WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

«С 33 Иллюстрация на обложке А. Свербуты Разработка серийного оформления художника Н. Кудря Серяков ]І. С 33 Сварог. — М.: Яуза, Эксмо, 2004. — 688 с., ил. — (Цикл «Язычество предков»), І8В И ...»

-- [ Страница 1 ] --

www.RodnoVery.ru

ББК 86.31

С 33

Иллюстрация на обложке А. Свербуты

Разработка серийного оформления

художника Н. Кудря

Серяков ]І .

С 33 Сварог. — М.: Яуза, Эксмо, 2004. — 688 с., ил. —

(Цикл «Язычество предков»),

І8В И 5-699-07658-1

Некогда нашим предкам было дано откровение об окружающем

мире и их месте в этом мире. Затем это священное знание было

безжалостно уничтожено пришедшей с далеких берегов Средиземно морья религией, абсолютно чуждой народу как по крови, так и по духу. Эта религия подменила все ценности, навязала свой взгляд на мир и таставида'поклоняться своему богу. Наши предки верили, что они пряйыегпотомки бога Солнца Дажьбога и в силу этого являются носителями светоносной энергии в нашем мире. Заставив забыть о своих божественных предках и вести свой род от созданного из глины ветхозаветного Адама, новая религия превратила весь наш народ в Иванов, родства не помнящих. Восстановить хотя бы часть этой забытой истины призвана серия «Язычество предков» .

Первая книга посвящена Сварогу — Верховному Богу славян, Богу Неба и Небесного Огня, родоначальнику богов природных сил — Стрибога и Перуна. Настало время обрести истинные представления о месте и смысле жизни русского человека во Вселенной!

ББК 86.31 © М. Л. Серяков, 2004 © ООО «Издательство «Яуза», 2004 © ООО «Издательство «Эксмо», 2004 І8В1 5-699-07658-1 www.RodnoVery.ru ПРЕДЙ СЛО ВІ или размышление о то»

зачем нужна эта книга «Еще одна книга по язычеству .

Зачем она нужна?» — этот или похожий вопрос может задать любой человек, взявший в руки этот труд. Попробуем дать на него ответ, причем не толь­ ко потенциальному читателю, но и самому себе. С одной сторо­ ны, исследование славянского язычества имеет огромную исто­ рическую ценность, поскольку без всестороннего изучения на­ шей исконной религии мы в принципе не в состоянии понять духовный мир своих предков начиная с эпохи первобытности и, как минимум, вплоть до конца средневековья. «Вся жизнь ранних славян, — отмечает выдающийся отечественный исследователь В.В. Седов, — их хозяйственная деятельность, быт, культура и искусство были неразрывно связаны со славянским язычеством, пронизаны языческим мировоззрением. Средневековая духовная культура славян и после принятия христианства в более или менее значительной степени была связана с язычеством, унаследован­ ным от праславянского периода. Поэтому тема «Язычество сла­ вян» является основной проблемой их духовной культуры»1. Эта неразрывная связь приводит к тому, что настоящее исследование в значительной степени посвящено проблемам происхождения отдельных видов ремесла, семьи, культуры и государственности у славян, которые мы рассмотрим в свете отражения в них рели­ гиозных представлений наших далеких предков. Однако помимо огромной научной ценности эта тема несет в себе непреходящее духовное значение, имеющее непосредственное отношение не толь­ ко к минувшим векам, но и к настоящему и будущему. Описывая

–  –  –

причины, побудившие его в 1849 г. издать свое исследование о языческой мифологии, Д. Ш еппинг писал: «У нас в России куда ни заглянем, в темные ли предания старины или в волшебный мир песен и сказок; в исторические ли скрижали нашей славной роди­ ны или в ежедневный бьгг нашей простонародной жизни: везде встречаем более или менее явственные следы язычества — языче­ ства, не искорененного и не изглаженного десятью веками хрис­ тианства и образования»2 .





С тех пор изменилось не так уж много, разве что потребность понять духовное сокровище, завещанное нам от предков, стала еще более насущной. И насущность эта не сводится к одному лишь изучению прошлого, а распространяется как на сегодняшний день, так и на день завтрашний, поскольку не узнав истоков своей веры, мы никогда не сможем понять даже самих себя. Лишенные связи с первоисточником, мы оказываемся чуждыми тем могучим началам, которые на заре истории сфор­ мировали наш народ, заложили основы его самобытной культуры и дали силы пройти через все испытания, на которые так щедра была наша судьба. Уже в силу одной принадлежности нас к рус­ скому народу этиначала неизбежно присутствуют и в нас, как на уровне отдельного индивида, так и целого народа. Однако все мы, в большей или меньшей степени, не осознаем эти начала внутри себя и остаемся закрыты для полноценного взаимодействия с ними .

Игнорируя на уровне своего разума эти начала, человек, во-пер­ вых, ослабляет свою связь с предками и, во-вторых, делает чуж­ дой своему рассудку ту часть самого себя, которая проникнута этими началами. Подобное двойное разделение есть верный путь к самоослаблению и, в конечном итоге, к самоуничтожению .

Более тысячи лет назад эта связь была оборвана с началом христианизации нашей страны самозванными «ловцами душ че­ ловечьих». Н а стороне новой религии, помимо развязанного ею духовного и физического террора, была и объективно существу­ ющая могущественная сила забвения. Казалось бы, под их сово­ купным напором русское язычество должно было исчезнуть без www.RodnoVery.ru

С ворог

следа, окончательно стереться в народной памяти. Х оть эти раз­ рушительные силы и восторжествовавли в определенную истори­ ческую эпоху, их триумф оказался неполным. Ч то же оказалось способным противостоять им? О твет прост: человеческая приро­ да. Именно она предопределила итоговую неудачу всех навязы­ ваемых ей идеологий, от христианской до коммунистической, и делает возможной восстановление связи с собственным первоис­ точником. Судя по всему, человек устроен так, что его неудержи­ мо тянет найти ответ на вопрос о том, что же было в самом Н ача­ ле, откуда возник он сам и все, что его окружает. Только благода­ ря этому «инстинкту причинности», как назвал его немецкий философ Э.Кассирер, и смогли возникнуть современная наука, религия, философия. Думаю, мы не ошибемся, если скажем, что вечная жажда причинности лежит в основе человеческого мыш­ ления. Знание своего происхождения, истории своего рода дела­ ло человека сильней, давало ему твердую опору в этом изменчи­ вом и непредсказуемом мирю. К ак и дерево, человек крепок свои­ ми корнями; с другой стороны, полное физическое или духовное уничтожение чего-либо в русском язьже обозначалось емким сло­ вом «искоренить». Н а протяжении всех веков человеческий ум настойчиво стремился познать Начало Начал, разгадать великую тайну бытия. О т ответа на Этот вопрюс в конечном итоге зависит самопознание и самоопределение как отдельного человека, так и целого народа .

Лишь правильный ответ на эту глобальную загад­ ку способен дать истинную систему координат в духовном и мате­ риальном мирю и, как следствие, истинную цель бытия на этой Зем ле нарюда и составляющих его личностей. Н а сегодняшний день современное человечество располагает двумя вариантами ответа на этот глобальный вопрюс. Согласно утверждению мате­ риалистической науки весь наш мир, от нашей планеты до Все­ ленной, возник в рюзультате Большого Космического взрыва, а сам человек прюизошел от обезьяны. Иную версию предлагает Библия: человек из праха земного сотворен Богом, по слову кото

–  –  –

рого несколькими днями раньше был создан и весь остальной мир .

Все мы настолько привыкли к этим двум наиболее распростра­ ненным объяснениям, что не осознаем того, что на самом деле ответов на глобальный вопрос может быть много больше. К аж ­ дому народу в начале его истории дается (или ему самому удается создать в результате напряженной работы духа) уникальное от­ кровение об окружающем мире и его собственном месте в нем .

И м я этому чудесному откровению, которое на века определяет неповторимый духовный облик этого народа, отличающий его от всех других народов, — миф. О н дает создавшему его народу целостное и всеохватывающее мирочувствование — познание са­ мого себя и окружающей его материальной и духовной Вселен­ ной во всем бесчисленном многообразии их связей и взаимовли­ яний не только на интеллектуальном, но и на интуитивном уров­ не. К ак мы не раз будем иметь возможность увидеть, подчас под обыденной, простой формой мифа скрывается вселенская безмерность, которая лишь таким загадочным языком символов может быть открыта человеческому духу. А нанда Кумарасвами в свое время справедливо отметил, что «миф являет собой мак­ симальное приближение к абсолютной истине, которую нельзя выразить словами» .

Исследователи уже давно отметили огромное значение мифа .

М иф соединяет обыденный человеческий мир с вечностью, встра­ ивая его во всеохватывающую картину мироздания и, тем самым, освящая обретенный новый смысл мира и людей. В свое время Б.Малиновский совершенно справедливо отметил, что во всем мирю люди в традиционных обществах видели в своих мифах «сви­ детельство некой першичной, более значительной и более важной реальности, которой определяется нынешняя жизнь, судьбы и дела человечества; знание ее обеспечивает человеку мотивацию его ритуальных и моральных деяний, нередко подсказывая ему, как именно он должен поступить»3. Древнерусский язык хорошо под­ черкивал эту роль мифа, который наши далекие предки обознача­ www.RodnoVery.ru

Сварог

ли словом кощюна. Кощюна-миф органически связывался с вол­ шебством, и после насильственного крещения Руси проповедни­ ки новой веры категорически запрещали своей пастве даже слу­ ш ать родны е сказания: « Н и чаров внемли, ни кощ юньных вълшеб»4. Семантически это обозначение мифа в нашем языке родственно словам кош — «жребий, судьба» и кощ ьное — поту­ сторонний мир, где находились языческие боги. Таким образом, по представлениям наших далеких предков, навечно отразившим­ ся в их языке, исполняемая кощюна соединяла жизнь человека не только с иным, потусторонним миром, но и с его судьбой. Выда­ ющийся отечественный ученый В.Я. Пропп писал об этом уни­ кальном явлении духовной жизни: «М иф же есть рассказ сак­ рального порядка. В действительность рассказа не только верят, он выражает священную душу народа»5. Исследовавший миф со­ вершенно с других позиций и абсолютно другими методами изве­ стный швейцарский психолог К. Г. Ю нг пришел практически к аналогичному выводу, отметив при этом страшную опасность ут­ раты народом своего собственного мифа: «М ифы — это изначаль­ ные проявления досознательной души, непроизвольные высказы­ вания о событиях в бессознательной психике, но менее всего алле­ гории физических процессов. Такие аллегории были бы праздным развлечением для ненаучного интеллекта. М ифы, напротив, име­ ют жизненно важное значение. О ни не просто презентируют пси­ хическую жизнь примитивного племени, они есть сама эта жизнь .

И если племя тер яет свое миф ологическое наследие, оно незамедлительно распадается и разлагается, как человек, кото­ рый потерял бы свою душу. Мифология племени — это его живая религия, потеря которой — всегда и везде, даже среди цивилизо­ ванных народов, — является моральной катастрофой»6. С приня­ тием христианства духовенство на Руси, как и в большинстве дру­ гих стран, сделало все, чтобы уничтожить народную память, ра­ зорвать эту священную связь, и данный корень в их устах приобрел иное, прямо противоположное значение кощюнства, т. е. свято­ www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков татства. Н а самом деле, как мы видим, святотатство по отноше­ нию к душе своего народа совершали именно ретивые проповед­ ники новой веры .

Таким образом, миф — и результат выражения народного духа, и средство его закрепления путем выработки определенного мирочувствования, присущего именно этому и никакому другому народу. В силу давности европейской христианской цивилизации многие из нас даже не осознают, что библейский рассказ о сотво­ рении мира и человека — это всего лишь миф еврейского народа, сложившийся много тысячелетий тому назад в совершенно иных исторических, географических и духовных условиях и отражаю­ щий специфическое мирочувствование именно создавшего его на­ рода. Библейские догмы за давностью лет настолько въелись в наше сознание, что подавляющее большинство людей даже не задумывается о том, что для нашей культуры существовал еще и третий вариант ответа на глобальный вопрос — исконный славян­ ский миф о Начале Начал. К ак показывает практика, народ не может в принципе отказаться от мифа: единственное, на что он способен, так это на отказ от своего мифа. Свято место, как изве­ стно, пусто не бывает, и освободившееся духовное пространство незамедлительно заполняется религиозными мифами других на­ родов, а в наше время мифами из сферы науки и политики .

О дна­ ко любой миф, оторвавшийся от своей родной почвы, неизбежно превращается в обманчивый мираж, в принципе не способный принести нечего хорошего иным народам. Помимо того, что на­ род теряет возможность самобытного органического развития, что уже само по себе великое зло, он, к тому же, с неизбежностью воспринимает новый миф не полностью, мешая его с остатками своих прежних представлений, и искажает его, благодаря чему силы разрушения и лжи многократно усиливаются. Б ез своего мифа народ оказывается лишен цели и смысла своего бытия. Понятно, что цель и смысл подменяются чуждыми мифами, которые были истинны лишь для создавшего их народа, являясь результатом www.RodnoVery.ru

Сварог

именно его духовных поисков, а для всех воспринявших (с неиз­ бежными искажениями) народов этот чуждый миф автоматичес­ ки оказывается обманчивым миражом, следование которому в принципе не способно привести ни к чему, кроме тупика .

Оставляя в стороне вопрос о сущности учения самого Иисуса Христа, констатируем лишь тот бесспорный факт, что на Русь христианство пришло уже в сильно измененном виде — апостола­ ми, первоначальной церковью, а затем и приспособившим его к своим нуждам римским государством. Религия греха и страдания, смирения и рабской покорности силой насаждалась тем, кого ж и­ тели Средиземноморья высокомерно называли северными варва­ рами. Разложив изнутри великую Римскую империю, она приня­ лась делать то же самое с более молодыми и сильными варварс­ кими народами, создавшими на развалинах империи и вне ее свои национальные государства. Немало дав, христианская религия еще больше и взяла, отняв у славян и германцев в первую очередь самое главное — возможность самобытного развития, иначе гово­ ря, саму душу народа. Т о, к чему способно было привести сво­ бодное, непрерывное развитие индоевропейских начал, явственно показывают нам Греция, Рим и Индия. Каждая из этих стран создала свою уникальную, неповторимую культуру, которой мы можем только восторгаться в немом восхищении. Эти три чуда мировой истории зримо показывают нам, чем могла бы стать и наша Русь. Однако у большинства индоевропейских стран воз­ можность органичного развития заложенных в них духовных на­ чал была безжалостно отнята, в Иране — исламом, а в Европе — христианством. З а тысячу лет своего практически монопольного духовного господства последнее так и не сделало ни один приняв­ ший эту религию народ ни лучше, ни счастливее, а сама новая религия оказалась не в состоянии дать ответ на главные духовные искания человечества, что опять-таки вполне закономерно перио­ дически порождало кризисы, вылившиеся в нашу эпоху в гло­ бальный духовный кризис современного западного мира. Восста­ www.RodnoVery.ru

М ихаил С еряков

новление разорванной более тысячи лет назад связи времен (а в 9 8 8 г. разорванным по-живому оказалось не только время, но и сама душа русского народа, часть которой была загнана в темную сферу бессознательного), приобщение к духовному миру наших далеких предков, которым, в конечном счете, мы обязаны не только самой своей жизнью, но и нашими представлениями о добре и зле, красоте и уродстве, чести и бесчестии, правде и кривде, воз­ вращение к своим изначальным корням, которые, несмотря ни на что, до сих пор продолжают питать нас и оказывать свое влияние на всю нашу современную жизнь. Обретение исконных представ­ лений о месте и смысле жизни русского человека в этой Вселен­ ной, равно как и о происхождении самой этой Вселенной — зада­ ча первостепенной важности, без решения которой русский народ никогда не сможет обрести свою утраченную духовную целост­ ность. Некогда нашим далеким предкам было дано откровение об окружающем мире и их месте в этом мирю. Затем это священное знание было утрачено, а еще точнее — уничтожено пришедшей с далеких берегов Средиземного моря религией, которая подмени­ ла все наши ценности, навязала свой взгляд на мир и заставила поклоняться своему богу. Согласно основополагающему мифу на­ ших далеких предков, который будет подрюбно разобран в следу­ ющей книге, славяне приходятся прямыми потомками бога Солн­ ца Дажьбога, и, в силу этого, являются носителями светоносной энергии в нашем мирю. Заставив забыть о своих божественных предках и вести свой рюд от созданного из глины ветхозаветного Адама, новая религия в буквальном смысле превратила весь наш народ в Иванов, не помнящих родства. Полностью уничтожить язычество предков христианству оказалось не под силу, но за тысячу лет оно смогло вытеснить его в область бессознательно­ го, оставив в памяти народа лишь случайные отрывочные воспо­ минания о былой истине. «Всяких благ, Клея, — писал в свое врюмя мудрый греческий историк Плутарх, — люди, имеющие разум, должны прюсить у богов, более же всего мы желаем и мо

–  –  –

Сварог лим получить от них знание о них самих, насколько это доступно людям; ибо и человек не может принять ничего более великого, и бог даровать ничего более священного, чем истина. (... ) П оэто­ му устремленность к истине, особенно касающейся богов, есть тяга к божественному»7. Восстановить хотя бы в общих чертах эту забытую истину, запечатлившуюся в миллионах разрознен­ ных явлений — от археологических памятников до поверий и поговорок — цель настоящего труда .

Лишившись своего национального мифа, гармонизирующего Вселенную и человека в единое целое, народ не только слабеет духов­ но, становясь более легкой добычей окружающих его сил, но, даже если отбросить внешнюю опасность, неизбежно приходит к раз­ рушению себя и окружающей его природы, секрет взаимодействия с которой утрачен. Оторвав человека от родной природы, с кото­ рой были неразрывно связаны языческие боги, христианство от­ крыло путь в наш мир силам еще более разрушительным, чем оно само. Безудержный научно-технический прогресс и ж аж да на­ живы, вырвавшиеся из-под контроля, грозят сейчас пожрать са­ мого человека, превратив его в раба денег и техники .

В силу распада своего великого государства мы, ощущаем гло­ бальный кризис современной эпохи, возможно, острее, чем мно­ гие другие народы. Продолжающееся уничтожение окружающей природы, продолжающееся уничтожение страны и ее народа, про­ должающееся духовное уничтожение каждого конкретного чело­ века — вот триединая угроза, с которой все мы столкнулись в са­ мом начале третьего тысячелетия. В этом мире огромное множе­ ство сил, восходящих, в конечном итоге, к одной огромной темной силе, готовых на все, чтобы поработить нашу волю, окутать ло­ жью наш мозг, использовать наши тела в своих интересах. Н о самая главная цель этой темной силы — это похитить нашу душу, заставив забыть себя, свое происхождение и предназначение на своей Земле. В этом плане каждый из нас, вне зависимости от того, хочет он этого или нет, оказывается подобным сказочному

–  –  –

богатырю, вступающему в единоборство с многоглавым Змеем Горынычем. З л о не спрашивает, хотим ли мы этой битвы, готовы к ней или нет — оно просто нападает. Чудовище это многолико и каждую секунды готово являться к нам в новом, подчас трудно­ узнаваемом обличье. Против многообразия З л а есть только одно средство — обрести свою истинную силу, стать самим подобным сказочному герою, побеждавшему чудовище. Н о для этого нам необходимо вернуться в мир сказки, мир мифа и там, в далеких глубинах прошлого, обрести свое истинное «я» .

Сказанное верно как для отдельного человека, так и для на­ рода в целом. К ак всегда бывало в трудные времена, силу наро­ ду способно дать лишь обращение к собственным духовным кор­ ням. Показательно, что самые крупные труды по древнерусско­ му язычеству за последние два столетия появлялись именно в наиболее переломные моменты нашей истории — эта тема ока­ зывалась актуальной не только для их авторов, но и для обще­ ства, которое стремилось воссоединиться со своим изначальным духовным источником, не осознавая до конца этого стремления .

Т ак, фундаментальный труд А.Н. Афанасьева начал выходить в свет с 1865 г., т. е. вскоре после отмены крепостного права и начавшегося бурного развития капитализма в России. И сследо­ вания Е.В. Аничкова и Н.М. Гальковского были изданы в пе­ риод Первой мировой войны и надвигающейся революции, унич­ тожившей Российскую империю. Книги Б.А. Ры бакова были напечатаны в преддверии и во время перестройки, незадолго до крушения Советского Союза .

Поиском этих корней, собственной системы координат и про­ истекающей из нее истинной цели как народного, так и индивиду­ ального бытия мы и попробуем заняться. Одновременно это яв­ ляется и битвой за свою душу, не выиграв которую, человек не может обрести потенциально присущую ему целостность. Битва эта по необходимости будет вестись на двух неразрывно связан­ ных друг с другом уровнях — коллективном и индивидуальном .

www.RodnoVery.ru

Сварог

Н а заре истории, воплотив свое национальное и нравственное са­ мосознание в мифах, в которых и выкристаллизовалась душа на­ рода, наши далекие предки благодаря этому и стали тем, кем они были — славянами. Теперь, в эпоху тотальной глобализации и размывания всего и вся, в первую очередь нравственных и нацио­ нальных основ, возвращение к своим истокам, возможно, предос­ тавляет нашему народу единственный шанс не просто остаться самим собой, сохранив свою самобытность и свою душу вопреки наступающему хаосу и бездуховности, но и, став сильнее, одолеть окружающее его З л о .

Очень многое из нашей мифологии безвозвратно утрачено, однако часть бесценного наследия предков уцелела: что-то — в сфере коллективного бессознательного, что-то — в былинах и сказ­ ках, скупых строчках летописей и безмолвных археологических находках. Н аша задача — попытаться заставить заговорить эти, казалось бы, безмолвные свидетельства глубокой старины, по­ стараться постигнуть их истинный смысл и через это найти доро­ гу к своему коллективному бессознательному, которое во многом до сих пор влияет на нас, но сути которого мы не понимаем. Лишь реинтегрировав свое индивидуальное и коллективное бессознатель­ ное мы сможем стать теми, кем мы изначально и должны были стать — великим и светоносным народом, состоящим из цельных личностей, неразрывно связанными как со своими предками, так и со всей Вселіенной. В чем-то наше исследование будет сродни работе археологов, своего рода духовной археологией: как и они, мы будем кропотливо искать мельчайшие крупицы старины, ос­ торожно счищать с них все наслоения последующих веков и пы­ таться сложить из них давно утраченную мозаику, чтобы древняя картина мира вновь обрела свою цельность и засверкала всеми своими казалось бы навсегда утраченными красками .

С ритуальной точки зрения очень важно было зажечь священ­ ный огонь у алтаря бога, однако еще важнее было зажечь небес­ ный огонь духа в сердце каждого человека, ибо внешний огонь т ш 'т ш 'т ш ш ш. ш ш м з и www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

есть только символ и напоминание об этом изначальном огне. Наши предки обладали тайной зажжения внутреннего огня человечес­ кого духа и лишь благодаря раскрытию этого светоносного на­ чала смогли создать то величие, наследниками которого все мы являемся хотя бы в силу своего происхождения. Н айти под тол­ стым слоем пепла еще мерцающие кое-где огоньки того изначаль­ ного духа и вновь возжечь из них разгоняющее тьму священное пламя — вот наша задача. Н е сделать этого — значит оказаться недостойным своих великих предков. Книга эта приглашает от­ правиться в путешествие к истокам души русского народа, а в ко­ нечном итоге, к изначальным истокам души каждого ее читателя .

Основные принципы исследования

В своем деле реконструкции древней мифологии мы находим­ ся в несколько лучшем положении, чем наши предшественники, поскольку можем опереться на современные достижения целого комплекса наук — истории, археологии, фольклористики, этног­ рафии и лингвистики .

Ввиду крайней скудости прямых первоис­ точников большое значение для восстановления как самого обра­ за языческого божества, так и путей его эволюции приобретает тесно связанное с ним семантическое поле: круг идей и воззрений, предметы культа, производства, быта (вещное поле божества, если можно так выразиться), каждое из которых подчас несет боль­ шую смысловую нагрузку. Следует отметить, что вещь — это не только некий предмет материального мира, способный многое рас­ сказать археологу о жизни древнего общества. В мифопоэтичес­ кой системе координат вещь — это символ и в этом качестве она способна поведать о целом комплексе стоящих за ней представле­ ний. Кроме того, как мы сможем убедиться уже на примерах из этой книги, эволюция вещей находит свое отражение и в эволю­ ции связанных с ними идей. Иной раз, оттолкнувшись от археоwww.RodnoVery.ru

Сварог

логического факта, мы прослеживаем его лингвистические или фольклорные соответствия или продолжение заложенной в нем идеи. Н е будем забывать, что самые разнообразные и, казалось бы, никак не связанные между собой факты материальной куль­ туры, языка и мифологии отражают в себе единое мирочувствование создавшего их народа и потому должны быть, по возмож­ ности, рассмотрены в комплексе. Эта долгая и медленная работа кому-то может показаться скучной и неинтересной, однако без нее теряется весь смысл настоящего исследования, поскольку в противном случае не будет ровно никакой гарантии, что воссоз­ данные образы соответствуют тому, что было в действительности более чем тысячу лет тому назад. Достаточно жесткая система доказательств обоснованности мифологической реконструкции абсолютно необходима, поскольку без нее книга полностью ли­ шается своей духовной и научной ценности, превращаясь в воль­ ную авторскую фантазию на избранную тему .

Зд есь следует оговорить основные піринципы нашего иссле­ дования. Восстановление русской мифологии, от которой стара­ ниями христианства остались жалкие бессистемные фрагменты (достаточно сказать, что в своем первоначальном виде до нас не дошло ни одного мифа Древней Руси), без сопоставления ее с мифологиями других индоевропейских народов невозможно, од­ нако здесь необходима особая осторожность, чтобы не смешать язычество наших предков с язычеством родственных им народов .

Чтобы избежать этой невольной подмены, следует ориентиро­ ваться на следующий ряд критериев при сопоставлении мифоло­ гических персонажей в родственных традициях. Во-первых, зна­ чение имеет родство имен или прозвищ богов и героев, а также то, в каком облике они традиционно изображались и какие атрибуты им приписывались. Во-вторых, важную роль играет функциональ­ ное совпадение положения богов в мифологических традициях разных индоевропейских народов. И, наконец, немаловажную роль играет сходство мифологических сюжетов, в которых ф туриру

–  –  –

ют те или иные боги. Причем особую ценность представляют не просто параллели того или иного сюжета, а наличие ряда связан­ ных с собой сюжетов, в которых задействовано несколько генети­ чески родственных между собой в различных индоевропейских традициях мифологических персонажей, что позволяет уже с уве­ ренностью, основанной на перекрестном подтверждении выдви­ нутой гипотезы, говорить об их происхождении от одного перво­ образа, восходящего к эпохе общности этих народов .

К ак при восстановлении русского язычества нам не обойтись без сопоставления с язычеством других индоевропейских наро­ дов, так воссоздаваемая картина будет заведомо неполной без привлечения богатого материала отечественного фольклора, на­ чиная с эпохи Московской Руси вплоть до наших дней. Этот об­ ширный пласт нашей духовной культуры, который не может быть напрямую связан ни с одним из известных нам древнерусских бо­ гов, но явно содержит богатый безатрибутивный мифологический материал, представляет одновременно и существенное подспорье, и существенную трудность в деле реконструкции изначальных языческих представлений наших предков. Следует подчеркнуть, что дело восстановления отечественной мифологии осложняется еще и тем, что русское язычество, как и любая народная мифоло­ гия, не было сводом раз и навсегда застывших догм, а более или менее быстро развивавшейся системой и подчас зафиксирован ные летописцем ко времени крещения Руси языческие боги пред­ ставляли из себя не первичный образец, а уже прошедшую доста­ точно долгую эволюцию образ. В поисках их истока мы будем уходить в глубь веков даже не к 9 8 8 г., а на гораздо большее число тысячелетий, поскольку мифология наших непосредствен­ ных предков развивалась с момента распада индоевропейской об­ щности вплоть до насильственной христианизации. Эпоху распа­ да этой общности археологи обычно датируют III—II тыс. до н. э., однако лингвисты приводят еще более раннюю дату: «Все выше­ изложенное определяет на основании древнейших ареальных дан­ www.RodnoVery.ru

Сварог

ных период существования общеиндоевропейской языковой сис­ темы временем не позднее V —Г тысячелетий до н. э., к которо­ му и следует отности начало диалектного членение общеиндоев­ ропейского языка»8. Таким образом, речь идет о развитии мифо­ логических представлени й на п ротяж ени и как минимум четырех—семи тысячелетий. В ряде случаев, однако, мы будем вынуждены уходить еще дальше в глубь веков — вплоть до ка­ менного века и начала зарождения у человечества религиозных представлений как таковых. Проследить по мере возможности это развитие мы также попытаемся в данном исследовании .

Аналогичное развитие претерпевали и все другие индоевро­ пейские религии. Т ак, например, в индийской мифологии перво­ начально верховным богом был Варуна, затем его оттеснил на вто­ рой план Индра, заимствовавший некоторые из его черт, а под конец и сам Индра был вынужден уступить свое доминирующее положение в индуистском пантеоне Вишне и Ш иве .

П о мере ус­ ложнения мифологических представлений происходил процесс снижения роли древних богов и совпадение характерных черт этого процесса относительно того или иного бога у различных народов также может косвенно свидетельствовать об их генетическом род­ стве. В дальнейших исследованиях мы намерены показать, как у нас бог Перун проделал путь от могущественного громовержца и владыки мировых вод до Морского царя, чьи богатые палаты на­ ходились на дне то ли Балтийского, то ли Черного моря, т. е. по отношению к Руси почти на краю света, а затем от Морского царя до обычного водяного, живущего в соседней речке или озере .

Однако на протяжении всей своей инволюции от вселенского бо­ жества до почти бытового образа он неизменно сохранял связь с водой, жертвоприношениями и свой грозный и непредсказуемый характер, благодаря которому он в равной степени мог погубить или облагодетельствовать человека. Понятно, что в нашей стране на этот объективный процесс наложилась христианизация, одна­ ко она смогла лишь частично видоизменить его форму, а не суть .

www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков Если нам удастся установить генетическую преемственность в развитии мифологического образа по устойчивому комплексу спе­ цифических черт, мы вправе заключить, что основное ядро «сни­ женного» образа фольклора, фиксирующегося в X V II—X X вв., присутствовало и у его языческого прообраза. Подобно тому, как археологи используют ретроспективный метод, чтобы на основа­ нии общих признаков идти от археологической культуры, этни­ ческая принадлежность которой точно известна, все дальше и даль­ ше в прошлое, чтобы проследить ее истоки, мы воспользуемся принципом обратной ретроспективы, чтобы, оттолкнувшись от древнего языческого образа, учитывая не только его черты, за ­ фиксированные в Древней Руси, но и черты других индоевропей­ ских богов, с которыми он был генетически связан, идти из глуби­ ны веков к современности, прослеживая его последовательное «снижение» и благодаря этому обогащая свои представления о том или ином боге языческой Руси, делая его образ более полным и объемным. Наши знания о богах языческой Руси с одной сто­ роны и устанавливаемые для них индоевропейские параллели с другой образуют своего рода сито, через которое мы можем про­ сеять весь русский фольклорный безатрибутивный материал пос­ ледующих эпох и отобрать те черты, которые изначально принад­ лежали тому или иному древнерусскому божеству и дошли до наших дней в каком-нибудь «сниженном» образе, прямая связь которого с богом на первый взгляд может и не угадываться .

Следует также подчеркнуть, что данное исследование о рус­ ском язычестве отличается от других подобных работ на эту тему тем, что оно рассматривает его как до сих пор живое явление на­ шей духовной культуры, а не как безвозвратно канувший в Лету набор религиозных представлений. Действительно, после насиль­ ственной христианизации Руси более чем тысячу лет тому назад языческие идолы были низвергнуты, почитание их запрещено, а память об исконных богах стараниями православной церкви была стерта из сознания русского народа. Однако корни язычества были www.RodnoVery.ru

Сварог

настолько мощны, что, будучи вытеснены из сферы сознательной памяти, наши боги перешли как в сферу коллективного бессозна­ тельного, так и превратились в «сниженных» персонажей фольк­ лора. В этой связи уместно будет вспомнить одно наше языческое представление. Согласно древнему славянскому поверью, моло­ дые люди, умершие до предначертанного им срока, все равно до­ живали свой век на земле в виде цветка, растения, птицы, зверя, русалки, духа и т. п. Этот же закон сохранения жизненной энер­ гии оказался приложим и к языческим богам Древней Руси: унич­ тоженные в своем первоначальном облике восторжествовавшим христианством, они все равно продолжали жить на родной земле либо слившись с теми или иными персонажами новой религии, либо наделив частью своих черт эпических или сказочных героев, либо на уровне духов низшей мифологии, а то и одновременно сочетая все эти варианты. Последовательное изучение этих «сни­ женных» образов древнерусских богов вкупе с параллельным ана­ лизом генетически родственных персонажей в мифологии других индоевропейских народов и поможет нам воссоздать близкий к первоначальному образ тех сил, которые были священны для на­ ших далеких предков .

1 Седов В.В. П ервый международный симпозиум по славянскому язычеству / / К С И И М К. Вып. 1 6 4,1 9 8 1. С. 122 .

2 Шеппинг Д. М ифы славянского язычества. М., 1997. С. 3 .

3 Маііпоівкі В. МуіЬ іп Ргітіііе РзусЬоІо^у. Ь., 1926. Р. 39 .

4 Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Т. 1. Ч. 2. М.,

1989. С. 1309 .

5 Пропп В.Я. Ф ольклор и действительность. М., 1976. С. 149 .

5 Юнг К.Г. Душ а и миф. Ш есть архетипов. К иев-М.,1997. С. 8 9 — 90 .

7 Плутарх. О б И сиде и О сирисе / / В Д И. 1977. № 3. С. 250 .

8 Гамкрелидзе Т.В., Иванов В.В. Индоевропейский язы к и индо­ европейцы. Т. 2. Тбилиси, 1984. С. 865 .

–  –  –

Первое упоминание об этом боге мы встречаем во вставке в Повесть временных лет, сохранившейся в тексте Ипатьевской летописи под 1114 г. Рассказывая о чудесных событиях того пе­ риода, летописец проиллюстрировал их рассказом из популярной на Руси византийской средневековой хроники Иоанна Малалы (прозвище, означавшее собственно «Ритор», «Говорун»), кото­ рая на протяжении многих веков была практически единственным источником, из которого наши далекие предки могли почерпнутъ хоть какие-то сведения по античной мифологии, литературе и ис­ тории. Данный фрагмент был приурочен к древнему Египту и повествовал о самом начале человеческой цивилизации, представ­ ляя, в византийском оригинале, причудливую смесь библейской и античной мифологии: «А в А фрики трие камение спадоша превелици и бысть по потоп и по раздленьи языкъ, поча царьствовати первое Местромъ, от рода Хамова, по немь Еремия, по немь Ф еоста иже и Соварога нарекоша егуптяне. Царствующю сему Ф еоста въ Егупт, въ время царства его спадоша клщ с небес, нача ковати оружье, прже бо того палицами и камениемъ быяхуся. Т ъ же Ф еоста законъ оустави женамъ за единъ мужъ посагати и ходити говеющи, а иже прелюбы дющи, казнити повелваше. Сего ради прозваніе и бог Сварогь. Преже бо сего жены блоудяху, к немуже хотяше и бяхоу акы скотъ блудяще .

Ащ е родяшеть дтищъ, который и любъ бываше, дашеть: «Се твое дитя». О н же створяше празнество приимаше. Ф еость же сь закон расыпа и въстави единому мюжю едину жену имти и жен www.RodnoVery.ru

Сварог

за одинъ моужь посагати; аще ли кто переступить да ввергуть и в пещь огнену. Сего ради прозваша и Сварогомъ и блажиша и егуптяне. И по сем царствова сынъ его, именемъ Солнце, его же наричють Даждьбог, семъ тысящь и 4 0 0 и семьдесятъ днии, яко быти лтома двемадесятьма ти по лун видаху бо егуптяне, инии чисти ови по лун чтяху, а друзии деньми лт чтяху; двою бо на десять месяцю число потомъ оувдош а .

О т нележе н ач ата чловци дань давати царямъ. Солнце царь, сынъ Свароговъ, еже есть Дажьбогь, б бо мужъ силенъ; слышавше н от кого жену нкую от егуптянинъ богату и всажену. соущю. И нкоему, въсхотвшю блудити с нею, искаше ея яти ю хотя. И, не хотя отца своего закона расыпати, Сварожа, поемъ со собою моужь нколко своихъ, разумвъ годину, егда прелюбы деть, нощью припаде на ню, не оудоси мужа с нею, а ону обрте лежащю съ инмъ, с нимъ же хотяше. Емъ же ю и мучи и пусти ю водити по земли в корзин, а того любодица вскну. И бысть чисто ж и­ тье по всей земли Еіупетьскои, и хвалити начата»1 — «А в А ф ­ .

рике (с неба) упали три огромных камня и после потопа и после разделения языков начал царствовать первым Местром от рода Хамова, после него Еремия, после него Феоота, как египтяне на­ зывали Сварога. Когда Ф еост правил в Египте при нем с небес упали клещи и (люди) начали ковать оружие, а прежде бились палицами и камнями. Т от же Ф еост закон установил женам вы­ ходитъ за одного мужа и хранить ему верность, а прелюбодеек велел казнить. Поэтому его и прозвали богом Сварогом. Д о этого жены блудили с кем хотели и были как скот блудящие. Когда рождался ребенок, (женщина) говорила тому, кто ей был люб:

«это твое дитя». Ф еост этот порядок уничтожил и велел одному мужу иметь одну жену, а того, кто преступал этот закон, ввергал в огненную печь. З а все за это назвали его египтяне Сварогом и почитали как бога. И потом царствовал сын его, именем Солнце, его же называют Дажьбог, 7470 дней, что составляло двенад­ цать с половиной лет. Н е умели египтяне иначе считать: одни по

–  –  –

луне считали, а другие днями годы считали; число 12 месяцев уз­ нали потом, когда начали люди дань давать царям. Дажьбог был сильным мужем; услышав от кого-то о некоей богатой и знатней египтянке и о неком человеке, восхотевшем сойтись с нею, искал ее, желая схватить ее (на месте преступления) и не желая закон отца своего нарушать, Сварога. Взяв с собой нескольких своих мужей, зная час, в который она прелюбодействовала, ночью в от­ сутствие мужа ее застиг лежащею с другим мужчиной, которого сама облюбовала. О н схватил ее, подверг пытке и послал водить ее по земле египетской на позор, а того прелюбодея обезглавил .

И настало непорочное житье по всей земле Египетской, и все вос­ хваляли его» .

Ф еост Иоанна М алалы — это древнегреческий бог-кузнец Гефест, которого славянский летописец отождествил со Сварогом для того, чтобы образ этого божества стал более понятен оте­ чественным читателям, не знакомым с античной мифологией. Как видим, по мысли славянского книжника этот бог соотносился с переходом человечества от каменного века к цивилизации, выра- зившимся в изготовлении оружия и, очевидно, других металли­ ческих вещей, а также переходом от неупорядоченных половых сношений к единобрачию, а его сын Дажьбог — с установлением царской власти и введением солнечного календаря взамен лунно­ го. Хроника Малалы была переведена на славянский язык весьма рано — в X веке. О точном месте ее перевода мнения исследова­ телей расходятся: большинство ученых считают, что он был сде­ лан в Болгарии, а З.В. Удальцова полагает, что это произошло в Киевской Руси. Д о сих пор мы не можем дать четкого и одно­ значного ответа на вопросы, поставленные Н.А. Мещерским еще в 1956 г.: «Наконец, до сих пор неясно и само происхождение перевода. Бы л ли он на самом деле выполнен в Болгарии в цар­ ствование царя Симеона в 927 г. пресвитером Григорием, как об этом свидетельствует запись, помещенная в Архивном и Виленс­ ком списках перед текстом пятой книги? И ли указанная запись www.RodnoVery.ru

Сварог

имеет в виду, как предполагал В.М, Истрин, лишь перевод при­ мыкающих к тексту Малалы библейских «книг царства» и ничего общего не имеет с древним переводом Малалы? Русский или бол­ гарский по происхождению этот первод?»2 .

Вне зависимости от того, в какой именно славянской стране был осуществлен перевод интересующего нас отрывка, сопостав­ ление Ф еоста- Гефеста со Сварогом в равной степени было по­ нятно как болгарам, так и русам .

Обращаясь к собственно славянскому переводу этой хроники, опубликованной В.М. Истриным, мы можем увидеть, что адап­ тация античной мифологии к славянской прошла два этапа. О пи­ сание царствования Дажьбога—Солнца как в летописном тексте, так и в славянском переводе хроники Иоанна Малалы почти пол­ ностью совпадают за исключением того, что в последней допол­ нительно упоминается мотив изобличения Афродиты и сообща­ ется о дальнейших преемниках божества солнца на египетском троне: «...и быс чисто житіе по всей земли египетсти. И блажити и начата, якож рече О миръ творецъ о нмъ, акы Дажьбогь, рече, обличи Афродитоу блоудящу съ Аріемъ, и Афродитоу нарече похоть блоудную, от Слнца цря обличеноу... П о оумртвіи ж Дажьбожи, сна Сварогова, црствова Егуптяном и потом же царствова Сиръ, а по С ир црствова О ръ, а по О р црствова Ф и ­ лисъ...»3. П о мнению О.В. Творогова, «летописец не привел этого окончания, быть может, из христианского пуризма». С другой стороны, в посвященном Феосте-Гефесту рассказе славянского перевода византийской хроники он ни разу не отождествляется со славянским Сварогом, да и сам рассказ, в основном совпадая с текстом Ипатьевской летописи, отличается от него в некоторых деталях: «П о немь ж (Ермии-Гермесе) црствова Егуптом Ф е остъ дніи 6 тясящь и 6 сот и 8 0 яко быти лтом 4 ти полу, а дніи 30 и осмь. Н е вдяху бо тогда чести Егупти мсць, но обхожденіем дневным лто творяху. Сего ж Ф еста бога нарицааху. Б бо влъхвъ и храбръ. Емоу ж шедшю на рать падеся конь под нимъ и

–  –  –

охроми его. П ри томъ ж Ф еост законъ оуставил женам за един моужь посягати и ходить говющи, а юже прелюбодеющю об­ рсти то тую казнити. И блажахуть его Егуптяне яко пръве за ­ конъ чисть и житіе имъ показал. Ф еостоу же тому некую таиноу молитву творящу клеща спадоша с нбси ковати ж елзо и оружіе .

Того дела бога и начаоша имти яко моудрость показавша, и пищу члкомъ оружіемъ обртоша и на ратные силоу и помощь сътворша, прежде бо палицами и каменіемъ побивяхоуся»4. К ак видим, здесь указывается точное число дней царствования Ф еоста, ко­ торый к тому же оказывается еще храбрым воином и волхвом, по тайной молитве которого с неба и спадают клещи. Все эти под­ робности русский летописец опустил, ровно как и подчеркнутую в славянском переводе-рюль выкованного оружия в добывании но­ вой пищи. Судя по всему, славянский переводчик хрюники И оан­ на Малалы начал отождествление родной мифологии с античной только начав излагать историю Солнца- Дажьбога, тогда как Сварюг первоначально не был им отождествлен с Гефестом.

Это вто­ рое отождествление появляется лишь дважды при описании прав­ ления бога-солнца — первый раз в начале описания его правления:

«П о оумрятвіи же Феостов, егож и Сварюга наричить, и црствова Египтяномъ снъ его Слнце именемъ, егож наричають Д аж ьбогъ .

.. »5, а вторюй риз в цитированном выше фрагменте о смерти Дажьбога и перечислении царствовавших в Египте его преемни­ ков. Это показывает устойчивость родственной связи между сла­ вянскими богами неба и дневного светила — отождествив после­ днего из них с Гелиосом античной мифологии, славянский пере­ водчик счел необходимым упомянуть и его небесного отца путем отождествления с предшествующим персонажем хрюники, хоть, по всей видимости, первоначально не собирался этого делать .

Следует также отметить, что у Малалы Гефест и Гелиос фигури­ руют не как боги, а как легендарные цари, и, отождествив их со славянскими языческими богами, славянский переводчик, судя по всему, по собственной инициативе вернул им статус небожителей .

www.RodnoVery.ru

Сварог

Необходимо обратить внимание и на чрезвычайно важное рас­ хождение славянского перевода «Хроники» и летописной статьи, а именно то, что в последней неожиданно появляется рассказ о том, как Сварог пресек прелюбодейство: «Преже бо сего жены блоудяху, к немуже хотяше и бяхоу акы скотъ блудяще. Ащ е родяшеть дтищъ, который и любъ бываше, дашеть: «Се твое дитя» .

О н же створяше празнество приимаше. Ф еость же сь закон расыпа и въстави единому мюжю едину жену имти и жен за одинъ моужь посагати; аще ли кто переступить да ввергуть и в пещь огнену». Долгое время источник данной вставки оставался неиз­ вестен, пока вопрос не прояснил О.В. Творогов: «Выяснилось, что это пересказ той же Хроники Малалы, однако не первой и второй ее книг, к которым восходит остальная часть рассматрива­ емого летописного текста, а гл. IV четвертой книги. Т ам пове­ ствуется о легендарном царе Аттике Кекропсе, который также «повел законъ положите ж енам ъ... да двица за единъ мужъ посягаетъ», ибо прежде женщины «антическы и афинейскы и ближнихъ мстъ звриномъ смсомъ смшахуся»; при этом «никтоже убо вдяше, чии есть сынъ или дщи, но якоже будяше мате­ ри год, такоже речаше «сего есть сынъ или ДЩи», и дадяше роженое отрочя емуже хотяше мужу от бывшихъ с нею... И радовашеся приемляи отрочи. Кекроксъ же от Египта пришелъ отверже законъ той». Сюжетная близость летописного фрагмента и дан­ ного рассказа Хроники М алалы несомненна, хотя в одном случае речь идет о египетском царе Гефесте, а в другом — о царе афинс­ ком, хотя и пришедшем из Египта»6. Ч то побудило летописца отойти от славянского перевода «Хроники»? С учетом произве­ денного отождествления со славянским Сварогом можно предпо­ ложить, что в данном случае русский летописец знал какие-то представления, связанные со славянским божеством, и включил в свою статью схожий по сюжету рассказ из другого места произ­ ведения Малалы, никак не связанный с Гефестом. Необходимо также подчеркнуть, что и привлекаемый рассказ о Кекропсе ни­ www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

чего не говорит об огненной печи, в которую ввергались ослушни­ ки. Как мы увидим в третьей главе, данная печь играла большую роль в культе славянского бога-кузнеца и введение ее в рассказ, приведшее к противоречию с повестью о Гелиосе-Дажьбоге, со­ вершенно иначе казнившем прелюбодеев, было обусловлено уже отечественными мифологическими представлениями .

В любом случае данный фрагмент, уже в более связанном и литературно обработанном виде, в X II веке попадает в древне­ русский летописный свод, показывая, что и спустя почти 130 лет после крещения многие грамотные люди на Руси помнили своих языческих богов. Забегая немного вперед, отметим, что далеко не случайным было и то место, куда автор летописи вставил рассказ о древнегреческом боге, отождествленном им с русским. Есте­ ственно возникает вопрос, действительно ли бог Солнца Д аж ьбог был сыном Сварога, либо подобная связь отсутствовала в под­ линной славянской мифологии и произвольно была образована славянским переводчиком «Хроники» Иоанна М алалы путем отождествления Гефеста и Гелиоса с отечественными язычески­ ми божествами. Во-первых, пара Сварог-Дажьбог в качестве отца и сына присутствует и в первоначальном славянском переводе «Хроники», и во вставке в Ипатьевскую летопись, что говорит в пользу существования данной родственной связи и наличии соот­ ветствующего мифа. Во-вторых, собственно славянский материал свидетельствует о наличии божественной пары отец-сын, причем последний является олицетворением дневного светила. В Боснии и Герцеговине был зафиксирован ритуал, когда утром на восходе солнца в день Рождества Христова, т. е. в момент зимнего сол­ нцестояния, хозяин дома становился перед своим жилищем и вос­ клицал: «Сияй Бож е и Божич, нам, нашему дому». К ак спра­ ведливо отмечает А.С. Фаминцын, «Бог» в данном случае пер­ воначально означал, очевидно, небо или небесного владыку, а «Божич» — его чадо, солнце. И самый праздник Рождества Х р и ­ стова у сербо-хорватов и словинов называется «Божич», а у бол­ www.RodnoVery.ru

Сварог

гар — «Божик»7. У сербов под Божичем понимается рожденное в день Рождества Христова солнце. Н а Руси, в Грубешовском уезде Люблинской губернии крестьяне полагали, что солнце представ­ ляет из себя огонь, поддерживаемый Д Е Д О М, который, оче­ видно, являлся верховным богом неба. П о произволу Д еда начи­ нался день и наступала ночь8 .

В ходе нашего дальнейшего исследования мы постараемся ус­ тановить, насколько оправданным было такое совпадение, а пока рассмотрим, что нам еще известно о Свароге .

В отечественных письменных источниках этот бог больше не фигурирует (по мнению А.Н. Афанасьева, в формуле договора 9 4 4 г. с греками, согласно которой его нарушитель «да будетъ клятъ от бога и от Перуна»9 слово «бог» относится не к Перуну, а к Свароіу; впрочем, следует отметить, что данный фрагмент допускает возможность неоднозначного толкования и там вовсе не обязательно подразумевался именно этот бог, который по дру­ гим источникам никак не фигурирует как бог- хранитель догово­ ров), зато там неоднократно упоминается его сын Сварожич. В древнерусском поучении против язычества «Слове Иоанна З л а ­ тоуста о том, как поганые веровали, идолам» сын бога-кузнеца оказывается в одном ряду с другими знаменитыми богами отече­ ственного пантеона: «А друзии Перену, Хоурсу, виламъ, и М омоши, оуперемь и берегинямъ, ихже нарицать тридцать сестрениць. А инии въ сварожитца верують и въ Артемиду, имже невеглаши человечи молятся, и куры имъ режють. О оубогая коурята, оже не на честь святымъ породишася, ни на честь вернымъ человекомъ, но на жертву идоломъ режються!»10. Сварожич здесь упоминается вместе с такими великими древнерусскими богами как Перун и Х оре, причем автора поучения крайне удручает, что им в жертву язычники приносят петухов (др.-русск.куръ, сербс­ кое кур — «петух», который у чехов так же назывался кигек, у поморских славян и у поляков — киг). С этой деталью ритуала, подтверждаемого для Перуна сообщением Константина Багря

–  –  –

нородного, применительно к христианскому преемнику Сварога в эпоху двоеверия мы встретимся позднее, а пока посмотрим, что еще нам могут дать отечественные источники. Другое древнерус­ ское поучение «Слово некоего Христолюбца, ревнителя по пра­ вой вере», пересказывая выше приведенный фрагмент, добавляет одно существенное пояснение: «коуры режють; и огневи молятъ же ся, зовуще его сварожичымь»1. Т ак сын Сварога напрямую отождествляется автором поучения с огнем, культ которого у сла­ вян единодушно отмечался отечественными и мусульманскими писателями. П о этому поводу И бн Руст высказывался абсолют­ но однозначно: «Все Славяне — огнепоклонники»12. Наконец, еще одну подробность добавляет очередное христианское поучение «Слово св. Григория о том, како первое погани суще языци кла­ нялись идоломъ и требы им клали; то и ныне творятъ»: «И огневы сварожицю молятся и навьмь мъвь творятъ и вь тесте мосты делаю ть...»13. Поклонение Сварожичю здесь поставлено рядом с упо­ минанием поклонения навьям — умершим предкам .

Ч то касается первого явления, то автор «Слова св. Григория» даже постарался дать ему рационалистическое объяснение: «А огонь творятъ спорыню сушить, егда съзреетъ. Того ради окааньнии полуденье чтутъ и кланяються на полъдень обратившеся»14. П о его мнению, почи­ тание сына Сварога возникло из-за того, что славяне заметили, что от солнечного тепла зреет и сохнет хлеб и потому по-язычески стали кланяться на юг — полдень. В «Слове некоего Христолюб­ ца» обличаются «и вся жертва идольска, иже молятся огневи подъ овиномъ»15, а на древность этого обычая, ставшего объектом пре­ следования немедленно после насильственной христианизации Руси, указывает церковный устав Владимира, определявший, что молящиеся под овином подлежат церковному суду. К этому же обряду следует отнести и пословицу, «церковь не овин», отрица­ ющую, с позиций новой религии, равный сакральный статус обо­ их объектов. Народный риторический вопрос «Неужто я у Бога овин сжег или теленка украл?» (в смысле «неужели моя вина не­ www.RodnoVery.ru

Сварог

прощенная?») указывает на то, что данное строение считалось принадлежавшим богу, наподобие того, как христианская церковь считалась домом библейского бога. В русских загадках овин со снопами описывается как священник: «Стоит поп, разинувши рот»16, что также является отголоском памяти о сакральной зна­ чимости этого строения. В другом варианте той же загадки он именуется старым человеком: «Стоит старик из году в год, рази­ нув рот», что соотносится с тем, что СварЪг был безусловно стар­ ше своего сына огня-Сварожича, разводившегося под овином. При конце молотьбы хозяин этого строения угощал помощников пи­ рогами, приговаривая: «Дай Бог овину в мире стоять! »17. Д ля того, чтобы понять связь овина со Сварожичем и его отцом, стоит вспом­ нить устройство этого архаичного сельскохозяйственного соору­ жения. О но состояло из ямы, в которой разводили небольшой костер, жердей, на которые укладывались снопы для просушки или, при более сложной конструкции, частокола или бревенчатого сруба над ямой, обмазанного глиной бревенчатого пола, отделяю­ щего верхний ярус от нижнего, и специальный помост из жердей для снопов (рис.1). Вплоть до X I X —X X вв. овин был объектом религиозного почитания: считалось, что в его яме живет овинник или овинный батюшка, в облике которого явно проглядывают

–  –  –

черты духа огня, которому на Руси 4 сентября и 1 ноября в жерт­ ву резали кур, а белорусы, разводя огонь под овином, бросали в него необмолоченный сноп ржи как жертву огню. Кроме того, существовали праздничные дни, в которые запрещалось разво­ дить там огонь и эти дни назывались именинами овина (в разных местах они справлялись 14, 2 4 сентября или 1 октября). Н иж е мы увидим, что с индоевропейской эпохи столб или жердь, из кото­ рых состояла древнейшая форма овина, ассоциировался со Сварогом, а в третьей главе будет показана тесная связь этого бога с огненной ямой. Подобно тому, как в змееборческом мифе богкузнец спасает людей или главного героя, такую же роль спасите­ ля играет и дух овина: «Овинянник — добрый дух; не жалея себя, он постоит за «своего». «Он, батюшка, говорят про него пудожане, чужому не выдаст, только помолиться ему», и в докозательство приводят рассказ, как овинянник, чтобы спасти парня от пре­ следования души умершей старухи, «до самых петухов дрался с призраком», а парня сберег»18. В свете того, что Сварог был бо­ гом - покровителем свадьбы, показательна связь со свадьбой и у овинника. В.И. Д аль приводит следующее народное поверье по этому поводу: «Девка кладет ночью руку в овинное окно: коли никто не тронет, в девках сидеть; голой рукой погладит, за бедным быть; мохнатою — за богатым» .

К ак верно отмечалось еще дореволюционными исследовате­ лями, авторы древнерусских поучений против отечественного язы ­ чества стремились не к сохранению сведений о нем, а к его то­ тальному искоренению, и потому их произведения дают нам крайне мало информации о сущности исконной религии наших предков.' Т ем не менее, несмотря на всю их скудость, они однозначно ука­ зывают, что сын Сварога ассоциировался с земным огнем, кото­ рому, в частности, молились под овином, что может быть истол­ ковано как сельскохозяйственный аспект его культа, а также упо­ минался вместе с ритуальны м ж ертвопринош ением кур и почитанием умерших предков. В качестве рабочей гипотезы мож­ www.RodnoVery.ru

Сварог

но предположить, что те ж е или так или иначе связанные с этим черты присутствовали и у его отца Сварога. Поскольку после 9 8 8 г. значительная часть черт языческого бога перешла на но­ вых святых Кузьму и Демьяна, показательным явлется то обсто­ ятельство, что с этими святыми связывается как покровительство курам, так и их ритуальное заклание: «Н е менее широко бытова­ ло представление о Косме и Дамиане как хранителях кур, «кури­ ных богах», «курятниках». Самый день осенних праздников свя­ тых (1 ноября)'нередко называли «Куриный праздник», «кочетятник» (от кочета). (... ) В народе говорили: « Н а Кузьму и Демьяна — куриная смерть» (кур режут) или «Кузьма-Демьян да жены-мироносицы — куриная смерть»; «Н а Кузьму-Демьяна курячьи именины, неси попу цыпленка»19. К ак описывал этот ри­ туал Д.Н. Афанасьев, 1 ноября вся семья собиралась в овине, где старший в роду рубил топором голову кочету, его ноги бросал на верх избы, чтобы в доме водились и неслись куры, а мясо вари­ лось и съедалось за семейным обедом. Целый ряд черт этого бы­ тового праздника напоминает нам о языческом боге: и овин как место его проведения, который в древнерусских поучениях фигу­ рировал как место культа Сварожича; и то, что голову петуху от­ резал старший в семье, чему соответствовало положение Сварога в славянской мифологии как старшего бога, отца Дажьбога; и то, что ноги убитого петуха бросались на верх избы, естественным образом ассоциируемой с небом, для обеспечения плодородия кур;

и, наконец, то, что мясо принесенного в жертву кочета варилось, что напоминает нам о роли Сварога как бога культуры, введшего в человеческий обиход именно вареную пищу. Как видим, почти все в этом незамысловатом деревенском ритуале эпохи двоеверия было обусловлено древними языческими представлениями. У с­ тойчивая связь его отца Сварога, замененного в христианскую эпоху Кузьмой-Демьяном, доходящая до определения «куриный бог», и Сварожича с курами и петухами объясняется как минимум двумя причинами: с одной стороны, петух был птицей, тесно свя

–  –  –

занной с солнцем в фольклоре, а с другой стороны, он был до­ машней птицей, всецело относившейся к сфере противостоящей дикости человеческой культуре, богом которой и был Сварог. В Курской губернии плодородие кур обеспечивалось 1 ноября пу­ тем обрядового моленья: «М олят кур — под день св. Кузьмы и Демьяна, касарецких (поросят) — под Новый Год. При моленьи кур и поросят качают за столом жаровню с угольями. Н а стол кладут стебли рж аны е... и на них складывают кости жаркого, кур или поросят...»20. Примечательно, что в этом обряде использо­ вались угли, напоминающие о роли бога неба как отца огня-Сварожича, и хлебные злаки, которые, как будет показано ниже, так­ же были тесно связаны с образом Сварога .

Отметим, что почитание огня у восточных славян имело такие глубокие корни, что сохранилось вплоть до X IX века. В одной украинской быличке огонь, приняв человеческий облик, поучает нерадивого крестьянина: «Я твій хозяин. Я к топиш у печи, то став воду; я як ситий водою, то я пожару не зділаю, а як хто не станове, то мени до того горяче, до того горяче, що у мене як сердце горитъ; а як водица е, то я собі трошки хлестну — я й ситий там»21 .

В Подольской губернии хозяйка всегда ставит при огне в печи горшок с водой и полено, «для того, чтобы он имел, что есть и пить». «М ы шануэм огонь, говорят в народе, як Бога; він наш дорогый гисть. Він як разсердытся и визме, то другому вже того не даст»22 .

Русская поговорка устанавливает следующую иерар­ хию природных стихий, отводя огню самое почетное первое мес­ то: «Огонь царь, вода царица, земля матушка, небо отец, ветер господин, дождь кормилец, солнце князь, луна княгиня». В П о ­ лесье К. Мошинский записал следующее объяснение: «Его (огонь) нужно почитать все равно как бога. У нас огонь почитают, так как он может спалить». Крестьяне Минской губернии, заметив перед отходом ко сну, что на припечке тлеет огонь, говорили ему: «Святый, богач, ложися спать!» В Кадниковском уезде кре­ стьяне прямо называли его батюшкой: «огонек, огошек, батюш­ www.RodnoVery.ru

Сварог

ка огонек!», а гася на ночь, говорили ему: «спи, батюшка ого­ нек!»23. Описывая обычаи белорусских крестьян второй поло­ вины X I X века, П.В. Ш ейн констатировал: «Огонь и до сих пор означает у здешних крестьян богатство и счастье. Т ак, во время свадьбы молодые, приезжая уже в дом родителей жениха, долж­ ны переехать через огонь, зажженный в воротах для того, чтобы им посчастливилось в жизни»24. Если связь огня с богатством и счастьем понятна, то не менее примечательна его роль и в свадеб­ ной обрядности, особенно если учесть, что отец огня Сварог и был как раз покровителем свадьбы .

Ч то касается истоков почитания огня, то они уходят в неза­ памятную эпоху. Еще недавно специалисты считали, что огнем овладел Н ош о Егесіиз 2 0 0 —3 0 0 тысяч лет назад. Вскоре эта дата была увеличена вдвое: «Очаги и другие следы использова­ ния огня обнаружены в пещере Эскаль (Ф ранция). Э та стоянка относится к понц-минделю или, самое позднее, к началу минделя. Возраст ее определяется в 700 тыс. лет. Бесспорно суще­ ствование очагов в стоянках Вертешселлеш и Терра-А мата, ко­ торые относятся к минделю. (... ) Э то дает основание полагать, что огонь был освоен в гюнц-минделе, причем архантропами, жившими в умеренном поясе»25. В золе костров этих архантропов исследователи находят остатки животной и растительной пищи. Однако, отмечает Д.

Ламберт, последние археологичес­ кие открытия заставили скорректировать и последнюю дату:

«О гонь был, по-видимому, знаком людям еще до появления Нош о Егесіиз: около озера Туркана в Кении известен участок обугленного грунта возрастом 2,5 миллиона лет. Человек мог сохранять и поддерживать огонь, возникший в результате удара молнии или извержения вулкана. Н о можно утверждать, что именно Н ош о Егесіиз первым начал систематически использо­ вать огонь для обогрева, приготовления пищи, защиты от хищ­ ников и для охоты на диких животных»26. В мустьерскую эпоху люди научились не только поддерживать огонь, но и добывать www.RodnoVery.ru

–  –  –

Сварог Интересно отметить, что в белорусском фольклоре встреча­ ется противопоставление огня природного и огня культурного. Л е ­ генда «Как человек добыл огонь» рассказывает об этом так: «П ер­ вый огонь к нам прилетел с Перуном (Перуном в белорусском языке назывался не только языческий бог, но и молния. — М.С.), а как загорелся один курень из хвороста, так люди сбежались ото­ всюду хватать головешки да по своим куреням и землянкам в золе прятать. Д а с этим огнем не везло никому, пока одному старому колеснику, который кроме колодок точил и веретена, не пришла счастливая мысль попробовать кружки для веретен выстругивать ясеневым клинком, а не вырезать ножом, как до этого. «Почему нет? — сказал колесник сам себе. — Ясень тверже, так надо взять более мягкую березу — давай-ка попробуем!»

Выстругавши ясеневый клинок, приставил его к веретену, силь­ но прижимаючи, и начал смычком тереть то сюда, то туда, все скорей, глядь, пошел дым с веретена, да так заполыхало, как от костра. О н все дальше тереть, все скорей да быстрей, аж пока лоб стал мокрый и с веретена искры посыпались .

Т ак вот, когда человек нашел настоящий огонь, тогда люди всюду потушили перунов огонь и завели свой огонь и с тех пор стали лучше жить»30. Понятно, что в этой легенде достаточно много элементов из более поздних эпох (это наличие колеса и ре­ месла колесника, и куреней с землянками, в которых уже присут­ ствует зола), тем не менее, вполне возможно, что в основе ее ле­ жит воспоминание об архаичном способе добывать огонь трени­ ем. Х оть первоначальный огонь древнего человека был, скорее всего, огнем природным, полученным при ударе молнии или от извержения вулкана (хоть нельзя полностью отрицать возмож­ ность того, что какие-то племена впервые получили огонь случай­ но при ударе одного куска кремня о другой, как это описывает Ф ирдоуси), по мере развития культуры этот огонь терял Свое значение в повседневной жизни человечества. Описывая отноше­ ние восточных славян к различным видам огня, Д.К. Зеленин от

–  –  –

мечал, что все они самым чистым и благотворным считают ж и во й огонь — огонь, добытый трением двух кусков дерева, в качестве которых подчас использовались колосники (жерди, на которых сушили в овинах снопы) и иную домашнюю утварь. Этот священ­ ный огонь, считавшийся наиболее угодным богу, зажигали во время эпидемий и эпизоотий, потушив предварительно все огни в де­ ревне. К страшнему же небесному огоню, возникшему от удара молнии, которой бог-громовержец поражал нечистую силу, отно­ сились с почтением и опаской, действительно избегая вносить его в свои жилища. Насколько мы можем судить по скудным пись­ менным данным, огонь-Сварожич, хоть и был сыном бога неба, относился скорее к огню культурному, использовавшемуся при просушке хлеба в овине, жерди которого применялись для добы­ вания живого огня, и в этом качестве противопоставлялся стихий­ ной молнии-перуну .

Ч то же изначально означало имя Сварога? Попробуем дать ответ на этот вопрос сначала исходя из данных русского и других славянских языков, а затем привлечем данные индоевропейской лингвистики. Свидетельства древнерусской письменности и вос­ точнославянской.этнографии подкрепляются и данными языкоз­ нания, указывающими на связь корня вар с теплом и огнем. Еще Е.В. Аничков отмечал, что корень варить совсем не удивительно найти в названии священного огня. Очевидно, к этому же корню следует отнести и русское слово сквара, означающее «жар» .

Обращаясь к другим славянским языкам, мы встречаемся с бол­ гарским варница ~ искры, что вновь отсылает нас к священному огню-Сварожичу. О древности этого значения данного корня сви­ детельствуют как встречающиеся в древнерусском языке слова вар, варъ — «жар, зной» и варьиы и — «жаркий, палящий», так и в других славянских языках: укр.вар — «жар», с.-х.вар — «жар», словен.аг, чеш.аг — «кипение». В этом значении корень вар восходит ко временам индоевропейской общности: хет.иаг «го­ реть», иагпи «сжигать», арм.агет «зажигаю», агіт «горю», др.www.RodnoVery.ru Сварог в.-нем.\агт «теплый», лит.ігіі «кипеть», латыш.агіі «варить, кипеть». Данное понятие могло относиться не только к земному огню, но и к Солнцу, отцом которого, по славянской мифологии, был Сварог. В качестве примера Н.М. Гальковский привел вы­ ражение «солнце варом варит», как говорили в Смоленской гу­ бернии о полуденном зное, из чего этот исследователь сделал вы­ вод, что вторым значением данного корня был «солнечный зной» .

С о своей стороны, В.И. Д аль указал другую русскую поговорку «весною солнце как раз лицо сварит», т. е. обожжет. Исходя из этого, и ряда индоевропейских аналогий Н.М. Гальковский при­ шел к такому выводу: « И з этого мы заключаем, что Сварог был олицетворением неба, дающего тепло и соединяющего с землею, т. е. Сварог — это небесный свод, украшенный теплотворным сол­ нцем и опирающийся на землю — горизонт. (... ) И так Сварог — это видимое небо, твердь с обычными принадлежностями — сол­ нцем и горизонтом. Дети Сварога — огонь и солнце»31 .

Следует отметить, что данный корень с весьма близким кру­ гом значения перешел путем заимствования и в язы к южных со­ седей славян. В румынском языке слова зіагод, зіагощ означает «сушиться», «жарить на жаровне», от них образовано прилага­ тельное зіагоа&е «сухощава» (о человеке), существительное зіага «удушливый чад, копоть». Весьма показательно, что данное по­ нятие использовалось применительно и к религиозной сфере и П. Сырку даже приводит выражение X IX века «дела церковные находятся в хорошем состоянии; они не расстроены и сухи (т. е .

тверды), как сфарог». Поскольку этот корень постоянно исполь­ зуется в румынском языке с начальным с, это свидетельствует о том, что данное понятие было образовано путем заимствования имени славянского бога неба, а не корня вар. Еще более примеча­ тельным нам представляется тот факт, что в молдавских памятни­ ках X V в. встречается имя славянского языческого бога солнца, что говорит не только о связи между Сварогом и Дажьбогом, от­ меченной еще автором Ипатьевской летописи, но и об их больт ж т ш т ш т ш. 39 звшшшезш&эшйе www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков шой популярности в славянской среде, приведшей даже к заим­ ствованию обоих имен иноязычными соседями. П. Сырку дати­ ровал заимствование слова румынами от восточных славян не по­ зднее V III—X вв. и совершенно справедливо отметил: «Без вся­ кого сомнения, румынское зіаго^и... находится в полнейшей связи с славянским именем божества Сварога. Такая же связь несом­ ненно существует между собственным именем одного из молдав­ ских бояр при господаре Стефане Великом (1458—1508 гг.) Д аж бог и слав. Дажьбог»32 .

Относился этот корень и к приготовленной на огне пище. Вы­ деляя для него целый ряд значений, Н.М. Гальковский на первое место ставил кипение, свареяое куш анье. В псковском и новго­ родском диалектах варка означало «варево», «похлебку» и вооб­ ще «всякое жидкое горячее блюдо». В сниженном и несколько негативном варианте данный корень употребляется во владимир­ ском, тверском, московском диалектах варызгать, тамбовском варыадать — «спешно хлебать, есть похлебку жадно, невежей» .

О т себя добавим, что в свете рассмотренных выше представлений особую важность представляет слово варево — сваренная на огне пища растительного происхождения .

Противопоставление на уровне пищевого кода сырой и варе­ ной пищи является важным показателем перехода от дикости к цивилизации, что подтверждает сделанное славянским книжни­ ком отождествление Сварога с Гефестом как богом, способство­ вавшим переходу людей от каменного века к культуре. Память об этом поворотном событии в развитии общества хранилась на Руси долго, перейдя после христианизации со Сварога на во многом заменившего его святых Кузьму и Демьяна: «Крестьяне X IX в .

называли Косму и Дамиана «кашниками», потому что к 1 ноября во многих деревнях заканчивалась молотьба и было принято ва­ рить кашу. Отведать ее приглашали и святых угодников: «К узь­ ма-Демьян, — говорили крестьяне, усаживаясь за трапезу, — при­ ходи к нам кашу хлебать»33. У южных славян этим корнем обо­ www.RodnoVery.ru Сварог значали ритуальную пищу, по которой гадали о будущем урожае .

С принятием христианства данный ритуал, по созвучию слов, был приурочен ко дню св. Варвары: «Так, в Варварин день сербо­ хорваты приготовляют из хлебных зерен «варицу» и гадают по ней о будущем урожае. Затем в иных местах (напр., в Которской Боке в Далмации и др.) отправляются к воде при соблюдении строгого молчаніи. Пришедши туда, посыпают воду варицей, причем приветствуют воду, предлагают ей в дар варицу, а за то испрашивают разных благ: козлят, ягнят и т. п.»34 .

У других индоевропейских народов данный корень встречает­ ся как в названиях первоначальной посуды для варки пищи, так и в названии первого металла, освоенного человечеством: «...б ал ­ тийское название меди, отличное от славянского, можно объяс­ нить как производное на -іо- от глагольной основы, в древних индоевропейских языках обозначавшей горение, доведение до высокой температуры, ср., с одной стороны, прус.агдеіп, «медь»

агіап, агепе «медный котел», лит.агіаз «медь», латыш.агз «медь», с другой — прус.ашегш «шлак», сопоставляемое со слав.и-аг-, агь «вар», арм.агеш «зажигаю», алб.огЬе «глиня­ ный котел для варки», тох. А гаік «варить», хет.иаг «гореть», иаши- «сжигать»; хеттская основа на -і, представленная в арха­ ичной интенсивной редупликации иагіиагапі- «горящий», может быть непосредственно сравнена с аналогичной глагольной осно­ вой в славянском (р у с.варит ь, ср.латы ш.агіі «варить, ки ­ п еть» )...» 35. Отметим для себя тот чрезвычайно показательный факт, что название меди в балтийских языках было образовано именно от этого индоевропейского корня, причину чего мы уви­ дим в четвертой главе. М ежду прочим, и в русской средневеко­ вой литературе котел (называвшейся иногда медеником) неоднок­ ратно употреблялся совместно с интересующим нас корнем, что наводит на мысль о том, что корень вар некогда мог быть назва­ нием данного предмета и в славянском языке: «М деник варчей»;

«Котелъ мдной варовой»36 .

М Ш М Ш.М Ш Ш Ш Я8§8Ш @ аЖ 8КЯ8§8К 41 www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков Е да у общего костра объединяла людей и от той далекой эпохи до нас дошли выражения типа «С ним кашу не сваришь»

или «С ним пива не сваришь» в смысле «не сделаешь общего дела». П одобные поговорки, ставшие крылатыми, отсылают нас к образу коллективной трапезы вокруг объединяющ его племя огня. О древности подобных представлений свидетель­ ствует связь Сварога с ритуалом общественного пира-братчи­ ны, которая также будет рассмотрена в шестой главе. О том, что первоначальное значение слова свара было отнюдь не «ссо­ ра», а прямо противоположное понятие, скорее всего «союз», свидетельствуют приводимые В.И. Далем данные. Т ак, сва­ рить (кого с кем) означало «помирить», «сдружить», «сде­ лать товарищами» либо ж е «свести и обвенчать», «сладить свадьбу». П оследнее значение этого термина напрямую отсы­ лает нас к роли Сварога в качестве бога-покровителя свадьбы, которая будет нами рассмотрена в шестой главе. С негативным оттенком это понятие звучало как свариться (с кем), т. е. «свя­ заться», «сдружиться не к добру». П оскольку этимологичес­ ки с именем изучаемого божества связано слово свара, то, в свете того, что сыном бога неба был земной огонь Сварожич, стоит отметить, что с ним, наоборот, связывалось понятие мира и отсутсвия распрей в семье: «... вечером, при зажигании огня в избе, стараются воздерживаться от ссор и ругани, чтобы не прогневить огонь»37. В силу этого свидетельства и других дан­ ных можно предположить, что связь свар и прочих распрей со Сварогом не была исконной и, скорее всего, появилась на бо­ лее позднем этапе .

С русским глаголом сварить в контексте свадьбы переклика­ ется и имя скандинавской богини Вар, точно так же связанной со свадебным ритуалом. О на упоминается достаточно редко и од­ ним из таких мест является «Песня о Трюме» в «Старшей Эдде» .

Буквально имя богини Вар означает «договор» и вместе с моло­ том она призвана скреплять брачный союз:

www.RodnoVery.ru

Сварог

С казал тогда Трюм,

Етунов конунг:

«Скорей принесите молот сюда!

Н а колени невесте М ьелльнир кладите!

П усть Вар десница С ою з осенит!»38 .

Данная тема будет более подробно рассмотрена в отдельной главе, о значении интересующего нас корня в значении «договор»

в индоевропейских языках будет сказано чуть ниже, а пока завер­ шим обзор семантического поля данного слова в той части, в ка­ кой она была связана с огнем. Если исторически корень вар упот­ реблялся в контексте приготовленной на огне пищи, то на втором этапе он отразился в терминологии ряда ремесел, основанных на употреблении этого дара небес. В первую очередь это относится к гончарному производству, где этот корень встречается в составе древнерусского варити — «обжигать», «делать что-либо путем обжига»: «Д а у него ж ъ... глина, варятъ въ ней горшки... »39. Т о, что данный глагол употреблялся применительно к глиняной посу­ де, представляется достаточно закономерным, поскольку, как мы увидим ниже, Сварог, прежде чем стать богом-кузнецом, был богом-гончаром, что и нашло свое отражение на этимологическом уровне. Выше уже отмечалось, что изучаемый нами корень пере­ шел на название посуды или ее эпитеты в целом ряде индоевро­ пейских языков. З атем он встречается в кузнечном деле, где гла­ гол сварить применялся не только к приготовлению пищи, но и сковыванию путем накаливания на огне металлических предме­ тов, что вновь отсылает нас к образу бога-кузнеца. «Кузница, гд лтомъ кузнецы къ каменному строенью всякое кузнечное дло куютъ и связные свары свариваютъ»40. Наконец, корень вар встре­ чается в древнерусском языке в качестве «кипятка, смолы». Н а это же его значение в качестве растопленной смеси из смолы и www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

воска для приготовления дратвы указывал и Н.М. Гальковский .

И этот смысловой уровень был не случаен и выводит нас на но­ вый круг ассоциаций, которые будут более подробно рассмотре­ ны в третьей главе .

О былом почитании этого бога на Руси свидетельствуют и названия некоторых мест. Н а реке Рось есть село Саварка, пре­ жде называвшееся Саварой (в некоторых случаях Сварог назы­ вается Соварог), около Киева есть городище Саварка, где, по мнению некоторых исследователей, могло находиться святилище этого бога. В Новгородской области есть местные названия Сваружево и СварыжЬ, в Польше — место Зшаггузгешо и кашубское Згагогупо. Н.В. Ш арлеман отмечает село Сваромля на Днепре, в Белоруссии есть село Сварынь. В одном Поморском памятнике 1277 г. упоминается местность Здага\І2, которую А.С. Фаминцын отождествил с современным ему ЗсЬагіз близ Ростока41. Этот же автор привел целый ряд географических названий с разных концов славянского мира с интересующим нас корнем: Заго, Загеііе в Далмации, ЗагсЬа, 2агесе, Загазсак в Хорватии, Згаггесіг в Познани, Зшагаа, Згаіус2е\, Заггедо.Загупіе в Польше, Згагайз на Балтийском побережье, Саврань в П о ­ дольской губернии, Саврушская слобода при р .

Саврухе в С а­ марской губернии, Згагосгіп около Данцига, Згагосгіт в Польше, Заиге5;§еп в Каринтии — онемеченное славянское Саврогово или Сварогово42. В перечне гидронимов Верхнего Поднепрвья нам встречается Сваремля, левый приток Десны, и Варка, левый при­ ток Ужи, левого притока Днепра. В связи с названием рек стоит обратить внимание на одно интересное совпадение. Описывая со­ бытия V века, византийские авторы отмечали, что наследники Аттилы «направились в ту часть Скифии, вдоль которой текут струи Данапра (Днепра); гунны называют ее на своем языке Вар»43. Известны случаи, когда раннесредневековые авторы приводили «гуннские» слова (а точнее.употреблявшиеся оседлыми племена­ ми, подвластными этим кочевникам, которых иноземные авторы www.RodnoVery.ru Сварог всех без разбора именовали гуннами), которые оказывались сла­ вянскими: мед и квас у Ириска Панийского, участвовавшего в посольстве к Атгиле в 448 г., и страва у Иордана при описании похорон того же Аттилы. Через четыре столетия однокорневым словом — Варух — тот же Днепр, по свидетельству Константина Багрянородного, называли проходившие через те же земли венг­ ры. Если бы не большой хронологический разрыв и не принад­ лежность этих народов к различным языковым семьям (гуннов — к тюркской, а венгров — к финно-угорской) это совпадение мож­ но было бы объяснить заимствованием одних кочевников у дру­ гих. Другим возможным объяснением этого явления может быть заимствование данного корня обеими волнами кочевников у мест­ ного населения этих земель — славян. К числу этих совпадений все в том же регионе можно отнести и скандинавское название Танаиса—Д она—ЗаПа ЬаІ44. Подобное бытование корня вар у трех различных народов на территории от Днепра до Дона — рек, которые, как мы позже увидим, были тесно связаны с деятельно­ стью Сварога, — позволяет нам выдвинуть в качестве предвари­ тельной гипотезы, требующей дополнительного подтверждения, что в их названии отразилось имя этого бога. Река с тем же кор­ нем — Вардар — есть и на Балканах .

Известен был этот бог и другим славянам. Помимо того, что перевод хроники Иоанна Малалы произошел, по мнению боль­ шинства исследователей, в Болгарии, там же, в городе Велико Тырново была найдена вырезанная на дне керамической миски надпись с именем Сварога. Весьма показательно, что находка эта датируется X III в. — временем, когда ортодоксальное христиан­ ство в Болгарии достигло верха своего могущества. Интерпрети­ ровать это открытие можно двумя способами: либо как свидетель­ ство продолжающегося культа Сварога, и тогда мы можем пред­ положить, что глиняная миска была принадлежностью этого культа, либо как результат того, что родители одного из жителей Тырново предпочли дать своему сыну имя языческого бога, а не т ш.т @ ш т іж ж ш. ш ш іт ж т ж т ж www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

христианского святого45. В силу того, что по средневековым пред­ ставлениям имя ребенка предопределяло его судьбу и давало ему небесного защитника, даже последний вариант говорит о почита­ нии этого славянского бога неба в Болгарии. Кроме того, по мне­ нию болгарской исследовательницы Ж. Выжаровой, каменный идол, найденный в этой стране на поселении Гарван в слоях IX — X вв., был, по-видимому, изображением бога Сварога46. О тме­ тим, что эта страна была крещена в IX веке и, в силу географичес­ кой близости, она подвергалась гораздо более сильному как куль­ турному, так и религиозному влиянию соседней Византии и сохранение в этих условиях памяти о своем исконном божестве на протяжении целых четырехсот лет после христианизации одно­ значно свидетельствует о глубоких корнях почитания Сварога в Болгарии. В бывшей Ю гославии зафиксирована легенда о ми­ ровом дереве, на верху которого живет бог Сварун: «О сь мира есть святое дерево ясень. Его высокая вершина превышает гор­ ные вершины и шесть небес и поднимается до седьмого неба, на котором в своих светлых палатах пребывает верховный бог С ва­ рун»47. К чрезвычайно древнему образу Сваруна мЫ еще вернем­ ся, а пока отметим для себя, что божество с корнем свар в имени находилось на самом верхнем седьмом небе, ассоциировалось, очевидно, со светом (светлые палаты) и почиталось южными сла­ вянами как верховный бог. Кроме того, как у болгар, так и у сер­ бов сохранилась память и о небесном сыне Сварога — ДажьбогеСолнце. И з географических названий на Балканах в первую оче­ редь отметим болгарский город Варну .

Если болгарский идол лишь предположительно может быть соотнесен с интересующим нас богом, то более определенно мы можем судить о фигуре мужчины, изображенного на позолочен­ ной бронзовой накладке из моравского погребения № 240 в М икульчице (рис.2) В правой руке он держит молот, а в левой — рог. Поскольку нам уже известно, что у славян Сварог почитался как бог-кузнец, а в шестой главе будет показана его связь с обряwww.RodnoVery.ru довыми пирами и медом, как священным напитком, то оба изоб­ раженных на накладке атрибута соотносятся с культом исследуе­ мого нами бога. Н а основании этого мы можем со значительной долей уверенности утверждать, что перед нами сильно схемати­ зированное изображение Сварюга, сделанное уже в христианизи­ рованной Великой Моравии в IX —X вв. Т о, что на территории современной Чехии языческого бога прюдолжали чтить и после принятия новой ржлигии, говорит об устойчивой основе культа богакузнеца не только у южных, но и у западных славян, а также объяс

–  –  –

няет явный схематизм изображения — на многочисленных приме­ рах мы видим неизбежную деградацию древнего языческого ис­ кусства после навязывания славянам христианства. Ч то касается западных славян, то о почитании ими Сварога писал Саксон Грамматик, а культу его сына Сварожича-Радигоста у балтийских сла­ вян будет посвящена восьмая глава этой книги. В западной части славянского мира присутствует и интересующий нас корень: варнами называлось одно из западнославянских племен, обитавшее к востоку от ободритов на реке Варне. Наличие свидетельств о по­ читании Сварога западными, восточными и южными славянами позволяет нам с уверенностью говорить об общеславянском ха­ рактере этого божества, культ которого явно возник еще до раз­ деления славян на три ветви .

Более того, имеющиеся в распоряжении науки данные позво­ ляют сделать вывод о наличии мифологического персонажа, име­ ющего в своем имени корень свар еще во время индоевропейско­ го единства. В сороковом гимне V мандалы Ригведы, собрании священных гимнов индийских ариев, созданном во II тысячелетии до н.

э., рассказывается миф об Атри, спасшем Солнце-Сурью, проглоченное Сварбхану:

5 Когда, о Сурья, тебя Сварбхану И з Асуров повредил мраком, Словно сбитый с толку (человек), не узнающий места, О зирались все существа .

–  –  –

9 Т от самый Сурья, которого Сварбхану И з Асуров повредил мраком, —

Его снова нашли люди из семьи Атри:

Ведь другие не смогли (этого сделать)!48 Понятно, что в основе этого мифа лежит воспоминание о ре­ альном солнечном затмении, которое было воспринято древними ариями (как и многими другими народами) как проглатывание дневного светила каким-то чудовищем. Традиционно все иссле­ дователи воспринимали Сварбхану в этом мифе как некого зло­ козненного демона, названного к тому же в этом гимне асурой .

О днако асурами в Ригведе называется старшее поколение бо­ гов, часть из которых, как, например, Варуна, перешли на сторо­ ну нового поколения богов и вошли в состав индийского пантео­ на, а часть — противостоят ему и воспринимаются, как правило, в негативном аспекте. Однозначно считать Сварбхану демоном не позволяет и его имя, которое буквально означает «обладаю­ щий солнечным светом» и принадлежит, скорее, положительно­ му персонажу. Примирить это противоречие позволяет гипоте­ за С. Джемисон, согласно которой имя Сварбхану является эпи­ тетом ведийского бога огня Агни в его грозном аспекте, который www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков от имени богов наказывает бога солнца Сурью за инцест с соб­ ственной дочерью Ушас, пронзив и скрыв его мраком49. Данная версия подкрепляется тем, что женой ведийского бога солнца явля­ ется Ш акти, родная дочь Сварбхану, известная также под именем Прабха (буквально «свет, сияние»).

Наказание неверного небес­ ного супруга встречается нам в литовском и латышском фольклоре:

там разгневанный громовержец Перкунас разрубает мечом месяц,' изменяющий своей жене-солнцу с утренней зарей, от чего и прюисходит регулярное убывание ночного светила. М ы видим, что мотив наказания небесных светил за неверность восходит своими корнями к эпохе индоеврюпейской общности, а Свар)бхану в таком контексте превращается из злокозненного демона в тестя бога солнца. Вне зависимости от интерпретации ведийского гимна, в нем присутствует сюжетная связь между Сварбхану и Солнцем, что соотносится с тем, что Сварюг был отцом Солнца- Дажьбога в славянском мифе, а если теория С.Джемисон верна, то мы можем констатирювать, что представление об установлении Сварюгом сексуальных табу может быть отнесено к эпохе индоеврюпейской общности. Крюме того, отождествление Сварібхану с богом огня Агни заставляет нас вспомнить и огонь-Сварюжича древнерусских поучений претив язы­ чества, что косвенно подкрепляет теорию С. Джемисон .

Интересующий нас корень неоднократно встречается в име­ нах и эпитетах других переонажей индийской мифологии. Адити, великая мать богов в Ригведе, называлась «сварвати», т. е. «об­ ладающая светом»; Индрга, верховный бог ведийской мифологии, носил эпитет Сварадж (зага])— «своевластный», «самодержец»

(в более позднюю эпоху Иш вара — «господин» — становится одним из имен бога Ш ивы, а в ряде индуистских сект вся триада верховных богов рассматривалась как ипостаси этого Ишвары) .

Интересно отметить, что идея самовластности неба встречается нам в древней Руси еще и в христианский период. Киевский лето­ писец Моисей в своей кантате 1198 г. написал: «Небеса безсло­ весное естьство суще и сочювьствено и самовластно»50. Согласно www.RodnoVery.ru

Сварог

«Вишну-пуране» Сварожич (Загосіза) есть имя первого чело­ века М ану во второй мировой эпохе (манвантаре). Весьма су­ щественно, что от этого Ману, воплощающегося под разными именами в начале каждой эпохи, и происходят земные цари: «Пуруша есть владыка Вселенной, а владыка кальпы — Брахма, вла­ дыка мира, владыкой же манвантары является Ману. Этих М ану четырнадцать, и в начале каждой манвантары земные цари про­ исходят от них»51. Поскольку в приведенном выше славянском мифе сыном Сварога является солнечный царь Дажьбог, мы мо­ жем предположить, что и связь его отца с высшей, самодержав­ ной властью зародилась еще в эпоху индоевропейской общнос­ ти. В сказании о Прачетасах упоминается дочь Океана Саварна, на которой женился правнук Притху Прачинабархис. О т этого брака на свет появились десять сыновей, прозванные Прачетасы, М удрые. Эпитетом трехглавого асуры Вишварупы (букв, «имеющий все цвета» или «имеющий все облики») является 8аго-сіе8 — «самосветящийся». Более отдаленной этимологичес­ кой параллелью является ведийский бог Варуна, который будет подробно рассмотрен в связи с древнерусским Перуном .

В авестийской мифологии упоминается Вара — квадратное убежище со стороной «в лошадиный бег», построенное в иранс­ кой прародине по приказу верховного бога Ахурамазды первым человеком Иимой для спасения всех живых существ от страш­ ной зимы и всемирного потопа.

Вот как «Авеста» передает ука­ зания бога по поводу создания этого сооружения:

25. И ты сделай Вар размером в бег (букв.: «лошадиный бег») — на все четыре стороны и принеси туда семя мелкого и крупного скота, людей, собак, птиц и красных горящих огней. Сде­ лай же Вар размером в бег на все четыре стороны для жилья лю­ дей и размером в бег на все четыре стороны для помещения скота .

26. Т ам воду проведи по пути длиною в хатру, там устрой луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда, там построй дома, и помещения, и навесы, и загородки, и ограды .

www.RodnoVery.ru Михаил Серяков

27. Туда принеси семя всех самцов и самок, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие. Т уда принеси семя всех родов скота, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие .

28. Туда принеси семя всех растений, которые на этой земле высочайшие и благовоннейшие. Туда принеси семя всех снедей, которые на этой земле вкуснейшие и благовоннейшие. И всех сде­ лай по паре, пока люди пребывают в Варе .

29. Пусть там не будет ни горбатых спереди, ни горбатых сза­ ди, ни увечных, ни помешанных, ни с родимыми пятнами, ни по­ рочных, ни больных, ни кривых, ни гнилозубых, ни прокажён­ ных, чья плоть выброшена, ни с другими пороками, которые слу­ жат отметинами Анхра-М анью, наложенными на смертных .

30. В переднем округе [Вара] сделай девять проходов, в сред­ нем — шесть, во внутреннем — три. В проходы переднего [окру­ га] принеси семя тысячи мужчин и женщин, среднего — шести­ сот, внутреннего — трёхсот. Сгони их в Вар золотым рогом и зак­ репи Вар дверью-окном, освещающимся изнутри» .

31. Т ак подумал Иима:

«Как же я Вар сделаю, о котором сказал мне Ахура-М азда?»

С» V И тогда сказал А хура-М азда Ииме: « О Иима прекрасный, сын Вивахванта, топчи землю пятками и мни руками так, как люди лепят намокшую землю» .

о

32. И вот Иима так сделал, как хотел от него Ахура-М азда:

он топтал землю пятками и мял руками так, как люди лепят на­ мокшую землю .

33. И вот Иима сделал Вар размером в бег на все четыре сто­ роны и принёс туда семя мелкого и крупного скота, людей, собак, птиц и красных горящих огней. И Иима сделал Вар размером в бег на все четыре стороны для жилья людей и размером в бег на все четыре стороны для помещения скота .

34. Т уда провёл он воду по пути длиною в хатру, там он ус­ троил луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда, www.RodnoVery.ru

Сварог

там построил дома, и помещения, и навесы, и загородки, и ог­ рады .

35. Туда принёс он семя всех самцов и самок, которые на этой земле-величайшие, лучшие и прекраснейшие. Туда принёс он семя всех родов скота, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие .

36. Туда принёс он семя всех растений, которые на этой земле высочайшие и благовоннейшие. Туда принёс он семя всех снедей, которы е на этой зем ле вкуснейш ие и благовоннейш ие .

И всех он сделал по паре, пока люди пребывали в Варе .

37. Н е было там ни горбатых спереди, ни горбатых сзади, ни увечных, ни помешанных, ни с родимыми пятнами, ни порочных, ни больных, ни кривых, ни гнилозубых, ни прокажённых, чья плоть выброшена, ни с другими пороками, которые служат отметинами Анхра-Манью, наложенными на смертных .

38. В переднем округе [Вара] он сделал девять проходов, в среднем — шесть, во внутреннем — три. В проходы переднего [округа] он принёс семя тысячи мужчин и женщин, среднего — шестисот, внутреннего — трёхсот. Согнал их в Вар золотым ро­ гом и закрепил Вар дверью-окном, освещающимся изнутри» .

39. «О Творец плотского мира, истинный! Ч то же это за светы были, о истинный Ахура-М азда, которые там светили в этом С Варе, который построил Иима?»

40. Т ак сказал Ахура-М азда:

«Самостоятельные и сотворённые светы, как один раз захо­ дящими и восходящими кажутся звёзды, Луна и Солнце .

41. И одним днём казался год. После сорока лет от двух лю­ дей два человека рождались, пара — самец и самка, и так же от других родов скота. И эти люди жили прекраснейшей жизнью в том Варе, который построил Иима» .

(Авеста / / Ьоахег.іапіеі.ги) С этим иранским мифологическим термином находится в род­ стве др.-в.-нем. дагі — «оборона», шогі — «плотина, насыпь», ш ж м ж м 53 шшшж шшшт www.RodnoVery.ru Михаил Серяков сакс.агсі — «сторож»,ч^аг — «защищенный», др.-англ. шо — «береговая насыпь, дамба, защита», англ.атіап — «защищать», готск.агз — «защищенный», агі]ап — «оборонять», др.-исл .

ог — «камни, уложенные рядами на пристани» и лит.агаз — «столб, кол в изгороди, заборе». Аналогом этого понятия в древ­ нерусском языке стало слово воръ, вора, для которого исследо­ ватели выделили два значения: «ограда, забор, преграда» и «ого­ роженное или окопанное место». В первом значении это слово встречается нам в летописном рассказе о давке, произошедшей на церемонии канонизации Бориса и Глеба: «А кнземъ с ракою идущимъ межи воромъ, и не б л з вести от множества народа, поламляху в о р ъ...» 52 и в другом летописном тексте об обороне псковичей от неприятелей: «Усретоша ихъ на броду у Выбута, а броды все бяху затворены ворами, и стояше погани ту 4 дни, и многажды хотяху пребрести рку, и не взмогоша»53. К ак ви­ дим, поставленная на броду ограда-вор была достаточно эффек­ тивным оборонительным сооружением, чтобы сдержать натиск врага. Во втором значении этот термин используется в П риви­ легии Витовта 1503 г.: «Еще пожаловали есьмо ихъ, придали имъ на садибу и на выгонъ Коитинъ воръ, а Михаиловскіи воръ, / а Заручевскіи воръ»54. Очевидно, что из второго значения др.русск. во р ъ произошло и современное русское диалектное сло­ во вар — «скотный двор», зафиксированное в Тамбовской, Рязанской и Курской областях55. Поскольку само понятие скота у древних славян означало богатство, то мы можем предположить, что первоначально одной из функций Сварога была охрана этого богатства, а также с ним связывалось и создание разнообразных защитных сооружений. К ак мы видели из приведенных в этой главе материалов, со Сварогом или его сыном оказываются свя­ заны овин и скотный двор, в которых хранились хлеб и скот — главное богатство людей того времени. О наличии названий, подобных иранской Варе, для укрепленных мест у славян свиде­ тельствует сербское слово варош — «городок», «острожек», www.RodnoVery.ru

Сварог

которое В.И. Д аль совершенно справедливо выводит от варяги в значении «беречь», «стеречь»56 .

С этими словами следует сопоставить древнерусское варили, варю — «беречь» и варовати, варую — «сохранить, защищать», причем относительно последнего термина И.И. Срезневский при­ вел показательный пример: «Тамо (на неб) вароують дла»57 .

Сварог, как мы увидим впоследствии, был не только богом неба, ‘но и богом, связанным с переходом человеческой души в загроб­ ный мир, в свете чего употребление лежащего в основе его имени корня в контексте с определением посмертной судьбы человека на небе в зависимости от его дел представляется весьма закономер­ ной. В целом, древнерусская литература давала такое определе­ ние интересующему нас слову: «Варовати — опасати, или хранити»58. И з числа родственных славянских терминов, показываю­ щих бытование этого корня в праславянский период, следует назвать чеш. и словацкзагачгаіі — «беречь» и болт, воловар — «пастух, стерегущий волов» .

Можно предположить, что дальнейшее развитие корня в а р / вор в значении огороженного места привело к появлению в ко­ нечном итоге современного русского слова вор — человека, тай­ ком перелезающего через ограду и похищяющего хранящееся там богатство. Дальнейшее развитие этого семантического поля при­ вело к образованию новых однокорневых терминов, описываю­ щих дальнейшие взаимоотношения хозяина имущества и его по­ хитителя. К числу их относится в первую очередь варить, для которого памятники древнерусской письменности фиксируют зна­ чение «настигнуть»: «помышлихъ яко днь или оутро смрть варит мя»; «гнвъ бии скоро варить тя»59. Естественно, что после того, как вор был настигнут, с ним начиналась свара (данное слово было образовано из интересующего нас корня путем прибавления к нему приставки с) или распря. Наиболее распространенными значени­ ями слова свара были «спор, ссора, шум», сохранившиеся до на­ ших дней. В древнерусском языке этот термин имел целый ряд www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков значений, одним из которых было «спор, тяжба»: «Чесоради сва­ ры и прния, паче же и вражды обьжоша бывати»; «О нъ Авдй съ дтми своими... у заутреней по многы годы никогда не быва­ ютъ, ходятъ на погостъ для мирских сваровъ и тяжбы»60' П оказа­ тельно, что памятники древнерусской литературы упоминают про­ изведенное от этого значения данного корня слово сварит ся — «ссориться, быть в тяжбе» — в контексте споров о границах зе­ мельных участков: «Аще дв сел сварятся о м еж и... »61. Как мы увидим впоследствии, Сварог имел непосредственное отношение к понятию границы, земельной межи и ссора по их поводу есте­ ственным образом была охарактеризована нашими предками при помощи заключенного в его имени корня. Целых три значения имело и производное от него слово сваритиаг. «ссориться, пре­ пираться», «сердиться, гневаться» и «противиться». Показатель­ но, что в первом значении оно упоминалось древнерусским книж­ ником по аналогии с горящими на огне дровами, что вновь застав­ ляет нас вспомнить об огне-Сварожиче: «Н е сварися съ члкомъ язычьномь, ни накладаи на огнь его дровъ»62. Гнев тоже ассоци­ ировался с огненным началом человеческой души (вспомним хотя бы современный оборот «пламя гнева»).

В этом контексте инте­ ресующее нас слово использует автор Лаврентьевской летописи:

«Ходи Володимеръ на Ярославца... и отъиде Володимерь от него, сваривъся на нь много»63. Понятно, что очень часто это словесная перепалка перерастала в схватку с похитителем, в результате чего у этого слова появляются значения «схватка», «борьба», «пора­ жать»: «А дьяволъ радуеться злому оубииству кровопролитью, вьздвизая свары, зависти братоненавидния, клеветы»64. Это понятие однозначно относилось поучениями против язычества к числу тяжких грехов. Так, «Слово св. отец о посте устава церков­ ного» ставит его на первое место в списке прегрешений: «Еже есть свар, б о й,... дшегоубьство, чародйство, наоузъ ноше­ ние...»65. Поминает его и автор «Слова о посте велицем и о П ет­ рове говеньи и о Филипове»: «Сут велими пагубна и господомь www.RodnoVery.ru

Сварог

ненавидима, святыми проклята яже суть сия: лжа, сваръ,... раз­ бои, чародйство, волхованье...»66. Еще одной группой значе­ ний была «борьба, схватка»: «Н а высокъи прстолъ епискупьскъ възведенъ бысть; ни без болзни, ни без завиды. ни безъ свара отъ старшинъ настолья очьству»67. Более поздняя «Повесть об Акире» X V в. дает следующее нравоучительное поучение о про­ исхождение свары: «Сну, егда будешь в чади, то же пристипивъ к нимъ, не смся; въ смс бо безумье исходить, а в безумьи сварь бываетъ, а въ свар тязаны и бои, а в бою смрть, а в смерти грхъ свершаетьс(я)»68. Русская поговорка однозначно утверж­ дала: «Соседям свариться не годиться» .

Интересен контекст, в котором подчас упоминаются в памят­ никах древнерусской письменности и производные от него слова .

Сварити, сварю имели три значения: «бранить, укорять», «ос­ корблять» и «казнить, поражать». В последнем значении оно было использовано древнерусским переводчиком ветхозаветного плача Иеремеи: «Въ днь гнва своего съвари и не пощад»69. Память о том, что данное действие может производить именно бог, надолго осталась в народной памяти, как о том свидетельствует записан­ ная в X IX в. украинская поговорка, произносимая во время гро­ зы: «Господь золотою різкою свариться»70 .

Это, в конечном итоге, привело у западных славян к обозначе­ нию производным от исследуемого корня словом части общества .

М ожно предположить, что со Сварогом связано и название ва­ рягов, основу которых составляли воинственные западнославян­ ские племена. Если это так, то они были названы в честь этого бога, а само название означало «люди распрей, люди битв», что как нельзя лучше подходило к совершавшим дальние походы морским дружинам. В более узком значении оно'означало «меч­ ников», «меченосцев», «ратников», будучи образовано от з а ­ паднославянского \аг ^ «меч», что опять-таки отсылает нас к образу бога-кузнеца. О его западнославянском происхождении еще в X IX столетии писал С. Гедеонов: «Грамматическая пра­ www.RodnoVery.ru Михаил Серяков вильность производства русского варяг от живого, по всем зако­ нам славянской лингвистики составленного, у Геннига буква в букву записанного вендского ага&, -шащ;, неотрицаема... »71. В древне­ русском языке в качестве обозначения другой группы инозем­ цев встречается образованное по тому же принципу слово колбяг — «палочник», что свидетельствует о правильности интер­ претации варягов к ак м ечен осц ев. О том, что подобное словообразование определенной части воинов от имени боже­ ства в принципе возможно и соответствует индоевропейской тра­ диции, свидетельствует пример мамертинцев (буквально «сыны М арса»), названных так в честь италийского бога войны. С то­ летия спустя все то же значение этого корня, на этот раз уже в «сниженном» варианте, стало обозначать просто разбойника — варнака. Кроме того, в украинском языке слово варяг означает «борец, крепкий, рослый человек», а в русских диалектах есть еще слово варзя — «задорный человек, склонный ко всяким вы­ ходкам» .

Стоит отдельно остановиться на группе значений, связанных с др.-русск.сваръ как то «упреки, оскорбления, брань», столь ' частые во время ссоры. Вспомним, что производные от него сварнти, сварю так же обозначали: «бранить, укорять», «оскорб­ лять». В этом же значении данный корень присутствует и в дру­ гих славянских язьжах: укр.свар — «ссора, укор», болт.свара то же, словен.заг — «порицание»,загііі — «порицать, увещевать, предостерегать», чеш.,словац.8аг, польск.заг, в.-луж., н.луж.заг — «ссора, раздор, распря». Однако, как следует из при­ веденных М. Фасмерюм параллелей, эти негативные значения не были исходными для этого корня: др.-исл.8ага — «отвечать», готск.8\гагап — «клясться», др.-в.-нем.зегіап — «клясться, гово­ рить определенно», лат.зептю — «беседа, разговор»72. К этому перечню надлежит добавить и уже упоминавшуюся выше скан­ динавскую богиню Вар, имя которой означало «договор». А на­ лиз этого корня в индоевропейском контексте приводит нас к вы­ www.RodnoVery.ru

Сварог

воду, что у славян вторичное значение свары как шума, спора или ссоры наложилось на другое значение этого корня, связанно­ го с человеческой речью. Следы последнего до сих пор сохрани­ лись и в нашем языке. Т ак, на Севере Руси варгой называли рот, уста, пасть, соответственно варайдать или варандать значило «кричать, шуметь, браниться»; пялить варегу в Вятской губер­ нии означало «орать, зевать, кричать во все горло», постепенно это перешло в значение шума, производимого той или иной рабо­ той, ср. костромское варганить — «шуметь чем, стучать», «ра­ ботать что-либо со стуком»73. Отсюда происходят такие выраже­ ния как «Самовар заварганил» (закипел), «Сосед заварганил»

(начал стучать, работать), «Что ты тут наварганил?» (наделал, настряпал), «Р а з варганился» (расшумелся, рассказался), «Койкак сварганили свадьбу» (сладили). В сниженном значении в Р я ­ занской и Курской области вариакать значило врать, болтать пустое, молоть, пустовать .

Совокупность всех этих данных позволяет отнести зарюждение мифа о Сварюге ко временам индоеврюпейской общности, при­ чем мифологический материал свидетельствует, что персонаж с именем, образованным от корня свар/вар как правило соотно­ сился со светом, небесным светом в виде звезд, как мы увидим чуть ниже, огнем, приготовленной на нем пищей, согласием сидя­ щих вокруг нее людей, солнцем, царской властью, браком, соору­ жениями для защиты своего имущества и, наконец, с противодей­ ствием его похитителям .

Если это не ошибка переписчика, то можно предположить, что древнерусские авторы поучений прютив язычества связывали с этим корнем еще и ворожбу - гадание. «Слово св.Кирила о злых дусех» рисует весьма безрадостную для новой религии примени­ тельно к X IV веку картину: «А мы соуща истиныя хрстіяне, а тыяже бсы вруемь въ волхвы, і варюжоу и на горшее поуча­ емъ»74. В пользу этого говорит и то, что другой древнерусский источник ставит понятие сваръ в один ряд с колдовством (чарюwww.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

ванием и волхованием): «Многы бо мтри не от любве младенецъ въ чреве заченши породиша, но ревнощама и сваръ и куибами и чарованьемъ и волхованиемь, непокоривы суще подружию свое­ му»75. В связи с двумя этими словами уместно вспомнить гадание по огню, весьма распространенное у многих народов. Так, напри­ мер, среди балканских славян весьма было популярно гаданиезаговор с ворошением огня в очаге. В Ю гославии первый гость в Новом году должен был, войдя в дом, подойти к очагу, где тлел «бадняк» (особое дубовое полено), и, ударяя по нему, что­ бы извлечь как можно больше искр, приговаривать при этом:

«Сколько этих искр, хозяин, чтобы столько у вас было овец и денег, боровов, ульев, баранов и волов». В Болгарии на И гнаждень (2 0 декабря) первый гость осуществлял у очага те же маги­ ческие манипуляции со сходным пожеланием: «Сколько искр — столько цыпляток, барашков, ярочек, телушек, жеребят и детей!»

Еще более интересную информацию дает нам древнечешская рукопись Маіег егЬогшп, где слова гиог, зог переводятся сло­ вом «зодиак»76. В Архангельской губернии вараж ей называли всякое созвездие, яркую кучу звезд77, что говорит о том, что и на Руси звездное небо было этимологически связано со Сварогом .

Вносимый зодиакальными созвездиями порядок в расположение звезд на небе естественным образом перекликается и с тем поряд­ ком, который Сварог, согласно отечественной мифологии, уста­ новил и в славянском обществе. Само название «звезды» в сла­ вянских, а также балтийских языках отличается от общеиндоев­ ропейского На8і(Ь)ег, заимствованного с Ближнего Востока, и указывает на тесную связь этого небесного объекта в представле­ нии наших далеких предков с излучаемым им светом.

Новое на­ звание в балто-славянском ареале было образовано в качестве производного от основы со значением «сияющий», «блестящий»:

ст.-слав.гегсіа «звезда», польск.а^іагсіа, лит.гащгсіе, латыш, гащгпе «звезд а» при прусск.зращзіап «сияние», «свет», «блеск»78. Это подтверждается и тем, что в русском языке обра­ www.RodnoVery.ru

Сварог

зованный от названия звезды глагол относился именно к горяще­ му огню, как о том свидетельствуют выражения типа: «Искра звез­ дится впотьмах»; «Прозвездил огонек и пропал». Сама звезда в загадках сравнивается с горящей свечой: «Поверх деревьев свечи теплятся»79. О связи этого бога с небосводом свидетельствует и показательный параллелизм в географических названиях Каринтии: рядом с местом 8аигасЬЬег§, т. е. Саврах(г)ова или Сварах(г)ова гора непосредственно соседствует Н іттеІЬеп*, т. е. Небес­ ная гора80. Очень у многих народов горы, в силу своей близости к верхнему ярусу мироздания, служили местами почитания богов неба. Ближайшую индоевропейскую параллель мы видим в опи­ санных Геродотом верованиях иранцев: «Что до обычаев персов, то я могу сообщить о них вот что. Воздвигать статуи, храмы и алтари (богам) у персов не принято. Т ех же, кто это делает, они считают глупцами, потому, мне думается, что вовсе не считают богов человекоподобными существами, как это делают эллины .

Т ак, Зевсу они обычно приносят жертвы на вершинах гор и весь небесный свод называют Зевсом. Совершают они жертвоприно­ шения также солнцу, луне, огню, воде и ветрам»81. Подобная же традиция почитать божество на вершинах гор была и у славян .

Выдающийся арабский историк А ль-М асуди, описывая три из известных ему храмов языческих славян, отмечает, что все они находились на вершинах гор: первый храм был построен на горе, «о которой писали философы, что она одна из высоких гор в мире» (более подробно об этом храме речь пойдет в восьмой главе), второе святилище было построено на черной горе, а тре­ тье — «на горе, окруженной морским рукавом». В силу геогра­ фических особенностей почитание гор было гораздо более р аз­ вито у западных и южных славян, чем у восточных, соприкасав­ шихся с одними Карпатами. Т ак, например, расположенная в Силезии гора Сленжа, возвышающаяся над равниной на целых полкилометра, была объектом культового почитания еще с лу­ жицких времен. Поскольку верхняя треть горы часто бывает

–  –  –

закрыта облаками, то она была опоясана кругом из наваленных камней, причем вал шел по линии, ниже которой не спускались облака, отделяя «небесную» часть святой горы от земной. Еще и в христианскую эпоху подобные горы связывались с присут­ ствием там божественного начала, разумеется, уже в новом об­ личим. Т ак в одной чешской песне говорится:

В царстве, где О льм уц владычествует, Е сть тамо гора не высокая, Н е высокая, гостиная ей имя, М ати Бож ия там чудеса творит82 .

Аналогичная ситуация была и на Руси, стоит вспомнить хотя бы Святогорский монастырь в П сковской губернии. Немало объектов новой религии было возведено на так называемых Крас­ ных горках, связанных с языческими игрищами: церковь Георгия Победоносца на Красной горке в Москве на Неглинной; Красно­ горский Никольский монастырь в Старицком уезде на Красных горах; в Новгороде под 1415 г. упоминается церковь Воскресения на Красной горке у Плотнического конца; в Черниговской губер­ нии на Красной горе стоит Красногорский Николаевский монас­ тырь, основанный в X V в. и т. п. Еще в языческую эпоху горы зачастую считались первыми и потому наиболее значимыми объек­ тами, появившимися на Земле: «Т ак хорутане, давая морю имя «света вода», рассказывают, что когда земля, по воле Божьей, выходила из морской бездны, в которую до тех пор погружены были солнце с месяцем и звездами, и молния и ветры, то первая показалась из-под воды гора Триглав, а потому-то с ее вершины и видны все моря земли. У словаков есть тоже подобное преда­ ние, примененное к Т атр ам...» 83 .

Х оть гор на Руси практически не было, в северорусской тра­ диции именно с ними связывается место нахождение бога-куз­ неца, что, несомненно, является явным пережитком индоевро­ пейской традиции, никак уже не подкрепленной конкретными условиями жизни нашего народа. В былине о женитьбе С вято­ www.RodnoVery.ru

Сварог

гора последний спрашивает Микулу Селяниновича, как ему «уз­ нать судьбину Божию», и получает от пахаря следующий ответ:

«А вот поезжай путем-дорогою прямоезжею до розстани, а от розстани сверни влево и пусти коня во всю прыть лошадиную, и подъедешь к Сиверным горам. У тых у гор под великим деревом стоит кузница, и ты спроси у кузнеца про свою судьбину»84. Ког­ да богатырь приехал в указанное место, он нашел там кующего судьбину, «кому на ком жениться», кузнеца. Этот безымянный кузнец явно перекликается с образом бога-кузнеца Сварога в его ипостаси покровителя свадьбы. Великое дерево, под которым стоит его кузница — это явно мировое дерево, символизирующее собой центр Вселенной. В этой связи особенно ценно указание былины, что и само дерево, и стоящая под ним кузница расположена у Скверных гор, которые, таким образом, оказываются местом на­ хождения определяющего человеческую судьбу бога-кузнеца .

Отголоски связи гор и кузнечного ремесла проявились и в момент наименования отдельных частей столицы нашей страны: «Всегда красива была гора Кузнецкая; древний народ Московский звал ее Неглинным верхом; с нее сматривала на Кремль златоглавый, в последний раз прощаясь с М осквою... Долго жило предание в рассказах стариковских, как тут же после стоял длинный ряд куз­ ниц, домишки кузнецов, их задворицы, их огороды... »85. В П ско­ ве монастырь Кузьмы и Демьяна, божьих ковалей, упоминаемый впервые под 1383 г., находился на «Гремячей Горе». Стоит отме­ тить, что связь гор в отечественной традиции со Сварюгом этим не исчерпывается и их семантика явно перекликается со значени­ ями, связанными именно с этим божеством. Последний был, как мы увидим ниже, покрювителем свадьбы, и с этим можно соотне­ сти как календарную приурюченность заключения браков на «крас­ ную горку», так и ритуальный обычай катания молодоженов с гор .

Самое непосредственное отношение бог неба имел и к переходу человеческой души в потусторюнний мир, в связи с чем следует вспомнить, что увиденная во сне Иваном Калитой покрытая снеб ж&кжжжжжж з www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков том гора предвещала смерть сначала митрополита Петра, а за ­ тем и самого князя. Подобное значение этого сновидения не должно нас удивлять, если мы примем в расчет то обстоятель­ ство, что с образом горы еще в X I X в. в некоторых регионах Руси связывалось посещение умерших предков в пасхальный понедельник: «В старину на могилки выхаживали всей семьей и пировали до вечера. В Ш енкурском и Вельском округах хожде­ ние на кладбище называется на горы нтитья86.

С другой сторо­ ны, в северорусском похоронном причитании перечисляются мес­ та, из которых следует ждать возвращения умершего:

М не ж дать ево не дождатисе, Ево кликать да не докликаться С безызвестное-то со сторонушки .

И з -з а гор да есте выходци, И з -з а морь да есте выплавци, л « 8 7 А из матушки сырой земли .

Обращает внимание то, что горы, как место пребывания душ умерших, поставлены в данном тексте на первое место по сравне­ нию с подводным и подземным мирами, которые чаще всего ассо­ циировались с загробным миром .

Близкие к этим представления связываются с горами и у дру­ гих славянских народов: «У словаков святыми горами до сих пор считаются некоторые из вершин Татранских; по их поверью, тени усопших собираются в Иванов день на М атру молиться духам, живущим в этой горе»88. С вязь гор со Сварогом прослеживается не только на семантическом, но и на языковом уровне. Древне­ русское слово варака означало «гору» или «холм» и употребля­ лось в таком контексте в памятниках письменности: «В Жемчюжномъ ручью да за Сокольею варокою...»89. В архангельском ди­ алекте это слово до сих пор означает «крутой каменный берег», «утес», «береговую скалу», а словом вара в Архангельске и К а­ релии называют «холм», «горушку» или «бугор»90. В свете того, что бог неба был связан с переходом души в потусторонний мир, www.RodnoVery.ru

Сварог

являясь одновременно и покровителем свадьбы, весьма показа­ тельно, что на Руси Красная горка оказалась точно так же одно­ временно связана с обоими этими ритуалами. И. Снегирев по это­ му поводу пишет: «Как весною на Красную Г орку, так особенно и осенью в Родительскую поминки усопших встречаются вместе с свадьбами в России; и в ту и другую пору невесты сироты ходят на могилки родителей прощаться и просить себе благословения на судьбу свою»91. Э тот же исследователь приводит конкрет­ ный пример как оба этих ритуала соединялись между собой в один день: «В Спаске Рязанском Ф омино Воскресенье девки и женщины в траурном платье (черном и белом) идут после обед­ ни на кладбище с разным кушаньем и питьем кланяться покой-' ным родственникам, плачут с причитаниями, катают яйца на их могилах и потом едят и пьют, выливая остатки вина на могилы .

После, переодевшись дома в праздичное платье, идут играть на красн горку» 92 .

Следует отметить, что связь Сварога с горами при отсут­ ствии значительных горных массивов на территории Древней Руси представляет собой достаточно архаичную черту, восхо­ дящую ко временам проживания наших предков на территории индоевропейской прародины: «Первое, что можно утверждать с достаточной уверенностью относительно индоевропейской пра­ родины, это то, что она представляла собой область с горным ландшафтом. О б этом свидетельствует прежде всего многочис­ ленность индоевропейских слов, обозначающих «высокие горы»

и «возвыш енности»...»93. О б устойчивости связанных с горами терминов в языках индоевропейской семьи чисто на этимологи­ ческом уровне, не говоря уже про уровень мифологических пред­ ставлений, говорит сравнение др.-индщігі «гора», авестщаігі «гора», албщиг «скала», «камень» с литщігіа, щге «лес» и ла­ тыш. сігіга «лес». И з этого сопоставления очевидно, что балты, оказавшиеся в негористой местности, перенесли первоначаль­ ное значение «гора» на «лес» как самый высокий объект, с ко

–  –  –

. торым они имели дело. Похожая ситуация имела место и на Руси, где, за неимением настоящих гор, так зачастую именовались просто высокие холмы. В свете только что сказанного выше про горы интересно отметить, что в Ригведе общеиндоевропейские слова в значении «гора», «скала» рагаіа, дігі, асігі означают в то же самое время и «тучу», «облако»94 .

С темным или, по крайней мере, облачным небом связывают данный корень и некоторые германские языки: англо-сакс. зеогс — «темнота, облако, туман» и нидерл.гшегк — «туча, облач­ ное небо».

Более того, само небо, как показывают данные язы ­ кознания, воспринималось славянами как темное; пасмурное:

«Сюда, как мне кажется, можно отнести слав.пеЬо (пеЬез-), и.е.пеЬЬо8-/пеЬЬеб-, сложение отрицания пе- с корнем ЬЬоз- «си­ яющий, сверкающий» (откуда ЬЬозо- «обнаженный, босой», слав.Ьозъ), собственно, расширение на —5- корня ЬЬо-/ЬЬа- «си­ ять, сверкать»... Остается добавить, что слова эти обычно объяс­ няются иначе, от и.-е.пеЬЬ- «влажный», но нам представляется типологически более заманчивой идея предполагаемого сложе­ ния и противопоставления «неясного», пасмурного неба «ясно­ му» небу»95. Родственными славянскому слову небо лингвисты считают лит.сІеЬебіз «облако», лтыш.сІеЬезіз «облако», сІеЬезз «небо», др.-инд.паЬЬаз «туман, пар, небо», авест.паЬаЬ «воз­ душное пространство, небо», хетт.періз «небо», лат.пеЬиІа «ту­ ман, пар, дым, облако», восходящие к и.-е.пеЬЬоз- в значении «облако». «В случае с праслав.пеЬо, и.-е.пеЬЬоз- речь может идти только о названии облачного неба, или о б лак а/обл ак о в...» 96. Наблюдения лингивстов полностью подтверждаются теми фактами, которые предоставляет в наше распоряжение ар­ хеология: когда псковскому славянину на орнаменте своего гор­ шка потребовалось изобразить небо, он показал его не в виде ясного солнечного неба, а передал его образ с помощью туч (рис.З) Наконец, и письменные источники свидетельствуют о том, что наши предки восприниали облака как одежду неба: «одwww.RodnoVery.ru Сварог Рис.З. Горшок из погребения во Пскове, конец X — начало X I вв .

ваяй ибо облакы»97. По-настоящему небо бывало открыто крайне редко, что и породило представление о том, что только в эти редкие мгновения до него долетают человеческие молитвы: «О чем открытому небу помолишься, то сбудется». Э ти данные язы ­ кознания, археологии и древнерусской письменности интересно сопоставить с записанными в X I X в. этнографами народными представлениями: «Н ебо в некоторых местностях представляют планетой, подобно земле; оно ярко-светлого, огненного цвета .

Его сотворил Бог в третий день (Радомысльск.у.), для того, чтобы жить там Самому вместе с ангелами, херувимами и др.чистыми духами и св.угодниками. Понимают также под небом нео­ пределенное пространство массы, скопившейся из воздуха, шарообразной формы, ярко-светлой и огненной, отличающейся свойствами огня (Подольск.губ.); или представляют в виде плос­ кости, цвета ярко-фиолетового, прозрачной, но настолько твер­ дой, что оно может удержать на себе всех небожителей (Х олмская Р усь). Плоскость эта соединяется с землей на весьма да­ леком расстоянии, куда еще никто не доходил, и где живет неодолимый, необычайно сильный одноглазый свирепый народ;

–  –  –

там беспредельное, вечно бушующее море и проч., и достигают этого места только души умерших, но — не сами по себе, а их несут туда на своих крыльях ангелы (Углицк.у.). М ежду небом и землею предполагается нечто в роде навеса — «полотно», «обла­ ко». Последнее сотворено Богом для того, чтобы закрывало со­ бою от нас небо, так как в противном случае оно сожгло бы все существующее и даже самую землю (Подольск.губ.). Представ­ ляют еще небо сияющей обителью, или жилищем Бога, где О н пребывает вместе с ангелами и св.угодниками (Новград-Больше к.у.); полом, или подножием жилища Божия (Житомирск.у.) .

Поверхность неба в с. Сербиновке считают отверделою оболоч­ кою, образовавшеюся из дыма, а самым небом — молнию и ут­ верждают, что люди видят небо только во время грозы; оно, как свод, прикрывает собою весь свет, при чем концы его впадают в моря и скрываются на дне их. В Проскуровском у. небо понима­ ют как надоблочное, неизвестного размера, пространство, та­ кого цвета и яркости, каких глаза человеческие не могли бы выне­ сти, и потому небо закрыто от людей облаками; когда гремит гром и покажется небо сквозь разорванные тучи, то на него нельзя смот­ реть от слишком сильного блеска. В Луцком уезде небо пред­ ставляют синей крышей в заоблачном пространстве»98. Весьма схожее представление было у жителей Новград-Волынского уез­ да: «Кроме видимого неба, есть еще другое, которое называется имперейским. О но прикрывается видимым небом, как бы стек­ лом. Н а имперейском небе пребывает Сам Бог, а на видимом — ангелы и все святые. Есть такие счастливцы, которые видели, как ночью раскрывается видимое небо, а за ним проглядывает небо имперейское, такое ясное, как солнце. «То, что мы видим над со­ бою синее, так это еще не небо, а облака; то же, что ходит по-под облаками, так это туча («хмара»). Туча — такая густая, как студень; она иногда падает на землю, и ею хорошо кормить каба­ нов, чтобы были жирными; если бы и человек съел ее, так был бы пузатий: Синих облаков семь, а восьмое — это уже справедлива www.RodnoVery.ru

Сварог

(действительное, точное) небо, где сидит Бог на золотом кресле, а возле Него летают ангелы. «Справедливе» небо не синее, а крас­ ное; если оно когда и раскрывается, так только на какую-нибудь оказию: на войну, или на мор, или на голод» (очевидно, за спра­ ведливе небо народ принимает северное сияние)»99. К ак видим, народные представления восточных славян еще в X I X в. в значи­ тельной степени были связаны с картиной мира их далеких пред­ ков, живших как минимум за пять тысяч лет до них, и отчасти даже позволяют лучше понять свидетельства сравнительного язы ­ кознания. В Архангельской губернии, как это отмечали П.В. Ш ейн и В.И. Даль, облако называли небесы. Н а основе данных линг­ вистики и этнографии мы видим, что с небом одновременно свя­ зывалось как понятие тьмы, так и понятие света. Единственное природное явление, постоянно совмещающее оба этих противо­ положных начала — это звездное небо, зримо представляющее древним людям присутствие света даже в самой сильной тьме .

В совокупности все эти данные показывают, что Сварог первона­ чально воспринимался славянами как бог ночного неба, усеянного звездами, расположенных упорядоченным кругом вокруг нашей земли. Поклонение им наших далеких предков фиксируются по­ учениями против язычества. Т ак, в слове Ефрема Сирина о вто­ ром пришествии пастве указывается: «отрицаемъся... врования въ солнце и въ луну и въ звзды и въ источники...»100.

В испове­ дальных вопросах священники допытывались у своих духовных детей: «Или кланялись чемоу отъ тварі, солнцоу, или звздам, или мсяцу, или зари?»; «И ли кланялась солнцу и мсяцу и звздам или зари?»; «Н е называлъ ли тварь божію за святыни:

солнце, мсяцъ, зв зд ы...»,т. Автор «Слова о небесных силах»

прямо утверждал, что культ небесных светил появился у людей лишь благодаря проискам дьявола: «Вельми завидитъ діаволъ родоу члческомоу, и не останетъ прельщая члки, и въ тварь прельсти вровати: въ слнце и въ мсць и въ зв зд ы...»М П очи­ 2 .

тавших небесные светила людей христианская церковь предавала www.RodnoVery.ru

Михаил Серяков

проклятию, совершенно справедливо видя в этом следы язычес­ ких верований: «и еще проклинаю покланяющи(х)ся слнцю и лоу(н)и и звздамъ всмъ»103. Этот же источник сообщает нам ин­ тересный факт, что наши предки давали звездам человеческие имена: «проклинаю полагающи(х) звздамъ члвч(с)кая имена»104 .

Понимал ли автор поучения под этим термином планеты или соб­ ственно звезды — сказать трудно, однако факт наречения падаю­ щих звезд именами библейской первой пары, засвидетельство­ ванный этнографами в Полесье, имеет явно языческие корни и вытекает из представлений о связи звезд с человеческими душа­ ми, которые будут рассмотрены ниже. Несмотря на стремление христианства уничтожить почитание звезд, эти представления дер­ жались в коллективном бессознательном еще достаточно долго, прорываясь даже у представителей духовенства. Т ак, например, у знаменитого протопопа Аввакума еще в 1673 г. звездное небо ассоциировалось с образом бога: «Взираю на небо и на сияющие звзды, тамо помышляю владыку»105 .

В более позднюю эпоху мы встречаем замену звезд на бога в восточнославянском фольклоре. В песенном творчестве практи­ чески всех славянских народов мы встречаем уподобление чело­ веческой семьи основным небесным светилам — солнцу, месяцу и звездам.

В русской колядке пелось:

Н а двЪре у него да три терема:

Во первом терему да светел месяц, Во втором терему красно солнышко, Во третьем терему часты звезды;

Ч то светел месяц, то Устинов дом, Ч то красно солнце, то Улита его, Ч то часты звезды, малы детушки106 .

В другом варианте солнцу уподобляется уже не жейа, а муж:

Что в первом терему красно солнце, Красно солнце, то хозяин в дому, Ч то в другом терему светел месяц, www.RodnoVery.ru Сварог Ж

–  –  –

рай и впускает в него души, что перекликается с представления­ ми о связи Сварога с посмертной судьбой человеческой души, возвращающейся после смерти на звезды. Н а Руси еще в X IX в .

бытовала ассоциация звезд с окнами небесного терема, записан­ ная В.И. Далем: «Н ебо терем Божий, звезды — окна, откуда ангелы смотрят» .

Очевидно, еще древнее было представление о звездном небе как одежде божества, восходящее еще к индоевропейским вре­ менам. Н а Руси отголоски его встречаются в народном стихе «Голубиная книга», где утверждается: «звезды цястыя от риз Божьих», причем в основе этого бога лежит архаичный образ Первобога, слегка прикрытый христианскими напластованиями .

В иранской Авесте говорится о небе, Которое М азда (верховный бог. — М.С.) носит как одежду, Украшенную звездами, созданную Д ухом111 .

Сами звезды ассоциировались и с искорками, и с душами людей, и с шляпками гвоздей, что связывает образ ночного неба с кузнечным ремеслом. Возможно, к этому же кругу представ­ лений восходит и следующее выражение: «Узвездил Т ворец небо».

О бращ ает на себя внимание следующий важный аспект:

Сварог как бог звездного, т. е. ночного, неба породил Д аж ьбога — олицетворение яркого дневного светила. Э то вводит сла­ вянский миф в контекст древнейших индоевропейских пред­ ставлений, согласно которым сотворению нашего мира пред­ ш еству ет к о см и ч еск ая н очь. В И н д и и п р е д став л ен и е о чередовании созидания и разрушения мира выразилось в мифе о дне и ночи Брахмы, а в Греции Ф алесу, одному из первых великих философов той страны, приписывается следующий афоризм: « Н а вопрос о том, что возникло раньше, ночь или день, он ответил: «Н очь — раньше на один день»112.

О чевид­ но, данное представление восходит к чрезвычайно архаичес­ кой орфической теогонии, согласно которой именно Н очь была родоначальницей всего:

www.RodnoVery.ru Сварог Затем она (Н о ч ь) родила Зем лю и широкого Урана (Н ебо ), О н а явила их, (обратив) из неявленных в явленны х...1 3 Только после нее правителем мироздания стал Урон, с кото­ рого начинает отсчет поколений богов классическая феческая ми­ фология:

...П о с л е нее (Н очи ) (царствует) Уран:

Который стал первым царем богов после матери Н очи114 .

Аналогичные представления, как о том свидетельствует Ю лий Ц езарь, существовали и у кельтов: «Галлы все считают себя потомками (отца) Д ита и говорят, что таково учение друи­ дов. П о этой причине они исчисляют и определяют время не по дням, а по ночам: день рюждения, начало месяца и года они исчисляют так, что сперва идет ночь, за ней день». О том, что подобные представления о первичности, этимологически связан­ ные с именем Сварюга, существовали и на Руси, свидетельству­ ют данные языка. Древнерусское ва р и лг означало «быть вна­ чале», «сделать что-либо до чего-либо», «предварять»: «Варити — преже обрстися. Варяют — преже постизают». Аналогичное значение специалисты отмечают и у слова варяги — «быть вна­ чале, до чего-либо», «предшествовать чему-либо», «предва­ рять»: «П реж грюма млъния варяет»; «Якоже бо плода цвтъ варяеть...» 116. Диалектное варятъ означает «упреждать», «опереживать», а в современном русском языке данный корень с этим значением используется в слове предварять. Т а к данные язы ­ кознания, указывающие на связь этого понятия с именем бога неба, подтверждают вывод, сделанный на основе анализа как славянских, так и индоевропейских мифологических представ­ лений .

Когда же наши предки начали поклоняться небу? Однознач­ ный ответ на этот вопрюс вряд ли когда-нибудь будет получен, однако некоторые общие тенденции развития религиозных пред­ ставлений у различных нарюдов Земли свидетельствуют, что небо стало богом для человека еще в каменном веке. Т ак, например, www.RodnoVery.ru М ихаил Серяков панно в Аддауре, найденное около Палермо (рис.4), является кра­ сочным примером первобытного искусства и изображает сцену успешной охоты. В центре рисунка туша оленя и бородатый охот­ ник, по левую руку от которого находится полукруг из стоящих мужских фигур, причем два из них возводят руки к небу. Данный жест может быть истолкован как благодарение бога неба за бога­ тую добычу. Следует упомянуть и силуэт стройного человеческо­ го тела с зооморфной, поднятой вверх головой на гальке из

–  –  –

Сварог Л а Мадлен, (рис.5) Вряд ли первобытный ху­ дожник стал бы изображать взгляд своего со­ племенника просто на потолок пещеры или на верхушки деревьев. Скорее всего, он изобразил интерес человека к самому высокому объекту, до­ ступному его наблюдению — небу. Р яд археоло­ гических открытий, сделанных на территории на­ шей страны, свидетельствуют о пристальном ин­ тересе первобы тного чел о века именно к звездному небу. Н а неолитической стоянке близ берега Балаговского озера были обнаружены Рис.5. Галька из камни с чашеобразными углублениями, служив­ Л а Мадлен шие, по всей видимости, объектом культового по­ клонения. Н а одном из них было выбито древними охотниками созвездие Большой Медведицы, а иа другом — созвездие Плеяд (рис.6). К эпохе бронзового века относится и изображение Боль­ шой Медведицы на медной игле, найденной на юго-западе Руси

–  –  –

ратившись к индоевропейской мифологии, мы увидим, что такие божества неба как Уран или Варуна принадлежат к самому стар­ шему и, следовательно, к самому древнему поколению богов гре­ ков и ведийских ариев. Аналогичную картину мы видим и в сла­ вянской мифологии, где Сварог является отцом Дажьбога-Солнца. Т у ж е самую тенденцию можно наблю дать и у ряда неиндоевропейских народов. Как финский бог неба Укко, так и аналогичные китайские божества Тянь, Тянь-ди и Ш ан-ди отно­ сятся к старшему поколению и в историческую эпоху, сохраняя следы своего былого величия, отходят на второй план, не играя в

–  –  –

христианскую иконографию, где в подобной же позе изобража­ лась и Богоматерь (рис.12) .

Д ля объяснения значения имени древнерусского божества из всех индоевропейских языков наибольший интерес для нас пред­ ставляет санскрит. Еще с X IX в. почти во всех трудах по мифоло­ гии Сварог сопоставлялся с ведийским $аг — «солнцем» (авест .

Ьаг), что лишний раз дублирует его мифологическую связь с

–  –  –

Сварог Дажьбогом. Помимо собственно дневного светила это ведийское слово обозначало так же солнечный свет, солнечное сияние (на основе этого возник глагол загаіі — «светиться»), а в более об­ ширном контексте светлое пространство вверху, небо. В более поздний период оно в «Тайятирия упанишаде» (1,5,1—4) после­ довательно соотносится с тем миром (небом), солнцем, Яджурведой и разлитым по телу дыханием. А.Введенский совершенно справедливо подчеркивал, что слово заг означает не только «бле­ стеть, блистать, светить, сиять», но и «звучать, петь, звук, шум» .

Последним значениям соответствует не только $ага как музы­ кальный тон в шикшах (древнеиндийских трактатах по фонетике) и русская свара в значении «шума, ссоры», но и представления древних индоевропейцев, согласно которым свет неразрывно был связан со звуком (в этом аспекте Сварог еще предстанет перед нами в былине о Вавиле-скоморохе в качестве покровителя музы­ кантов). Н.Р. Гусева подчеркивала, что санскритский корень заг (згі) означает «сиять, прославлять, возвышать голос» и от него впоследствии образовались зага — «громкий звук, голос» и заща (заг-^а) — «идущий (пребывающий) в свете, сиянье, небо, не­ бесный свет»119. Интересующий нас корень приобрел в Индии и космогонический аспект: «... мир Брахмы (состоит) из трех сту­ пеней, ниже его — Великий (мир) Праджапати и (мир) Махендры. (Вместе они) называются Свар, (или Небесный мир). Н а своде (промежуточного пространства) — звезды, на Зем ле — живые существа» 120 .

П о мнению О.Н. Трубачева, имя интерсующего нас бога воз­ никло в славянской мифологии достаточно поздно, да еще и под скифским влиянием: «Инновацией-заимствованием скифского времени — оказывается и слав.загоарь, принадлежность которого к культу солнца, а также сохранность з- этимологического позво­ ляют принимать только этимологию из др.-инд.заща- “небо” (как “солнечный путь”)» 121. Н е говоря уж об отмеченных выше парал­ лелях, свидетельствующих о бытовании этого теонима в эпоху

–  –  –

индоевропейской общности, принять это мнение мешает отсут­ ствие этого бога в пантеоне как собственно иранцев, так и скифов, а также переход в иранских языках 8 в Ь.(ср. др.-инд.асура, сома и др.-иран.ахура, хаома). Если бы подобное заимствование состоя­ лось, то в нашем языке имя этого бога звучало бы как Хварог, а не Сварог. Академик Б.А.Ры баков тоже выводит имя Сварога от санскритского слова заща — «небо», однако очевидно, что ко­ рень заг более древен, чем производное от него заг§а, которое в более поздний период индийской мифологии имеет вполне определенный и четкий смысл и является названием рая Индры, представляемого в виде прекрасного сада (как мы увидим ниже, и в славянской мифологии мир Сварога мог ассоциироваться с зе ­ леным садом). Попасть в рай воинственного громовержца могут храбрые витязи, павшие на поле брани. В «Бхагавад-гите» Кришна так поучает Арджуну: « О Партха, счастливы те кшатрии, кото­ рым нежданно выпадает на долю возможность сражаться, откры­ вая перед ними райские (заща) врата»122. Такая, к тому же хро­ нологически вторичная этимология неоправданно сужает богатое значение интересующего нас корня. Следует к тому же отметить, что в Ригведе рай И ндры носит название не Сварги, а Сварнары (загпага), буквально — «солнечное пространство». Именно от­ туда, как одного из возможных мест его пребывания, певцы при­ зывали громовержца (Р В Г,21,3):

П усть придет И ндра с неба, с земли, И ли (пусть придет) быстро из океана, из (небесного) источника, И з солнечного пространства нам на помощь вместе с Марутами, И ли издалека, с сидения закона .

О б этом же пространстве как месте жертвоприношения поэтов-риши говорится в Р В,18,4:

Т е же, у кого яркая сила прозрения, Кто хранит гимны в устах, (Ч ь я ) жертвенная солома разложена в Сварнаре, — О ни покрыли себя славой .

www.RodnoVery.ru Сварог В более поздний период «Адитьи-пурана» упоминает Сварлоку как третье небо, которому соответствует рот Солнца (вспом­ ним соотнесения корня свар со звуком как на Руси, так и в И н ­ дии; в качестве параллели см. русск. небо и нёбо как часть рта, а также русск.диал.яарга «рот») .

Кроме того, следует отметить, что в Ригведе одним из назва­ ний жертвенного столба, соединявшего землю с небом и достав­ лявшим жертвоприношения богам, было зага. Интересно, что в миниатюрах древнерусских летописей языческие боги постоянно изображаются стоящими на столбе, что подчеркивает их местона­ хождение в высшей, небесной сфере (рис.13), хоть немногие най­ денные археологами идолы, судя по всему, стояли прямо на земРис.13. Олег клянется у идола Перуна при заключении мира с греками .

Миниатюра Радзивилловской летописи ле, а не на столбе. Тем не менее, этот образ был довольно устой­ чивым и в новгородской иконе X V II в. о трех отроках языческий идол опять-таки помещается на столбе (рис.14). Т о, что эти пред­ ставления возникли не на пустом месте, подтверждает сделанная в Новгороде, в слое X II в., археологическая находка, где малень

–  –  –

кая металлическая фигура мужчины с усами и без бороды, в ко­ роткой рубахе, упершегося руками в бока, была помещена создав­ шим ее кузнецом на высокий, по сравнению с ней, столб (рис.15) .

Н е чужд был этот образ и устному фольклору, о чем свидетель­ ствует один любопытный текст заговора от оружия: « З а дальни­ ми горами есть окиан-море железное, на том море есть столб мед­ www.RodnoVery.ru

Сварог

ный, на том столбе медном есть пастух чугунный, а стоит столб от земли до неба, от востока до запада. Завещ ает тот пастух своим детям: железу, укладу, булату красному и синему, стали, меди, свинцу, олову, серебру, золоту, каменьям, пищалям и стрелам:

подите вы в железо, каменья и свинец, в свою мать-землю от раба (им ярек)... А велит он ножу, топору, рогатине, кинжалу, пища­ лям, стрелам, борцам, кулачным бойцам быть тихими и смирны­ ми; а велит он: не давать выстреливать на меня всякому ратоборцу из пищали»123. В образе чугунного пастуха (пастуха не в смысле скотоводства, а в смысле пастыря человеческого общества и со­ зданных им предметов) мы имеем все основания видеть «снижен­ ную» фигуру небесного кузнеца Сварога, имеющего власть рас­ поряжаться продуктами труда в данной сфере. Н е исключено, что

–  –  –

в данном заговорю присутствует отголосок более древнего богапастуха душ загрюбного мира, фигура которого отряжала мифо­ логические представления индоевропейцев до перехода их к зем­ леделию: «Представления о «загрюбном мирю» и пребывании в нем человеческих «душ» определяются у древних индоевропей­ цев в основном характером скотоводческого общества, существен­ ные признаки которюго переносятся в «мир мертвых». Загробный мир представлялся в виде «пастбища», на котором паслись души умерших людей и принесенных в жертву животных». В другом заговорю медный столб символизирует не только центр мира, но и средоточие здоровья: «Н а морю на Окиане, посрюдь моря Белого стоит медный столб, от земли до неба, от востока до запада, а во том медном столбе закладена медная медяница от болестей и хворюстей. Посылаю я раба, такого-то в тот медный столб, что на море на Окиане, и заповедую ему моим словом заповедным закласть родимец во тот медный столб»125 .

Данные индоевропейских языков фиксируют тесную связь столба с божеством, явно восходящую к периоду общности этих нарюдов: гот.апз «столб», но др.-англ.азз «бог»; др.-англ.зіірег «балка, столб», но др.-севЛЙшт «бог», др.-англ.ІіЬег «жертвоп­ риношение»; Др.-англ.аЬ «столб», но гот.еіЬз «святой»; др,англ.з іг «столб», но др.-и н д.зи га «бог»; русск. свая, но хет.зіаппіз «бог»126. В древнерусском языке слова столп, столб имели целый ряд значений. Совокупность стоящих рядом стол­ бов образовывала ограду, стену, перекликаясь в этом с разобран­ ным выше др.-русск.воръ. О столпе как о стене говорит автор Ипатьевской летописи: «А Ростиславъ стояніе съ Андревичем подл столпье загорожено бо бяше тогда столпиемъ от горы оли и до Д нпра»127 или создатель другого памятника: «Н е великымъ столпьемъ двора отражай, ни стны высокы съзидаи, но живоущая оу тебе помилоуи»128. Рассказывая библейский миф о попыт­ ке людей создать Вавилонскую башню и по ней взобраться на небо, Нестор также называет последнюю столпом: «И оумноживwww.RodnoVery.ru Сварог шимся члвком на земли, и помыслиша создати столпъ до нбси въ дни Нектана и Ф алека. И събиравшеся на мст Сенарьполе здати ста столпъ до нбсе и городъ около его Вавилонъ и здаша столпъ...»129. Здесь монах-летописец невольно показал нам ар­ хаичное представление о столбе как средстве связи между небом и землей. И.И.С резневский считал, что еще одним значением слова столп была «тюрьма». П о его мнению, в этом значении употребляет его создатель Ипатьевской летописи при описании вероломного поведения венгерского короля, обманувшего Галиц­ кого князя Владимира и заточившего его в темницу на вершине замка: «а Володимера поя с собою во Оугры опять, ноужею ога­ ма добытокъ, и всади его на столпъ и с женою его»130. Однако, поскольку темница Владимира находилась на самой вершине зам­ ка (правитель Галича бежал из плена, изрезав на веревки при­ крывавший его от солнца шатер на верхней площадке замка и по ним спустился на землю), здесь, очевидно, летописец под словом столп имел все ту же высокую башню, а не собственно тюрьму .

Как своеобразное место заключения фигурирует столб и в бело­ русской сказке «Боговетрович»: «Было ето з начала, у царсьтви такий заказ: коли выдеть девцы двадцать годов, и ина ня выйдетъ замуж, дык тоды замурувать яе у стовб.

Т ак значитца вышло:

прыжила царськая дочь двадцать годов и замуж ня вышла. Зам урували яе у стовб. И подаютъ пищь ей туды. Т о вышыв год етыму, пищи ей требуютъ ужо на дьве души»13. Замурованная в столб царевна чудесным образом рождает Сына, который освобождает себя и мать из этого столба. Показательно, что в данном случае столб фигурирует как средство наказания за неисполнение своей обязанности перед родом по вступлению в брак, что еще раз под­ черкивает его фаллическую символику .

Наконец, при переводах библейских и античных текстов древ­ нерусские книжники именуют столпом сакральные объекты язы-~ ческого культа. П ри переводе Ветхого завета они употребляют это слово в значении «идол»: «С крутая, скрушита столпы іхъ»132 www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

, а в другом контексте они используют его как синоним понятия «хром»: «Чіі се стлъпъ; они же рша: цркви Артеміна»133 .

В восточнославянской традиции столб мог быть связан и с на­ званием либо эмблемой человеческого поселения. Стоит вспом­ нить деревню Столбово около Тихвина, где в 1617 г. был заклю­ чен мир между Россией и Ш вецией. Встречается аналогичное название и в Белоруссии. Т ак, в деревне Перетолки Столбецкого района Минской области было записано следующее предание о происхождении названия «Столбцы»: «Н а этом месте сходились границы трех князей и в землю были закопаны три столбика. Когда поселился здесь народ, то нашли закопанные столбики»134. Как отмечает анализировавшая данный круг преданий В.К. Соколо­ ва, обычно в рассказах об установлении границы приносится че­ ловеческая жертва, замененная в данном случае столбцами. Д ан­ ная черта сближает этот обычай со стрюительной жертвой, так же генетически связанной со Сварогом, которая будет рассмотрена в посвященной ей главе. Кроме того, в белорусском предании стол­ бы символизируют собой прюведение границы, понятие которюй в различных своих аспектах тесно связано с образом языческого бога-кузнеца. Наконец, необходимо упомянуть и герЯэ горюда Коломны (рис.16), который прямо-таки насыщен символикой, Рис.16. Герб Коломны www.RodnoVery.ru Сварог которая вся без исключения относится к культу Сварога. В цент­ ре герба находится белая колонна, увенчанная короной, что зас­ тавляет нас вспомнить вставку Ипатьевской летописи, согласно которой бог-кузнец является отцом Дажьбога, «от нележе нача­ т а чловци дань давати царямъ». П о обе стороны колонны изоб­ ражены две золотые звезды на голубом фоне, что соотносится с образом Сварога как бога звездного неба. Щ и т увенчан камен­ ной башней о трех зубцах, что напоминает нам об этимологичес­ кой связи этого бога с первым укреплением-Варой. Остается от­ метить, что сам герб изображен на фоне двух перекрещенных молотов, отсылающих нас к основной профессии языческого бога .

Эти молоты золотые, что находит прямое соответствие в восточ­ нославянском фольклоре, посвященном Кузьме-Демьяну. Подоб­ ные случаи проникновения связанных с язычеством символов в достаточно поздние по времени составления гербы не единичны .

Так, на гербе города Ярославль изображен медведь, что едино­ душно связывается исследователями с культом этого животного на Верхней Волге. Местными языческими культами в соответ­ ствующих регионах объясняется лук со стрелой на гербе Вятки и олень на гербе Нижнего Новгорода. В качестве важнейших со­ ставных элементов в герб основанного на славянских землях не­ мецкого герцогства Мекленбург вошли птица и бычья голова, изоб­ ражавшиеся до этого на идоле почитавшегося в тех местах бога Ради госта. Само название Коломна восходит к слову кол, являю­ щегося другим обозначениям столба в русском языке, и напоми­ нает нам о древней технике столбового строительства, нашедшего свое лингвистическое отражение, как будет показано ниже, и в названиях городов с этим же корнем на литовской и греческой территориях. Представляется, что в основе всей этой топонимики лежит образ столба как центра мироздания .

Столб, на котором пастух стоит (о металле, из которого он сделан, более подробно речь пойдет в главе о кузнечном деле), простирается от земли до неба и, если взять контекст более широштттжттж шшітшштшт .

www.RodnoVery.ru Михаил Серяков кий, чем контекст данного заговора, играет двоякую роль: с одной стороны, он разъединяет небо и землю, с другой стороны — обес­ печивает связь между этими двумя основополагающими начала­ ми мироздания, поскольку по нему как предметы, так и отдель­ ные персонажи могут подниматься вверх и спускаться вниз. Столб этот находится в самом центре мира. В русских и украинских сказ­ ках, посвященных добыванию героем чудесного коня, последний обычно изображается так: «медный столб стоит, а за него привя­ зан конь, по бокам чистые звезды, на хвосте светит месяц, во лбу красное солнце»135. Конь этот, равно как и описываемый подоб­ ным же образом Первобог, символизирует собой Вселенную. Как видим, столб в сказках сделан из того же металла, что и столб в приведенном выше заговоре от оружия. К этому остается доба­ вить, что Полярную звезду казаки называли Приколом — ж е­ лезным колом, к которому привязывают лошадь, а в Томской гу­ бернии она именовалась Кол-звезда. В свете того, что со Сварогом ассоциировалось в первую очередь звездное небо, весьма показательно то, что и само созвездие Большой Медведведицы на Руси крестьяне называли Стожары — центральный столб сто­ га, на который кругами навивали сено. О глубокой древности по­ добных представлений свидетельствует то, что уже в Ригведе ми­ ровое древо называется ашваттха, буквально «лошадиная стоян­ ка». Столб, ассоциируемый со Сварогом, с одной стороны является вариантом мирового древа и символизирует собой ось, проходя­ щую через центр Вселенной, а с другой стороны, отождествляет­ ся со звездой, правда, на этот раз не зодиакальной, а полярной, астрономически обозначающей центральную точку небесного сво­ да.

Создание поддерживающих небо столбов древнерусский апок­ риф «Беседа трех святителей» приписывает непосредственно богу:

«И рече Господь: буди небо хрустальное на столпех железных, на 70 тьмах тысящ, и будити езера и облака и звезды и свет... »136 .

В том же сочинении кратное количество столбов отделяет море и покоящуюся на нем землю от ада: «И повеле его Господь ангелом www.RodnoVery.ru Сварог согнати пену морскую и сотворите землю на трех китах великих, на тридцати малых китов заляжен 30 околъ морских,...

дно же под тем морем великим ровно к железному столпию, того же моря дно стоит на семи тысящех столлех, туто ж е есть и адово жилище:

тутажь и антихрист связан, ангели подтвержает его, тоже столпие его возвышено стоит, яко того моря тожь столпие стоит на огне неугасимом, под тем огнем туго же есть денница, яже прежь сол­ нце сотворена. И ту есть людие крилати летают яко паутина мыслию, а смерти нету им. Т ож е иного ничего, но воздух Божий и свет держит, то та есть звезда яко риза»137. Несмотря на некото­ рую путаность текста, из этого описания следует, что рядом с адом живут какие-то бессмертные крылатые люди, а где-то поблизос­ ти находится свет и звезды. Подобная картина позволяет выска­ зать осторожное предположение, что в данном фрагменте апок­ рифа в несколько искаженном виде отразились западнославянс­ ко-северорусские мифологические представления. С вязь между Сварогом и звездным небом была проанализирована выше, в тре­ тьей главе будет показана его тесная связь с ритуалом трупосожжения и через это с загробным миром. О браз столба как нача­ ла, соединяющего земное с небесным и человеческое с божествен­ ным, проникает и в христианскую литературу. Т ак, первая часть Ж ития св. Нифонта Констанцского, переведенного на русский язык еще в X I в., повествующая о попытках дьявола искусить будущего святого, заканчивается следующим видением Нифон­ та: «И видяще во сн море велико зло и стояще же посреди его столп велик...» Святой взбирается на этот столп и с его вершины обозревает «четвероконечный мир». Современные исследовате­ ли Жития так оценивают этот переломный момент: «Этот эпизод символизирует достижение героем некоего предела святости — божественного бесстрастия, означающего полное отрешение от земных страстей и обретение особого способа видения мира — «духовидения»ш. Возникновение образа неба, стоящего на стол­ бах, относится, по всей видимости, еще к эпохе индоевропейской www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

общности, поскольку автор одного из гимнов Р В прославляет в нем следующий подвиг Индры:

Когда ты растянул твердую основу — незыблемое пространство, Т ы установил (ее) на столпах неба — рывком .

(Р В I, 5 6, 5 ) Земным образом этих поддерживающих небо столбов были жертвенные столбы ведийских ариев, обеспечивающие связь меж­ ду верхом и низом, отправляющие принесенную на земле жертву на небо к богам. Помимо всего прочего, эти жертвенные столбы обладали еще и фаллической символикой и их недаром просили даровать желанное потомство:

Вы, кого вкопали мужи, стремящиеся к богам, И ли (кого) обтесал топор, о дерево, Эти вставшие божественные столбы, — П усть захотят они создать нам сокровище, состоящее из по­ томства .

(Р В III, 8, 6 ) В своем «сниженном» варианте этот мифологический образ встречается нам в русской пословице «Небо кольями подпира­ ли», для которой И.П. Сахаров проводил такое объяснение: «Ког­ да-то в Пскове было долго ненастное время, тучи ходили низко, так низко, что православные думали, небо валится на землю. С о­ брались на мирскую сходку подумать — как бы отбыть беду? Т ри дня псковичи думали, а на четвертый приладили дело: «Разоб­ рать городьбы, да кольями подпереть небо». Разобрали городь­ бы и стали с кольями по всем концам города»139 .

Как отмечал еще А.Н. Афанасьев, люнебургские венды (часть полабских славян) на своем языке называли ад зшеіа — «смола», а горящая смола обозначалась на Руси варом, что этимологически связано с корнем имени небесного бога-кузнеца. Кроме того, од­ ним из названий ада у наших предков было пекло, что, как кон­ статировал все тот же исследователь, опять-таки приводит нас к представлению об аде как горящей смоле. О н же приводит сообwww.RodnoVery.ru

Сварог

щение средневекового хрониста Длугоша о том, что язычникиполяки молили подземное божество отвести их после смерти в лучшие места ада, что в целом сопоставимо с локализацией мес­ топребывания бессмертных крылатых людей древнерусского апок­ рифа вблизи «адова жилища». У поминание об их крылатости мож­ но соотнести с данными древнерусских поучений против языче­ ства о восприятии умерших предков в виде птиц. Автор X III в .

рисует нам красочную картину того, как приверженные язычес­ ким верованиям люди в великий четверг, день поминовения умер­ ших, готовят угощение для своих предков, топят для них баню, вешают полотенца и сыплют на пол пепел, чтобы появившиеся покойники оставили там свой след. Следы действительно появля­ ются, но создатель слова «О посте к невежам в понеделокь 2 не­ дели» объясняет это происками бесов, которые купаются в золе и оставляют там свой след наподобие куриного: «Въ стый великим четвертокъ повдаютъ мрътвымъ мясо и млеко и яйца, и мылница топят, и на печь льютъ, и попел посред сыплют слада ради и глюоть мыитеся, и чехли вшают и оубрусу, и велят ся терта .

Бси же смиются злооумию их. И вълзте мыются и порплются в попеле том, яко коури слъд свой показают на попел на прелщеніе имь. И трутся чехлы и оубрусы тми и проходят топившем мовници и глядають на попел слда. И егда видятъ на попели след и глють приходили к намь навья мытся»140. Болгары представляли себе навьев — души умерших — также в виде птиц, которые лета­ ют по ночам, в дождь и бурю. Вся совокупность данных позволя­ ет предположить связь Сварога с загробным миром в виде кипя­ щей смолы-вара, душами крылатых предков и упомянутым в од­ ном контексте с ними звездным небом .

Корень заг образовался из корня аг путем прибавления при­ ставки 8 и именно этот корень (наравне с корнем п т ) встречается нам в имени ведийского божества Варуны. Поскольку по своим функциям он из всех славянских божеств в гораздо большей сте­ пени соответствует Перуну, а не Сварогу, он более подробно бу

–  –  –

дет рассмотрен впоследствии, а пока мы ограничимся анализом первого корня его имени: «Варуна — бог неба. Это название обра­ зовано от корня «вар» (г) — покрывать или охватывать. Этот бог соответствует Урину древних греков и Ахура-мазде Авесты .

Его физическое прюисхождение очевидно. О н тот, кто покрывает или объемлет. О н «словно мантией» покрывает все звездное про­ странство небес вместе со всеми своими созданиями и их обите­ лью»141. Другими значениями этого корня являются «окутывать, заключать внутри себя». Этимологически это ведийское боже­ ство действительно соответствует древнегреческому богу неба Урину, главе первого, самого старшего поколения богов (напом­ ним, что Зевс, глава классического олимпийского пантеона, яв­ лялся представителем уже третьего, после Урина и Крюна, поко­ ления небожителей). Корнут, писатель I века до н.

э., трактует имя Неба-Урана как «определяющий, охватывающий, стерегу­ щий», выводя оугапоз от оугоз — «предел, граница» или от огеп — «стеречь» (ормрическая теогония по этому поводу говорит:

«Урин — надзиритель всех и стриж»). Х оть основной миф об Урине не имеет со славянским Сварюгом ничего общего, тем не менее, помимо этимологии оба бога занимают одинаковые места в систе­ ме мифологических связей между небожителями и олицетворяе­ мыми ими общественными принципами. Если славянский бог-куз­ нец является родоначальником Дажьбога, с которого на земле начинается царская власть, то и Аполлодор свое изложение гре­ ческой мифологии начинает с констатации: «Уран первый стал править мирюм»142. Ормрический гимн описывает целый перечень характеристик этого божества:

О всеродитель Уран, некрушимая часть мирозданья, Старший в рюду, и начало всего и всему завершенье!

Куполом ты над землей, о мирюдержавец, прюстерся, Д ом всеблаженных богов. Т ы все обтекаешь дозорюм В круговращенье своем, о страж земли и эфира, В сердце твоем — бесконечный закон неизбывной прирюды, www.RodnoVery.ru Сварог Т ы, голубой, адамантово твердый, изменчивый видом, Всеми играешь цветами, о Крона родитель всезрячий, Высший из дем онов!...143 .

Подобно тому, как Сварог дал людям первые законы, так и Уран считался отцом Фемиды — богини законов в античной Гре­ ции, о которой орфический гимн гласил следующее:

Дочерь благого отца, Урана священное чадо Кличу, Ф ем иду бутоноочитую, Геину поросль, Первой она указала для смертных священный оракул В Д ельфах в глубоком ущелье, даря от богов предсказанья .

Ц арствуя в землях пифийских, в краю, где равнина Пифона, Это она научила давать предсказания Ф еба .

В блеске красы, многочтимая всюду, бродящая ночью, П ервая ты священные таинства смертным открыла, Славя ночами вакхическим криком «эвой» властелина .

Ведь от тебя — почитанья бессмертных и действа святые144 .

О космически-социальной роли этой богини Аполлодор пи­ шет так: «О т Ф емиды, дочери Урана, родились у З евса дочери О ры (богини времен года) — Эрейна (М и р ), Эвномия (Благозаконие) и Д ика (Справедливость), затем М ойры (богини судь­ бы) — Клото (в античной мифологии она прядет нить человечес­ кой ж изни), Лахесис (наделяющая человека жребием) и А тропос (перерезающая нить ж изни)»145. Поскольку и Сварог, по независимым от этой этимологии источникам, соотносится с об­ разом неба, прародителя, первого правителя и законодателя, мы вправе сделать вывод о генетическом родстве славянского бо­ жества с наиболее архаичными богами неба индийской и гречес­ кой мифологии .

Стоит отметить связь имени русского бога и с таким осново­ полагающим понятием древнеиндийского устройства общества как варна ( ата ) — буквально «цвет, свет, качество».

Уже в эпоху вед оно означало четыре сословия древнеиндийского общества, сотворенных из тела Первобога Пуруши (Р В Х,9 0 ):

–  –  –

Его рот стал брахманом, (Е го) руки сделались раджанья, (Т о,) что бедра его, — это вайшья, И з ног родился шудра .

Брахманы — это знатоки Вед, жрецы й мудрецы; раджанья кшатрии —это воины и правители; вайшия — торговцы и земле­ пашцы, а шудры — самое низшее сословие, прислуживающие трем высшим варнам. Первые три варны состояли из пришедших в Индию ариев и в своей совокупности назывались арияварна; чет­ вертая же состояла из покоренной ими туземной чернокожей расы .

Поэтому и стало использоваться слово «варна», подчеркиваю­ щая различие в цвете кожи победителей и порабощенных. Свои­ ми корнями эта система уходит в общую для всех индоевропейцев традицию трехчленного деления общества в соответствии с их сак­ ральным виденьем Космоса. Д ля обеспечения сохранения и про­ цветания племени каждая группа выполняла свою социальную функцию: жрецы — власти и мудрости, воины — силы, пахари и скотоводы — плодородия. Принцип соответствия и единства со Вселенной, заложенный древними мудрецами-ришами в основу ведийского социума, играл огромную роль в жизни Индии, обес­ печивая существование и стабильность ее народа.

Помимо чисто этимологических указаний связь устройства общества с богом неба прослеживается и в том, что каждая из четырех варн имела свою цветовую символику, описанную в великом индийском эпосе « Махабхарата»:

Т ак владыка существ, Брама, создал сперва браминов, Развивавшихся собственной силой и воссиявціих светом Творца света (Солнца);

Затем правду, долг (дхарму), подвиг (тапас) и вечное Брахмо, Небесную чистоту, нравственность установил владыка .

(...) У браминов белая, у кшатриев кроваво-красная краска;

У вайшьев — желтая, у шудр — черная (краска) .

www.RodnoVery.ru

Сварог

(...) Без различия вари этот мир преходящий весь браминским Брама некогда произвел, но делами окрасились (варны) .

Резкие и гневливые, любители вожделенья, насилия, наслаждений .

Нарушив свой долг и обагрив кровью руки, до состояния кшатриев дошли такие брамины .

Желтые, занимающиеся скотоводством, живущие земледелием,... не устояв в своем законе, пришли к состоянию вайшьев .

Жадные, любители неправедности, врежденья, живущие разной работой, Черные, утратившие чистоту, пришли к состоянию шудр (такие) брамины146 .

Таким образом, вся система сословий основывалась на пос­ ледовательном убывании света в каждой из варн — от изначаль­ но белого (брахманы) до черного (ш удры). С аналогичным прин­ ципом последовательного убывания света мы встретимся в тре­ тьей главе при рассмотрении индоевропейских мифологических представлений о нисхождении человеческих душ с небес на зем­ лю. Система варн представляла собой социальную аналогию этих представлений, примененную к членению общества, построен­ ного по принципу последовательного убывания изначального бо­ жественного света в каждом из сословий в зависимости от сте­ пени вовлеченности его в мирскую жизнь материального мира .

Х оть данная цветовая шкала носит вторичный характер и воз­ никла, судя по всему, уже на индийской почве, тем не менее по­ ложенные в основу ее представления генетически восходят к свя­ занному со Сварогом кругу идей эпохи индоевропейской общ­ ности. В силу этого, эти индийские общ ественно-цветовые представления, хоть и не имеющие непосредственно славянских параллелей, могут привлекаться для изучения исходного семан­ тического поля бога неба и показывать один из возможных ва­ риантов его дальнейшего развития в контексте социального уст­ ройства общества .

www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

Корень вари был известен и в славянском мире: это уже упо­ минавшееся западнославянское племя варнов, обитавшее на од­ ноименной реке Варне, и город Варна в Болгарии.

Необходимо отметить, что традиция трехчленного деления общества существо­ вала и на Руси, отраженная как в священном стихе о Голубиной книге, где эти сословия также создавались из тела Первобога, фигурирующего там в эпоху христианства под именем библейско­ го Адама:

Оттого у нас в земле цари пошли — О т святой главы от Адамовой;

Оттого зачались князья-бояры — О т святых мощей от Адамовых;

О т того крестьяны православные — О т свята колена от Адамова147 .

Если не считать замены жрецов на царей, что было обуслов­ лено неприятием христианских попов хранителями древней язы ­ ческой мудрости, совпадение данного фрагмента «Голубиной кни­ ги» с гимном Пуруше индийской Ригведой является полным, что неоднократно отмечалось исследователями. И дея трех основопо­ лагающих сословий присутствует и в русском эпосе, где три бога­ тыря в силу своего происхождения символизируют собой три со­ словия: И лья М уромец — крестьянство, Добрыня Никитич профессиональных военных, а Алеша Попович — соответственно священников. Этот же общеиндоевропейский принцип видим мы в Иране, где пророк Заратуш тра именуется «первым жрецом, первым воином, первым скотоводом», а его три сына выступают прародителями этих трех сословий. Описывая общественное устройство культов, Ю лий Ц езарь констатирует: «Во всей Гал­ лии существуют вообще только два класса людей, которые пользу­ ются известным значением и почетом, ибо простой народ там дер­ жат на положении рабов: сам по себе он ни на что не решается и не допускается ни на какое собрание. (... ) Н о вышеупомянутые два класса — это друиды и всадники. Друиды принимают деятельное www.RodnoVery.ru Сварог участие в делах богопочитания, наблюдают за правильностью об­ щественных жертвоприношений. Истолковывают все вопросы, относящиеся к религии; к ним же поступает много молодежи для обучения наукам... Другой класс — это всадники. О ни все выс­ тупают в поход, когда это необходимо и когда наступает война (а до прихода Ц езаря им приходилось почти ежегодно вести или наступательные, или оборонительные войны)»149. Понятно, что закабаленный простой народ был производителем материальных благ для духовной и военной аристократии своей страны. О тго­ лоски деления общества на три части мы видим и в тех странах, где по разным причинам оно достаточно рано исчезло: античной Греции (учение Платона об идеальном государстве, во главе ко­ торого стоят философы, охраняют которое воины, а материальное благосостояние обеспечивают ремесленники), Риме (триада вер­ ховных божеств Юпитера, Марса и Квирина, олицетворявших со­ бой сакральную, военную и хозяйственные функции) и Скандина­ вии («Песнь о Риге» в «Старшей Эдде», согласно которой родо­ начальник человечества ас Х еймдалль-Риг является отцом Ярла, т. е. представителя военной аристократии, Карла — свободного крестьянина, и Трэла — олицетворения рабского сословия) .

Поскольку славянский перевод хроники Иоанна Малалы со­ относил Гефеста — Сварога с устройством общества, перешед­ шего от состояния дикости к упорядоченной структуре, можно предположить, что система трехчленного его деления действитель­ но связывалась славянами с богом неба. В пользу этого говорит и то обстоятельство, что, как будет видно из последующего изло­ жения, изучаемый нами бог был связан, с одной стороны, с кня­ зьями, особенно при выполнении ими жреческих функций, т. е .

лицами, объединявшими в своей деятельности свойства первых двух сословий, носителей военной и религиозной власти, а с дру­ гой стороны, соотносился с гончарным и кузнечным ремеслами, а также земледельческим делом — занятиями, свойственным тре­ тьему производительному сословию. В своих различных ипостаwww.RodnoVery.ru Михаил Серяков сях Сварог, в той или иной мере, имел дело со сферой деятельно­ сти всех трех сословий, в связи с чем, по крайней мере на уровне рабочей гипотезы, можно предположить, что и установление этой сакрально-политической структуры общества не обошлось без его участия. В пользу этого свидетельствует и тот факт, что рассмат­ риваемый в начале следующей главы скифский миф о возникно­ вении данного устройства общества напрямую связывает это со­ бытие с небом, что говорит об индоевропейских истоках подобно­ го представления .

1 П С Р Л. Т. 2. Ипатьевская летопись. М., 2001. Стб. 278— 279 .

2 Мещерский Н Л. Два неизданных отрывка древнеславянского перевода «Хроники» Иоанна Малалы / / ВВ. Т. XI. 1956. С. 284 .

3 Истрин В М. Хроника Иоанна Малалы в славянском переводе .

Книга вторая / / Летопись историко-филологического общества при Новороссийском университете, X, Византийско-славянское отделение, VII. Одесса, 1902. С. 4 6 5 -4 6 6 .

4Истрин В М. Первая книга хроника Иоанна Малалы / / Запис­ ки имп. Академии наук по историко-филологическому отделению. Т. 1 .

СПб., 1897, № 3. С. 19 .

5 Истрин В.М. Хроника Иоанна Малалы в славянском переводе .

Книга вторая... С. 465 .

6 Творогов О.В. Античные мифы в древнерусской литературе X I— X VI вв. / / Т О Д Р Л. Т. XXXIII. 1979. С. 10 .

7 Фаминцын А.С. Божества древних славян. СПб., 1995. С. 128,178 .

8 Там же. С. 147 .

9ПВЛ. Ч. 1. М.-Л.,1 950. С. 39 .

10 Аничков Е.В. Язычество и древняя Русь. СПб., 1914. С. 89 .

” Там же. С.374 .

12 Заходер Б.Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе .

Т. 2. М„ 1967. С. 114-115 .

www.RodnoVery.ru 33 Иванов В.В. История славянских и балканских названий метал­ лов. М., 1983. С. 105-106 .

36 Словарь русского языка. Вып.9. М., 1982. С. 58, 61 .

37 Никольский Н.М. Дохристианские верования и культы днепров­ ских славян. М., 1929. С. И .

38 Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о нибелунгах. М., 1975. С. 238 .

39 Словарь русского языка. Вып.1. М., 1975. С. 20 .

40 Словарь русского языка. Вып.23. М., 1996. С. 97 .

41 Фаминцын А.С. Божества древних славян.... С. 138 .

42 Там же. С. 187-189 .

43 Артамонов М.И. История хазар. СПб., 2001. С. 89 .

44 Глазырина Г.В. География Восточной Европы в сагах о древних временах / / Древнейшие государства на территории СССР. Матери­ алы за 1986 г. М„ 1988. С. 233 .

4 Станилов Ст. Славяните в Пьрвото царство. София, 1986. С. 30;

Принятие христианства народами Центральной и Юго-Восточной Евро­ пы и крещение Руси. М., 1988. С. 33 .

46 Седов В.В. Международный симпозиум по славянскому языче­ ству в Югославии / / СА. 1988, № 2. С. 288 .

47 Славянский фольклор. М.,1987. С. 184 .

48 Здесь и далее ссылки на Ригведу даются в тексте по изданию:

Ригведа. Мандалы I—Г, М., 1989; Ригведа. Мандалы V —VIII. М., 1995; Ригведа. Мандалы IX — М., 1999 .

X .

49 ]атізоп 5.\. ТЪе Каепоиз Нуепаз апсі іЬе ^оипсіесі Зип. МуіЬ апсі Кііиаі іп Апсіепі Іпсііа, ІіЬаса апсі Ьопсіоп, 1991 .

50 Рыбаков Б~А. Язычество древней Руси. М., 1988. С. 470 .

5 Бируни. Избранные произведения. Т. 2. Индия, Ташкент, 1963 .

С. 337 .

3 П С РЛ. Т. 2. Ипатьевская летопись. М., 2001. стб. 281 .

33 Срезневский И.И. Словарь... Т. 1. Ч. 1. М., 1989. С. 305 .

34 Там же. С. 305 .

3 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Т. 1. М.,

1964. С. 273 .

www.RodnoVery.ru

Сварог

56 Д аль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка .

Т. I. М „ 1999. С. 167 .

57 Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Т. 1. Ч. 1. М.,

1989. С. 229 .

58 Словарь русского языка. Вып.1. М., 1975. С. 21 .

59Словарь древнерусского языка (XI— IV вв.). Т. 1. М., 1988. С. 374 .

X 60 Словарь русского языка, вып. 23. М., 1996. С. 97 .

6 Там же. С. 98 .

62 Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Т. III. Ч. 1 .

М „ 1989. С. 264 .

63 Там же. С. 264 .

64 П С РЛ. Т. 2. Ипатьевская летопись. М., 2001. стб. 157 .

65 Гальковский Н.М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси. Т. 2 / / Записки Императорского Московского архео­ логического института. Т. XVIII. М., 1913. С. 157—158 .

66 Там же. С. 242 .

67Словарь русского языка. Вып. 2 3.... С. 97 .

68 Там же. С.99 .

69 Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Т. III. Ч. 1... .

С. 264 .

70 Иващенко П.С. Религиозный культ южно-русского народа в его пословицах. СПб., 1874. С. 7 .

7 Гедеонов С. Варяги и Русь. СПб., 1876. С. 169 .

72 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Т. 3. М.,

1971. С. 569 .

п Даль В.И. Толковыя словарь живого великорусского языка. Т. 1 .

М „ 1999. С. 165 .

74 Гальковский Н.М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси. Т. 2.... С. 68 .

7 Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Т. III. Ч. 1... .

С. 266 .

76 Буслаев Ф. О влиянии христианства на славянский язык. М.,

1848. С. 50 .

www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

77 Д аль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка .

Т. 1. М., 1999. С. 164 .

78 Гамкрелидзе Т.В., Иванов В.В. Индоевропейский язык и индо­ европейцы. Т. 2. Тбилиси, 1984. С. 685 .

79 Загадки. Л., 1968. С. 18 .

80 Фаминцын А.С. Божества древних славян.... С. 189 .

8 Геродот. История. М., 1993. С. 54 .

82 Сахаров И.П. Песни русского народа. Ч. 5. СПб., 1839. С. 334 .

83 Срезневский И.И. Исследование об языческом богослужении древних славян. СПб., 1848. С. 19 .

84 Песни, собранные П.Н. Рыбниковым. Т. 1. С П б., 1909 .

С. 331 .

85 Макаров М.Н. Русские предания. Кн. 2. М., 1838. С. 26 .

86 Сахаров И.П. Сказания русского народа. Т. 2. Кн. 7. СПб., 1849 .

С. 76 .

87 Соколовы Б.и Ю, Сказки и песни Белозерского края. М., 1915, № 343 .

88 Срезневский И.И. Исследование об языческом богослужении древних славян. СПб., 1848. С. 28 .

89 Словарь русского языка. Вып.1. М., 1975. С. 17 .

90 Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка .

Т. 1. М „ 1999. С. 164 .

9 Снегирев И. Русские простонародные праздники и суеверные обряды. Вып.4. М., 1839. С. 118 .

92 Снегирев И. Русские простонародные праздники и суеверные обряды. Вып.З. М., 1838. С. 29 .

93 Гамкрелидзе Т.В., Иванов В.В. Индоевропейский язык и индо­ европейцы. Т. 2. Тбилиси, 1984. С. 866 .

94 Там же. С. 667 .

95 Трубачев О.Н. Этногенез и культура древнейших славян. М.,

2002. С. 189 .

96 Этимологический словарь славянских языков. Вып.24. М., 1997 .

С. 103 .

www.RodnoVery.ru Сварог 97 Словарь древнерусского языка (X I—ХГ вв.). Т. 5. М., 2002 .

С. 228 .

98 Булашев Г.О. Украинский народ в своих легендах и религиозных воззрениях и верованиях. Вып. 1. Киев, 1909. С. 290—291 .

99 Там же. С. 291-292 .

1 0 Гальковский Н.М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси. Т. I. Харьков, 1916. С. 47 .

11Там же. С. 48 .

1 2Рязаноский Ф А. Демонология в древнерусской литературе. М.,

1916.С. 35 .

1 3 Словарь древнерусского языка (X I— 0 ХГ вв.). Т. 3. М., 2002 .

С. 361 .

1 4 Там же .

1 5 Словарь русского языка. Вып.5. М., 1978. С. 346 .

106 Сахаров И.П. Сказания русского народа. Т. 1. Ки. 3. СПб.,

1841. С. 16 .

1 7 Там же. С.17 .

1 8 Костомаров Н. Историческое значение южно-русского народ­ ного песенного творчества / / Беседа. 1872. Ки. Г. С. 29 .

1 9 Ш еппш пД. Мифы славянского язычества. М., 1997. С. 68 .

1 0 Костомаров Н. Историческое значение... С. 32 .

11 Авеста в русских переводах (1861—1996). СПб., 1998. С. 232 .

1 Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых,2 философов. М., 1979. С. 74 .

13 Фрагменты ранних греческих философов. Ч. 1. М., 1989. С, 51 .

1 4 Там же. С. 51 .

15 Цезарь Г.Ю. Записки о галльской войне. М., 1991. С. 113 .

1 6 Словарь русского языка. Вып. 1. М., 1975. С. 20, 23 .

17Даркевич В.П. Символы небесных светил в орнаменте Древней Руси / / СА. 1960. № 4. С. 56 .

1 8 Пражский Козьма. Чешская хроника. М., 1962. С. 34 .

1 9 Гусева Н.Р. Индуизм. М., 1977. С. 84 .

1 0 Классическая йога. М., 1992- С. 164 .

–  –  –

12 Трубачев О.Н. Этногенез и культура древнейших славян. М.,

2002. С. 198 .

1 2 Бхагавад-гита как она есть. М.-Л. — Калькутта — Бомбей — Нью-Дели. 1984. С. 124 .

1 3 Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу .

Т. 2. М „ 1868. С. 438 .

1 4 Гамкрелидзе Т.В., Иванов В.В. Индоевропейский язык и индо­ европейцы. Т. 2. Тбилиси, 1984. С. 823 .

125 Сахаров И.П. Сказания русского народа. Т. 1. Кн. 2. СПб.,

1841. С. 31 .

126 Маковский М.М. Сравнительный словарь мифологической сим­ волики в индоевропейских языках. М., 1996. С. 310 .

1 7 П С РЛ, т. 2. Ипатьевская летопись. М., 2001. Стб. 515 .

ш Срезневский И.И. Словарь... Т. III. Ч. 1. М„ 1989. С. 579 .

1 9 П С РЛ. Т. 2. С*5. 4 .

1 0 Там же. Стб. 661 .

11Романов Е.Р. Белорусский сборник. Вып. 6. Витебск, 1901 .

С. 146 .

1 2 Срезневский И.И. Словарь... Т. III. Ч. 1. С. 580 .

1 3 Там же. С. 581 .

1 4 Соколова В.К. Русские исторические предания. М., 1970. С. 12 .

1 5 Бараг А.Г. Сюжет о змееборчестве на мосту в сказках восточ­ нославянских и других народов / / Славянский и балканский фольклор .

М „ 1981. С. 181 .

1 6 Щапов А.Н. Сочинения. Т. 1. СПб., 1906. С. 38 .

1 7 Там же. С. 34 .

1 8 Порошкина Е Л. Житие Нифонта Констанцского (проблемы изучения славянского текста памятника) / / Устные и письменные тра­ диции в духовной культуре Севера. Сыктывкар. 1989. С. 47, 58 .

1 9 Сахаров И.П. Сказания русского народа. Т. 1. Кн. 2.... С. 114 .

1 0 Гальковский Н.М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси. Т. 2. Т. III, XVIII. М, 1913. С. 15 .

1 1Радхакришнан С. Индийская философия. Т. 1. М., 1956. С. 60 .

www.RodnoVery.ru Сварог 1 2Аполлодор. Мифологическая библиотека. Л., 1972. С. 5 .

1 3 Античные гимны. М., 1988. С. 184 .

1 4Там же. С. 259 .

145 Аполлодор. Мифологическая библиотека.... С. 6 .

146 Махабхарата, вып. V. Кн. 1. Мокшадхарма (основа освобожде­ ния). Ашхабад-Ылым, 1983. С.53—54 .

147 Безсонов П. Калики перехожие. М., 1861. Вып.2. С. 287 .

148 Авеста в русских переводах (1861—1996). СПб., 1998. С- 340 .

149Цезарь Г.КУ. Записки о галльской войне. М., 1991. С. 111—112 .

www.RodnoVery.ru

Глава 2 НЕБЕСНЫЙ ОТЕЦ ПРАРОДИТЕЛЯ СЛАВЯН

Приведенный в первой главе фрагмент славянского перевода Иоанна Малалы был вставлен в Ипатьевскую летопись ее создате­ лем в ту часть, где автор решил рассказать о связанных с небом чудесных явлениях. Сначала под 1114 г. летописец передает рассказ ладожан о том, что из тучи над их городом выпадали «глазкы стекляныи» (по мнению Б.А. Рыбакова этот термин обозначал много­ цветные бусы X в. с выпуклыми глазками), а когда он выразил свое удивление, то горожане поведали, что раньше их предки ходили за Ю гру и Самоедь и видели там настоящее чудо: из одной тучи на землю выпадали малые веверицы, а из другой — маленькие оленя­ та. К ак видим, перечисление выпадающих с неба различных пред­ метов выстроено у летописца в определенную систему, и притом древность преданий все время увеличивается: сначала он приво­ дит рассказ своих современников о стеклянных глазках (неорга­ ническая природа), те передают рассказ «мужей старых» о про­ исхождении зверей (живая природа) и, наконец, идет пересказ мифа о начале истории человеческого рода и перехода его от ка­ менного века к цивилизации благодаря кузнечным клещам (чело­ веческая культура). Следует отметить, что предания о спадаю­ щих с неба чудесных предметах имеют в Восточной Европе весьма древнюю традицию. Самый древний подобный миф из Северного Причерноморья приводит в своем сочинении «отец истории» Геро­ дот: «П о рассказам скифов, народ их — моложе всех. А произошел он таким образом. Первым жителем этой еще необитаемой тогда страны был человек по имени Таргитай. Родителями этого Таргиwww.RodnoVery.ru Сварог тая, как говорят скифы, были З ев с и дочь реки Борисфена (я это­ му, конечно, не верю, несмотря на их утверждения). Такого рода был Таргитай, а у него было трое сыновей: Липоксаис, Арпоксаис и самый младший — Колоксаис. В их царствование на Скифскую землю с неба упали золотые предметы: плуг, ярмо, секира и чаша .

Первым увидел эти вещи старшій брат. Едва он подошел, чтобы поднять их, как золото запылало. Тогда он отступил, и прибли­ зился второй брат, и опять золото было объято пламенем. Т ак жар пылающего золота отогнал обоих братьев, но когда подошел третий, младший брат, пламя погасло, и он отнес золото к себе в дом. Поэтому старшие братья согласились отдать царство млад­ шему»1 Практически все исследователи скифской мифологии от­ .

мечают, что упавшие с неба чудесные предметы символизируют собой три сословия: ярмо с плугом являются орудием труда зем­ ледельцев, секира — оружием воинов, а чаша — принадлежнос­ тью жрецов. Обладая магическим свойством отпугивать с помо­ щью огня недостойных претендентов, они обеспечивают переход верховной власти к Колоксаю (буквально царю-Солнцу). Скифы были ближайшими соседями славян, и тот факт, что и у них быто­ вал отличный по внешней форме, но абсолютно тождественный по внутренней сути миф о небесном происхождении трех сословий че­ ловеческого общества, говорит в пользу высказанного в предыду­ щей главе предположения о связи Сварога с делением людей на три сословия-варны, зародившейся в эпоху индоевропейского единства .

Второй случай, зафиксированный античной литературой в том же регионе, связан с идолом Артемиды в Крыму, почитавшейся местным племенем тавров. Еврипид характеризует кумир богини как «изваянье искусное», «изваянье, неба прекрасный дар», ко­ торое было достаточно легким, чтобы его могла нести одна жен­ щина.

О н влагает в уста Ореста, главного героя своей трагедии, такое обращение к брату Артемиды богу Аполлону:

И ты велел в Тавриду мне уплыть, Где алтари сестры твоей дымятся,

–  –  –

Присутствие представителей всех сословий у первоисточника этой божественной мудрости отражает, весьма вероятно, ритуал регулярного оглашения «мудрости повселенной» перед всем пле­ менем и объясняется тем, что, помимо всего, «Голубиная книга»

как раз и повествует, как было показано в первой главе* о возник­ новении на Зем ле трех сословий .

С неба в русских духовных стихах падает и Иерусалимский свиток:

Во святом граде Ерусаломове, В третьим году воскресению Христову, И з седьмого неба выпадете камень, Камень ни огнян, ни стюден, Ширины об аршине, Тяготы яму не споведать никому .

Оьезжалися к камню цари и патриархи .

Игумны, попы, священники, Христиане православные .

Служили над камнем Три дня и три нощи .

Камень распадехом на две половины .

В том же камне есть Свиток, Ирусалимский Список .

Хто ж яго писал?

Ни патриарх и ни ангел Божий, Во прети Бог написал .

Господа нашего Исуса Христа, Яго рукописание духом святым напечатано7 .

К ак видим, и к этому чудесному камню собираются предста­ вители всех трех сословий — цари, священнослужители и «християне православные», т. ё. простой народ, производитель матери­ альных благ. Возможно, что именно этой устойчивой чертой оте­ чественной фольклорной традиции обусловлено замечание автора Ипатьевской летописи о том, что в Африке «трие камени спадоwww.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

ша пре вели ци», сразу вслед за которым следует пересказ мифа об упорядочившем человеческое общество Ф еосте-С вароге .

Если в пересказе древнерусским летописцем «Хроники» И оан­ на М алалы с неба в царствование бога-кузнеца падают клещи, то в записанном на Украине в начале X X века предании с неба падает целая кузница, в которой Кузьма и Демьян спасаются от преследовавшего их змея: «Одного разу Кузьма і Демьян ішли лісом, коли бачать з кущів вилазить страшенна пристрашенна змія та так на них пащу і розкрила, от-от укусть. К узьма-Д емь­ ян стали тікать. Н е довго вони пробігли, як перед ними, наче бог з неба кинув, зявилась кузня. Вони туди скоріше вскочили, а двері закрили»8. Понятно, что сброшенный с неба самим богом предмет должен был почитаться священным и, как мы увидим ниже, сама кузница в различных концах восточнославянского мира воспринималась наподобие храма. О чрезвычайно устой­ чивом мифологическом представлении о падении с неба людям различных духовных или материальных благ свидетельствует и следующая украинская поговорка-пожелание: «Пошли, Бож е, з неба, чого нам треба»9 .

К ак мы видели в первой главе, по независимым друг от друга данным, с этим славянским божеством у наших далеких предков устойчиво ассоциировался образ Неба и потому мы имеем право связать с ним те упоминания Неба, которые встречаются нам в русской традиции. Первым по значимости является образ Неба как супруга Матери Зем ли, о чем прямо говорилось в русских народных заклятьях: «ты Н ебо — отец, ты Зем л я — мать!»10 .

Крестьяне ласково называли небо отцом, батюшкой, а землю — кормилицей и матушкой. Э та же аналогия встречается нам и в средневековой апокрифической «Беседе трех святителей», весь­ ма вольно, в языческом духе, трактующей основополагающий хри­ стианский догмат о Троице: «Вопрос: что есть высота небесная, широта земная, глубина морская? Ответ: высота небесная — Отец, широта земная — сын, глубина морская — Д ух Святой»1 .

www.RodnoVery.ru Сварог Понятно, что подобная непозволительная трактовка данного важ­ нейшего догмата не могла быть принята официальной церковью, однако прочно укоренилась в ряде народных сект. В первом же псалме духоборов говорится: « Изображение Триипостасного Бога в натуре: О тец — высота, Сын — широта, Д ух Святой — глуби­ на»12. Независимо от них связь бога с небесной высотой и, вместе с тем, восприятие его как отца, встречается в припевах к южнорусским колядкам: «Славен есь, гей, славен есь, наш милый Боже, на высокости!» или «Благословен еси, господь, благословив сы­ нов своих»13.

Аналогичную связь бога с высотой мы видим и в словацкой колядке:

«Боже мой, Бож е мой, Высокого неба!»14 .

К ак видим, изначальное славянское языческое представление о Небе как об отце обладало настолько большой силой, что не только сохранилось на протяжении тысячелетия после насажде­ ния новой веры, но и трансформировало под себя в народном со­ знании основной догамт чуждой религии. Охватывающее землю со всех сторон Небо было всеведущим, ему были известны все человеческие поступки и, по свидетельству А.Н. Афанасьева, сла­ вяне обращались к нему со следующим торжественным призы­ вом: «ты, Небо, слышишь! Т ы, Небо, видишь!»15. Есть и другое свидетельство, что видевший в лесу чудесное видение крестьянин из окрестностей Волегаста, рассказывая об увидененном, в под­ тверждение правдивости своих слов клялся и обращал взоры к небу. О древности подобных призываний в свидетели высших начал мироздания свидетельствует древнерусское поучение про­ тив язычества «Слово св. отец, како духовно празновати», автор которого призывает своих читателей: «не кленитес ни нбом ни зем­ лею ни иною коею клятвою ни своею главою не кленис»16. Благо­ даря археологии мы располагаем даже одним миниатюрным изоб­ ражением всего небосвода. В древнерусских подвесках нередко изображалась лунница в сочетании с крестом, символизировав­ шие собой небесный брак луны и солнца. В развитии этого сюже

–  –  –

та была создана одна подвеска (рис.17), где крест с лунницей были вписаны в круг из двенадцати лучей. В.П. Даркевич так раскры­ вает заложенный мастером в нее смысл: «Итак, рассматриваемая композиция представляет собой символическое изображение сол­ нца с его двенадцатью чертогами (месяцами) и луны (т. е. всего

Рис.17. Древнерусская подвеска с изображением небосвода

небесного семейства), заключенных в круглый ободок, вероятно, символизирующий небо, небесный круг, по которому совершают свой путь солнце и луна»17. Языческий культ неба возрождается у стригольников — первых русских еретиков X IV века. Обличая их уклонение от христианства по этому вопросу, митрополит Ф о тий писал: «...стриголници, отпадающей от бога и на небо вэирающе беху, тамо отце собе наричают, а понеже бо самых того ис­ тинных еуагтельскых благовестей и преданий апостольскых и отеческых не верующе, но како смеют, от земли к въздуху зряще, бога отце собе нарицающе?»18. Негодование церковного иерарха весьма понятно — через столько веков после христианизации на Руси нашлись люди, которые посмели открыто отвергнуть биб­ лейские мифы и вернуться к языческой родословной, называя небо www.RodnoVery.ru Сварог своим отцом и богом. Стоит отметать, что в верованиях стриголь­ ников присутствовал и второй элемент отмеченной выше пары, а именно культ Земли, которой эта хранители отеческих заветов посмели исповедоваться, заменяя этим исповедь официальному православному духовенству. Естественно, что церковь безжалос­ тно уничтожила людей, пытавшихся остаться верными учению предков .

Аналогичную божественную пару мы видим и в древнейших верованиях других славянских народов. Т ак, средневековый чеш­ ский писатель Козьма Пражский, повествуя о том, как предки его народа во главе со своим предводителем Чехом впервые при­ шли на свою новую родину и решили назвать ее по имени своего предводителя, следующим образом описывает поведение после­ днего: «Тогда старший, тронутый словами друзей, стал целовать землю, обрадованный тем, что страна названа его именем; встав и протянув обе руки к небу, он сказал: “Здравствуй, страна обето­ ванная, желанная и искомая тысячи раз, лишенная людей со вре­ мен потопа. Приюта теперь нас и, памятуя о людях, сохрани нас невредимыми, умножая наше потомство из поколения в поколе­ ние”»19. К ак видим, вождь-эпоним чехов одновременно обраща­ ется и к М атери-Земле, которую просит умножать человеческое потомство подобно тому, как она умножает произрастающие на ней злаки, и к ее божественному супругу, к которому Чех прости­ рает руки. Понятно, что средневековый церковный писатель вряд ли знал, какой именно обряд совершили его далекие предки по приходе на новую землю, однако он, скорей всего, описал совре­ менный ему языческий обряд, в основе которого лежал тот же образ священного брачного союза Неба и Земли. О том, что по­ добный обряд у славян существовал, мы увидим в главе, посвя­ щенной культу хлеба у восточных славян .

В отечественных заговорах для придания им максимальной силы фигурировали оба этих вселенских начала: «Земля — з а ­ мок, Небо — ключ»20. «Н ебо — ключ, Зем ля — замок; тому www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

ключу наружному»21. П оказательно, что формула «Ключ — Небо, замок — Зем ля»22 замыкает именно любовный заговор, в котором фигурирует бес-кузнец Салчак, текст которого будет приведен в седьмой главе. В различных заговорах ключ был не­ разрывно связан с самым верхом, с божественным началом. Т ак, заговор на оберег скота заканчивался просьбой: «...и отдайте ключ в седмое небо, самому И сусу Х ристу, Богу, на златый престол, на злату мизу»23. Д ля предохранения от порчи приме­ нялось еще более детальное описание: «Запрусь же я, раб Б о ­ жий (имя рек), железным ключем, крепким замком, выну же я, раб Божий (имя рек), тот ключ из замка, кладу ко красному солнышку, ко светлому месяцу, ко частым звездам; и подаю же я, раб Божий (имя рек), тот ключ Истинному Х ристу в руки:

носи же тот ключ, Истинный Христос, и храни от портевщика, от колдовщика, от портевщицы и от колдовщицы»24 .

Формула ключа и замка не только «запирала» заговор, но и несла в себе эротический подтекст. Т ак, в сказке «Заколдованная королевна» героиня, поняв, что в шапке-невидимке вернулся ее муж, решила с помощью загадки избавиться от постылых жени­ хов: «...стала она своим гостям загадку загадывать: “Была у меня шкатулочка самодельная с золотым ключом; я тот ключ потеря­ ла и найти не чаяла, а теперь тот ключ сам нашелся. Кто отгада­ ет эту загадку, за того замуж пойду”. Ц ари и царевичи, короли и королевичи долго над тою загадкою ломали свои мудрые го­ ловы, а разгадать никак не могли. Говорит королевна: “П ока­ жись, мой милый друг!” Солдат снял с себя шапку-невидимку, взял ее за белые руки и стал целовать в уста сахарные. “Вот вам и разгадка! — сказала прекрасная королевна.- Самодельная шка­ тулочка — это я, а золотой ключик — это мой верный муж”. П ри­ шлось женихам оглобли поворачивать, разъехались они по своим дворам, а королевна стала с своим мужем жить - поживать да доб­ ра наживать.»25. Восприятие Н еба как всеобщего оплодотворяю­ щего начала, а дождя — как мужского семени, которое оно изли­ www.RodnoVery.ru

Сварог

вает на свою супругу Землю, оставило свой яркий след в индоев­ ропейских языках. Еще в X I X веке А.Н. Афанасьев выстроил такую филологическую цепочку: лат. ріио — «дождить», укр .

плютка — «ненастье», чеш.ріиіа — «потоки дождя», *ст.-слав .

плоть — «мужское семя». С тех пор список расширился: «Кроме того, небо представлялось древним в виде мужского начала, оп­ лодотворяющего землю (фаллическая символика неба). Ср. ирл .

зреіг «небо», англ.-диал. репу «ливень», но лат. зреппа «семя»;

хет. ваши «небо», но лат. зетеп «семя»; валл.уЬг «небо», но др.англлгір «женщина» + и.-е. аг- «мужчина» (андрогин); греч.ошапо «небо», но осет.агуп «рожать» + хет.иеп «соіге», лат.саеіит «небо», но др.-англ.НаеІер «мужчина» (вторая часть этого др.англ .

слова соответствует др.-русск. уд ъ «репіз»; относительно первой части ср. валл.саШ “іезбсиішп»)26. К этому ряду тот же автор от­ носит хет. агк- «соіге», но ирл. Егс «небо», и, что особенно инте­ ресно для нас в свете имени древнерусского божества, др.-инд .

ЗагдаЬ «небо», но ирл. ЗегсЬ «половая любовь» .

Подобно женщине, Зем ля становилась беременной от своего небесного супруга, и это также нашло свое отражение в славянс­ ких поверьях и ритуалах. Т ак, например, в Западной Украине счи­ талось, что «кто землю бьет, тот бьет по животу свою мать на том свете». Происходила даже привязка беременности Земли к опре­ деленным датам: «В белорусском Полесье и на Волыни крестья­ не верили, что особенно тяжелый грех — бить чем-нибудь землю весной, в частности до 25 марта, ибо в это время земля беременна .

«Н а весни грех землю биць: она беременна на весни, пускае плод, рож расце, цветы, усекая трава». В это время запрещалось даже вбивать кол в зем лю...»27. П амять об этом первом браке вошла в некоторых местах и в русский ритуал свадебной обрядности. Так, например, еще в самом конце X I X в. во время свадьбы крестьяне Холмского уезда Псковской губ. глотали землю в знак супру­ жеской верности, заменяя этим древним обрядом даже христиан­ ский обряд церковного венчания. С другой стороны, именно у

–  –  –

Неба, как божественного супруга Земли, в галицкой песне жен­ щина молит (в данном контексте оборот «вздыхать до неба» оз­ начало обращенную к небу молитву) себе мужа:

Хожу, нуджу, ручки ламлю, Вздыхаю до неба,

С тяжким жалем промавляю:

«Мужа мени треба»28 .

Данные сравнительного языкознания позволяют нам утверж­ дать, что некогда у индоевропейцев существовал миф о том, как в результате брака между Небом-Отцом и М атерью-Землей по­ явились на свет люди, само название которых в ряде языков этой семьи происходит от названия земли: лат.Ьошо «человек» (этому родственно и готск.^ита), но Нитиз «почва, земля», лнт.гтопез «люди», но хеше «земля».

Именно это представление лежало в основе текста древнегреческих золотых пластин, на которых опи­ сывалась посмертная судьба человеческой души в соответствии с орфическими представлениями:

Слева от дома Аида ты найдешь источник, Рядом с ним стоит белый кипарис .

К этому источнику даже близко не подходи .

Найдешь и другой: из озера Мнемосины Текущую холодную воду, перед ним — стражи .

Скажи: «Я дитя Земли и звездного Неба, Но род мой — небесный, об этом вы знаете и сами .

Я иссохла от жажды и погибаю — так дайте же мне скорей Холодной воды, текущей из озера Мнемосины.»

И они дадут тебе пить из божественного источника, И тогда ты станешь царствовать вмесге с другими героями29 .

Н а другой пластине речь умершей души звучит чуть иначе:

Ты же объяви им стражам. — М.С всю правду .

Скажи: «Я сын Земли и звездного неба, По имени Астерий (Звездный). Я иссох от жажды. Дайте же мне Пить из источника»30 .

www.RodnoVery.ru іСварог Как видим, умерший, чтобы получить священную воду и во­ цариться в загробном мире вместе с другими героями, должен был провозгласить свое происхождение от Зем ли и звездного, т. е .

ночного Н еба, причем во второй пластине он и сам именуется Звездным. Все это заставляет нас вспомнить связь и Сварога со звездами в славянской мифологии. Весьма показательно и назва­ ние божественного источника: Мнемосина у греков была доче­ рью Неба-Урана и Геи, сестрой Фемиды, с которой она вместе упоминается у Гесиода, и богиней памяти. Следовательно, только та душа, которая не забыла, что род ее — небесный, могла испить из этого божественного источника и присоединиться к героям в ином мире. Как нельзя лучше этот фрагмент орфической мифоло­ гии демонстрирует огромное значение знания своей истинной ро­ дословной для любого человека. Память о своем небесном проис­ хождении была бережно сохранена и другими индоевропейскими народами. Т ак, ведийский риши в одном из своих гимнов (Р В I, 164, 33) гордо провозглашал:

Небо — отец мой, родитель. Там (мой) пуп .

Родня моя, мать — эта великая земля .

Внутри (этих) двух простертых чаш — (мое) лоно .

Здесь отец вложил зародыш дочери .

Эти сопоставления помогают нам понять, почему именно К узь­ му-Демьяна, сменившего в христианскую эпоху языческого бога неба, славяне просили о даровании памяти: «Кузьма й Демьян, пошли память!»31. Несмотря на все старания новой религии, сле­ ды этого знания продолжали храниться и на Руси.

Излагая ту же мысль, но уже под влиянием античной или западноевропейской образованности другим способом, древнерусский книжник писал:

«Богословцы реша, яко человек есть второй мир мал: есть бо небо и земля, и яже на небеси, и яже на земли, видимая и невидимая: от пупа до главы яко небо, и паки от пупа дольняя его часть яко зем­ ля; ибо земля имеет силу рождательскую и прохождение во д.. .

тако и в сей нижней части человека сия суть. Паки же в горней

–  –  –

части его, яко на небеси светила, солнце и луна, гром, ветер, сице и в человеке и во главе, очи и глас и дыхание и мгновение ока, яко молния скорошественно...» 32 .

Ближе к исконным представлениям стоит Ж ивотная книга духоборов — одной из христианских сект, возникшей в X V III веке и сохранившей в своем вероучении ряд языческих пережитков .

В 78 псаломе их книги говорится: «Отечество наше небесное — имел бы я себе христианом на земле; оттуда мы все с начатия приняхомши, все мы родихомши, всей мы божественны. Н е есть нам земля отечество, а мы есть странники на земле. Тело наше земля­ ное — не есть человек, а есть человек — душа в теле, — ум небес­ ный, божественный; тело же наше возьмется в прах, а душа наша обратится в отечество свое, где нет ни смерти, ни беды, ни вины, ни плача, ни глада, ни жажды, тем вечный день, непрестанный свет!» В Нижегородской губернии еще в X IX в.

перед сбором лекарственных трав крестьяне обращались к земле с такой пес­ ней-заклинанием:

Гой, земля еси сырая, Земля матерая, Матерь нам еси родная!

Всех еси нас породила, Вспоила, вскормила И угодьем наделила;

Ради нас, своих детей, Зелий еси народила...33 Все эти представления, за исключением последнего, уже ис­ кажены христианскими напластованиями, но, к счастью, у нас есть возможность рассмотреть представления наших далеких язычес­ ких предков о своем собственном происхождении по первоисточ­ нику, что мы сделаем во второй части данного исследования. П а ­ мять о своем звездном происхождении в отдельных регионах сла­ вянства существовала вплоть до X X века: «Универсальные в европейской мифологии поверья о звездах как душах людей пред­ www.RodnoVery.ru

Сварог

ставлены у славян в разных вариантах. П о одной версии звезда загорается на небе в момент рождения ребенка и светит, пока человек живет, а затем падает или гаснет; по другой, наоборот, звезды — это души умерших людей, переселившиеся на тот свет .

В Полесье падающие звезды воспринимались как души умер­ ших некрещенных детей; чтобы помочь им перейти в страну пред­ ков, увидевший падающую звезду, должен был перекрестить ее и сказать: «Коли ты хлопец, то — А дам, коли девка — то Ева» .

Аналогичным образом поступали пожилые женщины мазовецких сел Польши, когда перекрещивали в ночном небе светящи­ еся метеоры. П о другим польским свидетельствам, душа выле­ тала изо рта умирающего человека в виде яркой звезды и улета­ ла в н е б о...» 34. Весьма показательно полесское восприятие звезды именно как некрещенной души, косвенно свидетельству­ ющее об языческих корнях данного представления. Аналогич­ ные воззрения были зафиксированы этнографами X I X в. в Х олмской Руси и в Староконстантиновском уезде Украины, где па­ дающие звезды воспринимались как души грешников, которые надо перекрестить. «В Харьковском уезде думают, что падаю­ щие звезды — это душ и умирающих людей; ведьмы крадут их, чтобы ими производить потом чары: на чей двор упадет звезда, там непременно будет покойник — умрет «дитина». (... ) Говорят также, что это ангелы прогоняют с неба злых духов; что звезды падают во время.разрешения женщин от бремени. (... ) В Грубешовском уезде падающие звезды считают некрещеными деть­ м и...» 35. С другой стороны, сияющие на небе звезды на той же Украине, как и на Руси, ассоциировались с горящими свечами и считались показателем жизни человека: «В Литинском уезде их считют горящими свечами и говорят, что как только кто рож ­ дается, Бог тотчас же зажигает на небе “его свечу” в виде новой звезды.

Т о же говорят и в Луцком уезде; отсюда — выражение:

“така моя планида”. Сколько душ живет на земле, столько и “свечей” (звезд ) горит на небе (Х арьковск., Ж итом., Литинск .

–  –  –

и Луцк.уу.). Если человек ведет хорошую жизнь, то его «све­ ча»-звезда горит на небе ясным, чистым огнем; если же он ве­ дет зазорную жизнь, то “его свеча”-звезда горит тусклым, сла­ бым светом. (... ) Наоборот, в Холмской Руси, в Винницком уезде и в некоторых местностях Житомирского уезда звезды счится душами умерших людей, которые отличились на земле доброю, непорочною жизнию, а также детей, которые умерли маленькими, не успевши нагрешить, и стариков, завершивших подвиг земного странствия своею непостыдною христианскою кончиною»36. Как свидетельствуют данные сравнительного язы ­ кознания, корни эти существовали уже в индоевропейскую эпо­ ху: и.-е.1е{5- «гореть», но др.-англ.ішщоі «звезда», ІіоНЬ «род», осет.ііщ «кровь»; литов.каІЬа «язык», но и.-е.кеі — «гореть» при др.-инд.киіа- «род»37. Отголоском этого древнейшего представ­ ления стал мотив рождения необычного ребенка, встречающий­ ся во многих жанрах русского фольклора. В одной из сказок ге­ рой говорит: «...В о т мой сын — по локти в золоте, по бокам часты звезды, во лбу светел месяц, а против сердца красно сол­ нце»38. В другой одна из сестер обещает родить Ивану-царевичу «сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды »39. Сходным образм в былинах описы­ вается Василиса Микулична:

Есть у Ставра молода жена, Молода жена Василиса Микулична, — Во лбе-то у ней светел месяц, ті На голове волосы — звезды частые... 40

В другой былине жена говорит Дунаю, что у нее в утробе:

«Чадо милое, любимое:

По колен у чада ноги в золоте, По локоть руки в серебре, Во лбу солнце красное, Во затылке — светел месяц, А по косицам частые звезды»41 .

www.RodnoVery.ru Сварог Все эти образы, как было показано мной в «Голубиной кни­ ге», восходят к образу Первобога, но поскольку необычный ре­ бенок рождается в человеческой семье, следовательно, согласно мифопоэтическому восприятию мира, и человеческая природа включает в себя наследие всех вышеперечисленных небесных све­ тил, сопричастна ей, что может быть объяснено только исходя из мифа о происхождении славян или непосредственно от бога неба (а звезды, с которыми ассоциировался Сварог, фигуриру­ ют во всех вышеприведенных примерах), или от его сына, бога Солнца .

Звездами могли оборачиваться и другие фольклорные персо­ нажи, не обязательно несущие черты Первобога.

Т ак, в сказке о Запечном Искре Елена Прекрасная оборачивается звездочкой, а в русской песне ищущие своего брата сестры принимают следую­ щие обличья:

Как и старшая сестра в море щукою, А середняя сестра в поле соколом, А меньшая сестра в небе звездочкою42 .

Наконец, падение звезды могло предвещать и рождение обык­ новенного человеческого ребенка, как об этом пелось в одной ук­ раинской песне, где казаку приснился сон, будто над его хатою упала звезда, что предвещало рождение сына: А зіронька — то дитинонька43 .

Идея звездного происхождения человека и, соответственно, возвращения на небо после смерти была свойственна многим ин­ доевропейским народам. Выше мы уже видели, что согласно ор­ фическим представлениям древних греков умерший именовался Астерием — Звездным. Однако и классической мифологии гре­ ков был хорошо знаком этот мотив: после смерти братья Кастор и Полидевк превратились в созвездие Близнецов, на небо были перенесены и навечно запечатлелись там в качестве одноименных созвездий Орион, Персей, Андромеда, Геракл и ряд других. Если в греческой мифологии созвездиями становились герои седой ста­ www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

рины, то в древнем Риме аналогичные представления применя­ лись и к реальным правителям. Т ак, рассказывая о смерти Ю лия Цезаря, Светоний отмечает: «О н погиб на пятьдесят шестом году жизни и был сопричтен к богам, не только словами указов, но и убеждением толпы. Во всяком случае, когда во время игр, кото­ рые впервые в честь его обожествления давал его наследник А в ­ густ, хвостатая звезда сияла в небе семь ночей подряд, появляясь около одиннадцатого часа, то все поверили, что это дуща Цезаря, вознесенного на небо. Вот почему изображается он со звездой на голове»44. Т о т же автор сообщает нам, что смерти Клавдия и Веспасиана предшествовали появления на небе хвостатых звезд, при­ чем последний, поняв по этому знамению о приближающейся смер­ ти, даже пошутил по этому поводу: «Увы, кажется, я становлюсь богом» .

В древней Индии созвездие Большой Медведицы считалось зримым воплощением семи полубожественных мудрецов-риши, а семь их жен стали звездами Криттиками (созвездием П леяд). Со звездой Канопус отождествлялся мудрец Агастья; Ману, сын бога Солнца Вивасвата и Ш ани звездой взошел на небо; Вена, один из первых царей, именуется потомком Северной звезды, а царя Триш анку мудрец Вишвамитра силой своего подвижничества живым поднял на небо, превратив в созвездие Ю жного Креста .

К небесным светилам отправлялась душа умершего человека со­ гласно и зороастрийским представлениям: «Когда души благоче­ стивых переходят в другой мир, звезды, луна и солнце благославляют их»45.

Основываясь, в конечном итоге, именно на этих древ­ них представлениях, великий персидский поэт Фирдоуси уже во времена господства ислама так сформулировал свое видение при­ роды и предназначения человека:

Земное с небесным в тебе сплетено;

Два мира связать не тебе ли дано?

И з всех этих примеров с очевидностью следует, что индоев­ ропейцы еще во времена их единства имели четко сформулиро­ www.RodnoVery.ru Сварог ванные представления о звездном происхождении души и верили в ее возвращение на небесную прародину после смерти на земле бренного человеческого тела. Данная идея еще больше подкреп­ лялась тем, что древний человек как в звездах, так и в своей душе видел огненное начало и, естественным образом, связывал их в одно семантическое поле. Н а материале современных эт­ нографических исследований в Полесье Л.Н. Виноградова кон­ статирует: «М отив небесного или божественного происхожде­ ния детей представлен заметным числом текстов (более пятиде­ сяти записей), которые бьпуют в двух формах: “младенец упал с неба” или “с неба его спускает Бог”, иногда срастающихся в одном тексте: “3 неба упало дитя — Бог скынуу”. Действия бо­ жественного персонажа чаще всего определяются глаголами бро­ сать, сбрасывать: “Бог искинуу Аленку з неба — тяпер буде наша”; “И з неба Бог скидае — летит, летит хлопчык”. Н о в неко­ торых вариантах вводится мотив “ребенка спускают с неба по нит­ ке”: “Бог на нитоццы спустиу”; “Ц ябе з неба на золотой вяроуцы спустили”; “Бог пачовочками спустил з неба”; “Бог 3 неба на крас­ ной нитачки спустиу”. Особенностью этой тематической группы формул о небесном способе появления младенцев является их бы­ тование в виде рифмованных текстов. (... ) Тенденция зарифмо­ вывать подобные формулы иногда приводит к их значительному (по сравнению с другими группами) текстовому разрастанию: “И з неба упау да у ступу попау, а з ступы вылез да во яки вырос”;

“Буг мене кинуу на хвою, а с хвои — до долу, да дау Бог мени добру долю”. В ограниченном ареале западного Полесья попу­ лярна типовая формула, основанная на постоянной рифме “овэс — небэс”: “М аты жала овэс, да ты упау з небэс”; “Бацько сияу овэс, а я упау з небэс”; “Твий батько виз овэс, а ты упау з небэс”;

“М уй бацько сияу овэс, я упау з небэс, стау на стоубчык да й зробыуся хлопчык”»46 .

В другом обличье та же самая идея встречается нам и на рус­ ском Севере. Анализируя родильную обрядность у жителей Н и ж ­ www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

ней Печеры, В.А. Семенов приходит к следующим выводам: «Тем не менее, взгляды на новорожденного как имеющего “неземное” происхождение вытекают из ряда обычаев, бытовавших в народ­ ной среде. С вязь новорожденного с миром предков вытекает из предписаний выбора предпочтительного места для родов, кото­ рые были наделены повышенной “хтонической” символикой ~ хлев, овин»47. Однако, как мы видели в первой главе, овин еще в Древней Руси был излюбленным местом культа сына Сварога Сварожича, что лишний раз подчеркивает роль бога Неба в кру­ гообороте человеческих душ. Представления о спускании душ но­ ворожденных с неба фиксируют для эпохи Древней Руси и по­ учения против язычества: «Род седя на воздусе мечеть на землю груды и в том рождаются дети»48 .

Трактовка данного фрагмента в современной научной литера­ туре весьма неоднозначна (достаточно упомянуть крайние точки зрения, высказанные Б.А. Рыбаковым и Л.С. Клейном), однако для нас важно то, что еще несколько веков после принятия хри­ стианства люди, вопреки догматам новой религии, считали, что дети рождаются из падающих с неба неких «груд». Р од в дан­ ном контексте заменил собою Сварога, однако на изначальную связь этого бога с процессом деторождения указывает архаич­ ное название месяца ноября «грудень», сохранившееся в ряде славянских языков. О связи бога-кузнеца именно с ноябрем речь пойдет в конце этой главы, а о том, что интересующее нас на­ звание этот месяц носил и на Руси, красноречиво свидетель­ ствует оговорка Нестора, повествующего о перевозе плененно­ го и ослепленного князя Василька: «поидоша с ним вскор на колхъ а по грудну пути, б бо тогда мць труденъ, рекше но­ ябрь»49. Комментируя это место, И.П.

Калинский отмечает:

«В старину месяц этот назывался собственно грудным или груднем, от груд замерзшей земли со снегом, так как вообще на древ­ нерусском языке зимняя замерзшая дорога называлась грудным путем»50. Поскольку даже такая прозаическая вещь как «гру­ www.RodnoVery.ru Сварог ды» замерзшей почвы образовались в результате взаимодействия небесной влаги и матери-Земли, в результате чего мифологи­ ческое мышление увидело параллелизм между ней и детьми и даж е воспользовалось первым термином для характеристики процесса деторождения .

Очевидно, что именно кругу мифологических воззрений о свя­ щенном браке Неба-Сварога и М атери-Земли и их земных детях следует отнести и одно из древнейших самоназваний славян, з а ­ фиксированное византийским автором V I в. Прокопием К еса­ рийским: « И некогда даже имя у славян и антов было одно и то же. В древности оба эти племени называли спорами («рассеян­ ными»), думаю, потому, что они жили, занимая страну «спораден», «рассеянно», отдельными поселками. Поэтому-то им и земли надо занимать много»51. Нечего и говорить, что попытка объяс­ нить имя славян как «рассеянные» является догадкой самого П ро­ копия, взявшего лишь одно.значение данного термина, который для него кто-то перевел со славянского на греческий. Само слово «споры» в греческом языке имеет много значений, основными из которых являются «сеяние, посев, семя», а также «дети, по­ томки». О.Н.

Трубачев, анализируя данный отрывок, склоняет­ ся именно к последнему значению интересующего нас термина:

«Н адо полагать, что древние славяне, подобно другим народам на ранней ступени развития, до оформления подлинных этнони­ мов называли себя «потомки, дети», «люди». «М ы Словни, проста чадъ», — читаем мы в Житии Мефодия. Вполне возмож­ но, что прокопиевское Зрогоі есть всего лишь перевод славянско­ го сесіь «дети, потомки»52. Н о чьими же потомками, чьим же се­ менем считали себя славяне? Как видим, данное самоназвание у наших далеких предков появилось еще до их разделения в исто­ рическую эпоху на славян и антов и, соответственно, возникнове­ ния этих племенных имен. Поскольку самоназвание славян, как будет показано в дальнейшем, было обусловлено мифом об их про­ исхождении от Дажьбога-Солнца, то предшествовать этому ос­ www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

мыслению своей родословной мог лишь миф об их происхожде­ нии от союза Сварога и его супруги Земли .

С данным мифом связан и целый комплекс идей, приоткры­ вающих для нас представления наших далеких предков о круго­ обороте человеческих душ во Вселенной и роли в этом бога Неба .

К ак уже не раз отмечалось, Сварог почитался в древней Руси еще и как бог-кузнец, в связи с чем стоит вспомнить широко распространенную до начала X X века святочную игру перековывания стариков в молодых: «Парни, ряженые стариками, вно­ сят в избу скамейку, с которой свисает до пола покрывало, а под ним прячутся подростки. Ряженые “старики” забираются под скамейку, “кузнец” бьет по ней молотом, и оттуда выскакивает подросток. М отив “перековывания стариков в молодых” чрез­ вычайно распространен в фольклоре (в сказках и быличках). П о наблюдению, сделанному Т.А. Бернштам (на основе широкого круга источников), слова с корнем стар- обозначали разные по­ ловозрастные категории, обладавшие двумя основными призна­ ками: это “невозможность иметь детей и утеря трудоспособнос­ ти”. В данном случае нас интересует первый признак: утрата дос­ тупа к репродуктивной деятельности. Кузнец, “перековывая” старика на молодого, возращает ему возможность и право репро­ дуктивной деятельности. Иными словами, ему приписывается не­ кая власть — возможность менять репродуктивный статус, в пер­ вую очередь мужской»53. Превращение старика в ребенка, вос­ принимавшееся в X I X —X X вв. просто как веселая игра и забава молодежи, вплоть до X III в. понималось нашими предками бук­ вально. Проанализировав широко распространенный в княжес­ кой среде обычай давать новорожденному сразу два имени его деда (языческое и христианское), а также неоднократно упоми­ навшуюся летописью спасительную роль внецерковной «дедней и огней молитвы» (при том, что, как правило, ни отец и ни дед кон­ кретного князя не канонизировались православной церковью), В.Л. Комарович пришел к выводу о существовании в среде Р ю ­ www.RodnoVery.ru Сварог риковичей представления о том, что в новорожденного вселяется душа умершего предка (деда), прибывавшая до этого в земле .

Этим, по его мнению, и был обусловлен культ земли: «Земля чтит­ ся вдвойне: и за то, что принимает умерших дедов, и за то, что обратно отдает их души новорожденным внукам; чтится вдвойне и род этот, как теперь только выяснилось, переходящий из поко­ ления в поколение предок, то возвращающийся в землю, то из нее же, с первым криком младенца, возникающий вновь для дальней­ шей надземной жизни, как ерісіопіог в точном смысле этого сло­ ва, или, если угодно, как трава, дерево или злак. Видно наконец и то, до какой степени унаследованные от языческой старины воз­ зрения близко соприкасались с сферой княжеского обычного пра­ ва... »54. Следы веры в переселение душ в различных животных и затем опять в человека сохранились и в северорусских причитани­ ях.

В одном из плачей вдова так описывает процесс возвращения души умершего супруга на землю:

...Хоть чистым полюшком лети да черным вороном, Ко селу лета ведь ты да ясным соколом, Ко крылечку скачи да серым заюшком, По крылечку беги да-горносталюшком;

Не убоюсь того, белая лебедушка, Выду, стричу на крылечике пареном, С тобой сдаю тут я доброе здоровьице По новым сеням пода да добрым молодцем...55 .

В верованиях старообрядцев мы также видим пережитки ме­ тапсихоза: «П о смерти добрых и угодливых Богу людей души их преобразуются в ангелов, а иные причисляются, по мере заслуг, к лику святых.. нечестивые лю ди... переселяются в скотов, гадов и проч. И опять из скотов, гадов переходят в души новорожден­ ных младенцев»56. О б этом же говорят и пословицы о связи смер­ ти с жизнью « И из навей встают», «родится на смерть, а умира­ ют на ж изнь»57. Соболев приводит древнерусское летописное выражение «из навей дети нас емлют» .

www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

Душа умершего предка, согласно реконструированным В_Л. Комаровичем представлениям, уходила не на небо, а в землю, что как будто бы противоречит рассмотренным выше верованиям, однако это противоречие снимается, если вспомнить представле­ ния о браке Н еба и Земли, а также и то, что образ потусторонне­ го мира с самого начала был двойственен, логически непрояснеи и противоречив, как это показала в своей диссертации О.А. С е­ дакова .

Весьма подробно процесс перековки описан в народной леген­ де «Кузнец и черт». Подробно эта легенда будет рассмотрена в четвертой главе, а пока проанализируем в ней интересующий нас эпизод. Обиженный кузнецом черт нанялся к нему учеником и в отсутствии хозяина уговорил старую барыню перековаться на мо­ лодую за 500 рублей. «Нечистый взял деньги, посылает кучера на деревню: «Ступай, — говорит, — притащи сюда два ушата мо­ лока». А самое барыню схватил клещами за ноги, бросил в горн и сжег всю дочиста: только одни косточки и остались. К ак принес­ ли два ушата с молоком, он вылил их в кадушку, собрал все кос­ точки и побросал их в молоко. Глядь — минуты через три выхо­ дит из молока барыня: живая, да молодая, да красивая!»58. Как мы можем убедиться, описанное действо сочетает в себе элемен­ ты деятельности кузнеца, ритуала трупосожжения и окунания в молоко, напоминающего нам следующий распространенный в оте­ чественном фольклоре способ изменения героя — варки его в мо­ локе. Изобретателем ритуала перековки народные легенды назы­ вают черта-кузнеца, под образом которого в христианское время явно понимался Сварог. В силу этого весьма любопытно сравнить эту легенду с типологически тождественными ей двумя другими русскими легендами, описывающими производимый сверхъесте­ ственным персонажем необычный процесс исцеления через смерть .

В русской легенде «Исцеление» нищий поп по дороге встречает двух странников — Иисуса Христа и св.Николая, назвавшихся знахарями. П о приходу в город они взялись лечить больную бар­ www.RodnoVery.ru

Сварог

скую дочь. «Дал им тот барин лечить свою дочь, они взяли ее и повели в баню. Привели в баню и Христос-от всю ее разрезал на части — она и не чувствовала, и не плакала, и не кричала. Разре­ зал ее на части, взял и перемыл каждую часть в трех водах и сло­ жил все их вместе по-прежнему, как было. Сложил вместе и спрыс­ нул раз — она срослась, спрыснул в другой — она пошевелилась, спрыснул в третий — она встала»59. О тец богато наградил лека­ рей и охваченный жадностью поп в другом городе решил само­ стоятельно исцелить дочку богатого купца. Подражая действиям своих товарищей, он ее разрезал, но, естественно, оживить не мог и незадачливого врача от неминуемой смерти спасает чудесно по­ явившийся Иисус Христос (отметим, что и в легенде «Кузнец и черт» первый так же неудачно самостоятельно пробует переко­ вать барина, сжигая его, и от верной смерти его спасает черт) .

Родственный сюжет изложен и в легенде «Поп-завидущие гла­ за», где поп. встречает одного Николу, который взялся лечить царскую дочь. «Вот они вошли в палату, поглядели царевну, по­ просили у царя особой избы, бочки воды, вострой сабли, большо­ го стола. Ц арь все это дал им. Заперлись они в особую избу, кла­ ли царевну на большой стол, рассекали ее вострой саблей на мел­ кие части, кидали в бочку с водой, мыли, полоскали; потом стали складывать штука к штуке; как старичок дунет, так штука с шту­ кой и склеиваются. Склал он все штуки как надо, в последний раз дунул — царевна встрепенулась и встала жива и здорова»60 .

В двух последних рассмотренных легендах разрубленные части тела не варят, а только полощут, что объясняется тем, что в дан­ ных легендах речь идет лишь об исцелении, а не о придании боль­ ному более высокого социального статуса либо его омоложении .

Нелишним будет вспомнить и то, что отечественный фольк­ лор знает еще один способ облагораживания, а изначально, по всей видимости, и омолаживания героя. В сказке «Ж ар-птица и Василиса-царевна» это происходит по требованию добытой стрель­ цом невесты царя: «Н е пойду,— говорит царю,— за тебя замуж,

–  –  –

пока не велишь ты стрельцу-молодцу в горячей воде искупаться» .

Царь приказал налить чугунный котел воды, вскипятить как можно горячей да в тот кипяток стрельца бросить. Вот все готово, вода кипит, брызги так и летят; привели бедного стрельца. «Вот беда так беда! — думает он.— Ах, зачем я брал золотое перо жар-птицы? Зачем коня не послушался?» Вспомнил про своего богатыр­ ского коня и говорит царю: «Царь-государь! Позволь перед смертию пойти с конем попрощаться».— «Хорошо, ступай попрощай­ ся! » Пришел стрелец к своему богатырскому коню и слезно плачет .

«О чем плачешь, хозяин?» — «Ц арь велел в кипятке искупать­ ся».— «Н е бойся, не плачь, жив будешь!» — сказал ему конь и наскоро заговорил стрельца, Чтобы кипяток не повредил его бе­ лому телу. Вернулся стрелец из конюшни; тотчас подхватили его рабочие люди и прямо в котел; он раз-другой окунулся, выскочил из котла — и сделался таким красавцем, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Ц арь увидал, что он таким красавцем сделал­ ся, захотел и сам искупаться; полез сдуру в воду и в ту ж минуту обварился. Ц аря схоронили, а на его место выбрали стрельцамолодца; он женился на Василисе-царевне и жил с нею долгие лета в любви и согласии»61. Т а же картина описывается и в сказ­ ке «Конек-горбунок», причем инициатива купания в котле опять исходит от невесты: «Елена же Прекрасна царю говорит: “И з вас из двоих будет один мой жених”. П риказала царю развести посереди широкого двора огонь и навесить три котла; в первый налить смолы, а во второй — молока, а в третий котел — простой воды и вскипятить все три котла, да и сказала Елена Прекрасна:

“Вот кто в этих котлах искупается — тот мой жених будет!” В а­ нюшка горько плакал: купаться не желает и невесту не берет, а она ему отвечает: “Т ы ездил и страдал — я, быть может, твоя буду”. А батюшка царь, у него ноженьки дрожат, и думает: “Как же можно в вару искупаться?” О на заставила их покониться (бросить жребий. — М.С.), кому прежде лезть. Досталось прежде нырять Ванюшке-дурачку .

www.RodnoVery.ru

Сварог

Ванюшка-дурачок горько заплакал и говорит Елене Прекрасной:

“Я вот пойду схожу к коньку-горбунку, распрощусь и в ножки поклонюсь, и отпущу его на свою сторону домой” .

Пришел Ванюшка к коньку-горбунку, горько плачет, во сле­ зах своего конька не видит. “Что, Ваня, плачешь?” — “Большая на меня беда! Сейчас кончится жизнь моя: заставляют меня в трех котлах купаться: в кипячей смоле, в молоке и в вару”,— “Ну, я бы только был жив, а ты будешь живой. И ди, я — за тобой. Без опаски ныряй! Я в смолу левую ногу обмакну — холоду пущу, в молоко правую макну — льдушечку пущу, а в вар фыркну нозд­ рями — полон снегу будет” .

Ванюшка подошел к котлам — Елена Прекрасна стоит с ца­ рем, на краю царь дожидается, когда Ванюшка нырнет. Ванюшка перекстился — бултых в смолу! Весь как головешка оттоль вы­ нырнул, черный! Как в молочко нырнул — побелее стал, а водой обмылся — стал добрый молодец ни вздумать, ни взгадать, ни пером написать .

Вот Елена П рекрасна посылает царя: “Н ы ряй за ним!” О н думает себе: “Ванюшка нырял, и мне надо”. К ак в смолу ныр­ нул — и теперь там сидит .

Они с Ванюшкой обвенчались, стали жить да быть, больше худа проживать, детей наживать»62. Тесная связь перековки в кузнечном горне и переваривания в котле прослеживается и на этимологическом уровне: др.-русск.гьрнь, грънъ, горнъ, гор­ нило означали «котел», «котел, горшок, чаша», но, с другой сто­ роны, др.-русск.гьрниль «горнило», русск.горнило «горн», горн «кузнечный очаг»63. О связи смолы как с потусторонним миром, в христианские времена адом, так и с корнем вар говорилось уже в первой главе, в свете чего мотив купания в трех котлах оказыва­ ется символическим подобием прохождения душой различных регионов потустороннего мира и возвращения на землю в новом качестве.

Высказанное предположение подтверждается тем, что в одной из загадок котлом называется месяц:

www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

Ш ел я мимо .

Видел диво:

Висит котел О девяносто ведер64 .

Данную загадку следует сопоставить с индоевропейским пред­ ставлением о луне как одном из мест, где после смерти оказыва­ ется душа человека (как мы увидим ниже, оно же было одним из мест, куда мифологическое сознание помещало и еще не родив­ шиеся человеческие души в процессе их нисхождения с неба на землю).

В другой русской загадке образ котла всплывает в связи с темой человеческой смерти:

Стоит столб .

На столбе цветы, Под цветом котел, Над цветом орел, Цветы срывает, В котел бросает, Цветок не убывает И в котле не прибывает65 .

Котел во второй загадке оказывается рядом со столбом — пред­ метом, который, как было показано в предыдущей главе, самым тесным образом был связан с культом Сварена. Этим фольклор­ ным представлениям соответствует и роль этого предмета в древ­ нерусском погребальном ритуале трупосожжения, устанавливаемая с помощью археологии: «Н а остатках погребального кострища Ч ер­ ной Могилы был поставлен большой железный котел, наполнен­ ный пережженными бараньими и птичьими костями и клочьями бараньей шерсти, поверх которых лежала голова барана. Около котла находились два жертвенных ножа-скрамасекса»66. О том, что подобная культовая роль котла в обряде захоронения не была случайной, доказывают материалы из раскопок в Гнездове. Так, в кургане 7 были захоронены сожженные в ладье мужчина и женщи­ на. Когда погребальный котел прогорел, на месте кремации был www.RodnoVery.ru

Сварог

зарезан баран, голову и конечности которого поместили в котел .

Сам котёл поставили на огнище и рядом с ним установили три гли­ няные урны с пережженными человеческими костями. Аналогич­ ная картина встречается нам в кургане 24-О ль.І, где на огнище также стояли котел и три глиняные урны с прахом. Н а материалах раско­ пок дружинного кургана в Заозерье мы видим, как выглядел дан­ ный предмет (рис.18). Котел оказывается одним из символов, ко­ торые неразрывно связаны с процессом человеческой трансфор­ мации, будь то из жизни в смерть и обратно путем перерождения

Рис.18. Древнерусский котел из кургана в Заозерье

в новую жизнь, либо через символическую смерть к новому ду­ ховному или социальному рождению в более высоком качестве .

Отголоском этих представлений можно считать и приведенное В.И. Далем выражение: «М ужика семь лет в котле варит»67 .

О глубоких индоевропейских корнях данного представления говорит и греческий миф о Медее: «Когда Медея прибыла в Иолк, она тотчас стала злоумышлять против Пелся, фактически дей­ ствуя в интересах Ясона, на словах — ненавидя его. О на заявила дочерям Пелея, что, если они желают, она может сделать для них отца'снова молодым вместо глубокого старика. Зарезав каким-то www.RodnoVery.ru

Михаил Серяков

особым образом старого барана, она сварила в котле его мясо вме­ сте с (колдовскими) зельями, благодаря чему она сваренного ба­ рана вынула из котла молодым ягненком. О на побудила их убить Пелея и взялась сварить его, но назад его дочери получили своего отца таким, что нечего было класть даже в могилу»68. Данный миф доказывает высказанное выше предположение о том, что и в русских сказках варение в котле преследовало цель омоложения царя и, как в случае с «перековыванием», возвращение ему сексу­ альной силы, поскольку осуществлялось по требованию невесты .

Помимо конечного желаемого результата оба эти ритуала объе­ диняет ещё и то, что, при всей своей внешней несхожести, оба они находятся в семантическом поле Сварога, бывшего как богом-кузнецом, так и создателем вареной пищи .

Еще более показательна параллель с мифологией кельтов, у которых котел играл весьма большую роль в различных ритуалах .

Средневековые Бернские схолии к Лукиану сообщают о наличии у этого народа трех богов, которым следовало приноситъ крова­ вые жертвы, и добавляют, что человека, посвященного в жертву Тевтанесу («бог племени», буквально «Племенной»), топили в бочке, Еэусу («бог» или «ужасный») — вешали на дереве, Таранису (бог грома) — сжигали в деревянном чане. Чрезвычайно боль­ шой интерес представляет для нас сцена, изображенная на кельт­ ском серебряном культовом котле из Гундеструпа, датируемого II или I в. до н. э. (рис.19) Внизу изображена процессия пеших вои­ нов, приближающаяся к котлу, возле которого стоит огромная фигура, раза в три превышающая рост остальных изображенных на котле людей, которая двумя руками держит человека и собира­ ется окунуть его в котел. В верхнем регистре изображена удаляю­ щаяся на конях группа всадников. Однозначного понимания этой сцены у специалистов нет. С одной стороны, очевидно, что сто­ ящая у котла гигантская фигура изображает бога или жреца, од­ нако общий смысл изображенного ритуала допускает двоякое тол­ кование. Некоторые исследолватели видят в нем жертвоприноwww.RodnoVery.ru Сварог Рис.19; Кельтский котел из Гундеструпа, II—I вв. до и. э .

шение Тевтанесу и в этом контексте пешие воины изображают выбранных в жертву этому богу живых людей, которые после смерти удаляются в загробный мир на лошадях (погибшие воины в кельтской традиции иногда изображались верхом на лошади как на животном, доставляющем их в царство смерти). С другой сто­ роны, многие специалисты указывают, что достаточных данных видеть во всадников умерших нет. Тогда эта сцена должна пони­ маться как ритуал инициации, когда молодые члены племени, прой­ www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

дя через священный котел, в социальном плане переходят из раз­ ряда простых воинов в разряд всадников, что представляет из себя весьма точную мифологическую параллель приведенным выше фрагментам русских сказок. Следует отметить, что в ирландской традиции волшебный котел Дагды (генетически родственного об­ щекельтскому богу-кузнецу Суцеллу) является, наряду с коро­ левским камнем, победоносными копьем и мечом, одним из четы­ рех высших талисманов-символов верховной власти над страной, которые племена богини Дану принесли с собой в Ирландию из потустороннего мира. Братья Рис скурпулезно составили пере­ чень всех чудесных котлов, встречающихся в преданиях кельтов:

«Другие чудесные посудины — котел Дагды, от которого никто не отходил не насытившись; котел Кормака и корзина Гвидно Гаранхира, из которой каждый мог достать себе еду, какую по­ желал; чаша, которую Т адг получил в Стране бессмертных и ко­ торая превращала воду в вино; котел владыки Аннувна (описан­ ный в древневаллийской поэме «Добыча Аннувна»), в котором нельзы сварить еду для трусов; котел Керидуэн, который кипел целый год, пока не оставались на дне его три капли мудрости и вдохновения, и, наконец, котел возрождения (найденный в одном Из озер Ирландии), который возвращал жизнь умершим. Все эти сосуды, дарующие жизнь и изобилие, могут быть соотнесены со св. Граалем средневековых романов. Котлы и чаши, всегда пол­ ные еды и питья, и живая вода, оживляющая мертвых, также встре­ чаются среди предметов, добываемых героями кельтских народ­ ных преданий в Ином мире»69. Как видим, данные кельтского фольклора делают правомерными обе трактовки сцены на котле из Гундеструпа. Очевидно, что все эти разнообразные котлы кель­ тской традиции восходят в конечном итоге к архетипу котла изо­ билия Дагды, который Н.С. Ш ирокова характеризует так: «К о­ тел Дагды имеет несколько символических значений: он функци­ онирует как котел изобилия, как средство воскрешения и как символ верховной власти»70. Х оть ирландский Дагда и имел, как www.RodnoVery.ru

Сварог

будет показано ниже, генетическое родство с общекельтским богом-кузнецом Суцеллом, а его дочь Бригита была покровитель­ ницей кузнечного ремесла, сам Дагда, в строгом смысле этого сло­ ва, не являлся богом-кузнецом. Вместе с тем как сам процесс из­ готовления котла находился в неразрывной связи с данным ремеслом, о чем красноречиво свидетельствует этимологическое родство имени Сварога с прусским агепе «медный котел», так и само понятие изобилия было тесно связано с деятельностью куз­ неца, в результате чего мы вправе предположить, что котел изо­ билия первоначально принадлежал боіу-кузнецу. Данные кельт­ ской традиции подтверждают это предположение. В «Повести о свинье М ак Дато» рассказывается о том, что в свое время в И р ­ ландии было пять бруидне — особых ритуальных пиршественных зал, принадлежащих к сфере не столько земного, сколько потус­ тороннего мира. Волшебными пиршественными залами бруидне являлись потому, что в каждом из них находился котел, способ­ ный приготовить любое количество пищи для всех пришедших и предоставлявший каждому гостю именно ту пищу, какую тот ж е­ лал. П о поводу этих котлов еще Т.О ’Рахилли справедливо отме­ тил, что здесь явно имелся в виду котел Дагды, бывший в состо­ янии накормить любую компанию. С другой стороны, из повести «Разрушение Дома Д а Дерга» нам становится известно, что хо­ зяином одного из таких бруидне, а следовательно, и котла в нем, был кузнец. Таким образом, материал ирландских саг свидетель­ ствует о теми, что первоначально котел Дагды принадлежал куз­ нецу, которым, по всей видимости, некогда был и сам Дагда. Если мы обратимся к индийской традиции, то и там мы увидим котел как символ изобилия, который адепт просит подарить ему у при­ зываемого божества:

О бык, тот котелок с едой, О (ты,) дающий сполна, раскрой для нас, (Ты,) не встречающий сопротивления!

(РВ I, 7, 6) www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

О том, что еще в эпоху после распада индоевропейского един­ ства котел, представлял из себя не только символическую, но и значительную материальную ценность, свидетельствует и благо­ дарность ведийского риши за щедрый дар, полученный им от од­ ного из правителей арийских племен:

Четыре тысячи голов коров Мы приняли от потомков Рушамы, о Агни .

И железный котелок, который был разогрет, Чтобы вскипело (молоко), его тоже взяли себе вдохновенные .

(РВ V, 30,15) Как мы видим из этого гимна, для ведийских ариев железный котел представлял из себя такую ценность, которую можно было и подарить певцу, и о которой можно было упомянуть наряду с огромным стадом из четырех тысяч коров .

Чтобы заканчить тему котла в индоевропейской традиции, постараемся проследить изначальные истоки этого символа и свя­ занного с ним ритуала. В фольклоре этот предмет может ассоци­ ироваться с двумя частями человеческого тела: головой и живо­ том. Традиционно сопоставление котла с головой у некоторых персонажей, в первую очередь негативных (в сказке «Иван Ве­ черней Зари» у Белого богатыря голова как пивной котел; в бы­ линах Алеша Попович, срубив голову у Тугарина Змеевича, от­ возит ее в подарок князю Владимиру рубахи бучить или пиво ва­ рить). О д н ако голова, как было показано выше, устойчиво ассоциировалось с верхом, с небом. К этой же сфере мироздания отсылает нас и латышская загадка «Есть озеро коробка, вокруг него солнце ходит», подразумевающая в качестве ответа стоящий на огне котел. С другой стороны, котел мог сравниваться с живо­ том и в ирландской повести «Битва при М агТуиред» после обиль­ ного пиршества живот у Дагды был больше, чем большой котел для пищи. Однако еще большее сходство котел имеет с животом беременной женщины и, учитывая сам процесс изготовления это­ го предмета, металл для которого добывался из недр земли, тра­ www.RodnoVery.ru

Сварог

диционно воспринимавшейся в качестве Матери, это, очевидно, была самая первая ассоциация. В рассмотренных выше славянс­ ком и кельтском ритуалах человек как бы заново рождался из котла, подобно тому, как ребенок рождается на свет из чрева матери .

Сама эта аналогия заставляет нас вспомнить эпитет «дваждырожденный», применявшийся в Индии к представителям тех арийс­ ких варн, которые помимо физического рождения прошли еще и духовную инициацию, воспринимавшуюся как второе появление на свет. Однако данный ритуал не был простым воспроизведени­ ем акта появления на свет нового человека — он знаменовал собой переход на новую, гораздо более высокую социальную стадию развития. Это можно сравнить с тем, как положенное в котел сы­ рое мясо преврщалось там в вареное, приобретая дополнительно качественно новые, с точки зрения человека, полезные свойства .

Т ак и помещенное в волшебный котел человеческое тело приоб­ ретало в нем новые качества — в наиболее архаичных ритуалах омолаживалось, в более поздних — получало более высокий со­ циальный статус. Данный процесс, в котором в качестве женско­ го начала участвовал заполненный жидкостью котел (несущий тройную женскую символику: сделанный из добытого в недрах земли металла, которому придавалась форма живота беременной женщины, и заполненный водой или молоком — ассоциируемых с женским началом — жидкостью), а в качестве мужского — огонь, на который этот котел был поставлен, действительно мог воспри­ ниматься как второе рождение человека к новой жизни или более высокой роли в обществе .

Насколько мы можем судить по сохранившимся фрагментар­ ным данным, котел был весьма существенной частью славянских языческих ритуалов.

Т ак, отвращающая смерть песня-заклина­ ние рисует нам яркую картину из седой старины:

На крутой горе высокоей Кипят котлы кипучие, Во тех котлах кипучих www.RodnoVery.ru

М ихаил Серпков

Горит огнем негасимым Всяк живот поднебесный;

Вокруг котлов кипучих Стоят старцы старые;

Поют старцы старые Про живот, про смерть, Про весь род человеч.. .

Сулят старцы старые ' Всему миру животы долгие, Как на ту лн злую Смерть Кладут старцы старые Проклятьице великое!71 Как видим, в этой сцене «котлы кипучие», как символ беско­ нечного обновления жизни на Земле, оказываются тем центром, вокруг которого группируются творящие великое таинство побе­ ды над смертью «старцы старые». Следует обратить внимание и на ту подробность, что котлы эти кипят не где-нибудь, а «на кру­ той горе высокоей», что в очередной раз вводит данный предмет материальной культуры одновременно и в связанное со Сварогом «вещное поле», и в круг соотносимых с ним идей .

Сопоставление мотивов «перековывания стариков в молодых»

и «варки старого царя в котле» позволяет нам утверждать, что оба они генетически восходят к представлению о древнерусском боге неба, регулирующем кругооборот человеческих душ и, по истечению положенного срока, опять вселяющего душу умерше­ го предка в тело новорожденного младенца. П режде чем стать святочной игрой, представление «перековывания», ключевая роль в котором принадлежала кузнецу, возвращающему ударом свое­ го молота молодость старикам, явно было религиозной мистери­ ей, наглядно демонстрирующей зрителям роль небесного кузнеца Сварога в процессе метапсихоза .

М иф о браке Неба и Земли прослеживается в мифах значи­ тельной части индоевропейских народов. Супругой греческого www.RodnoVery.ru

Сварог

Урана была Земля-Гея, причем Гесиод в своей «Теогонии» отво­ дит ей первое по происхождению и по значению место:

Гея же прежде всего родила себе равное ширью Звездное Небо, Урана, чтоб точно покрыл ее всюду И чтобы прочным жилищем служил для богов всеблаженных.. ?г Ненавидя собственных детей, Уран заключал их в недра З е м ­ ли, которая, вознегодовав на это, подучила своего сына Крона оскопить отца и взять верховную власть над миром себе. Данный сюжет не имеет индоевропейских параллелей и, по всей видимос­ ти, объясняется малоазиатским влиянием. Во время элевсинских мистерий в античной Греции их участники, обращаясь к небу, го­ ворили: «Пролейся дождем», а обращаясь к земле, высказывали следующее пожелание: «Будь беременна». В Индии Небо и Земля считались теми, «у кого боги сыновья (и) кто вместе с богами творит чудеса» (Р В 1,159,1; также V II,53,1). Отдельно подчер­ кивается, что они родили бога огня Агни (Р В 1,185,2). Отмечая их роль прародителей всего, Ригведа констатирует, что «излитые вами (семена) — (это существа), разные по форме, следующие одному обету» (Р В V I, 70, 3).

В другом гимне (Р В 1,185,10) поэт напрямую обращается к своим божественным родителям:

Эту истину я провозгласил Небу и Земле, Чтобы они услышали первыми, я, очень мудрый .

Спасите от бесчестья, от беды в решающую минуту!

Пусть отец и мать защитят своими поддержками!

В другой раз (Р В V I,7 0,6 ) риши молит:

Пусть Небо-и-Земля сделают набухшей для нас питательную силу, Отец (и) матр, всеведущие, совершающие чудесные деяния!

–  –  –

Воспетые, эти двое великих: Небо и Земля, Пусть дадут нам великую славу, высокую власть, С помощью которой все дни мы будем возвышаться над народами!

Пробудите в нас силу, достойную удивления!

Если обратиться к хеттской мифологии, то там супругом З е м ­ ли выступает не Н ебо вообще, а конкретно созвездие Большой Медведицы, известное у этого индоевропейского народа под на­ званием Колесницы.

В «Поэме о царствовании на небесах» го­ ворится:

Приехал Возница небесный На звездной своей Колеснице.. .

Шесть дней миновало. Возница Тогда сочетался с Землею И семя свое в ней оставил.. .

К ак отмечает переводчик В.В. Иванов, в этом месте подлин­ ник буквально гласит: «с Землей сочетается (в качестве мужско­ го начала) Колесница» .

Вернулся Возница небесный Назад к себе. Был он в Апсуве, Где мудрость он в душу вобрал .

• Земля родила детей — близнецов73 .

О браз Сварога-Неба как предка человечества заставляет нас более внимательно приглядеться к тем персонажам в русском фольклоре, которые также ассоциируются с фигурой предка, по­ скольку весьма вероятно, что под другими более поздними име­ нами там также скрывается интересующее нас языческое боже­ ство. В первую очередь в этой связи обращает на себя внимание фигура христианских святых Кузьмы-Демьяна, очень рано слив­ шихся в сознании народа в один образ. Подробное доказатель­ ство их тождественности с древнерусским богом-кузнецом будет приведено в соответствующей главе, а пока ограничимся выводом В. Гиппиус, сделанным ей еще в конце 20-х годов прошлого стоwww.RodnoVery.ru

Сварог

летая: «...К узьм а-Д ем ьян христианский псевдоним дохристиан­ ского бога Сварога»74. Данный персонаж относится к типу так называемого народного святого, имеющего, за исключением име­ ни, весьма мало общего со святым, почитаемым официциальной церковью. Д ля народа такой святой становится во многом преем­ ником родного бога, открытое почитание которого в условиях хри­ стианства стало практически невозможным, и культ такого на­ родного святого сохраняет по крайней мере часть характерных черт культа древнего божества .

В полесском народном календаре мы видим праздник под названием К узьмины (е) деды — поминальные дни, который отмечались непосредственно перед днем К узьмы и Демьяна, справлявшегося 1 /1 4 ноября75. В одном из русских заговоров мы встречаемся со следующей формулой, которая объясняет как его сакральное происхождение, так и констатирует связь инте­ ресующего нас персонажа с предками: «Почитаю тся добрые Словеса от Козьмы и Димиана и от старых стариков»76. Связь небесного света со словом и, в более широком контексте, со зву­ ком нам будет еще неоднократно встречаться на протяжении данного исследования, а пока мы ограничимся констатацией связи интересующего нас персонажа с волшебными словами заговора .

Э та формула происхождения «добрых словес» подкрепляет от­ меченную выше роль Н еба и Зем ли как ключа и замка заговора, придающих ему особую силу. Этнографами в X I X в. отмеча­ лись продолжавшиеся до рассвета пирушки-«кузьминки»,, на которых девушки угощали парней, что отсылает нас к роли С ва­ рога как покровителя свадьбы. Временами эти пирушки соче­ тались с интересным ритуалом: «Вышеописанные “кузьмин­ ки”, в некоторых местах (как, например, в П ензенской губ., Городищ, у.) сопровождались особым обычаем, известным под именем “похорон Кузьмы-Демьяна”: в жировой избе девушки приготавливают чучело, т. е. набивают соломой мужскую ру­ башку и шаровары и приделывают к нему голову; затем надева­ www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

ют на чучело «чапан», опоясывают кушаком, кладут на носилки и несут в лес, за село, где чучело раздевается, и на соломе идет веселая пляска»77. К ак показывают исследования подобных по­ хорон, чучело заменяет собой фигуру предка: «Этот праздник несет на себе явственные следы культа предков-покровителей .

О н пронизан харктерными элементами погребальной обряднос­ ти. (... ) По-видимому, в народной традиции сохранились ру­ дименты языческого ритуала, связанного с культом предков, который прикрепился к святым угодникам, впитавшим в себя многие качества древнеславянских предков-покровителей»78 .

Другим образом более позднего отечественного фольклора, перекликавшимся с образом предка, был М ороз, фигура кото­ рого ассоциировалась с кузнецом благодаря тому, что зимой он сковывал реки и землю. У восточных славян сохранился обычай ритуального кормления М ороза перед Рождеством и на Ч и с­ тый четверг — четверг на последней неделе Великого поста, во время которого поминались умершие предки. Отечественный ученый В.Я. Пропп и польский исследователь В. Клингер при исследовании подобных ритуалов пришли к выводу, что пригла­ шение М ороза на кутью было первоначально ритуалом «корм­ ления душ», а М ороз и прочие приглашенные заменили впос­ ледствии собой умерших предков. К аналогичному заключению пришел и Д.К. Зеленин: «Ритуальные блюда рождественских праздников у восточных славян не вызывают никаких сомнений в том, что в прошлом это были тризны, связанные с культом пред­ ков. О б этом свидетельствуют блины, кутья, овсяный кисель .

У южнорусских блины подают колядовщикам и блины же ставят в хлев для домовых на Крещенье. Кутья из вареной пшеницы или ячменя с медом даже дала название сочельницкому ужину укра­ инцев и белорусов. Севернорусские тоже называют сочельник кутейником. Украинцы на всю ночь оставляют после ужина лож ­ ку в кутье, ожидая прихода умерших родственников. Белорусы приглашают на рождественскую кутью покойных дедов .

www.RodnoVery.ru

Сварог

Украинцы и белорусы приглашают на кутью также М ороз, причем стучат в стену, открывают окно и приговаривают: «М о­ роз! Мороз! И ди кутью есть, а если не хочешь, то уже не ходи совсем!» Русские угощают М ороз овсяным киселем в Чистый чет­ верг — тоже поминальный день»79. Материалы об этом ритуале по различным регионам обобщила В.К. Соколова: «Следует от­ метить еще один интересный обычай, приуроченный также к «чи­ стому» четвергу, — кормление мороза киселем, цель которого была предохранить всходы от мороза. Обычай этот был отмечен толь­ ко у русских в нескольких центральных губерниях — Московс­ кой, Владимирской, Тверской и Новгородской, а также в Калуж­ ской. (... ) В четверг варили овсяный кисель и ставили его за окно (Новгородская губ.) или выносили на ночь на крыльцо (Т вер­ ская губ.).

П ри этом приговаривали:

Мороз, мороз, Не морозь мой овес, Иди киселя поешь .

Или:

Мороз, мороз, Не морозь наш овес, Киселя поешь, Нас потешь .

В Новоторжской у. некоторые крестьяне рано утром в чет­ верг выходили в огород и трижды приговаривали: “Мороз, мо­ роз, не побей мой овес”. Кисель оставляли или выливали в ого­ род, «чтобы мороз съел». Во Владимирской губ. кисель хранили до пасхи, когда его ели, а остатки хозяин выносил на улицу и го­ ворил: “М ороз, мороз, приходи к нам кисель с молоком хлебать, чтоб тебе наше жито и поле оберегать, градом не бить, червем не точить и всему бы полю целу быть”80. Хранение посевов и обес­ печение плодородия земли почти во всем мире устойчиво соотно­ сится с умершими предками, которые и с того света продолжают помогать своим потомкам. Подобно тому, как Сварог был связан www.RodnoVery.ru

М ихаил Серяков

с переходом души умершего в загробный мир, так и М ороз в фоль­ клоре оказывается связанным со Смертью, танцуя с ней (вспом­ ним в связи с этим образное выражение о пляске смерти):

Смерте, смерте, иди на ліси, Иди на безвість, иди на море, И ти, морозе, великий, лисий, Не приходъ до нас з своей коморі!

Смерть з морозом танцювала И на море десь погнала81 .

С другой стороны, бог-кузнец спасал людей от нечистой силы и точно так же это делает М ороз. Говоря о народных приметах, связанных с 15 ноября, И.П. Сахаров отмечает, что «наши суе­ верные поселяне думают, что с этого дня все нечистые убегают с земли, боясь морозов и зимы»82. Показательно, что бегство не­ чистой силы с земли приурочено ровно к середине ноября — ме­ сяца, посвященного Сварогу .



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |


Похожие работы:

«ЧАСТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ РУССКАЯ ХРИСТИАНСКАЯ ГУМАНИТАРНАЯ АКАДЕМИЯ ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ Б1. Б.29 ОНТОЛОГИЯ И ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ ОСНОВНАЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ПРОГРАММА ПОДГОТОВКИ БАКАЛАВРА по направлению 47.03.01 ФИЛОСОФИЯ Квалификация (степень) выпускника БАКАЛАВР Утвержд...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФГАОУ ВПО "Белгородский государственный национальный исследовательский университет" Институт управления Кафедра социологии и организации работы с молодёжью Центр социологических и...»

«СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ВЫРАЗИТЕЛЬНЫЕ СРЕДСТВА ЭКРАНА 1.1.Фотография 1.2. Звуковой ряд ГЛАВА 2. ФИЛЬМ "НОЧНАЯ СМЕНА" 2.1. Концепция фильма 2.2. Литературный сценарий. ЗАКЛЮЧЕНИЕ БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК ПРИЛОЖЕНИЕ ВВЕДЕ...»

«Т.Н. ЗАПОРОЖЕЦ ЛОГИКА СЦЕНИЧЕСКОЙ РЕЧИ Рекомендовано Управлением учебных заведений Министерства культуры РСФСР в качестве учебного пособия для театральных и культурно-просветительных учебных заведений МОСКВА "ПРОСВЕЩЕНИЕ" 1974 Запорожец Т. И....»

«ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ РАН Научно координационный совет по философским проблемам социальной теории ВОПРОСЫ СОЦИАЛЬНОЙ ТЕОРИИ Научный альманах. Том VII. Вып. 1 2. 2013 2014 ЧЕЛОВЕК КАК СУБЪЕКТ КОНСТРУИРОВАНИЯ Под редакцией Ю.М. Резника и М.В. Тлостановой Москва 2015 УДК 316 ISSN 2227 795...»

«Швейцарское Управление по Развитию и Сотрудничеству РЕГИОНАЛЬНЫЙ ФОРУМ ДЕЯТЕЛЕЙ КУЛЬТУРЫ И ИСКУССТВА Культурное пространство Центральной Азии: ЕДИНСТВО В МНОГООБРАЗИИ Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Таджикистан 28-...»

«ISSN 2413-7111 (Print) ISSN 2541-7819 (Online) Наука, образование и культура № 2 (26), 2018 Москва ISSN 2413-7111 (Print) ISSN 2541-7819 (Online) Наука, образование и культура № 2 (26), 2018 Выходит 12 раз в НАУЧНО-ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ год Г...»

«Ян Колтунов Возвести, Русь, Свет! Н.К. Рерих "Святой Сергий Радонежский" Книга 1 (второе издание) Из собрания литературных произведений автора Москва Я.И. Колтунов выступает 9.10.1980с первым докладом обращением "Путь в Космос, к новой Цивилизации человека и общества пл...»

«СМИРНОВА  аталья  рьевна Н Ю СИМВОЛИЗМ  КАК  ТЕКСТ  КУЛЬТУРЫ В ТВОРЧЕСКОМ СОЗНАНИИ АННЫ  АХМАТОВОЙ специальность 10.01.01 - русская литература АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата  филологических наук Иваново  -  2...»

«ГАВРИЛОВА ОЛЬГА ИВАНОВНА ЛЕСОВОССТАНОВЛЕНИЕ ВЫРУБОК И ПРОДУКТИВНОСТЬ ЛЕСНЫХ КУЛЬТУР ХВОЙНЫХ ПОРОД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ 06.03.01 – лесные культуры, селекция, семеноводство АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание...»

«ПРЕДИСЛОВИЕ К ЭЛЕКТРОННОМУ ИЗДАНИЮ Монографию "Христианство и ислам: социокультурные проблемы диалога" я написал в 1985 г., а издана она была в 1990 Главной редакцией восточной литературы. Сегодня очень многое в этой книге мне представляется наивным и поверхностным. Это естественно и в силу моей исследовательской незрелости в ту пору, и в с...»

«22. Steiner G. In Bluebeard's Castle: Some Notes Towards the Redefinition of Culture. Yale Univ. Press, 1971. 141 р.23 . Wilson S. R. Margaret Atwood's Textual Assassinations: Recent Poetry and Fiction. Ohio State Univ. Press, 2003. 200 p.24. Zipes J. Fairy Tale...»

«http://gov.cap.ru/hierarhy_cap.asp?page=./86/157/219/1338 Артемьев Ю.М. Образная система поэмы К. В. Иванова В духовной культуре чувашского народа, пожалуй, нет явления, равного поэме Нарспи Константина Васильевича...»

«3 MSP C70/15/3.MSP/6 Париж, май 2015 года Оригинал: французский Ограниченная рассылка Совещание государств-участников Конвенции о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и п...»

«Департамент культуры и национальной политики Кемеровской области Администрация города Кемерово Кемеровский областной краеведческий музей Музей-заповедник "Красная Горка"БАЛИБАЛОВСКИЕ ЧТЕНИЯ Материалы седьмой научно-практической конференции, посвященной 95-летию городск...»

«ИЗДАТЕЛЬСТВО М О С К О ВС К О ГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГОРНОГО УНИВЕРСИТЕТА П редседат ель рект ор М Г Г У, Л.А. П У Ч КО В чл.-корр. Р А Н Зам . председателя директор Л.Х. Г И Т И С Издательства М ГГУ Члены редсовета ака...»

«Черницких Светлана Владимировна воспитатель Колосова Лариса Викторовна воспитатель Труфанова Людмила Николаевна воспитатель МБДОУ Д/С №71 "Почемучка" г . Старый Оскол, Белгородская область ФОРМИРОВАНИЕ ПАТРИОТИЧЕСКИХ ЧУВСТВ И НАЦИОНАЛЬНОГО САМОСОЗНАНИЯ У ДЕТЕЙ СТАРШЕГО ДОШКОЛЬНОГО В...»

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ "СТАНКИН" ВЕСТНИК М...»

«Philosophical anthropology, philosophy of culture 87 УДК 130.3:316.73:316.752 Publishing House ANALITIKA RODIS ( analitikarodis@yandex.ru ) http://publishing-vak.ru/ Культурная детерминация одиночества Лященко Максим Николаевич Кандидат философских наук, доцент, кафедра философии науки и социологии, Оренбургский государственный уни...»

«ПЫРЬЯНОВА ОЛЬГА АНАТОЛЬЕВНА ФЕНОМЕН ФИГУРАТИВНОЙ СЕКСУАЛЬНОСТИ: СУЩНОСТЬ И РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ Специальность 09.00.13 – Философская антропология, философия культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских...»







 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.