WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 

«История исчезнувшей деревни Будянки Рыбинского района Красноярского края Деньги – пыль, Одежда – пепел, Память – вечный капитал Богом хранимые, людьми береженые М ысль о ...»

«Но она была, была!..»

«НО ОНА БЫЛА, БЫЛА!..»

История исчезнувшей деревни

Будянки Рыбинского района

Красноярского края

Деньги – пыль,

Одежда – пепел,

Память – вечный капитал

Богом хранимые, людьми береженые

М ысль о сборе материала об исчезнувшей деревне Будянке

возникла у меня давно, но все было как-то некогда; то, забыв про эту идею, займешься другими делами, то, побеседовав с одним-другим старожилом бывшей деревни и сопоставив рассказы – а

они часто были противоречащими друг другу, – подумаешь: зачем это и кому нужно?

Но весной 2003 г., побывав в г. Уяре в ЗАГСе, я окончательно убедился, что материал собирать надо. Начал и не каюсь. Побывал в библиотеке краеведческого музея, краевом госархиве, в ЦХИДНИ в Красноярске, архивах Уяра, Заозерного и других местах. В Уярском ЗАГСе специалист Елена Георгиевна с любознательным восторгом искала документы, подтверждающие рождение в 30-е годы по Будянке. Однако сначала она не поверила мне, что была в Уярском районе деревня Будянка (до 1940 года Будянка – Уярского района). И вот 1936-37 годы: есть записи новорожденных д. Будянки Ново-Александровского сельсовета! Елена Георгиевна убедилась, что была такая деревня. Сельчане давали хлеб, мясо, овощи, шерсть государству, растили детей, а их было по 4-6 человек в семье. Трудились со дня основания деревни на своих участках, с 1930/31 г. – в колхозе «Красный Октябрь», затем в совхозе «Успенский» до конца 70-х годов .

ХХ век – век бурного развития науки, техники в СССР и России, но ХХ век – это и время социальных преобразований, глубоких потрясений и катаклизмов. Это ярко проявилось в российской деревне на судьбах крестьян. Их объединяли в колхозы, переселяли, затопляли и разрушали как «неперспективных». За последние 14 лет в России исчезли с лица земли и географических карт 17 тысяч деревень. В Красноярском крае остались без жителей более 900 населенных пунктов .

Идет не только активный процесс урбанизации населения, но и утрата истории, утрата духовных традиций и материальных ценностей. Каждая исчезнувшая деревня сопричастна к событиям Отечества, имеет свою малую историю и достойна памяти потомков .

В каждом имени – биография века Будянка исчезла в 70-е годы прошлого столетия. Медленно угасала жизнь 56 дворов. Сначала закрыли начальную школу (объединили с Успенской семилетней в 1959 году). Сельскохозяйственную бригаду «влили» в бригаду № 2 колхоза им. Молотова, закрыли магазин. Учащихся в школу не подвозили, дети ходили в Успенку пешком. Начался добровольно-вынужденный отток сельчан: кто выехал в Успенку, кто в Заозерный, Уяр, «почтовку» (Красноярск-45, ныне Зеленогорск) – к концу 70-х годов деревня исчезла .

Я благодарен старожилам Будянки, которые охотно поведали о жизни, делах колхоза, школы, о родной деревне. Это Валентина Александровна Касьянова (88 лет исполнилось 22.02 2014 г.), Пелагея Николаевна Фролова (90 лет исполнилось 15.10.2005 г.), Вера Николаевна Аксенова, Илья и Валентина Анохины, Екатерина Трофимовна Дрот (90 лет исполнилось в 2014 г.), Александра Андреевна Лагуткина, Леонид Ефимович Данилкин .

Низкий поклон вам, живите долго! Помните свою малую Родину, рассказывайте о ней, рассказывайте о людях, их трудовых и боевых подвигах, пусть внуки и правнуки знают о своих предках. Ибо пока жива память – живет человек .

До 1893 года переселенцы из центральной России селились в Сибири где и как хотели, никто о них не заботился, правительство не оказывало им особой помощи; раньше, когда в России людей было не так много и они были крепостными, переселяться в Сибирь даже запрещалось .

На вольные земли бежали тайком. С 1893 года для переселенцев начали отводить особые переселенческие участки, потом выдавать им ссуды, перевозить по железной дороге по дешевым билетам, вообще заботиться и помогать. Позднее земства Черниговской, Киевской, Полтавской, Воронежской, Харьковской, Херсонской и Саратовской губерний организовали вместе Земскую переселенческую организацию и послали в Сибирь своих доверенных людей-агентов .

По описанию переселенческих и запасных участков, организованных первой Енисейской межевой партией Канского округа, в 1894гг. были созданы переселенческие участки из земель:

а) казенно-свободных;

б) земель деревни Налобино;

в) земель казенно-оброчной статьи .

Соболевский переселенческий участок начал выполнять свои функции с 1894 года. Участок Соболевский располагался: от Красноярска по тракту до села Уярского, далее через иноземцевский участок к северо-востоку 8 верст на заимку Соболевскую, находящуюся на участке, что за речкой Рыбной, или по железной дороге до станции Ольгино, далее по проселочной дороге через село Уярское, иноземцевский участок на заимку Соболевскую .

«Но она была, была!..»

Заимка заселяться стала в 1896-98 гг. переселенцами из губерний: Тамбовской, Орловской, Полтавской, Гродненской, Минской .

В годы столыпинской реформы, в начале XX века, разрешили выделять земельные участки из общинной земли в единоличную крестьянскую собственность, так называемый отруб. (Столыпинская реформа разрешала выходить из крестьянской общины на хутора, отрубы. Закон от 9.11.1906 г. и законы от 1910-1911 годов.) Хутора и выселки начинают быстро возникать то тут, то там как грибы .

Крестьянам деревни Соболевки (Ново-Александровка) достались земли на границе с переселенческим участком Иллаганский по ручью Иллаган и массиву Веселый. Земли граничили с землями Успенки .

Первыми жителями выселка Иллаган были выходцы из Соболевки Уярской волости, Канского уезда, это две семьи: Фролова Николая Николаевича и Астахова Федора, которые перевезли свои дома из Соболевки в 1928 году. В Соболевку же они прибыли из Тамбовской губернии в 1904-1905 годах. В это же время, прознав, что на Иллагане много свободной земли, леса, где в большом количестве водится дичь, ягод и грибов – вози коробами, переехали из Соболевки Христофор Николаевич Фролов, Веденей Николаевич Фролов, Анисим Погребной, Ефим Васильевич Митрухин, Тимофей Яковлевич Хомяков, Александр Архипович Анохин. Все с большими семьями, перевозят дома на выселок и начинают возделывать свежие земли, до сих пор никем не обрабатывавшиеся. Пользуясь подсечно-огневой системой земледелия, крестьяне, используя естественное плодородие почвы, получали высокие урожаи пшеницы, ржи, овса. Выращивали крупный рогатый скот, имели по несколько рабочих лошадей, овец, откармливали свиней .

Пелагея Николаевна Фролова, жительница выселка Иллаган, вспоминает: «Родилась в деревне Соболевка Уярской волости Канского уезда 14 октября 1915 года. Отец – Николай Николаевич Фролов, мать – Прасковья Михайловна Фролова.

В семье нас было шестеро:

Матрена – 1908 года рождения, Дмитрий – 1909 г., Иван – 1912 г., Пелагея – 1915 г., Вера – 1920 г. и Василий – 1929 г .

Фроловы – четыре брата: Христофор, Веденей, Николай, Максим и сестра Варвара – приехали в Соболевку в 1905 г. из «Расеи» (Донского казачества), так говорил отец. Жили крестьянским трудом, пахали, выращивали зерновые и коноплю. Содержали несколько дойных коров, овец, свиней. Семьи увеличивались. Земли стало не хватать .

В 1927 году отцу выделили из общественной земли в личную крестьянскую собственность отруб по ручью Иллаган. Съездил отец на места, где предполагалось распахивать новые земли, сильно уж поглянулось ему, и он в 1928 году перевез дом из Соболевки на выселок, и назвали мы его Иллаган .

Первыми поселились на новом месте наша семья и семья Федора Астахова .

В каждом имени – биография века

Учиться в школе мне мало пришлось, после переезда на выселок вообще не училась. Одну зиму в Соболевке ходила в школу. В основном мои «университеты» – это работа в единоличном хозяйстве, затем в колхозе «Красный Октябрь», свиноферма, подтоварник, долгое время работала дояркой. С выселка Иллаган мы переехали в Будянку в 1934 году, где было уже двенадцать домов .

В 1933 году мы, сильно влюбленные с Яковом Анохиным, договорились пожениться. Родители Якова пришли к моим родителям свататься. Сговор свершился. Наметили на май свадьбу. Всю зиму я и мама пряли нитки из шерсти, затем собрали кросна (ткацкий станок), начали ткать сукно. Из вытканного сукна заезжий портной сшил мне полупальто. Отец, чтобы рукава не оббивались, заставил портного пришить от старых сапог (голяшек) обшлага. Полупальто получилось модным, долго подружки смеялись, говоря: «Ну, смуглявка, ты у нас городская, с кожаными манжетами». А я радовалась, что такого наряда нет во всей округе» .

В 1928 году переехали на выселок Иллаган Христофор Николаевич Фролов с семьей, Веденей Николаевич Фролов, Анисим Погребной, Ефим Васильевич Митрухин, Тимофей Яковлевич Хомяков, Александр Архипович Анохин. Восемь семей, имеющих по пять-шесть и более детей в каждой, проживали до 1933 года .

Второй составляющей деревни Будянки был выселок Веселый, расположенный невдалеке на возвышенном хребте с юго-восточным уклоном. Отсюда открывается панорама на десятки километров. Если смотреть на восток, видна ст. Заозерная, юго-восточнее – бородинский маяк, Успенка, по ручью Иллаган, в широкой котловине. С севера – Будянская гора, с севера-востока – гора Грива, южнее, за железной дорогой, гора Буланка и Соболевская. Вот такое чудесное место облюбовали переселенцы, прибывшие из Тамбовской и Черниговской губерний в Соболевку Уярской волости в 1900-1905 годах .

Получили земли вдали от деревни в 1928 году крестьяне из Соболевки: Иван Клочков, Григорий Дроздов, Трофим Викулович Дрот, Николай Петрашин, Андрей Петрашин, Владимир Петрашин. Выделенные отруба соболевским крестьянам в районе выселка Веселый многим пришлось корчевать, зато земли были недалеко от поселения .

Вода родниковая, хрустально чистая, до ломоты в зубах холодная. Так и назвали выходящую на поверхность земли воду – холодный ключ, а их было несколько в распадках и уклонах хребта Веселый. Жили крестьяне на выселке вплоть до 1932-33 года, когда началась сплошная коллективизация. В эти годы люди стали переезжать в более удобно расположенный выселок – Будянку .

«Царская дача» – в урочище «за Бродягой», где проживала единственная семья Архипа Анохина, приехавшего из Черниговской губернии с двумя сыновьями – Петром и Федором .

«Но она была, была!..»

Здесь они построили дом, который потом перевезли на выселок Иллаган, а позднее в Будянку. Овдовев, Архип взял молодую жену, которая родила ему еще пятерых детей: Федота, Александра, Фросю, Доню и Кирилла. И жило семейство из девяти человек зажиточно .

В 1919 году во многих деревнях Уярской волости свирепствовали мятежные белочехи. По доносу жителя выселок о том, что сын Архипа Кирилл Анохин помогает «красным» в снабжении продовольствием и овсом для лошадей, белочехи стали спрашивать отца, где скрывается сын Кирилл .

Отец ответил, что не знает. Мятежники затащили Архипа за сарай и стали пороть плетьми. Жена Архипа побежала к палачам, чтобы освободить мужа от истязаний, поровшие ввалили ей несколько плетей, «спасительница» убежала с воплями без оглядки. Крик утих, Фекла Яковлевна (невестка Архипа) смотрит: свекор ползет еле-еле по двору из-за сарая к избе, стонет, вся рубаха изодрана в ленты, тело клочьями. Долго выхаживали Архипа .

Кирилл же во время порки лежал на чердаке избушки «за боровом» .

В середине 20-х годов прошлого столетия основным поселением, объединившим впоследствии, как в фокусе, расположенные невдалеке выселки Иллаган, Веселый и «Царская дача», являлся выселок Будянка. Будянка расположена в более удобном месте, количество жителей было больше (10-12 домов), чем в других выселках. И в 30-е годы началась кампания-коллективизация .

Происхождение названия Будянка документально установить пока не удалось, однако есть несколько версий:

1. Старожил Будянки Евдокия Ивановна Данилкина рассказывала, что выселок Будянка основал ее свекор Василий Кузьмич Данилкин по прозвищу Жуда, возможно, Буда. Василий Кузьмич родился в деревне Буда Брянского уезда Орловской губернии в 1871 году. Прибыл в Сибирь в 1905 (по рассказам старожилов). Возможно, в честь своей деревни и назвал выселок Будянка. Евдокия Ивановна прожила долгую жизнь, с 1911 г. по 2003 г., в Будянке вышла замуж за Ефима Васильевича Данилкина в 1928 году, а до этого жила в Соболевке .

Наша беседа проходила 27 января 2003 г., а 17 февраля она умерла. В 85 лет Евдокия Ивановна еще держала овец, козу, сама заготавливала для них сено. Выехала последней из Будянки в Успенку в 1976 году. Похоронена в Успенке .

2. Многие будянцы говорили: «Будя тебе», в смысле достаточно, хватит .

Возможно, отсюда и прижилось название Будянка (Будя) .

В «Этимологическом словаре русских диалектов Сибири» Будянка – дикое просо (из бурятского источника) .

У В. Даля (Будяник м. Псковское от буда – изба) .

Будяк – так зовут в народе осот (будяк – как растущий у жилья на пустыре) .

В каждом имени – биография века

Однако если кто-то из старожилов деревни знает истинное происхождение названия, покорнейше прошу сообщить .

Итак, Василий Кузьмич Данилкин («Жуда») приехал с пятью детьми (четыре сына и дочь). Жена Наталья умерла молодой во время родов, вдовец женился на другой – Марье. Она еще родила Ефима, Георгия, Ольгу, Григория, Кузьму и Петра. Выросли дети; трудились на поле, промышляли охотой в тайге. Сеяли, кроме зерновых, коноплю .

Выросшую коноплю выдергивали с корнем вручную, затем стебли вымачивали в ручье за деревней. Ручей протекал южнее деревни и называли его «Пенькомоча». Пролежит некоторое время конопля в воде – ее вытаскивали и сушили. Сухие стебли мяли на особых станках (мялках), которые стояли на «задах» каждого двора, хозяева которого сеяли эту культуру. Обработав сырье, получали волокнистую массу, из которой сучили веревки, пастигонки, а из волокон более тонкой фракции пряли нитки и ткали холст. Отбеливали холст и шили штаны ребятишкам, мужчинам – рубахи, подштанники. Одевались во все домотканое .

Ефим Данилкин по кличке «Юшка» был отменным охотником, как и другие его братья, но ему больше всех сопутствовала удача. Один ходил на медведя, рысь и других зверей. Многие чиновники районного центра неделями жили в Будянке, охотились вместе с замечательным знатоком тайги Ефимом Васильевичем. Сын Юшки, Леонид Ефимович, до сей поры охотник с большой буквы, хотя и здоровье слабое, но охотничий азарт не оставляет его. Долгое время работал трактористом, механиком в СПТУ-16 .

Вернемся к другим семьям Будянки той поры. Степан Александрович Данилкин по кличке «Бог» с женой Марфой Ниловной (Марфу обычно в народе кликали «Маравоха») и четырьмя детьми: Михаил, Петр, Александр, Марита .

Александру Кузьмичу Данилкину не везло на спутницу жизни:

то умрет при родах, то покинет Кузьмича, влюбившись в другого мужчину. Будучи в довольно-таки зрелом возрасте, женился на молодой Фросе, и родили еще двоих детей .

Иван Ковалев с женой и пятью детьми. Кроме крестьянского труда, Иван занимался кузнечным ремеслом. Дело это знал и любил .

Ежедневно к нему обращались мужики с просьбами: отковать что-либо, то «помощь» к дрогам, то колесо «обтянуть», то к оглоблям, для тяжей «гребенку» отковать. Никому не отказывал умелец .

Иван Калашников с большой семьей, Артем Васильевич Макутин с женой Ириной Венедиктовной и пятью ребятами .

Степан Лагуткин с женой Евдокией и двумя сыновьями: Захаром, Григорием, дочерью Анной .

Федот Архипович Анохин с супругой Александрой и восьмью детьми .

«Но она была, была!..»

До организации колхоза во всех выселках – Иллаган, Веселый, «Царская дача» и Будянка – жили выходцы в основном из деревни Соболевки (Ново-Александровка) Уярской волости, занимались хлебопашеством, некоторые охотничали. Так до 30-х годов, а в 1930 году уклад жизни резко меняется – идет обобществление клочков земли, имевшихся у каждого жителя, скота, хлеб забирали весь .

«Мы спрятали в тайге на пропитание до нового урожая зерно, так мыши поели, остатки сгнили, использовали на пропитание десятую долю спрятанного, – рассказывает Пелагея Николаевна Фролова .

– Переехали мы с выселка Иллаган в Будянку в 1933 году». Вступили в колхоз и работали увлеченно, с азартом. В это же время крестьяне выселка Веселый вступают в колхоз, которому дали название «Красный Октябрь» .

Организаторами колхоза были: Никита Аксенов, Александр Архипович Анохин. Никита Карпович Аксенов сначала с семьей проживал в Соболевке. Переехал в Будянку. Как активного, напористого, знающего сельское хозяйство, умеющего выступать, назначили его председателем «Красного Октября». Проработал немного времени председателем, но и за короткий промежуток работы оставил добрые воспоминания у сельчан. Огромное внимание уделял добротной сбруе, чтобы упряжки были «чин-чинарём», так говаривал он. Ввел «сигнальную» систему оповещения на работу, обед (подвешивал кусок рельса и тремя ударами оповещал начало работы или обеда) .

Александр Архипович Анохин – активный организатор колхоза в 1931 г. – был человеком грамотным по тем временам. Сам обучал детей писать, читать. Первым привел своих лошадей, коров в общественное стадо, за ним потянулись другие высельчане. Архипыч был рачительным хозяином, не любил разгильдяйства. В бытность председательства Никиты Аксенова Архипыч был счетоводом. По итогам года счетовод и председатель поехали сдавать экономический отчет в земельный отдел Уяра. Собрались ехать, документы положить куда?

Подвернулась Анохину голяшка от старого сапога: «Кум, лучше и не надо портфеля, клади в нее бумаги!», положили «портфель» в кошеву и поехали на Маленьком (так звали рысака) сдавать отчет. Добрались до Уяра благополучно. Сдали удачно отчет. А за удачу надо выпить. По пути в Будянку заехали в Громадск к деревенскому мужику Вавильченко и начали обмывать отчет. Обмывали до чертиков в глазах. Вечер, темнеет. Необходимо ехать в деревню, завтра отчитываться перед колхозниками. Сели в кошеву, Архипыч дернул вожжи, Маленький резко рванул повозку, седоки вылетели из нее, а рядом творило погреба было (хозяйка только что доставала огурцы на закуску и не закрыла погреб), и оба – кучер и пассажир – в мгновение ока оказались в погребе... Лошадь пришла в Будянку без председателя и счетовода,

В каждом имени – биография века

стоит, вся заиневела от длительного бега. Увидела Александра Васильевна (жена одного из бедолаг) в окно Маленького – стоит у ворот, а хозяев нет. Александра Васильевна говорит старшему сыну: «Поезжай обратно до Уяра, Маленький довезет до места, где случилось несчастье». Парень поехал в направлении Громадска. Довез его Маленький без единого движения вожжами до избы Вавильченко. Вошел в избу поисковик, спрашивает: «Были ли будянские у вас?» Хозяин отвечает: «Были, но уехали часа полтора назад». Вышел парень на крыльцо, думает, куда ехать в поиски. Слышит глухой голос, как из-под земли:

«Архипыч, Архипыч! Мы с тобой как на Луне, где мы?», услышал сын, что голос доносится из погреба, подошел к открытому творилу и помог «лунянам» выбраться из ямы. Посадил в кошеву, и двинули рысцой до дому. Началась пурга. Ветер перемел местами дорогу крепко, ехать до деревни 8 км. Добрались до Гаврина лога, спохватились – нет голяшки с документами. Быстро хмель покинул головы «бухгалтеров». Начали поиски, пройдя взад-вперед метров 300-400 безрезультатно, вернулись к повозке. Приехали домой без единой бумажки. На следующий день предстояло отчитаться перед колхозниками по итогам работы за год. По оставшимся черновикам кое-как набросали отчет и успешно провели отчетное собрание .

(Хронологически работа председателей колхоза «Красный Октябрь» некоторых не точна, но что все они стояли у «руля» колхоза, подтверждено документально.) Кирилл Архипович Анохин – революционно настроенный, в годы белочешского мятежа скрывался от преследования. Умный и справедливый, прекрасно знал землю окрестностей Будянки и людей. На одном из собраний колхозников был выбран председателем колхоза. За достигнутые успехи в работе был делегирован на съезд колхозников в Москву. На съезде Кириллу подарили костюм. Преобразился председатель, стал представительным: при галстуке, в белой рубашке. Приехал из Москвы в деревню, пошел осматривать хозяйство. Появился на свиноферме, свинарка Наталья Москалевец (мать Василия Москалевца) не узнала своего председателя. Не пускает его в помещение, где стояли свиноматки. Он доказывает, что я ваш председатель, и только после того, как снял галстук и пиджак, Наталья признала Кирилла .

А ведь свиноферма – детище Кирюхи, это он волевым решением заставил колхозников создать ферму, в которой было-то 20 свиней .

Кирилл Арсентьевич Вавильченко решил жениться на Нине Федотовне Анохиной (она уже была в положении). Кирилл со своим отцом Арсентием пошли свататься к родителям Нины. Мать Нины Александра Васильевна спрашивает: «Зачем пришли?» Арсентий ставит на стол четверть самогону и говорит: «Сватать Нинку». Александра Васильевна с металлом в голосе закричала: «Вон из хаты, трепачи!»

«Но она была, была!..»

Арсентий: «Не хочешь отдавать, пусть сидит в девках». «Пусть родит в девках, а за вас, трепачей, не отдам!» – во гневе кричит мать .

Ушли сваты не солоно хлебавши и про четверть забыли. Месяц не пускала мать дочку на улицу. Однажды, в дождливый вечер, хоть глаз коли, Кирилл выкрал свою любимую Нину, увез ее в Уяр. Здесь родилась у них дочь. Увидев внучку, родители Нины смирились с бегством дочери, сватами и зятем, перевезли в Уяр приданое, заранее приготовленное невесте. Молодые жили в совете и уважении друг к другу. Брак получился счастливым. Вскоре Кирилла избрали председателем «Красного Октября», и они вернулись уже втроем в Будянку .

Работал молодой председатель с творческим огоньком, везде успевал побывать: в поле, на ферме, токах. Видя успехи в делах колхоза, районное начальство рекомендовало Кирилла на подъем другого колхоза – председателем в Сушеновку. В годы ВОВ лейтенант Кирилл Вавильченко пропал без вести .

Матвей Косолапов – полненький, низенький, юркий; рекомендован райкомом ВКПб. Прибыл из Уярского района до войны. Образован, вел хозяйство грамотно. При нем колхозники жили дружно, работали от зари до зари. Матвей умел дойти до сердца каждого. Бывал у каждого колхозника дома. Следил за санитарным состоянием деревни. За труд колхозники получали в довоенный период по 6-7 кг зерна на трудодень. Это рекордное количество зерна, выданное на трудодень в «Красном Октябре» .

В годы реакции трудился председателем Яков Фролович Симаков. В страшный 1937 год выдали на трудодень по 3 кг зерна. Чудом удержался председатель на свободе .

Константин Быличкин (1938 год) особого следа в работе председателем колхоза не оставил, разве что семейными «идиллиями» .

Павел Дурасов прибыл из Соболевки на председательское место в 1939 году, однако вжиться в дела производства колхоза не смог. Через некоторое время понял, что «укатали Сивку крутые горки», запил и был отстранен от должности. В хозяйстве начались сбои с дисциплиной, резко пали урожаи .

В 1940 году Будянку передают из Уярского района в Рыбинский .

Председателем рекомендован Петр Захарович Иващенко, умелый организатор, знающий сельскохозяйственное производство, держал дисциплину, трудился, не знал устали, с 1940 по 1944 год. Часто объезжал поля, имея при себе ружье. Мог подстрелить свинью или гуся, попавшегося на хлебной ниве (так наказывал за потраву хлеба). Урожаи в ту пору были неплохие, однако на трудодень приходилось давать очень мало. Шла война. Собранный урожай почти весь сдавали государству .

Воинов надо было кормить, колхозники это понимали .

В каждом имени – биография века

К концу войны руководство колхоза принял Иван Арсентьевич Вавильченко. Хозяйство при нем ослабло на нет, он еще более усугубил положение своим незнанием приемов руководства колхозом. На собрании 5.01.1946 г. Вавильченко обвинили в продаже трех баранов и других нарушениях, в итоге он был снят с должности .

В феврале 1946 года на руководство колхозом «Красный Октябрь» рекомендован Иван Михайлович Евтишин, колхозник из Успенки. В эти годы колхоз обнищал окончательно. Судите сами .

Вот выдержки из выступления И.М. Евтишина на собрании колхозников (протокол собрания от февраля 1946 г.). После утверждения И.М. Евтишина председателем он сказал: «Как будем сеять? У нас в колхозе лошадей вместе с молодняком 17 голов, четыре из них освобождено ветврачом от работы. Имеем семян: пшеницы – 71 ц первого сорта, 14 ц третьего сорта, овса – 73 ц, гороха – 9 ц, проса – 2,5 ц, рыжика – 1,58 ц, картофеля – 51 ц. Плугов отремонтировано 3 шт., еще будет 2 шт., борон – 17 шт., сеялок – 3 шт. Хомутов отремонтировано: пахотных – 16 шт., ездовых – 12 шт., постромок есть 16 пар. Как будем сеять, я не представляю. Вся надежда на тракторы, а они не отремонтированы» .

Работать пришлось Евтишину в трудных условиях, однако желание Ивана Михайловича быстро угасло, и он пустил все на самотек .

Единственным его кредо было высказывание: «Смотрите сами, вам виднее, я пошел». Почти два года мучился Иван Михайлович на председательской должности, освободили его колхозники .

Павел Фролович Лихоманов (по кличке Капитан) принял эстафету руководством колхоза в 1948 году и работал по март 1950 года. Чуткий, внимательный, требовательный организатор начал выправлять экономическое положение «Красного Октября». Жизнь колхозников начала налаживаться, нищета отступила. Павел Фролович ввел традицию отмечать окончание весеннего сева, уборочной. За деревней, после сева, в лесочке устанавливали столы, и всем колхозом праздновали, организовывали выступления самодеятельных артистов: песни, пляски, игры, инсценировки, продолжавшиеся до полуночи, а утром

– все по рабочим местам .

После П.Ф. Лихоманова руководство колхозом по рекомендации Рыбинского РВКП(б) поручено только что вступившему в ряды партии Дмитрию Филипповичу Рашкину, который проработал три месяца .

Выступая на партсобрании 9 июня 1950 года, он обратился к коммунистам Успенки и Будянки (в Будянке не было парторганизации ни территориальной, ни колхозной, коммунисты входили в парторганизацию колхоза им. Молотова в Успенке) с просьбой о выделении средств на строительство коровников, конюшни, овчарни. В июле 1950 года на основании постановления ЦК ВКП(б), в котором было рекомендовано провести укрупнение смежных колхозов на основе добровольности, «Но она была, была!..»

колхоз «Красный Октябрь» влился в колхоз им. Молотова (Успенка) .

Объединенному колхозу присвоено имя Молотова. Председателем объединенного колхоза избран Петр Макарович Васюнькин, который до этого работал в Успенской МТС, привык на производстве работать с 8 часов до 17. Бывший колхоз «Красный Октябрь» стал четвертой бригадой колхоза им. Молотова .

Жизнь в четвертой бригаде потекла «по воле волн», забытая руководством, бригада стала одной из нарушительниц устава сельскохозяйственной артели. В августе 1950 года бригадир Алексей Мирошин на собрании сказал: «Наша бригада оторвана от колхоза, его центра .

Председатель у нас не бывает и к себе никого не вызывает. Бригадир один бессилен заставить работать колхозников. Большинство крепких, работящих колхозников ринулись в тайгу собирать ягоды. Петр Васюнькин приходит на работу к 8 часам утра, бригадиры его подолгу ждут, указаний никаких не дает» .

С 3 сентября 1950 г. П.М. Васюнькина освободили с поста председателя. Председателем вновь назначили бывшего им до объединения Багитова Василия Матвеевича. О делах колхоза Молотова расскажем в страничке истории Успенки .

40 лет, как покинул последний житель Будянку, и стоят, как немые свидетели, столбы сараев да зияют глазницами ямы погребов и подполий, напоминающие о некогда проживавших здесь людях .

Удобный склон, отвоеванный человеком у тайги, безмолвно покоится. Редко бывают здесь люди. В поминальный день после Пасхи родственники приезжают на могилки своих близких .

Бывшие подворья заросли крапивой, приусадебные участки

– осотом, местами пошла поросль осинника, березы, сосны. Но стоят богатырями на бывшей усадьбе Трофима Викуловича Дрот и еще некоторых домов тополя, кусты черемухи. Особенно выделяется один великан. Тополь Кати, так старожилы его величают .

Подростком Екатерина Дрот работала в колхозе. Не было и 16 лет, возила летом сдавать колхозное молоко в Заозерный на молоканку .

Одна на худенькой лошади, запряженной в телегу, куда грузили по 3-4 фляги с молоком. Дорога длинная, местами по косогору с лесом, местами – с ровным уклоном на восток. Минуя Успенку, выезжала на старое полотно железной дороги, которое в ту пору было разбито, кое-где трудно было проехать, тогда ехали параллельно железнодорожному полотну до Заозерного .

Однажды, возвращаясь домой, около «черных будок» (разъезд Налобино) на дороге увидела валявшийся один-единственный саженец тополя, видимо, оброненный рабочими, проводившими посадки защитной полосы вдоль железной дороги. Катя подобрала веточку, привезла домой, думала, погибнет тополек без влаги за несколько часов .

В каждом имени – биография века

Дома, не выпрягая лошадь, быстро выкопала ямку в садике и воткнула начавшую вянуть находку. Ежедневно саженец поливала, приговаривая: «Расти, родимый, на радость людям». Теперь тополю 65 лет, вокруг разрослось много молодых деревьев, радуя людей прохладной тенью .

Деревни нет. Есть память. Есть старожилы, которые часто вспоминают свою малую Родину. Будянка живет в сердцах сотен людей .

Что же с нашей героиней?

Екатерина Трофимовна родилась в деревне Соболевке Уярской волости 19 апреля 1924 года. Четырех лет родители перевезли Катю на выселок Веселый. Окончила начальную школу в Будянке, в 12 лет продолжила учебу в Уяре .

Рассказывает Екатерина Трофимовна: «От Будянки до Громадска – 8 км, ходили пешком с котомками продуктов за спиной, редко кто из родителей подвозил нас до ст. Громадская, и то только зимой .

Пассажирский поезд ходил в два часа ночи, приходилось с вечера коротать до 2 часов на вокзале. Жили по частным квартирам. Бывало, не дожидаясь поезда, шли пешком до Уяра. Среднюю школу не закончила, только 7 классов. Началась Великая Отечественная война. О начале войны нам объявили, когда были на работе в поле в урочище за «Бродягой» («Забродяжье») .

Телефона в деревне не было, прискакал на лошади из Успенского сельского Совета парень с криком: «Война! Война началась!». Слезы, крик, суматоха на поле. Буквально за неделю всех молодых мужчин мобилизовали в Красную армию и отправили на фронт. Ушедших на фронт заменили женщины, старики, подростки. В 1942 году при Успенской МТС организовали краткосрочные курсы трактористов, комбайнеров. Меня и мою подругу Екатерину Анохину, брата Александра Трофимовича Дрота направили учиться, и к весне 1942 года мы закончили курсы. Нам, молодым специалистам, дали старенький комбайн «Коммунар». Все лето мы его ремонтировали. Осенью выехали убирать хлеб. Прицепил комбайн к трактору СТЗ только что испеченный молодой тракторист, мой брат Саша, было ему 16 лет. Трактор маломощный, как бугорок – не тянет комбайн. Слезы. Ругань. Хлеб убирать надо, идет кровавая битва, мы участвуем в ней, только в тылу .

Массивы в «Красном Октябре» холмистые, приходилось менять трактор на более мощный, а тракторов было 2-3. Из-за крутых склонов полей нам, молодым комбайнеркам, разрешили убирать только ровные места, обычно середину массива. Проработала я две страды, часто в ночное время, о вечерках не приходилось и думать. Летом и весной работала на прицепке, пахали землю под урожай будущего года. Зимой брата забрали на фронт. Нас, молодых девушек и ребятподростков, отправили заготавливать лес. Валили лес, не имея опыта срезки, так навалили: сосна на сосну да двумя крест-накрест, вдоль «Но она была, была!..»

и поперек. Днями на морозе, придем на ночлег в барак, холодища в нем, просушить обувь негде, спали на соломе. О питании и говорить не хочется. Никогда не забуду черную мороженую капусту в щах, иногда варили затируху, так это был деликатес. В 1943 году подала документы о семилетнем образовании в Канский педтехникум. Пришел вызов. По вызову меня отпустили из колхоза. Сдала вступительные экзамены, но жить негде было, так как общежития заняты военными и госпиталями. Частные квартиры не по карману, а запрашивали за одного квартиранта большую сумму, денег в колхозе не давали. Продать что-либо из продуктов или скотину какую – у нас не было. Мечта стать учительницей осталась неосуществленной .

Прослышала я, что в Уяре есть школа РКШ (районная колхозная школа), где готовят счетоводов, бригадиров, агрономов, направилась туда. Здесь и окончила свое образование. Затем устроилась работать на мясокомбинат. В 1946 году встретила свою судьбу – Иосифа Антоновича Нощика, пришедшего с войны. В ноябре справили скромную свадьбу. Прожили в Уяре 17 лет, до 1963 года, и в мае сагитировала Иосифа переехать в Успенку. Здесь работала продавцом, кладовщиком в ЦРМ. В 1967 году избрана председателем Успенского сельсовета .

Проработала председателем более пяти лет. Основным направлением работы считала благоустройство села, сказалась любовь к природе с юности и всему красивому. Силами учащихся посадили по три саженца (береза, тополь или ель) против каждого дома. Высадили против многих домов. В настоящее время березы, тополя, елки, которые были огорожены индивидуально, разрослись, хорошо защищают квартиры от пыли, создают нарядный вид улицы» .

Екатерине Трофимовне в апреле 2014 года исполнилось 90 лет .

Она бодрая духом, с ясным умом и удивительной памятью до сих пор .

Жизнь не баловала ее, познала все тяготы и ужасы военного лихолетья. Вырастили с Иосифом двоих детей, дали им образование. Дочь Валентина долгие годы работала бухгалтером, затем главным бухгалтером одного из предприятий Заозерного. Сын Александр окончил технологический факультет Красноярского института цветных металлов в 1972 г., работал с 1975 по 1993 г. директором по производству на КраМЗе. С 1993 по 2000 г. – генеральный директор КраМЗа. Занесен в книгу Красноярского края «Кто есть кто?»

Как сказал епископ Красноярский и Енисейский Антоний, «очень замечательное сочетание слов, а главное заманчивой претензией узнать «со стороны» тех, кого мы знаем или о ком имеем весьма расплывчатые представления» .

Что же произошло с подругой Екатерины Трофимовны, тезкой Екатериной Федотовной Анохиной, по мужу Скрюковой?

каждого следующего агрегата станции, подъем высоты плотины вплоть до проектной отметки были для каждого из нас, строителей, трудовым праздником. Наш труд был у всех на виду. Он широко отмечался в печати, наградами государства .

В числе большой группы на строительстве Красноярской ГЭС мне было присвоено звание Героя Социалистического Труда с награждением Орденом Ленина и медалью «Золотая Звезда». Эта награда

– не только моя личная заслуга, это и заслуга моих товарищей, с которыми я работала многие годы. Я всю жизнь обязана и признательна им. Мне выпало счастье представлять наш город (Дивногорск) и край на Конгрессе миролюбивых сил в Москве .

На стройке, в городе я встретилась со многими прекрасными людьми – заботливыми, умелыми руководителями, замечательными товарищами. Один из них – начальник управления Красноярскгэсстроя Андрей Ефимович Бочкин. Это требовательный, но заботливый руко- Скрюкова Е.Ф. беседует со школьниками, водитель, он спокойно решал все г. Дивногорск наши проблемы» (из книги «Энергия Енисея – процветание России», Красноярское книжное издательство, 1997 г.). Екатерина Федотовна в настоящее время проживает в Дивногорске. Я с нею разговаривал по телефону 30.10.2005 года. В свои 80 лет она полна энергии и бодрости, духу ей не занимать: встречается с учащимися школ, рассказывает, как строилась Красноярская ГЭС .

Брат Екатерины Федотовны Василий помогал строить Асуанскую ГЭС в Египте на реке Нил. Делегатом съезда комсомола был электросварщик одного из заводов Красноярска Николай Алексеевич Мирошин .

Но вернемся назад, в предвоенное прошлое деревни .

Для Будянки сороковые годы прошлого столетия были «урожайными» на свадьбы. Завели семьи несколько молодых парней и девчат .

Работали в колхозе с азартом, на работу с песнями, с работы тоже. Шеренгами девчата, взявшись под руки, ходили по улице, напевая песни, частушки. В каждой группе свой гармонист, гордо вышагивал в окружении девчат, наигрывая то задорные веселые частушки, то протяжные, с грустью мелодии. Живи, трудись: никто и не задумывался о надвигающейся суровой године. А она пришла. Разразилась страшная кровавая бойня. Из деревни в первые дни войны мобилизованы Сергей Кузьмич Кирюшин, только что женившийся на молодой учительнице, приехавшей в Будянку, Марии Александровне Бабарень, Андрей

В каждом имени – биография века

Степанович Ковалев, соединивший судьбу с Надеждой Копытовой, Василий Кузьмич Кирюшин оторван от молодой красавицы Марии Трофимовны Дрот. Забрали в Красную Армию всех мужчин, не было в деревне избы, из которой бы ни ушел кто-то на защиту Родины. Около 50 человек защищали Отечество от фашистской нечисти .

Более половины не вернулись с поля брани. Погибли или пропали без вести: Сергей Кузьмич Кирюшин, Василий Кузьмич Кирюшин, Иван Кузьмич Кирюшин, Кирилл Архипович Анохин, Степан Николаевич Петрашин, Александр Трофимович Дрот, Петр Васильевич Данилкин, Петр Федотович Анохин, Григорий Степанович Лагуткин, Григорий Семенович Мирошин, Петр Кириллович Анохин, Иван Николаевич Фролов, Дмитрий Николаевич Фролов, Иван Никитич Аксенов, Алексей Алексеевич Сергеев, Александр Алексеевич Сергеев, Семен Арсентьевич Вавильченко, Никифор Дмитриевич Бродягин, Яков Александрович Анохин, участник военных действий на озере Хасан, за боевые заслуги в схватке с японскими агрессорами награжден орденом Красного Знамени в 1938 году, с Отечественной войны кавалер ордена Красного Знамени не вернулся. Федор Васильевич Дурасов, Павел Васильевич Дурасов, Иван Васильевич Дурасов, Алексей Дмитриевич Бродягин, Максим Андреевич Егоров, Кирилл Арсентьевич Вавильченко, Виктор Васильевич Калашников, Александр Михайлович Бориснев, Федот Архипович Анохин, Сергей Иванович Васильев, Илья Алексеевич Краев, Александр Ильич Краев, Мария Семеновна Мирошина призваны на фронт в 1941 году. Мария окончила начальную школу, затем семилетнюю, служила в медсанчасти. Контужена, в 1944 году вернулась домой на костылях, умерла через неделю после возвращения, похоронена в Будянке .

Два года служила в Красной Армии Александра Андреевна Лагуткина, рассказывала: «Служила на Дальнем Востоке с 1942 по 1945 год. Войсковая часть стояла в Комсомольске-на-Амуре, за городом, в сопках. Вели наблюдения за самолетами. Имела снаряжение: винтовку, бинокль, противогаз. Жили за городом в сопках, в землянках. Командир – лейтенант Василий Владимирович Городилов. В боях участия не принимала, однако все время были в готовности №1, очень напряженные годы службы были». Ещё до начала Великой Отечественной войны, в 1940 году, туда же, на Дальний Восток, был призван Василий Иванович Москалевец для защиты границы от японских захватчиков. Вернулся домой только к концу ВОВ .

Прошел по фронтам трех войн – финской, Великой Отечественной и японской – Мирошин Иван Алексеевич. Будучи связистом, «…под огнем противника обеспечивал бесперебойную работу связи, устранил с опасностью для жизни свыше 20 порывов, чем обеспечил выполнение батареей боевой задачи» – гласит выписка из наградного «Но она была, была!..»

листа Ивана Алексеевича. После войны сел за руль трактора в колхозе .

Вернулся в Будянку израненный Василий Максимович Егоров и еще долгие годы трудился в колхозе и совхозе «Успенский». Александр Никитич Аксенов после войны работал трактористом, бригадиром тракторной бригады МТС, зав. МТМ совхоза «Успенский». Алексей Семенович Мирошин на мирной ниве занимал пост бригадира исчезнувшей с/х артели, позже колхоза им. Молотова .

Василий Григорьевич Абашин потерял руку на войне, однако не прекращал трудиться до ухода на пенсию. Вернулись с войны в деревню и трудились в колхозе: Владимир Петрашин, Николай Петрашин, Степан Распопов, Иван Филатов, Ефим Данилкин, Владимир Гаврин, Николай Фролов. Возможно, есть еще старослужившие бывшие будянцы, о которых мне неизвестно, прошу сообщить .

Достойно в тылу трудились семьи: Константина Анисимова, Трофима Дрот, Степана Лагуткина, Павла Лагуткина, Василия Москалевец, Алексея Фролова, Никиты Аксенова. Прошу добавить о других сторожилах, за что искренне буду благодарен .

Школа в Будянке была организована в 1936 году, учащихся было мало. Документов о работе учителей школы ни в Уярском районе, ни в краевом архиве обнаружить не удалось. По рассказам старожилов, известны лишь некоторые фамилии работавших учителей: Прасковья Васильевна Рыдакова, Мария Алексеевна Полынцева, Анна Ивановна Иванова, Мария Александровна Бабарень .

В начале 1940 года приказом Рыбинского ОНО от 23.02.40 (Будянка уже входила в Рыбинский район) Будянской начальной школе присвоен номер – № 61, Заозерновской семилетней – № 62 .

До 1943 года заведующей школой была Анна Федоровна Захарова, которую сменил Александр Иннокентьевич Морозов. Освобожденный от работы в Успенской семилетней школе Морозов А.И. – член ВКП(б) с 1940 года, был секретарем парторганизации колхоза им. Молотова, проработал в Будянке 5 лет .

В 1950 году, в августе, приехал из Иркутской области с семьей новый учитель и зав. школой – Семен Андреевич Утенин. Семья большая, детей шесть человек: Екатерина – 1930 г.р., Александр – 1933 г.р., Анатолий – 1937 г.р., Раиса – 1939 г.р., Галина – 1946 г.р., Юрий – 1948 г. р. Старшие, Екатерина и Александр, начали работать в Успенской МТС, затем Екатерина уехала на Дальний Восток, Александра через год призвали в армию. Зарплата учителя маленькая, семья большая, жили весело, работал каждый член семьи. Тайга под боком у деревни, не ленись – собирай дары природы, что и делали взрослые и дети. Всегда с песнями (Семен Андреевич имел отличный голос и пел довольно-таки хорошо), босиком, не боялись ни проколов, ни укусов змеи, и Бог миловал – не было ни единого случая травмирования С. А. Утенин не пожелал работать в Успенской школе, уволился, уехав без семьи в одну из начальных школ района, где и работал до ухода на пенсию. Вторая учительница, Е.С. Тараканова, продолжила обучать детей в Успенской школе, выбыла за пределы района в августе 1959 года .

Неперспективная, деревня медленно, порою с болью в сердце и душе, угасала. Жители разъехались по различным краям и весям, селам и городам, а в городе нет того простора, что был в Будянке .

Деревня хранила нравственность детей. Тайга, птицы, звери, дороги и тропинки таежные – всё это бережет ум и держит в чистоте душу .

Всё обжитое годами, где выросли несколько поколений, исчезло безвозвратно .

А земля, способная кормить, полная богатств, оставлена.. .

Кому она оставлена?

Последними покинули Будянку в июле 1976 года Евдокия Ивановна Данилкина и Анна Ивановна Аничкина .

Воспоминаниями о родной деревне поделилась Любовь Васильевна Москалевец (Шульга) В книге Ф. М. Попкова «В каждом имени – биография века»

мы прочли воспоминания людей, которые жили, трудились, поднимали колхоз и ростили детей в исчезнувшей деревне Будянке .

Сорок три года, как нет нашей Будяночки, но воспоминания о ней живы до сих пор. И я хочу поделиться ими, не только своими, но и воспоминаниями сестер и брата о нашей малой родине .

Местность, где основали переселенцы нашу деревеньку, неровная и холмистая. Вокруг раскинулись леса, в основном березовые да осинники. Но совсем рукой подать и до настоящей тайги с ягодным и грибным раздольем и простором для охоты .

Место для поселения выбрали как бы обрамленное речушками и ручьями – это тоже было важно для жизни. Слева протекал ручей, по берегам которого растет лоза. Он впадал в небольшую речушку, которую называли ПенькомОчей (так как, видимо, в воде вымачивали пеньку – грубое прядильное волокно, которое получали из стеблей конопли). Пенькомоча первой встречалась на пути в Будянку из Успенки – от нее и начиналась деревня .

В конце деревни, справа – вторая небольшая речушка – Дегтярня. Она протекала рядом с карьером, где добывали гранит. Мы, деревенские ребятишки, купались летом и в Пинке, и в Дегтярне .

В каждом имени – биография века

По обе стороны от деревни раскинулись большие по площади поля, на которых сеяли пшеницу, овёс, гречиху, рыжик, кукурузу, горох, люцерну и сажали табак и картофель .

По правую сторону от деревни, ближе к полям, проходила дорога к Инкале, это уже таежная речка. Также за деревней находились Кузнецовский лог, Макутин лог и Бродяга (так называлось урочище по фамилии жителя Будянки Бродягина, как, впрочем, и Кузнецов, и Макутин – тоже фамилии). За Бродягой были ямы, в которые осенью закладывалась зелёнка (из скошенных травы, овса, люцерны) для корма скота .

Через всю деревню, как бы с изломом, проходила одна улица с домами по обе стороны. В деревне была начальная школа, ясли, клуб с небольшой библиотекой и магазин. А также имелись мастерская с токарным станком, конный двор, свинарник, овчарня, подтоварник, амбары, молотилка, сушилки для зерна и табака, ледник для молока .

Сестра Анна (1947 г.р.) вспоминает, со слов отца (когда-то он говорил), что первым жителем деревни был человек по прозвищу Буда, от него и пошло название деревни – Будянка .

Отец наш, Москалевец Василий Иванович, 1906 года рождения, проживал в Чернигове. Молодым человеком вместе с матерью и младшей сестрой Ульяной приехали они в Сибирь в начале 30-х годов, спасаясь от украинского голодомора, и остановились сначала в Петропавловке (была такая деревенька украинских переселенцев недалеко от современной Александровки). А старшая сестра Анна вышла замуж и с мужем Лагутовым Ильей уехала в Киев, там и похоронены, детей совместных не было .

В 1933 году отец познакомился с нашей будущей мамой Прасковьей Николаевной Безъязыковой, 1916 года рождения. Мама в то время проживала в Уяре, там они и поженились. В том же году молодая семья обосновалась в Будянке. Отец отдал в колхоз свой плуг .

Сестра отца Ульяна вскоре вышла замуж за Кузьмина Семена и следом за братом приехала тоже в Будянку. Деревня росла, строилась. Дома поставили рядом, но их разделял проулок. Эта часть деревни, в которой стояли наши дома, называлась «Алма-Атой», видимо, по причине некоторой удаленности от «главной» улицы .

У наших родителей первой родилась девочка Нюра, но она долго не прожила, умерла. В 1935 году родилась Валя, в 1938-м – Тоня .

Брат Вася родился в 40-м. Ему не было и месяца, когда отца забрали защищать восточную границу от японцев. Он прошел всю Маньчжурию. Лежал в госпитале – кровоточила язва желудка. Домой вернулся лишь в конце Великой Отечественной войны. Шел пешком в Будянку от Уяра и когда подходил к деревне, а дорога пролегала через поля, то первой почувствовала его приближение наша собака и рванула «Но она была, была!..»

в поле ему навстречу. Сестры Валя и Тоня вспоминают: видели, как отцовская шапка-буденовка то появлялась, то исчезала с глаз, пока он шел по полю. Вспоминают, каким худым пришел с войны отец и как тяжело жилось семье без него: ели отруби с крапивой и очистки с лебедой. Валя помнит, как похоронили маленького Васю, ему не было и двух лет. Когда отец вернулся с японской войны и узнал, что сына нет, прямиком пошел на кладбище, раскопал его могилку, вынул гробик, открыл крышку, стал убирать тряпочку, которой он был накрыт, а тряпочка так и осталась на его руках – истлела за это время. Горько плакал по сыну. Затем родилась Маруся. Она прожила всего пять лет и умерла от скарлатины. Отец ее очень любил, часто брал с собой на работу в мастерскую: она всё считала, сколько заготовок сделает отец .

После Маруси в 1947 году родилась Анна. Гриша – в 1951 году, затем я, Люба, в 1953 году, и последней родилась Розочка, в 1956-м. Роза родилась с белыми волосами, в годик ее Тоня постригла, и стали расти густые, темные кучерявые локоны .

Семьи в деревне были большие, в каждой от четырех до восьми детей. Все дети, только научившись ходить и самостоятельно есть, помогали друг другу и родителям. Слов «не хочу» или «не буду делать»

не существовало – знали слово «надо!» Старшие сестры помнят, как ребят-подростков и девушек отправляли заготавливать лес. Ходили

Валя, Тоня и мама – по пояс в снегу. Постоянно хотелось есть. Холодные и голодные:

«Мыслей нет в голове, в сердце только злоба, Думаешь лишь о еде, Не подохнуть чтобы» – не помню, где прочитала .

В довоенный период колхозники за свой труд получали за трудодни зерном по несколько килограммов. Денег не давали. А если у кого и были деньги, то только от личных продаж. Продавали в основном молочные продукты, мясо, яйца, мед, ягоду, грибы и огурцы – свежие и соленые. Отец продавал плетеные корзины и короба, он хорошо плел из лозы. Каждая семья имела небольшое личное хозяйство. Держали корову, телку или бычка, свиней, курей, гусей, коз, овец. Благо природа окружающая помогала кормами. Но каждая семья должна была сдавать государству и мясо, и молоко, и яйца, и шерсть. Все держали хозяйство, но большие, многодетные семьи жили все равно бедно: и разуты, и раздеты .

Отец рассказывал моим старшим сестрам, как строилась деревня. Он и сам принимал участие в ее строительстве: строил мастерскую, которая стояла за домом Данилкина Ефима (Юшки, Кудиша). В мастерской изготавливали различные заготовки на токарном станке,

В каждом имени – биография века

делали бочки, телеги, сани, кошёвки, оси, сбруи для лошадей. За огородами, нашим и Кузьминых, стояли овчарня и свинарник. Мама наша работала свинаркой, и Тоня помогала ей днем ухаживать за свиньями, кормила и пасла их. А вечерами открывала клуб – она работала завклубом: собирала деревенскую молодежь, репетировали песни, постановки различные к праздникам. Выступали не только в своей деревне, но и выезжали в другие. И кино привозили в Будянку. Деревенская молодежь охотно ходила в клуб, хоть и наработаются за день. Всё равно весело было, несмотря на усталость. Пели, плясали. Тоня была хорошей гимнасткой и певуньей. Её и Зину Анохину постоянно просили что-нибудь спеть. У всех моих сестер – у Вали, Тони, Анны – очень красивые голоса, они и до сих пор любят попеть в кругу семьи .

Тоня и Валя часто вспоминают, как жили в то послевоенное время и в 50-е годы. Одевать особо было нечего. Брали друг у друга – платья, обувь. Как-то Валя одолжила у Митрошиной Любы туфли – сходить на танцы и, убегая с танцев от парней, потеряла каблук. А наутро туфли надо было вернуть хозяйке! Пришлось рано утром идти искать каблук. Нашла! Прибила его гвоздем на место и призналась Любе в случившемся. Говорит, мы с ней долго потом смеялись… Мои старшие сестры окончили в Будянке школу начальных классов. В 1959 году нашу школу перевели в новую Успенскую 7-летнюю .

Анна вспоминает, как водила меня с Розой в ясли. В яслях нянечкой работали Клаша Мирошина и Варя Данилкина (жена Сани Бога .

У них родились двое детей – Колька и Нина. Ещё у Вари была дочь от первого брака Галя Корнеева – она стала учителем начальных классов и работала практиканткой в Успенской школе у нас в 3-м классе). Затем нянечкой в яслях немного работали наша мама и наша тетя Ульяна Кузьмина .

Недалеко от нашего дома стояли сушилки для сушки зерна и табака. Табак после сушки увозили на переработку в Заозерный. За огородами Абашина Василия протекала небольшая речка Дегтярня. Когда-то там летом гнали деготь березовый. Этим делом занимались наш отец и Данилкин-хромой (отец Сани Данилкина). Но гнали они не только деготь, но и потихонечку самогон… Власти каким-то образом прослышали про их тайный промысел, да и наказали как следует. Данилкинахромого даже посадили на небольшой срок .

Летом наступала горячая пора заготовки сена для скота. Покосы наши находились в основном за Инкалой, за тремя ручьями. Расстояние между ручьями примерно километра 3-4. Сенокосная пора начиналась строго с 15 июля – в мой день рождения – и никак не раньше! Сначала – для колхоза, а потом уже для себя. Сено косили таежное, далеко .

Лошадей в колхозе не хватало, и отец вынужден был обучить ходить в упряжке быка. Был у нас большой бык, звали его Мишкой. Бык, «Но она была, была!..»

конечно, не лошадь – не разбежится, ходил медленно, но в хозяйстве был просто незаменим. На нем вывозили из тайги сено, заготавливали дрова. Отца вызывали в управление, отчитывали: «Что ты, Василий Иванович, нас позоришь?» – «А вы что, лошадь мне дадите? Нет, не дадите. А сено само домой не придет. А скот зимой кормить надо». Вот и поговорили… Самый первый магазин будянский был в доме Гавриных – вспоминают сестры. А когда закрыли ясли, в этом доме открыли магазин, и он просуществовал до 1969 года. В магазин завозили хлеб, крупы, жир, маргарин, масло рыжиковое, конфеты, печенье, повидло, осенью

– арбузы. Продавцами в магазине в разное время работали Филатова Нина, Мирошина Клаша, последней – Варвара Данилкина .

В Будянке, ещё со времен колхоза и до конца ее существования, была заведена и прижилась хорошая традиция: после отсевок собирались и праздновали всей деревней, всем миром, что называется. Место для гулянья было отведено недалеко от Дегтярни – в лесочке на поляне. Жгли костер, готовили еду, варили суп. На «стол» выкладывали всё что есть: сало, яйца, творог, хлеб и выпечку. Праздник длился до позднего вечера – с песнями и плясками под гармонь. Отца просили спеть «Темную ночь», потом подхватывали все. А вот песню «Ночь, Украина и комедия. Разрешите мне, граждане, спеть…» знал и пел только он один. А еще он был мастером рассказывать байки! Односельчане любили и уважали отца за деловитость, мудрость и умные советы .

Мы с Розой отца своего молодым не помним. Я родилась, когда ему было уже 47 лет. Был он высокий, худощавый, красивый. Еще запомнился молчаливым и уставшим, потому что, как и мама, много работал. Мы его всегда хорошо понимали, даже когда он молчал. Очень мало спал и много читал, в основном ночами. Говорил: если тебе не спится – займись делом или читай, всё какая-то польза будет, а так, что глаза лупить в потолок… Отец был хорошим хозяином. Во дворе у нас всегда было чисто, и зимой, и летом. Аккуратно сложены в поленнице дрова, каждый инструмент знал свое место. При доме был хороший погреб, сделанный его же руками, бочки для засолки овощей и грибов – тоже его. А какой он делал квас из березового сока! Вся деревня пила, и всегда хвалили его, а ему (по лицу было видно) было это приятно .

Работал отец, как и мама, в последние годы на ферме. Парил солому для коров. Парить надо было уметь, иначе коровы есть ее не будут. Утром приходили доярки, очень рано, часов в пять, раскладывали пареную солому по кормушкам, поливали сладкой патокой или рыбным фаршем, иногда и селедку клали сверху. Силос коровы ели как-то неохотно .

В каждом имени – биография века

Часто зимними вечерами к нам приходили соседи – Кузьмины, Абашины, Мирошины, Аничкины, Дрот Григорий. Они любили о чемлибо поговорить, а ещё послушать рассказы отца о прочитанных книгах. Отец был в числе первых по количеству прочитанных книг читателей в Успенской библиотеке. Читал такие книги, как «Угрюм-река», «Тихий Дон», «Конь рыжий» и другие. По праздникам любил выпить с соседями. Выпьют – и пошли песни петь да байки рассказывать! Особенно часто его просили рассказать «Про Кондрата» – очень складная была байка, жаль, что не успела записать .

«И как ни одиноко было, Как молодость ни шла к концу, Я никого не находила, Подобных моему отцу…»

Дети всегда были рядом с родителями. Нам, детям, раз в году, на майские праздники, тетя Надя Абашина шила ситцевые платья, и мы были на седьмом небе от счастья! Даже в 60-е годы нас не баловали, летом мы бегали босиком, только к школе покупали обувь и одежду, а так, в основном, донашивали за всеми и друг за другом. Нам родители только в 7-м классе купили зимние пальто, а так ходили в фуфайках, валенках и кирзовых сапогах .

В 1959 году нашу начальную школу закрыли, и будянские ученики влились в коллектив Успенской 7-летней школы. В школу дети ходили в основном пешком, а это ни много ни мало три километра .

Зимой совхоз выделял трактор для подвоза, к трактору прицепляли сани с будкой. Я помню, утром оденемся рано и ждем, когда за нами придет трактор. Услышим его звук – тогда выбегаем из теплой избы .

Правда, трактор часто ломался и не приходил. Тогда шли по морозу пешком. Всё бы ничего, но только почему-то сильно мерзли колени и ноги. Когда возвращались из школы, обычно отогревались в коровниках, по пути .

В деревне нашей люди были очень добрые и отзывчивые. Было такое чувство, что все мы родственники! Если радость какая, то радовались все, если горе – горе у всех .

В 1955 году случилось большое горе в нашей семье. Сгорел дом, всё сгорело дотла – все постройки. Была весна, все сажали картошку .

Грише, нашему брату, было всего 4 года, он где-то взял спички, залез на сеновал и поджег сено. Сам чуть не сгорел, Анна успела снять его. А пожар невозможно было остановить. К нам, как погорельцам, отнеслись с пониманием, выделили лес для постройки нового дома .

Люди несли всё что могли: еду, картошку, одежду. На время стройки дома жили у тетки Ульяны Кузьминой. К осени этого же года отец поставил новый дом на прежнем месте. Насколько же были люди «Но она была, была!..»

добры и сердечны в то время, чего не скажешь о дне сегодняшнем!

Есть, конечно, и сейчас много хороших людей, но в целом современному поколению так далеко до открытости и искренности поколения послевоенного!

Но вернусь в свое детство. Когда Анна окончила школу, пошла работать дояркой. Было ей в ту пору 16 лет, и от женихов отбоя не было .

Приходили домой сваты с женихом – Анна пряталась за печь. Сваты просили «отдать девицу за их купца». Отец спрашивал: «Анна, дочка, ты пойдешь замуж?» А она из-за печки: «Нет!» Тогда отец поворачивался к сватам – слышали ответ? Вот вам Бог, а вот порог, до свидания!

Так повторялось частенько. Но в один прекрасный день Анна все же сказала «да» и вышла замуж. Родила троих замечательных детей, все закончили институты, а дочка Оля даже два и с красным дипломом .

Есть внуки. Сейчас Анне 65 лет, она счастлива. Всю жизнь проработала швеей в г. Зеленогорске .

Еще у нас в Будянке было место рядом с магазином, недалеко от Данилкиных (Сани Бога), где каждый вечер летом собиралась деревенская молодежь. Это место называлось «Пятачком». Там чуть ли не до утра слышен был смех, пели песни и танцевали. Приходил с гармошкой Витя Лагуткин (сын Ариши Лагуткиной), он очень хорошо играл, и взгляд у него был такой глубокий и долгий… А между домами Дрот (родителей Екатерины) и Кузьминых (Толика и его жены Маруси) было поле, на котором играли в футбол, в волейбол и в биты .

Когда в деревне появился первый телевизор, а он появился у Лагуткиных Ильи и Маруси (у них были дети: Зина, Надя, Виктор и Вовка), так мы от них вечерами в основном не вылазили. И они нас не гнали! Я не помню, чтобы у нас в деревне кто-то на кого-то кричал .

Люди были очень гостеприимны. Если играли чью-то свадьбу – это было радостным событием для всей деревни, ну а горе – горевали тоже всей деревней .

В 1969 году, в праздничный день 1 Мая, в деревне (уже не такой большой, как прежде) случилась большая беда, горе, не понятное уму до сих пор. Отчего, почему произошла ссора между двумя друзьями Сашей Данилкиным (сыном Юшки, Кудиша Данилкина) и Васей Мирошиным (по кличке Лиса)? Саша сбегал домой, взял отцовское охотничье ружье и выстрелил в Васю. Я не помню, кто еще тогда с ними был, потом мы узнали, что они распивали спиртное под крышей бесхозного дома, где раньше жили Аксёновы. Я в это время была в гостях у Нины Данилкиной (мы с ней учились вместе), дома еще был ее брат Колька и его подруга Зина Лагуткина. Прибежал кто-то из мальчишек и принес эту страшную весть. Мы сразу побежали в дом Данилкиных и увидели там жуткую картину: на полу лежал в крови Саша и хрипел .

Это было ужасно! Васю и Сашу положили рядом на телегу, и отец Васи

В каждом имени – биография века

повез их в больницу в Успенку, но спасти их не удалось. Эта нелепая смерть мальчишек (им было лет по 13-14!) потрясла обе деревни, хоронили их всей школой на будянском кладбище .

Жизнь деревни начала потихоньку угасать с 1959 года. Произошло объединение колхозов, закрыли школу, ясли, убрали клуб, магазин, правда, оставался до 1969 года. Люди стали уезжать, кто в Красноярск, кто в Красноярск-45 (ныне Зеленогорск, а тогда привычно звучало «Сорокпятка»…) Многие семьи перевезли свои дома в Успенку. В 1971 году осенью и наши родители были вынуждены переехать в Успенку, так как остались в числе последних жителей Будянки. Отец не успел разобрать дом, баню и постройки для переезда, не успел перевезти сено, заготовленное на зиму для коровы. Вот судьба или рок?! Москаль, ты снова горишь! Пока прибежали отец, мама, Анна, Гриша и Роза, уже всё сгорело, кроме бани. Роза помнит, какой шок испытали наши немолодые родители! Отец прожил после переезда 8 лет и умер в 72 года .

Наша мама, Прасковья Николаевна, до 1969 года работала дояркой в Успенском совхозе. По характеру была она тихой, спокойной и застенчивой женщиной, но все ее уважали. Несмотря на то что у нас была большая семья, она много работала, как в колхозе, так и в совхозе. Маму часто поощряли за добросовестный труд: путевками в санаторий Красноярского края, стиральной машиной. Отправляли на слёт доярок района. Когда в деревне случались проводы в армию, свадьбы или похороны, ее зачастую просили постряпать, и она никому не отказывала в помощи. Нас, дочерей, с детства учила вести домашнее хозяйство, приучала к чистоте. Стены и потолки в доме обязательно белили известью 2 раза в год, весной и осенью. Мама научила нас штопать носки и вязать, готовить еду и стряпать. Приучила к работе на огороде, мы выращивали овощи, и огурцы солили, и капусту крошили. Мы всё делали по дому, так как видели, что мама сильно уставала .

Она никогда не жаловалась на свое здоровье, не потому, что не болела, просто оберегала нас. Она знала, что мы ее очень любим, и она нас любила ненавязчивой своей любовью. Умерла мама в 1989 году, пережив отца на 10 лет, тоже в 72 года… Где те материнские руки, Что в детстве ласкали меня?

Я всё отдала бы на свете, Лишь только вернуть бы тебя… Осенью 1971 года одними из последних покинули Будянку Мирошин Алексей (Лёня) с Праскуней (родители Васи-Лисы) и мы. Летом я уехала работать в Красноярск, а Роза осталась с родителями. Она с ними и переезжала в Успенку. Свиньи никак не хотели идти на новое место жительства, так и норовили вернуться обратно и несколько раз «Но она была, была!..»

убегали из Успенки. Переезд дался нашим родителям тяжело и физически, и морально, да еще и пожар. Так трудно всё это вспоминать .

Тишина, пустота, одиночество…

У младших детей жизнь сложилась следующим образом:

Гриша окончил городское профессионально-техническое училище №39 г. Зеленогорска по специальности столяр-станочник. Женат, имеет двоих детей, сына и дочь. Проживает в селе Успенка .

Роза всю свою сознательную жизнь посвятила медицине. Живет в Филимоново, работает в доме-приюте медсестрой. У нее две дочери, обе замужем. Старшая, Анюта, пошла по стопам мамы, работает рентгенологом в Зеленогорске, растит сына и дочку. Младшая, Татьяна, окончила юридический институт, родила двоих мальчиков, живет тоже в Зеленогорске .

Ну и наконец я, Люба Москалевец (Шульга). Летом 1971 г. уехала из своей деревни в г. Красноярск. Моя близкая подруга Абашина Нина (тоже из Будянки) помогла мне устроиться на химкомбинат «Енисей», где работала сама, за что я была ей очень благодарна. Из отдела кадров нас, троих девчонок – Галю Кузнецову, Люду Харченко из Ростова и меня – направили на 9-е производство, участок хоккейных клюшек, к начальнику смены Шульге Ивану Андреевичу, я тогда еще не знала, что он будет моим мужем .

Сам он родом из д. Терск Канского района, с 50-го года рождения .

До армии окончил Канский технологический техникум. В 1969 году его забрали в армию. А в 1971 году весной мобилизовался. 15 июля, в мой день рождения, устроился на работу. Я пришла на несколько дней позже его. Перед выходом на работу меня одолевал страх, справлюсь ли я с работой, которую мне поручат. На производстве я прошла 6-месячные курсы станочников и получила аттестат станочника 4-го разряда. Когда получила свою первую получку, 104 рубля, я набрала всяких вкусностей для родителей и поехала счастливая домой .

Я не буду описывать, как у нас с будущим мужем зарождались чувства, это отдельная история, но спустя полгода он сделал мне предложение. Перед тем как выйти за него замуж, я посоветовалась с родителями .

Когда я рассказала им про своего возлюбленного, какой он замечательный, умный, грамотный, отец так ответил мне: «Если он грамотный и умный, значит, человек хороший, не должен тебя обижать, но тебе, дочка, самой решать, а ты еще молода, подумай, не рано ли замуж» .

13 января 1972 года мы поженились. А в марте уехали из Красноярска в пос. Чунский Иркутской области. Устроились на работу в ЛЗК (лесозаготовительный комбинат). Я в ДОЦ станочницей, а муж в лесопильный цех мастером. Без отрыва от производства в 1980 г. Окончили: я – Иркутский лесотехнический техникум, а муж – в Красноярске Сибирский технологический институт. С 1980 -1997 г. работала мастером производственного обучения в СПТУ-31 .

В каждом имени – биография века

В связи с перестройкой в стране наша жизнь в поселке поменялась к худшему. И в 1997 г. мы решили переехать в г. Зеленогорск Красноярского края, снова вернулись на родину .

У нас трое детей – две дочери и сын. Все получили высшее образование. Старшая дочь, Наталия, закончила ВСГАКИ (Академия культуры и искусств), средняя дочь, Татьяна, закончила МСГА (Гуманитарная академия). Сын Михаил – СибГАУ (Аэрокосмический университет). Все дети живут рядом с нами своими семьями .

На сегодняшний день я счастливая бабушка двух внучек и двоих внуков .

2 мая 2014 года мы – Анна, Гриша, Роза и я – побывали в своей Будяночке. Проходили то место, где раньше стояли коровники, телятник, ямы силосные – сейчас ничего нет, пустошь да свалки. А вот Пиночка наша жива, журчит, только стала уж очень маленькой, затягивается тиной маленький пруд у мостка. Дорога как была, так и осталась, вела нас домой. Небольшой пригорок – и вот она, деревня. Место, что от нее осталось. Проходили мимо домов-призраков, которых нет уже 43 года, и в памяти всплывала каждая семья, родители и дети, лица и имена. Сохранились кусты черемухи, они продолжают жить, да ещё тополя у Дрот и наши. Мы давно не были в своих родных местах, и когда подошли к своим тополям, то чувство, что мы испытали, невозможно передать словами. Они так разрослись, размножились! Я чувствовала себя по отношению к ним предателем. Мы уходили обратно, и наши тополя безмолвно вновь прощались с нами .

Да, это истина – пока жив человек, жива его память… г. Зеленогорск, 2014 г .

–  –  –

ДОРОГА та сохранена, но унылая она .

Не грусти, помоги ДОМ РОДИТЕЛЬСКИЙ найти .

Эхом БОЛИ отозвалось в груди:

нет его – тополя одни .

Милы сердцу ТОПОЛЯ, долго ждали вы меня .

Вон семья какая – взрослая, большая!

Зашептались, с высока улыбнулись мне любя .

РОДНИКОВОЙ водой не напоит отцовский КОЛОДЕЦ родной .

Он угрюмо стоит, безмолвно глядит – заброшен землей, ПОРОСШИЙ ТРАВОЙ .

Из плодово-ягодного сада ДИЧКА-ЯБЛОНЬКА видна, она одна головою белою кивает, нежно в гости зазывает .

ОЧАРОВАНИЕ очей!

Нет природы красивей!

О, нет БЕРЕЗЫ той МИЛЕЙ, где мечты открывались, в будущее воплощались .

Солнцем согревает, ветерком ласкает БУДЯНОЧКУ МОЮ!

К ней ПАМЯТЬ СБЕРЕГУ .

Тополек тепла с собой возьму и заведу тополиную РОДНЮ… …Будут кружить в вальсе мысли прошлых лет .

ДЕРЕВЕНЬКИ той не будет, НЕТ!

По дальней грусть будет напевать, всегда манить и сладко звать… Май 2014 г .

А там и небо совсем не такое, Солнце, как золотое, улыбалось приветливо нам .

По пшеничным морям, Необъятным просторам Бесконечной тропинкой детство мое пробежало .

В березовом лесочке Собирали цветочки, и сердце счастливо стучало .

В Пенькамоче - речушке родной Купались когда-то с сестрой .

Со скалы срывались, Вновь на нее взбирались, Забравшись ввысь, Замирая, спускались вниз .

В магазине на пригорке Хлеба вкусней не едали, Карманы ирисками набивали, Улыбаясь продавцу Варваре .

Шарик из школы встречал, Портфель осторожно зубами брал, Хвостик колечком держал, С радостью домой он бежал .

Где яблоньки цвели, гуляли мы до зари, В «бутылочку» играя, обо всем забывая, Но на пороге мама стояла, о прутике напоминала .

Как дорог колодец с ключевою водой, Отец его строил еще удалой... .

Было это, было, Деревенька сердцу мила!

Но поросло травой, не унять эту боль .

Жива Будяночка, жива!

Но она жива - в твоей душе, моей, Задушевную песню поет, Зовом вечным живет!

А там и небо совсем не такое, солнце, как золотое, Тополя-старожилы, пух тополиный роняя, Чего-то ждут, нежно ветвями кивая.. .

–  –  –

В Будянке жили 4 семьи Мирошиных. У Семена и Натальи (старшее поколение) было 3 сына – Алексей, Григорий (погиб на войне), Иван и 2 дочери – Мария (участница войны, умерла вскоре после возвращения в 1944 г.) и Клавдия (в замужестве Зяблицева) .

Бабушка Наталья в 50-е годы жила со своей теткой Анной (Анютой, она была слепой) и дочерью Клавдией, у которой росли тоже 2 дочери – Алла и Надя.

Семья Алексея (Леонида) Семеновича Мирошина (Мудрый) и его жены Прасковьи Христофоровны была многодетной:

Николай (делегат съезда комсомола), Валентина, Виктор, Мария, Римма, Надежда, Петр, Григорий и Василий (трагически погиб в 1969 г.) .

Семья Ивана Семеновича (Слепец) – жена Зинаида Ивановна, дети – Юлия, Любовь, Иван, Александр и Владимир. Ну и наша семья – Ивана Алексеевича Мирошина (Татарин), жена Мария Сергеевна, дети – Валентина, Анатолий, Алексей, Александра, Надежда, Михаил и Вера .

Семья нашего отца, Мирошина Ивана Алексеевича, родившегося в 1910 г. в Калужской области, в период коллективизации была раскулачена и отправлена в Сибирь. Некоторое время они проживали в Харбине, затем вернулись на родину и приехали в Будянку, так как там жил Мирошин Семен – родной брат нашего деда Алексея. Приехал отец со своей мамой Марфой. Из села Пятницкого взял в жены нашу маму, Марию. Была она тоже из большой семьи и, как она вспоминала, замуж выходить за него не хотела, так как он был старше ее на 9 лет. Но тогда согласия невесты никто и не спрашивал. Бабушка Марфа помогала растить нас, внуков, умерла и похоронена на будянском кладбище .

Да, действительно, мы все жили как одна семья. Может, это время было такое. Ничего не было. Нам, как многодетной семье, из школы или от совхоза давали резиновые сапоги. И когда я как-то свои пропорола, то долго ничего не говорила родителям, так и ходила с мокрыми ногами .

Сеанс в клубе стоил тогда 5 копеек, но и таких денег не было. А кино посмотреть очень хотелось. И вот мы, дети, брали дома яйца и несли их сдавать в магазин. А потом долго не могли понять, откуда об этом узнают родители…В магазине тогда работала тетя Варя Данилкина и, естественно, говорила им, что мы приносим .

Электричество в нашу деревню провели только в 1956 или 57 году. На стене висела черная тарелка радио. По всей видимости, трансляция шла из Заозерного, и с 14-00 до 16-00 был перерыв. И мы, дети, кричали в эту тарелку и переговаривались с другими деревенскими ребятишками .

«Но она была, была!..»

Ещё одно яркое детское воспоминание – когда дядя Юша (так мы звали Ефима Данилкина) качал мед и мы всегда бегали к нему на пасеку. Не знаю почему, но мед, которым он нас угощал, мы ели почему-то огурцами, может быть, хлеба не было. Это было так вкусно! И пока мы не насытимся, он нам всегда доливал. А какой мед был ароматный – вкуснее в своей жизни не помню!

Где-то в классе 7–8-м мы в 4 часа утра уезжали с доярками, и пока у них была дойка (это летом, когда коров переводили в летние лагеря), набирали в лесу грибов и, возвратившись, бежали в школу .

В 6 часов утра приходил автобус из Заозерного, приезжали люди за грибами и ягодами. А поскольку мы часто наблюдали, что они просто выдирают грибницу и рвут ягоды вместе с ветками, нам хотелось их как-то проучить. Мы шли впереди и, заранее договорившись с деревенскими, доходили до определенного места, где точно знали, что ничего не нарвут, разбегались в разные стороны, чтобы не выдавать грибные и ягодные места .

Жили трудно, но всегда уважали старших. Нас часто отправляли помогать одиноким – сажать, полоть и поливать, и мы никогда не говорили нет .

Тяжело вспоминать всё это. Всегда задаешься вопросом: почему?

Вроде только построили дом, а тут надо переезжать. Я в это время уже училась в Узбекистане, а младшая Вера писала, как рыдала мама, как закурил и ушел во двор отец, потому что по улице везли наш новый дом (его купили александровские). А мы – опять в старый, потому что сил перевозить уже не было .

Еще со школьной поры ярко запомнилась Лидия Георгиевна Рашкина. Хоть уже и много лет прошло после войны – но все равно – немка… И только где-то в 6–7 классе стали понимать, какой она человек. Ведь не было в магазинах ничего, и мы набрали ткань, искусственный шелк. И она, несмотря на ужасные отношения в своей семье, всем нам раскроила платья. Её слова на выпускном: «Я хочу, чтобы вы всегда оставались людьми с большой буквы» я никогда не забываю и детям говорю о том же. После окончания школы всегда, когда приезжала домой, заходила к ней. И сейчас очень больно видеть ее запущенную могилу .

Пока были живы родители, мы приезжали к ним каждый год и каждый раз конечно же посещали свои родные места. И вот последний раз, в прошлом году, когда мы с сестрой были в Будянке, или нам так показалось, или это действительно так, что места, где когда-то были возвышенности, как-то выровнялись. Особенно это заметно по кладбищу и подъему от дома Хроматовых до дома Ефима Данилкина. Ведь мы когда-то катались на санках с этих горок (у слову, санки и лыжи нам мастерил сосед напротив – Анисимов Костя (Шатёнок), носы лыж нужно было загибать в горячей бане). А сейчас – почти равнина…

В каждом имени – биография века

После возвращения с войны папа работал трактористом МТС. В тяжелом гусеничном тракторе ДТ-54 было всегда шумно, а папа был после ранения и контузии (он вернулся инвалидом 2-й группы) и приходил с работы с головной болью. Старшие, Валя и Толя, работали с ним прицепщиками, потом Валя поступила в Рыбинский сельхозтехникум, получила специальность зоотехника и уехала по распределению в Нижнеингашский район. Отец же стал заведующим свинофермой в Будянке, а на пенсии ещё долго работал на запарке силоса для КРС на ферме .

Работа эта проходила в основном ночью, и мы детьми дежурили вместе с ним, потому что после контузии ему могло быть плохо .

Анатолий работал прицепщиком у отца до службы в рядах СА .

Служил в Горьком, перевозил грузы. И вот однажды на вокзале в Кирове познакомился с девушкой. У нее не оказалось 2 копеек, чтобы позвонить по телефону, он ей их дал. Завязалось знакомство, она тогда жила в Ленинграде, а в Кирове жили родители. После службы в армии он и привез ее к нам в деревню. Брат нашей мамы Хархавнев Павел с армией Буденного в Гражданскую гонял басмачей в Узбекистане и там остался жить. Тут как раз началось освоение Голодной степи, и Анатолий с молодой женой уехали туда, благо было у кого остановиться .

Он работал механиком ОГМ. В настоящее время с семьей проживает в г. Кирове. 2-копеечное знакомство длится уже 51год! Поскольку в то время выучить детей многодетным семьям было тяжело, потихоньку и нас всех перетянули в Узбекистан. Мы шестеро – 3 брата и 3 сестры

– работали на строительстве Сыр-Дарьинской ГРЭС: Валентина ст. инженером отдела кадров, Анатолий механиком ОГМ, Алексей водителем и позднее крановщиком мостовых кранов, я и Надежда – мастерами, а Михаил – турбинщик. В 1980 году Анатолий был направлен в Монголию, где проработал 5 лет, Михаил – во Вьетнам, работал там с 1985 по 1988 год. Я с 1978 года ушла на работу по освоению Джизакской степи, сначала ст. инженером по подготовке кадров, а с 1991 года

– заместителем начальника УРСа (управление рабочего снабжения) по быту и кадрам, где и работала до выезда из Узбекистана (в связи со сложившейся обстановкой). В Тольятти работала мастером завода «Фосфор» до его банкротства. Алексей, Надежда и Михаил выехали в г. Тверь. Алексей работал крановщиком, Надежда – зам. директора по АХЧ в детской художественной школе, Михаил – на строительстве ГРЭС. Мы все, кроме Михаила, – на заслуженном отдыхе, он как специалист продолжает работать. У старшей сестры Валентины и у меня по трое детей, у остальных по двое. В этом году моя внучка окончила школу с золотой медалью, а ей только 27 сентября будет 17. У всех дети в основном имеют свои предприятия, стараются, чтобы мы, родители, ни в чем не нуждались .

г. Тольятти, 2014 г .

–  –  –

Вы, наверное, обратили внимание, что почти одними и теми же словами описывают бывшие будянцы атмосферу жизни в своей деревне: «жили очень дружно», «как одна семья», «как родственники», «и в горе, и в радости вместе». И это не случайно. Мне кажется, Будянка была просто классическим образцом исконно русской крестьянской общины, которая составляла основу жизни сельской России 19-го века. Крестьянскую, или сельскую, общину называли еще «миром»

(помните: порешили всем миром?). Главными чертами ее были самоуправление, круговая порука и почти полная независимость от законов высшей власти. И Будянка с самого своего начала, с возникновения и объединения выселков, была вполне автономна в хозяйственной деятельности. Как бы сейчас сказали – самодостаточна. Жители сами производили всё необходимое для жизни, от выращивания хлеба и табака до ткачества холста. В деревне было и дегтярное производство, и «винокуренное»… Были скотный двор и овчарня, конный двор и свинарник. И пасека была, и небольшой сад. А рядом – несметные таежные богатства! Всё, что нужно для сытой и вполне благополучной (по меркам того времени, конечно) жизни. Даже в удаленности от административных центров были свои плюсы. Может быть, и сложилась бы счастливая жизнь у первых будянских поселенцев, если бы не растоптала эти общинные начала волна советской коллективизации, а следом за ней и тяготы военных лет .

Но некоторая замкнутость и обособленность у Будянки все же осталась. Костяк и основу деревенского общества составляли несколько семей старожилов и отделившихся семей их детей – Данилкиных, Анохиных, Мирошиных, Лагуткиных, Вавильченко и др. Приезжих семей, как бы временно проживающих, было очень мало. Держались люди друг за друга крепко и чувствовали ответную опору и поддержку .

Отец рассказывал, что, работая с архивными документами района и края, не встретил ни одной кляузы или доноса от будянских жителей, а вот успенцы такие «бумажки», увы, писали, и не одну .

Особые взаимоотношения между жителями отразились даже в наличии кличек-прозваний почти у каждого будянца. Кличка – от слова кличут, зовут, без какого-либо обидного смысла. Просто так было удобнее обращаться и понимать, о ком конкретно идет речь, если людей с одинаковой фамилией было чуть ли не с десяток, да и имена часто совпадали. Поэтому в Будянке были Данилкин-Хромой, Данилкин-Бог, Данилкин Юшка (Кудиш), а ещё отец-основатель ДанилкинЖуда (Буда) .

Мне лично эти клички напомнили историю племен индейцев .

Помните: Чингачгук – Большой Змей, Зоркий Глаз и Быстрая Лань?

В каждом имени – биография века

Так и в Будянке: Портниха – и всё понятно, Храпун – тоже понятно, Монашка – и готов портрет, а уж Царица – и тому подавно…Федотиха, Маравоха – очень даже ласково .

А вы думаете, всё это осталось где-то далеко, в полустолетнем забвении? Ничего подобного! Саня Данилкин по кличке Бог перекочевал уже в третье поколение! И не потому ли вдруг стала писать «белые стихи» Роза Москалевец, что отца ее, Москалевца В.И., считали в деревне известным фантазером? Любил он байки рассказывать, а может, и сам их сочинял… Совсем мало лет прожила славная деревушка со славными людьми. 40–45 лет – разве это возраст? Где-то наверху посчитали, что нет у нее жизненных перспектив и подписали ей смертный приговор. А мы ее помним, и будем вспоминать ещё долго и грустно. А детям и внукам своим расскажем о ней, что она была. Ведь БЫЛА!

–  –  –

Что бросается в глаза в первую очередь даже при беглом чтении этого похозяйственного списка? 1949–1951 годы. Совсем недавно закончилась война. И в Будянке (как, впрочем, и по всей стране того времени, наверное) – настоящее «бабье царство» (помню, был фильм с таким названием о военных и послевоенных годах). Ровно в половине хозяйств в деревне (то есть буквально через дом!) глава семьи – так официально называли старшего, или, точнее сказать, кормильца семьи, – женщина! Вдовы, матери с детьми. Вынесли на женских плечах и военное лихолетье, и послевоенные тяготы. Вот бы кому тоже следовало памятник поставить рядом с обелиском воинам-защитникам!

Ещё такой неожиданный отголосок войны – в молодых семьях, возникших в послевоенное время, часто жена на год-два или три была старше своего мужа. Выкосила война ровесников, вот и приходилось молодым парням взрослеть быстрее и раньше жениться – жизнь требовала продолжения!

Ну и наконец, интересный расклад по именам, излюбленным у будянцев .

У старшего поколения, старожилов, рожденных еще в 19-м веке, это женское имя Марфа (3) и Ирина /Арина (4). Как-то неожиданно было встретить в лесной деревушке Константина (3). Конечно, много исконно русских имен: Мария (12), Василий (12), Николай (12). Но в 20-м веке даже их обогнали Анатолий (13) и Виктор (13)! Чуть реже встречаются Александр (8) и Петр (8), Алексей (5) и Владимир (5), Иван (4) и Валерий (4). Из женских имен были любимы Валентина (8), Надежда и Нина (по 7), Галина (6), Зинаида и Любовь (по 5). Особо отмечу, что в чести в Будянке было достаточно редкое женское имя Александра (5). Екатерина, Евдокия, Людмила и Вера (все по 4). Пелагея, Антонина/Антонида и Клавдия (по 3) .

–  –  –

Просьба не судить излишне строго, ибо память человеческая не безгранична и, конечно, могут встретиться неточности в именах, фамилиях и местоположении домов .

№ 1. Семья Дурасовых, затем семья Бродягина Николая (жена Рита, дочери Лида и Галя). Позже – Дрот Григорий с женой Ниной Семеновной (Кузьминой) и детьми Сашей и Олей. Затем Абашина Валентина Васильевна с мужем Новиковым Иваном и детьми .

№ 2. Бродягина Арина (Ирина), мать Бродягиных Николая и Виктора .

№ 3. Егоров Василий (Богомаз, еще всех Егоровых звали Максимками, а бабушку Аксинью – Васюточкой) с женой Марусей и детьми: Толик, Петр, Люся, Леня, Вася, Надя .

№ 4. Васильева Фрося (Фатеева по кличке отца) с сыновьями Василием и Сергеем .

№ 5. Петрашин Владимир (Паря), жена Пелагея, дети: Василий, Иван, Виктор, Лидия и Сергей .

№ 6. Петрашин Николай .

№ 7. Дрот Трофим (Кучум) с женой Еленой и детьми Екатериной, Василием, Марусей и Григорием .

№ 8. Анисимов Костя (Шатёнок), жена Елена, дочери Люба, Маруся, сын Василий .

Позже Кузьмин Толик (Дунок), жена Маруся, дети Коля, Вова .

№ 9. Лагуткина Шура с детьми Толиком и Наташей .

№ 10. Анохина Груня с Гошей .

№ 11. Аничкина Варвара (Портниха) .

№ 12. Утенин Семен Андреевич (Еврей), жена Дарья Ильинична, дети:

Катя, Шура, Толик, Рая, Галя, Юра .

№ 13. Данилкин Степан (Хромой), жена Марфа Ниловна (Маравоха), дети: Михаил, Петр, Александр, Марита .

№ 14. Аничкина Анна (Монашка) .

№ 15. Данилкин Саня (Бог, еще всех Данилкиных Александров звали Санчами), жена Варя, дети Галя, Коля, Нина .

№ 16. Анохин Федот с женой Федотихой .

№ 17. Филатов Николай (Андарак), жена Вера, дети Люда, Зина и Коля .

№ 18. Мирошина Наталья с теткой Анютой, дочерью Зяблицевой Клавдией и внучками Аллой и Надей .

№ 19. Симакова Дарья .

№ 20. Распопов Василий, жена Маруся (Дрот), дети: Гена, Нина, Толик, Зина, Вера, Витя .

№ 21. Анохина Ганна (Царица), дети: Груня, Миша, Илья, Коля, Толик .

№ 22. Бориснёва Верочка с детьми: Любой, Толиком, Колей .

В каждом имени – биография века

№ 23. Москалевец Василий, жена Прасковья, дети: Валя, Тоня, Анна, Гриша, Люба, Роза .

№ 24. Кузьмин Семен, жена Ульяна (Москалевец), дети Александр, Нина, Толик (всех Кузьминых ещё кликали Ульяновыми, был и свой Троцкий – Лагуткин Михаил) .

№ 25. Абашин Василий, жена Надя, дети Валя, Галя, Рая, Нина .

№ 26. Дурасова Анна (Чалдонка), дети: Маруся, Лида, Шура, Галя, Валя .

№ 27. Мирошин Алексей (Мудрый), жена Прасковья (Праскуня), дети:

Николай, Валя, Виктор, Маруся, Римма, Надя, Петр, Гриша и Вася .

№ 28. Калашникова Фрося с детьми: Николаем, Василием (Кум), Катей и Тоней .

№ 29. Лагуткин Павел. Потом некоторое время – Анохин Илья с женой Валей (Мирошиной) и детьми Аллой и Валерой .

№ 30. Винокурова Маруся (муж Мурза) с дочерями Тоней и Ниной .

За домом Винокуровых был небольшой сад, в котором летними вечерами любила гулять молодежь. За садом – поле, на нем выращивали горох и кукурузу. За полем начинался лес, в котором собирали грибы .

Переходим на левую сторону улицы и идем в обратном направлении:

№ 31. Сергеева Стеша, дети: Володя, Коля, Витя, Валя .

№ 32. Регузова Анна (Нюша), муж Колчев Егор (Колчак), сыновья Владимир и Толик .

№ 33. Митрошин Федор, жена Танечка, дети: Люба, Толик, Виктор, Раиса, Надя. После их отъезда стала жить бабушка Филатова .

№ 34. Крузо Иван, жена Тоня (Москалевец), дети: Наташа, Таня, Витя .

№ 35. Аксенова бабушка .

№ 36. Филатов Иван, жена Нина, дети: Мария, Витя, Галя .

№ 37. Гаврин Владимир (кличку имел неприличную, оттого что якобы излечился от алкоголизма, потребляя настой, в котором одним из компонентов был навоз), жена Матрена (Мотя), дети Вася, Люба, Толик, Валера .

№ 38. Мирошин Иван (Слепец), жена Зинаида, дети: Юлия, Люба, Ваня, Саша, Вова .

№ 39. Аксёнов Александр, жена Вера (Монголы), дети: Люба, Нина, Лёня, Вася, Надя .

№ 40. Данилкин Ефим (Юшка, Кудиш), жена Евдокия (Дуня), дети:

Иван, Петр, Лёня, Витя, Тоня, Саша .

№ 41. Лагуткин Илья, жена Маруся, дети: Зина, Надя, Витя, Вова .

№ 42. Хроматов Василий, жена Нина, дети: Витя, Галя, Надя .

№ 43. Мирошин Иван (Татарин), жена Маруся, дети: Валя, Анатолий, Алексей, Шура, Надя, Миша, Вера .

№ 44. Данилкины, многодетная семья .

№ 45. Калашникова Надя (Фролова), муж Николай, дети: Саша, Люба, Юра .

№ 46. Лагуткин Павел, жена Ариша, дети: Мария, Александр, Лидия, Виктор .

№ 47. Бориснёв Толик, жена Катя с сыновьями .

В освобождавшиеся избы заселялись приезжие, например, семья Карандаевых с двумя детьми, Куцеконь, семья Хэ-Да-Кхунь (жена Филатова Тамара), дети: Вера, Валя, Миша и др .

<

–  –  –

Фотографии из семейных альбомов семьи Москалевец Будянские ясли-сад. Нянечки: Петрашина Поля (сидит с двумя детьми на руках), стоят – слева Москалевец Прасковья с дочкой Розой на руках, Кузьмина Ульяна с внуком Сашей Дрот и Калашникова Надя. Ну а в лица детей всмотритесь – и узнаете сами…

–  –  –

Мария Сергеевна Мирошина встречает у своего дома молодых – сына Анатолия и невестку Алевтину. По левой стороне улицы – дома Хроматовых, Лагуткиных и Ефима Данилкина, справа – дом Кости Анисимова (Шатёнка). 1963 г .

«Но она была, была!..»

Братство (хоть и двоюродно-троюродное) – настоящее! Мирошины Александра, Григорий, Юлия и Петр (ныне покойный). 1965 г .

–  –  –

Долго сомневались: стОит ли ставить эти фотографии рядом? Решили – стОит. СтОит, потому что их явно и очевидно объединяет одно – родственная сплоченность. Единение всей родни, которое поддерживает в горе и радует в счастливые моменты жизни. В наши дни стали ограждать детей от похоронных обрядов, якобы оберегая их психику. А может быть, напрасно? Дети Ивана Алексеевича Мирошина свою бабушку Марфу помнят… И, конечно, приятно видеть это же родственное единение за широким праздничным столом! Дай Бог вам еще не единожды собраться всем вместе на торжествах, юбилеях и свадьбах! И чтоб стол был всегда таким же раздольным и красивым!

«Но она была, была!..»

Прошли годы. Земля медленно, но залечивает свои раны. На заброшенных полях густо поднимается молодая поросль сосенок и березок. Некоторые земельные участки возродили к жизни успенские фермеры, земля ведь там благодатная и плодородная. Выравниваются рельефы местности. И лишь молчаливым укором-напоминанием то тут, то там стоят вдоль дороги – бывшей улицы деревни – сиротливые кусты черемухи да стареющие тополя… «Но она была, была!..»

Так выглядит местность Будянки в наши дни со спутника (если хорошенько приглядеться - видны границы участков и деревья у бывших дворов)

–  –  –

К сожалению, нет возможности подписать все фотографии поименно. Вглядитесь в лица на снимках: может быть, вы узнаете себя или кого-то из родных и знакомых. Или вспомните само событие, запечатленное в кадре. Пусть повеет на вас с этих порой незамысловатых фотокарточек дымом от пионерского костра, ветерком от промчавшейся русской тройки, ароматом блинов на морозце, запахом новогоднего подарка у елки .

Память человеческая бережно хранит эти образы и ощущения где-то в глубинных своих закоулках .

Попробуйте вспомнить!

–  –  –

Учителя школы (стоят, слева направо) – Артемьева Е. П., Тихомирова Р. П., Коваленко В. С., Кроливец П. Ф. – отличались от деревенских женщин тем, что одеты в пальто, а не в стеганые фуфайки. А ещё, как видим, не существовало строгих правил по перевозки людей в кузове автомобиля. Так же – в кузове, гурьбой – возили детей в Заозёрный на соревнования и смотры Праздник «Проводы русской зимы»

–  –  –

На торжественной линейке в честь окончания учебного года традиционно вручали почётные грамоты и памятные подарки лучшим ученикам, активистам и спортсменам. Так и слышу звучный голос завуча Л. Г. Рашкиной, вызывающий ученицу 6-го кл. Серегину Таню. Рядом стоит председатель рабочкома совхоза Базилевский И. М. Из девочек 8-го кл. узнаю Базилевскую Н., Юткину Л., Самарину Л., Мирошину Ю., Волкову Н .

–  –  –

Хочу представить вниманию своих читателей фотографии ученических коллективов разных лет, выпусков 7-го и 8-го классов, а потом уже и 10-го, и 11-го, – те, что нашел в своих архивах. Хронологически это разные годы моей работы в школе, некоторых ребят уже не могу вспомнить по имени, но, как сейчас, помню их по классам .

–  –  –

Выпускники 8-го класса 1971 г., встреча 1983 г .

Встреча выпускников 1971 г .

в 2006 г .

Выпускники 1971 года на встрече через 40 лет (2011 г.) СОДЕРЖАНИЕ К моим читателям

Автобиография

Вспоминая детство...

Военное лихолетье

Успенка

Корни Успенки

Председатели

История Успенской МТС

История Успенского училища механизации сельского хозяйства

Успенской школе – 100 лет

Наша школа

«Восемь девок – один я...»

12 дней по родному краю

Посетили Москву

Изучая район и край

По «главной улице края»

Путешествие из Успенки в Новгород и Ленинград через Москву

Вспоминая наш музей…

Воспоминания С. П. Самариной

«Но она была, была!..»

Воспоминаниями о родной деревне поделилась Любовь Васильевна Москалевец (Шульга).........171 Будяночка моя

Из воспоминаний Александры Мирошиной (Нистоцкой)...184 От редактора

Списки жителей д. Будянка в период с 1949–1951 г. Из «Похозяйственной книги»

От редактора

Схема деревни Будянка от Данилкина Леонида

Схема деревни Будянка от Москалевец Л. В.

Список семей, проживавших в деревне Будянке в разные годы

«Принято элементарно делить время на прошедшее, настоящее и будущее. Но благодаря памяти прошедшее входит в настоящее, а будущее как бы предугадывается настоящим, соединенным с прошедшим. Память – преодоление времени, преодоление смерти» .

Очень емкие и глубокие по смыслу слова академика Дмитрия Сергеевича Лихачёва. Очень хочется надеяться, что они найдут отклик в сердцах моих читателей .

Автор выражает глубокую признательность замечательному человеку – Пушминой Марине Владимировне, чья кипучая жизненная энергия во многом способствовала появлению этой книги .

В книге использованы фотографии из личных архивов семьи Москалевец (Шульга) Любови Васильевны и семьи Мирошиной (Нистоцкой) Александры Ивановны .

А также фотографии, любезно предоставленные Галаховым Павлом Алексеевичем, Чернышовым Олегом Николаевичем и Чайковской Валентиной Феофановной .

Над книгой работали:

Чайковская Валентина Феофановна, редактирование книги Титова Светлана Александровна, художник Нуждов Андрей Владимирович, дизайнер Забродина Татьяна, дизайнер Потехина Екатерина Андреевна, Шкель Ольга Алексеевна, верстка Подписано в печать 15.12.2014. Формат 84х108/16 Бумага мелованная. Гарнитура Georgia/ Заказ 501. Цифровая печать. Тираж 100 экз .

Отпечатано в типографии ООО «Версо» .

г. Красноярск, ул. А. Матросова, 30к, тел. 235-04-89

Похожие работы:

«Аннотации рабочих программ учебных дисциплин (модулей) М1. Общенаучный цикл. М1.Б Базовая часть. Аннотация рабочей программы дисциплины М1.Б.1. "История и методология зарубежного комплексного регионоведения" изучения Сформировать готовность к использованию теоретикоЦель методологических основ комплексного зару...»

«Aнaтолий Букреев Г. Becтон Де Уолт BOCXOЖДEHИE Пepeвод c aнглийскoro Пeтpa Cepreeвa BACK • MЦHMO MOCKBA, 2002 ББК 75.82 Б 90 Букреев А. Н., Г. Вестон Де Уолт Б 90 Восхождение: Перев. с англ. — М.: МЦНМО, 2002. — 376 с, 16 с. ил. ISBN 5-94057-039-9 Книга посвящена трагическим событиям 1996 г. на Эвересте: это скорб...»

«АНЕКДОТЫ ОТ АКАДЕМИКА Москва ЭГВЕС УДК 616.4 ББК 54.15 Н95 Н95 Анекдоты от академика / Сос. А.М. Новиков – М.: Эгвес, 2001 – 144 с. ISBN 5-85009-631-0 УДК 616.4 ББК 54.15 ISBN 5-85009-631-0 © А.М. Новиков, 2001 © Оформление. Издательство "Эгвес" ОТ...»






 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.