернатором действительным статским советником князем Н. Д. Голицыным летом 1887 года. Архангельск, 1888 .

15. НА ИИМК РАН РО. Ф. 25, 1890. Л. 45 об.- 46 .

16. Спицын А.А. Археологический альбом // Записки Отделения Русской и Славянской археологии (ЗОРСА). Птр., 1915. Т. 11. Вып. 2. С. 225-244 .

17. Сафонов А.М..Выписка из книги «Данной Архангельской духовной Консистории Шенкурского уезда Благовещенской церкви» 1887 года для записи притча и церковных летописей. Рукопись. С. 1-3. ВКМ б/н .

(См.: Едовин А.Г. Археологическая разведка в городе Вельске и окрестностях в 1999 году // Важский край .

Источниковедение, история, культура. Исследования и материалы. Вельск: Вельти, 2002. С. 13 .

18. Назаренко ВА., Овсянников О.В., Рябинин Е.А. Чудь Заволочская // Финны в Европе.VI-XV вв .

Прибалтийские народы. Историко-археологические исследования М.: Наука, 1990 Вып 2 С. 96 .

19. НА ИИМК РАН РО. Ф. 25, 1890. Л. 47 .

20. НА ИИМК РАН РО. Ф. 1. Д. 80. 1909. Л. 2-2 об .

21. Сакса А.И., Таавитсайнен Ю.П. А. М. Тальгрен и российская археология (по материалам переписки А. М. Тальгрена) // Россия и Финляндия в Х1Х-ХХ вв. СПб., 1996. С. 27-31 .

22. Tallgren A.M. Biarmia // Eurasia Septentrionalis Antiqua. Helsinki, 1931. V1. Р. 100-120, fig.2, 6, 7 .

23. Там же. Р. 116 .

24. НА ИИМК РАН РО. Ф. 1. Д. 80. 1909 г. Отчёт А.М. Тальгрена о раскопках в Архангельской губернии. Л. 59-60 .

25. Там же. Ф. 1. Д. 80. 1909 г. Отчёт А.М. Тальгрена о раскопках в Архангельской губернии. Л. 61 .

26. Спицын А.А. Археологический альбом… С. 240 .

27. Kivikoski Ella. A. M. Tallgren // Eurasia Septentrionalis Antiqua (ESA). Supplementary volume. Helsinki,

1954. Р. 75-121 .

28. Tallgren A.M. Biarmia… Р. 113 .

29. Чистов К.В. Традиционные и «вторичные» формы культуры // Расы и народы. Ежегодник М.:

Наука, 1975. С. 33-35 .

30. Шелег В.А. Северорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции: Автореф .

дис. … канд. ист. наук. Л., 1991 .

31. Энгельгардт А.П. Русский Север: путевые заметки. СПб., 1897. С. 1 .

32. Случевский К. По Северу России. Путешествие их Императорских высочеств В. К. Владимира Александровича и В. К. Марии Павловны в 1884 и 1885 гг. СПб., 1886. Т. I–II. .

33. Суслов В.В. Путевые заметки о Севере России и Норвегии. СПб., 1889 .

34. Там же. С. 51 .

35. Белова Н.А., Длужневская Г.В., Мусин А.Е. История формирования архива ИАК и обзор ее фондов в Научном архиве // ИАК (1859–1917). К 150-летию со дня основания. У истоков отечественной археологии и охраны культурного наследия. Приложение. СПб., 2009. С. 12–140 .

36. Полное собрание законов Российской империи. (ПСЗ) Собр. II. СПб., 1861. Стлб. 70. № 341-09 .

37. НА ИИМК РАН РО. Ф. 1, 189. Д. 25. Л. 2-2 об .

Приложение /Л. 41/ Ответы на вопросы, предложенные Академиею Художеств, собирающею сведения о памятниках древняго искусства .

I Нет ли в пределах Архангельской губернии хорошо сохранившихся курганов, городков и городищ? Как построены эти памятники, какой величины и где они находятся? (их топографическое положение) .

/Л. 41 об./ 1) На берегу Кузнечихи (в пределах Архангельска) находится пригорок «курган» .

Он представляет из себя довольно высокую и широкую конусообразную, с площадкою на верху, насыпь. Это вероятно была прежде батарея. Измерений кургана, по причине заноса его снегом, не сделано .

2) Близь реки Мудьюги (Архангельскаго уезда) около Никольскаго ручья, в версте от приходской Мудьюгской церкви на возвышенном месте, под названием холм, заметны древния могилы и большия залежи угля, покрытыя наслоением почвы около 2 вершков. Залежи эти, толщиною около аршина, постепенно уменьшаются, размываемыя /Л. 42/ водою. По народному преданию на этом месте был Чудский городок .

3) В Лопишенгском приходе (того же уезда) на западной стороне от селения, находится курган, называемый по местному «Сальная гора», на самой вершине котораго поставлен деревянный крест, а по скатам расположены хлебные поля .

4) В южном конце города Холмогор находится продолговатая насыпь, возвышающаяся над уровнем окрестностей около 3 сажень; длиною та насыпь около 100, а шириною – 40 сажень, называется городищем. На этой насыпи в настоящее время находятся соборныя церкви и женский монастырь .

5) В деревне Косковской (Холмогорскаго уезда) на берегу реки Мехреньги, находится, хорошо сохранившийся курган, в виде холма, называющийся по местному «могильником». По преданию здесь прежде было чудское кладбище, что подтверждается находимыми иногда здесь человеческими черепами .

6) Между деревнями Никитинской и Филипповской (Шенкурскаго уезда), около ручья «Королевик», находится местность, называемая городищем. Это насыпной /Л. 42 об./ продолговатый вал, вышиною около 3-х аршин, обросший березовым и сосновым лесом и ивняком, почва глинистая .

Раньше около вала находили шарики на подобие ядер .

7) В 5 верстах от села Благовещенскаго (того же уезда) находится городище. Место это лежит под 61 49' с. широты и 59 5' В. долготы при впадении реки Кокшеньги в реку Устью на правой стороне последней. С восточной стороны городище обнесено правильно расположенными земляными валами и рвами, которые ныне обросли лесом. Для входа на это городище, с северной и южной стороны его, имеются две лестницы из нетесанаго камня без всяких надписей и помет .

8.) В версте от селения Верхнесуландскаго (того же уезда), в 5 саженях от реки Суланды находится конусообразный курган, имеющий в окружности около 15 сажень и в высоту до 5 сажен;

чем он служил в древности, т.е. укреплением или памятником, неизвестно .

9.) На месте, где построена Топецкая приходская церковь (того же уезда) была прежде чудская крепость, признаком чему служит сохранившийся по настоящее время земляной вал, дли /Л .

43/ ною около 50, а вышиною от поверхности земли одной сажени, идущей вплоть от берега реки Топсы, где он начинается у основания крутой высокой горы и до ручья Глубокого, впадающаго в реку Топсу, параллельно помянутой горы, оканчиваясь противоположным первому склоном этой горы .

10.) В 6-ти верстах от Заостровской приходской церкви (того же уезда) около реки Нюмы, находится возвышенное место, называемое городок, на котором жило чудское племя, принявшее в последствии христианство. Городок этот расположен между глубоким ручьем, впадающим в Нюму и самою рекою, окруженный земляным валом длиною около 20, шириною 3 и вышиною 1 сажени .

11.) В окрестностях города Шенкурска находится городище длиною около 70 и шириною – 60-ти сажень, окруженное с запада рекою Вагою, с севера Екатериненским ручьем, а с восточной и южной стороны искусственными рвами. Плоскость городища возвышается над уровнем реки Ваги на 10 саж., а над рвами на 5 сажен. В настоящее время рвы служат спуском из города Шенкурска на берег реки Ваги .

12.) В Кургоминской волости (Шенкурскаго уезда), две деревни – Городецкия и деревня Гагарин /л. 43 об./ ская, известны под общим названием Городок, расположены оне на правом берегу реки Теды, впадающей в С. Двину, на высокой горе, берег которой во время наводнений размывается водою, от самого берега реки заметны следы искусственных рвов. При распашке земли неоднократно находились здесь различныя старинныя вещи, орудия и монеты, которыя не сохранились .

Предполагают, что на этом городке посадницею Марфою Борецкой устроена была крепостица .

С этого городка на сенокосном лугу заметны три земляных кургана. Один из них, в 200 саженях от села Лухановскаго, имеет в длину 15, в ширину 8 и вышину 3, а в окружности он 46 сажен. Называется он по местному «Св. гора», на вершине его поставлена часовня. Другой в 250 саженях от села Островецкаго в длину 40, ширину 20, высоту 2 и в окружности 150 с. Называется «староверское кладбище», и третий от деревень Захаровской и Степановской в 300 саженях, длиною 60, шириною 40 и вышиною 1 сажен. Происхождение этих курганов и время сооружения их неизвестно .

13.) В Предтеченской волости (того же уезда) недалеко от села Чушевскаго находится возвышенное место в виде кургана, называемого местными жителями пупец, вышиною около 1, длиною 8 /л. 44/ и шириною в сажень .

14.) В Вазенском приходе (Онежскаго уезда), находится возвышенное место, называемое могильником, расположенное между двумя небольшими ручьями, на песчаной почве. Возвышается оно над уровнем ручьев: с юга на С; с севера 4, востока 6 и запада 3 сажени. По рассказам старожилов около этого возвышения находили старинные замки, железные листы и человеческие кости больших размеров. Найденное не сохранилось .

15.) В Кокоринской волости (того же уезда) находится местность, называемая городищем или городком. В длину оно имеет 51, а ширину 15 сажен; формы продолговатой, по углам закругленной .

Расположено городище на возвышенном месте берега реки Онеги; оврагов и спусков с него не заметно, за исключением восточной стороны, где имеется небольшая низменность в виде рва или канавы, ныне уже почти совсем заросшая .

16). В 12 верстах от селения Нюхчи (Кемскаго уезда) вверх по реке того же названия находится курган на котором по преданию, обедал император ПЕТР ВЕЛИКИЙ. Вышиною этот курган около 1, а в окружности 3-х аршин .

На 13-й версте от того же селения у берега Белаго /Л. 44 об./ об моря, сохранились остатки пристани, построенной повелением Петра Великаго, но и эти все ныне разрушаются .

17. На трех из группы Соловецких островов: Соловецком, Анзерском и Муксаломском находятся три больших кучи диких камней с землею, насыпанных по приказанию ПЕТРА I-го в 1702 году, во время стоянки флота между островами за противным ветром, во второе путешествие Императора в Соловецкий монастырь. Когда же флот подошел к монастырю и стал на якорь у острова Заяцкаго, на этом острове был выкладен в два ряда булыжных камней Вавилон или Лабиринт. Насыпи и лабиринт сохранились поныне .

Примечание: Существует придание (записанное г. Молчановым в его записках об Архангельской губернии), что в селе Емецке (Хологорскаго уезда) на берегу реки Емцы, была деревянная крепость, переделанная из зданий, бывшаго тут Ивановскаго женскаго монастыря в 1613 году, по распоряжению Холмогорскаго воеводы и стольника Петра Пронского, для отражения пробиравшихся на север остатков польскаго корпуса Лисовскаго, разбитаго в 1612 году под Москвою. Крепость эта, по минования в ней надобности, была обращена в острог, которой при бывшем в 1760 году в /Л. 45/ Емецком пожаре, сгорел до основания .

II Нет ли в пределах Архангельской губернии в полях и лесах каменных баб? Каменных крестов? Какой величины и вида? Где они находятся? Нет ли на них помет, надписей?

1.) В Рязановской приходской церкви (Холмогорскаго уезда) хранится каменный крест длиною около 6-ти и шириною 4-х вершков, несколько попорченный, помещается в простом деревянной киоте. На нем имеются плохо заметныя теперь вырезанныя слова «Иис ХР Ника». Крест этот ранее стоял в крылечном простенке церкви с западной стороны .

2.) В Паниловской приходской церкви (того же уезда) находится каменный восьмиконечный крест, вышиною 3 аршина, с надписью «1707-го года, месяца августа 7-го дня сей образ святого креста делан был на Орлеце по обещанию рабочих людей, которые ломили камень на Малую двину в Новую крепость, усердием Михаила Волкова. Резал капитан Иван Воронцов» .

/Л. 45 об./ 3.) В Ваенгском приходе (Шенкурскаго у.) находится два каменных креста, принесенных по преданию старожилов, против течения реки из Долматовского монастыря. Один из них находящейся в Ваенгской церкви, восьмиконечный, длиною 1 арш. 3 вер., шириною 1 арш. и толщиною 2 вершка, другой, стоящий в деревне Дементьевской, четвероконечный, длиною 1 арш .

1 вер., шириною 9 вершка и толщиною 2 вершка. Об эти креста сделаны из цельных известковых камней, но местами выветрились и раскололись, так что нельзя разобрать некоторых букв и слов, в особенности на первом из них. На втором же ясно заметныя надписи и изображения, по всей вероятности, сделаны позже, чем самый крест. В настоящее время они вделаны в деревянныя срубы и обнесены крытыми анбарушками. См. приложение № 1. (рис. 7, 8) .

4.) В Польегорском приходе (Пинежскаго уезда) в деревянной Щелынской часовне, стоит каменный крест, вышиною 1 и толщиною аршина с различными вырезками. Когда и кем сделан

– не известно .

5.) В пустынной Муезерской церкви (Кемского уезда) находится каменная плита, на которой высечен крест; снимок с него при сём /Л. 46/ прилагается. См. приложение № 2 .

Примечание: а) в Топецкой приходской церкви (Шенкурского уезда) находится старинный деревянный крест, с резбою и позолотою, в вышину 2 арш. 10 верш. и в толщину около арш., с резными изображениями: распятого Иисуса Христа и стоящей у подножия креста плачущаго Иоанна Богослова, с рукою приложенною к глазам. Логина Сотника с копьем в левой и двухперстно сложенным крестом правой реки, Божией Матери и Марии Магдалины; рядом с ними два резных изображения Ангела с крыльями, во весь рост, резными с позолотою. Каждое из этих изображений вышиною около 2 и толщиною аршина. Крест этот, по мнению местного священника работы XVI столетия, так как в XVII веке двуперстное сложение креста* при церквях не употреблялось .

Рис. 7. Каменный крест из Рис. 8. Каменный крест из Ваеньгского прихода. села Дементьевского .

и б.) В Пустозерской приходской церкви (Терскаго у.) имеется деревянный, довольно сохранившийся еще, крест, стоявший прежде на месте сожжения известнаго раскола-учителя протопопа Аввакума. На нем во многих местах вырезныя надписи разобрать которыя не возможно .

6.) В селе Никольском (Холмогорскаго уезда), близь Московскаго тракта, по правую его сторону, стоит каменный крест, вышиною 2 ар. 6 вер., поставленный /Л. 46 об./ как видно из надписи на нем, крестьянином Яковым Бызовым в 1785 году не известно по какому поводу. Крест этот восьмиконечный, высечен из белаго камня .

* В данном случае речь идет о ПЕРСТЕ, и слово «крест» можно считать ошибкой переписчика губернского письма .

III Нет ли в пределах Архангельской губернии в пещерах, нет ли следов церквей, келий или погребения умерших? Где находятся эти пещеры, в каком грунте земли, какого устройства, как вокруг(?) занимают пространство? Нет ли тайников и подземных ходов? Как устроены тайники и велики ли? Не находили ли чего в пещерах и тайниках и где найденное хранится?

1.) В деревне Звозской (Холмогорскаго уезда) на правом берегу реки С.Двины и находятся пещеры пространством более 50 сажен, с подземными ходами. Грунт, где оне находятся, алебастровый. Следов церквей или кладбищ в пещерах незамечено. О найденных там каких либо предметах ничего неизвестно .

2.) В Благовещенской волости (Шенкурскаго у.) находятся, так называемыя, Чудския ямы в которых по преданию, жили финны до покорения их новгородцами. Расположены эти ямы в форме круга, в центре котораго устроена такая же яма /Л. 47/ гораздо больших перед прочими размеров, в ней по преданию, финны собирались для решения своих дел .

IV Не находили ли где старинных медальонов (змеевиков), медалей, монет и тому подобных художественных памятников? Куда найденное поступает и не находится ли еще в частных руках?

Желательно знать фамилии лиц, у которых эти памятники сохранились .

1.) В приходской Рязановской церкви (Холмогорскаго уезда) имеется две серебрянныя медали, одна из них продолговатая, восьмиугольная, с портретом на одной и надписью «за службу и храбрость. Мир со Швециею закл. 3 авг. 1790 года» на другой стороне. Другая медаль с изображением креста над полумесяцем и 1828–1829 гг. и надписью «За Турецкую войну». Когда и кем пожертвованы в церковь эти медали – неизвестно .

2.) На берегу реки Емцы (Холмогорскаго уезда) находят иногда мелкия серебряныя монеты, неправильно-овальной формы, с неясною надписью на одной стороне и изображением всадника на другой. Семь таких монет имеются у местнаго священника Никандра Грандилевскаго .

3.) В Великониколаевской приходской церкви (Шен /Л. 47 об./ курскаго уезда) в настоящее время находятся – а) 1 экземпляр пятиконечной, с изображением на одной стороне герба России, а на другой креста, с надписью: «пять копеек 1730 года»; б) 1 экз. копейки от «FXГ года» (1703? – Авт.);

в) 1 экземпляр деньги от того же года, и г) по нескольку экземпляров деньги и полушки от 1731–1753 годов .

4.) В Предтеченской волости (того же уезда) у крестьянки Марфы Никитиной Чудиновой имеется одна дватцати-копеечная серебряная монета 1766 года; на Государственном гербе ея цифра 20, внизу год, вокруг орла 20 выпуклых точек; на другой стороне монеты портрет ИМПЕРАТРИЦИ ЕКАТЕРИНЫ II, под которым три буквы, но разобрать их невозможно .

5.) В Кургоминской волости (того же уезда), в селе Михайловском, солдаткою Марьею Сенчуковой, при возделывании ею своего огорода в 1886 году, найдено в берестяном бураке 100 штук медных 5-ти копеечных монет чеканки 1758–1790 годов, из коих, за исключением розданных разными лицам 9-ти монет, остальныя 91 находятся у ней и по настоящее время .

6.) В Вазенгском приходе (Онежскаго уезда), у крестьянина Ивана Устинова, сохранилась, се /Л. 48/ ребряная монета времен царя Михаила Федоровича .

Примечание. а) В 1874 году крестьянином Благовещенской волости (Шенкурскаго уезда) Костериным была найдена золотая гривна, проданная затем неизвестно кому на ярмарке;

и б) Лет 20 тому назад на Шенкурском городище находили какия то старинныя монеты, но где оне находятся в настоящее время – неизвестно .

V Из старых городских укреплений сохранились ли крепости? Где находятся, из чего они построены, какая их вышина, ширина и окружность? В каком виде устроены проезжия ворота и башни? Сохранились ли на них старые раскаты тои? Имеют ли ворота и башни особыя названия?

Есть ли в стенах ходы? Нет ли внутри стен кладовых, палаток, комнат, под башнями погребов и особых подземных ходов к рекам? и т. д .

1.) В 15 верстах от города Архангельска, по реке С.Двине, к морю, находится, упраздненная ныне Северо-двинская (Петропавловская) крепость, построенная по велению ИМПЕРАТОРА ПЕТРА I-го, рядом /Л. 48 об./ рядом с находившеюся тут ранее этого крепостицею, спасшею в шведскую войну г. Архангельск от нападения неприятельских фрегатов, посланных для уничтожения города, но встреченных выстрелами этой крепостицы и застрявших на мели, а во время отлива взятых в плен посланными из города шлюпками. Новодвинская крепость окружена стенами из тесаного белаго камня, значительно теперь осевшими в землю (хотя ровно и без малейшаго разрушения), поэтому определить первоначальную высоту невозможно. В стенах крепости имеются трои, сколоченныя из деревянных брусьев и обшитыя железными листами ворота. Над южными и, со стороны Двины (западными) воротами находятся каменныя сводчатыя здания, служившия квартирами офицерам. К этим воротам ведут деревянныя мосты – южный деревянных сваях, а западный – подъемный. Третьи ворота служат сообщением с крепостцею. К ним тоже был устроен на сваях (ныне сгоревший) .

Очень много находившихся в крепостной (Петропавловской) церкви вещей, сгорели вместе с церковью 19 декабря 1877 года, и теперь больше ничего замечательного в крепости не имеется .

2.) По Указу Царя Федора Иоанновича в 1584 году /Л. 49/, при 24-м Игумене Соловецкого монастыря Иакове построена вокруг монастыря, поныне существующая каменная крепость для защиты монастыря от нападений, по плану монаха Трифона, под присмотром воеводы Ивана Яхонтова .

Подробнее описание и план этот крепости, а также и монастыря находится в книге «Описание Архангельской губернии» Молчанова в 1813 году и в исторических описаниях Соловецкаго монастыря, составленных в 1836 году Архимандритом Досифеем и 1881 году Архимандритом Мелетием .

VI Не сохранились ли в городах старыя деревянныя укреплнния, остроги, заменявшия собою крепости? Если сохранились, то во сколько стен рублены, из какого леса? Неизвестно ли имя зодчаго или мастера, строящаго острог? Как велико пространство занимаемое острогом? Известно ли время его основания?

1.) На небольшом острове, называемом «Лепостров», лежащим в устье реки Кеми, сохранилось полуразрушенное старинное, бревенчатое, из сосноваго леса, укрепление, известное под названием «Кемский городок». По указаниям Максимова, автора книги /Л. 49 об./ «Год на севере», городок этот был впервые устроен в 1657 году. По всей вероятности он был несколько раз разрушаем, либо наводнением, либо шведами. В настоящее время от него уцелела только одна часть в виде башни, имеющему форму правильнаго восьмиугольника, сторона котораго равна 2 саж .

арш., диагональ 4 саж. и вышина 4 саж. Стены, обращенныя к морю, двойныя, а к городу ординарныя. Разстояние между двойными стенами около аршина. Башня имеет четыре отверстия для пушек на высоте 2 сажен от поверхности земли. Ворота одне, со стороны города. Крыши в настоящее время совсем нет .

На VII вопрос сведений нет .

VIII Не сохранились ли где в городах старинныя палаты, построенныя до 1764, а деревянныя избы до 1800 года? Если сохранились, то в каком оне виде ныне находятся? Не присутствуют ли каких либо украшений на них крыше? Кто были зодчие этих построек? На их? Кому оне принадлежат?

1.) При Холмогорской монастырской церкви сохранились старыя каменныя полаты, построенные в 1688 году, в которых жили Холмогорские владыки до 1744 года; /Л. 50/ с этого времени до 1780 года оне служили местом заключения принцессы Анны Леопольдовны, супруга ея – Антона Ульриха и детей их .

2.) В селении Нюхчи (Кемскаго уезда) принадлежащий крестьянину Илье Козлову дом, построен около 120 лет тому назад. По своей архитектуре он ничем не отличается от позднейших построек, только в трех печных амбразурах вставлено для украшения два кирпича зеленаго цвета. На одном из них изображение двух лошадей, а на другом – обезьяны; самыя изображения окрашены желтою краскою .

3.) При Соловецком Игумене Иакова, в 1615 году в северо-западном углу монастыря построена большая каменная полата два яруса, разделенная внутри продольною стеною на две половины, полата эта с 1798 года обращена была в острог; украшений на ней нет, кроме того, что над окнами верхняго яруса выложены из кирпича выпуклые крупные карнизы, полуциркульными арками неправильной формы. К этой полате в 1829 году пристроен третий этаж, тоже для арестатнских помещений, но за неимением в настоящее время в монастыре арестантов, палата пустует. Покрыта она на четыре ската железною крышею. /50 об./ Близь этого здания с восточной стороны, в 1642 году, при игумене Маркеле каменная комната в два этажа, со сводами и колонной, ныне разделенная вдоль стеною на две части, верхняя предназначена для монастырских служб, нижняя для Никольских караульных ворот. С наружной стороны здания по углам и средине в трех местах выдаются полкирпича пилястры; окна, за исключением четырех на чердаке, позднее переделаны. Здание крыто на два крутых, очень крутых ската, под которыми вместо карнизов идут лентой плоския, грубо высеченныя из кирпича балясы, в 6-ть вершков высоты, служащия с лицевой стороны здания, украшениями над окнами. Немного ниже их выступают два овальных пояса, причем верхний выдался более чем нижний, под окнами второго яруса идет овально выступивший пояс, а под ним в виде подвески треугольники, с кружками на концах, обращенных к низу .

Примечание: В деревне Кощевской (Холмогорскаго уезда) находятся две избы постройки 1800 года. Имена зодчих этих изб незвестны, украшений на них никаких нет и собою оне замечательнаго ничего не представляют. В одной из них и по настоящее время живут хозяевакрестьяне, а другая пустует. /Л. 51/ На IX вопрос сведений нет .

Ответы на X вопрос .

1.) В Мудьюгской церкви (Архангельскаго уезда) имеется восемь женских так называемых наборошников, которыми прежде украшались на сельских празднествах девушки и женщины, нося их на шее. Наборошники представляют собою вид венцов, какие находятся на иконах, с тем только различием, что они не металлические, а склеены из нескольких вместе ветошек в роде толстой папки, обшиты с одного конца до другого узкими из сканной (крученой) бумаги шнурами и нитями, по которым и унизаны мелким жемчугом, как по краям, так и по средине. Самая же средина наборошников украшена 3-мя или 4-мя вставками из белаго или алого хрусталя в серебряной или медной оправе. Длина их от 5 до 6 вершков и шириною 1 вершка, на подклади выбойка или портна. Снимок этих наборошников при сем прилагается. См. приложение № 3 .

2.) У крестьянина Кегостровскаго прихода (Архангельскаго уезда) Егора Александрова Котлова имеется два дубовых стула, с прямыми спинками вышиною 1 арш. 2 вер., с камышевыми плетнями по средине. Подушки стульев холщевыя, набитыя оленью шерстью, пришиты камышем к дубовой рамке /Л. 51 об./ и сверху обложены кожею, прибитою по бокам медными гвоздиками .

Ножки стульев частью точеныя, а частью резныя. Стулья эти, по словам владельца сделаны собственноручно Императором Петром Великим, и перешли ему, владельцу, по наследству от предков .

3.) В Кургоминской волости (Шенкурскаго уезда) у крестьяники Марфы Гагариной из столовых приборов сохранилась старинная, средней величины, деревянная тарелка, с выточенною по средине ея солонкою на подобие чаши .

У крестьянина Федора Гагарина – большая деревянная чаша, вышиною аршина и в окружности 1 аршина, называемая «скобкарь», изображает утку. В этом скобкаре в прежнее время согревали раскаленными камнями пиво которое пили, черпая из него небольшими деревянными же чашечками, называемыми «потаковками», но последних не сохранилось .

4.) У крестьянина Ростовской волости (того же уезда) Саввы Михайлова есть старинный девичий головной убор, употреблявшийся во время свадебных церемоний называемый «печелок» и при нем налобник и хлобостни[к?]. Весь убор шит бисерным шнуром и довольно тяжел. /Л. 52/ На XI и XII вопросы сведений нет .

Ответ на XIII вопрос .

1. Монастырей каменных – 11; деревянных – 1 Соборов и церквей каменных – 122; деревянных – 440 Часовен каменных – 15; деревянных – 362 Молелен деревянных – 12; Скитов таких же – 12 .

Из церквей более замечательных по своей древности:

1.) В Позрецком Лопарском погосте (Кольскаго уезда) на границе с Норвегией, небольшая деревянная церковь во имя Св. Бориса и Глеба, построенная Преподобным Трифоном Печенгским в 1505 году при обращении им лопарей в христианство, что подтверждается описанием Норвежскаго профессора Фрица и преданием лопарей .

2.) Деревянная церковь в Лявленском приходе (Архангельскаго уезда), построенная в 1588 году посадницею Марфою Борецкою на могиле своего брата, сохранившеяся до сих пор довольно хорошо .

3.) В Сояльском приходе (Пинежскаго уезда) деревянная церковь, построенная в 1605 году по грамоте Митрополита Новгородскаго Исидора. Из церковных принадлежностей замечательны по своей древности резные царские врата и резное изображение в человеческий рост Св. Николая, державшаго в левой руке церковь, а в правой меч .

/Л. 52 об./ 4.) В Малонемнюжском приходе (Пинежскаго уезда) деревянная церковь, построенная в 1643 году при Патриархе Иосифе. Из деревянных церковных вещей имеются в ней деревянный цилиндрический подсвечник с надписями и образ Св. Великомученика Георгия Победоносца, гипсовый, с деревянным коньем .

5.) В Чухченемском Ильинском приходе (Холмогорскаго уезда) находится храм Св. Пророка Илии, построенный в 1657 году с благословения Макария Митрополита Новгородскаго, холодный девятиглавый квадратный в 5 сажен. В церкви евангелия: 1 – 1677 г., другое 1651 г. Иконостас простой, в тяблав, в средине его царския врата дубовыя, с такими же столбиками; на вратах и столбцах по разноцветной слюде, резьба оловянная, литая, местами золочена и серебряна; над вратами деревянная местами золоченая и крашеня сень с 7-ю на верху золочеными осьмиконечниками деревянными крестами; сень поддерживается двумя железными с яблоками золочеными дугами .

Из книг, хранящихся при церкви, замечательны: Новый Завет на английском и другой на славянском и английском языках. Самая старинная книга – поучения Ефрема Сирина 1667 г. Кроме того хранятся грамоты, древние акты и хозяйственные документы, всех 80 столбцов, писанных древним шрифтом .

/Л. 53/. Колокол на церковной колокольне иностранной работы, с надписью на неизвестном языке, обозначен 1675 годом, весом около 60 пудов .

6.) В Улещальском приходе (Мезенскаго уезда) деревянная церковь, на деревянном же фундаменте, построенная в 1644 году .

7.) В селении Варзуга (Кольскаго уезда) деревянная церковь, на тонких сваях, построена в 1674 году с ходом вокруг церкви, находящимся под одною с нею крышею .

Примечание: В Топецкой церкви (Шенкурскаго уезда) находятся старинной работы с резьбою клирос, времен царствования Михаила Федоровича, так как на нем имеется надпись «7133 года» и два жемчужных, облитых медью венца, с изображением на одном из них Спасителя, а на другом Божьей Матери .

Ответы на XIV вопрос .

Ответы на вышепредложенные вопросы собраны через г.г. чиновников Полиции и приходских священников .

Ответ на XV вопрос .

Сведения составлены к 9 января 1893 года. Губернатор (подпись). // /Л. 57 об./ Объяснение .

Обои кресты сделаны из цельных известняковых плит, местами выветривших, отчего некоторых надписей нельзя разобрать и возстановить даже очертание букв. Такия буквы заметны по всему кресту № 1-м и на самом верху № 2-го. Прочия же буквы и вырезки на кр. № 2-м очень явственны и сделаны чуть ли не в позднейшее время, но когда и кем – неизвестно; точно также, как документально не известно откуда взялись и самые кресты. Старожилы по преданию передают, что их принесено в одно время против течения речки Ваеньги водою из Долмотовскаго монастыря (но Долмотовский ли то теперь приход по реке Ваге?), каковое предание об обоих крестах внесено в памятную церковную книгу. Но когда их принесло – неизвестно. Только най /Л. 58/ денные на берегу прямо селении, кресты яки телями вделаны были в обтесанные деревья, что обозначено черточками карандашем, и поставлены; а спустя много времени были рубленными и закрытыми анбарушками, в которых находятся и теперь. На рисунках около ручек крестов черточками обозначены переломы, с которыми, по преданию обделаны были в дерева тот и другой кресты .

Ваенгский Священник Федор Павлов. 2-го Генваря. 1887 года. //

ЛЮДИ И КАМНИ: ИЗ ИСТОРИИ ИЗВЕСТНЯКОВЫХ КАРЬЕРОВ И

КАМЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА В НИЖНЕМ ПОДВИНЬИ (XIV-XVIII вв.)

В.В. Брызгалов, О.В. Овсянников

Архангельский центр Русского географического общества:

Архангельск (Россия), lodia.arh@mail.ru; Вюрцбург (Германия), oleg.ovs@gmx.de

–  –  –

После впадения в Северную Двину, одного из крупнейших её притоков, реки Ваги характер течения крупнейшей магистрали Северного Поморья начинает резко меняться .

Плавное течение огромных водных масс ускоряется, исчезают широкие боковые протоки и старицы, песчаные плесы, расположенные по обоим берегам Северной Двины. Сужается ширина русла самой реки. Словно чья-то мощная, но невидимая «рука» старается стиснуть водный поток между крутыми, а порой и обрывистыми берегами. Все чаще и чаще к зеркалу речных вод спускаются каменные береговые осыпи. Это быстрое течение реки, особенно в весеннее половодье, подмывает платформу двинских берегов. Ещё немного ниже по течению, после впадения в Двину левосторонних притоков, рек Емцы и Сии русло Двины превращается в довольно узкую «трубу». Карстовые отложения по речным берегам уже с давних времен находились в поле внимания, и пользователей, и исследователей [1]. В сведениях «о памятниках отечественного деревянного искусства в Архангельской губернии», собранных в 1886–1887 гг. по предложению Императорской Академии Художеств, имеется любопытная запись: «В деревне Звозской (Холмогорского уезда) на правом берегу реки С .

Двины находятся пещеры пространством более 50 сажен, с подземными ходами, где оне находятся, алебастровый. Следов церквей, кладбищ в пещерах не замечено. О найденных каких-либо предметах ничего неизвестно» [2] .

Открытые береговые каменные отложения, оползни и постоянный доступ к этому природному строительному материалу, доступному благодаря разрушению речной береговой линии, издавна создавали благоприятные условия для их использования (известняк, гипс, алебастр). Рассматриваемый нами, более локально, микрорегион течения Северной Двины, непосредственно связан с Орлецким эпицентром двинских известняков .

Даже самая буйная фантазия вряд ли способна представить ту поистине апокалипсическую «картину», которая разворачивалась здесь на площади в несколько сот километров. Во время последнего оледенения нижнее течение реки Северной Двины было покрыто ледником, и сток талых вод происходил на юг по системе притоков реки Волги. С отступлением ледника вода снова устремилась по реке Северной Двине. Огромные речные массы уже не могли вместиться в твердое ложе с каменистыми берегами и нести воды по нижнему течению реки Пинеги и реки Кулоя, далее – в Мезенский залив. Пройдя твёрдые скальные каменноугольные отложения, речной поток прорезает рыхлые четвертичные отложения чуть ниже устья современной Пинеги, в районе Холмогорской конечноморенной гряды, и образует котловидное расширение речной долины, известное как Холмогорское .

Второй причиной появления этого расширения долины реки послужило наличие здесь древней впадины. Дно и склоны её смоделированы последним ледником, который оставил на них, после своего прохождения, многочисленные крупные и мелкие холмы. Речной поток воспользовался этими западинами между холмами. По ним он прошёл между всхолмлёнными крупными массивами глинистых мореных отложений, которые трудно поддаются размыву, и устремилась на север, в Двинской залив Белого моря, образуя многочисленные протоки и острова, Геологи позднее назвали это двинское расширение – «холмогорской дельтой», или проще – «холмогорским расширением» [3] .

Наиболее многочисленные участки открытых каменных известняковых пород с содержанием цветного карбонового кремня, уже в эпоху неолита привлекали внимание появившегося здесь населения. Яркое свидетельство этому, это открытая в 1996 г., А.А .

Куратовым неолитическая стоянка «Орлецкая» В результате многочисленных исследований неолитического поселения «Орлецкая», расположенного на правом берегу Северной Двины, были выявлены остатки прямоугольных жилищ, со следами мастерских, в которых изготовлялись кремневые орудия [4]. Не меньший интерес представляют найденные следы неолитических поселений, расположенных по всему двинскому выходу известняков, по трассе современных поселений: Орлецы–Стужино, Ичково и др. [5]. К сожалению, монографии об этих неолитических стоянках А.А. Куратов не опубликовал. Таким образом, уже древние охотники и рыболовы в эпоху неолита и раннего металла своей активной жизнедеятельностью провели своеобразную «маркировку» данного микрорегиона .

Первое практическое масштабное использование двинских известняковых залежей относится к последним годам первой половины XIV в. и связано с одной стороны, с романтическими, а с другой стороны – трагическими событиями в этом регионе .

Орлец – город из белого камня События, происходившие в Заволочье с 40-х годов XIV в., нашли необычайно широкий отклик в русских летописях: «в 1342 г. Лука Варфоломеев, не послушав Новгорода и митрополича благословения и владычня, скопив с собою холопов збоев и поиде за Волок на Двину и постави городок Орлец и скопив Емчан, и взя землю Заволотскую по Двине, и все погосты на щит» [6]. В том же 1342 г. Лука был убит в одном из сражений на Двине: «Лука же в 200 воев выеха воевать, и оубиша его заволочане» [7]. Эти летописные известия важны не только тем, что дают точную дату основания Орлецкого городка, они начинают летописный рассказ о драматических событиях на Двине, продолжавшиеся более пятидесяти шести лет. Двинские события того времени имели большой общерусский политический резонанс, так как была предпринята ещё одна попытка отторгнуть от Новгорода одну из богатейших заволочских провинций. И надо признать, что попытка эта была успешной, но только в течение 56 лет! До этого успеха, в 1397 г. заволочане отказались платить дань Новгороду Великому и искали заступничества у князя Андрея Суздальского, но двиняне вместе с войском князя были разбиты новгородцами. Объединительные тенденции московских князей постоянно наталкивались на упорное сопротивление новгородцев .

Такому неуспеху способствовала и чересполосица земельных владений на территории Заволочья, отражающая, вероятно, различные этапы первоначального освоения русским населением этих территорий. Поход Луки Варфоломеева – это была не военная акция, совместно спланированная новгородскими бунтовщиками и русскими князьями, это был действительно бунт внутри Новгородских верхов. Лука Варфоломеев принадлежал к известной боярской семье Мишаничей, его предок – почти легендарный герой Невской битвы со шведами – Миша Новгородец .

В Пространной редакции Двинского летописца описание событий на Двине 1342 г .

озаглавлено так: «О Постановлении на Орлеце города» [8], то есть, топоним «Орлец» в этом течении Двины существовал ранее и явно предшествовал появлению здесь укрепленного поселения, и именно топоним дал ему название .

Именно здесь, на скалистом мысу в узком русле Двины возник форпост, ставший военным и административным центром значительной территории («и скопив дичан, и взя землю Заволоцкую по Двине все погосты на щит»). Будучи военным центром, Орлецкая крепость надежно перекрывала подступы к низовьям Двины и пинежскую традиционную дорогу через Пинежский волок на Печору. По существу, не подчиняясь Великому Новгороду, хозяева Орлеца в 1393 г. выступили вместе с новгородцами в войне в верховьях Двины у Кличен-городка и Устюжны, и в союзе с ними «взяли Устюг городок и пожгоша» .

Однако, уже к 1397 г. ситуация в регионе изменилась. Об этом свидетельствует так называемая Двинская Уставная грамота. Документ 1397 г. детально перечисляет топонимы почти на всем среднем и нижнем течении Двины.

Точкой отсчета оплаты проездов до основных двинских погостов был город Орлец:

– «езди и позовы от Орлеца до Матигор – 2 белки езду;

– «от Орлеца до Колмогор – 2 белки»;

– « от Орлеца до Курострова – 2 белки»;

– «от Орлеца до Чюхченема – 2 белки»;

– «от Орлеца до Ухтострова – 2 белки»;

– «от Орлеца до Кургии – 2 белки»;

– «от Орлеца до Княжострова – 4 белки»;

– «от Орлеца до Лисича острова – 7 бель»;

– «от Орлеца до Конечных дворов – 10 бель»;

– «от Орлеца до Ноноксы – 20 бель»;

– «от Орлеца до Уны – 30 бель»;

От Орлеца вверх по Двине:

– «от Орлеца до Кривого – 1 белка»;

– «от Орлеца до Ракулы – 2 белки»;

– «от Орлеца до Наволока – 3 белки»;

– «от Орлеца до Кирпегор – 17 бель»;

– «от Орлеца до Тотмы до Нижние – 30 бель» [9] .

Ко времени появления Двинской Уставной грамоты изменилась и военная и политическая ситуация, изменения произошли менее чем за 4 года – с 1393 по 1397 гг .

В 1397 г. московский великий князь посылает в Заволочье бояр с предложением «ко всей Двинской слободе» порвать с зависимостью от Новгорода и перейти под покровительство Москвы. Посланцы успешно справились со своей миссией, так как «вси двиняне за великий князь задалися, а ко князю великому целовша крест». На короткий промежуток времени переходит под власть московского князя. «Двиняне задалися князю Василию Московскому и князь Василие разверже мир с Новгородцы» – сообщает летопись, подчеркивая тем самым, что первоначальный конфликт вышел за рамки внутри новгородских дел. Была сделана попытка решить его мирным путем: «Новгородцы же послаша к нему (князю Василию) владыку Ивана и посадника Богдана и Кирюлу Дмитриевича, и князь не принял владычия благословения ни Новгородского челобитья» .

После этого в Новгороде недвусмысленно отозвались на событие на Двине: «Не можем, господине, отче святый, сего терпеть от великого князя Василия Дмитриевича: отнял… у Великого Новгорода пригороды, волости, наши вотчины, хотим поискать своих вотчин» .

Летопись рисует новый поход новгородцев как довольно значительный: поход за Волок во главе с посадником и воеводой пошла рать числом 8 тысяч человек. По пути новгородцы разорили белозерские и кубенские волости, взяли Устюг и сожгли его. После этого «поидоша вниз по Двине, воюючи к Орлецу, городку двинскому» [10] .

Что же представлял собой Орлец, так часто упоминаемый на страницах русских летописей во второй половине XIV столетия?

В конце XIX в. на Севере бытовало мнение, что Орлецкий городок располагался на Вологодчине. В 40 верстах от Великого Устюга на берегу реки Сухоны, в Усть-Алексеевской волости находятся следы летописного городка Орлеца [11]. Однако анализ летописных данных, особенно детали похода новгородцев, шедших «вниз по Двине», позволяет считать эту точку зрения несостоятельной. Орлецкую крепость следовало искать в Нижнем Подвиньи, в самом «сердце» Двинской земли, в 33 км к югу от Холмогор, там, где есть современная деревня «Орлецы» .

Рис. 1. План Орлецкого городища. 1871 г. Рис. 2. Орлецкий городок. Вид зимой 1871 г .

(по: Тышинский А.Г. 1871). (по: Тышинский А.Г. 1871) .

Однако впервые найти и осмотреть когда-то легендарный, а для кого-то и мифический «город Орлец», посчастливилось не археологу, а большому любителю отечественных древностей, служащему Статистического комитета А.Г. Тышинскому .

Обследуя памятники старины в нескольких уездах Архангельской губернии, на высоком, по настоящему профессиональном уровне, Тышинский доложил о результатах своей экспедиции участникам 1-го Археологического съезда в 1869 г. [12]. Вполне естественно, что в маршруты его поездок не мог не попасть упомянутый в летописях Орлец. Этому памятнику на мысе реки Северной Двины Тышинский и его сотрудники, судя по многочисленным рисункам, уделили немало времени. Несомненно, что обнаружение древнего Орлецкого городища, тщательный осмотр и подробное описание памятника, исчерпывающая графическая фиксация каменных остатков этого сооружения и степени их сохранности на вторую половину XIX столетия – выдающееся археологическое открытие. Оказалось, что «каменный город Орлец» – грандиозное военно-инженерное сооружение, уникальное, как по своим масштабам, так и по содержанию своей сложной планировочной структуры (рис. 1, 2) .

Да, именно здесь, на левом берегу Северной Двины находились каменные руины летописного Орлеца. В 1959 г. памятник был осмотрен археологической экспедицией Архангельского областного краеведческого музея (АОКМ) (начальник экспедиции О.В .

Овсянников). В 1970-1971 гг., в 1985-1986 гг. на памятнике работал Северо-Двинский археологический отряд, организованный совместно с Ленинградский отделением Института Археологии Академии наук СССР (ЛОИА АН СССР, ныне Институт истории материальной культуры Российской Академии наук (ИИМК РАН) и АОКМ (начальник экспедиции О.В .

Овсянников), который провел на памятнике архитектурно-археологические исследования [13] (рис. 3, 4). Проведенные в течение нескольких лет археологические работы показали уникальность этого памятника. Во-первых, городище XIV в. имело сложную и типичную для городских центров Древней Руси структуру: детинец или кремль был окружен со всех сторон окольным городом или посадом, имевшим свою линию обороны. Эта оборонительная линия представляла собой несколько рядов валов и рвов. Кремль (детинец) в плане, вероятнее всего, напоминал трапецию; на мысу сохранилась, на значительном протяжении, западная стена – этот фас крепости отчетливо читался на линии в 210 м, сохранившийся фрагмент северной стены прослеживался на расстоянии почти 100 м. Наиболее важным итогом проведенных архитектурно-археологических работ было определение структуры техники каменной кладки на обоих сохранившихся фасах .

Рис. 3. Орлецкий городок. Рис. 4. Орлецкий детинец .

План. 1970-1971 гг. План 1970-1971 гг .

А.Г. Тышинский первый, обративший внимание на камень в валу детинца, описал свое наблюдение так: «… архитектура этой стены XIV в. служит доказательством, что строившие не имели никакого понятия о строительном искусстве, или же намеривались построить не стену, а каменный вал, так как вся стена построена из щебня, залитого известью». Нет надобности говорить, знали ли новгородцы «строительное искусство», ведь не только предшествующее время, но и XIV в. для Новгорода был периодом интенсивного церковного и военного зодчества .

Рис. 5. Орлецкий городок. Руины каменной Рис. 6. Орлецкий детинец. Профиль проезжей кладки стены, 1971 г. (по: Тышинский А.Г. 1871). башни (стена и пилог). 1970 г .

–  –  –

Уже первые метры вскрытого археологами вала принесли открытия. Внутри вала в довольно хорошем состоянии сохранилась настоящая каменная кладка. Это был не аморфный по своей структуре «каменный вал», как полагал А. Г. Тышинский (он видел лишь развал камня на поверхности), а регулярная каменная кладка, сохранившаяся на протяжении более 300 м (рис. 5, 6, 7). Конструкция каменных стен Орлецкого детинца оказалась на всех исследованных участках единообразной – лицевые кладки стен сложены из разновеликих, но мощных необработанных блоков и рваных известняковых плит, уложенных на известняковом растворе. Внутренняя часть стен забутована более мелким плитняком, обычно пролита раствором (пустот между бутовым камнем почти нет). Ширина стен на всех участках одинакова – 2,8 м. Фундаментом стены являются первые один-два ряда плит, уложенных на тонкий золистый слой (1–2 см). На стык западного и северного прясел была открыта воротная башня. Техника её кладки идентична технике кладки стен; отличается она лишь более тщательной подгонкой лицевых блоков. Башня состоит их двух мощных пилонов (северный 2,8 х 5 м, южный – 2,4 х 5 м), имеющих на внутренних фасадах по паре лопаток (у южного пилона восточная лопатка сбита). В проезжей части этой четырехугольной слегка ассиметричной в плане башни сохранилась вымостка из небольших известняковых плит, уложенных насухо, в один-два ряда. При исследовании проезжей части башни такие детали, как гнезда для бруса-запора и для подпятника, на которое навешивалось воротное полотнище, обнаружить не удалось. Внешний контур башни составляет 5 х 8,5 м; проезжая часть башни имеет размер 3,25 х 4,26 м (рис. 8, 9) .

Рис. 8. Воротная башня Орлецкого детинца. Рис. 9. Орлецкий детинец. Проезжая башня .

План 1970-1971 гг. Фото 1970 г .

Таким образом, археологические исследования показали, что кремль города, заложенного в 1342 г. Лукой Варфоломеевым, имел каменные стены и башню, техника сооружения которых позволяет отнести Орлецкую крепость к кругу памятников новгородского каменного оборонительного зодчества XIV в. Это одна из древнейших после Ладоги, Новгорода, Изборска и Копорья каменных крепостей Северо-Западной Руси .

Орлецкое городище интересно тем, что в этом памятнике наряду с архаическими чертами, максимальное использование естественных преград, «утопленность» башни в толще стен (воротная башня не выступает за линии крепостной стены, что значительно снижало ее роль при ведении фланкирующего огня), отчетливо проявляются и прогрессивные тенденции, которые сказались в прямолинейности каменных стен Орлецкого кремля, в явном стремлении к регулярности общей планировки .

В 1985 г. была детально исследована структура деревянных оборонительных сооружений окольного города Орлеца. Северная часть окольного города особенно сильно распахана – вал по северному фасу почти полностью уничтожен (сохранился небольшой участок у стыка западной и северной сторон). Изучение сохранившегося участка вала позволило выявить его конструктивные особенности. Основное «тело» вала насыпано из песка. Хорошо фиксируется первоначальная высота вала от древнего горизонта жизни (древней дневной поверхности) – всего 1,05 м, ширина 10 м. Деревянные внутри вальные конструкции обнаружены в южной половине вала и преимущественнее в его нижней части (можно предполагать, что бревенчатая конструкция представляла собой накат бревен типа «клетка», без врубок). Назначение внутривальной конструкции было в том, чтобы сдержать от оползания южную часть насыпи вала. Эту же задачу выполняла и каменная наброска из известняковых рваных плит, уложенных насухо вдоль края вала. Наброска имеет ширину до 1,2 м и выложена в 2–3 камня (следы раствора не прослежены, кладка нерегулярная). На всей площади древнего городища несколько веков стояли крестьянские дома, территория распахивалась полями и огородами. Фасы крепости, выходящие на юге и востоке, к обрывистым берегам Двины, интенсивно разрушались. Поэтому план каменного кремля, составленный его первым исследователем А.Г. Тышинским, является бесценным источником, позволяющим судит, как о первоначальных масштабах этого укрепленного поселения, так и о его первоначальной регулярной планировке .

Теперь снова обратимся к летописным сведениям. Летописцы по-разному описывают события под Орлецом. Новгородская летопись субъективна в их оценке: «…а под Орлецом стояше месяц, бьюше порокы. Заволочане же с города убиша Левушку Дичкого, наши же вяша Орлец и разгребоша…». Устюжский летописец иначе рассказывает о финале осады новгородцами двинской твердыни: «И стояша под Орлецом 4 недели и поставиши порокы. И вышед под Орлецом двиняне из городка Орлеца и добиша челом воеводам», то есть одна летопись свидетельствует о падении Орлеца вовремя удачного штурма его, другая – о сдаче крепости. Однако оба летописных известия указывают на длительную осаду города. Не сумев взять Орлец с ходу, «изгоном», новгородцы применили широко распространенный в то время способ длительной осады – «облежание». Любопытен и тот факт, что осаждающие были вынуждены применить камнеметные орудия – «пороки». Среди миниатюр II (Остермановского) тома Никоновской летописи имеется одна, связанная с событием под Орлецом, – «Осада Орлеца» новгородцами». Учитывая известную условность изображения «Орлецкого городка» на этой миниатюре XVI в. можно все-таки отметить ряд таких деталей в сцене осады, которые наводят на мысль об использовании миниатюристом каких-то реальных и более ранних изображений. Поражает большое сходство плана Орлецкого городища с характером расположения крепости на миниатюре. Метательные машины новгородцев стоят с юго-западной стороны города – наиболее выгодной для штурма, наконец, миниатюрист изобразил не деревянный, а каменный (пусть и в известной мере условный!) город (рис. 10) .

Рис. 10. Осада Орлеца новгородцами в 1398 г .

Миниатюра II (Остермановского) тома Никоновской летописи. XVI в .

После падения Орлец, как свидетельствует летописец, был разрушен – «городок скопаша и разгребоша», то есть были разрушены боевые элементы каменной стены (боевой ход и бойницы) и башни. Двинские «смутьяны» понесли суровое наказание: «воеводу двиньского Ивана Микитина приведя в Новгород, скинуш с моста» в бурный Волхов. Его братья – Герасим и Родион «постригошася в черницы», а Анфалу удалось бежать по пути в Устюг. В последующее время название Орлец (Орлецы) будет встречаться лишь в качестве топонима .

В Описании Холмогорской округи 1786 г. история появления и разрушения Орлецкой крепости будет описана по летописному «сценарию», но в конце, все же, будет добавлено: – «Стены сей крепости каменные и земляные в развалинах видны и до ныне» [14]. А. Маликов в 1870 г. в статье «Достопримечательности в Архангельской губернии» даёт описание Орлецкого острога: «В 30-ти верстах от г. Холмогор существовал некогда Орлецкий острог .

До сих пор еще сохранились, как говорят, развалины этого городка. Острог этот основан был сыном Новгородского посадника Варфоломея, в 1342 году, Лукою, одним из первых Новгородских поселенцев в Двинской земле. Разорен он был в 1398 году Новгородцами, когда двиняне передались великому князю» [15] .

Поход новгородцев 1398 г. и победа их под Орлецом явилась тяжелым ударом для великого князя: под угрозой оказались Белоозеро, Устюжские посады «Кубенские волости около Вологды повоиваша», «воеваша волости Галецкие», волости по верхней и средней Двине, «у князя Федора Ростовского присуд и пошлины поимали, что поимал на Двинской земле, а самого з дружиною отступиша». Был взят также большой откуп с «гостей» великого князя: «а у двинян за их вину взяли две тысящи рублев, три тысящи коней». Это не считая тех репрессий, которыми были подвергнуты бояре-переветники: «А воевод заволоцких Ивана и Копана з дружиною их поимаши, а иных смертью казнили, иных с собою словив, поведоша, занеже те бояре новгородские отводили землю Двинскому великому князю». Это был полный разгром и потеря позиций великих князей в Северном Поморье. Конечно, победа новгородцев под Орлецом не означала, что вопрос о влиянии в северных землях решен на сколько-нибудь длительное время. Уже в 1399 г. когда новгородская рать гналась за Анфалом, проводившим в Двинской земле военные операции против новгородцев, устюжские князья пошли «Анфала в пособие, и бишася с Ияковым у Сухоны реки у Стрелного порога». В 1401 г. по указу великого князя и с его ратью Анфал Микитин и Герасим Рострига (тот Герасим, который после падения Орлеца был насильно пострижен в монахи и которому удалось бежать) пошли «войною за Волок на Двину и взяша всю Двинскую землю без вести», а в ответ на это новгородцы совместно с важанами бились с ними «на Кольмогорах». Военные походы постоянно следовали один за другим (например, в 1415 г. «ходиша воиною и повоеваша всю землю Двиньскую, и Заволочане тогда скопився Оустюг повоеваша») .

В период междуусобных конфликтов в Заволочьев XV в. Орлец вспоминали в летописных записях как город-крепость, «запиравший» самое узкое место в нижнем течении реки Северной Двины. В 1453 г. Великий князь Иван Васильевич двинулся ратью на Великий Устюг, на князя Дмитрия Юрьевича Шемяку, который пошёл к Двине: «И пришед князь Дмитреи на Двину и застави двинян реку Двину полити пониже городка Орлеца» [16] .

Однако очевидно, что поражение московских князей в конце XIV в. в Нижнем Подвинье создало благоприятные условия для дальнейшего захвата «ростовщин»

новгородскими боярами. Изменилась и политическая ситуация в связи с реорганизацией института посадничества (стали назначаться, как правило, два посадника вместо выборного) .

Вероятно, именно после орлецких событий новгородцы отняли земли по средней Двине и Пинеге у великого князя, у ростовских князей – Ивана Владимировича, Федора Андреевича, Ивана Александровича, Константина Владимировича, известные нам по трем Спискам Двинских земель 1471 г .

Таким образом, события, связанные с Орлецом явились не окончанием, а своеобразным прологом к началу постоянных великих походов и отдельных стычек на обширной территории от Устюга до Холмогор, к военному строительству крепостей в бассейне Северной Двине и её притоков – Ваги, Устьи, Кокошеньги, Пинеги. Небольшие деревоземляные крепости возводились на месте наиболее крупных сельских поселений и участвовали в междуусобных столкновениях вплоть до 1471 г. Раскопки, прошедшие на важском «Вельском» городище, подтвердили два хронологических этапа в «жизни» таких укрепленных поселений. О позднем характере таких «городков» XV в. определенно указывал в свое время А.А. Спицын [17]. Находка на «Вельском» городище печати Новгородского наместника Артемия Демитриевича, которая датируется серединой–третьей четвертью XV в .

– полностью подтверждает дату этого «пласта» укрепленных поселений [18] .

Мы довольно подробно остановились на событиях, связанных с Орлецкой крепостью, с белокаменным её детинцем. Оказалось, что военная и политическая судьба Орлеца имеет еще один аспект – строительно-промышленный. Строительство каменного Орлецкого города (этим термином на протяжении всего средневековья на Руси подразумевалась исключительно крепость) ознаменовало собой по существу первое масштабное промышленное использование двинских известняков (бутовый камень, тесаный камень, известь). Складывавшееся во время орлецкого строительства, а также и в более позднее время, сложная и разветвленная система подрядов формировала то производство, которое мы в известной мере условно определили как «Промышленное». Дело в том, что подрядный характер добычи и обработки камня, обжиг извести сопряжен с целой системой других подрядов – поставки дров, угля, бочарных изделий, кузнечной продукции, а так же формирование грузовых транспортных речных судов .

Даже приблизительный подсчет использование в сооружении крепостных стен Орлеца известнякового камня равен 66.000 кв. сажен (это около 275.440 кв.м.). Мы исходим из того, что протяженность стен кремля по плану А.Г. Тышинского равна 220 сажен х 150 саж, т. е. 33.000 кв. сажен. Вполне реально можно предположить, что первоначальная высота крепостных стен могла быть до 4 м, при выявленной во время раскопок их ширина – 2,8 м .

Представляется, что известняк использовали для усиления деревоземляных оборонительных сооружений вдоль внешней линии посада, могли использовать и для сооружения церковного здания. Не представляется возможным в настоящее время подсчитать объем известняка, используемого для производства извести. Конечно, указанные объемы работ по возведению городских и посадских укреплений, не могут относиться исключительно к 1342 г. Для этого потребовалось гораздо больше времени. Можно предполагать, что строительство было завершено к периоду перехода Орлеца к активным политическим акциям 1393–1397 гг .

Новгородские войска стояли у двинской твердыни три недели, и только с помощью стенобитных орудий сумели сломить сопротивление белокаменного города .

Стабильный экономический интерес к месторождениям двинского известняка фиксирует, естественно, в более позднее время и в связи с этим интерес, прежде всего с начинающимся в Северном Поморье каменным церковным строительством. Обнаружение во время археологических раскопок каменных известняковых стен и воротной башни, сооруженной с использованием известнякового раствора, впервые фиксирует гашение и производство извести .

Во второй половине XVI столетия можно предполагать первое весьма значительное расширение функционирование двинских карьеров в районе Орлеца – это беспрецедентный размах каменного строительства на Соловецких островах. Неблагоприятные события конца первой половины XVI в. – пожар летом 1538 г. в Соловецком монастыре: «В вечер глубок погори монастырь Соловецкой весь до основания», а 1 августа 1542 г. «в первом часу дни, быть трясение в земли великое в трех погостах в Керети и в Ковде, и в Кандалакши и до Умбы верст по триста и болши, и горы и лисы тресися» [19]. Для Соловков 1552–1594 гг., несомненно, стали своеобразной строительной страдой: Успенский храм с трапезной, СпасоПреображенский собор, Николаевская церковь, стена и башни каменного города .

Монастырские служки могли использовать местные валуны, обжигать кирпич, но поставлять на острова известь могло только Нижнее Подвинье. Весьма яркий штрих в этом контексте прописан в истории Соловецкого монастыря. В июне 1561 г. «розбило непогодою на Белом море ехавших из Двины реки 15 соловецких лодей с известкою», погибли и суда и люди [20] .

Можно отметить, что зависимость монастыря от двинской извести «тянется» на протяжении довольно продолжительного времени. Так в марте 1730 г. архимандрит Соловецкого монастыря Варсонофий в прошении, поданном в Сенат, просил разрешить строить староманерные суда: «у нас в Соловецком монастыре с староманерных судах имеется крайняя нужда, а имянно от города Архангелского на строение монастырское извести и з берега уголья, дуба, дров, сена, тесу возить не на чем, понеже по известь и по известный камен от города Архангелского вверх по Двине реке ходим верст по сту и более, а оными припасы в монастырь имеется крайняя нужда, без чего пробыть не возможно» [21] .

Стабильный и ставший традиционным интерес к двинскому месторождению двинского известняка фиксируют более поздние письменные источники. Например, в «Описании Холмогорской округи» 1786 г. в разделе «Сорты земель округи и плодородие оной»: «По берегам Двины имеются алебастровыя, кремневыя и красками червлению и вохры горы» [22]. Документ возвращается к этой теме ещё раз в разделе «Промыслы и рукоделия»: крестьяне «курят смолу, жгут известку, тешут стенные и половые плиты, круглой камень и алебастр по берегам збирая, отвозят в Архангельск на каменные строения и сверх как то в Устюге отпускают…» [23] .

Можно предполагать, что только с конца XVI в. и весь XVII в. данный микрорегион Двины становится местом постоянной добычи камня и жжением извести для более близкого потребителя Сийского Троицкого монастыря. Приходно-расходные монастырские книги, начиная с 90-х годов, содержат записи о подрядах на продукцию двинских (Орлецких) карьеров. Царская жалованная грамота Федора Иоанновича от 9 ноября 1587 г. положила начало каменного храма в Сийском монастыре – первого церковного здания в Нижнем Подвинье, строительство которого было завершено весной 1607 г. [24]. Всего на постройку собора Святой Троицы было израсходовано 2999 рублей 19 алтын 4 деньги, из которых на строительные материалы, их заготовку и доставку, в том числе 101 сажень камня [25] .

Строительные материалы поступали в монастырь из разных двинских карьерных разработок:

«в 1614 г. возили камень и известь в монастырь с Орлеца, и с Брилина наволока, и с Ваймуги на монастырских лошадех и монастырскими людми. И песок, и кирпичные дрова и уголь из Сийского церковного леса своими людми, и известь жги на Орлеце свои мастеры» [26] .

При строительстве шатровой каменной Благовещенской церкви было использовано 120 саженей камня, из которого приготовили 15 печей извести, кроме того 15 печей кирпича было заменено камнем [27]. Всего за период строительства Благовещенского храма с 1638 по 1640 г. за заготовку и обтеску камня на Брин-Наволоке монастырь за 30 сажен уплатил 10 рублей. Можно предполагать, что на заготовке и обтеске камня работали несколько крестьянских артелей. Например, 22 июля по 8 сентября 1638 г. на заготовке и обтеске камня трудились 72 человека, которым заплатили 10 рублей 26 алтын 4 деньги; с 20 марта по 1 мая 1640 г. «ломали» и тесали 25 человек; с 24 сентября по 1 мая 1640 г. трудилась артель «разным наймом» на заготовке камня за 7 рублей 23 алтына [28]. Документы сохранили сведения о маршруте доставки камня: камень с места заготовки на Брилин-Наволоке доставляли по реке Северной Двине до Сии. За доставку одного дощаника камня с БрилинаНаволока до Сии в марте и в мае 1640 г. платили 1 рубль 26 алтын 4 денги [29]. Монастырь покупал камень, иногда большие партии, например 30 сажень за 11 рублей 23 алтына 2 деньги [30] .

Приходно-расходные книги монастыря с 70-х годов XVII в. почти регулярно фиксируют записки о подрядах на тесаный камень и известь, которые выполняли преимущественно в двинских (Орлецких) карьерах вотчинные монастырские крестьяне. В 1670 г. монастырские крестьяне Сийской волости возили с Сии в монастырь известной тесаный камень – 11 сажен [31]. В этом же году в монастырь было привезено ещё «тесаного известного 1150 камней да полового две сажени на своих же лошадех» [32]. В этот же период монастырские крестьяне «ломали на Сие и возили в монастырь на своих лошадех десять сажен камени дикого» [33]. Если камень можно было добывать на монастырских землях, то известь жгли на двинских берегах. Так в 1683 г. на Брилине Наволоке «зженой извести печь» подряжался Максим Лохоцкой, за что ему «подрядчику Максиму Архипову сыну Лохоцкому» было заплачено» [34]. В этом же году крестьяне возили «з Брилина Наволока в монастырь каменю тесаного числем 470, от воски дано им 2 рубли 18 алтын [35] .

Сийские крестьяне не только «ломали» камень, но и «тесали» его. На протяжении второй половины XVII в.

монастырские приходно-расходные книги неоднократно фиксируют деятельность сийских крестьян:

1. в 1684 г. «Дементий Анкидинов с товарыщи жгли на Брылине Наволоке известную печь и поставили извести 400 бочек», за работу было дано 23 рубля [36];

2. в 1687 г. «возили с Сии монастырские крестьяне Ефимко да Герасимко Тимофеевы дети Кузнецовы в монастырь к каменым больницам белого камени три сажени с четью» [37];

3. в том же году за «каменную ломку» на Брин Новолаке крестьянам Ивашку Федорову, Осипу и Антону Тушиным, Ерофею Передолкину» [38];

4. в том же году «з Брилына Наволока монастырские крестьяне вывезли 398 бочек извести [39];

5. в 1690 г. на Брилине Наволоке куплено у крестьян Яким Маркин «с товарыщи», которые «выжги известную печь» – 400 бочек извести [40];

– в этом же году на Брилине Наволоке у них же было куплено «белого тесаного камени в монастырь к келейному строению мерою камени в аршин и в 3 четверти и поларшина пол-третья длиною тож, и того камени тысяча девятсот камений, дано за тысячю по 5 рубли 23 алтын» [41] .

В 1691 г. на Брилине Наволоке велись масштабные карьерные разработки силами нескольких артелей монастырских крестьян: Иван Федотов и Яким Марков добывали и вытесали «на монастырское каменное строение» 420 каменей, стенных 550 каменей; артелы

– Иван Перфильев «с товарищи»; Клементей Михайлов да Никифор Кортоков «с товарищы»

добывали и тесали камень [42] .

Лохоцкие (Сийский период)

Под 1664 г. в приходно-росходной книге Сийского монастыря есть запись:

«Подмастерью Максимке Архипову, что делал у каменного поварни кельи рубль денег» [43] .

Вероятно, именно в эти годы начиналась, как позднее выясниться, многолетная и знаковая профессиональная карьера крестьянского сына Максимки Лохоцкого .

В сентябре 1670 г. Максим Лохоцкой в период строительства архангельских Гостиных дворов был одним из руководителей на Орлецких разработках: «Двинскому каменщику Максимку Лохоцкому, который был на Орлеце для надсмотру и указу над подрядчиками у известного дела сентября с 1 числа 179 году генваря по 16 число, и ему Максимку дано поденного хару на те дни 9 рублев 19 алтын 4 денги по 2 алтына по 2 денги на день», и ещё: «Двинскому каменщику Максимко Лохоцкой с 18 августа 1671 по 21 ноября 1672 г.» [44]. Вероятно, от этой, довольно важной и ответственной должности «надсмотрщика» над известным орлецким производством и началась карьера одного из «подмастерьев каменных дел» (строителей-архитекторов) Северного Поморья. Известно, что «известный завод на Орлеце» в 1668 г. состоял из нескольких строений: «У известного заводу на Орлеце 2 анбара по 30х7 сажень, в те анбары кладут известь, а построены те анбары из государевой казны» [44]. Таким образом, Максим Лоховицкий был официальным контролером над работой орлецких подрядчиков. А таковых у орлецких известников было немало. Так, в 1671–1672 гг. у подрядчика иноземца Кондратья Нордермана было принято 157 сажен камени бутового из трех барок, «принято тесаного камени стенного 7461 камени, да мостового 1790 каменей, а также известь….» [46]. Производство камня разных сортов (бутовый, стенной, мостовой) и извести реализовывалось в системе многочисленных подрядов. Например, «Подрядчики же, которые подрядились на каменное строение вытесать на Орлеце и на Бралине (так!) наволоке стенного камени 20 000, и в том числе десять тысяч длиною в аршин, а шириною в три четверти, да десять тысяч длиною трех четвертей аршинных, а шириною в поларшина, а толщиною в шесть, и в пять, и в четыре вершка, ценою за аршин за сто по рублю с полтиною, а за третной за сто же по рублю, итого им дано 250 рублев» [47]. И далее: «Подрядчиком, которые подрядились в каменные анбары (на Гостиные же дворы – Авт.) на мосты вытесать 1000 каменей, и в том числе две тысячи каменей четвероуголных, мерою в длину и в ширину по аршину, за две тысячи каменей по три четверти аршинных, а толщиною в три и четыре вершка, ценою за аршинные за сто каменей по рублю с полтиною, а за третьные за сто ж каменей по рублю; и того им дано 50 рублев» [48] .

На карьере обычно всегда были запасы, подготовленные для отправки на ПурНаволок. В начале строительства в 1668 г. запасы представляли весьма значительный объем:

камень бутовой 511 саженей, «стенного аршинного и трех четвертей из полуаршинного мостового и точкового камней 15190 «каменей», «мостового тесаного» – 101 [49] .

В 1672 г. было принято, если не роковое, то в определенной мере судьбоносное решение в корне изменившее первоначальный план, а тем самым и весь планируемый облик строившегося каменного комплекса на Пур-Наволоке. Именно об этом решении и было написано в «Отписке», сопровождаемой чертежом и отправленной «к Москве» воеводами Афонасием Нестеровым и Константином Михайловым: «…будучи у Архангелского города, каменного дела разсматривали как бы тому каменному делу быть пристойно и твоей б великого государя, казне в том каменном строенье было прибытнее и на гостиных, государ, дворех на Русском и на Немецком, нарочито по стенем и по углам сделать семь башен, а сверх анбаров по стенам круг обеих гостиных дворов сделать бы зубуры, и те бы башни и зубуры учинить на гостинех дворех вместо города, а на старом бы города месте кменного города вновь не делать для того что порожнее городовое место от гостиных каменных дворов близко, от Русково гостина двора до городового места всего 200 сажен [50] .

Отказавшись от сооружения «каменного города» – цитадели согласно первоначальным чертежем Петра Марселиса и Вилима Шарфа, назначенный подмастерье каменных дел Дмитрий Старцев достроил каменный комплекс на Пур-Наволоке до января 1683 г. в четко выраженных традициях древнерусского каменного крепостного зодчества ещё с XVI в., если не с конца XV в. [51]. Каменный комплекс на Пур-Наволоке стал во многих своих деталях, по-существу, «репликой» на каменные торговые комплексы с оборонительными функциями XVIII в. в крупнейших комплексах – в так называемом Новом Гостином дворе в Москве, в Архангельске, Астрахани, Великом Новгороде, то есть в важнейших пунктах внешней торговли Российского государства [52]. Отголоски этих традиций еще можно было увидеть в сибирских городах – Тобольске, Иркутске в первые годы XVIII в .

В 1683 г. Максим Архипов сын Лохоцкой занимался производством извести, так как Сийский монастырь купил «на Брилине Наволоке зженой извести печь, подредчику Максиму Архипову по росписки додано по счету 4 рубли 14 алтын 4 денги» [53]. Любопыина и финальная запись в расчете по этому подряду в приходно-расходной книге за следующий год: «дача по записи каменных дел подмастерью Максиму Архипову досталных додано 4 рубли 16 алтын 4 денги» [54]. В 1684 г. Максим Лохоцкой занимался и производством кирпича для монастырских строений, он подрядился «с товарищы на Вараке зделать кирпичю и обжечь наготово 1000 000, ряжено им от дела с 1000 по дватцать алтын. Наперед им выдано денег 43 рубли» [55]. В 1686 г. зафиксирована работа Максима в монастырском строительстве: «в Сийском монастыре у Святых ворот он руководил возведением каменных келий, больницы», «да ему впредь делать каменное дело, и за болничное дватцать шесть рублев двенатцать алтын три денги», о чем «на него, Максиме и запись взята» [56]. В 1686 г .

с Максима Лохоцкого были взяты значительные деньги «по отводным кабалам» на более чем 21 рубль» [57] .

Как часто бывало, в монастырях трудились, или «служили» поколения крестьянских семей. Письменные источники сохранили немало интересных сведений об одной из таких семей – Сийских вотчинных крестьян Лохоцких .

Кроме подмастерья каменных дел Максима Архипова сына Лохоцкого в монастырских документах часто упоминается его брат – Федор Архипов сын Лохоцкой. Уже в приходно-расходной книге 1670 г. он назван «монастырским слугой»: «куплено у монастырского слуги, у Федора Архипова Лохоцкого вески чашки медное, коромыслецо железное луженое для всякого мелкого весу, дано 13 алтын две денги» [58]. В 1671–1673 гг., 1677, 1684 годах ему, как и другим «монастырским слугам», были пожалованы или деньги или рубашки [59]. Федор Лохоцкой выполнял различные поручения. Например, в 1677 г. он был выправлен и выполнял свою работу «на Москве и на Великом Устюге» [60]. В 1684 г .

Федор Лохоцкой был в Золотице на Зимнем берегу «для збору по монастырским кабалам»

[61] .

О других Лохоцких в монастырских документах имеются лишь отрывочные сведения .

В 1677 г. Филат Лохоцкой (проходил по списку «дьячков») получил 10 алтын «на рубашку»

[62]. В записи 1690 г. упомянут Иван Лохоцкой (за 50 проданных в монастырь бревен он получил 16 алтын), а по записи 1691 г. монастырь купил у Евдокима Лохоцкого «шесть рыб семги да два лоха весом три пуда» [63] .

Безусловно, Максим Лохоцкой – это наиболее яркий представитель семьи вотчинных крестьян Антониево-Сийского монастыря .

Существовало, да в известной мере и сейчас бытует мнение, что церковное каменное строительство на территории Нижнего Подвинья началось с открытием Холмогорской епархии и связано с именем первого ее владыки – архиепископа Афанасия. Это не подтверждается фактами. С конца XVI и до конца 80-х годов XVII в. строится комплекс Антониево-Сийского монастыря, в 1670–1674 гг. было осуществлено каменное строительство Спасского Новоприлуцкого (Козьеручьевского) монастыря, причем во время архитектурно-археологических раскопок в 1982 г. впервые были выявлены план монастырского собора, обнаружены элементы его декоративного убранства [64] .

Ко времени прибытия архиепископа Афанасия на Холмогоры было почти завершено возведение храма во имя святых Бориса и Глеба на Нижних Матигорах. В Чиновнике

Холмогорского собора (ранняя редакция) под датой 17 июля 1683 г. сделана запись:

«изволил архиерей ехать на Матигоры смотреть церкви каменной и поехал из дому в начале 4 часа… И приехав на Матигоры и пришед во церков Иоанна Богослова… Архиерей кручинился, что в церкви и во олтаре без благословения стены вытесаны вновь. И после литургии смотрел каменной церкви; из земли дело похвалил, а вверху, говорил не дело зделано: шеи основаны некрепко на дугах, и то велел покрепит, да приказал мост опустить в церкви, чтоб мощно зделать степен ко олтарю во всю стену» [65]. Уже на следующей недели после этого визита снова «в новую церковь смотреть ходил», а 24 июля «на память Бориса и Глеба» освятил храм [66] .

Архитектурно-археологические работы в 1980–1981 гг. позволили выявить внушительное, трех апсидное четырех столпное здание, с западной стороны паперть, резные белокаменные украшения, в 1686 г. около Борисоглебского храма было начато строительство каменной колокольни [67] .

Вопрос о мастерах, работавших на строительстве храма и колокольни, остается пока открытым, но некоторые предположения можно высказать и сейчас .

Ещё до приезда на Холмогоры и будучи «на Москве» архиепископ Афанасий дал храмозданную грамоту на строительство Троицкой церкви в Троицком приходе Ухтостровской волости. Одновременно в 1682 г. по указу архиепископа Афонасия мирской приказчик Ефимка Кулаковых приказал прежнему «прикащику Никитину переписать в деревянной церкви Живоначальной Троицы и ее приделах Алексея Божьего Человека и Чистыя Великомумученицы Варвары [68]. Стоявший здесь комплекс деревянных сооружений, состоял из церквей: «Храм Живоначальной Троицы, деревянной верх шатровой, крыт чешуею, на маковицы крест обит белым железом»; в приделе «Храм Святого Праведного Алексея Человека Божия, древена, верх шатровый, с маковицею, чешуею на маковице, крест обит белым железом»; «Храм Святыя Великомученицы Варвары, деревянной, верх шатровый, крыт чешуею, крест обит белым железом»; упомянута трапезная с 5 большими окнами [69] .

Три ниже публикуемые нами порядные во многом раскрывают реальное содержание начального этапа строительства каменного храма Троицы на Ухт-Острове. Эти порядные «церковного строителя Михаила Никифорова Волкова», заключенные им в апреле 1682 г. с крестьянами Ухтостровских Троицкого и Богоявленского приходов, важны своей значительной информативностью .

Во-первых, они называют имя «церковного строителя», то есть непосредственного руководителя всем каменным строительством и, естественно, ответственного за это строительство. В порядной впервые названо имя – Михаила Волкова, которое в Нижнем Подвинье будет хорошо известно вплоть до начала второго десятилетия XVIII столетия, о чем свидетельствует публикуемые нами письменные документы (Приложение № 1) .

Во-вторых, в порядных крестьяне-подрядчики выполняли целевые указания церковного строителя Михаила Волкова, например, дощаник нагружать «лещадливым каменеем в полный груз», то есть таким, «лещадливым», уплощенным камнем «чтоб годился к церковному каменному строению в подошвенную крепу на сваи» (речь идет об уплощенном бутовом камне, который может ровнее «лежать на сваи, которые будут биты в фундаментных рвах) .

В-третьих, четко прописывается и тип плавучего средства доставки камня – это дощаник. Причем в двух порядных – это «казенное церковное судно», а в третьей порядной – транспортировка строительного материала осуществлялась на собственном судне (тоже дощаник) главы артели подрядчиков крестьянине Стефана Давыдова сына Климушиных .

Любопытно, что в порядных, в которых судно обозначено как «казенное», при возможных катастрофах – от ударов камней и, если «тот дощаник и с камнем потонет» с артели «дощаника не спрашивать». В подрядных даже есть указания на некоторые нюансы загрузки дощаника: загрузить дощаник «лещадливым каменеем в полный груз», или «дощаник тем лещадливым каменем и бутовым грузить ровно середки, обранивать, по краям ненагрузивать» .

Несомненная ценность публикуемых подрядных и в том, что кроме «строителя»

Михаила Никифорова сына Волкова упоминается руководитель строительством здания – «подмастерье Максим», что дает возможность определенно говорить, что этим подмастерьем был сийский крестьянин Максим Лохоцкой .

Относительно тех крестьян, которые подрядились поставить бутовый камень к строительству Троицкого храма. Крестьяне обеих артелей, перечисленные в порядных 1682 г. – это местные жители Троицкого прихода Ухтостровской волости Двинского уезда. Все крестьяне переписаны в 1682 г.: в деревне Козминской стояли дворы Ларки Грибанова, Ивашки Хрисанфова; в деревне Денисинской дворы Василия Яковлева [70]; в деревне Чешвишинской Богоявленского прихода двор Стефана Давыдова [71]. Кстати, тут же на Ухтострове в Троицком приходе находился и «двор Мишки Волкова» [72] – Михаила Никифорова сына Волкова. Таким образом, в заготовке, а, возможно, и в строительстве активное участие принимали крестьяне Ухтостровской волости. В начале XX в. было сделано описание Троицкого храма: «Сия церковь во имя святыя Живоначальныя Троицы построена при благовернейших государевых великих Иоанне и Петре Алексеевичах в 1682 году июня 4 дня по благовению преосвященнаго Афанасия архиепископа Холмогорского и Важеского и освящена оным же архиепископом Афанасием в 1690 году» [73]. В 1913 г. по просьбе Архангельской Духовной консистории в Императорскую Археологическую Комиссию в Ухтостровской Троицкой церкви были произведены ремонтные работы по проекту архангельского губернского архитектора Андрея Андреевича Каретникова [74] .

Благодаря его многочисленным и подробным обмерам и рисункам фасадов и интерьера, можно судить об облике и декоре этого уникального памятника северной архитектуры XVII в. в Нижнем Подвиньи [75] .

Вернулся ли Максим Лохоцкой к своему «детищу» на Нижние Матигоры к Борисоглебскому каменному храму? Дело в том, что в ноябре 1686 г. (т.е. 1685 г.) в документе под названием «Тетрадь записная Преосвященнаго Афанасия Холмогорскаго и Важескаго его арриерейским денежным зборам, о церковном строении и о освещении церквей» сохранилась: «Отпускная грамота по челобитью Матигорской волости Борисоглебского прихода священника Петра да церковного прикащика Сенки Варгасова за всех крестьян, велено в той волости построить колоколну каменную. Пошлины рубль .

Взято» [6 .

Кто строил каменную колокольню на Борисоглебских Матигор? Максим Лохоцкой, который строил рядом стоящий храм Бориса и Глеба или в эту стройку «вступила» уже сформированная архиепископом Афанасием архитектурно-строительная «команда» братьев Стафуровых? Можно предполагать, что в «дело» действительно уже активно вступила семья Стафуровых .

В 1690 г. возведение Троицкого храма на Ухт-Острове было завершено, «своды подмазаны и обелены» [77]. Однако строительство на ухтостровских берегах ещё не было окончательно завершено. Уже в марте 1691 г. крестьяне Троицкого прихода просили архиепископа Афанасия: «…велеть в той Ухтостровской волости к ново-созданной Троицкой каменной церкви пристроить к паперти с северную сторону предельную каменную церковь во имя святого Алексия Человека Божия…, пожаловать их благословением указал на тое новую церковь камень и кирпич, железо, известь, и всякие припасы готовить и ис тех припасов к тое ново-созданной Троицкой каменной церкви с северную сторону холодную во имя святого Алексия человека Божия во особых стенах мерою против чертежа, каков чертеж подали они нам…» [78]. Предельный храм был завершен к 1693 г. и освещен 5 апреля [79] .

Одновременно с освещением этой церкви ухтостровцы получили на свое челобитье грамоту Афонасию, в которой «пожаловал» им – «…велено им в тои волости вместо ветхая древной телой церкви святыя мученицы Варвары построить церков во имя тоя ж святыя мученицы Варвары каменную с трапезою каменною ж» [80]. Постройку завершили и осветили в 172 г .

[81] .

Позднее, при архиепископе Варнаве ухтостровские крестьяне подали челобитную с просьбой пристроить у трапезной церкви Варвары с западной стороны паперть, и «преосвященный архиепископ слушась того вашего челобитья и прошение, указал вам при выше помяну той трапезы паперть каменную…» [82]. Над пристроенной папертью была возведена мощная колокольня .

Профессиональная карьера Максима Лохоцкого практически была связана с Орлецким карьером, с возведением ряда построек в Антониево-Сийском монастыре, на стройплощадке Троицкого прихода на Ухтострове, и, наконец, участие в постройке, в роли зодчего, собора во имя Архистратига Михаила в Архангельском монастыре в Архангелогородском предместье в 1689 г., о чем свидетельствует порядная запись «каменных храмовых дел подмастерья Максима Архипова Лохоцкого», данная им игумену Архангельского монастыря: «Колмогорскаго уезда Сийского монастыря слуга каменных храмовых дел подмастерье Максим Архипов сын Лохоцкой дал семь сию отпись Двинскаго Архангельскаго монастыря игумену Павлу з братиею в том, что взял я, Максим, у него, игумена, и у братии по своей порядной записи от подмастерскаго церковного каменнаго строения, какову я, Максим, ему игумену, з братиею на себя запись дал в задаток наперед пять рублев денег, да хлебе пять мер ржи, да пять мер ячменя, да корову. В том я, Максим, ему, игумену Павлу, з братиею и сию отпись дал писал отпись по ево, Максимову, велению у Архангельсково города на площади Гришка Устюгов (далее другой почерк): росписки Троицкого Ухт-острова Максима Лохоцкого, которые люди ручаются по нему, Максиме, в каменном в церковном строении Архангельского монастыря у игумена Павла з братиею, что он, Максим, приговорился на указа (…) в подмастери до совершершен[ства] церковного дела … с присужа… Максим учнет, будучи то церковное дело делать оплошно в стенах и в сводех, и того ива, Максимовой,оплошкой поруха церковному каменному делу учинитца или простой или убытки, какие он, максим, своим нерадением или хитростию в том строении церковному ему, игуменену Павлу, з братиею учинит, и те убытки, и простой, да всякие протори монастырские по сей подрядной записи и взятые деньги на нас, на порутчиках, все сполна безрозвытно, а по совершению тое каменной церкви (…) за нашею порукою три года, а суд в те лета, какова поруха тое каменой церкви учинитца в стенах, или в сводех, или где порушится, и те места починить ему, подмастерью Максиму, по сей записи за те же (…) и монастырскими припасами и людми, а будет без утвердия (?) ту каменную церковь по совершению в те срочные три годы в целости и в подтверждении и нигде не порушится и после тех трех срочных годов ему, игумену Павлу, з братиею ко мне ж, подмастерю Максиму, и сию подрядную храмовую запись выдал или порутчиком моим в том. Я, подмастерье, ему, Игумену, з братиею в каменном храмовом подмастерском строении указом и сию на себя запись дал с порукою, а хто с сею записью станет, тот по не (…), а на то послухи подъячие Перфирей Иванов Гайнов, Никита Яковлев Лентьев, Фалилей Миронов Немирова, Семен Никитин Терский. Запись писал у Архангельсково городу Площадной подъячей Гришка Устюгов лета 7197 года февраля 23 день [83]. «Отпись» Максима Лохоцкого – это, по всей видимости, второй документ после заключения порядной .

Документ носит финансовой характер, так как гарантирует взятый задаток в пять рублей, пять мер ржи, пять мер ячменя и корову. Любопытно, что в «Отписке» зафиксированы гарантии – в течение трех лет, если церковному зданию будет «поруха» («учиница в стенах, или в сводех, или где порушитца»), то починку церкви производить Максиму Лохоцкому. На наш взгляд, наличие таких гарантий: от «подмастерья каменных дел» встречены в документах подобного рода для XVII столетия впервые. Содержание документа, который назван то как «отпись», то как «роспись», то как «запись» скорее напоминает своеобразный тип гарантийного письма с росписями поручителей («поручников», или «послухов»), «площадных подьячих». Имеется ещё один документ, который касается деятельности подмастерья Максима Архипова сына Лохоцкого. Это расписка каменщика Пимена Василискова сына Мартыновых о получении за подмастерья Максима Лохоцкого пяти мер ячменя: «РЧИ-го (1689) году декабря в 22 день Колмогорского уезда Борисо Глебских Матигор каменщик Пимен Василисков сын Мартыновых дал есми отпис Архангелского монастыря келарю старцу Филофею да казначею старцу Иосафу в том, что взял я у них пять мер ячменя за подмастеря за Маскима Архипова сына Лоховского по записе за церковное строение. И тех пяти мер ячмени впред ему Максиму не спрашиват. В том им, келарю и казначею, я, Пимин и отпис дал. А отписку писал Архангелского Города на площяди Сенка терскои /Л. 1/. Вместо Пимина Василистова по иво велению я, Тонко Глебов, руку приложил /Л. 1 об./ [84] .

Позднее, в 1712 г. согласно грамоте архиепископа Варнавы в «исподней шире»

построить церковь во имя Покрова Пречистыя Богородицы», в ней предел во имя святого великомучиника Мины [85]. Вряд ли в этих последних стройках следует искать «руку»

подмастерья храмовых дел Максима Лохоцкого, которому в это время могло быть уже больше 70 лет. Остается неизвестной пока и судьба подмастерья каменных дел Федора Архипова сына Лохоцкого .

ПРИЛОЖЕНИЕ 1 .

Документы на поставку строительного камня к Ухтостровской Троицкой церкви №1 /Л. 1/ Список з записи .

Се яз Ухтостровской волости Троицкого прихода Ларион Семенов Грибанов да яз Иван Хрисанфов Русинов, да яз Василей Яковлев сын Никифоровых подрядились есми тое ж волости у церковного строителя у Михаила Никифорова Волкова в нынешнем во 190-м году с весны с первого закрою ходить нам Лариону с товарыщи на церковное каменной церкви строение по бутовой камень, где мощно будет брать. А тот камень брать болшей и середней, и меншей без выбору. А дощаник и со снастью ево, строителя, казенное. И того камени тем дощаником нынешняго 190-го году водяным путем летом привесть тритцать сажен. А на 191-й год на весну на первой срок и тем же дощаником привести дватцать сажей. И тот камень привести и з берегу из дощаника вывозить нам, Лариону с товарыщи, собою и на своих лошадех на указанное место на гору к тому каменному делу, куды он строитель укажет. И покласть в сажени плотно и отмерить, и отдать к нему сполна по сей записи. А сажени мера троеаршинная. И тому каменному делу простою и мотчанья не учинить и не постановить, ходить по тот камень без задержания и без мотчания .

А рядили мы, Ларион с товарыщи, у него строителя от того камени от сплавки, от волочки на гору по сей записи себе на хлеб и на работу, и на работных людей по девятнатцати алтын за всякую сажень, и тех денег дватцать восмь рублев шестнатцать алтын четыре денги. И те денги все сполна по сей записи за тот камень за ту за пятьдесят сажен мы, Ларион с товарищы, взяв у него строителя к себе без /Л. 2/ останка и зачали по своим счетным в церковную казну в уплату. А тот дощаник и со снастью принять нам, Лариону с товарищы, у него же строителя, где будет у него дощаник куплен или кортомлен, с росписью, сколки которой снасти будет. И тот дощаник и снасти беречь нам и никакой порухи и хитрости не чинить. А во 191-м осенью и весною тот дощаник и снасти нам же Лариону с товарищы, к себе принять и от осенной и вешной воды и ото беречь, и воcкене обморозить, и не обсушить, снег огребать, и лед одалбливать, и беречь накрепко с великим радением, поставить на живой воде на отстой, поставить на угодное место на связи .

А буде от нашего нерадения и оплошки тот дощаник льдом проломит и связей з живой воды унесет, и нам платить цена в церковную казну по своей приемочной росписки. А буде судом божиим тот дощаник огребен и одолблен и с подошвы не станет, и лдом проломит или связи порвутца и унесет, и того дощаника на нас не спрашивать и ни денег по цене. А буде мы, Ларион с товарыщи, на том церковном дощанике по тот камень в нынешнем во 190-м году по сей записи не пойдем, и тое тритцать сажен не привезем, и на указное место не свозим, и в саж. не покладем, и ему строителю в обмер не отдадим, и на 191-й год по тому ж того камени дватцати не привезем и на указное место на гору не свозим, и церковному делу застой и мотчанье учинитца от нас, и что от нашего нерадения оплошка тому камен /Л. 3/ ному делу простой от работных людей, и протори какие будут и то все на нас, Ларионе с товарыщи, сполна безрозвытно, которой нас в лицах, на том и тот камень, и протори, и убытки, и простойные денги .

А буде судом божиим пловучи в котором году и ходу тот дощаник с каменеем розобьет и камень и дощаник потонет, и нам Лариону с товарищи, за тот камень за работу цены не спрашивать, а снасти, что будет потонет, по тому ж не спрашивать. А у ломки искорние и завозные урывки привесть и отдать к нему строителю на новой дощаник. И по тот камень ходить по тому ж по сей записи за те ж взятые денги в ту пятдесят сажен .

А хто с сею записью станет, тот по ней истец. На то послух Подлинную запись писал церковной троицкой дьячек Федор Иванов лета 7190-го году апреля в 12 день. На другой стороне пишет: К сей порядной записи вместо Лариона Семенова да Ивана Яковлева по их велению Андрюшка Прокопьев руку приложил Ивашко Хрисанфов Русинов руку приложил.//

ГААО. Ф. 1027. Оп. 1. Д. 142. Л. 1-3. Подлинник .

№2 /Л. 1/ Список з записи о добычи камня бутового из Ракулы на Ухтостров водным путем .

Се аз Ухтостровской волости Богоявленского Ухтострова Стефан Давидов сын Климушиных подрядилсе есми Троицкого Ухтострова у строителя у Михаила Никифорова Волкова в нынешнем во 190-м году с первого закрою итьти мне Стефану на своем судне и своею снастию, и своими работниками осмерыми человеки, и за своим хлебом в Ракулскую волость. И в тое Ракулской волости тот дощаник теми осмерыми человеки нагрузить лещадливым каменеем в полной груз. А камень ему имать лещадливой, годной, болшей и середней, что бы годилсе к церковному каменному строению в подошевную крепку на сваи. Каков камень можно осмерыми человеки добывать и каков укажет подмастерье Максим, и тот камень в том дощаники препровадить в Ухтостровскую волость под Троицкой погост под берег. И тот дощаник, груз ему строителю запятнать и ис того дощаника тот камень мне ж весь сполна Стефану собою и на своих лошадех на гору вывозить к каменному строению на указанное место. А буде в тое грузки великой осилной камень будит, И телега не выздынет на гору вести, сила не может, и те болшие осилние камение з берегу на гору сволочить ему строителю миром. И выгрузя тот дощаник тот камень, и тем же дощаником своими же работными людми итьти по бутовой белой камень, и нагрузить тот дощаник тем бутовым каменеем в тот же груз, в то ж пятно безхитрочно, и приплавить под тот же Троицкой погост, и тот дощаник выгрузить, и тот камень свозить на гору на указное место, и покласть в сажени. А класть добро и плотно, а сажень троеаршинная вдоль и поперег и верх. И сколки будет того бутового камени сажен, а лещадливого камени первой привозки положить столки ж сажен, сколки того бутового камени будет сажен .

А рядил я Стефан у него строителя от тово своево дощаника и от снасти, и на работных людей, себе на хлеб и на работу, и от возки на гору от того камени по сей записи от лещадливаго за всякую сажень по тритцати по дному алтыну по четыре денги, а бутового по дватцати по три алтына подве денги за сажень от тех двух ходов. А наперед тех денег взял с Стефан у него Михаила рубль денег. А как по камень /Л. 2/ пойду, и мне взять два рубли денег, а досталныя денги имать по дочету сколки камени сажен припроважу. В котором ходу пловучи тот дощаник проломит и тот камень потонет, и мне Стефану за тот дощаник и за снасть, и за работу на нем строители денег не спрашивать, а задаточныя денги, сколки будет в первом ходу взят, отдать к нему строителю в церковную казну .

А буде я Стефан по сей записи с первого закрою по тот лещадливой камень или в другая по бутовый камень на том своем дощаники своими работными людми не пойду и того камени не припроважю или на указное место на гору не свожю, и церковному строению застой и мотчанье своею оплошкою учиню, и в то число под тот камень наймет он строитель иных людей припровадить к тому каменному делу по которой цене, и то все на мне Стефане по сей записи денги сполна и с убытки, и те взятыя денги .

А хто с сею записью станет, тот по ней истец. А на то послух тое ж волости Семен Борисов Зметных. Запись писал церковной диачек Федка Иванов лета 7190-го апреля в 24 день .

/Л. 1 об./ К сей порядной записи вместо Стефана Давыдова по ево веленью Андрюшка Прокопьев руку приложил. Послух Троицкого прихода Сенка Борисов руку приложил.//

ГААО. Ф. 1027. Оп. 1. Д. 107. Л. 1-2. Подлинник

№3 /Л. 1/ Список з записи .

Се яз Ухтостровской волости Троицкого прихода Ларион Семенов сын Грибанов да яз Иван Хрисанфов сын, да яз Василей Яковлев^ сын Никифорова подрядились есми тое ж волости у строителя Михаила Никифорова Волкова нынешнем 190-м году летом в ыюли месяцы идти нам Лариону с товарищи на троицком казенном дощаники и с казенною снастью своими работными людми и за своим хлебом в Ракулскую волость, и в тое Ракулской волости тот дощаник нагрузить лещадливым каменеем в полный груз. А камень нам имать лещадливой годной, болшей и средней, чтоб годилсе к церковному каменному строенью в подошевную крепку на сваи, каков камень мочно осмерыми человеки добывать. И тот дощаник с тем каменеем припровадить в Ухтостровскую волость под Троицкой погост под берег, и с того дощаника тот камень нагрузить весь сполна и свозить на гору на указное место всем нам Лариону с товарищи. А буде в тое груски великой осилной /Л. 2/ камень удет и телега не вздынет, на гору вести камень не может, и те болшие осилные каменье з берегу на гору сволочить ему строителю миром. А тот дощаник, груз того камени ему строителю запятнать, и тем дощаником нам же Лариону с товарищи своими ж работными людми идти по прежней своей записи по бутовой камень, и нагрузить тот дощаник тем бутовым каменеем в тот груз, тож пятно без хитрости. И сколки будет в то пятно того бутового камени сажен, а лещадливой камень привоз положить столки ж сажен, сколки того бутового камени будет сажен .

А тот дощаник тем лещадливым каменеем и бутовым грузить равно середки, не обранивать, а по краям не нагрузивать .

А рядили мы Ларион с товарищи у него строителя от того ходу того лещадливого камени на работу и на хлеб, и на работных людей, и от выздымки на гору за всякую сажень по дватцати по шти алтын по четыре денги. А наперед взяли мы Ларион с товарищи у него строителя три рубли денег. Да мы ж Ларион да Василей взяли ячмени шесть мер в цену рубль восмь алтын четыре денги. А досталные денги, сколко будет доведетца, сполна зачесть нам Лариону с товарищи в церковную казну в уплату по своим счетным в платеж и уплату .

А буде мы Ларион с товарищи по сей записи по тот лещадливой камень не пойдем и того каменю не припровадим, на указное место на гору не свозим, и церковному строителю застой и мотчанье своею оплошкою учиним, и в то число по тот камень наймет по которой цены, и то все на нас Ларионе с товарыщи по сей записи денги сполна и с убытки, и те взятые денги, и денги за ячмень, а которой нас в лицах. А судом божиим, пловучи с тем каменеем, дощаник проломит и тот дощаник и с каменеем потонет, и ему строителю на нас того ходу и камени, и дощаника не спрашивать, и те денги за ячмень цена по сей записи то ж числа отдать к нему строителю в церковную казну сполна .

Да в том на себя и запись дали. На то послух... Подлинную запись троицкой церковной дьячек Федор Иванов лета 7190-го года июля в 6 день. /Л. 2 об./ Порядчик Ивашко Хрисанфов и вместо товарищев своих Лариона да Василья руку приложил.//

ГААО. Ф. 1027. Оп. 1. Д. 108. Л. 1-2 об. Подлинник .

Холмогорские стройки. Подмастерья каменных дел братья Стафуровы и подмастерье каменных дел Пётр Козмин сын Некрасов От масштабного, для северной провинции, строительства, так и не доведенного до окончательной реализации первоначальных планов, осталось немалое количество строительных припасов. Еще более впечатляющее количество материалов, потраченых для завершения стройки по новому плану в 1668 г .

Об исторических «припасах» стройматериалов довольно длинный перечень включен в «Двинский летописец», и, эта статья представлена как «Учиненной из летописца Архангелогородского города каменному городовому строению, что во оное каких припасов и материалов и на сколько по цене употреблено, что от строения онаго дано мастеровым и рабочем людем…» [86]. Приведем лишь некоторые данные наиболее важные для контекста нашей темы: «…За покупные дощаники, барки и плоты к городовому строению у вологжан Федора Сычугова с товарыщи да у устюжан Федора Контырина с товарыщи на 73 рубли 10 алтын пол 4 деньги… От ломки и от тески бутового камня 415 198 камней Антону Тушину с товарыщи дано 6558 рублев 5 алтын 3 деньги. За провоз к городовому строению с Орлеца бутового тесаного камня и извести подрятчику иноземцу Кондратью Норееману 9318 рублев 14 алтын 5 денег… К строению городовому извести 17 550 бочек подрятчику Двинского уезда Николаевских Матигор крестьянинуДементью Коротких с товарыщи дано 551 рубль 9 алтын. Да вызжено на известь же изо всякой печи по 500 бочек, итого 42 500 бочек, 85 печей, за дело и за провоз оной подрятчиком Ступинской волости крестьянином Василью Зуниных с товарыщи дано 2472 рубли 21 алтын пол-6 деньги…» [87]. Солидные денежные суммы, потраченные на строительство, свидетельствуют о масштабах использованных строительных материалов различного типа .

Данные также из «Летописца» из фонда Воронцовых несколько отличаются от сведений, включенных в «Двинский Летописец» [88]. Имея большое сходство, оба источника пополняют друг друга .

Согласно царскому указу от 19 марта 1684 г. архиепископу Афанасию в помощь его соборному строительству на Холмогорах от Архангельского города «от городового каменного дела» передавались часть от «гостиных дворов остальные запасы» (кроме тесу, кирпича, камня): «в Орлеце извести, всяких снастей, ломов, кирок, молотков, лопат, точильных веретен на построение соборной церкви на Холмогорах 720 бочек извести, 230 возов камня тесаного, 4 сажени камня бутового, 4000 бочек извести» [89]. Эти перечисленные, «выявленные припасы», надлежало разделить поровну: одна половина архиепископу Афанасию (песок, кирпич, щебень, бутовый и белый тесаный камень), а другая половина – всё церковное строительство в Пертоминскую Преображенскую пустынь, что на Унских Рогах .

В это время совсем рядом с Ухтостровом, всего через две двинских протоки – Ухтостровку и Холмогорку трудилась уже другая строительная артель, основу составляли дети боярские архиепископа .

В 1701 г. архиепископ Холмогорский и Важеский Афанасий писал Петру I о своем значительном участии в строительстве Новой Двинской крепости, в том числе «определил бытии к строению оныя новые крепости домовых моих первостатейных детей боярских каменных дел подмастерьев Федора и Ивана Стафуровых, которые у многих дел каменного вашего Великого Государя строение на Москве и у города Архангельского бывали и в дому моем сначала и до совершенства каменного строения в присмотре подмастерьями были ж»

[90] Возведенный на епископию в марте 1682 г. Афанасий прибыл на Холмогоры лишь в октябре месяце. В июне, будучи в Соловецком монастыре, Афанасий указал ключарю измерить в Соловецком монастыре соборную церковь Преображения Господня с приделы [91] Встав во главе Холмогорской епископии, Афанасий получил широкие возможности для воплощения своих строительных планов. Этим объясняется повышенный интерес нового владыки к северным каменным постройкам Соловецкого монастыря. Несомненно, он выбирал среди архитектурных образцов те, которые в конце XVII в. были зримым олицетворением идей официальной церкви. Для осуществления своих целей он создает собственную строительную артель, основу которой, как справедливо указал Афанасий в письме к Петру I, составили братья Стафуровы: Федор, Иван и Дмитрий Спиридоновы дети .

Пока трудно сказать, когда и откуда явились Стафуровы на Холмогорский посад, хотя вроде бы небольшая зацепка есть. В Переписной книге 1646–1648 гг. на Глинском посаде стоял двор Вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря: «двор Спасо-Прилуцкого монастыря, что на Вологде, а в нем живет дворник Игнашка Стафуров» [92] .

Как и другие «дети боярские», Стафуровы выполняли различные поручения в архиепископском доме, их имена постоянно упоминаются в приходно-расходных книгах, причем Федор и Иван Стафуровы названы подмастерьями каменных дел [93]. Федор Стафуров выступает не только как подмастерье каменных дел, но и как «колокольного каменного строения подрядчик» во время строительства первого каменного здания на архиепископском дворе – колокольни в 1683–1685 гг. [94]. В приходно-расходных книгах архиепископа Афанасия за 1682 г. имеется запись: «Да у Соборной церкви зачата строит колоколня каменная, вдоль и поперег по пятнатцати сажен и с полуаршинном, под нею погреб выкладен белым камнем, испод того погреба сведен. Да у того каменного строения и на архриерейском дворе тысяча двести тесового камени, да бутового камени сажен з дватцат .

В сарае извести триста шесдесят сем бочек» [95]. В «Двинской летописи» есть запись под 1685 г. о строительстве архиепископом Афанасием: «на Холмогорах близь соборной церкви построил в совершенство каменную колокольню. А строение то началось в 191-го мая с 14 числа. Того же года августа 27 числа в четверток на память преподобного Пимена Великого преосвященный Афанасий, архиепископ на Холмогорах сотвори основание соборныя церкви Преображения Господня каменное. А сия церковь прежняя Преображения была деревянная [96]. Среди записей приходно-расходных книг за ноябрь 1685 г. сохранилась запись о подряде на строительство Преображенского Холмогорского собора: «ноября 5 день дому преосвященнаго архиепископа дети боярские Федка да Иван да подьячий Дмитрей Спиридоновы дети Стафуровы подрядили с воли преосвященнаго архиепископа зделать на Холмогорах соборная церковь во имя Благолепнаго Спасова Преображения з готового буту и обрезу на шти столбах, высоту от земли до кровли десять сажен, западную с вонную и с северную стран зделать, и от дверей до дверей зделать поясы по угожеству, а с нутреную сторону от полу до нижних окон зделать той церкви две сажени, высота окном в свету по пяти аршин, шириною по полтора аршина, а над окнами зделать прями четыре аршина и на той прями круг церкви тесать, а на полате зделать прями под верхние окна четыре аршина, а верхние высотой четыре аршина, а верхние высотой и шириною против нижних окон. И круг тех нижних окон и верхних окон зделать огиби полу-кирпичные, и от окон огибать на обе стороны тою ж тескою, и от лопатки до лопатки круг всей церкви, да над теми верхними окнами зделать вне церкви закомары и около закомар огибать огибми разною тескою по угожеству, и с тех стен и с столбов зделать своды, и на сводах класть шеи, а высотою большая шесть сажен, а меньше по три сажени… Да у той церкви против дверей зделать три кралца, … з готового ж буту и обрезу зделать по угожеству, … да над олтарем по услое зделать две полаты, а делать то все вышеписанное строение по указу преосвященного архиепископа и против образца добрым мастерством»» [97] .

Прописанное в порядной требование заказчика строить «по указу преосвященного архиепископа и против образца» подтверждает приверженность Афанасия как к «образцу» к «соборной и апостольской великой церкви Успения Пресвятыя Владычицы,… матери церквам царствующего града Москвы и всея великия Руси» [98] .

И так, в 1685 г. «августа 27 числа в четверток на память преподобного Пимена великого преосвященный Афанасий архиепископ на Холмогорах сотвори основание соборныя церкви Преображения Господня каменное» [99]. «Чиновник» Преображенской церкви так описывает её «основание», добавляя некоторые подробности: «августа в 27, в четверток основана церковь соборная каменная; основании церкви быть под бут по чину требника Петра Могилы» [100] .

Порядная – по истине редкий документ, дающий почти исчерпывающий словесный портрет «огромного каменного» здания, и в то же время фиксирующий жестокую регламентацию заказчика строить по «образцу». При этом фантазия и инициатива строителя

– «подмастерья каменных дел» сведена до минимума, и лишь в некоторых архитектурных элементах дозволено проявлять себя «по угожеству». Необходимо отметить, тот факт, что братья Стафуровы должны были руководить строительством собора уже с готового обреза фундамента, после того, как фундаментные рвы уже выкопаны, сваи забиты и на них положен бутовый камень. К сожалению, пока не обнаружены документы (порядные) на этот первоначальный цикл строительных работ – на весь его объем. Можно привести только данные о формировании таких работ: «в 1676 г. холмогорским стрельцам Якимку Половникову да Андрюшке Балинскому «с товарыщи от копания под лопатки церковных рвов мерою сажень, порядная, и за свайный в те места бой. И от бучения каменеем рубль шесть алтын четыре денги дано» [101]. По всей видимости, во время копки фундаментных рвов были забиты участки «лопаток» – выступов или стенных пилонов, и эта оплошность была леквидирована указанными работами .

Отдавая братьям Стафуровым подряд на строительство главного собора епархии, архиепископ Афанасий уже, несомненно, имел план – каменная колокольня была уже построена Стафуровыми и одобрена им. О том, что Федор Стафуров был главным строителем колокольни свидетельствует и эта запись 1686 г.: «Маия, июня да и для в розных числех колокольнего каменного строения подрядчику дому преосвященнаго архиепископа сыну боярскому Федору Спиридонову достальных за то колоколное строение по записе шесть десят рублев. Дано» [102] .

В 1685–1691 гг. на строительство Спасо-Преображенского собора были использованы строительные материалы так называемого «государева жалованья», в том числе было «извести перевезено с Орлеца 2367 бочек мерных, заорленых, подрядная цена той извести по 3 алтына по 3 деньги с полушкою. Итого 254 рубля 13 алтын с четвертью» [103]. Эти сведения «Двинского летописца» впечатляют по своему объему, учитывая, что дополнительный «Подряду из домовой казны камня тесаного в разныя меры пошло 9371 камень, цена 89 рублев 20 алтын» [104]. Добавим к этому, что в «домовых судах наемными людми привезено к каменному строению 208 сажень камня бутового, цена от возки из домовой казны 118 рублев 31 алтын» [105] .

Полученные от города «Архангельского строительные припасы» и «припасы», пожалованные на Орлеце не могли полностью удовлетворить потребности холмогорской стройки. Архиерейский дом вынужден был заключать подряды на добычу камня и производство извести с окрестными двинскими крестьянскими артелями. Приведем лишь несколько наиболее характерных порядных записей в приходно-расходных книгах архиепископского дома. В феврале 1686 г. «Ракульской волости крестьяне Стенька Артемьев с товарыщи подряжены в Ракульской и Наволоцкой волостех вытесать 2000 камней, в том числе 500 каменей мерою кругом в аршин, во швах толщиною в четверть, 500 каменей мерою кругом в 3 четверти, во швах толщиною в 3 вершка, 470 каменей стенного, длиною в аршин поперег в 3 чети, во швах толщиною в 5 вершков, 30 каменей длиною в аршин и 5 четвертей, поперег пол-аршина. Стенного камени пятьсот мерою по лицу в пол-аршина, вглуб аршин, толщиною в четверть и 5 вершков. Ряжено им по 8 гривен. Итого 16 рублев…»

[106]. В этом же документе имеется запись о привозе с Орлеца партии извести в 330 бочек [107] .

В июне 1687 г. крестьяне Ступинской волости деревни Копачева Оска Поспелов «с товарыщи» подрядились «камень тесать» [108], а в 1691 г. взяли подряды на известь [109] .

Не только «ломка» камня, изготовление извести, но и транспортировка всех видов строительных материалов была для архиерейского дома проблемой. Недаром в октябре 1686 г. был написан указ: «Преосвященный Афанасий архиепископ Колмогорский и Важеский указал дому своего архиерейского домовых дел судьи иеромонаху Авраамию Митусову по прежнему своему архиерейскому указу ведать на Колмогорах на Городке строение соборной каменной церкви Преображения Господня, и Государева жалованья осталые от Городового и Гостиных дворов каменного строенья припасы от Архангельского города и с Орлеца от известного заводу возить и наймовать, и вновь к тому строению (к соборной церкви на Городке – Авт.) в припасы отдавать ему, Авраамию, и сколько каких того строения припасов от города и с Орлеца привезено, и вновь его, Аврамовы, дачи припасов принято будет и писать особыя запасные припасов книги» [110] .

Размах крестьянских подрядных работ для заготовки для архиерейского дома строительных материалов в 1687-1694 гг. просто поражает. Для крестьян, живущих в местностях, поблизости которых имелись в прибрежной береговой полосе реки Двины открытые выходы известняковых пород, разработка их стала одним из основных промыслов .



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
Похожие работы:

«Казанский государственный университет Научная библиотека им. Н.И. Лобачевского ВЫСТАВКА НОВЫХ ПОСТУПЛЕНИЙ с 25 по 31 октября 2008 года Казань Записи сделаны в формате RUSMARC с использованием программы "Руслан". Материал расположен в систематическом порядке по отраслям знания, внутри разд...»

«С.Калиев, К.Аюбай Антология педАгогической мысли кАзАхстАнА (ІІ том) "Сздік-Словарь" Алматы – 2014 УДК 37.0 ББК 74.03 А 72 Выпущено по программе "Издание социально-важных видов литературы" Министерства культуры Республики Казахстан Автора статьи: доктора исторических наук: с.калиев, к.есмагамбетов члены редакционной ко...»

«Струг истории АЛЕКСАНДР НИКИТИН (1956–2005) историк, православный писатель, автор книги "Исследования и очерки к биографии А. В . Суворова".Достопамятные русские святыни: Остров Северной Фиваиды (К истокам христианского пустынножительства на Русском...»

«ОБРАЩЕНИЕ К МОЛОДЁЖИ Москва Молодое поколение нашей страны в ближайшем будущем станет определять внешнюю и внутреннюю политику России. Часть молодежи уже сейчас делает это, имея возможность по возрасту участвовать в выборах всех уровней власти. И от того, какую политику поддержит молодежь, зависит судьба нашего наро...»

«Мамин-С и б и р я к ИЗБРАННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ Д. Н. Ма м и н -Си б и р я к ИЗБРАННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ ВЫПУСК 2 огиз Молотовское областное издательство СОДЕРЖАНИЕ ВЫПУСКА I: Д. Н. МамингСибиряк, критико биографический очерк — проф. Е. А. Боголюбов. Охонины брови, историческая повесть. СОДЕРЖАНИЕ ВЫПУСКА И: Бойцы, очерки весеннего сплава. Редактор—проф. Б...»

«Журнал "Дракон" № 263 (сентябрь 1999) Система AD&D2 Сеттинг любой/Веселая Англия Журнал "Дракон" №263 (сентябрь 1999) Шекспировский Двор фей (Shakespeare’s Fairy Court) Кэрри Бебрис (Carrie Bebris) В этот темный час ночной Из могил, разъявших зев, Духи легкой чередой Выскользают, осмелев. Нам ж...»

«Вестник НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ Московского Основан в ноябре 1946 г. университета Серия 22 ТЕОРИЯ ПЕРЕВОДА № 1 2009 ЯНВАРЬ–МАРТ Выходит один раз в три месяца Издательство Московского университета Содержание История перевода и переводческих учений К...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Московский государственный университет _ путей сообщения"_ Гуманитарный институт Кафедра "Политология, история и социальные технологии" Ю.С. Афанасьева Политология Рекомендовано редакционно-издательским советом...»

«ВОРОБЬЕВ Вячеслав Петрович ИНТЕГРАЦИОННОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ СТРАН СНГ В КОНТЕКСТЕ РЕФОРМИРОВАНИЯ СОДРУЖЕСТВА (политологический анализ) Специальность: 23.00.04 политические проблемы международных отношений и глобального развития АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата п...»

«УДК 551.4 В.А. Кривцов, А.В. Водорезов СОВРЕМЕННЫЕ ЭКЗОГЕННЫЕ РЕЛЬЕФООБРАЗУЮЩИЕ ПРОЦЕССЫ НА ТЕРРИТОРИИ РЯЗАНСКОЙ ОБЛАСТИ И ИХ НАПРАВЛЕННОСТЬ Показаны особенности распространения и проявления современных природных и антропогенных рельефообразующих процессов в пределах региональных морфологических комплексов н...»

«Russkaya Starina, 2014, Vol. (10), № 2 Copyright © 2014 by Academic Publishing House Researcher Published in the Russian Federation Russkaya Starina Has been issued since 1870. ISSN: 2313-402X Vol. 10, No. 2, pp. 69-79, 2014 DOI: 10.13187/rs.2014.2.69 www.ejournal15.com UDC 94/47.084.8 Evacuation of Civilians and Material Values Durin...»

«© 1994 г. В.В. СЕРБИНЕНКО О ПЕРСПЕКТИВАХ ДЕМОКРАТИИ В РОССИИ СЕРБИНЕНКО Вячеслав Владимирович — кандидат философских наук, доцент Российского государственного гуманитарного университета. Публиковался в н...»

«© 1998 г. К. ОСТРОВСКИ, Г. ТЮНИ ТРИ ПОЛИТИЧЕСКИЕ КУЛЬТУРЫ В ЕВРОПЕ ОСТРОВСКИ К. профессор Центра компаративных исследований (Польша). ТЮНИ Г. профессор Пенсильванского университета (Филадельфия, США). В основу статьи положен доклад на симпозиуме Теория конфронтации в Москве в июне 1996 г. В начале изл...»

«Ханс Кристиан Андерсен Ханс Кристиан Андерсен Астрель Денежка для господина Андерсена В Копенгагене, столице датского королевства, стоит памятник. Это памятник не королю, не полководцу, не писателю. Это даже не памятник человеку. На скале, вылитой из бронзы, сидит Русалочка....»

«Г.Ф. Онуфриенко Счастливое прикосновение "Обязательно прикоснитесь к. (далее следует название определённого, как правило, скульптурного произведения) – это приносит счастье!" во многих исторических местах туристы с...»

«Annotation Протоиерей Александр Шмеман, выдающийся богослов, известен всему православному миру. В основе книги `Исторический путь Православия` лежит курс истории Восточной Церкви, который о. Александр Шмеман читал в Православном Богословск...»

«Фридрих Ницше как композитор А. Г. Аствацатуров НОУ ВПО Институт иностранных языков Человек, знакомый хотя бы поверхностно с творчеством Фридриха Ницше и знающий его биографию, на вопрос: какую музыку любил Ницше? – мгновенно дает ответ, называя имя Рихарда Вагнера. Если же сразу после этого его спросят, чье искус...»

«5 Проблемы ресурсного обеспечения газодобывающих регионов России Л.С. Салина, Ю.Б. Силантьев, В.А. Скоробогатов, Н.Н. Соловьёв Владлен Иванович Ермаков – выдающийся геолог газовой промышленности России В 2013 г. ООО "Газпром ВНИИГАЗ" – головному научному центру ОАО "Газпром" и газовой...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЮЖНО-УРАЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ РОССИЙСКАЯ ИСТОРИЯ В КИНО Методические рекомендации и планы семинарских занятий для студентов исторических спец...»

«Архангельскому областному суду — 75 лет № 3 (43) 2012 В судебном процессе неизбежно проявляются личностные свойства тех, кто его ведет, поэтому работа в суде, быть может, как никакая другая, требует призвания, человечности, мастерства, находчивос...»






 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.