WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«Бюро ЮНЕСКО в Москве по Азербайджану, Армении, Беларуси, Республике Молдова и Российской Федерации Российский гуманитарный научный фонд Межкультурный и Межрелигиозный диалог в ...»

-- [ Страница 3 ] --

The past period of liberal and communist illusions had a dream of multiculturalism and internationalism. Today, in the conditions characteristic for the world of our time, the brand-slogan is tolerance. The * Shorthand report .

liberal Euro-American culture bears a noble principle of respect for the rights of minorities, be they ethnic, religious, sexual, cultural. But the time has come for us when, along with the protection of the rights of minorities, we should talk about the protection of the right of «majorities». We should talk about mutual tolerance among all the members of society, all social groups .

But how to guarantee this mutual tolerance? It’s not of course enough to reiterate the phrase from the well-known Russian cartoon film with a cat and two mice as its main heroes who were always fighting and then negotiating peace and kept saying: «Boys, let’s live in a peaceful way». But can we address this slogan to skinheads, religious-political extremists, terrorists? They will never live «in a peaceful way» an it’s futile to expect tolerance from them .

I will remind you of one case of an inetrreligious dialogue, with the protestants from South Korea, on the one hand, and the Taliban of Afghanistan, on the other. And what was the result? The result was that the Koreans were taken hostages and two of them were killed. The rest of the group went through terrible sufferings, of which they told after having been released and returned home .

The period of the post-soviet development of Russia produced an illusion that a healthy and normally functioning civil society can grow just by itself – as a grass in the backyard or else come into being as a result of grafting a-la Luther Berbank, the well-known American plant-breeder .

Much in this area – the area of development of mutual tolerance – is being done by institutions of civil society both in Russia and abroad, namely in the CIS countries, though sometimes we see quite a number of paradoxes here. I could remind you of cases when a respectable human rights organization like the «Memorial» started defending the programme of an extremist group acting under the Islamic slogans but having no right to do so. I mean the organization «Hizb ut tahrir», which the Russian Supreme Court qualified as a terrorist organization and which in reality is just this – a terrorist grouping .

When we observe what today is going on in Europe, North America, the Middle East, we see that more and more countries start practicing what might be called «coercing into tolerance». What is important here is the role of the state. For «the coercion to tolerance» means, among other things, certain legal actions, practical policies, well-defined cultural policy. All those we see in Great Britain, Germany, France .

Russia has adopted the federal law «On counteracting extremist activities» which envisages strict penalties in cases of xenophobia, anti-Semitism, nationalism and chauvinism. I think that we, all those who have come together for this conference, are quite able to further disseminate in the society the wonderful ideas that we formulate today .

It remains for me to wish success to all those who are present at our conference and take part in the debates over cultivating the space of dialogue .

Thank you .

–  –  –

Сегодня на земле живет более миллиарда человек, которые называют себя мусульманами. Каждый пятый из нас – мусульманин. Новости, транслируемые международными телеканалами, в значительной части состоят из сообщений, так или иначе связанных с исламом. Причем громадная часть этих сообщений по большей части связана с так называемым «радикальным исламом» .





За последние годы в кругах радикально мыслящей исламской интеллигенции активно и целеустремленно разрабатывается идея создания нового халифата «от Мавритании до Синьцзяна», призванного стать «второй силой» (вместо СССР). В качестве передового отряда, начавшего борьбу за реализацию этой идеи, выступает ряд неформально связанных между собой организаций, исповедующих ислам самого радикального направления. Сегодня эта деятельность активно финансируется .

В рамках статус-кво, существовавшего до 11 сентября, реализовать эту идею было невозможно. Несмотря на огромные средства, вложенные в пропаганду радикальных идей, они так и не стали идеологией большинства мусульман. Сторонникам этих идей был нужен мощный импульс, способный вызвать острую ответную реакцию большей части исламского мира. Таким импульсом могут стать лишь страдания тысяч мусульман, гибнущих под бомбами и гусеницами танков «неверных». Главной задачей атаки на ВТО, изменившей наши представления о возможностях террористов, является попытка манипуляции правительствами и СМИ западных государств с конечной целью резко дестабилизировать ситуацию в мусульманском мире. Парадоксально, но важнейшим инструментом этой политики стали армии западных государств, инициировавших боевые действия в Ираке и Афганистане. Началась борьба за сердца и умы мусульман, главным оружием в которой стали слово и образ: только с помощью слова и образа человека можно превратить в живую бомбу, и только с помощью слова и образа такое превращение можно предотвратить.

Сегодня, включив практически любой арабский новостной канал, изо дня в день видишь:

мальчишки с камнями против танков, западные солдаты в снаряжении, напоминающем о пришельцах из космоса, заложники, взрывы, плачущие дети… Началась третья мировая… информационная. Первую выиграл Ленин. Вторую проиграл СССР. Третью начал Бен Ладен .

С другой стороны, сегодня самим подбором стандартных сюжетов западные средства массовой информации часто порождают у своих зрителей и читателей страх, навязывают искаженное представление об исламе как о жесткой тоталитарной модели, изначально враждебной ценностям западной цивилизации. Удивительно, но набор этих стереотипов, как «западных», так и «восточных», настолько выгоден сегодня «партиям войны» в США, Европе, мусульманских странах, что может сложиться впечатление о координации усилий. Важно, что радикальный ислам, которому посвящены главные новостные сюжеты, представляет собой громкое, но абсолютное меньшинство в громадном исламском мире .

«Действительно, исламу и мусульманам сегодня нужна интенсивная, длительная и важная работа, хотели бы они это или не хотели, для того чтобы разъяснить правду об исламе всему западному миру и разъяснить, что, по сути, является правильным исламом. Ислам является стилем и образом жизни и сам по себе призывает к золотой середине. Ислам – действительно религия середины. Ведь в учениях и ценностях исламской религии нет экстремизма, крайностей», – такого мнения, например, придерживается профессор Тайсир М. Мандур (Египет) .

Ислам многолик. Региональные формы его бытования самодостаточны и «равноценны» .

Важно, что только «местный ислам», впитавший всю палитру религиозных традиций и предпочтений, неразрывно связанный с историей «своего» народа, с его победами и трагедиями, способен дать адекватный ответ на духовные запросы верующих. Только такой ислам, будучи частью великой мусульманской цивилизации, может стать важнейшим фактором стабильности в обществе .

Российская неправительственная организация «Русское Азиатское Общество» при содействии Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН и ИА «Росбалт»

приступила к созданию медийного проекта «Иджма»=Согласие». Проект создается на основе интервью с наиболее авторитетными мусульманскими учеными, религиозными и общественными деятелями, живущими сегодня как в арабо-мусульманском мире, так и в Европе, России, Китае, США и других странах. Мир ислама выскажет, таким образом, свое согласное мнение – иджма .

Развернутые варианты интервью, полученные в Египте и Йемене, доступны на сайте (ИА РОСБАЛТ)1. Уже сегодня очевидно, что тексты интервью, в которых затрагиваются важнейшие вопросы современности, являются интересным историческим источником. Ответы на стандартные вопросы, полученные у авторитетных мусульманских лидеров в Средней Азии, Аравии или Европе, отражают как общие для мира ислама подходы к решению первоочередных политических, культурных или экономических задач, так и выявляют местную специфику, связанную в первую очередь с историческими судьбами того или иного народа. Интервью показывают пол

<

www.ijma.ru .

14 ную несовместимость террора с базовыми ценностями ислама, позволяют увидеть важнейшие мировые проблемы глазами мусульман .

Важнейшая часть проекта – серия документальных фильмов, представляющих многоликий мусульманский мир, против которого, в первую очередь, и направлена атака «радикального ислама». Интервью с крупнейшими религиозными авторитетами показывают полную несовместимость террора с базовыми ценностями ислама и в то же время позволят увидеть важнейшие мировые проблемы глазами мусульман. Мусульманский мир высказывает, таким образом, свое согласное мнение – иджма .

Помимо серии документальных фильмов, посвященных мусульманскому миру и позиции его лидеров по основным вопросам современности, проект составят развернутые варианты интервью, а также фото, видео и биографический материал, связанный с жизнью и деятельностью ведущих мусульманских религиозных авторитетов – наших современников. Материалы проекта размещены на веб-сайте и будут опубликованы в виде книги на русском, арабском и английском языках. В рамках проекта планируется проведение тематических художественных, этнографических и фотовыставок1 .

Проект «Иджма» – независимая попытка, обратившись к первоисточникам, разобраться в сложном клубке проблем, связанных с современным исламом. Это – гражданская, негосударственная инициатива. Это – прямая речь влиятельных и авторитетных религиозных, общественных, научных лидеров мира ислама, обращенная ко всем нам, и мусульманам, и не мусульманам .

Это – важнейшие вопросы, вокруг которых разворачивается дискуссия, связанная с местом и ролью ислама в современном мире .

Говорят участники проекта .

каковы три важнейшие проблемы, стоящие сегодня перед миром ислама?

Великий Имам ал-Азхара, доктор Мухаммад Саййид Тантави «Первая проблема заключается в том, что мы хотели бы, чтобы прекратилась смута в Ираке .

Мы также молимся за то, чтобы наши братья в Палестине как можно скорее создали собственное государство. Имеется ряд проблем и в Афганистане – дай Бог, чтобы они разрешились» .

Шейх Мухаммад-Садик Мухаммад-Йусуф, видный узбекский богослов, религиозный и общественный деятель:

«Первое, я думаю, надо обеспечить полнокровное и самое настоящее исламское обучение везде, и у нас здесь, и в арабских странах, и в других мусульманских странах. К глубокому сожалению, сейчас исламское воспитание находится не на таком уровне, который отвечал бы современным требованиям. Я это знаю, очень хорошо знаю. Важно, чтобы те, кто хотят обучать исламу, сами получали полноценное образование по самым современным программам… Второе – это распространение демократии в мусульманском мире, чтобы люди были свободны, могли изучать свою религию, участвовать в общественной жизни своей страны, чтобы была свобода слова. Мусульманская молодежь сейчас видит – в другом мире их сверстники свободно действуют, создают различные организации, активно участвуют в жизни своей страны. У нас в мусульманских странах этого не хватает. А потом молодежь берет в руки оружие и творит то, что мы часто видим сейчас .

Третье – это надо решить вопрос Палестины. Палестинский вопрос – это самый больной вопрос и мусульманского мира, и всего мира. Если мировое общество сможет найти справедливое решение этого вопроса, выиграет весь мир .

Но самое главное – это возвращение к ценностям Корана и сунны Пророка. Мы сейчас говорим: мусульманские народы, мусульманские страны, мусульмане... Но все они сейчас живут не по Корану, не по сунне! Это я Вам откровенно говорю. Все знают об этом. Когда мусульманин будет хорошим мусульманином, будет понимать Коран и сунну, жить по Корану, то это будет самый хороший гражданин своей родины, самый хороший человек. Это важно и для мусульман, и для всего мира. Если мусульманин не так воспитан, как следует по исламу, это ему плохо и всему миру» .

http://www.kunstkamera.ru/exhibitions/exhibition_on_museum/yemen/ .

Доктор Али ас-Самман, видный египетский политик, советник по международным делам президентов Насера, Садата и Мубарака, Генеральный секретарь Ассоциации по экономической информации (Европа – Египет):

«Первая и главная проблема это проблема образования, образования и еще раз образования .

Вторая – и это то, к чему я все время призываю, – изучить язык диалога, научиться культуре диалога, понять его важность в нашей жизни для того, чтобы все мы жили в мире и согласии .

И третий момент – избавиться от обобщений и клише. Если мы преодолеем все эти проблемы, добавив к ним солидарность и взаимную ответственность мусульман, то мы сможем решить и проблемы справедливости, мира и прогресса народов» .

в сМи слова «ислам», «коран» все чаще звучат рядом со словом «терроризм». каков должен быть ответ ислама?

Шейх Фаузи аз-Зафзаф, Президент постоянного комитета ал-Азхара по диалогу с монотеистическими религиями, Представитель Великого Имама в международных межрелигиозных организациях:

«Оставьте господа! Не связывайте ислам или другую религию с террором, связывайте террор с тем, кто его совершил. Все религии – ислам, христианство, иудаизм – невинны и не связаны с террором, не поддерживают террор и не согласны с террором» .

Доктор Али ас-Самман:

«Конечно, мусульманам надо разобраться в своей религии, подойти к ней научно, основательно. На практике главная проблема заключается в выборочном использовании мусульманских текстов, в вырывании из контекста. Вы берете один единственный айат Корана и, основываясь на этом аяте, оправдываете все, что вам захочется, оставляя при этом в стороне остальные айаты. Коран есть единое неделимое целое! Это – первая задача мусульман .

Вторая задача: религиозные мусульманские деятели, их верховные представители, должны без колебаний осуждать экстремизм, язык терроризма и грубые обобщения. Нужно приложить все свои усилия и мудрость, чтобы найти эти самые правильные слова, которые бы отделили понятие оправданного сопротивления от понятия терроризма, это основное .

Я хотел бы сказать каждому мусульманину, который слышит меня: диалог – это часть этики и философии Корана. Аллах вел диалог с Пророком, Пророк вел диалог с теми, кто его окружал, Аллах и его Посланник говорили с людьми, Аллах даже с шайтаном вел диалог!»

Зуфар-хазрат, имам казанской мечети «Кул-Шариф»:

«Сколько на сегодняшний день людей, считая себя христианами, не прочитали Библию. Не знают ее абсолютно. Сколько мусульман, которые не знают абсолютно Коран. И самое страшное, они же все горой стоят, с оружием стоят против друг друга, как будто те враги или эти враги .

Такого не бывает. Нет врагов в исламе. Врагов в исламе нет .

Бог создал из одного Адама много, много, много, много народов. Вы представьте, вот сосуд, был прекрасный сосуд в виде Адама. Из этого сосуда получилось много, много, много, много осколков. Но если хоть один осколок мы когда-нибудь потеряем, мы этот сосуд прекрасный не соберем. А нам нужно будет перед Богом собраться, потому надо бережно к друг другу относится .

У нас всегда говорят, пальцы же, они что народы, одинаковыми быть не могут. И показывают – пальцы же неровные, неровные же, правильно? А ты попробуй это укусить – и ему больно, и ему больно, и ему больно, и ему, и большому тоже больно» .

Мурадулла Саидов – Герой Республики Узбекистан, крупный организатор сельскохозяйственного производства и общественный деятель, создатель Центра арабской культуры (Джинау,

Узбекистан):

«У нас сегодня много детей. Сколько сил вкладываем, душу всю, чтобы воспитать их. И ведь все другие так же. Самые страшные террористы были когда-то детьми, у них были матери, братья, сестры. Их качали на руках, нежно любили, берегли, холили… Что надо сделать с человеком, чтобы он стал волком, зверем хуже волка. Как в Беслане, чтобы детей пытать? Страшно, когда те, кто это затеял, говорят о Коране и о религии. Нет у них ни Корана, ни Аллаха! Нет Родины!

В огне они. А тем, кто побуждал их, кто научил этому – самый страшный огонь!»

как современный ислам трактует роль и место женщины в семье и обществе? что вы думаете о положении женщины в мусульманских странах, в той стране, в которой живете вы?

Профессор Тайсир М.

Мандур, заведующая кафедрой физиологии Медицинского факультета университета ал-Азхар, член Высшего исламского совета, член комиссии по межрелигиозному диалогу:

«Я постоянно сталкиваюсь со взглядом Запада на исламскую женщину и убеждаюсь, что он очень негативный, ошибочный. В том и проблема, как разъяснить ситуацию с реальным положением мусульманской женщины, разъяснить права мусульманской женщины в исламе .

Ведь, если мы посмотрим на права, которые дал женщине ислам, то они – огромны. Однако проблема не в правах, которые предоставлены исламом женщине, проблема в другом. Проблема в двух вещах. Первое – в том, что она не знает, не представляет эти свои права в исламе. Другая сторона, что даже если она знает о своих правах в исламе, то эти права не реализуются .

Почему? По ряду причин. Среди этих причин то, что если бы женщина знала о своих правах в исламе, если бы эти права выполнялись, то женщина в исламе была бы на другом уровне. Это одна из больших проблем, которые стоят сегодня перед исламским миром» .

Шейх Мухаммад-Садик Мухаммад-Йусуф:

«Венцом уважения к женщине в исламе стали слова нашего Пророка: «Рай – под ногами матери». Мы сколько угодно можем говорить об уважении к женщине, о величии женщины в исламе. Как можем, мы говорим. Но к глубокому к сожалению, как я сказал, многие мусульмане не знают этого. Не знают!»

Муаззис Байбулут, писатель, общественный деятель – активистка татарской мусульманской общины Финляндии:

«Я считаю себя мусульманкой. Ислам в Финляндии довольно либерален. Уже начиная с 20-х гг .

мы не носим длинной одежды, платков, так как надо было работать, учиться в школе .

Я сама выступаю за то, чтобы мусульманская женщина проучилась в школе. Если женщина получит образование, она будет всесторонне развиваться и сможет привить эту традицию в семье .

Затем ее дети пойдут учиться, начнут познавать мир через школу. В арабо-мусульманском мире, как мне кажется, притесняют девочек, больше внимания уделяя мальчикам. Культура зависит от женщин, начинается с дома, если дома привить культуру и изучать историю, тогда и развитие человека будет совсем в ином русле .

Мусульманки в Финляндии равны с мужчинами в правах, хотя, конечно, имамами нам быть нельзя. Одну весну я прожила в Турции. По-моему, в Турции религию соблюдают или очень строго, или либерально. Нужна золотая середина. Среди турецких девушек, да и вообще всех турок, одна часть слишком либеральная, другая строго придерживается религии .

Я европейка по образу мыслей, но мне нужна религия, родной язык» .

какой с точки зрения мусульманского права может быть юридическая оценка трагических событий в Беслане?

Профессор Ахмад ал-Кошери, один из виднейших египетский юристов, специалист по международному праву:

«Если же вы хотите услышать юридическую оценку событий, то можно обратиться к международному праву, принятому международным сообществом и действующему в том мире, в котором мы с вами живем. Частью этого законодательства является и исламское право, и оно совпадает в оценке произошедших событий с международным правом и полностью соглашается с ним .

Ни в одной суре Корана нет оправдания этому, каков бы ни был при этом предлог, под которым человек в здравом уме совершает преступление против невинных людей. В чем были виновны дети и женщины?! В чем виноваты учителя?! Почему им была уготована такая судьба: погибнуть от рук тех, кто понятия не имеет о ценности человеческой жизни?

Это – преступление в полном смысле этого слова, за которое кто-то должен понести наказание – по законам международного права, по законам всех государств, по исламским законам. У меня нет ни толики сомнения в том, что, каковы бы ни были мотивы преступления, которыми руководствовались эти люди, взявшие оружие, чтобы захватить школу и взять в заложники детей, – ни одному из возможных мотивов нельзя найти никакого оправдания» .

Проект инициирован и создается в многонациональной и многоконфессиональной России, важнейшую особенность цивилизационной парадигмы которой можно сформулировать максимой «Жить вместе, оставаясь разными». Мусульманские народы России создали богатейшую культуру .

Их вклад в общеисламское культурное наследие трудно переоценить. На протяжении многих веков государственным символом России наряду с двуглавым орлом являлась тугра – каллиграфически выполненный девиз на арабском языке bi-‘inayati Rabbi’l-‘alamin («По промышлению Господа миров»). Сегодня русская тугра является частью логотипа Русского Азиатского Общества .

Доктор Али ас-Самман:

«Если вы спросите, я отвечу: да, падение коммунистических режимов случилось вчера, но ведь остался полюс, который на арабском языке называется «российский полюс», и он силен в достаточной степени, позволяющей обеспечить баланс международных сил и сделать его более здоровым... Когда народ теряет историческую память, то он теряет свое настоящее. А история свидетельствует о той роли, которую сыграл для нас Советский Союз, когда стоял плечом к плечу с египтянами и всеми арабами во время крупнейшей военной операции в арабском регионе .

Я говорю со всей прямотой: нельзя забывать о важной роли СССР, который помогал Египту и другим арабским странам освобождать нашу землю, оккупированную в 1967 г. Это навсегда останется в нашей памяти, это часть нашего прошлого, которое неотрывно связано с настоящим .

Я хотел бы, чтобы мое обращение было не посланием разума, но посланием сердца для тех, кто меня слышит. Я говорю им: мы любим вас и будем вам многим обязаны» .

Проект «Иджма» реализуется при взаимодействии с телеканалом «Россия сегодня» (на арабском языке). Проект был представлен в штаб-квартире ЮНЕСКО в Париже, а также на многих важных научных и общественных форумах как в России, так и за ее рубежами. Его поддерживает ряд выдающихся политических и общественных деятелей, деятелей культуры. Рабочие языки проекта: русский, арабский, английский .

© Резван Е.А .

–  –  –

Islam has many faces. Its regional forms are usually self-sufficient and undoubtedly of equal worth. It is obvious that only a «local Islam,» nurtured by the full range of religious traditions and preferences, inextricably bound up with the history of a particular people with its victories and tragedies, can adequately meet the spiritual needs of the faithful. Only such version of Islam, being a part of the great Muslim civilization, can be an important force for stability in society .

The Russian Asiatic Society in cooperation with the Peter the great Museum of Anthropology and Ethnography, the Russian Academy of Sciences and the «Rosbalt» Information Agency have launched

To be paralleled by film demonstration .

a new project – «Ijma‘=Concord»1. The project consists of documentaries, based on interviews with the most respected Islamic scholars, religious leaders and public men, living in Arab and Muslim countries as well as in Russia, Europe, China, the USA and other countries .

Series of documentaries is the most important part of the project. They will present the diversity of the Islamic world, which is now attacked by the «radical underground». The Interviews of the leading Muslim authorities show full incompatibility of terror with the basic values of Islam. At the same time they will give us the possibility to see the most important world problems through the eyes of Muslims. In general, the world of Islam will present its unanimous opinion – Ijma‘. It is obvious now that the interview texts could be used as an important and really interesting historical source .

Full texts of the interviews in Russian, English and Arabic, photographic series and the biographical material will be published in the web-site of the project. The project will result in a book accompanied by a series of DVDs. We are planning to organize art, ethnographical and photo exhibitions2 as well as the scholarly conferences. In 2006 the project was presented at the headquarters of UNESCO in Paris and the World Public Forum «Dialogue of Civilizations» (Rhodes). At the moment, the project is carried out in cooperation with Academician Eugeniy Primakov (Russia); Academician Mikhail Piotrovsky (Russia);

Prince Hassan bin Talal (Jordan), outstanding politician, philosopher and writer; H.E. Juma al-Majid (Dubai), distinguished businessman and philanthropist; Dr Ali-al-Samman (Egypt), famous politician and publicist; Dr Nihad Fahmi, former General Secretary of G 1, and General Secretary of «Dialogue among Civilizations» (Egypt). Project documentaries will be presented by «Rusiya Alyaum» TV channel (in Arabic) .

–  –  –

КУЛЬТУРНАЯ ПОЛИТИКА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

В постсоветское десятилетие качественно изменились социально-экономические отношения в российском обществе. Глубина этих изменений пока еще недостаточно осмыслена обществом .

Возможно, имеет место эффект социокультурного запаздывания. Попытаемся определить сущность современной культурной политики, исходя из новых социальных реалий. Представляется возможным рассматривать культурную политику в трех основных аспектах: теоретическом, прикладном, конкретно-историческом .

Теоретический аспект. Культурная политика трактуется: а) как совокупность государственной политики в области образования, науки, искусства и т. д., или как направление развития государства, связанное с планированием, проектированием, реализацией и обеспечением культурной жизни государства и общества и б) как некая идеализированная система отношений власти и культуры .

В популярном культурологическом словаре культурная политика определяется как «система практических мероприятий, финансируемых, регулируемых и в значительной мере осуществляемых государством… направленных на сохранение, развитие и приумножение культурного наследия нации»3. Достаточно распространенным является определение культурной политики как политики в области культуры, духовной жизни, рассчитанной на создание, поддержание и улучшение условий деятельности представителей культуры и искусства, пропаганду и распространение культурных достижений, приобщение к культуре широких слоев населения, особенно молодежи4. Подобное представление о культурной политике в своей основе имеет осмысление идеальных целей, которые

–  –  –

http://www.kunstkamera.ru/en/temporary_exhibitions/in_house_exhibitions/yemen/index_en/ .

Кравченко А.И. Культурология: Словарь. М., 2000. С. 27 .

Халипов В.Ф. Власть. Основы кратологии. М., 199. С. 24 .

10 должны быть положены в систему мероприятий государственной власти в отношении развития культуры. Заметим, что подобные политологические и культурологические определения культурной политики представляют собою своеобразные идеальные модели, построенные по принципу глубокого абстрагирования от конкретно-исторических реалий .

Прикладной аспект. Культурная политика трактуется как система приоритетов органов государственной власти и декларируется в соответствующих программах развития культуры на федеральном и региональном уровнях. Известный российский культуролог определяет культурную политику как «направление политики государства, связанное с планированием, проектированием, реализацией и обеспечением культурной жизни государства и общества»1. Подобный принцип положен в основу государственных целевых программ развития культуры. Так, в федеральной целевой программе «Культура России (2006–2010 годы)» отмечается, что «целями Программы являются: сохранение культурного наследия Российской Федерации, формирование единого культурного пространства, создание условий для обеспечения выравнивания доступа к культурным ценностям и информационным ресурсам различных групп граждан, создание условий для сохранения и развития культурного потенциала нации, интеграция в мировой культурный процесс, обеспечение адаптации сферы культуры к рыночным условиям»2. Данные тезисы повторяются в аналогичных программах в крупных российских городах и регионах .

Городская целевая комплексная программа «Культура Москвы» (200–2007 гг.) приоритетными задачами называет: создание благоприятных условий для «плодотворного труда… всех творческих сил, вносящих свой созидательный вклад в культуру города Москвы»; развитие социально-культурной инфраструктуры города; обеспечение приоритетного развития учреждений культуры и досуга, ориентированных на работу с подростками и молодежью»; информационное, научно-методическое, нормативно-правовое, кадровое обеспечение процесса совершенствования управлением культуры3. В «Концепции развития сферы культуры Санкт-Петербурга на 2006– 2009 годы» в назывном порядке перечисляются ориентиры культурной политики в городе, такие как востребованность, доступность, статусность, динамизм, устойчивость, эффективность4 .

В российской провинции подобные программы формулируют схожий комплекс целеполагающих принципов региональной культурной политики. Например, в Урало-Сибирском регионе отдельные областные центры имеют свои региональные концепции развития культуры и искусства. Основополагающие принципы этих концепций сводятся к следующим тезисам: а) создание условий для самореализации творческого потенциала; б) обеспечение доступности культурных ценностей всем категориям населения; в) сохранение культурного наследия .

Практически все региональные концепции развития культуры базируются на ведомственном понимании культуры, когда культурная политика трактуется как мероприятия региональных управлений культуры по отношению к учреждениям культуры и искусства .

Своеобразным исключением можно назвать «Концепцию развития сферы культуры Санкт-Петербурга на 2006– 2009 годы». В тексте декларируется, что Концепция «отходит от узкого понимания культуры, как отрасли, подведомственной Комитету по культуре», что Концепция «стремится включить в орбиту единой политики все субъекты культуры, действующие в городе», вне зависимости от статуса и форм собственности .

Флиер А.Я. Культурология для культурологов. М., 2000. С. 21 .

Федеральная целевая программа «Культура России (2006–2100 годы)» // http://www. rosculture. ru/activity/federal_ program_new. 30 Кб. (12. 01. 2007) .

Городская целевая комплексная программа «Культура Москвы» (200–2007 гг.) // http://www. komkultura. ru/ kultura_moskvi. 1,08 Мб. (11. 01. 2007) .

Концепция развития сферы культуры Санкт-Петербурга на 2006–2009 годы // http://spbculture. ru/konzepzia .

html. 110 Кб. (11. 01. 2007) .

Областная государственная целевая программа «Развитие культуры и искусства в Свердловской области на 2006  год» // http://www. mkso. ru/normativ. html. 146 Кб. (24. 01. 2007); Концепция приоритетного регионального проекта «Культура Омской области» // http://www. sibmincult. ru/rp/rp20062008. php. 82, 0 Кб. (24. 01. 2007); Стратегии развития Оренбургской области до 2030 года // http://www. orb. ru/www_orb30. html. 9, 33 Кб. (19. 01. 2007); О концепции программы социально-экономического развития Пермского края в 2006–2010 годах и на период до 201 года // http:// www. perm. ru/finanses/strategy/?document=991. 186 Кб. (19. 01. 2007) .

11 Конкретно-исторический аспект. Культурная политика рассматривается как реальная система отношений субъектов культуры. Подобный подход характерен для исторических исследований, посвященных истории культурной политики. При осмыслении современной российской культурной политики следует придерживаться именно конкретно-исторического подхода. Современные социокультурные процессы разворачиваются в условиях рыночных отношений. Эти отношения неизбежно меняют многие базовые представления, в том числе в сфере культуры .

В современном российском обществе культура постепенно утрачивает статус абсолютной ценности. Культурное наследие, материальные и духовные ценности приобретают статус товара, культурная деятельность – статус сферы услуг. В той же петербургской Концепции отмечается, что «современная городская политика рассматривается как одна из отраслей по оказанию услуг населению, вносящих, наряду с здравоохранением, общим образованием, общественной безопасностью, общественным транспортом, жилищно-коммунальным хозяйством и социальной защитой, определенный вклад в социальную и экономическую жизнь города» .

На страницах журнала «Справочник руководителя учреждения культуры» один из авторов подчеркивает, что в современном обществе культура становится «стратегическим приоритетом экономики» прежде всего потому, что «сумела превратиться в мощного производителя культурных услуг» .

Автор утверждает, что в современном обществе «роль культуры и ее экономический потенциал… радикально меняются», что «сегодня культура стала рассматриваться как ресурс и инструмент для достижения внешних по отношению к ней социально-экономических целей». И далее формулируется стратегическая задача: «Надо превратить культурные ресурсы в товары и услуги, научиться продавать их “в розницу и по мелочам”, но так, чтобы сохранялись целостность и неисчерпаемость культуры»1. Целостность культуры в данном случае необходима для ее дальнейшего использования в качестве товара на рынке. Трактовка культурных ценностей как товара, а культуры как сферы услуг – есть основа новой модели современной культурной политики .

Деятели культуры (художники, писатели, актеры и т. д.) из «властителей дум» превращаются в «обслуживающий персонал». Результат культурной деятельности перестает быть «культурным наследием» и становится товаром, предметом купли-продажи. В настоящее время четко прослеживается новая тенденция в формировании кадрового потенциала учреждений культуры и искусства. На руководящие должности сегодня назначаются не авторитетные деятели культуры и искусства, а прежде всего успешные менеджеры2 .

В современных условиях необходимо выработать некую стратегию взаимодействия власти, бизнеса и культуры. Подобная стратегия должна учитывать интересы всех субъектов социально-экономического пространства. Важно преодолеть узковедомственное понимание культуры и культурной политики, когда к сфере культуры и культурной политики относят исключительно учреждения культуры и искусства. Культура – это глобальный универсум человеческого бытия, культурная политика – это вся совокупность государственных управленческих практик .

Особую актуальность в современных условиях приобретает взаимодействие двух сфер – политики и культуры. Сегодня необходимо сформировать новую модель регулирования социокультурных процессов, в которой «вертикаль» управления учреждениями культуры опирается на систему «горизонтальных» связей и эффективного взаимодействия всех субъектов культуросозидательной деятельности. Современное управление сферой культуры и искусства означает, прежде всего, создание благоприятных условий для развития культуры на основе творческой инициативы, демократических прав и свобод .

Современная российская культурная политика находится в стадии динамического развития .

В настоящее время объектом культурной политики являются преимущественно культуропроизводящие и культуросохраняющие учреждения и организации. Однако для поступательного прогрессивного развития необходимо, чтобы объектом культурной политики стало все общество в целом, а субъектом культурной политики – гражданское общество и его институты. Это перспективная задача развития культурной политики как на общероссийском, так и на региональном Абанкина Т.В. Оптимизация сети. Технология управления и модели финансирования организаций культуры в свете реформ // Справочник руководителя учреждения культуры. 2006. № 2. С. 8–9 .

Каминская Н. Еще один «директорский» театр? // Культура. 2006. 6–12 апр.; Театр в поисках партнеров: Интервью С. Симаковой с А. Кондрашевым // Вечерний Челябинск. 2007. 30 янв .

12 уровне. Формирование культурной политики – динамичный процесс, в основе которого находится перманентный анализ реального состояния социокультурной системы, политического и экономического развития общества. В перспективе на федеральном и региональном уровнях необходимо вести постоянный социокультурный мониторинг, необходимо выявлять культурные запросы и потребности населения, уровень востребованности культурных ценностей, творческий потенциал учреждений культуры и искусства .

Среди приоритетных национальных проектов нет проекта, посвященного развитию российской культуры. Однако приоритетные национальные проекты сегодня необходимо рассматривать в контексте развития отечественной культуры. Современные национальные проекты должны расцениваться как составные части будущего глобального проекта развития российской культуры. Проекты «Здоровье», «Образование», «Жилье», «АПК» непосредственно связаны с развитием человека, а значит – культуры .

Значительную роль в развитии отечественной культуры могут сыграть российские регионы .

Социально-экономический потенциал российской провинции способен обеспечить динамичное развитие культуры на местах. Например, в Урало-Сибирском регионе губернатор Свердловской области Э. Россель и председатель правительства Свердловской области А. Воробъев предложили включить культуру в число региональных компонентов национального проекта. Рабочая группа регионального министерства культуры разработала сетевой план-график реализации этого проекта на 2006–2008 гг. В нем выделены следующие приоритеты: выравнивание уровня обеспеченности населения Свердловской области услугами организаций культуры; обеспечение повышения доступности культурных благ; повышение конкурентоспособности руководителей и специалистов органов и организаций культуры и искусства на рынке предоставления культурных услуг; накопление кадрового потенциала; обеспечение роста влияния культуры на социальноэкономическое развитие региона; формирование привлекательного имиджа Свердловской области средствами культуры и искусства, ценностных ориентаций населения1 .

В Омске по инициативе губернатора разработана и принята областным правительством концепция приоритетного регионального проекта «Культура Омской области» на 2006–2008 гг. Концепция ориентирована на достижение долгосрочных целей: укрепление единого культурного пространства, обеспечение доступности для населения лучших отечественных и зарубежных образцов культурных услуг, создание условий и государственных гарантий для развития творческого потенциала, формирование духовно-нравственных основ общества, сохранение во всем многообразии культурных и национальных традиций Омской области2 .

План социально-экономического развития Новосибирской области на 2007 г. и на период до 2009 г. определяет основные задачи развития региональной культуры: удовлетворение и развитие духовных и культурных потребностей населения, сохранение и развитие единого культурного и информационного пространства, обеспечение прав граждан на доступ к объективной и полной информации, к культурным ценностям, обеспечение сохранности и доступности информации в сфере архивного дела3. В Новосибирске идет разработка стратегии развития Новосибирской области на период до 202 г.4 В Оренбуржье разработан проект стратегии развития Оренбургской области до 2030 г. В проекте предусматривается дальнейшее развитие культуры и искусства, сохранение культурного наследия Оренбургской области, возрождение традиционных культурных ценностей, обеспечение единого культурного пространства, свободы творчества и развитие культурного и духовноВетрова Н. Реформирование отрасли – веление времени // http://www. midural. ru/midural-new/ques/page80. htm .

4 Кб. (19. 08. 2006) .

Концепция приоритетного регионального проекта «Культура Омской области» // http://www. sibmincult. ru/rp/ rp20062008. php. 82, 0 Кб. (24. 01. 2007) .

План социально-экономического развития Новосибирской области на 2007 год и на период до 2009 года // http:// www. adm. nso. ru/glaveu/m/ser_m. shtml. 1 Кб. (2. 01. 2007) .

Разработка стратегии развития Новосибирской области на период до 202 года // http://www. adm. nso. ru/glaveu/ strat/strat. shtml. 49 Кб. (19. 01. 2007) .

Проект стратегии развития Оренбургской области до 2030 года // http://www. orb. ru/www_orb30. html. 9, 33 Мб .

 (19. 01. 2007) .

13 го потенциала Оренбургской области. Приоритетными задачами правительства Оренбургской области в сфере культуры называются: формирование новых моделей учреждений культуры, сохранение самобытности культурной жизни; развитие инфраструктуры и укрепление материально-технической базы отрасли культуры; определение границ и оформление правового статуса земель историко-культурного назначения, формирование культурных ландшафтов (исторических, природных, архитектурных, археологических); развитие социально-творческого заказа Оренбургской области на проведение отдельных мероприятий (работ, услуг); внедрение проектов по использованию информационных технологий в деятельности учреждений культуры; государственная поддержка профессиональных творческих союзов; развитие и модернизация образовательных учреждений отрасли культуры; повышение статуса и уровня профессионализма работников культуры и искусства .

Следует подчеркнуть, что при разработке подобных программ следует вырабатывать способы включения в орбиту культурной политики всей системы развития российского общества. Необходимо постепенно уходить от узковедомственного понимания культуры и культурной политики. В качестве механизма формирования приоритетов развития отечественной культуры может выступить культурологическая экспертиза как система оценки любых управленческих решений с точки зрения их влияния на развитие отечественной культуры, что поможет отойти от узковедомственного понимания культуры.

Культурологическая экспертиза может функционировать в двух формах:

а) как государственная культурологическая экспертиза, которую может осуществлять специальное подразделение какого-либо надзорного органа административного управления;

б) как общественная культурологическая экспертиза, которую может проводить Общественная палата РФ на федеральном уровне и аналогичные образования на региональном уровне .

Культурологическая экспертиза способна консолидировать приоритетные национальные проекты для решения актуальных задач развития отечественной культуры. Культурологическая экспертиза может и должна стать гарантом национальной социокультурной безопасности .

© Загребин С.С .

–  –  –

The author examines the issues of cultural policy, which is very actual for contemporary Russia and have not been worked out yet. The analysis of the theme is carried out in both theoretical and applied aspects on the concrete historical material. Special attention is paid to development of regional cultural policy. In the author’s opinion, it is necessary to conduct for a specialist on cultural studies examination in every region. The results of these examinations should be generalized in the uniform federal program of development of domestic culture. Development and realization of the given program will allow us to overcome its current crisis .

–  –  –

The First International Meeting of UNESCO chairs, participating in the UNITWIN Network on Inter-religious Dialogue for Inter-Cultural Understanding, took place in the framework of the International Conference ‘Inter-cultural and Inter-religious Dialogue for Sustainable Development’, which was conducted on September 13-16, 2007, in Moscow, Russia, basing on the facilities of the Russian Academy for Public Administration under the President of the Russian Federation .

The First International Meeting was organized jointly by the UNESCO Chair for Comparative Studies of Spiritual Traditions, their Specific Cultures and Inter-religious Dialogue, hosted at the St.Petersburg Branch of the Russian Institute for Cultural Studies, the Russian Academy for Public Administration under the President of the Russian Federation, and UNESCO Moscow Office for Armenia, Azerbaijan, Belarus, the Republic of Moldova, and the Russian Federation .

The Meeting was structured as series of sessions, chaired by M. Hauser (International Coordinator, UNITWIN Network of UNESCO chairs on Inter-religious Dialogue for Inter-Cultural Understanding), R.Guerreiro (Interreligious Dialogue Programme, Division of Cultural Policies and Inter-cultural Dialogue, Culture Sector, UNESCO), L. Moreva (Programme Specialist for Culture, UNESCO Moscow Office for Armenia, Azerbaijan, Belarus, the Republic of Moldova, and the Russian Federation), V. Egorov (National UNITWIN Coordinator for the Russian Federation), D.Spivak (Chair, UNESCO Chair for Comparative Studies of Spiritual Traditions, their Specific Cultures and Inter-religious Dialogue, Russia) .

Representatives of 18 UNESCO chairs, dedicated to interfaith dialogue for inter-cultural understanding, took part in the meeting .

The Moscow meeting was gathered as the First international meeting of UNESCO chairs, participating in the UNITWIN Network on Inter-religious Dialogue for Inter-Cultural Understanding, following the foundation of the aforementioned Network, which was held in March, 2006, at the headquarters of the UNESCO in Paris, in presence of its Director-General, Mr.K.Matsuura. The foundation was undertaken as part of a series of measures envisaged to implement a set of novel approaches to the interfaith dialogue, labeled in the official documents of the UNESCO as ‘flagship activity’, at least for the years 2006-2007 .

17 As it was stated in a number of keynote reports and discussions, undertaken as integral although autonomous part of the meeting, the foundation of the abovementioned Network was both constructive and timely, greatly contributing to the promotion of the lofty UNESCO ideals in complex processes of peace-making and conflict appeasement, as well as in manifold activities directed towards inter-cultural synergies assuring the protection and promotion of cultural diversity. At the same time, it has been instrumental in monitoring national and regional problems and prospects, especially in pre- or post-conflict ambiences .

As a result of discussions which were undertaken in the framework of the First International Meeting,

attaining this general objective depends upon urgent implementation of a set of particular tasks:

- clearly formulating strategic objective(s) of inter-religious dialogue, along with its basic methodologies and limitations, in line with the basic ideals and objectives of the UNESCO;

- strictly defining conceptual notions, necessary for its structuring and strengthening, as well as epistemological procedures, which link secular and religious thought in a joint same space of dialogue;

- reassessing the roles and perspectives of the traditional religions, modern religious movements, and modern spirituality as the main actors in inter-religious dialogue worldwide;

- outlining ‘good practices’ which allow the participants of the interfaith dialogue to single out, isolate, and reduce the impact of spiritual and/or religious radicalism upon regional and international situations;

- delineating guidelines in which inter-religious dialogue is to be supported by state structures, nongovernmental organizations, by societal activists and spiritual leaders;

- mapping routes whereby it would be constructive and timely to obtain proper balance between systematic education and mass media, academic discourse and free discussion, action and meditation/deliberation, as facets of inter-faith communication;

- implementing constructive patterns of interfaith and inter-cultural dialogue into the general context of dialogue between the East and the West; the North and the South .

Special topics were singled out, forming realms where academic research and council would be particularly constructive and timely:

- methodological guidelines allowing to build full-scale interfaith dialogue into the context of the present-day world, subject to rationalization, secularization, informatization, and globalization;

- optimal ways and procedures allowing to include interfaith issues into general framework of the present-day educational systems and curricula;

- novel approaches directed at building interfaith dialogue into intercultural dialogue directed in the framework of inter-ethnic, inter-religious, and inter-cultural confrontation and conflict;

Practical measures were delineated, consisting in the recommendations:

- to work out a glossary of basic terms of interfaith dialogue, where viewpoints and constructs elaborated in the context of the mission of the UNESCO, would be presented in necessary detail;

- to promote collection of cases of ‘good practices’, currently elaborated and/or implemented, as part of peace-making and conflict resolution, promotion of cultural diversity and inter-cultural rapprochement;

- to actively include such dynamic regions as the post-Soviet countries, the Muslim world, as well as the Far East, into the activities of the Network .

Since Interreligious Dialogue is high on the international agenda, namely in the Alliance of Civilizations (AoC) and the High level Dialogue on Interreligious and Intercultural Cooperation and Understanding for Peace (United Nations General Assembly), the Network will play an important role in these platforms as a spearhead for joint activities, gaining thus, an international visibility .

© Spivak D.L .

©Guerreiro Rosa Maria

–  –  –

ПЕРВОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ ЗАСЕДАНИЕ КАФЕДР ЮНЕСКО

СЕТИ УНИТВИН ПО ПРОБЛЕМАМ МЕЖРЕЛИГИОЗНОГО ДИАЛОГА

ДЛЯ МЕЖКУЛЬТУРНОГО ПОНИМАНИЯ

Первая Международная встреча кафедр ЮНЕСКО сети УНИТВИН по межрелигиозному диалогу для межкультурного понимания была проведена в рамках Международной конференции «Межкультурный и межрелигиозный диалог в целях устойчивого развития», проведенной при поддержке Бюро ЮНЕСКО в Москве на базе Российской академии государственной службы при Президенте РФ 13–16 сентября 2007 г. в Москве .

На встрече были обсуждены наиболее актуальные проблемы, стоящие в настоящее время перед сообществом кафедр ЮНЕСКО, объединившихся в рамках особой сети, направленной на скорейшую выработку концепции развития межрелигиозного диалога для межкультурного понимания и ее проведение в жизнь, прежде всего в условиях пре- или постконфликтных обществ и регионов .

Особое внимание было уделено методологии проведения межрелигиозного диалога в рамках взаимодействия государственных и неправительственных организаций, религиозных объединений и сообществ, представителей современной науки и средств массовой информации. Намечены конкретные меры по включению показательных примеров (‘good practices’) в контекст академического дискурса, а также обратному переносу современных стратегий и тактик гармонизации межконфессионального и межрелигиозного диалога в область практического внедрения. Поставлена задача выработки глоссария терминов современного межрелигиозного диалога для межкультурного взаимопонимания и сближения .

–  –  –

ЭТНИЧЕСКАЯ И РЕЛИГИОЗНАЯ ТОЛЕРАНТНОСТЬ –

ВАЖНЫЙ ФАКТОР УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВА

(ОПЫТ РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН)

Человеческому обществу всегда было присуще наличие больших и малых социальных групп, слоев со специфическими интересами и вытекающими из него различными подходами к действительности. Разнообразие интересов и подходов способствовало обогащению общественной жизни, определению оптимальных путей социального развития, с одной стороны, появлению различных видов нетерпимости, которые разрушительно отражались в жизни общества, – с другой .

19 История показывает, что толерантность и нетерпимость существовали на всех этапах развития человеческого общества .

Сегодня, когда мир под влиянием процессов глобализации приобретает все более единый и целостный характер, расширяется география и растут темпы миграции людей, очень важной задачей является обеспечение мирного сосуществования различных культур, преодоление различных видов нетерпимости, распространение идей и ценностей толерантности. Как отмечено в «Декларации принципов толерантности», принятой 199 г. Генеральной Конференцией ЮНЕСКО, «мир невозможен без толерантности, а развитие и демократия невозможны без мира» .

Существование многополярного мира ценностей является одной из основ постоянного совершенствования, прогресса общества. В этой системе особое место занимают ценности, связанные с толерантностью .

Толерантность как система знаний, ценностей и практических действий представляет собой специфическое социально-культурное явление и имеет своеобразные черты, как на уровне отдельной личности, так и общества и государства. В частности, к особенностям, проявляемым на уровне государства, можно отнести принятие и применение на практике законодательства, создающего одинаковые условия и равные возможности всем и каждому, независимо от пола, расы, национальности, языка, религии, социального происхождения, веры, личного и общественного положения, а также разработку и реализацию системы мер, направленных на предотвращение любых форм проявления ущемления, отчуждения, нетерпимости, вражды и фанатизма .

В духовном наследии узбекского народа глубокие корни имеют ценности, связанные с культурой толерантности. «На протяжении тысячелетий Центральная Азия была центром встречи и сосуществования различных религий, культур и укладов. Этническая терпимость и открытость стали естественными нормами, необходимыми для выживания и развития»1 .

Особое внимание уделялось вопросам толерантности и в социально-философской мысли .

Так, Бируни с осуждением относился к любой форме нетерпимости, к тем, кто считает, что «земля – это их земля, люди – это только представители их народа, цари – только их правители, религия – только их вера, наука – только та, что у них имеется»2 .

Выступая поборником мира и дружбы, великий Алишер Навои писал:

«Поймите, люди всей Земли: вражда – плохое дело, Живите в дружбе меж собой – нет лучшего удела» .

Воспетые великими мыслителями прошлого, такие высокие гуманистические идеи не потеряли своей актуальности и сегодня .

Ныне большинство государств мира являются многонациональными. В этих условиях особую важность приобретает проблема формирования и развития культуры этнической толерантности .

Это в полной мере относится и к Узбекистану, который издревле является полиэтничным .

К примеру, если в 1897 г. на нынешней территории республики проживали представители 70 этносов, то к 1927 г. их число достигло 90, в 199 г.– 113, 1979 г.– 123. Сегодня в республике проживают представители 136 наций и народностей. На 1 января 2007 г. в национальном составе населения Узбекистана узбеки составляли 21 42,4 (80,8%) тыс., каракалпаки 83,7 (2,2%), представители других наций и народностей 4 37,7 (17,0%) тыс. человек .

Для Узбекистана характерны как многонациональность, так и мультинациональность. Учитывая это обстоятельство, Узбекистан с первых дней своей независимости проводит последовательную национальную политику, направленную на сохранение и развитие этнокультурного многообразия, основу которой составляет идея «Многонациональность Узбекистана – его богатство» .

Правовой основой этой политики является закрепленное в Конституции страны положение о том, что Республика Узбекистан обеспечивает уважительное отношение к обычаям и траКаримов И.А. Узбекистан на пороге XXI века: угрозы безопасности, условия и гарантии прогресса. Ташкент, 1997 .

С. 13–136 .

Абу Райхан Бируни. Индия// Избранные произведения. Т. 2. Ташкент, 1963. С. 68 .

дициям всех наций и народностей, проживающих на своей территории, создает условия для их развития1 .

При научно обоснованной политике полиэтничность действительно является богатством. Государство, имеющее возможность реализовать мощный культурный потенциал, который содержит в себе феномен многонациональности, обладает неиссякаемым источником развития .

Каждая культура, отображая историю развития нации, обретает неповторимое содержание и посредством соприкосновения с другой культурой совершенствуется, приобретая новые краски и грани, становится богаче .

Кроме того, как отмечено во «Всеобщей Декларации ЮНЕСКО о культурном разнообразии», принятой на 31-й сессии Генеральной Конференции ЮНЕСКО в ноябре 2004 г., культурное разнообразие способствует расширению выбора каждого человека, обогащению его интеллектуальной, эмоциональной, нравственной и духовной жизни .

В условиях многонациональности и культурного многообразия особое значение приобретает проблема этнической толерантности, претворение в жизнь принципа «не все одинаковы, но все равны». Ибо способность воспринимать и адекватно оценивать отличительные черты иной культуры создает необходимые условия для проникновения в общество новых идей и ценностей .

Говоря об особенностях национальной политики Узбекистана, ее конкретных проявлениях на практике, хотелось бы отметить следующее .

Удовлетворение этнокультурных потребностей, бережное отношение к национальным культурным ценностям, в отличие от недавнего прошлого, воспринимается не как рост национализма, а как естественно-исторический процесс .

Особое внимание уделяется созданию соответствующих организационных основ для сохранения и развития культурного разнообразия. Ярким доказательством этого может послужить тот факт, что Постановлением Кабинета министров Республики Узбекистан от 13 января 1992 г. был создан Республиканский интернациональный культурный центр, который оказывает организационную и методическую помощь национально-культурным центрам (НКЦ). В результате резко повысилось количество НКЦ: если в 1991 году их было всего около десяти, то сегодня в республике функционирует более 140 НКЦ .

НКЦ проводят многогранную работу по возрождению и развитию своих этнокультурных ценностей. В частности, ведется конкретная практическая работа по изучению, сохранению и развитию образцов народного творчества. В данном направлении при НКЦ работают более сорока художественных ансамблей. К их числу можно отнести украинский фольклорный ансамбль «Джерелло», азербайджанский «Азербайджан гизлари», киргизский «Сайра комуз», дунганский «Чинмё» и ряд других .

НКЦ особое внимание уделяют и пропаганде профессионального творчества. Доказательством тому является деятельность более тридцати художественных групп. Примером может служить деятельность театров-студий: армянского НКЦ – «Хоравац-шоу», турецкого – «Мико», немецкого – «Югендштерн», казахского – «Коктем»; художественных ансамблей: белорусского НКЦ – «Катюша», греческого – «Бузуки», уйгурского – «Санам», еврейского – «Шалом» .

Будущее каждой нации связано с молодежью. Поэтому НКЦ уделяют большое внимание воспитанию молодого поколения в духе уважения этнокультурных ценностей. Это можно увидеть в деятельности более 1 детских творческих ансамблей, таких как корейский «Самуль», польский «Мазурчек», русский «Топотушки» .

НКЦ ведут плодотворную работу и по пропаганде достижений национальной культуры среди населения республики. Традиционно организуемые казахскими и киргизскими культурными центрами состязания акынов («айтыс»), проводимые армянским культурным центром музыкальные творческие вечера, воплощающие в себе различные черты этнической культуры, выставки национальных одежд и прикладного искусства, организуемые дунганским культурным центром, – являются доказательством этого .

В пропаганде достижений национальных культур особую роль играет ставший традиционным фестиваль дружбы и культуры «Узбекистан – наш общий дом», проводимый Республиканским

Конституция Республики Узбекистан. Ташкент, 2003. С. 4 .

интернациональным культурным центром совместно с НКЦ. В рамках фестиваля проводятся конкурсы по номинациям: «Лучший исполнитель национального хорового пения», «Яркий исполнитель национального танца», «Лучший оркестр народных инструментов», «Яркий исполнитель национальной песни», «Лучший танцевальный коллектив», «Лучший детский творческий коллектив». Это каждый раз дает мощный импульс выявлению новых талантов, повышает интерес к этническим корням и ценностям, приобщает все больше людей к достижениям национальных культур .

Обеспечение развития национальных языков обеспечивает этнолингвистический потенциал взаимовлияния и взаимообогащения человечества. «…любая нация, будь она самая маленькая, – есть богатство человечества, и исчезновение любой национальной общности с ее языково-культурными и другими особенностями приводит к обеднению культурного и генетического фонда Земли, возможностей личности»1 .

В формировании культуры толерантности особое место занимают образование и воспитание. В учебных заведениях человек на научной основе и системно, напрямую и непосредственно усваивает опыт и ценности, накопленные обществом. Кроме того, благодаря взаимосвязям различных ступеней образования, обеспечивается последовательность воспитания. В результате круг знаний человека расширяется и количественно и качественно. Как правильно подчеркнуто в «Декларации принципов толерантности», «воспитание является наиболее эффективным средством предупреждения нетерпимости» .

Говоря о взаимосвязи образования и развития культуры толерантности, не следует забывать и о том, что система образования сама по себе является лакмусовой бумажкой, показывающей наличие в обществе важной составляющей этнической толерантности – толерантности языковой .

Надо отметить, что в Узбекистане среднее и высшее образование осуществляется на семи языках: узбекском, каракалпакском, казахском, киргизском, русском, таджикском и туркменском .

Более 30% факультетов и отделений, действующих в вузах страны на братских языках, созданы за годы независимости .

Появилось совершенно новое явление в национальной жизни – «воскресные» школы. «Воскресные» школы дают представителям малых диаспор возможность изучать свой родной язык, на которых не ведется обучение в рамках государственной системы образования. Сегодня почти при всех НКЦ действуют такие школы, где наряду с родным языком изучается национальная история, этнические обычаи, обряды и традиции. Кроме того «воскресные» школы помогают представителям и других диаспор, желающим изучить язык. Благодаря такой деятельности, например, в вузах Польши, Греции, Украины наряду этническими поляками, греками и украинцами – гражданами Узбекистана – получают высшее образование и представители других наций .

Возможность создавать и использовать средства массовой информации также является фактором, показывающим внимание государства к сохранению языкового многообразия. За последние годы в нашей стране возросло количество языков, на которых ведутся радио- и телепередачи, издаются газеты и журналы. В частности, сегодня газеты издаются на восьми языках: узбекском, каракалпакском, казахском, киргизском, корейском, русском, таджикском и туркменском, а журналы на шести языках: узбекском, каракалпакском, казахском, киргизском, русском и таджикском .

Телепередачи транслируются на десяти языках: узбекском, каракалпакском, казахском, киргизском, русском, таджикском, татарском, крымско-татарском, азербайджанском и уйгурском, а радиопередачи, кроме того, и на башкирско-татарском и туркменском языках2 .

Говоря о межнациональных отношениях в республике, хотелось бы отметить также следующее. Пользуясь равными правами и возможностями, предоставленными Конституцией и законами, представители различных наций плодотворно работают в самых разных сферах общества и вносят достойный вклад в развитие страны. И этот труд достойно оценивается. Достаточно сказать о том, что двенадцати гражданам республики, представляющим различные национальности, присвоено высокое звание «Узбекистон Кахрамони» («Герой Узбекистана») .

Каримов И.А. Узбекистан на пороге XXI века: угрозы безопасности, условия и гарантии прогресса. Ташкент, 1997 .

С. 70–71 .

См.: Этно-конфессиональный атлас Узбекистана. Ташкент, 2004. С. 6 .

Вышеприведенные примеры дают возможность сделать вывод о том, что этническая толерантность в Узбекистане как на личностно-индивидуальном, так и на государственном уровне имеет глубокую историческую и серьезную современную практическую основу. А это в свою очередь является важным фактором укрепления социально-политической стабильности, дружбы и сотрудничества между представителями различных этнических групп .

В условиях многоконфессиональности немаловажную роль в обеспечении мира и устойчивого развития общества играет и религиозная толерантность .

Религиозная толерантность всегда являлась своеобразным щитом против нетерпимости на почве веры, способствовала сосуществованию на одной земле различных верований, что создавало обстановку мира и согласия, условия для прогресса общества, развития общечеловеческой культуры и духовности .

Религиозная толерантность, присущая нашему народу, имеет свои глубокие исторические корни. С древних времен на нашей земле сосуществовали такие религии, как буддизм, иудаизм, христианство, ислам. На протяжении веков здесь соседствуют мечети, церкви и синагоги, где люди разных национальностей и вероисповеданий свободно исполняют религиозные обряды и ритуалы .

В частности, исследователи отмечают, что в Бухаре первая синагога была построена еще в VIII в. «Иудаизм, подвергавшийся гонениям в Средневековой Европе и Византийской империи, был признан в Центральной Азии и имел такие же права, как и другие религии»1 .

Свидетельство веротерпимости нашего народа можно увидеть и на других примерах. В ХIХ в., когда крестьяне, насильно переселенные из густонаселенных областей центральной России, оказались в трудном положении, мусульмане отнеслись к бедствующим с высоким милосердием .

Иеромонах Харитон, очевидец тех событий, свидетельствовал: «Местные жители сочувствуют бедным переселенцам, без того многие умирали бы с голоду и нужды»2 .

Общеизвестно, что массовым репрессиям со стороны большевиков подверглись и представители духовенства. В одной из частей Ташкента располагался целый городок православных ссыльных, где содержались более трех тысяч священников и монашествующих. Местное население, несмотря на то что могло подвергнуться репрессии, пыталось оказать им всяческую помощь .

«Известны случаи, когда мусульмане укрывали православных от гонений, рискуя собственными жизнями. Так, последней настоятельнице Ташкентской Свято-Никольской обители игумении Лидии (Нагорновой), на которую уже был подписан «расстрельный приговор», помог бежать от ареста мусульманин по имени Джура»3 .

Сегодня в нашей стране возрождаются религиозные ценности. Такие процессы происходят не только в рамках ислама, но и других религий. В этом проявляется важная черта изменений, происходящих в нашем обществе. Без этого невозможно говорить о полноценном духовном возрождении народа, общества .

В этих условиях требуют особо пристального внимания вопросы религиозной толерантности, обеспечения свободы совести и вероисповедания, использования позитивного потенциала процессов возрождения и всей направляющей мощи и энергии религий во имя интересов и объединения людей, для укрепления мира и гражданского согласия в обществе .

Процессы и изменения, происходящие в Узбекистане в отношении религии, верующих, можно проиллюстрировать на следующих конкретных примерах .

Сотни церквей, синагог и домов молений были построены или отреставрированы за последние 16 лет. Благодаря независимости, впервые стала возможной деятельность православных и протестантских семинарий .

На 1 августа 2007 г. в республике официально зарегистрировано 2 229 религиозных организаций, в том числе более 180 христианских церквей, синагог, общин бахаи и др. Созданы все необходимые условия для их нормального функционирования. В апреле 2004 г. для обеспечения Бенсман Р. Деятельность религиозных организаций по укреплению межрелигиозного согласия // Межрелигиозное согласие – важное условие углубления демократических процессов в странах Центральной Азии (на примере Республики Узбекистан): Материалы международной конференции. Ташкент, 2002. С. 126 .

Архиепископ Владимир....А друзей искать на Востоке. Ташкент, 2000. С. 42 .

Там же. С. 44 .

согласия и сотрудничества различных конфессий республики был создан Совет по делам конфессий при Комитете по делам религии, куда вошли руководители основных конфессий .

Передачу церкви «Святая Богородица», построенной в 1903 г., Армянской апостольской церкви и кирхи – Евангелическо-лютеранской церкви, в соответствии с указами Президента Республики, тоже можно отнести к ряду таких позитивных примеров .

Последователи Русской Православной Церкви по численности занимают второе место после мусульман. Данный факт показывает насколько значимы отношения между ними для сохранения социальной стабильности, мира и согласия в обществе. В этом плане представляют большой интерес условия, созданные для Ташкентской и Среднеазиатской митрополии Русской Православной Церкви .

Открыты новые приходы и построены новые храмы в местах, где прежде их никогда не было:

в Бухаре, Навои, Зарафшане, Учкудуке, Карши, Газалкенте, Бекабаде, Кувасае и других городах .

Возвращены отнятые в советское время храмы: крупнейший в Центральной Азии – Алексеевский собор города Самарканда, храм Александра Невского в Термезе. Открыты один мужской и два женских монастыря .

Постановлением Кабинета министров Республики была выделена земля для строительства Духовно-административного центра Ташкентской и Среднеазиатской епархии, которая также была освобождена от уплаты НДС и других видов налогов при покупке строительных материалов и оплате строительных работ. Специальным распоряжением правительство страны освободило епархию и от уплаты таможенных и иных платежей для товаров и оборудования, ввозимых из-за рубежа для строительства и оснащения этого Центра .

Вышеприведенные данные отражают лишь отдельные стороны тех позитивных перемен, которые происходят сегодня в нашей стране в области удовлетворения этнокультурных и религиозных потребностей. Но и это позволяет сделать вывод о том, что культура толерантности стала важным фактором обеспечения в Узбекистане межнационального согласия, межконфессионального сотрудничества, социально-политической стабильности и устойчивого развития общества .

–  –  –

Today, the majority of the states of the world are multinational. In these conditions the special importance aquires a problem of formation and development of culture of ethnic tolerance. It totally appears to Uzbekistan, a multinational country. Today representatives of 136 nations and nationalities live on the land of Uzbekistan. It is characteristic for Uzbekistan both polynationality, and multinationality .

Since the first days of its independence Uzbekistan has been carrying out the consistent national policy directed to the preservation and development of ethno cultural diversity which makes basis of the idea «Multinationality of Uzbekistan – is its wealth» .

Legal basis of this policy is fixed in the Constitution of the country the rule that the Republic of Uzbekistan provides the valid attitude to customs and traditions of all nations, living on its territory, creates conditions for their development .

The satisfaction of ethno cultural needs, careful attitude and perfection of national cultural values, in difference from the recent past, today is perceived not as growth of nationalism but as natural – historical process .

The special attention is given to the creation of the appropriate organizational bases for the preservation and the development of a cultural diversity. The bright proof of it is the fact that by the Decree of the Cabinet of Ministers of Republic of Uzbekistan dated January 13, 1992, there is created the Republican international cultural center, which renders the organizational and methodical help to the National-cultural centers (NCC). As a result the number of NCC has sharply increased: if in 1991 there was about ten NCC’s, today there are more than 140 NCC’s functioning inRepublic .

NCC’s are carrying out multilateral work of revival and development of their own ethno cultural values. In particular, the concrete practical work on studying, preservation and development of samples of national creativity is conducted, the large attention is also given to the propagation of professional creativity, the education of young generation in the spirit of respect towards ethno cultural values .

A system of formation, an opportunity to create and a use of mass media are litmus papers, showing the presence in a society of the important ingredient in making ethnic tolerance – language tolerance. In this plan, not superfluous to note, that in Uzbekistan the secondary and higher education is carried out in 7 languages, the newspapers are issued in 8 languages, and the magazines in 6 languages, telecast are broadcasted in 10 languages, and radio is being broadcasted in 12 languages .

In conditions of multiconfessionality, in maintenance of the world and steady development of a society the important role is played also by religious tolerance The religious tolerance inherent in our people has the deep historical roots. From ancient times religions as Buddhism, Judaism, Christianity and Islam coexisted in our land. In particular the researchers mark that in Bukhara first synagogue was constructed in VIII century .

Today in our country the religious values are being revived. Hundreds of churches, synagogue and houses of worship were constructed and repaired in the last 16 years. In particular, the new orthodox arrivals and the new temples are constructed and opened in places where they never existed before like in Bukhara, Navai, Zarafshan, Uchkuduk, Karshi, Gazalkent, Bekabad, Kuvasay and other cities. The temples, taken away in the former Soviet time are returned: largest in Central Asia – Alexis’s cathedral in Samarkand, Temple of Alexander Nevski in Termez. One male and two female monasteries are opened .

Due to the independence for the first time activity of Orthodox and Protestant seminaries became possible. As a whole, on August 1, 2007 in the Republic 2229 religious organizations, including, more than 180 Christian churches, synagogues, bahai communities and others are registered .

The analysis of today’s realities in Uzbekistan allows to make a conclusion that the culture of tolerance became the important factor of maintenance in our country on the interethnic consent, interconfessional cooperation, sociopolitical stability and steady development of a society .

–  –  –

Introduction

This paper reframes cultural and religious tensions. Toward allowing us collectively to organize our thinking and work through the underlying issues more systematically, we offer two models: a four-level schematic developed by Houston, which we have adapted and apply to the dynamic of culture, and the Model of Positive Opposites developed by Mihaloew and adapted for this purpose .

Ury, William (1991). Getting past no: Negotiating with difficult people. New York: Bantam Books, P. 62 .

16 No matter what problems exist in particular regions of the world, the cultural climate overall is fraught with tension. Instead of dissipating with globalization, cultural and religious tensions are growing more acute. There is urgent critical need for vision and leadership that will allow us to resolve the underlying issues and relieve the tension .

The Model of Positive Opposites transforms opposition from a feared negative into a potentiated positive. People generally distrust and malign their opponents, and thinking in terms of positive opposites moves combative energy towards mutual consideration rather than entrenched polarization. Resolution is possible because we no longer see the opposition as wrong, bad, or evil, but functionally positive, different, and useful .

Intrinsic to the Model of Positive Opposites is the Law of Overcoming via compensation1. Psychologically, if we identify with one side we tend to devalue the other. For instance, one who values diligence (column 2 below) may say the opposite is sloth or laziness (4), which has a negative value. The positive opposite of diligence could be leisure or spontaneity (3), but instead of admitting the need for leisure, the person who values diligence may repress this need out of a fear of being seen as slothful or lazy and may over-compensate by obsessive diligence (1) .

negative excess (positive value positive value) negative excess compulsive diligence leisure sloth, laziness workaholic discipline spontaneous unfocused superior attitude reliable playful irresponsible obsessive industrious contemplative unengaged The central premise of the Model of Positive Opposites is that animosities, acrimonies, and resistances typically result from unconsciously over-compensating (1) for a positive value (3) perceived as a negative (4) .

When a positive value goes into negative excess and people respond to one another from the extremist positions, the resulting dynamic is self-reinforcing and quickly builds from divergence to violence as a means, not of solving the impasse, but of self-preservation through ad hominem tactics .

In mediation, the Model of Positive Opposites asks two questions. The first, what is the opposite of your (2) assertion/position, generally elicits the negative excess (4). The second question, what is the opposite of your assertion/position that is still positive, is difficult for most people to answer until they are able to view opposition as beneficial. The common response, when one sees the values espoused by one’s opponent (3) are valid, is to feel vulnerable and threatened, because these values correspond to a repressed, disowned, and devalued part of oneself that one fears and resists admitting into consciousness .

Defensiveness makes conflict resolution difficult. Self-protectionism rests on unconscious core issues2 that must become conscious to allow meaningful engagement. To move beyond conflict, each opponent must see that opening to the other can bring larger, more nourishing benefits than maintaining their defenses .

As defensiveness diminishes, by acknowledging that the values the other espouses are as functional and rational as one’s own (a positive opposite), the relationship tone or cultural climate gradually shifts from acrimonious, belligerent, stressful, and combative into tolerating, allowing, accepting, and finally honoring .

This paper separates the issues underlying global tensions into categories: sensory/physical, psychological/historical, mythic/symbolic, and integral/unitive3. Resolving tensions in each category requires different approaches. Techniques that work on the sensory/physical level are not effective on the psychological/historical level, and so forth. The paper briefly mentions techniques that have proven effective on each level, but does not expound on them .

I: Sensory/Physical Level The Sensory/Physical category involves tensions related to physical needs, environment, and senses,

such as access to food, water, shelter, fuel, and safety; encroachment on the sense of space; noise, air, and water pollution; and natural responses to strangers with different language, customs and habits. For example:

Adler, Alfred (1968). Individual psychology. Totowa, New Jersey: Littlefield, Adams & Co .

Bennett-Goleman (2001). Emotional alchemy. New York: Harmony Books

Houston, Jean, Sanders, Jan (n.d.). The social artist’s fieldbook: Book one: Developing your inner capacities. Ashland:

–  –  –

The issues underlying water related tensions are global. Even in Israel and Palestine, the opposition stems from a deeper ambivalence in the world body as a whole. The opponent is not external, but internal to humankind. We all depend on clean water for our physical survival and well-being. Yet, like Chinese farmer He Chunxiang, «We have to use polluted water to irrigate the fields. We know we are being poisoned by eating the grain. What can we do? We can’t just wait to starve to death»3. The powers that are wreaking havoc with the safety of our habitat have free reign because collectively we do not know how to control the economic system in a way that ensures our physical well-being and sustainability. The world body has the knowledge and technical acumen necessary to create a sustainable system. What we lack is the wanting to, without which there is no motivation and no will4. This lack of motivation rests on core issues, which we need to identify for lasting solutions to emerge .

Thus, the task is not only to apply the knowledge necessary to create a sustainable system but, more crucially, to resurrect humanity’s sense of self-worth and desire to live, without going into negative excess .

Here, the Model of Positive Opposites provides a means to identify the crucial balance .

Techniques that have proven effective in relieving tensions on the sensory/physical level include dialogue, Appreciative Inquiry6, Heart Math7, Open Space8, Non-violent Communication9, and the Open Question Approach10, which engender respectful communication and communal problem solving. Education to develop understanding is, of course, the most powerful technique .

II: Psychological/Historical Level The psychological/historical category involves tensions related to historical animosity, subjugation, projection, the shadow dynamic, and sense of belonging. Examples of tensions resulting from historical traumas are regrettably common and visible. In contrast, projection and the shadow dynamic are generally unconscious and invisible. To illustrate the latter, persons who value diligence may repress in themselves the need for leisure out of fear that expressing the need would mean they are slothful and lazy. The shadow dynamic occurs when someone comes along who embodies the repressed part. The diligent person will tend to project onto that person the feelings of distrust and rejection behind the repressed value, and, if Carmichael, Mary (2007). Troubled waters, Newsweek, June 4, pp. 2-6 .

Pearce, cited in Carmichael, ibid. p. 6 .

Chunxiang, cited in Carmichael, ibid. p.  .

Aposhyan, Susan (2004). Mind-body psychotherapy: Principles, techniques, and practical applications. New York: W. W .

Norton & Company .

Schulz, Will (1966). The interpersonal underworld. Palo Alto: Science Behavior Books .



Holman, Peggy and Devane, Tom (1999). The change handbook: Group methods for shaping the future. San Francisco:

Berrett-Koehler .

Childre, Doc and Rozman, Deborah (2003). Transforming anger: The HeartMath solution for letting go of rage, frustration, and irriation. New Harbinger Publications, Inc .

Holman and Devane, ibid .

Rosenberg, Marshall B. (200). Nonviolent communication: A language for life. Encinitas: PuddleDancer Press .

Sweeney, Daimon (200). www.openquestionapproach.org .

the feelings are intense enough, the diligent person may attack the person who embodies the repressed value, sensing the «other» does not belong. In this respect, one could argue the Nazi belief that Jews do not belong in the world body could be an expression of humanity’s shadow. The question is what disowned or repressed part is seeking expression through the projection? The following example illustrates tensions on the psychological/historical level .

The trans-Atlantic slave trade between Africa, Europe and the Americas «was supported by a racist ideology that saw white people as being the most perfectly developed and blacks as being the bottom of the ladder.» This ideology was codified and enforced as an edict by Louis XIV of France in 168, and was adopted in the American territory of Louisiana in 1724. The Code Noir defined slaves as «moveable property» and «people unfit to possess property or contract in their own right.» The legacy of the Code Noir and the slave trade, which brutally removed millions of Africans from their homeland, «is still burdening the descendents of these stolen people, and the continent that was their home»1 .

An example of the lingering burden is the story of Shaquanda Cotton, a 14-year-old African American girl in Texas, USA, arrested for shoving a hall monitor in her school. Convicted in March 2006 of «assault on a public servant,» the judge sentenced Cotton to a prison term of «up to seven years.» Three months earlier, the same judge gave a sentence of probation to a 14-year-old Caucasian girl convicted of arson for burning down her family’s home2 .

Again, the question is what shadow content–what repressed, reviled, and disowned part–seeks expression through the blatant projections of racism. The Positive Opposites diagram can help identify the shadow content .

negative excess (positive value positive value) negative excess inferiority complex “black” “white” superior attitude superstition soul reason analyze to death distrust natural rhythm civilization uptight/formulaic impoverished generous spir materialist decadent/opulent

subservience humility

Abstract

mind rarified

On the psychological/historical level, it appears the same rules inhere in the psyche on every level of complexity, from the psychodynamics of the individual, to the family dynamic, to the global holon and the dynamic of culture. A basic law of psychology is that until a shadow content is de-repressed and integrated into consciousness it is projected3. Thus, to resolve racial tensions in the dynamic of culture requires external adjustments in the social structures and institutions that reflect the historical influence of the Code Noir and slavery, but more significantly, resolution requires identifying and integrating the repressed part–the shadow content–into consciousness. We must ask difficult questions. What part of human nature are we collectively repressing? Why are we repressing it and why are persons of color carrying the projection? Strategically, to resolve cultural and religious tensions we must address issues in both the external and internal realms .

Techniques that have proven effective in relieving tensions on the psychological/historical level include initiatives such as Swamp Gravy (www.swampgravy.com) and the Truth & Reconciliation process developed in South Africa. Again, education is the most powerful tool. Here it is promising to note, in 2006, the U N General Assembly adopted a resolution commemorating the two-hundredth anniversary of the abolition of the trans-Atlantic slave trade. The resolution acknowledges the painful legacy of slavery and urges Member States to develop programs to «educate and inculcate in future generations an understanding of the lessons, history and consequences of the transatlantic slave trade»4 .

III: Mythic/Symbolic Level The mythic/symbolic category involves issues related to story fields, purpose, meaning, identity, role, and archetypal patterning in the dynamic of culture. Story fields are «fields of influence or patterns of dynamic potential that permeate psychosocial space and influence the lives of those connected to them. A story field paints Retrieved in June 2007. http://www.unesco.org/bpi/eng/unescopress/2001/01-91e.shtml Herbert, Bob (2007). School to prison pipeline, The New York Times, reprinted in Truthout, June 9, 2007 .

Jung, C. G. (197-present). The collected works of C. G. Jung. Bollingen Series: Princeton University Press .

United Nations (29 January 2007). Resolution adopted by the General Assembly. A/RES/61/19, 06-497 .

a particular picture of how life is or should be, and shapes the life within its range into its image»1, as the story field of creationism shapes the lives of Christians. The following example illustrates tension on this level .

In May 2007, a Creation Museum opened in Kentucky, USA. The aim of the museum is «to bring Genesis–the first book of the Bible–to life for all ages, and promote the belief that the Earth is less than 10,000 years old»2. According to Ham, the museum founder, the aim is to rebut the scientific story of evolution. «We’re going to show you that we can make sense of the different people groups; we can make sense of fossils; we can make sense of what you see in the world»3. For Christians living in the story field of creationism, «this museum provides a kind of relief: Finally the world is being shown as it really is, without the distortions of secularism and natural selection»4 .

On the opposite side, Dawson, curator at the Carnegie Museum of Natural History says, «Genesis is a tale that was handed down for generations by people who really knew nothing about science, who knew nothing about natural history, and certainly knew nothing about what fossils are». In The God Delusion, Dawkins writes, «Natural selection not only explains the whole of life; it raises our consciousness to the power of science to explain how organized complexity can emerge from simple beginnings without any deliberate guidance»6. Silver claims, «Darwin’s explanation of how and why evolution exists … completely eliminates any role for God in the process»7. Dawkins clarifies, «As a scientist, I am hostile to fundamentalist religion because it actively debouches the scientific enterprise»8 .

The practical ramifications of this tension are tremendous. Polls show about «40% of Americans believe God created man in his present form, sometime in the last 10,000 years»9, and 9% believe world events will unfold in the pattern described in the book of Revelation10. To the extent that such beliefs shape U. S. policies and responses to world events, the story field of creationism is having an effect on the dynamic of culture, which extends far beyond the boundaries of the United States. Opposition between monotheism and secularism, between those who consciously live in conformance with divine law and those who live in conformance with the laws of Nature, is central to the friction between the secular world and the Islamic world11. We live at the interface where worlds intersect, and differences between our story fields is a root source of tensions at this intersection .

Regarding the opposition between evolutionists and creationists, a Positive Opposites diagram might yield the following .

negative excess (positive value positive value) negative excess 2: 3: 4:

zealous creationism evolution dismissive terrorist acts trust/faith proof/evidence blind to soul logic dogma divine law law of nature no meaning exclusive/superiority divine selection natural selection no purpose distrust/devalue body spiritual essence material form attached to object For a person living within the story field of creationism, it would seem a breach of faith to admit the positive value of evolution as a means of defining one’s self, and vice verse. The idea of acknowledging the Atlee, Tom (2007). http://www.co-intelligence.org/StoryFields.html .

Wells, Mathew (11 December 2006). Creation museum pushes ‘true history.’ BBC News .

Ham, Ken (31, July 2006), cited in Lovan, Dylan. High-tech museum brings creationism to life. MSNBC .

Rothstein, Edward (May 24, 2007). Adam and Eve in the land of the dinosaurs, The New York Times .

Dawson, Mary (July 31, 2006). High-tech museum brings creationism to life. MSNBC .

 Dawkins, Richard (2006). The God delusion. New York: Houghton Mifflin Co. p. 116 .

Silver, Lee (2006). Challenging nature: The clash of science and spirituality at the new frontiers of life. New York: HarperCollins,

–  –  –

Moyers, Bill (200). http://www.truthout.org/cgi-bin/artman/exec/view.cgi/38/8664 .

Pallavicini, Shaykh Adb al Wahid (2006). Islam and the western world, Unity and diversity in religion and culture, Vol. 22, International readings on theory, history and philosophy of culture. St. Petersburg, RU: St. Petersburg Branch of the Russian Institute for Cultural Research, pp. 328-331 .

validity of evolution makes creationists feel vulnerable and threatened; as the idea of acknowledging the positive value of creationism makes evolutionists feel vulnerable and threatened. The threat is potential annihilation or loss of identity, and the natural tendency to overcompensate drives both sides into negative excess. Instead of valuing the other and holding the tension of opposites, creationists and evolutionists relate to one other from the extremist positions, which wreaks havoc in the dynamic of culture .

The challenge on the mythic/symbolic level is creating a context that allows each side to see the value of the other. The challenge is multi-dimensional. A story field is an unfolding narrative, and the value of a narrative generally remains invisible until the story develops to the point where the thematic tensions are resolved. Perhaps for humankind to see value of both creationism and evolution, the story of Creation and the story of evolution must unfold a bit further. We keep telling ourselves the two stories are incompatible and irreconcilable, but time may prove us wrong. If resolving cultural and religious tensions on the mythic/symbolic level depends on giving birth to meaning gestating in the womb of time, we have a hand in the delivery but not in the timing .

In addition, for the world to see the positive value of narratives like the history of slavery, racial segregation and integration, these stories must be retold in a way that brings home the positive meaning. This is a difficult and delicate task, because stories such stories touch on aspects of human nature about which we collectively are strongly ambivalent .

Techniques for resolving tensions on the mythic/symbolic level entail cultural narratives. «Often a breakdown within a culture or society occurs because the story has been lost or caught up in the frustration of current events. To renew a person or a culture is to renew, charge, change and deepen their story»1. For example, the story of racism needs to be changed; internally in how people see themselves and others and externally in terms of the structures of society. Specific techniques for changing communally perpetuated stories include exercises such as those used by Houston in her work with community leaders around the world under the auspices of the United Nations Development Program2 .

IV: Unitive/Integral Level The unitive/integral category involves issues related to unity and diversity, integration and differentiation, completion and dissociation, and balance. The world body is comprised of many parts. For the dynamic of culture to be fully enlivened–for the world body to experience its full vitality and completeness–each part must contribute fully. No part can be repressed, disowned, dissociated, split-off, reviled, or subjugated. The question is how can we integrate all parts of the world body into a cohesive whole without sacrificing, negating, or weakening the uniqueness of the separate parts?

Researchers in organizational dynamics and leadership say that a shared vision of the goal3, a vision of what we want to create4, is the key to integration. The lack of alignment with the vision of what we want to

create results in «deep incoherence» in the dynamic of culture. Senge explains:

By focusing on the «purpose story»–the larger explanation of why the organization exists and where it is trying to head–leaders add an additional dimension of meaning. They provide what philosophy calls a «teleological explanation–an understanding of what we are trying to become. When people throughout an organization come to share in a larger sense of purpose, they are united in a common destiny. They have a sense of continuity and identity not achievable in any other way»6 .

Currently, we lack a shared vision of our goal. The challenge is to articulate a purpose story that resonates with all parts of the world body and elicits a sense of common destiny. By definition, such a story cannot enunciate interests endemic to only a portion of the world body, at the exclusion of all the rest, but must divine our most deeply held common interests, hopes, expectations, and aspirations. For example, the vision of what we are working to create cannot affirm the value of creationism, without also affirming the value of science. At this point, it seems most likely an overarching purpose story will develop through an Houston, Jean (n.d). Social artistry fieldbook. Ashland, OR: International Institute of Social Artistry. p. 37 .

Houston, Jean. Houston, Jean (2003). Social artistry, http://www.newhorizons.org/future/houston%202.htm .

Kouzes, James M. and Posner, Barry Z. (2002). Leadership challenge. San Francisco: Jossey-Bass .

Senge, Peter; Scharmer, Otto; Jaworski, Joseph; Flowers, Betty Sue (2004): Presence: human purpose and the field of the future. Cambridge: Society for Organizational Learning .

Jaworski, Joel (1998). Synchronicity: The inner path of leadership. San Francisco: Berrett-Koehler, p. 127 .

 Senge, Peter (1990). The fifth discipline: The art & practice of the learning organization. New York: Doubleday, p. 34 .

–  –  –

Balance is the ability to hold the tension of opposites (2 and 3) in a creative synthesis, without going into negative excess. An advantage on the unitive/integral level is being able to tell when the world body is out of balance and knowing how to remedy the situation. Living in negative excess is like a voice out of pitch. Living one-sidedly, entrenched in extremist positions (1 and 4), produces tension and anxiety and gives rise to patterns in the dynamic of culture that on a vast scale match those described in the Diagnostic and Statistical Manual3 used by psychologists and psychiatrists. Existing patterns in the dynamic of culture replicate the patterns that manifest in individuals in conditions of neurotic inner conflict, dissociation, splitting, and borderline disorder. Primarily, such patterns in the dynamic of culture indicate humankind is out of balance .

Coming into balance requires a new kind of trust. For generations, humankind has worked to control Nature–the medium of life. Now, the challenge is to surrender our controlling attitude. However, the idea of relaxing our hold on reality is very threatening, for in our obedience to reason, we fear if we let-go, the world situation will spiral out-of-control and devolve into anarchy or utter insanity. Fortunately, we have immediate feedback to tell when we find the right balance. Just as the voice when it finds perfect pitch is free of tension, the world body becomes free of tension with creative synthesis. Synchronicities affirm the alignment4 and life takes on a timeless quality, a sense of being in the flow. Objectively, the somatic indicator of the proper balance is that world affairs run smoothly and the symptoms of excessive pressure and tension disappear .

Techniques for resolving tensions on the unitive/integral level require a two-pronged approach involving the external objective and internal subjective realms. Resolution that does not involve both realms cannot endure and be sustained. Thus, for example, efforts to treat the external symptoms of racism, by removing visible signs of systemic imbalance in the justice system, education system, and so on, are doomed to failure unless we also integrate into consciousness the repressed shadow content underlying the subjective projection .

Conclusion

The framework outlined above offers a systematic approach. Houston’s four-level schematic and Mihaloew’s Model of Positive Opposites have proven effective in helping individuals, couples, families, McNiff, Shaun (1998). Trust the process: An artist’s guide to letting go. Boston: Shambhala, p. 31 .

–  –  –

The diagnostic and statistical manual of mental disorders. American Psychiatric Publishing, Inc. http://www.psychiatryonline .

com/referral.aspx .

Jaworski, ibid .

Csikszentmihalyi, Mihaly (1990). Flow: The psychology of optimal experience. New York: HarperCollins .

 and organizations sort through and resolve issues, and have changed the ways people perceive, enter, and handle disputes. While this approach will not work in every configuration of conflict, it brings out an internal layer of understanding needed in order for cultural and religious tensions to dissipate in the dynamic of culture .

Primary challenges to this approach are the skill it takes to encourage conflicting participants to move into deeper areas of reflection rather than staying entrenched, and the ability to recognize and honor participants so impacted by past traumas they simply cannot develop empathy toward their opponents .

Mediators need a multi-partial (not impartial) attitude and respect for the intrinsic value of intransigence as a real and therefore legitimate expression of the unconscious shadow dynamic. Persons who «act-out»

and disrupt the smooth running of society perform the unenviable role of forcing us collectively to notice, examine, accept, and learn to love parts of human nature and the world body that we currently distrust, disown, and repress. Until we integrate such parts into consciousness, cultural and religious tensions will continue to exacerbate the dynamic of culture .

© Skye Burn © Donald Mihalow

–  –  –

ОСНОВА ДЛЯ СНИЖЕНИЯ КУЛЬТУРНОЙ И РЕЛИГИОЗНОЙ НАПРЯЖЕННОСТИ

Авторами предложен текст документа, обеспечивающего основы для снижения культурной и религиозной напряженности. В целях организации коллективного осмысления и систематической работы над основными проблемами документ представляет две модели: четырехуровневую схему, разработанную ведущим консультантом Организации Объединенных Наций г-ном Хьюстоном, которую авторы адаптировали, приложив к динамике культуры, и также адаптированную схему «Модели позитивных противоположностей» Д. Михалою. Этот документ, проиллюстрированный конкретными примерами точек напряженности в сегодняшнем мире, предлагает новый способ понимания и проработки ошибок, совершенных на пути разрешения конфликта в прошлом .

–  –  –

HOW INCREASED RElIgIOuS DIvERSITY AND REvITAlISATION CHANgE THE CONTEXT

OF INTERRElIgIOuS RElATIONS, PEACE buIlDINg AND WORKINg FOR SuSTAINAbIlITY Religious diversity has become a real and present feature of the daily lives of the majority of people living in urban and many rural areas of the world. The global movement of people and cultures has spread many of the world’s religions and new religious movements such that they encounter each other in the marketplaces, businesses and neighbourhoods. While increased religious diversity could have been predicted as an outcome of the increases in migration that happened following World War II and accelerated through the 1980s and 1990s it was not anticipated and certainly was not addressed by social policies designed to accommodate this new diversity due to the secularist biases of many social scientists and policy makers. Increased religious diversity has been a major factor in the current revitalisation of religion felt in many parts of the world. The combination of diversity and revitalisation has profound implications for interreligious relations, peace building and working for sustainability .

Diversity and Revitalisation Increases in religious diversity have been partly responsible for the revitalisation of religion. Where there is no religious difference religion becomes invisible and can be presumed not to make a difference .

Religious diversity arises from two different social processes. First, diversity is produced when religions move to places where they had not previously been in sufficient numbers to be noticed, or felt as present .

Post World War II migration and post-Cold War migration have made many places effectively mult-religious1. For those who had migrated from places where their religion was a dominant majority, as for many Muslims and Buddhists, coming to a place where they were minorities required that they learn who they were and how to present themselves in a new environment not shaped by the assumptions and cultures of their religion2. For example, in Australia, children born to migrants from Muslim majority countries asked their parents, ‘kids at school say I am a Muslim, what is that, dad?’3. The questions of children led some of these parents to establish mosques and schools .

Second, religious difference emerges as a result of processes of internal differentiation within existing religious groups. Religious difference can arise within religious groups as some adherents insist on the enforcement of more strict behavioural norms or the adoption of distinguishing beliefs. While some of this internal differentiation is initiated from within it can also be imported into a group from conflicts occurring within the group elsewhere in the world through the global movement of ideas and people within the organisation who promote them. The spread of strict and political Wahabbist forms of Islam and the parallel spread of puritanical forms of Evangelical Christianity and repressive forms of Judaism are cases in point4. Two of the unanticipated consequences of discussions prompted by attempts to change how one is to practice one’s religion are an enhanced understanding of the faith for those involved in the dispute and increased investment of time and resources in putting faith into practice. In these ways internal diversity and disputation can lead to increased religious belief and practice as well as increased salience of religious identity, including sub-group factional identities .

Increases in religious diversity lead to religious revitalisation in several ways. First, religion becomes a more salient part of a person’s identity. For some people the wearing of symbols or religious dress adopted to declare both identity and depth of commitment. Second, as people encounter others who differ religiously they are challenged to ask what their own religion is. Third, as people who differ religiously discuss their religious differences people become both more informed about the religion of the other and more articulate about their own. Fourth, increased religious diversity has also produced a context for a renewed values discourse as more recently arrived religious groups seek to make their voices heard, as those whose religious convictions lead them to promote or oppose certain social policies and more established groups respond with agendas of inclusion or exclusion. As a result, religion has become a significant force in the development of social policy its implementation. For example, as Muslim minorities work to establish their communities they work to ensure that halal food is available, that burial practices can accord with Bouma Gary The emergence of religious plurality in Australia: A multicultural society // Sociology of Religion. 199. 6 (4) .

P. 28-302; Bouma Gary. Australian Soul: Religion and Spirituality in the 21st Century. Cambridge: Cambridge University Press, 2006; Eck, Diane. A New Religious America: How a “Christian County” Has Become the World’s Most Religiously Diverse Nation. San Franciso: Harper, 2002; Martikainen Tuomas. Immigrant Religions in Local Society: Historical and Contemprorary Perspectives in the city of Turku. Finland: Abo Akedemi Press, 2004; Cahill Des, Gary Bouma, Hass Dellal and Michael Leahey .

Religion, Cultural Diversity and Safeguarding Australia. Canberra: DIMIA, 2004 .

Bouma Gary. Mosques and Muslim Settlement in Australia. Canberra: BIMPR, 1994 .

Bouma Gary. Mosques and Muslim Settlement in Australia. Canberra: BIMPR, 1994 .

Antoun Richard T. Understanding Fundamentalism: Christian, Islamic and Jewish Movements. Walnut Creek, CA:

AltaMira, 2001; Armstrong Karen. The Battle for God. New York: Knopf, 2000 .

Thomas Scott. The Global Resurgence of Religion and the Transformation of International Relations. New York: Palgrave  Macmillan, 200; Bouma Gary. Australian Soul: Religion and Spirituality in the 21st Century. Cambridge: Cambridge University Press, 2006 .

their beliefs, that Islam is respected, and that their children can receive a faith-friendly education1. Some Christian groups seek to reduce abortion, limit the availability of contraceptive and reproductive technologies, and promote their particular view of family. While many in the last decades of the 20th century expected religion and its role in public policy to disappear, the 21st is witnessing a dramatic resurgence of religion in the public domain2 .

Religious Diversity, Revitalisation and Interreligious Relations Religious diversity combined with revitalisation increases the likelihood of interreligious and intrareligious competition and conflict3. In conflict one group seeks the removal of the other from the religious market place, whereas in competition various groups respect each other as providers of religious goods and services. Conflict takes such forms as legislating against the other, preventing the other from building places of worship, preventing the other from recruiting adherents, preventing the other from realising important values, writing the other out of history or discussions of contemporary issues. Competition takes the form of presenting ones goods and services in a more or less free market where persons can choose which, if any, religious and spiritual goods and services they wish. Given the global reality of religious diversity attempts to impose monopolies will require increasing amounts of repression and draconian legislation to succeed .

Religious monopolies are not sustainable in the 21st century. The role of the state is better performed by ensuring that the religious market is open to competition but closed to conflict by promoting respectful interreligious relations. Peace-building requires the careful and balanced management of religious diversity in order to develop the mutual respect that is the foundation of peace4 .

The management of religious diversity takes several forms. No society is completely laissez-faire about things religious. Some states, France and Switzerland for example, take the view that they need to protect their citizens from potential harm, while others, like Australia and The United States prefer to let the market decide what citizens want and need. Some states support religious monopolies, like Britain before the early 19th century, Saudi Arabia, or Spain under Franco. Others, such as Russia, Britain, Italy, Malaysia, and Egypt have laws that explicitly favour one religious group, while permitting others to operate in their territory6 .

The rise of religious diversity both within and between groups raises the possibility of misunderstandings or conflict as some groups seek dominance to inpose their views. This may lead to unproductive relations among religious groups and undermine social cohesion. In this context dialogue may help both to prevent and to reduce the negative consequences of intergroup misunderstanding and hostility. While some religious groups are open to and promote hrmonious interreligious relations, it is more usually the case that these attempts come from organisations outside existing religious groups, including the United Nations. Since the events of September 11 and the rise of counter-terrorism as a primary social policy response governments have taken a greater interest in promoting harmony among religious groups. While much of their activities are directed at Muslims, presenting this group as either having or posing a particular challenge to Western societies, post cold-war religious diversity is much greater than simply Muslims vs the rest. Dialogue among all the religious groups has become essential to building and maintaining social cohesion .

In this religiously diverse context, multi-religious peacebuilding approaches are more likely to produce the community building results that will deliver the enhanced understanding and interweaving networks that lastBouma Gary. Mosques and Muslim Settlement in Australia. Canberra: BIMPR, 1994 .

Thomas Scott. The Global Resurgence of Religion and the Transformation of International Relations. New York: Palgrave Macmillan, 200 .

Stolz Jrg. Salvation Goods and Religious Markets: Integrating Rational Choice and Weberian Perspectives // Social Compass, 2006. 3. 1. P. 13-31 .

Bouma Gary (ed) Managing Religious Diversity: From Threat to Promise. Erskineville NSW: Australian Association for the Study of Religions, 1999 .

Richardson James (ed) Regulating Religion: Case Studies from Around the Globe. New York: Kluwer Academic, 1998;

 Bouma Gary. Australian Soul: Religion and Spirituality in the 21st Century. Cambridge: Cambridge University Press, 2006 .

Shterin Marat and James Richardson. Local laws restricting religions in Russia // Journal of Church and State. 1998. 40 .

P. 319–341; Richardson James (ed) Regulating Religion: Case Studies from Around the Globe. New York: Kluwer Academic, 1998 .

ing harmony requires. Unlike many other approaches to dialogue this approach presumes and values diversity and does not denigrate or try to paper over differences. Our differences are part of the resources we take into dialogue. To focus on what we share as the core of dialogue is a form of the denial of difference. It is easier for groups to focus on non-religious issues and problems such as social justice, poverty, hunger, the environment, than it is to dialogue about matters of faith. While there is much to commend this strategy in getting groups around the table, it fundamentally leaves groups ignorant about each other and not having cleared up misconceptions and myths about each other. A multi-faith peacebuilding approach aims to reduce conflict in part by increase knowledge of the uniqueness of each group and the particular ways each group inculcates universal values – universal because they are essential to the sustainability of any social group .

© Gary D. Bouma

–  –  –

КАК ПОВЫСИТЬ ПОТЕНЦИАЛ РЕЛИГИОЗНОГО

РАЗНООБРАЗИЯ И ВОССТАНОВИТЬ СМЫСЛ МЕЖРЕЛИГИОЗНЫХ ОТНОШЕНИЙ

ВО БЛАГО ПОСТРОЕНИЯ МИРА И УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ

Глобальная миграция после Второй мировой войны, усилившаяся в 80–90-е гг. ХХ в., привела к тому, что большинство людей во всем мире в своей повседневной жизни столкнулись с религиозным многообразием. В свою очередь это стало причиной оживления религиозного сознания во всем мире. Оба процесса имеют важное значение для межрелигиозных отношений, борьбы за мир и устойчивое развитие .

Важно отметить, что религиозные различия являются также результатом внутреннего дифференцирования в пределах существующих религиозных групп: часть сторонников настаивает на либерализации религии, другие, напротив, отстаивают строгое соблюдение религиозных норм .

Глобальное движение идей и людей приводит к тому, что локальные конфликты в пределах религиозных сообществ быстро становятся глобальными – ярким примером этого является движение ваххабитов в исламе .

В результате религия стала существенной силой в процессе развития и реализации социальной политики. Мусульманские меньшинства стремятся сделать доступной пищу халяль, соблюсти похоронные ритуалы, бесплатно дать детям религиозное образование. Христианские общины борются против абортов, противозачаточных средств и репродуктивных технологий. Если в последние десятилетия ХХ в. казалось, что роль религии в общественной политике стремительно сокращается, то начало ХХI столетия отмечено драматическим всплеском религиозного сознания в общественной сфере .

Религиозное разнообразие вместе с оживлением религиозного сознания увеличивают вероятность межрелигиозных и внутрирелигиозных конфликтов, а также конкуренции. Конфликт может принимать формы подписания законов, направленных против одной из религий, препятствования строительству храмов и т. п. Однако религиозные монополии в ХХI в. не жизнеспособны. Роль государства должна заключаться в гарантировании того, что религиозный рынок будет открыт для конкуренции, а межрелигиозные отношения будут основываться на принципах уважения и мирного сосуществования. Обеспечение мира требует осторожного и уравновешенного управления религиозным разнообразием .

Начиная с событий 11 сентября, диалог между всеми религиозными группами стал существенным фактором построения и поддержания социального единства .

Наши различия – это ресурс, который мы используем в диалоге. При этом легче сосредоточиться на нерелигиозных проблемах – типа социального правосудия, бедности, голода, охраны окружающей среды, – чем на обсуждении религиозных противоречий. Мультирелигиозное ми

–  –  –

Intercultural communication, minorities and so on are hotly speaking topics world over. Considering all the meanings of the term «minorities», nearly all of us are a part of some minority. We are fans of a football club, attendees of a theatre and so on .

It looks well, but the relationship among many communities it not without any problems .

Fortunately it is not possible to be equal; therefore we have to accept «different» and to live with «different». I have prepared a short presentation, which deals with situation in my country, but some problems and solutions may be common .

At ethnical level there are three situations:

1. Recent majority was first in the room and minorities came later. There are most of European countries in the situation .

2. Recent majority has settled another country and made turned previous majority to minority (North America, Australia, and New Zealand). Now these minorities claim their rights, which can be seen in many museums, for example The Glenbow museum in Calgary or the Museum Te papa Tongarevo in Wellington .

3. Countries, where is not a leading majority, many African countries (Kenya) .

If we have to live together, we have to know each other! If a politician wants to solve some pressing problems with minorities s/he has to have relevant information. Who or rather what is in charge to provide documentation of societies? Museums .

The museums collections contribute in the final part of museum work in presentation, to the establishment of a collective cultural memory within the context of a social process. It is also museums task to convey it; in so doing, they help to shape our own identity. The problem of museums in relation to minorities is due to the fact that very existence of minorities is still unclarified question for a number of societies, as is evident from attempts to define minorities within the context of some international institutions .

Of course, it needs the radical change of collection-buildings programs. Museums are not a space of some «old good times». They have to enter into pressing recent problems, to be a space of exchange (maybe confrontation) of opinions. Unfortunately, museums do not apply themselves to documenting certain contemporary phenomena in society, such as the question of minorities .

My state was founded in 1918 as a particularly heterogeneous country. A bit leading nation was the so called Czech-Slovak nation, which the Slovak part did not agree with. There were many people from Eastern Europe, therefore both Russian and Ukrainian museum existed in Prague in the time, but it was prohibited topic after 1948.The period of Second World War was very cruel, especially for Jews and Gypsies in my country. The extensive displacement of ethnic groups as a consequence of the Second World War, particularly in the Czech border areas was reflected upon and documented in collections by a number of Czech museums. In my view, insufficiently. Since 1948 to 1989 the history of CzechGermans relationships was described extremely in black and white point of view. The period under the government of communist party was not against presentation of minorities, but only in positive way. The communist regime organized and supported ethnic displacement but, in other hand, did not welcome any public appraisal of such activities, which is theasautarion and presentation programs of memorial institutions. Despite the fact that the so called of documentation of socialisms was a strong task of all memory institutions .

The revolution in 1989 represented a great change in whole situation of Czech nation including museums. After separation of Slovaks in 1992 the Czech room has become one of the most homogenous rooms in whole Europe. But there are many gypsies, people from Vietnamese, Ukrainians, Russian and following the break-up of Czechoslovakia in 1992 a new ethnic minorities –Slovakians. These developments have hardly been reflected upon by memorial institutions in my country. The position of each minority in my country is particularly different. The first Vietnamese immigrants to come to Czechoslovakia were individuals or orphans of wars. In the next phase, these people came to Czechoslovakia most frequently on the basis of Economic and scientific research agreements. After 1989 they took advantage of the new social conditions and began to trade and engage in business activities. Their influence can be felt on the life of society, they are hard working, but as whom they feel themselves?

On the other hands, the gipsy minority is really visible, many times in negative way .

We should find an optimal approach to be taken by museums and galleries vis--vis minorities general .

What has to be kept in mind above all, however, is the right of minorities to their own viewpoints and to their own perceptions of the concepts of museum .

We will have to guard against our own ethnocentric attitudes and to admit that these concept may mean something diametrically opposite .

If at all reflected in the collection-building and presentation activities of Czech memorial institutions, is dealt with solely on an ethnic level. But the problem should involve also a wide range religious, cultural and social minorities .

Despite these problems and questions, there is no reason to fear or to completely turn down documentation of minorities. The task is not only a domain of national or specialized museums but should also involve regional and local museums. Organizations with nationwide scope- The museums of Romani (gypsy) culture in Brno, the Jewish Museum in Prague may be in a position to provide specialist advice in this area. We can but hope that, once the documentation of ethnic minority expressions has been expanded and broadened in the collection and exhibition programs of museums and galleries in the Czech republic and once a shift has been made in the methodology for these activities, appropriate attention will also be given to the minorities that have up until now remained «invisible» that is, religious, cultural a social minorities and marginalized groups, such Muslims, Jehovah’s witnesses, drug addicts, homosexuals, people with AIDS, the homeless, unemployed and destitute, among many others .

The intercultural communication is going to be a complicated problem and it looks like a never-ending problem. I do not thing the museums are able to solve it but they could and should to help with dealing with it .

© Jan Dolak

–  –  –

МЕЖКУЛЬТУРНАЯ КОММУНИКАЦИЯ

И РОЛЬ МУЗЕЕВ В НЕЙ

Межкультурная коммуникация, проблемы меньшинств и тому подобное – сегодня самые горячо обсуждаемые темы во всем мире. Учитывая все значения понятия «меньшинства», почти каждый из нас является представителем того или иного меньшинства. Мы – болельщики футбольного клуба, посетители театра и так далее. Отношения между многими сообществами отнюдь не безоблачны. К счастью, быть «равным» просто невозможно: поэтому мы должны принять «Разных», научиться сосуществовать с «Другими» .

Автор подготовил короткую презентацию, которая связана с ситуацией в его стране (Чехия), однако некоторые проблемы и решения он относит к категории общих и для других стран мира .

Этнический уровень может быть представлен тремя ситуациями:

1. Современное большинство как будто всегда присутствовало, а меньшинство появилось позже. Это – общая ситуация для большинства европейских стран .

2. Современное большинство осело в другой стране и сделало коренное большинство меньшинством (Северная Америка, Австралия и Новая Зеландия). Теперь эти меньшинства отстаивают свои права, о которых свидетельствуют многие музеи, как, например, Музей Glenbow в Калгари или Музей Te papa Tongarevo в Уэллингтоне .

3. Страны, где нет преобладающего большинства, многие африканские страны (Кения) .

Если мы должны жить вместе, мы должны знать друг друга! Если политический деятель хочет разрешить какие-то насущные проблемы с меньшинствами, у него должна быть вся важная информация. Кто или даже что уполномочено обеспечивать документацию такого рода? Музеи .

Музейные коллекции вносят вклад в заключительную часть работы музея – в презентацию, в установление коллективной культурной памяти в контексте общественного процесса. Задача музеев заключается также в передаче этой памяти, и этот процесс помогает нам формировать нашу собственную идентичность. Задача музеев по отношению к меньшинствам связана и с тем фактом, что само существование меньшинств для многих обществ до сих пор не вполне очевидно, и об этом красноречиво свидетельствуют определения сообществ в контексте ряда международных организаций .

Конечно, программы по формированию коллекций нуждаются в радикальных изменениях .

Музей – это не хранилище «старых добрых времен». Он должен принять насущные проблемы нашего дня, стать пространством обмена (возможно, конфронтации) мнений. К сожалению, музеи сами не стремятся участвовать в документировании ряда современных общественных явлений,таких как, например, проблемы меньшинств .

Мое государство было основано в 1918 г., и его этнический состав был весьма неоднородным .

В какой-то мере преобладающей нацией были так называемые чехословаки, причем словацкая часть не принимала этого понятия. Было множество людей из Восточной Европы, поэтому в то время в Праге существовал и Русский, и Украинский музеи, но после 1948 г. эта тема была закрыта. В моей стране период Второй мировой войны был особенно жестоким для евреев и цыган. Массовые переселения этнических групп как следствие Второй мировой войны, особенно в чешских приграничных областях, были отмечены и документально подтверждены собраниями многих чешских музеев. Но, на мой взгляд, все же недостаточно. С 1948 по 1989 г. история чешско-немецких отношений писалась исключительно черными или белыми красками. В период правления коммунистической партии представление культуры меньшинств не возбранялось, но оно должно было быть в позитивном ключе. Коммунистический режим, поддерживая и организуя этническое переселение, отнюдь не приветствовал появление какой-то общественной оценки этой политики, несмотря на тот факт, что так называемая социалистическая документация стала одной из главных функций всех институций памяти .

Революция 1989 г. привела к большим переменам, касающимся чешской нации, в том числе и в сфере музеев. После отделения словаков в 1992 г. Чехия стала одной из самых гомогенных в национальном отношении стран в Европе. В ней живет много цыган, вьетнамцев, украинцев, русских, к тому же после распада Чехословакии в 1992 г. появилось новое этническое меньшинство – словаки .

Эти события в моей стране едва ли были отмечены учреждениями памяти. У каждого меньшинства в Чехии особая позиция. Первыми иммигрантами в Чехословакию были вьетнамцы, отдельные люди или сироты войны. Позднее эти люди стали чаще приезжать в Чехословакию на основании соглашений об экономических или научных исследованиях. После 1989 г. они воспользовались новыми общественными условиями, чтобы открыть свое дело, начать торговлю, завести бизнес. Их присутствие ощутимо в жизни общества, они усердно работают, но кем они сами себя ощущают?

С другой стороны, цыганское меньшинство действительно заметно, причем чаще в негативном смысле .

Нам нужно найти оптимальный подход, который музеи и галереи могли бы применить по отношению к основным меньшинствам. И о чем никогда не следует забывать, так это о праве меньшинств на свою собственную точку зрения и собственное восприятие музейной деятельности .

Мы должны бдительно сдерживать собственное этноцентричное поведение и принять тот факт, что понимание меньшинств может быть диаметрально противоположным нашему .

Если меньшинства и оказывают какое-то влияние на выставочную и фондовую деятельность чешских музеев, то это происходит исключительно на этническом уровне. Тогда как необходимо, чтобы в проблему включались также многочисленные религиозные, культурные и социальные меньшинства .

Несмотря на эти проблемы и вопросы, нет никакой причины для страха или замалчивания документации меньшинств. И это задача не только национальных или специализированных музеев, к ее решению должны подключаться и региональные, местные музеи. Организации с общенациональными целями – Музей романской (цыганской) культуры в Брно, Еврейский музей в Праге могут играть роль экспертов в этой сфере. Нам остается надеяться, что если документация истории этнических меньшинств однажды распространится и пустит корни в коллекциях и выставочных программах в музеях и галереях Чешской республики, и, стало быть, если в методологии этой деятельности произойдет некий скачок, то в скором времени должное внимание будет уделено и таким меньшинствам, которые прежде оставались почти «невидимыми», как, например, религиозные, культурные и общественные меньшинства или маргинальные группы в нашей стране (мусульмане, свидетели Иеговы, наркоманы, гомосексуалисты, больные СПИДом, бомжи, безработные, нищие и многие другие) .

Межкультурная коммуникация – это комплексная проблема, и, похоже, – это проблема бесконечная. Я не думаю, что музеи смогут решить ее, но они могли бы и должны помогать работать с ней .

–  –  –

Our time is «a time of intense expectations, of striving, of hope and uncertainty»1. In spite of all scientific, technological, economic developments, the bio-diversity of our environment and cultural diversity of our modern societies are vulnerable and fragile then ever. In fact, as Jung underlines earlier that «a mood of universal destruction and renewal… has set its mark on our age. This mood makes itself felt everywhere, politically, socially, and philosophically. We are living in what the Greeks called the kairos – the right moment – for a «metamorphosis of the gods,» of the fundamental principles and symbols. This peculiarity of our time, which is certainly not of our conscious choosing, is the expression of the unconscious [person] within us who is changing. Coming generations will have to take account of this momentous transformation if humanity is not to destroy itself through the might of its own technology and science… So much is at stake and so much depends on the psychological constitution of modern [humans]»2. Therefore, to create and maintain a tolerant and sustainable human society, it is the time to re-think our perception of world, ourselves, and the «other»

from anew. While trying our best to preserve and protect biodiversity in the name of environmentalism and for the well-being of the whole eco-system, we can not neglect the phenomenon of the cultural and religious diversity. In other words, new visions are needed to understand the whole and re-organize our relationship in sustainable way. Otherwise, our well being cannot be secured and sustained at the cost of others .

Tarans R.. The Passion of the Western Mind, Ballantine, 1991 .

Jung Carl G., “The Undiscovered Self”, in Collected Works of Carl Gustav Jung, vol. 10, translated by R.F.C. Hull, edited by H. Read et al., Princeton University Press, 1970 .

To do this, a dialogue education, which shifts the focus of education from what the teacher says to what the learner does, from learner passivity to learners as active participants in the dialogue that leads to learning is needed1. Here, learners include the members of multicultural society of modern world. The hallmark of dialogue education is its respect for «others». Moreover, it «views learners as subjects in their own learning and honors central principles such as mutual respect and open communication»2. If we borrow OECD’s concept, «the learners of new millennium» are invited to actively engage with the content being learned rather than being dependent on the educator for learning. Ideas are presented to learners as open questions to be reflected on and integrated into the learner’s own context3. As it seems, the model which is used by ideologies of 20th century and nation states, which is described by Anderson as «imagined communities» replaced with a new philosophy of education4 .

The ideological and traditional education was a monologue approach which views «learners as empty vessels ready for teachers to deposit [ready made and unquestionable] information» to be memorized first and then applied. However, this concept of education began to change in recent decades as a result of globalization. If we remember the late Albert Einstein’s well-known motto «the significant problems we face cannot be solved at the same level of thinking we were at when we created them». So, we need new philosophy of education, new imaginations and mind sets, which are different from the old one .

If we are living in an ever globalized and interconnected village, dialogue among member of different religions, cultures, and civilizations becomes a global imperative. Interestingly, Karen Armstrong calls the same phenomenon as the «imperative to learn». «We’ve got to know more about each other’s religions so we don’t harbor distorted, inaccurate images.» So, education emerges as the key theme for understanding, dialogue, and a tolerant society. This is why, many countries revising and reforming their education system which were drafted in a different epoch .

UNESCO underlines that through dialogue education and «international cooperation, efforts will need to be intensified to portray and instill a positive meaning of tolerance as bedrock for a culture of peace, in the fight against racism and discriminations of all sorts, and to help prevent the outbreak of conflicts in various fields». To realize and implement this understanding among members states UNESCO continues to promote a culture of peace in various ways and through all its major programmers’. Relevant activities, for example, include «the dialogue among civilizations, cultures and peoples aimed at re-defining the logic, purpose and modalities of such dialogue; the promotion of quality education, reform of curricula and revision of school textbooks and materials .

The 20th century will be remembered by many as the age of science, reason, and rationality and as a result the incompatibility of science and religion/faith. In Huston Smith’s words, one of the world’s leading religion scholars, 20th century was «a world has been seduced by secularism, science and greed» (Smith, 200). However, observing «the intense and constructive dialogue between science and religion during last two decades» (Clayton, «On God and Physics»), we can assume that the 21st century will be remembered as an age of dialogue between science and religion; between different religions, faiths, and traditions .

Now, looking back to the last century, both scientists and religious leaders are more humble, critical of their own traditions [paradigms] and more inclusive then ever. Carl Sagan, the well known scientist, for example, is good example when he declared with his collogues in Moscow in 1990, that «any efforts to safeguard and cherish the environment need to be infused with a vision of the sacred» .

Although some great minds of the modern times, such as Marx, Darwin, Freud, Russell and others told us that religion would disappear and replaced with scientific worldview in the future, it is still with Global Learning Partners (2006) What is Dialogue Education?/Switch the Focus!. Retrieved November 9, 2006 (http:// en.wikipedia.org/wiki/Dialogue_education) .

Vella J. Dialogue education at work: A case book. San Francisco: Jossey-Bass, 2004 .

Vella J. Dialogue education at work: A case book. San Francisco: Jossey-Bass, 20044 Vella J. Learning to Listen, Learning to Teach: The Power of Dialogue in Educating Adults. (2nd ed.) San Francisco: Jossey-Bass, 2002 .

Anderson Benedict. Imagined Communities: Reflections on the Origin and Spread of Nationalism. London: Verso, 1983 .

Vella J. Dialogue education at work: A case book. San Francisco: Jossey-Bass, 2004 .

 UNESCO: http://unesdoc.unesco.org/images/0015/001516/151699E.pdf.; UNESCO; Universal Declaration on Cultural Diversity, http://www.ohchr.org/english/law/diversity.htm Sagan Carl. The Moscow Plan of Action of the Global Forum on Environment and Development for Human Survival, Jan. 1990 (final draft), 9 .

us and at core of world politics. Just look at current major events in the world; they are either religious or have religious implications and connotations. So, we have to study the religious and multi-religious phenomenon from a new perspective and change our modern and negative conception of religion as a primitive way of thinking. Understanding the vital role of education in the development of an inter-cultural and inter-confessional dialogue, let me summarize what we have been undertaking in my country to respond to new challenges of globalized world though educational revolution in recent years .

First, the very centralized educational system, which has approximately 14 million students and six hundred thousand teachers all connected to the center, began to be decentralized. Moreover, privatization of education encouraged and NGOs supported to be an active partner in our new educational system in the spirit of Council of Europe, EU, and Dakar Declaration .

Second, to foster «a positive meaning of tolerance as bedrock for a culture of peace» the former curricula, which was teacher centered and one way learning radically reformed; school textbooks revised the and as result of all these new developments in education and the quality education is developed. In this process, any information and stereotype which is not in accord with a sense of pluralistic and diverse society have been eliminated and taken out from the textbooks. Moreover, history books revised and any piece of information, which may dismay others and especially our neighbor sates in the spirit of Council of Europe’s project on teaching history removed. Therefore, this project can be seen as a good example for the intercultural and religious dialogue that we need nowadays more than ever. The success of any project on multiculturalism and tolerance which does not start with the education of children and young generation is very dubious and unlikely for success .

Third, as a part of these changes, chapters on democratic values, democratic citizenship, human rights, and intercultural dialogue included and permeated into our new curriculum .

Fourth, the training our teachers have been organized and realized with cooperation of experts from the Council of Europe, World Bank and others. They are introduced to new developments in education theory, the diverse nature of globalized world and understand the dialogue education .

Last but not least, we included Russian and Chinese languages as second langue in some schools. If the young generation will establish bridges of understanding and cooperation in the multicultural world of the future, we need better and effective communication; cooperation; open minds, awareness of the effects of prejudice and self-fulfilling, and mutual respect .

Therefore, I do believe that the Intercultural education and defense of cultural diversity is an ethical imperative, inseparable from respect for human dignity. It implies a commitment to human rights and fundamental freedoms, in particular the rights of persons belonging to minorities and those of indigenous peoples .

I am utterly convinced that in our globalized world we have much to offer to each other and more importantly we have much to do together. I am delighted that the dialogue has begun, here and elsewhere .

But we shall need to work harder to understand each other, to drain out any poison between us, and to lay the ghost of suspicion and fear. I mean we have to get rid of the prejudices we inherited from the Middle Ages as well as cold world era .

In today’s global world where the lines between East and West, between «us» and «them», and among Jews, Christian and Muslim are no longer clearly defined thanks to the development of mass communications and global mobility, the need to engage in dialogue – with other cultures, with other people, and with other religions – is even more urgent than in the past if peaceful co-existence and dialogue are to prevail over confrontation and conflict1 .

To sum up, today new mindsets and visions are needed to overcome or at least to minimize the present problems and conflicts of a multicultural society. It seems that education is the key for meaningful dialogue and co-existence .

© brahim zdemir Mortensen Viggo. Globalization, Global Ethics And Interreligious Dialogue In A Multireligious Context: http://www.teo .

–  –  –

Статья посвящена проблеме взаимоотношений культуры и религии в ХХI веке. Особый характер этому процессу придает глобализация, выступающая как императив жизни всех цивилизаций. По мнению автора, ХХ век стал веком науки, разума и рациональности, что значительно ослабило противостояние науки и веры. Сегодня наука и религия более открыты диалогу друг с другом. В этом диалоге особенно важная роль отводится образованию, которое постоянно обогащается серьезными методологическими разработками и более совершенными программами обучения. Автор комментирует данные процессы на примере Турции .

Историческая практика показывает, что сегодня в стране активно развивается процесс децентрализации системы образования. В статье затрагиваются проблемы платного образования. По мнению автора, приватизация в образовании способствует развитию толерантности как основы культуры мира и поднимает образование на новый качественный уровень. Развивается система межкультурного и поликультурного образования. В некоторых школах наряду с другими языками изучаются русский и китайский языки, что в будущем будет способствовать успешной коммуникации молодежи, сотрудничеству и взаимопониманию .

Достижению диалога между разными культурами, разными людьми и разными религиями и мирному сосуществованию способствует развитие образования .

–  –  –

ИДЕНТИЧНОСТЬ И ДИАЛОГ КУЛЬТУР

В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Мир в наши дни слишком сложен, чтобы можно было его объяснить с позиций какой-либо одной культуры, системы ценностей или идеологии. Современный мир – это не монолог одной цивилизационной системы, а диалог совершенно различных, глубоко уникальных систем культуры. И диалог этот непрост в силу разностей, культурного и религиозного противостояния, разбалансированности экологического равновесия в эпоху глобализации .

Тем не менее ценность глобализации как современной формы мировой цивилизации заключается в том, что, вопреки всем видам разобщения и кризиса человеческого рода, она утверждает и объективное существование его единства – единства исторических судеб, единства с природой, единства мирохозяйственных связей и взаимозависимости политических процессов, науки, техники и культуры. Выход из этого кризиса банален и прост – доверие, понимание и взаимодействие .

В Международной конференции ЮНЕСКО «Идентичность и диалог культур в эпоху глобализации», которую мы организовали в конце августа 2007 г. в Кыргызстане участвовали представители одиннадцати стран Азии и Европы. Мы постарались вместе искать ответы на вопрос: что ведет к доверию, пониманию и взаимодействию как результату диалога?

На конференции обсуждались следующие проблемы:

– формирование культуры диалога и диалога культур;

– совместимость этнокультурных традиций и инноваций;

– кризис идентичности и диалог культур;

– условия складывания евразийской идентичности;

– мораль и политическая элита;

– формирование новой политической культуры;

– диалог общества и власти;

– управление культурным разнообразием в полиэтническом, поликонфессиональном обществе;

– стратегические приоритеты культурной политики;

– культурный, научный диалог и их роль в современной системе образования .

Местом проведения конференции не случайно был выбран Кыргызстан, Иссык-Куль. Если взглянуть на планету с космических высот, можно увидеть, как Евразийский континент смотрит на Вселенную голубым Иссык-Кульским оком.

Эта земля была свидетелем крупнейших исторических событий: переселение народов, социальные катаклизмы, смена религиозных верований:

тенгрианство, зороастризм, манихейство, буддизм, христианство и мусульманство. Здесь проходил Великий Шелковый путь – живой нерв, связывавший Европу и Азию и воплотивший в себе веяния различных культур и цивилизаций .

В течение пяти тысячелетий он был не просто дорогой, по которой караваны возили товар из Китая в Центральную Азию, Рим, Европу и обратно, вплоть до Японии. Это был путь, охватывавший много культур, которые не доминировали одна над другой, а были равновелики и взаимополезны. Рынки были сердцами больших городов, где звучало многообразие языков: фарси, греческий, китайский, японский и др. Буддизм с Востока дошел до Европы, а христианство достигло Китая. В архитектуре, во всех видах творчества, искусствах был расцвет; богатые люди поддерживали художников, поэтов, музыкантов. Вместе с товарами продвигались прогрессивные идеи философов, ученых. Шелковый путь имел то, что было интересно и взаимовыгодно всем, на этом основаны и развиваются торговля, ремесла, культура. Все эти масштабные социокультурные явления оставили заметный след в социальной памяти и бытийной философии народов Кыргызстана, оседло-кочевая культура носит синкретический характер и отличается особой толерантностью .

Прошедшая история войн и насилия должна смениться в эпоху глобализации Эрой этики .

Эта и другие мысли, высказанные в юрточном лагере «Планетарное око», стали весьма ценным обретением Иссык-Кульской конференции:

– Эра этики должна пронизывать все сферы: противостоять насилию в международных экономических, политических отношениях, в жизни конкретного общества, государства, социума, семьи. В системе образования – способствовать толерантности формирующейся личности. Примером вхождения в новое время, в эру этики, может служить Турция, которая повернула свой девиз от конфронтации к толерантности, перенеся в учебниках акцент с войн на благожелательность и добрососедство .

– Шелковый путь может стать примером и возродиться на новом пространстве в условиях глобализации. Объективный процесс глобализации необходимо принять (нравится это кому-то или нет), чтобы не быть проигравшим. Для возрождения Великого Шелкового пути нам всем нужна открытость ума, обмен прогрессивными, взаимоинтересными идеями, развивающими культуры;

необходимо строить отношения друг с другом на равных и экономически, и политически, не скатываясь в изоляционизм и ксенофобию .

– Цивилизация – это продукт культуры, создавшейся в неприродной среде. Действуя универсально-упрощенно и удовлетворяя лишь материальные потребности людей, цивилизация стала антиподом культуры, которая, как известно, ориентирована на развитие сущностных сил личности и выражает ценности общества. Природа отвернулась от цивилизации, разрушающей экосферу. И если человек не восстановит равновесие между экосферой и ноосферой, тогда уже не будут нужны ни культура, ни диалог, ни религия .

– Диалог возможен тогда, когда сохраняется равенство отношений как главное условие диалога при существовании универсальной, альтернативной идеи. Диалог – это не разговор двоих, это «кросс» посредством слова. Так, например, господство, подчинение, манипулирование, подражание – это не диалог. Общение и коммуникация тоже еще не диалог. В основе истинного диалога в силу духовной общности лежат чувства эмпатии, уважения и признания за человеком его внутреннего мира, его мнения. Важно общаться на уровне внутренних интуиций, «фокуса человечности», сострадания, сочувствия, дар сострадания нужно растить смолоду, включив в школьные, вузовские программы специальный курс, дисциплину, формирующие человечность в человеке. Этическую эру надо созидать, само по себе ничего не бывает .

– Столкновение – это не обязательно конфликт, это может быть симбиоз, способ взаимодействия. Через столкновение происходит диалектическое развитие. Сочетание вызовов глобализации и сохранение традиций, культурного наследия народов возможно в случае формирования культуры диалога между странами, народами и цивилизациями. Этнические культуры могут способствовать становлению новой культуры диалога, так как именно они хранят в себе живую нить традиции диалогического общения и устойчивого взаимодействия с природой .

На конференции особое внимание было уделено проблематике евразийской идентичности .

Образовавшиеся после распада Советского Союза новые независимые государства (СНГ) имеют схожие черты ментальности, оставшиеся в наследство от общей истории. Нецелесообразно отбрасывать богатый опыт совместного проживания. Его необходимо использовать для осуществления в будущем евразийской гуманитарной и экономической интеграции. Эта идея, впервые высказанная президентом Казахстана Н. Назарбаевым, оказалась подхваченной многими странами, что свидетельствует о ее значительном потенциале и наличии объективной необходимости в евразийской интеграции, формировании единой евразийской идентичности .

Современной тенденции «моноцентричной» (западной) глобализации возможно противопоставить региональную евразийскую интеграцию, цели которой могут быть приближены к целям

Евросоюза. Для воссоздания региональной евразийской общности сегодня есть все предпосылки:

единый язык (русский), обеспечивающий сохранение и функционирование единого гуманитарного пространства, общее историческое прошлое, сходство социокультурных ценностей и менталитетов, способствующая взаимодействию география, а также общие геополитические и экономические интересы. Не самоизоляция народов, а диалог культур и сообществ является необходимым условием социального прогресса и сохранения культурного разнообразия на пространстве Евразии .

Сегодня в мире наблюдается кризис различных видов социальной и личностной идентичностей. В странах СНГ особо ощутим кризис гражданской идентичности. Постсоветские страны находятся в стадии становления, поиска новой идентичности, которая соответствовала бы сегодняшним реалиям. От успешности этого поиска зависит, состоится ли в будущем то или иное государство как государство или нет. Ни одно государство не может успешно развиваться без постановки четко определенных целей и без наличия общегражданской идентичности, которая объединяет и сплачивает граждан в единый народ. При этом идентификационный проект современности должен быть ориентирован не на прошлое, а на будущее .

Всякая культура для своего развития должна ощущать влияние и вливание других культур .

Для этого необходимо изменить культурную политику, которая должна быть направлена на свободное развитие этнических культур и межкультурного диалога. ЮНЕСКО имеет хороший опыт разработки международных документов по культурному разнообразию в единстве национальных традиций и инноваций, который, к сожалению, не внедряется в достаточной мере странами в своей практике управления культурой .

В этом отношении интересен опыт ряда западных стран, которые руководствуются в управлении этнокультурным многообразием идеей и практикой мультикультурализма, позволяющего учитывать стремление к этнокультурному самовыражению всех участвующих сторон. Сегодня необходимо добиваться, чтобы мультикультурализм был положен в основу государственной политики всех стран мира. Только в этом случае возможно создание общей идеи, единого социокультурного ядра, которое объединило бы граждан всего мира вне зависимости от их этнической или религиозной принадлежности .

Помимо мультикультурализма в культурной политике государств Центральной Азии и СНГ были определены следующие приоритеты:

– демократизация и децентрализация культурной политики;

– создание общегражданской идентичности;

– стимулирование освоения достижений мировой культуры;

– гармонизация взаимоотношений общества и природы;

– признание культурной сложности на уровне отдельного человека; соблюдение принципа культурной свободы: «предоставление индивидам права жить и существовать в соответствии с собственным выбором, имея реальную возможность оценить другие варианты»;

– укрепление социальной стабильности и гуманитарной безопасности в стране и регионе;

– обеспечение модернизации страны в единстве национальных традиций и инноваций;

– создание и укрепление позитивного имиджа страны на международной арене;

– оценка экономической целесообразности и социально-экономической эффективности культурных проектов .

Политика, направленная на участие в культурном строительстве всех граждан, является гарантией социальной сплоченности и межнационального мира. Культурное разнообразие расширяет возможности человеческого и социального потенциала для самовыражения, созидания и инноваций, а также для поддержания мира и согласия в обществе .

Неоценима роль образования в пропаганде культурного разнообразия и формирования культуры диалога. Вся система образования от начального до высшего должна быть ориентирована на изучение и понимание других народов, культур, религий. Образовательные программы необходимо адаптировать к выполнению этой задачи.

Назрела настоятельная необходимость в создании специальных образовательных программ, которые были бы:

– направлены на глубокое изучение истории и культур народов своей страны и других народов мира;

– позволяли избавляться от негативных представлений друг о друге;

– обучали межкультурному общению; способствовали освоению практики благожелательного и открытого добрососедства .

Диалогическое сознание зависит от уровня духовной культуры людей. Оно формируется в конкретном взаимоуважительном общении представителей разных культур и народов, в познании культурной специфики каждого народа, обретении межкультурной компетентности .

На Иссык-Кульской конференции были приняты предложения, внесшие определенный вклад в теорию и практику диалога:

1. Необходимость диалогического взаимодействия народов и их культур следует обсуждать не только ученым, экспертам, но и политикам, принимающим решения. Нужно успеть не только сказать, но и сделать шаг от слова к действию .

2. Человечество две тысячи лет критиковало традицию, стремясь к новизне, инновации, современности (modernity), глобализации. Сегодня критикуется глобализация, а традиция превозносится. Необходимо выявить баланс между ними: отобрать положительное и отбросить отжившее и негативное. Ученые должны заботиться об адекватном понимании феномена культуры в контексте традиции и современности и о широком распространении этого понимания .

3. Необходимо разработать общие подходы в культурологии, социологии, политологии и других гуманитарных науках, в определении базовых понятий, таких как «культура», «мультикультурализм», «цивилизация», «диалог», «глобализация», «нация» и др., с целью лучшего взаимопонимания как внутри научного сообщества, так и между учеными и политиками, принимающими решения. Назрела необходимость в выработке единой методологии исследования и обобщении когнитивного опыта в отношении перечисленных понятий и явлений .

4. Целесообразно провести сравнительный анализ социокультурных процессов в Центральной Азии, Евразии для выявления того общего, что сближает народы и культуры данных регионов: образ жизни, ценностные ориентации и т. п .

. Провести совместное социально-психологическое исследование ученых разных стран по проблематике конференции: «Идентичность и диалог культур в эпоху глобализации» с акцентом на развитие идеи мультикультурализма, культурной идентификации личности и др .

6. Странам Евразии рассмотреть возможность создания Евразийского научного культурологического общества с отделениями в каждой стране .

7. Необходимо разрабатывать специальные образовательные и просветительские программы для мигрантов (и диаспор), способствующие их адаптации к социокультурной среде принимающей страны .

18

8. Рекомендовать каждой стране Центральной Азии и СНГ создать Общественные советы по культуре, которые занимались бы поддержкой культурных программ и организаций, культурной политикой и культурным обменом между странами .

9. Пропагандировать культурную политику, направленную на сохранение духовных традиций народов, решающую современные проблемы развития культуры и активно включающую культуру в процессы гармонизации взаимоотношений общества и природы .

10. Способствовать развитию образовательных программ, ориентированных на изучение культур, традиций, языков, религий своего и других народов. Основа взаимопонимания между народами не в восхвалении своих ценностей, а в знании своей и чужой культур .

11. Предложить ЮНЕСКО одобрить инициативу участников конференции по созданию авторского коллектива для написания серии книг или учебников «Летопись мира», в которой бы речь шла о творческой деятельности народов и выдающихся людей науки и искусства в области мирного культурного строительства и которая бы формировала отношение к диалогу как к необходимому процессу во всех сферах жизни .

12. Рекомендовать ЮНЕСКО обратиться в ООН с предложением к странам-участницам использовать и развивать в своей политике такое направление, как диалог между культурами и народами в интересах устойчивого развития в соответствии с Политической Декларацией ООН, принятой на саммите в Йоханнесбурге в 2002 г .

13. Обратить внимание на то, что диалог – особая, исключительная форма взаимодействия, для достижения которой необходима большая и сложная работа. Важным условием диалога является развитие сознания его участников. Путь решения этой проблемы – повышение уровня кросскультурной грамотности народа и углубление чувства причастности к своим этно-культурным традициям .

14. Предложить ЮНЕСКО в рамках полномочий организации способствовать открытию доступа к культурным ценностям, являющимся общим достоянием всех народов Центральной Азии и СНГ, Востока и Запада, Севера и Юга, для того чтобы мог осуществляться широкий открытый культурный обмен, межкультурное просветительство .

1. Деятелям культуры, ученым, экспертам в области культуры стран Евразии создать электронную версию «Каталога наиболее выдающихся культурных достижений народов Евразии»

для популяризации культурных ценностей региона. Разместить данный «Каталог» на имеющийся web portal «Центральноазиатская платформа по межкультурному диалогу», который будет открыт для всех регионов и стран .

16. Диалогическое сознание зависит от уровня духовной культуры людей. Оно формируется в конкретном взаимоуважительном общении представителей разных культур и народов, в познании культурной специфики каждого народа, обретении межкультурной компетентности .

Пути диалога культур, в конечном счете, реализуются в людях. Диалог начинается между людьми, в живом общении.

Участники предлагают посвятить следующую конференцию теме:

«От доминанты политики – к доминанте культуры» .

Как модель единства народов на земле, как образ ковчега на берегу Иссык-Куля, были сооружены самая большая в мире Хан-юрта (конференц-зал на 10–200 чел.) и множество юрт вокруг нее, где купол единого неба отражены в простой и изящной кочевой архитектуре жилища номадов. Величественный вид Тянь-Шанских гор, окружающих Иссык-Куль, символизирующих простор и пространство, юрта-ковчег сплотили всех участников конференции в одном устремлении – желании слышать друг друга и вместе с этим – живые звуки классической и этнической музыки, музыки земли и воды, великолепной, величественной природы. Этот диалог разноязыких представителей Запада и Востока состоялся, и он стал, выражаясь словами А. Сент-Экзюпери, настоящей большой роскошью – роскошью человеческого общения .

© Токтосунова А .

–  –  –

The modern world is not a monologue of only one civilizational system; it is dialogue of different, unique and sometimes opposite cultural systems. This dialogue is not easy because of differences, cultural and religious confrontations, and misbalances of ecological balance in the epoch of globalization .

Globalization generates inequality leading to economic and political instability, but it can lead not only to leveling of cultures, it can also become the basis for the development of wealth and dialogue of cultures, harmonization of relations between societies and nature aimed at sustainable development .

The way out of the crisis of globalization is banal and simple – it lies in mutual trust, understanding and interaction .

At the UNESCO International conference «Identity and Dialogue of Cultures in the Context of Globalization» held in Kyrgyzstan at the end of August 2007 we all together sought answers to the question:

what leads to mutual trust, understanding and interaction as a result of a dialogue?

Intercultural, interethnic and inter-religious dialogue, cultural diversity and competent cultural policies increase human and social potential for self-expression, creation and innovations, as well as for peace and harmony in societies. What is important – not only to speak about it, but to implement it practically .

–  –  –

L’orthodoxie russe est concerne par la recherche des fondements thologiques, culturels et humanitaires de son enseignement social1. Aprs tant d’annes de rpression, elle cherche renforcer son identit, ce qui est lgitime .

Sur l’chiquier religieux et politique, la suite des transformations majeures opres partir de 1989, l’orthodoxie semblait au dbut perdante, ce qui a dclench un mouvement de repli et provoqu des divisions. La Lors de son Concile dans la cathdrale du Christ-Sauveur Moscou, les 13-16 aot 2000, l’Eglise russe a adopt le document intitul : «Les fondements de la conception sociale de l’Eglise orthodoxe russe». Voir ce propos Le Synode des vques de l’Eglise de Russie (Moscou, 13-16 aot 2000), Istina, n° 3, juillet-septembre 2000, Paris, pp. 296-306 .

fin du communisme, le dmantlement de l’URSS, la fin du bloc de l’Est et la dmocratisation de ces pays, en se libralisant, a en effet largement ouvert ce monde orthodoxe, sourcilleux de sa territorialit, l’extrieur .

Depuis quelques annes, l’Eglise orthodoxe russe semble se revigorer nettement, fait entendre sa voix au niveau international et connat une renaissance. On s’achemine vers l’union de l’Orthodoxie russe. Cette Eglise a une reprsentation auprs des institutions europennes Bruxelles et participe activement aux dbats oecumniques. Elle veut apporter sa rflexion propre sur la dmocratie, les droits de l’homme, les questions thiques, la valeur des traditions, l’universel et le particulier, les rapports Orient/Occident, les particularits nationales, la lacit et sa place en Europe .

Sous le regard orthodoxe, les droits de l’homme et la dmocratie n’apparaissent pas comme une vidence indiscutable1. L’Eglise russe a critiqu la perception occidentale des droits de l’homme, lors du dixime Congrs russe mondial tenu Moscou du 4 au 6 avril 2006, autour du thme «La conception orthodoxe des droits de l’homme». A cette occasion, une «Dclaration des droits et de la dignit de l’homme» a t promulgue. A cela, il faut ajouter la publication du livre du Mtropolite Kyrill de Smolensk et de Kaliningrad, responsable du dpartement des relations extrieures du patriarcat de Moscou2 qui contient un compendium de la pense sociale de l’Eglise orthodoxe russe sur les grands thmes spirituels, sociaux, culturels et politiques qui traversent les socits europennes .

Il faut dire que la Russie a donn de grands penseurs qui ont contribu la thorie des droits de l’homme et de la dmocratie comme Vladimir Soloviev et Nicolas Berdiaev3 .

Dfense des traditions Dans la Dclaration des droits de l’homme, une grande place est accorde la morale traditionnelle et aux religions historiques, la notion de responsabilit et la critique de l’individualisme libral occidental accus de noyer «la frontire entre le Bien et le Mal» selon les propos du mtropolite Kyrill. Quant l’archiprtre Vsevolod Tchapline, porte-parole du patriarcat de Moscou, insatisfait des textes universels existants, il dclarait :» Nous ne contestons pas la Dclaration universelle des droits de l’homme, mais nous estimons qu’elle ne suffit pas pour un dveloppement harmonieux de l’homme et de la socit» .

Il est dit que les droits de l’homme «ont pour base la valeur de la personne humaine et doivent tre orients vers la ralisation de sa dignit». Et c’est «justement pour cela que le contenu des droits de l’homme ne peut pas ne pas tre li avec le sens moral. La rupture entre ces droits et la moralit signifie leur profanation, tant donn qu’il ne peut y avoir de dignit immorale» .

La Dclaration dfend le droit la vie et vilipende le droit la mort. On reconnat les droits et les liberts de l’homme «dans la mesure o ils aident l’individu progresser vers le bien, le protgent du mal intrieur et extrieur, lui permettent de se raliser positivement dans la socit» .

La Dclaration affirme, d’autre part, non seulement les droits et liberts civiles et politiques, mais galement les droits sociaux, conomiques et culturels .

Mais les droits et les liberts tant indissolublement lis avec les obligations et les responsabilits de l’homme, l’individu, «en ralisant ses intrts est appel les mettre en corrlation avec les intrts de son prochain, de sa famille, de sa communaut locale, de son peuple et de l’humanit entire» .

Interrogations thologiques et philosophiques Par ailleurs, cette Dclaration soulve une question centrale d’ordre thologique et philosophique. Aux yeux de ses concepteurs, les droits de l’homme ne sont pas un absolu et dans la hirarchie des valeurs et des Cf. Joseph Yacoub, Questions sur les droits de l’homme, La Croix, Paris, 19/07/2006 .

Voir Mtropolite Cyrille de Smolensk et de Kaliningrad, L’Evangile et la libert. Les valeurs de la tradition dans la socit laque, trad. du russe et notes par Hyacinthe Destivelle et Alexandre Siniakov, Ed. du Cerf, mai 2006, Paris, p. 81 .

Lors du colloque conjoint avec le Vatican, organis par l’Eglise orthodoxe russe du 3 au 5 mai 2006, Vienne (Autriche) sur le thme « Donner une me l’Europe. Mission et responsabilit des Eglises », le mme Mtropolite a affirm que « l’Europe est en train de perdre son me » et que l’on assiste « une remise en question trs rapide de l’identit chrtienne », remplace par des valeurs « de plus en plus sculires ». A ce mme colloque, le cardinal Paul Poupard, prsident du Conseil pontifical pour la culture et du Conseil pontifical pour le dialogue interreligieux, a parl d’un « vide spirituel vertigineux » chez l’homme europen, qualifi de « malade et affaibli par la progressive scularisation culturelle et spirituelle ». Cf. Service orthodoxe de presse (SOP), n° 309, juin 2006, Paris, p. 12 .

Cf. Joseph Yacoub, La rconciliation entre Orient et Occident selon Vladimir Soloviev, Istina, n° 3, juillet-septembre 2004, Paris, pp. 255-272 .

normes, ils ne doivent pas avoir la prminence. Car «Il y a des valeurs dont la place se situe au-dessus des droits de l’homme» que sont la foi, la moralit, le sacr, la patrie. Aussi, «il ne faut pas admettre des situations o la ralisation des droits de l’homme craserait la foi et la tradition morale, amnerait outrager les sentiments religieux ou patriotiques, les choses sacres vnres, menacerait l’existence de la patrie» .

A l’encontre de cette libert sans freins, juge immorale, qui prvaut dans les pays occidentaux, le texte dclare: «Nous voyons galement un danger dans «l’invention» de «droits» qui lgaliseraient des conduites condamnes par la morale traditionnelle et toutes les religions historiques» .

Au sujet de l’instrumentalisation des droits de l’homme, la Dclaration rejette «la politique des doubles standards», de mme que «les tentatives d’utiliser ces droits pour promouvoir des intrts politiques, idologiques, militaires et conomiques, pour imposer un rgime politique et social particulier» .

On y dfend, en outre, les droits des nations et des groupes ethniques avoir leur religion, leur langue et leur culture, la libert de confession et du droit des croyants choisir leur mode de vie, la protection de l’individu contre l’arbitraire des autorits et des employeurs, les droits de l’enfant, des victimes des sectes destructives, l’interdiction du contrle total sur la vie prive et les convictions de la personne humaine .

La Dclaration se termine par un appel au dialogue sur les droits de l’homme et leur place dans la hirarchie des valeurs, seul capable «d’viter un conflit de civilisations» et de parvenir «une paisible conjonction sur notre plante de diffrentes visions du monde, de diffrentes cultures, de diffrents systmes politiques et juridiques» .

Une dmocratie russe Dans son livre L’Evangile et la libert, le Mtropolite Kyrill consacre un chapitre la dmocratie et considre cette notion comme complexe ayant des dimensions politique, sociale, conomique et axiologique .

Cherchant un principe d’organisation propre la Russie, il prne le concept de Sobornost’, dfendu par les penseurs russes du XIX sicle tels Vladimir Soloviev et Nicolas Berdiaev. Pour viter de traiter la dmocratie en Russie en la comparant chaque fois l’ «talon occidental», cette notion de Sobornost’ qui est une forme de conciliarit, pourrait devenir «l’quivalent russe de la dmocratie occidentale». Il la dfinit ainsi :»La notion de Sobornost’ inclut tous les principes d’organisation sociale, les mcanismes de prise de dcisions et les fondements spirituels de la socit.»1 Dsormais, l’Eglise orthodoxe russe, dit-il, «fait des pas concrets pour contribuer ce que les questions importantes de la vie de notre pays soient rsolues sur le fondement des valeurs traditionnelles» .

D’abord, le Mtropolite Kyrill reconnat que la conception moderne des droits de l’homme «est ne et

s’est dveloppe dans les pays occidentaux, dans leur contexte culturel et historique propre»2. Mais il ajoute:

«Les autres civilisations ont galement une exprience positive de la vie sociale. Pourquoi n’auraient-elles pas le droit de dire leur mot? N’est-ce pas le droit de chaque peuple?»3. Et devant les injonctions des institutions europennes, l’instar de la rsolution du Parlement europen de 2003 au sujet de l’accs des femmes au mont Athos, il critique l’humanisme libral qui «se transforme en une sorte de religion qui ne tolre pas de dsaccord et le punit mme. C’est cette prtention l’universalit de l’humanisme libral qui ne peut tre tolre par l’Eglise» .

Universalit et particularits Par ailleurs, le Mtropolite Kyrill traite de l’universalit des droits de l’homme sous le regard des particularits russes. Il critique d’une manire acerbe la conception occidentale des droits qui se prtend universelle .

Il crit: «Dans les relations internationales contemporaines les droits de l’homme sont prsents par les pays occidentaux comme une norme politique et sociale acceptable par tous les peuples. En mme temps, leur niveau d’application est valu en fonction de la conformit la pratique occidentale d’un certain nombre d’indices extrieurs – les institutions politiques et sociales, les normes juridiques et les processus socio-politiques. Si ces institutions dans leur forme occidentale ne peuvent tre insres dans tel autre contexte culturel et civilisationnel, les reprsentants de l’Occident estimeront ncessaires de remplacer ce contexte par le modle L’Evangile et la libert, op. cit, p. 135 .

–  –  –

occidental religieux, culturel, politique, conomique, etc. Cette logique est capable d’engendrer un vritable imprialisme culturel qui ne mnage ses moyens pour atteindre le but que ses partisans considrent comme bon, celui de faire participer les autres peuples aux ides droites. Si on laisse de ct les motifs politiques d’une telle conduite, elle trouve, mon avis, un soutien en Occident et dans quelques autres pays, parce qu’on n’y rflchit pas srieusement ce qui est universel et ce qui est variable dans la conception des droits de l’homme»1 .

Orient et Occident Distinguant l’Orient et l’Occident, le Mtropolite dmontre que, contrairement l’Occident chrtien, l’Orient n’a jamais connu des pratiques inquisitoriales: «Sur le plans ecclsial, c’est l’ide de la papaut qui s’est dveloppe en Occident, conformment laquelle l’homme demeurait dans le sein de l’Eglise vritable s’il suivait en tout l’autorit doctrinale de l’vque de Rome. Au VIII sicle, les papes ont acquis un pouvoir sculier et partir de cette poque ils ont commenc l’utiliser pour affermir leur puissance spirituelle sur les peuples. Le XIV sicle a vu natre l’Inquisition qui poursuivait les hrtiques»2 .

Quant l’Orient, il «n’a jamais connu une telle institutionnalisation des mcanismes de contrainte; en tout cas pas dans des formes aussi labores. Au contraire, l’Orient chrtien garda une certaine ide de la bonne volont dans le domaine de la foi. Les missions byzantines et ensuite russes en sont une bonne illustration. Contrairement aux missions occidentales, elles ne mirent jamais l’accent sur la force des armes, mais agissaient l’aide de la prdication et de la persuasion»3 .

Approche thique des droits de l’homme Le mme Mtropolite plaide pour une approche anthropologique des droits de l’homme, quilibre par des normes thiques. Il crit: «Une grande partie des socits actuelles, y compris occidentales, se trouvent dans un tat lamentable: les liens sociaux deviennent de plus en plus faibles, les valeurs de la famille sont en dcadence, la dmographie est en baisse. La raison en est l’absence d’un soutien systmatique des normes thiques dans la vie sociale par les Etats dmocratiques»4. Or, «une telle politique aboutit au dchanement des passions humaines qui dtruisent la socit. Pour cette raison, en laborant le systme de dfense des droits et des liberts individuelles, nous ne devons pas oublier de prendre des mesures pour affermir les principes thiques et conciliaires sans lesquels la ralisation de la libert de la personne est impossible»5. Le patriarche de Moscou Alexis II dclarait pour sa part le 3 avril 2007»: La libert de conscience ne doit pas se transformer en une absence de conscience»6 .

La lacit Sur la lacit, la doctrine sociale de l’Eglise orthodoxe russe souligne que ce principe «est un lment important du systme politique contemporain, parce qu’il garantit l’autonomie aussi bien de l’Etat que des organisations religieuses». Toutefois, le principe de lacit d’un Etat «ne doit pas tre interprt comme une exclusion radicale de la religion de toutes les sphres de la vie du peuple: ce principe suppose simplement la sparation des domaines de comptence de l’Eglise et de l’autorit, et leur non-ingrence mutuelle»8 .

Conclusion

Cet apport de la Russie nous montre qu’il faudra du temps pour que l’humanit parvienne se mettre d’accord sur des valeurs communes. D’ici l, soyons l’coute des peuples. La parole de la Russie, si riche en civilisation, en art et en spiritualit, mrite une attention particulire .

© Joseph Yacoub

–  –  –

The Russian Orthodoxy is now in an active search for its theological, cultural and humanitarian foundations, conformable with its social environment. After so many years of repression it’s striving to reinforce its identity in society .

The end of communism, the dismantling of the USSR and the Eastern block, the democratization processes in the country have, as a result, opened the world of Orthodoxy to the outside. The Russian Orthodox Church now has its representation in the European institutions in Brussels and actively participates in today’s ecumenical debates. It strives to ensure its influence on democratic processes, human rights, ethical issues, traditional values, both universal and specific, as well as its place in the East-West relations, national issues, etc .

The Russian Church has always been critical about the Western concept of human rights, as, for instance, was demonstrated by the Declaration «Orthodox concept of human rights», adopted at the 10-th Sobor of the Russian Orthodox Church (4-6 April, 2006). At the same very time it should be noted that the major figures in Russian thought, like Vladimir Solovyov and Nikolay Byerdiav, greatly contributed to the theory of human rights and democracy .

In the above-mentioned Declaration a substantial place is accorded to traditional morality and historic religions, to the notions of responsibility and the critical attitude toward the Western liberal individualism, which is, according to the metropolitan Cyril, may be regarded as the «frontline between the Good and the Evil» .

The Declaration affirms not only civil and political rights and liberties but also social, economic and cultural rights. It’s stated here that the rights and liberties are closely connected with the obligations and responsibilities of a human person; individuals, pursuing their interests, must do it in accordance with the interests of their own future, their own family, the local community, the country and the whole of mankind .

It also defends the rights of nations and ethnic groups to have their own religion, their own language and culture, the freedom of confession and the right of a person to freely choose his/her way of life as well as the principles of protection of an individual from arbitrariness of authorities and employers, the rights of children and the victims of destructives sects. It also affirms the freedom from control over private life and the freedom of personal convictions .

The Declaration ends with an appeal for dialogue over the human rights and their place in the hierarchy of values, this being the only way of «averting the clash of civilizations» and bringing about the peaceful co-existence of different visions of the world, different cultures and different legal and political systems on our planet .

–  –  –

ВЗГЛЯД РУССКОГО ПРАВОСЛАВИЯ НА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА:

ВКЛАД В МЕЖКУЛЬТУРНЫЙ ДИАЛОГ

Российское православие находится сейчас в активном поиске своих теологических, культурных и гуманитарных оснований, соответствующих окружающей общественной среде. После многих лет репрессивных действий в отношении к Православной Церкви ее руководство стремится укрепить свою роль в общественной жизни .

Крах коммунизма, распад СССР и Восточного блока, процессы демократизации в стране в результате открыли мир Православия внешнему миру. Русская Православная Церковь теперь имеет свои представительства в европейских учреждениях в Брюсселе и активно участвует в сегодняшних мировых дебатах. Она пытается влиять на демократические процессы, права человека, этические проблемы, традиционные ценности, а также на проблему отношений между Востоком и Западом, на национальные проблемы и т. д .

Русская Церковь всегда критически относилась к пониманию Западом прав человека, примером чему служит Декларация «Православное понятие прав человека», принятая на 10-м Соборе Русской Православной Церкви (4–6 апреля 2006 г.). В то же время необходимо отметить, что выдающиеся русские философы Владимир Соловьев и Николай Бердяев внесли очень важный вклад в теорию прав человека и демократии .

В вышеупомянутой Декларации в контексте традиционной этики существенное внимание уделено понятию ответственности и критического отношения к западному либеральному индивидуализму, который, по словам митрополита Кирилла, является «линией фронта между Добром и Злом» .

–  –  –

I. The bible and the greeks In the Age of Terrorism, the West has placed a premium on security. But in our quest for security at all costs, we run the risk of betraying the notion of ethics that is central to the very meaning of European civilization. We speak of the importance of fostering tolerance within a diverse global community. Tolerance is essential, but it is a passive virtue. I would rather emphasize the necessity for civilized people to be responsible for their neighbors, to be hospitable towards the potentially dangerous stranger .

For Emmanuel Levinas, Europe consists of “the Bible and the Greeks”1. Central to both of these sources of European culture is a commitment to welcome, to care for, and to feed the stranger in our midst. The Hebrew Bible commands us, again and again, to care for the widow, the orphan, and the stranger; after all, the Israelites were themselves oppressed strangers in Egypt .

Homer’s epics urge the same risky hospitality. In the Odyssey, etiquette requires that a civilized person offer a meal to a stranger before asking any questions about that stranger’s identity. Homer’s Iliad tells the story of an episode in the Trojan War that pits East (Troy) against West (Greece). The final book of the poem – Book 24 – contains one of the greatest scenes of Western literature. The Trojan king Priam stealthily and bravely makes his way into the hostile Greek camp and begs the fierce Greek warrior Achilles to return to him the body of his son Hector, whom Achilles has slain in battle. Priam asks Achilles to see, in Priam, his own dear father. Achilles is, as it were, turned inside-out. He experiences a transcendence of his wrath, of his own ego, as he looks at the face of Priam, who is old and solicitous of his son Hector, just as Peleus is of his own son Achilles. Achilles suddenly sees Priam as a human being, a fellow sufferer, rather than a hated enemy .

Let us look at the great passage in more detail, paying special attention to the simile that compares

Priam to a murderer who has won asylum in a strange land:

Tall Priam came in unseen by the other men and stood close beside him and caught the knees of Achilles in his arms, and kissed the hands “The Bible and the Greeks” is the title of Chapter 8, In the Time of the Nations, trans. Michael B. Smith (Bloomington and Indianapolis: Indiana University Press, 1994), pp. 133-13. This essay was first published in Cosmopolitiques 4 (February, 1986) .

that were dangerous and manslaughtering and had killed so many of his sons. As when dense disaster closes on one who has murdered a man in his own land, and he comes to the country of others (allwn), to a man of substance, and wonder seizes on those who behold him, so Achilles wondered as he looked on Priam, a godlike man, and the rest of them wondered also, and looked at each other .

But now Priam spoke to him in the words of a suppliant:

“Achilles-like-the-gods, remember your father...”1 (24. 476-86) «Remember your father», the elderly Priam asks Achilles. And Achilles does. Priam is his hated enemy, the father of the hated man, Hector, who had killed Achilles’ dear companion, Patroclus. Killing is possible if one fails to see the face of the other, and here Priam asks Achilles to see, in Priam’s face, the face of his own father Peleus. Pity for the other interrupts the cycle of revenge that fuels the economy of war .

But Achilles is remembering his father in another sense as well, one that returns us to the origins of the conflict, which was the violation of hospitality. Menelaos had welcomed Paris into his home as a guestfriend, a xei`no~, and Paris then returned to Troy with Menelaos’s wife, Helen. Commentators have noted the reversal of roles that we see in the simile, since in the narrative it is the supplicated man, Achilles, who is a killer, and the suppliant, Priam, who is a wealthy ruler. The simile suggests just how risky is an act of hospitality, how unreciprocal, in its initial gesture, hospitality is. Welcoming the stranger, the other, is like welcoming a murderer who is an exile from another country .

The comparison of Achilles to the person who welcomes a stranger is appropriate for another reason as well. Achilles’ remembrance of his father isn’t just a matter of seeing, in Priam, the image of his own father, and thus of evoking pity in the soul of the usually intractable, vengeful Achilles. For Achilles to think of his own father is to have him recall, as well, the moral example of his father, whose hospitality towards the dangerous stranger was legendary and who brought into Achilles’ life two people who were to have – apart from Achilles’ father Peleus himself – the greatest influence on his character: his moral tutor Phoinix and his most beloved friend, the empathetic and gentle (for a Homeric warrior!) Patroclus .

Patroclus was a homicide and Phoinix was very nearly one (indeed almost a parricide), like the protagonist of our simile from Book 24, and it was Peleus who took the risk of welcoming both strangers to Phthia2 .

As Nicholas Richardson remarks, «Peleus seems to be particularly associated with this theme of giving a new home to exiles»3. In welcoming Priam into his tent, Achilles is remembering and displaying the risky hospitality shown by his father to Phoinix and Patroclus, the very hospitality, betrayed by Paris, that engendered the Trojan War but that, risked again, can lead to peace .

II. Interculturality/Inside-Out Those of us participating in UNESCO’s intercultural dialogue program get together in various parts of the world and discuss the nature of intercultural and interreligious dialogue. But how truly intercultural is this dialogue? Are we who are sitting around this table really from such different cultures? It depends on what you mean by «culture.» I would imagine that many of us – maybe even most of us – have had similar advantages in life. Each of our national cultures can be broken down into subcultures that are determined by differing levels of formal education; by gender differences; by race; by physical and mental capacities or incapacities; by upbringing; by the presence or absence of drug and alcohol addiction. One can engage in intercultural dialogue within one’s culture that may entail a much greater confrontation with cultural difference than the activity in which we are participating at this moment here in Moscow, though you may be from Russia or Tajikistan and I from the United States, half a world away. One environment in which this kind of intercultural dialogue can take place is prison .

Trans. Richmond Lattimore (Chicago: University of Chicago Press, 191), with some modifications .

For Peleus’s welcoming of Phoinix to Phthia by Peleus, see Iliad 9.479-84. For Patroclus as homicide, see Iliad 23.8-90 .

Achilles’ fellow warrior Epeigeus was also a homicide by Peleus (Iliad 16.71-4). Although not mentioned in the Iliad, Peleus was himself “exiled from Aigina for his part in the murder of Phokos” (Alkmaionis fr. 1 Davies, cited from The Iliad: A Commentary, Vol. III: Books 9-12, ed. Bryan Hainsworth [Cambridge: Cambridge University Press, 1993; rpt. 2000]. Р. 124) .

The Iliad: A Commentary, Vol. VI: Books 21-24, ed. Nicholas Richardson (Cambridge: Cambridge University Press, 1993;

rpt. 2000). Р. 17 .

We have been speaking, in this conference, of sustainable development. Is it sustainable for the United States and for Russia to be imprisoning more and more of its citizens rather than to be addressing the root causes of crime? The United States has % of the world’s population and 2% of the world’s prison population. Almost 70 out of every 100,00 people in the United States are currently incarcerated. The United States leads the world in this category. Russia is a close second, with more than 700 out of every 100,00 people behind bars .

Last spring, I taught a class in a maximum security prison in Oregon. My class was part of the Inside-Out Prison Exchange program. What is unique about the Inside-Out model is that it consists half of university students («outside» students) and half of incarcerated students («inside» students). Every Wednesday evening during spring term, I took a van filled with University of Oregon Honors College students up to the Oregon State Penitentiary in Salem where we studied, together, two novels by Dostoevsky, The House of the Dead, based on the author’s formative experience as a prisoner in Siberia for four years, and Crime and Punishment. Inside-Out classes proceed through real dialogue. There are no lectures. We sit in a circle, with inside students sitting next to outside students. The atmosphere is electric. No one ever yawns .

Inside-Out. The name of the program refers to the fact that each class taught in the program consists of incarcerated students – students on the inside – and those from outside the prison walls. But to me, the phrase “inside-out” suggests something that happens, emotionally, to those participating in the class .

You’re turned, somehow, inside-out, as is Achilles at the end of Iliad 24, emptied of your ego as you transcend labels and categories – “student,” “teacher,” “prisoner,” “criminal” – and encounter the other as fully human. The class becomes a community of learning based on the dignity of every individual. It is a transformative experience for all involved .

I would like to share with you a couple of poems, written by Ray, an inside student in my class of last spring. Ray’s poems were included in an anthology of creative writing that appeared as part of a group project that our class produced. After the first combined session of inside and outside students, I met separately the following week with each group. The outside students were anxious about meeting with the inside students. I found it remarkable, however, how much more truly intimidated, on the whole, were the inside students about meeting the young University of Oregon students. In his poem, Ray expresses both nervousness and the miracle that can be created by a gesture of welcoming, of hospitality .

The first poem is entitled “Angst”:

–  –  –

The second poem has Buddhist undertones, with its hints about previous lives (Ray became a Buddhist

in the course of his 10-year [thus far] incarceration). The poem is entitled “The Troupe”:

–  –  –

We all got turned inside out .

III. Invitation The Inside-Out Prison Exchange Program (http://www.temple.edu/inside-out/) is now taught in prisons in eleven states of the United States. Over one hundred instructors from institutions of higher education in thirty-one states have gone through the training. If we are to have a truly sustainable culture worldwide, it seems to me that the program now needs to go international. As Dostoevsky commented in his novel The House of the Dead, the level of culture of any civilization can be determined by the nature of its prisons. I invite you to come to Philadelphia for the week-long training and then to introduce an Inside-Out course into one of the prisons in your own country. Many of those in prison are hungry for intercultural and interreligious dialogue, hungry with a rare and precious hunger .

Openness and hospitality towards the other is a risky business, but it is a risk that must be run. Otherwise, our homelands will become inhospitable spiritual wastelands with high fences and secure borders protecting those inside who all think and feel alike: an inside closed to the outside. Especially in the age of terrorism and of the pursuit of security at almost any cost, we must run the necessary risk of being turned inside-out .

© Steven Shankman

–  –  –

В эпоху терроризма Запад сделал ставку на безопасность. Но, стремясь к безопасности любой ценой, мы рискуем пойти против центрального для европейской цивилизации понятия – понятия этики. Мы говорим о важности воспитания терпимости внутри многообразного глобального сообщества. Терпимость существенна, но это пассивное достоинство. Я подчеркнул бы необходимость ответственности цивилизованных людей за своих соседей, необходимость гостеприимства по отношению к потенциально опасному незнакомцу .

19 Для Эммануэля Левинаса Европа – это прежде всего «Библия и греки»1. В двух этих источниках европейской культуры центральное место занимает обязательство гостеприимства: незнакомцу необходимо предложить кров и пищу. Еврейская Библия снова и снова велит нам опекать вдов, сирот и чужестранцами; в конце концов, сами израильтяне в Египте были угнетаемыми чужаками .

Эпос Гомера прославляет тоже рискованное гостеприимство. В «Одиссее» этикет требует предложить незнакомцу пищу, прежде чем расспрашивать его о том, кто он и откуда. «Илиада» Гомера повествует об эпизоде Троянской войны, где Восток (Троя) противостоит Западу (Греции). В заключительной части поэмы – Книге 24 – содержится одна из величайших сцен западной литературы .

Троянский царь Приам украдкой проникает во вражеский греческий лагерь и просит жестокого греческого воина Ахиллеса вернуть ему тело своего сына Гектора, которого Ахиллес убил в битве. Приам просит увидеть в нем, Приаме, родного отца Ахиллеса. Душа Ахиллеса тогда буквально выворачивается наизнанку. Он преодолевает свой гнев, свое эго, глядя в старческое лицо Приама, скорбящего о своем сыне Гекторе, как собственный отец Ахиллеса, Пелей переживал бы о нем самом. Ахиллес вдруг видит в Приаме страдающего человека, а отнюдь не ненавистного врага .

Рассмотрим этот великий отрывок более подробно, обращая внимание на общее, что роднит

Приама с убийцей, который получил приют на чужбине:

–  –  –

«Вспомни отца своего», просит пожилой Приам Ахиллеса. И Ахиллес исполняет его просьбу .

Приам – его лютый враг, отец ненавистного Гектора, который убил его товарища Патрокла. Убийство возможно, если вы не в состоянии видеть лицо другого, и здесь Приам просит, чтобы Ахиллес в лице Приама увидел лицо собственного отца Пелея. Сочувствие к другому перерывает круг мести, которая питает экономику войны. Но Ахиллес вспоминает своего отца и в том другом смысле, который возвращает нас к началу конфликта, связанному с нарушением гостеприимства. Менелай пригласил Париса в свой дом как гостя и друга, но Парис вернулся в Трою с женой Менелая, Еленой. Комментаторы отметили инверсию, перестановку ролей, которые мы видим в сравнении, поскольку в повествовании умоляемый Ахиллес является убийцей, тогда как умоляющий Приам – богатый правитель. Сравнение показывает, насколько рискованным может быть гостеприимство, сколь невзаимно гостеприимство в своем изначальном жесте. Приглашать к себе чужестранца, другого – все равно, что приглашать убийцу, который был изгнан из своей страны .

Ахиллеса уместно сравнить с гостеприимным к чужаку человеком еще и по другой причине .

Воспоминание Ахиллеса об отце не есть только вопрос узнавания в Приаме образа собственного отца и пробуждения жалости в душе обычно упрямого, мстительного Ахиллеса. Для Ахиллеса подумать об отце значит вызвать в памяти также моральный пример собственного отца, чье гостеприимство по отношению к опасному незнакомцу стало легендарным и принесло в жизнь Ахиллеса двух людей, оказавших, помимо Пелея, огромное влияние на его характер: морального наставника Феникса и возлюбленного друга, чуткого и нежного (для воина Гомера!) Патрокла .

Патрокл был убийцей, а Феникс был почти убийцей (по сути, почти отцеубийцей), как главный «Библия и греки» – название 8 главы книги «Во время Наций», впервые опубликованной как эссе в Cosmopolitiques 4 (February, 1986); англ. изд. в пер. Майкла Смита “In the Time of the Nations / Trans. Michael B. Smith (Bloomington and Indianapolis: Indiana University Press, 1994). Pp. 133–13 .

Пер. Н.И. Гнедича .

герой нашего сравнения из Книги 24, и Пелей взял на себя риск, оказав обоим незнакомцам гостеприимство в Пифии1. Как отмечает Николас Ричардсон, «Пелей, кажется, особенно связан с этой темой предоставления убежища изгнанникам»2. Приглашая Приама в свою палатку, Ахиллес вспоминает и демонстрирует опасное гостеприимство, проявленное его отцом по отношению к Фениксу и Патроклу, то самое гостеприимство, преданное Парисом, из-за которого началась Троянская война. Однако в случае с Ахиллесом это гостеприимство, проявленное снова, может привести к миру .

II. Межкультурность «наизнанку»

Те из нас, кто участвует в программе межкультурного диалога ЮНЕСКО, собираются в разных частях света и обсуждают природу межкультурного и межрелигиозного диалога. Но насколько этот диалог действительно межкультурный? Можно ли сказать о нас – тех, кто сидит за этим столом, что мы принадлежим таким уж разным культурам? Это зависит от того, что называть «культурой». Я предположил бы, что многие из нас, возможно, даже большинство, имели в жизни схожие преимущества. Каждая из наших национальных культур может быть разделена на субкультуры, обусловленные разными уровнями систематического образования, гендерными и расовыми различиями, физическими и интеллектуальными способностями или ограничениями, воспитанием, наличием или отсутствием алкогольной или наркотической зависимости. Можно участвовать в межкультурном диалоге в пределах собственной культуры, диалоге, который может обернуться гораздо большей конфронтацией культурных различий, чем та деятельность, в которой мы сейчас участвуем здесь в Москве, хотя меня, американца, и моих сегодняшних собеседников из России и Таджикистана разделяет почти половина земного шара. Единственное место, в котором возможен такой тип межкультурного диалога, – это тюрьма .

На этой конференции мы говорили об устойчивом развитии. Но так ли в действительности разумно и «устойчиво» для США и России заключать в тюрьму все больше своих граждан вместо того, чтобы обратиться к первопричине преступления? В Соединенных Штатах проживает % мирового населения и 2% от числа заключенных во всем мире. Почти 70 на каждые 100 тыс .

человек в Соединенных Штатах в настоящее время находятся в тюрьме. В этом рейтинге Соединенные Штаты занимают ведущую позицию, тогда как второе место принадлежит России, где более 700 человек на каждые 100 тыс. населения находится за решеткой .

Прошлой весной я проводил занятия в тюрьме строжайшего режима в штате Орегон. Мой класс был частью программы тюремного обмена Inside-Out. В этой модели Inside-Out уникально то, что она состоит наполовину из университетских студентов («внешние» (outside) студенты) и наполовину из студентов, заключенных в тюрьму («внутренние» (inside) студенты). В течение всей весны я каждую среду привозил вечером фургон, набитый студентами Орегонского университета, в государственную тюрьму Орегона в Сейлеме, где мы вместе изучали два романа Достоевского – «Записки из мертвого дома» и «Преступление и наказание».

Работа в этих наших «сводных» классах была построена по принципу реального диалога – никаких лекций, и все сидят в одном общем круге. Атмосфера этих занятий была настолько электрической, что никому и в голову не пришло бы зевать .

Inside-Out. Само название программы акцентирует внимание на том факте, что каждый класс, включенный в программу, состоит из заключенных студентов и тех, что принадлежат миру за стенами тюрьмы. Но для меня фраза Inside-Out (буквально «наизнанку») означает нечто эмоциональное, что переживает каждый из этих учащихся. Вас каким-то образом вывернули наизнанку, как это произошло с Ахиллесом в конце 24-й главы «Илиады», т. е., освободившись от собственного эго, вы как будто преодолеваете ярлыки и понятия «студент», «преподаватель», «заключенный», «преступник» – и открываете в другом человека «сполна». Класс становится учащимся сообществом, основанным на признании достоинства каждого индивида. И для всех вовлеченных в процесс это опыт трансформации .

Эпизод, где Пелей принимает Феникса в Пифии, см. «Илиаду» 9.479–484. Патрокл как убийца, см. «Илиаду»

23.8–90 .

The Iliad: A Commentary, Vol. VI: Books 21-24, ed. Nicholas Richardson (Cambridge: Cambridge University Press, 1993;

rpt. 2000). Р. 17 .

Я хотел бы прочесть вам несколько стихотворений, написанных Реем, «внутренним» студентом из моего класса. Поэмы Рея вошли в антологию творческого письма, которая стала одним из результатов нашей общей деятельности. На неделе, следующей за первой объединенной сессией для внутренних и внешних студентов, я повстречался отдельно с каждой группой. Внешние студенты жаждали встречи с внутренними студентами. Это показалось мне замечательным, однако, насколько более смущены были внутренние студенты от перспективы встречи со студентами Орегонского университета! В своем стихотворении Рей проявляет одновременно нервозность и чудо гостеприимства.

Первое стихотворение называется «Тоска»:

–  –  –

Второе стихотворение имеет буддистские оттенки и говорит о предыдущих жизнях (за десятилетний срок своего заключения Рей стал буддистом). Оно называется «Труппа»:

–  –  –

III. Приглашение Тюремная программа обмена Inside-Out (http://www.temple.edu/inside-out/) теперь проходит в одиннадцати штатах США. Более ста преподавателей высших учебных заведений в тридцати одном штате прошли специальное обучение. Если нам действительно нужна устойчивая культура во всем мире, мне кажется, эта программа должна стать международной. Как написал Достоевский в своем романе «Записки из мертвого дома», уровень культуры любой цивилизации можно определить по природе ее тюрем. Я приглашаю вас приехать в Филадельфию для недельного обучения и затем ввести программу обмена в одной из тюрем в вашей стране. Многие из заключенных жаждут межкультурного и межрелигиозного диалога, и их голод редок и драгоценен .

Открытость и гостеприимство по отношению к другому – это опасное дело, но это тот риск, которым нужно управлять. Иначе наша родина станет неприветливым пустырем духа за высоким забором и с надежной границей, защищая тех, кто внутри, закрытых для тех, кто снаружи. Особенно в эпоху терроризма и погони за безопасностью любой ценой мы должны рискнуть быть вывернутыми наизнанку .

–  –  –

THE CONTRIbuTION OF INTERCulTuRAl STuDIES TO THE DEvElOPmENT OF INTERCulTuRAl DIAlOguE I Anyone intending to educate toward intercultural and interfaith dialogue must first seek ways of educating toward a position of openness to «the other» and «the different» .

This is because unwillingness to enter into intercultural or interfaith dialogue results from the clear tendency of the human species to grow closer to those whose culture or religion resemble their own and to recoil from those who are less familiar to them .

The emotional recoil from the different and the alien, which is also to be found among those describing themselves as liberal and enlightened, is given what at first appears to be a rational guise by justifications .

«Different people – like that one – threaten our security», for example, or «Aliens – like that one – have a negative effect on our children». These and similar ostensibly logical justifications have a fixating effect on prejudices, which are the precursors of recoil. We become witness to an emotional-demagogic vicious cycle which feeds on itself and precludes any possibility of attentive listening, not to mention understanding – which, in other words, rules out the characteristics essential to the development of any significant dialogue .

This means that, in order to arrive at a basis which enables real dialogue, it is necessary to dust off conventional positions, to penetrate the profound mental and psychological patterns which keep human beings apart, and to change them. This is a very complex task which is difficult – perhaps even impossible – to carry out by conventional means. Accordingly, it is necessary to seek original ways, which will shake the foundations of the mental complacence characteristic of insularity: ways which are capable of breaking down walls of prejudice and narrow-minded viewpoints, and of giving rise to a broader view .

In this lecture, I intend to address one of these ways: I will present a methodology of intercultural studies, and its power to contribute to the development of the human spirit and to cause people to ask themselves significant questions and cope with personal and moral dilemmas .

II One of the most interesting areas in the study of intercultural and interfaith dialogue, its consequences and the possibilities of promoting its development is the examination of historical paradigms which indicate coexistence, cooperation in various areas of life, and intercultural contacts which took place in various periods .

Fernand Braudel, like many other historians, believes that the nucleus of religion underlies any existing culture. At the same time, he holds that culture is broader than religion. According to Braudel, culture is not only religion, although religion is at the core of any cultural system. He defines cultures as excellent guides: they pass through time and overcome the passing durations, remaining rulers of their domains .

Cultures, Braudel writes, are realities which persist for very long periods of time and are deeply implanted in their geographical domains .

The fascinating journey in search of past encounters between cultures can be of assistance in understanding cultural contacts. This understanding in turn will give rise to significant insights concerning the nature of intercultural dialogue in general and the possibilities of developing it. Accordingly, it is necessary to determine the best possible way of arriving at this understanding and the correct way to study historical paradigms .

Educational systems in general, and universities in particular, usually operate according to disciplinary methodologies. Students encounter any phenomenon from a specific, defined angle. The history teacher lectures on facts and relies on precise documentation; the literature teacher points out the poetic reflections of sentiment and emotion; the philosophy texts indicate the directions of thought which characterized the period, and so forth .

In addition, it is important to recall that every teacher is rooted in a specific culture, and in any event, will emphasize defined aspects and will not shed light on points of view which are rooted in other cultures .

Nonetheless, all human phenomena, and especially those characterized by cultural encounters and coexistence, are extremely complex. No single disciplinary aspect can contain such a phenomenon or examine it from the standpoints of different cultures .

The obvious conclusion is that the most suitable way to introduce students to historical paradigms of intercultural dialogues involves a methodology of intercultural and interdisciplinary studies .

III Let us examine an example of a historical paradigm;

One of the more prominent historical stages was constructed on the Iberian Peninsula. That area experienced religious wars and struggles between kingdoms throughout the Middle Ages. At the same time, Spain has been established in historical memory as a role model for fruitful cultural encounters, a place where members of all three major monotheistic religions – Jews, Christians and Muslims – met and maintained cooperation in various aspects of life for eight hundred years: under Muslim rule from the eighth century to the mid-12th century, and under Christian rule from the mid-12th century to the end of the 1th century. During both periods, Spain benefited from such enlightened leaders as ‘Abd al-Rahman III (912-961), the ruler of Muslim Cordoba, or Alfonso III the Wise, King of Castile, who is described in the history books as representing one of the cultural heights of medieval Europe. He was a poet, the author of a history book and a code of laws, Las Siete Partidas, and the patron of enterprises of scientific research and translation which brought the cultural assets of science and philosophy from the Arabic-speaking world to the tongues of Europe .

In both of the above periods, the three ethnic communities cooperated in various areas of economics and science and maintained a fruitful literary dialogue .

This subject is studied in different frameworks in a variety of ways. It is generally presented to students as part of the study of either history or literature. Moreover, teachers from different cultures teach it from different aspects .

The study of Islamic history emphasizes the marvelous achievements of the kingdoms of al-Andalus under Muslim rule and mourn the Christian conquest. It even refers to Spain as the «lost Andalusian paradise» .

On the other hand, historical studies of modern Spain – that is, Christian Spain – consider the Muslim invasion of southern Spain as a terrible disaster. Imagistic expressions in Spanish literature describe Spain as a mother who was raped by alien invaders from North Africa. Naturally, the Christian Spanish narrative is full of pride and praise for the Reconquista – the retaking and restoration of the Muslim areas to Christendom (which, of course, Islamic history views as a catastrophe) – and extols the ending of that process in the complete takeover of Spain .

The teaching of Jewish history pays less attention to the details on the conquests, as the Jews had no territorial ambitions, but rather, were integrated into the economic and cultural life of both Muslim and Christian Spain. Rather, it emphasizes the cultural achievements throughout the period, both under Islam in al-Andalus and under Christianity in New Castile .

None of these study frameworks presents the phenomenon in its entirety, even within the confines of a single discipline. Obviously, when the curriculum is dictated by a tendentious approach – for example, a theological or nationalist approach – the picture becomes even narrower and, at times, purely programmatic .

By contrast to all the above approaches, intercultural studies present the fascinating encounter between the three cultures – Muslims, Jews and Christians – from the interdisciplinary standpoint, shedding light on this unique phenomenon from a wide range of viewpoints .

This framework emphasizes the scientific and cultural cooperation which prevailed over eight centuries between Muslims, Jews and Christians, their shared learning from their Greek predecessors and their cultural openness. The historical developments are studied from all three perspectives: Muslim, Christian and Jewish. The studies cover the achievements in science, art and architecture, from Alhambra to Gaudi, and present the vast compendia of literature created in various languages .

Intercultural studies contribute to the development of the human spirit. Students and teachers alike are released from the bonds of the various disciplines. By contrast to those who address the subject along the narrow path of a strictly defined discipline, or from a single cultural or ideological viewpoint, scholars of the subject by means of an intercultural methodology benefit from a far broader cultural overview. This methodological approach is closer than any other to real life: reality, after all, is not divided into disciplines, but is composed of a profusion of interrelated and integrated fields. Obviously, then, in order to understand the various phenomena of history and present-day reality, it is important to adopt an approach which portrays as broad and comprehensive a panorama as possible – that is, an interdisciplinary and intercultural approach .

IV In light of the above, it may be said that, as a general rule, conventional study is limited to a single discipline; furthermore, within that discipline, it is limited by the well-defined starting points of a specific cultural narrative, which, by its very nature, is only partial. In this way, the study fails to fulfill its principal function: to display a broad panorama of the phenomenon, to examine it from an array of starting points, to illuminate it from various aspects. By neglecting to consider the phenomenon from different points of view, this form of study also misses out on the ethical-cultural aspect .

On the other hand, in intercultural studies, not only do the participants benefit from a much more interesting course than conventional courses; they find themselves fascinated by the human phenomenon which requires them to ask themselves real questions and to cope with personal and ethical dilemmas .

In fact, educating students to ask questions and arouse doubts and uncertainties is extremely important! A person who becomes convinced that no question has one absolute answer has a chance of becoming open to the pluralistic society which characterizes today’s world .

The study of historical paradigms through the intercultural approach can enrich research and teaching in an original and broad-minded way, while at the same time inculcating in its scholars a position of openness to varied cultural worlds and diverting them from attitudes of hostility toward «the other» to positions of attentive listening and acceptance. This, in turn, can constitute a basis for the growth of serious, profound and significant intercultural dialogue .

Intercultural studies arouse curiosity and questions among students, while at the same time giving them tools to cope with the questions which arise during this challenging study – which are, in fact, the burning questions of our lives .

© Aviva Doron

–  –  –

РОЛЬ МЕЖКУЛЬТУРНОГО ОБУЧЕНИЯ В РАМКАХ МЕЖКУЛЬТУРНОГО ДИАЛОГА

Свою статью автор начинает с утверждения, что современные методологии межкультурных исследований вносят вклад в развитие человеческого духа. Одна из сфер современных межкультурных исследований – это анализ исторических парадигм с целью развития сосуществования и сотрудничества народов и культур. В настоящее время современные образовательные системы функционируют по традиционным дисциплинам. Эту деятельность исследуют различные науки .

Но сегодня они должны выдвигать новые исторические парадигмы для развития диалога. Образцом для таких парадигм может служить взаимоотношение трех основных религий мира: ислама, христианства и иудаизма .

–  –  –

In this paper, I argue that cultural diversity should be perceived to be the true wealth of humanity .

I illustrate this by presenting a model that gives an explanation of the structural components of human identity. The components can be classified differently. However, I think that a vision of what constitutes identity can help humanity to see otherness not as a threat that needs to be fought but to see otherness as a constituent part of one’s Self that requires special respect and protections .

Moreover, the presented ontological model for identity makes it highly unlikely that globalization will inevitably lead to one world culture that erases all substantial differences among all people. This vision is compelling to some for its inherent promise of peace due to the lack of difference. However, it would constitute a feasible social experiment that is not desirable. It is not desirable because it is too restrictive. It would force all people into one cultural context. However, individuals can form so many different values, customs, habits and emotional responses that are all equally valid .

We need otherness and implicitly cultural diversity for personal growth. The Self emerges only through confronting the unknown and it can only grow accepting the challenges that are offered by otherness. If this otherness is restricted to the offerings within one’s culture then our potential to revise our vision of the good life is highly restricted. Considering our desire to develop the best life-plan possible, we need difference to be able to judge our life-plans. Consequently, out of pure self-interest, an ethical responsibility towards otherness emerges. It is an ethical responsibility that is needed to protect the ontological foundation that allows for human identities. Through this we also have an ethical responsibility to ensure that there are cultures and that cultures can develop .

Education can be the greatest danger for peace because it socializes individuals into a web of meaning that is distinguished from other webs. It also instills a sense of superiority of one culture compared to another (otherwise, our cultural outlooks would change because we tend to revise our vision of the good life based on best perceptions). The other can be seen as threat to one’s security and, with no restraints, threats need to be removed at all cost .

Education, however, can also be Bildung that not only maintains a culture and socializes individuals into this culture. Bildung can teach individuals a meta-view of Dasein that allows for an understanding of the Self that is broader than the immediate perception generated by the known values, customs, habits and emotional responses. It is through Bildung that we as individuals can see ourselves to be situated within a web of meaning and also understand within this web of meaning the structures of cultures and of human identity. Those are structures that need to be valued because they allowed for one’s identity and for one’s culture. They are structures that implicitly favour cultural diversity and remove otherness from being a threat to being a welcome component of one’s journey towards personal fulfillment .

A Model for Identity The model I use is just that, a model that tries to capture components that can be conditional for personal identity. It is possible that these components can be presented in different ways. However, I think it is helpful to have a model because it allows for a meta-perspective of Dasein within our necessary cultural situatedness .

The model I use consists of five intersecting circles with a common center piece. It looks like a flower with five pedals. The center is the Self, human identity that consists of a particular set of values, habits, customs and emotional responses. I call the model Bewusstheit because it comprises the whole Self and its contexts .

The five circles are self-consciousness, consciousness, bodily consciousness, environmental consciousness and spiritual consciousness .

Self-consciousness develops cognition, it explains the world to us and sets maxims for action. It is through self-consciousness that we develop comprehensive models in the form of concepts. Our understanding is located there. We define ourselves through the workings of self-consciousness. Moreover, it has been assumed that the Self is mostly constituted by self-consciousness. However, this is a highly overrated definition of self-consciousness within the Western World. Surely, self-consciousness has the ability to direct a person, can change a person and can set a person in a different situation. However, it works upon a Self that is already always there. Self-consciousness can develop a myriad of concepts about the Self and identity. Those are concepts that tend to be intrinsically connected to and justify the web of meaning for a person that is his or her cultural situatedness .

Within the circle of consciousness I subsume all those internal influences that affect us though we are not even aware of them. These influences are, for example, emotional responses to stimuli based on past impressions. The brain connects emotions to experiences and this connection can take on many different forms. Though the set of emotions are the same for all human beings, the way a person reacts emotionally to a situation is strongly determined by individual experiences. Individual experiences, in turn, are strongly influenced by socialization and by the cultural context of the individual .

Through consciousness we unconsciously are inclined towards a certain disposition. This inclination is based on past experiences. It is also in this circle where social and cultural influences make us be more inclined towards the familiar and where we develop a sense of bewilderment and hostility towards otherness .

The third circle is bodily consciousness. It is only recently that the Western World acknowledges this influence in phenomenological writings. I imagine that much more work needs to be done to reveal this important impact upon identity. The Self is always an embodied I and the body itself impresses on identity its needs on its journey from birth to death .

For example, early childhood psychology has established that the satisfaction of bodily needs in the first two years has a life long impact upon a person’s identity. There is strong indication that bodily needs in other life stages for people also influence our identity. If these life stages are experienced in a certain manner then it is likely that a person’s identity is accordingly shaped. There are many natural bodily needs from a person’s journey on this world from birth to a natural death. Individual experiences in these life stages as well as culturally organized rituals for bodily needs tend to greatly impact a person’s identity .

Those are the three most important circles of Bewusstheit and the ones that have received various amounts of attention within the history of thought. Naturally, it is self-consciousness that has received most tribute for human identity whereas consciousness and bodily consciousness are more recent introductions to explanatory models of the Self .

The two remaining circles are more controversial because they may be subsumed under the existing circles, that is, if a certain definition of environmental consciousness and spiritual consciousness is adopted. Still, I consider them to be of sufficient importance to add them as circles in their own right to the flower of identity .

Environmental consciousness entails those influences upon the Self that stems from the environmental context of the Self. This can be both, our natural as well as our humanly created environment. I base these thoughts on my experiences with indigenous peoples on the Canadian Plains, recent writings on North-American Indian philosophy and my experiences teaching in different regions within a mainstream culture .

People living in urban centers, living on the Plains, living in the Arctic tend to respond differently to pedagogical tools despite the fact that they share the same national culture. Even the perception of one’s Self, the other and the world is markedly different. There is a greater similarity among people from different cultures living in large urban centers then there is among Canadians living in the various regions of Canada that are characterized by a vastly different climate and geography .

The most controversial circle is spiritual consciousness. After all, it is self-consciousness that, as explanatory tool for us, states this circle. However, spirituality, in its concept, shows the limitations of selfconsciousness. By the very definition of spirituality, self-consciousness can acknowledge this circle but it cannot know for sure that there is a higher power .

This is, in its very definition, a matter of belief. Individuals denying themselves access to spirituality can argue here that this circle can not be proven. Thus, it should not be included in the definition of human identity. However, spirituality is such a strong element of human Dasein that it would be difficult to bracket it or to consider it as a mere illusion of self-consciousness .

Rather, its influence upon identity should be considered at face value irrespective of whether a higher power can be proven or not or whether a higher power is feasible or not. The fact remains, that for most people, spirituality is an important element of their identity and should be treated as such, that is, as an element of Bewusstheit because it impacts upon identity .

For humanity, that is the total number of Daseine historically, today and as potentiality for the future, there are numerous components in each circle that can form unique constellations influencing a Self .

There are even more combinations constituting an identity once the interplay of the five circles with their own unique combination for a Dasein is considered. As a consequence, human Dasein is capable of taking innumerable forms that should be considered to be all equally valid as long as certain foundational conditions for each circle are observed .

Difference as a Natural Outcome out of the Ontological Foundation of the Self If the presented explanatory model for human identity is feasible, then it can be concluded that human identity can take on innumerable content depending on the constitution of the Self. This constitution is comprised of all the numerous elements from the different Bewusstheit’s spheres that come into play for a Self. In theory, this allows for a myriad of different identities for humanity at any time .

There is confirmation for this hypothesis in human history. Human history demonstrates an incredible array of human life manifestations. There are even radical shifts in organizing life and explaining life within the historical evolution of groups of people. All this gives credibility to a model of Dasein that is sensitive to influences and responds by change .

Even in our present world, that is becoming smaller and smaller due to advances in transportation technology and the development of communication tools, we are still presented with a myriad of different ways of seeing one’s life and the world. However, we also encounter a pre-dominant paradigm today. It is the paradigm of globalization that holds a similar promise as the one formulated by Enlightenment thinkers such as Condorcet .

It is the promise that we can establish a world of peace, liberty and reason with one official world language. It seems as if through globalization the Enlightenment dream of a cosmopolitan world can be actualized. Still, the world is a mosaic of different identities that are stubbornly maintaining their uniqueness despite the avalanche of influences that have the tendency to create a homogeneous outlook on life and of the world .

There are two themes emerging from the phenomenological investigation into the actuality of identity throughout history and in today’s world. One theme is the fragility of identity. Identity can take on so many shapes in general and it can change its content within the historical development of a group of people (see for example the paradigm shift in Europe after the French Revolution) or even within individuals through a life time .

Immigrants are a prime example for this. Most immigrants, with appropriate help and being provided the opportunities, integrate remarkably quickly the values, customs, habits and emotional responses of their new homeland .

The other theme is the ability of maintaining an identity despite countervailing influences. There is, in history, enough evidence that identity can develop a stubbornness that maintains the integrity of its values, habits, customs and emotional responses though, from an available meta-perspective, this identity makes no sense within the context of the Self. There seems to an in-built inertia within human identity that prevents a person from changing its Self .

In the introduction, I have made the claim that human identity emerges through confrontation with otherness. This needs to be qualified now. Surely, an identity requires something new to achieve a different emphasis within its Bewusstheit that can lead to a changed identity. However, this requires an openness for something new. It requires courage because what is new creates a challenge. It threatens one’s security about oneself and rightfully might replace the known Self by an altered Self. It is courage that is required to face the unknown other that is perceived to be at threat, though in actuality, it is the only way we can assess our Self and change it .

This openness towards the other, however, is something that we can control once we have established an identity. The creation of one’s identity, though, is not in our control. We are, with little protection, delivered to a world in which we can only hope for mercy and well-meaning. It is a world that works on us, forming our identity. It is an identity that we, once endowed with enough sufficient understanding and sufficient opportunities, can accompany on its way through life by making decisions about the directions we trust our fate in. It is within the sphere of self-consciousness where we are able to make those life-changing or identity-maintaining decisions. Self-consciousness thus has a powerful function within Bewusstheit .

However, it has limited influence upon the Self because most identity change requires a respective change within the other Bewusstheits-circles as well .

The meta-perspective on human identity endorses diversity and difference for humanity. However, the workings of Bewusstheit also can be used to achieve the opposite to what must be seen as the true wealth of humanity based on the ontological foundation for the Self .

Bewusstheit is situated within an individual who, to a large degree, needs its Bewusstheits-circles to be imprinted by experiences before the Self gets a chance to work with what is already there. We are born within a context that is not of our choosing and that takes care of us, though, in later years, we might not really care for it .

It is mainly through upbringing within a context, that is of necessity a social context for development towards an identity, that the phenomenon of culture can be grounded and explained. Culture is the phenomenon of a group of people sharing a set of values, customs, habits and emotional responses (in short, identities) .

Cultures are able to maintain themselves because members of a culture can organize the world themselves, for young people and for newcomers in a way that endorses their particular identities. A culture can support structures that have the effect that similar experiences are had for everyone within the realm of this culture. This leads to similar constellations within the Bewusstheit of people exposed to these structures and thus to similar identities .

The Self is always situated within a web of meaning, his or her identity, that tends to be shared with members who form the social context of the Self. It is here where the greatest danger for diversity can be found. The diversity of human identity is in actuality restricted by the phenomenon of culture. It is through the cultural context that an initial identity is generated for the Self. Still, culture is an extension of the Self, because culture is a group of Selves sharing their identity with each other. Cultural must be seen within the context of the Self. Considering that diversity of identity is an ontological principle of the Self, it can be concluded that cultural diversity is also an ontological principle .

The Challenge of Globalization: the Danger of One World Culture The structure of the Self, the ontology of the Self as Bewusstheit, however, reveals a danger to the desirable outcome of cultural diversity. Considering that the Self is susceptible to the influences of experiences, there is a tendency that people will develop similar identities if their experiences are similar .

We now live in a world, in which even in remote mountain areas of Vietnam, people are exposed to movies and television shows the same way as they are consumed in the United States, Canada, Europe and, I suspect, Russia. We live in a world in which North-American universities endeavour to market their classes to small villages in Africa because we now have the technology to provide for Internet access there and we have developed on-line education .

This seems to be a desirable outcome of technology. However, it must be taken into account that there is very little if any consideration to adjust the education modules to the needs of the learners, needs that are different for different identities and thus for different cultures. Rather, it is assumed that the learners of any culture can only benefit to learn content of classes that have been put in place because they are useful for 20 life in Western society. It also is assumed that learners can only benefit from adjusting their best learning to the pedagogy developed for learners in a Western society .

Globalization does have the effect to generate similar experiences and to evolve identities and cultures towards similar values, habits, customs and emotional responses. Still, it cannot be denied that the presented experiences and role models for the good life tend to come from rich Western societies .

There is a strong belief that North American life is particularly attractive as role model for the world and it is thus not surprising that features of North American identity are presented as universally desirable all over the world by means of the media, the organization of educational offerings and by means of promoting a certain kind of cultural entertainment .

In addition, the language of opportunity has become English and it supplants more and more culturally grown languages. Little consideration is given to the fact that language itself is an expression and a constituent part of a person’s identity because language is influenced in its grammar, in its way of presenting ideas, in its richness of words by Bewusstheits-spheres .

For example, an Inuit has over ten ways of describing «over there». If an Inuit child only knows English, his or her ability to orient him/herself in the Arctic based on advise by others (go over there, instead of move towards that knob in the direction of the midday sun) will be greatly restricted .

Another example is a personal one. I wrote my PhD on Hegel’s concept of culture. I often was approached by colleagues who had difficulties understanding the English translation. I reviewed it and agreed – the translation was not an accurate reflection of the original. My colleagues soon found my translations to be more enlightening because they made sense in the overall context of the Phenomenology of Spirit. This baffled me because the translator is a very well acknowledged Hegel scholar and his translation overall is excellent. Then I discovered the problem. Miller must have translated the Phnomenologie des Geistes using his excellent understanding of the written German. This works for a large part but there are many sentence structures and choices of words in the Phenomenology that have a different meaning within the Swabia dialect compared to its meaning in the so-called High German. Hegel was raised in this dialect as I was – undeniably, Swabia culture tainted his use of written language (and his philosophical outlook). If the Swabia dialect, as stubborn as it holds out, disappears and it certainly is not acknowledged as a language of educated people, wouldn’t this restrict our access to Hegel’s writings and to possibly still undiscovered nuances of his philosophy? The same probably applies to other scholars raised in this culture, such as Heidegger .

There is a tendency to create one world culture today and globalization can facilitate this project. Considering Bewusstheit and its susceptibility to develop a similar identity based on similar experiences and understandings of the Self and the world, it is a feasible project. However, is it desirable?

One Ideal World Culture – An Impoverished View of Utopia It can be argued that one ideal world culture is not harmful to diverse life plans because of its implicit commitment to multiculturalism and to pluralism within society, because of its commitment to allowing people to choose their own good lives by means of democratic structures and by its commitment to human rights as the guarantor of individual liberty and security .

We also hear talk about the end of history and that through globalization we can achieve this goal .

Naturally, this makes reference to Hegel’s vision of an evolving self-consciousness to higher and higher levels whereby lower levels are aufgehoben (sublated) in the higher levels. It is the vision that identities and cultures can grow like a tree, getting stronger and stronger by putting on more and more rings of different manifestations of identity .

Cultures adopting this vision are presumed to allow for a manifold of actualized good lives all being grounded in having a solid understanding of different forms of human identity and capable of choosing ideal identities according to one’s needs. Hegel has been a believer in this vision, that is, if he did not attempt a cunning exercise with the Prussians as their state philosopher. Husserl believed in this concept of cultural development – however, he changed his outlook in later life, maybe based on the catastrophic failure of the application of this theory in human actuality .

According to the explanatory model of Bewusstheit, the tree analogy cannot work. Identity is an outcome of the interplay of numerous influences that change perpetually. Identity is not static, rather it is always in the flux – the same can be said for cultures. This process can be slowed down by not allowing different influences to emerge -- personal and cultural inertia can be explained this way .

Culture is the expression of Selves with similar identities. An individual can remember previous manifestations of his or her identity, but it is no longer existent. It reverberates as memory and its features might have led to creating new constellations within Bewusstheit, thus leading to a different identity. The past identity, however, is no longer present within the existing identity. Rather, it has disappeared and has made place for the present identity with its own unique Bewusstheit’s constellations .

Cultures are even less prone to the tree analogy because of the human condition. We live a very short life and in it we only are able to live very few distinct identities – taking into account the natural change in identity through aging. Cultures, to be sustainable, need the generational support or the support of newcomers such as immigrants. Cultures can, by means of education, create an awareness of different historical identities but those are again, remembered identities, and in this form, remembered identities of others that are not within the memory of personal experiences .

We thus move through life having an identity which we can describe by means of self-consciousness .



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |


Похожие работы:

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ДЕЛАМ НАЦИОНАЛЬНОСТЕЙ МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ, ПО ДЕЛАМ НАЦИОНАЛЬНОСТЕЙ И АРХИВНОГО ДЕЛА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ НАЦИОНАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ЧУВАШСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ...»

«stranded deep чит на вещи 18 фев 2016 Minecraft PC игра Майнкрафт на компьютер Скачать Bandicam crack Stranded Deep v0.10.H2 на компьютер Скачать игру The. 17 фев 2016 Stranded deep 0 01 h1 2015 pc repack by wurfgert скачать. (чит). Как выстроить роскошный дом stranded deep 9.. Stranded Мод...»

«Impact Factor (ISI) = 0.307 based on International Citation Report (ICR) SECTION 29. Literature. Folklore. Translation Studies. Liudmyla Nikolayevna Iachnyk postgraduate student of the Department of Slavic literatures The Institute...»

«МЕТОДИЧЕСКИЕ УКАЗАНИЯ К ВЫПОЛНЕНИЮ ДОМАШНЕЙ КОНТРОЛЬНОЙ РАБОТЫ ПО ДИСЦИПЛИНЕ "РУССКИЙ ЯЗЫК И КУЛЬТУРА РЕЧИ" 1. Общие методические указания. Данные методические указания ставят перед собой цель – оказание помощи студентам заочного отделения в организации их самостоятельной работы при написании домашней контр...»

«Коммуникативное поведение Вып.19 Коммуникативное поведение славянских народов Русские, сербы, чехи, словаки, поляки Воронеж Сборник представляет собой очередную публикацию межрегионального Центра коммуникативных исследований Воронежского университета в...»

«иъо Нарышкин (Махотин) 14(0^5*66 Николай Васильевич Национальная библиотека ЧР Л* (Г UVО-У jt* M.f г^ Й v (If HPOgP^ Нарышкин (Ма^отин) Николай В а с и л ь е в и ч у НЪо моя косная сторона Пода Казань Слово &уЦгл5. 5 V ) ББК84Р4....»

«L I. Мечникова Одеський нацiональний унiверситет iменi (повне найменування вищого навчалъного закладу) Фiлософський факультет (повне найменування iнституту/факультету) Кафедра культурологi1 (повна назва кафедри)...»

«ИНФОРМАЦИЯ о ходе проведения весенне-полевых работ Министерство сельского хозяйства, пищевой промышленности и мелиорации Кыргызской Республики, совместно с Полномочными представител...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Философский факультет Кафедра философии и культурологии Востока ASIATICA Труды по философии и культурам Востока Издается с 2005 г. Выпуск 7 Ответственный редактор д-р филос. наук, проф. Т. Г. Туманян ББК 86.33 А35 Р е д к о л л е г и я: М. Е. Кравцова...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Оренбургский государственный университет" Кафедра культурологии А.В. З...»

«Республиканский учебно-методический центр по образованию министерства культуры РБ СТЕРЛИТАМАКСКОЕ МЕТОДИЧЕСКОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ региональный методический конкурс "ЖИВОПИСЬ" на тему: "Акварель. Техника по сырому" Стерлитамак 2011 Пе рв...»

«УДК 1(09) КРИТИКА МАССОВОЙ КУЛЬТУРЫ В НЕМЕЦКОЙ КУЛЬТУРФИЛОСОФСКОЙ РЕФЛЕКСИИ НАЧАЛА 1930-Х ГОДОВ: К. ЯСПЕРС, О. ШПЕНГЛЕР, Э. ЮНГЕР1 © 2014 О. А. Власова, В. И. Шумаков проф. каф. философии, аспирант каф. философии e-mail: o.a.vlasova@gmail.com, shumakov.v.i@gmail.com Курский государственный университет Автор...»

«Общероссийская общественная организация "Федерация традиционных игр и этноспорта России" СОГЛАСОВАНО УТВЕРЖДАЮ Директор Государственного Президент Федерации Российского дома народного творчества традиционных игр и этноспорта России / _ / (подпись) (Т.В. Пуртова) (подпись) (А.В. Кыласов) М...»

«ФИЛОЛОГИЯ ВЕСТНИК ТОГУ. 2013. № 3(30) УДК 81.00 © А. М. Каплуненко, В. А. Рыжова, 2013 ОСОБЕННОСТИ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ ИДЕОЛОГЕМЫ "ВОЖДЬ" В КИТАЙСКОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ ПАНЕГИРИКЕ Каплуненко А. М. – д-р филол. наук, профессор кафедры "Перевод, переводоведение и межкультурная коммуникация", e-mail: amkaplunenko@mail.ru; Рыжова В. А....»

«1 СОДЕРЖАНИЕ 1. Общие положения 1.1. Основная образовательная программа высшего профессионального образования (ООП ВПО) бакалавриата, реализуемая ФГБОУ ВПО "Краснодарский государственный университет культуры и искусств" по направлению подготовки 071800 Социально-культурная деятельность и профилю подготовки "Менеджмент социально-культурной деяте...»

«Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова Геологи чески й ф акультет В. В. Авдонин, В. Е. Бойцов, В. М. Григорьев, Ж. В . Семинский, Учебник для Н. А. Солодов, В. И. С та р о сти н высшей школы МЕСТОРОЖДЕНИЯ МЕТАЛЛИЧЕСКИХ ПОЛЕЗНЫХ ИСКОПАЕМЫХ 2-...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования Московский государственный институт культуры "УТВЕРЖДАЮ" "УТВЕРЖДАЮ" Декан факультета Зав. кафедрой "." "." РАБОЧАЯ ПР...»

«Міністерство освіти і науки України Дніпропетровський національний університет імені Олеся Гончара Кафедра загального та слов’янського мовознавства ЗАДАНИЯ ДЛЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ ПО ДИСЦИПЛИНЕ "ПРАКТИКУМ ПО КУЛЬТУРЕ РУССКОЙ РЕЧИ" Орфоэпические нормы Дніпропетровськ УДК 811.161.1’271.12(075.8) ББК 81.411.2-1я73-5 П 77 Рекомендовано...»

«THE RUSSIAN SCH OOL OF NORWICH UNIVERSITY A Symposium Dedicated to Gavriil Derzhavin Гаврила Державин Симпозиум, посвященный 250-летию со дня рождения РУССКАЯ ШКОЛА НОРВИЧСКОГО УНИВЕРСИТЕТА ГАВРИЛА ДЕРЖАВИН 1743 1816...»

«КАЧЕСТВЕННАЯ РЫБА И МОРЕПРОДУКТЫ ДЛЯ ПРОФЕССИОНАЛОВ КАТА ЛОГ 2014/2015 О КОМПАНИИ: ООО "АГАМА ФУДСЕРВИС" стремится стать лидером в категориях "Рыба", "Креветка" и "Морепродукты", оперируя в сегменте поставок продукции глубокой заморозки для предприятий общественног...»

«РОССИЙСКОЕ ОБЩЕСТВО В ПЕРСПЕКТИВЕ СОЦИАЛЬНОГО МИКРОАНАЛИЗА М.О. Кудрявцева ДРАМАТУРГИЯ ПОПРОШАЙНИЧЕСТВА: СОЦИОЛОГИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ ПОВСЕДНЕВНОЙ ПРАКТИКИ Современное нищенство в России очень редко становится объектом социальных исследований. Вероятно, объяснить невнимание к данной проблематике можно неприглядност...»

«Выращивание лилий на срезку и в горшечной культуре Руководство по выращиванию лилий на срезку и в горшечной культуре Выращивание лилий на срезку и в горшечной культуре Предисловие Предисловие и В руководстве представлена информация и...»

«Типы плодов Плод – это орган цветковых растений, содержащий в себе семена. Плоды развиваются из частей оплодотворенных цветков, прежде всего из завязи, а также цветоложа, цветочной трубки и пр. Некоторые ботаники назыв...»







 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.