WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 


Pages:   || 2 |

«ОТКЛОНЕННОГО ПОВЕДЕНИЯ Vankeinhoidon koulutuskeskus Kansainvliset julkaisut 1/1994 Центр обучения тюремных служащих Международные публикации 1/1994 Knns Matti Laineen kirjasta Johdatus ...»

-- [ Страница 1 ] --

Матти Лайне

КРИМИНОЛОГИЯ И СОЦИОЛОГИЯ

ОТКЛОНЕННОГО ПОВЕДЕНИЯ

Vankeinhoidon koulutuskeskus

Kansainvliset julkaisut 1/1994

Центр обучения тюремных служащих

Международные публикации 1/1994

Knns Matti Laineen kirjasta

Johdatus kriminologiaan ja

poikkeavuuden sosiologiaan

Juva 1991

Перевод с финского: Карл-Энрик Скарп

Издатели: Vankeinhoidon koulutuskeskus

Itmerikeskus

PL 16

04261 Kerava, Finland Хельсинки 1994 В средствах массовой информации преступность часто проявляется в форме сенсационных новостей. А предметом научных исследований преступность была уже 150 лет. Эта книга знакомит читателя с основными идеями и научными направлениями западной криминологии и социологии отклоненного поведения. Помимо скандинавских научных трудов книга широко опирается на американские и английские криминологические исследования. Особое внимание уделяется малоизученному криминологами вопросу — социологическому исследованию наказаний и тюремного заключения. Книга служит учебником во многих университетах и других учебных заведениях Финляндии .

ISBN 951-47-8853-2 ISSN 1237-1599 WSOY:n graafiset laitokset Juva 1994 СОДЕРЖАНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОЯЗЫЧНОМУ ИЗДАНИЮ 7

1. ВВЕДЕНИЕ: «ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТЬ ПРЕСТУПЛЕНИЯ» 9

2. ЧТО ТАКОЕ ОТКЛОНЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ? 11 Ненормальность — нормальность 11 Контроль над соблюдением нормы: санкции 12 Относительность отклоненного поведения 12 Представляет ли собой гомосексуализм отклоненное поведение?

Отклоненное поведение и культура: эскимосы 15 Психические болезни и отклоненное поведение 16

3. ЧТО ТАКОЕ ПРЕСТУПНОСТЬ? 18 Все ли мы преступники? 20 Скрытая и явная преступность 21 Определение серьезности преступления 22 Преступность и общественные изменения 24

4. НАУЧНОЕ ПОНИМАНИЕ ПРЕСТУПНОСТИ 29 Три уровня анализа преступности 29 Возникновение криминологии 31 Статистика и «преступный класс» 31 Ранние позитивисты 32 Криминология и другие науки 35 Чикагская школа и социология 38

5. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРЕСТУПНОСТИ И ОТКЛОНЕННОГО ПОВЕД

–  –  –

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОЯЗЫЧНОМУ ИЗДАНИЮ

В январе 1993 года в Финляндии состоялся 1. конгресс тюремных служащих стран Балтийского моря в расположенном в 45 км от Хельсинки Центре «Балтийское море», недалеко от психиатрической больницы Келлокоски .

Принимали участие начальники почти ста тюремных заведений .

Общее мнение участников конгресса состояло в том, что закрытые заведения, т.е. тюрьмы, психиатрические больницы и др. во всех странах находятся на низшей ступени общественной лестницы. Так обстоит дело также с обитателями этих заведений. Был даже выдвинут лозунг: тюрьмы всех стран, соединяйтесь. Важно было бы открыть политикам путь в тюрьму, хоть чтобы познакомиться с условиями там. В то же время конгресс обратил внимание на необходимость улучшения положения жертв преступлений с помощью развития систем компенсации .

Во всех странах Балтийского моря, в том числе в скандинавских странах, экономическое положение обыкновенных людей сегодня весьма трудное .

Это касается семей с детьми, престарелых, низкооплачиваемых работников и большого количества безработных. В таком положении маргинальные группы общества легко будут пренебрежены и проблемы таким образом обостряются .





Во многих странах социальная политика обращает главное внимание на обеспечение семей и пренебрегает проблемами одиноких людей, особенно одиноких мужчин, что в свою очередь отрицательно отражается в общественном развитии .

В странах Балтийского моря тюрьмы (как и психиатрические больницы) традиционно были рассмотрены как зеркало общества. Если починить зеркало, представление об обществе также может измениться. Как общество относится к отклоняющимся индивидам (в том числе к преступникам или их жертвам), таким же образом эти индивиды относятся к обществу .

В связи с конгрессом тюремных служащих стран Балтийского моря было принято решение об издании настоящего произведения и на русском языке .

Надеемся, что книга окажется полезной обществоведам, политикам, журналистам, представителям милиции и тюремным служащим, но также обитателям тюрем .

Центр «Балтийское море» был создан в 1991 году по инициативе финских неприсоединившихся антивоенных движений как центр совещаний и семинаров с целью развития сотрудничества гражданских движений и учреждений стран Балтийского моря. Добровольные плотники девяти стран Балтийского моря превратили старые помещения винокуренного завода в шикарный центр деятельности и совещаний .

Подведомственный министерству юстиции Центр обучения тюремных служащих является единственным учебным заведением Финляндии в области содержания заключенных. Для выполнения своей задачи центр в т.ч. производит необходимые для обучения учебные материалы. Автор настоящей книги Матти Лайне работает главным преподавателем Центра обучения тюремных служащих .

Кроме международного сотрудничества, стабильность района Балтийского моря предполагает и сохранение общественного спокойствия внутри каждой страны. Существенная часть этого — сокращение преступности экономически и социально справедливыми методами .

Министерство юстиции и Министерство внутренних дел Финляндии оказали экономическую поддержку работе над переводом настоящей книги .

Аймо Мюллюля, директор Центра обучения тюремных служащих

–  –  –

1. ВВЕДЕНИЕ: «ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТЬ ПРЕСТУПЛЕНИЯ»

Преступность и отклоненное от норм поведение в более широком смысле — привлекательное явление. Если мы зашли бы в любой магазин видеопроката и взяли бы оттуда все те видеокассеты, в которых преступления и преступность играют центральную роль, то осталось бы в магазине наверно совсем мало кассет. Таким же образом можно рассматривать фильмы финских кинорежиссеров Аки и Мика Каурисмяки, достигших международной репутации в 1980-х и 1990-х годах. Можно сказать, что сюжет всех их кинофильмов строится на преступности и отклоненном поведении .

Если мы, однако, в то же время провели бы опрос общественного мнения по вопросам преступности, граждане наверняка ответили, что речь идет о страшном, опасном и во всех отношениях вредном явлении. Эксперт или политик, вероятно, рассказал бы нам о всех причиненных преступностью общественных проблемах, о том, как дорого преступность обходится обществу. На борьбу с преступностью тратилось в Финляндии в начале 1990-х годов около 4700 миллионов марок в год (на полицию, судебные учреждения, тюремную систему) .

Поэтому кажется, что преступность весьма удивительное и противоречивое явление. Это заманчивая тема, которая прекрасно служит развлечением различного рода. И в то же время преступность очень часто определяется как социальная проблема номер один. Много раз общество объявляло «войну с преступностью». А что если эта «война» наконец-то была победоносной и преступность полностью исчезла со света? Исчезли ли бы при этом и детективные фильмы и романы, превратились ли они только в историческую особенность? Или может быть именно двойственный характер преступления и преступности и препятствует победе в этой «войне»?

Борьба с преступностью не новое явление. Историки рассказывают о средствах борьбы с преступностью китайского императора Цинь во II в.

до н.э.:

«Цинь использовал законы Чан Яна, касающиеся взаимной ответственности людей и стал казнить родственников преступников до третьего колена .

Кроме смертной казни применились наложение клейма на лоб преступника, перелом ребер и кипячение в чугуне... После объединения страны Первый император отменил законы бывших царств. Он отстранил от должности тех чиновников, которые правили по старинному хорошему обычаю, и надеялся только на строгие телесные наказания... Таким образом распространились по стране злодейства и преступность. Приговоренные к смерти заполняли улицы, тюрьмы превратились в базарные площади. Недовольство и горе распространились по империи, распространились и волнения. В стране вспыхнули восстания»1 .

Таким образом, борьба с преступностью имеет тысячелетнюю историю и еще продолжается. Возникают все новые проблемы. Хорошим примером служит в последние годы и десятилетия во всем мире объявленная война с наркотиками, приобретшая форму настоящей войны. Естественно возникают вопросы: почему так

- 10 трудно одержать победу над врагом в этой войне, почему преступность так выносливое явление?

Преступность можно рассматривать с разных точек зрения, как мы уже заметили. Тем не менее кажется, что она всегда имела чрезвычайно сильную связь с обществом. Преступность обычно рассматривается как общественное явление, как социальная проблема. Иногда она имеет даже политический диапазон, преступность и борьба с ней часто были использованы как предметы предвыборных кампаний .

В настоящей книге мы рассматриваем преступность и отклоненное от норм поведение именно как социальные явления. Это не означает, что другие подходы были бы менее полноценными, однако они не связаны с целью данной книги. Рассмотрение отклоненного поведения и преступности с социологической точки зрения в то же время предполагает, что изучающая эти проблемы наука, криминология, является частью общественных наук. Криминологию можно рассматривать как ту часть социологии, которая изучает преступность .

Иногда говорят, что преступность и борьба с ней — зеркало общества .

Когда мы изучаем преступность и системы наказаний, рассматриваем в то же время себя в зеркало. Это важно учитывать .

–  –  –

2. ЧТО ТАКОЕ ОТКЛОНЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ?

Когда речь идет о преступности, часто говорят об «отклоненном (от норм) поведении». Существует мнение, что преступное поведение является одной из форм отклоненного поведения. Эта мысль исходит из того, что помимо преступности существуют и другие формы отклоненного поведения .

Если преступность является частью более широкого понятия, то лучше начинать с этого понятия .

В повседневной жизни «отклоненное поведение» часто означает совсем обычные вещи, «различные выборы», разные образы действий в определенных ситуациях, часто без каких-либо отрицательных оценок. Социологическое понятие «отклоненное поведение» более сложное, оно выражает не только различия. В 1960-х годах американские социологи-исследователи попросили большого количества людей перечислять те человеческие типы, которые можно считать отклоненными.

Исследователь рассказывает:

«Как мы могли предсказать, ответы заключили в себе гомосексуалистов, проституток, наркоманов, радикалов и преступников. Но представлены были и обманщики, женщины, выбравшие профессиональную карьеру, демократы, безответственные водители, атеисты, верующие, жители пригородов, пенсионеры, молодые, игроки в карты, бородатые мужчины, художники, пацифисты, священники, лицемеры, хиппи, откровенные люди, накрашенные девушки, президент страны, консерваторы, противники расовой сегрегации, начальники, разведенные супруги, порочные лица, мотоциклисты, важничающие студенты, всезнающие профессора, современные люди и американцы»1 .

Исходя из этого мы все ненормальные. А как вообще определить отклоненное поведение?

НЕНОРМАЛЬНОСТЬ — НОРМАЛЬНОСТЬ

Один возможный подход к этой проблеме — исходить из противоположностей. Ведь противоположностью отклоненному поведению является нормальное поведение, нормальность. Однако, и при определении нормальности сталкиваемся с трудностями. Уместно задать вопрос, существует ли в обществе какое-либо взаимное согласие о том, что нормально и что ненормально? Действительно ли мы добились взаимопонимания о том, что следует запретить или по крайней мере порицать. Кто-то может считать туалет другого человека эротичным, другой — неприличным. Кто может определить границу, где эротизм превращается в бесстыдство?

На фоне понятия нормальности — понятие «норма». Это — основное понятие социологии и можно коротко определить следующим образом: норма представляет собой правило поведения создано общиной или обществом .

Норма не обязательно должна существовать в письменной форме, часто наиболее важными являются неписанные законы, т.н. неофициальные нормы .

Часто норма и то, и другое. Можно предполагать, что мы не выступаем публично нагишом, потому что боимся уголовных

- 12 последствий этого. Однако вероятно и то, что соблюдаем неофициальную норму поведения, по которой публичная нагота заслуживает порицания .

КОНТРОЛЬ НАД СОБЛЮДЕНИЕМ НОРМЫ: САНКЦИИ

Что превращает определенную норму поведения в такую, которую люди по крайней мере частично соблюдают? Другими словами: что превращает норму в настоящую норму? Здесь важна связь нормы с социальным контролем. Норма является нормой в собственном смысле слова, только когда человеческое общество контролирует соблюдение нормы. Центральным средством в осуществлении этого контроля являются санкции. Санкция является понятием, которое в просторечии часто только указывает на негативные последствия, на наказания. Однако, понятие «санкция» заключает в себе и негативные и позитивные последствия, как наказания, так и вознаграждения. Часто социологи высказывали мысль, по которой позитивные санкции, вознаграждения, выполняют функцию укрепления норм значительно более эффективно, чем одна лишь угроза наказания. Вспоминая свое детство, многие люди замечают, что вознаграждение разного типа, одна лишь улыбка или восхваление со стороны родителей, играло центральную роль в воспитании и обучении правилам поведения .

Характерно для норм, что они не возникают лишь на основе внешнего принуждения, угрозы негативных санкций. Например, правила внутреннего распорядка некоторых финских городов заключают в себе упоминание о том, что нельзя посвистать на публичных местах. Однако, этого запрета нельзя считать настоящей нормой, так как люди его не усвоили и его не соблюдают .

Возникновение нормы всегда предполагает своего рода внутреннее усвоение, изучение и одобрение нормы .

Если установленная норма (например, закон) не соответствует моральным понятиям данной культуры, она остается недействительной. Часто социологи ссылаются на опыт христианских миссионеров на островах Тихого океана. Миссионеры ужаснулись непринужденной наготе коренных жителей и отдали приказ, что все женщины отныне обязаны носить блузку. На следующий день они еще больше изумились, заметив, что все женское население правда слушалось нового приказа, но вырезали дырки в блузках, чтобы груди обязательно были бы видны. Нормы предполагают внутреннее усвоение .

Именно такое внутреннее усвоение норм является центральным содержанием человеческой социализации, вступления человека в общину и в общество в более широком смысле .

ОТНОСИТЕЛЬНОСТЬ ОТКЛОНЕННОГО ПОВЕДЕНИЯ

Мы теперь нашли возможность определения отклоненного поведения .

Отклоненное поведение — это несоблюдение нормы, отклоненный человек не соблюдает нормы. Конечно, здесь речь идет о всех возможных нормах. А это опять ведет нас к новым проблемам определения. Если обращаем внимание на свое повседневное поведение, замечаем, что нарушаем каждый день много различных норм в семье, на рабочем месте, в кругу знакомых. Это касается и норм, изданных в форме закона, например

- 13 правил уличного движения. Таким образом, мы все «отклоненные», даже каждый день. Конечно, можно возражать, что отклоненное поведение требует широкого нарушения норм, а именно самых важных норм. Однако, где граница и кто ее определяет? Как мы уже заметили, с точки зрения одного человека совсем приемлемое поведение может показаться другому бесстыдным .

А можно ли тогда определить отклоненное поведение на основе форм поведения: просто перечислить те формы поведения, которые являются отклоненными? Приводим один пример: убийство. Можно ли сказать, что убийство как форма поведения однозначно представляет собой отклоненное поведение? Нетрудно найти ситуации, в которых убийство является уважительной, даже нормальной, формой поведения. Такие ситуации, например, военное положение или самозащита, когда убийство является единственным выходом для сохранения собственной жизни. Отклоненное поведение, таким образом, связано с обстоятельствами. Одно и то же поведение может в некоторых условиях быть отклоненным, в других нормальным .

В просторечии отклоненное поведение чаще всего связывается с таким поведением, которое не совпадает с поведением основного населения. Отклоненных можно тогда рассматривать как своего рода меньшинства. В таком случае речь идет о статистических отклонениях. Однако, весьма сложно определить отклоненное поведение только на основе этого. Вряд ли можно сказать, что мужчины Финляндии являются отклоненными только потому, что составляют меньшинство населения по сравнению с женщинами. Выработка разных процентных определений не представляет собой легкую задачу в этом отношении. Каждого из нас можно на основе какого-то свойства или образа действия отнести к крайней части нормального населения, однако можно ли на основе этого считать нас отклоненными?

ПРЕДСТАВЛЯЕТ ЛИ СОБОЙ ГОМОСЕКСУАЛИЗМ

ОТКЛОНЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ?

Относительный характер отклоненного поведения и вышеизложенные сложности определения можно иллюстрировать примером. Гомосексуализм считается и по-прежнему в нашем обществе довольно часто отклоненным поведением, отклоненной от норм формой сексуального поведения. Традиционно люди исходят из мысли, что население общества можно четко разделить на две группы: на гетеросексуалистов и гомосексуалистов. Следующая фигура иллюстрирует этот образ мышления:

гетеросексуалисты гомосексуалисты

- 14 По этому образу мышления каждого человека можно однозначно разместить в этих ящиках. Иначе говоря, речь идет об обстановке типа «или — или». Определение было бы тогда весьма просто: отклоненными были бы те, которые относятся к правому ящику. Однако возникает проблема, кто относится к этому ящику. Научное изучение сексуального поведения человека серьезно ставило под вопрос достоверность всей фигуры .

В своих уже классических исследованиях сексуального поведения американский ученый Альфред Кинси доказал, что около 4-7 процентов американцев считают себя «полностью гомосексуалистами»2. Исследования показывают, что среди финского населения доля в процентах приблизительно такая же. Однако, как определить гомосексуализм: на основе собственного ощущения человека (человек чувствует себя гомосексуалистом) или на основе поведения человека (человек имеет такие контакты)? И сколько имеется «частичных» гомосексуалистов? Согласно Кинси 37 процентов мужского населения имело минимум один гомосексуальный контакт, приведший к оргазму. Если все эти люди являются гомосексуалистами, то тогда свыше одной трети населения состоит из гомосексуалистов. Если так, является ли гомосексуализм отклоненным поведением?

Кроме того было доказано, что человек может действовать гомосексуально в определенных ситуациях. Известно, что заключенные и обитатели других закрытых заведений могут в этих т.н. стесненных положениях вступить в гомосексуальные отношения, которые не обязательно продолжаются после отбывания срока в данном заведении .

Положение дел можно лучше иллюстрировать следующим образом:

Это явление похоже на бесконечную линию, которая направлена на «стопроцентный гетеросексуализм» и «стопроцентный гомосексуализм» (которые существуют только в области теории). Два лица никогда не расположены точно на том же месте на этой линии, в этом отношении каждый из нас — уникальная личность. По этому образу мышления имеется и «третья альтернатива», бисексуализм. Люди, относящиеся туда, расположены где-нибудь в середине линии. Таким образом, гомосексуализм как форма поведения не является явлением типа «или — или», а речь идет о положении типа «более — менее» .

- 15 Относительный характер отклоненного поведения наглядно выражается в реакциях на гомосексуализм, в санкционировании гомосексуализма. В древней Спарте гомосексуализм служил среди молодых мужчин идеалом, к которому сознательно и активно стремились. Гетеросексуализм считался лишь «необходимым злом». Многие индейские племена Северной Америки считали гомосексуалистов святыми людьми. В фашистской Германии гомосексуалисты были приговорены к смертной казни, и даже сегодня гомосексуализм объявлен наказуемым поведением во многих странах. В Финляндии гомосексуализм был легализован в 1971 г.3

ОТКЛОНЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ И КУЛЬТУРА: ЭСКИМОСЫ

Таким образом, можно сказать, что отклоненное поведение, его определение и контроль над ним, тесно связано с существующей культурой. Многие формы поведения, которые на наш взгляд безусловно ненормальные, являются совсем нормальными в других культурах. Терпимость разных культур относительно отклоненного поведения также значительно меняется .

Можно привести наглядный пример культурных различий с помощью сравнения представлений об отклоненном поведении среди эскимосов, индейского племени проживающего в Гренландии и арктическом районе Северной Америки, с западными, европейскими и американскими представлениями о таком поведении. Главный фактор, определяющий культуру эскимосов, — проблема физического выживания в суровых климатических условиях .

Исследователи заметили, что в общинах эскимосов можно найти два типа отклоненного поведения: «частные преступления» и «преступления против общества». Разница между ними основана на той угрозе, которую отклоненное поведение создает с точки зрения выживания общества. Эти представления об отклоненном поведении явно отличаются от западных взглядов .

Пожалуй, самым известным обычаем эскимосов является их традиция одобрять до известной степени внебрачные половые отношения. Однако важно заметить, что эти отношения являются т.н. нормальными только, если муж, «давший жену в долг», их одобряет. В другом случае они представляют собой отклоненное поведение, но «частного характера», которое необходимо решить среди участвующих сторон. Оскорбленный муж имеет право мстить и даже убивать соблазнителя жены. Право мести, однако, связано с таким существенным условием, что убийца обязан заботиться о вдове и детях жертвы .

В обществе эскимосов частные преступления становятся общественными, только если они угрожают существованию всей общины. Таким образом, если кто-то своими действиями причиняет, например, голод, то это считается таким же серьезным преступлением, как убийство в западной культуре .

Другим показательным примером является отношение эскимосов к краже, которая в западных странах, например в Финляндии, считается весьма серьезным преступлением. Эскимосы рассматривают создание запасов продуктов питания сверх собственных потребностей как форму кражи. Особенно серьезно они относятся к этой форме отклоненного поведения во время нехватки продовольствия. С другой стороны, кража в западном смысле слова не представляет собой настоящую кражу в обществе эскимосов. Если кто-то возьмет собственность другого человека, считается, что он, очевидно, нуждается в данном товаре и позже будет возвращать его

- 16 надлежащим образом. Такое расхождение во взглядах вызвало проблемы, когда эскимосская культура столкнулась с западной культурой4 .

ПСИХИЧЕСКИЕ БОЛЕЗНИ

И ОТКЛОНЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ

Душевнобольные, «сумасшедшие», всегда считались представителями отклоненное поведения. На самом деле психическая болезнь считалась именно заболеванием только за сравнительно короткий исторический период, около двухсот лет. До этого потерявшие рассудок были «бесноватыми», «разнузданными» или «меланхолическими» .

Также в определении душевной болезни сталкиваемся с проблемами: в этом отношении имеются разные подходы в разных культурах и среди разных психиатрических школ. Эта проблематика хорошо освещается в одном американском исследовании, автор которого поставил себе целью изучить прием в разных психиатрических больницах5. Восемь совершенно здоровых человек явились в отдел приема разных психиатрических больниц в разных районах США. Их анкетные данные были вполне подлинными, только из послужного списка каждого были удалены все сведения о том, что каждый имел профессиональную подготовку психолога. После прихода в отдел приема они все рассказали, что «слышат звуки» .

Всем был поставлен диагноз шизофрении и они были приняты в больницу. Сразу после приема все начали держаться вполне нормально. Но персонал не мог изобличить ни одного из них в обмане, хотя другие пациенты заметили явную поддельность их поведения. Все участники эксперимента делали вполне открыто и регулярно записи о своем опыте. Персонал истолковал даже это поведение как типичную черту и доказательство их больного, патологического состояния. Срок их пребывания в больнице продлился с семи до пятидесяти двух суток. В заключение каждый выписался из больницы с диагнозом «временного излечения шизофрении» .

Этот пример показывает, что научная (например, психиатрическая) классификации отклоненного поведения не всегда дает более достоверных результатов, чем повседневное определение этого поведения. И в тех и в других случаях определение сильно связано с данной культурой и эпохой. В бывшем Советском Союзе иногда был поставлен диагноз «скрытой шизофрении». Западные психиатры рассматривали такой диагноз как весьма сомнительный и даже как психиатрическое средство создано для политической борьбы .

Когда классификация и диагностика отклоненного поведения еще были слаборазвитыми, категория «сумасшедшего» служила общим объяснением почти любого отклоненного поведения. Финская традиция «деревенского сумасшедшего»6 является хорошим примером в этом отношении. Рассматривая традицию финских деревенских сумасшедших с точки зрения сегодняшнего дня, можно среди этих людей найти душевнобольных, инвалидов, представителей сексуальных меньшинств и совсем обыкновенных, может быть в каком-то отношении немного более оригинальных людей. Несмотря на свою ненормальную репутацию, такие люди часто играли позитивную роль в своем поселке7 .

- 17 В итоге можно сказать, что почти невозможно найти общепризнанного и точного определения отклоненного поведения. Отклоненное от норм поведение определяется человеческим обществом по-разному в каждом данном моменте истории. Другими словами, то, что считается отклоненным поведением, зависит от договоренности между людьми. Существуют весьма большие разницы между разными культурами по определению отклоненного поведения и его возможному санкционированию. В разных периодах истории отношение к разным формам отклоненного поведения было весьма различное. То, что вчера считалось «святым», может сегодня оказываться «предосудительным», и наоборот .

Если общее определение отклоненного поведения весьма сложно, то легче ли нам определить более ограниченную форму такого поведения — преступность?

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Simmons, Jerry L.: Deviants. Berkeley 1969, стр. 3 .

2. Kinsey, А.С., Pomеroy, W.В. & Martin, С.Е.: Sexual Behavior in the Human Male. Philadelphia 1948. Методы отбора, примененные в исследованиях Кинси, подвергались критике в последнее время. Это, однако, существенно не влияет на основной вопрос .

3. Оценки гомосексуализма и его причин изменились весьма быстро .

Еще в 1960-х годах гомосексуализм был наказуемым поведением в Финляндии. Потом он некоторое время рассматривался главным образом как заболевание. По нынешнему подходу он представляет собой приблизительно такое же свойство, как леворукость, рыжие волосы и т.д. Исследования также показали, что точной и однозначной причины гомосексуализма просто нет — он не зависит от гормонов, генов или проблематичного отношения к матери или отцу в детстве. Самые радикальные, в т.ч. феминистские интерпретации в настоящее время даже исходят из того, что речь идет о сознательном выборе данного человека .

4. См. Наgаn, John: Modern Criminology. Crime, Criminal Behavior and Its Control. New York 1985, стр. 6-8 .

5. Rosenbaum, David: On Being Sane in an Insane Place. Science No. 179, 1973 .

6. «Деревенский сумасшедший», который по легенде существовал в каждой финской деревне, является широко освещенной темой в финской литературе и культуре. Имеется в виду человек, каким-то образом отличающийся от других жителей деревни. (Прим. пер.)

7. См. Laaksonen, Pekka & Peila, Ulla & Lahti, Pirkko (toim.): Hullun kirjoissa. Nkkulmia suomalaiseen kylhulluuteen (Считаться сумасшедшим. Аспекты на финское деревенское сумасшествие). SKS. Jyvskyl 1990 .

- 18

<

3. ЧТО ТАКОЕ ПРЕСТУПНОСТЬ?

Когда упоминается слово «преступник» или «преступность», у нас сразу возникают определенные ассоциации. Еще в детстве мы усвоили, например, через комикс вещи, которые мы считаем принадлежащим к этому явлению .

Когда детей просят нарисовать картину преступника, там часто повторяются известные типичные черты, как например рубцы, татуировки, одежда заключенного, нож и т.д. Иначе говоря, мы имеем грубое, зачастую эмоциональное представление о преступниках и преступности. Часто этот образ еще весьма персонифицирован: преступники — это именно «крупные преступники», получившие большое паблисити в средствах массовой информации .

Так что каким образом надо искать научного определения преступности? Сталкиваемся ли мы и здесь с такими же проблемами, как при определении отклоненного поведения? Один возможный подход — изучать разные преступления и разных преступников и посмотреть, можно ли обнаруживать какие-то общие элементы для разработки определения.

Вот группа преступников:

1. Бывший лесник, переехавший из восточной Финляндии в Хельсинки, виновный в совершении множества преступлений, в т.ч. грубых краж, одного тяжелого телесного повреждения и пьянства за рулем. Он сидел в тюрьме уже четыре раза и имеет серьезные проблемы с злоупотреблением спиртными напитками .

2. Чиновник, состоящий на службе в администрации довольно крупного финского города и виновный в взяточничестве в связи с большими подрядами на постройку и другими городскими заказами. Приговорен к безусловному тюремному заключению .

3. Американский руководитель мафии Сэм Джианкана, имевший в 1960х годах тесные контакты даже с правящей верхушкой Соединенных Штатов .

4. Директор производства финской бумажной фабрики, сознательно разрешивший нарушения установленных норм сброса загрязняющих веществ и усиливший таким образом эвтрофикацию близлежащего водоема .

5. Финский эстрадный певец, повторно виновный в езде с недозволенной скоростью и неоднократно приговорен к штрафу и временному лишению водительских прав .

6. Итальянский террорист, взорвавший вместе со своими товарищами бомбу на железнодорожном вокзале. Результат — десятки умерших и раненных. Их цель — создать хаос в обществе и таким образом открыть путь к установлению фашистского режима .

7. Работник финской биржевой фирмы, использовавший полученную на работе информацию в личных биржевых операциях и таким образом виновный в т.н. преступлении интимного круга .

- 19 Увлеченный компьютерами финский мальчик, которому удалось через свой компьютер проникать в центральную ЭВМ одного государственного учреждения и таким образом является виновным в незаконных действиях с компьютерами .

Уже поверхностное рассмотрение вышеизложенных восьми типов преступников показывает, что довольно трудно найти для них общие характерные признаки. Иногда была высказана мысль, что на фоне преступности всегда можно найти один объединяющий фактор, даже одну определенную причину .

В качестве такого фактора была названа, например, бедность. Однако, бедность плохо подходит к многим вышеизложенным типам. Так обстоит дело и с алкоголизмом .

И все-таки есть один фактор, который объединяет всех этих людей .

Каждый из них является виновным в совершении действия, которое по уголовному (или другому) законодательству данной страны считается запрещенным или наказуемым. Действие противозаконное. Общим фактором, таким образом, является уголовный кодекс .

Итак, мы можем предлагать одно возможное определение преступления и преступности: преступление — это умышленное действие, которое по уголовному или другому законодательству является наказуемым и дает государству право наказания. Такое определение преступности называется легальным, поскольку преступность определяется исходя из уголовного закона .

В этом отношении можно парадоксально сказать, что уголовный закон является единственной всеобъемлющей причиной преступности. Дело в том, что мы можем теоретически мыслить, что отменили бы завтра уголовный закон .

Тогда у нас вообще не было бы никаких преступлений и никакой преступности, раз уголовный закон определяет, какие деяния преступные. Следовательно, он также «создает» преступность .

Уголовный закон на самом деле применяется вышеизложенным образом. Он постоянно живет и меняется. Из него устраняются действия, которые становятся легальными (например, гомосексуальное поведение), и к нему добавляются действия, которые становятся нелегальными (например, биржевые операции интимного круга) .

Легальное определение преступности можно и критиковать. Дело в том, что такое определение преступности систематически игнорирует всякую деятельность, которая находится на краю законодательства, на рубеже недозволенного и дозволенного. Например, вполне возможно, что неэтичная хозяйственная деятельность или загрязнение окружающей среды в определенных обстоятельствах являются легальными действиями по существующему законодательству, хотя они предосудительные с моральной точки зрения .

Если, например, проституция не является запрещенной в уголовном законе, то по легальному определению она не может стать темой криминологических исследований. Легальное определение также исходит из той мысли, что существует простое и ясное согласие в обществе о том, какие действия необходимо запрещать, какие разрешать. Однако, обычно не так. Вопросы легализации и криминализации часто являются также политическими вопросами: здесь интересы различных социальных групп общества могут даже резко сталкиваться. Действия, которые по мнению одного гражданина представляют собой «ценную хозяйственную деятельность», могут по мнению другого казаться «беззастенчивой преступностью» .

- 20 Обыкновенные граждане, а к сожалению иногда также криминологи, слишком часто рассматривают преступность только как т.н. традиционную преступность. Тогда учитываются только знакомые формы преступлений против собственности и личности. Труднее воспринимать, например, использование информации интимного круга биржи как преступление. Преступность также слишком часто рассматривается лишь как индивидуальная деятельность с одним виновником и одной жертвой. Тогда игнорируется противозаконная деятельность предприятий и других организаций1 .

ВСЕ ЛИ МЫ ПРЕСТУПНИКИ?

Если определение преступности связывается с уголовным законом и его нарушением, то из этого логично следует, что все нарушения являются преступлениями и все нарушители преступниками. Тогда мы все можем задать себе вопрос, кто из нас никогда не был виновным в деянии, определенном в законодательстве страны как наказуемом. Вряд ли кто-то из читателей может ответить, что «никогда». Возможно, что мы провиняемся в совершении наказуемых деяний даже каждый день: едем с недозволенной скоростью или нарушаем другие правила дорожного движения, обманываем немного, когда заполняем налоговую декларацию, «берем» немного писчей бумаги домой с работы, может быть, в молодости мы были виновными в мелкой краже или бесчинстве. Или возможно, что мы в каком-то периоде жизни даже ударили другого человека. Очевидно, что каждый из нас в течение своей жизни был виновным во многих преступлениях, хотя вероятно никогда не попался и был наказан .

Точно говоря, мы все, таким образом, преступники. Это очень важное наблюдение для понимания преступности. В обычном мышлении преступность часто воспринимается как индивидуальное свойство, на основе которого можно разделить людей на две группы: на группу преступников и группу непреступников, «порядочных граждан». Но таким же образом, как по вопросу о гомосексуализме, также здесь мы не имеем дела с явлением «или — или», а с явлением «более — менее».

Преступность — не свойство индивидуальное:

это не болезнь, патологическое состояние, на основе которого было бы возможно отделить «класс» преступников от общества и принимать необходимые меры .

Например, иногда говорят, что все преступники страдают от дефекта характера, расстройства личности. Однако, уже рассмотрение восьми вышеназванных преступников указывает на то, что дело вряд ли обстоит так. Это не означает, что среди преступников не было бы даже много лиц с дефектами характера, но эти, или другие индивидуальные свойства, не могут служить общим фактором, объясняющим преступность .

Преступность определяется законодательством общества. В Финляндии парламент решает, кто преступник. Ведь нетрудно представить себе, что какое-то сегодня вполне уважательное и общепринятое действие вдруг стало бы нелегальным. Это могло бы произойти, например, с кофепитием. Поскольку можно доказать, что кофе бесспорно является наркотическим веществом, вредным для здоровья, то можно было бы запретить его питие, хранение, изготовление и импорт2. Тем не менее, можно предполагать, что многие «порядочные граждане» продолжали бы пить кофе и после

- 21 вступления в силу закона. Однако невероятно, что они все с этого дня вдруг стали бы «дефективными» или что они все имели бы какие-то совместные индивидуальные (патологические) свойства .

СКРЫТАЯ И ЯВНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ

Если мы рассматриваем свою личную «уголовную историю», обнаруживаем тот факт, что риск попасться очень маленький. Мы можем каждый день ехать с недозволенной скоростью, но вероятно будем обнаружены раз в год. А это зависит от многих обстоятельств. Иногда общество контролирует данную деятельность настолько слабо и редко, что риск попасться очень случайный. Иногда разоблачение преступления предполагает заявление со стороны жертвы преступления, а часто бывает, что последний по какой-то причине такого не сделает. Некоторые преступления не связаны с отдельной жертвой, поэтому никто не заметит, что преступление вообще имело место .

Тем не менее, говоря о преступности, мы обычно имеем в виду уже раскрытые преступления. Однако, это только часть преступности — обычно даже очень маленькая часть.

Это обстоятельство иллюстрирует следующая фигура:

СКРЫТАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ + ЯВНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ = ФАКТИЧЕСКАЯ

ПРЕСТУПНОСТЬ

Преступность в целом, фактическая преступность, напоминает айсберг, состоящий из двух частей. На поверхности воды находится маленькая вершина, явная преступность. Главная часть преступности остается «под водой» — речь идет о скрытой преступности. Уровень «поверхности воды», правда, меняется по разным видам преступности. Например, преступления против жизни, умышленные убийства и убийства без заранее обдуманного намерения разоблачаются (но не обязательно раскрываются полицией) почти на сто процентов в Финляндии, так что тогда главная часть айсберга находится на поверхности воды. Но относительно многих других видов преступности вершина айсберга действительно очень маленькая .

- 22 Это обстоятельство создает проблемы и для научного изучения преступности. Ведь преступность часто весьма тайная деятельность, о которой трудно получить знания. Поэтому в научных исследованиях часто приходится ограничиваться только изучением явной преступности. Например, в большинстве стран уголовная статистика составляется только на основе полученной полицией информации о преступлениях .

Но давайте подумаем, что изучаем семейное насилие, случаи насилия и жестокого обращения, имеющего место в семейных условиях. Если мы вынуждены были прибегать лишь к случаям, доведенным до сведения полиции, то результаты нашего исследования были бы наверняка путающими. Во всяком случае мы не могли бы утвердить, что результаты дали бы надежную информацию о всех случаях насилия в семьях. Общеизвестно, что только ничтожная часть из них разоблачается, доходит до сведения полиции и приводит к преследованиям. Сейчас мы не знаем, являются ли разоблаченные дела и в них виновные лица по своим признакам такими же, как во всех действительных случаях семейного насилия. Является ли, например, социально-экономическое положение преступников и жертв в явных случаях таким же, как в действительных случаях в целом? Ведь было предположено, что более состоятельные семьи имеют более широкие возможности решить такие конфликтные случаи без вмешательства полиции. На жаргоне социологов можно выразить дело так, что явная преступность обычно не представляет собой представительную выборку из действительной преступности .

С подобными проблемами мы сталкиваемся, когда изучаем изменения развития преступности, например ее количественный рост. Если дошедшая до сведения полиции преступность выросла, это не обязательно означает, что преступность вообще выросла. Изменения развития разоблаченной преступности могут вытекать из многих других факторов — не обязательно из изменений развития всей фактической преступности. К этим факторам вернемся в 6-й главе книги .

ОПРЕДЕЛЕНИЕ СЕРЬЕЗНОСТИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

На утверждение о том, что «мы все преступники», можно, конечно, возразить, что в определении преступности необходимо учитывать и серьезность данного преступления. Говорят, что мы все, правда, можем нарушать какие-то правила, но настоящие «негодяи» совершают серьезные преступления. Однако, проблема состоит как раз в определении того, что более серьезно и что менее. В уголовном законе это определяется с помощью наказаний. Чем более строгое наказание, тем более серьезное преступление. Наказание выражает уровень предосудительности данного деяния в обществе. Тогда законодатель, парламент данной страны, вынужден провести такую «классификацию серьезности». Это, однако, сложная задача, особенно в современных условиях, когда общество и вместе с ним преступность стали гораздо более многообразными и запутанными явлениями, чем раньше.

В какой последовательный порядок по отношению к наказанию надо привести, например, следующие преступления:

- 23 Тяжкое причинение опасного положения в дорожном движении, вследствие которого погибли два человека .

2. Квалифицированная кража (преступник вломился в закрытый склад, взял четыре видеомагнитофона и продал их дальше) .

3. Налоговый обман, т.е. утаивание доходов, облагаемых налогом, вследствие которого преступник украл от общества около одного миллиона марок налоговых доходов .

4. Тяжелое телесное повреждение (преступник в состоянии опьянения жестоко обращался с женой, что привело к пролому черепа и 30-процентной инвалидности) .

Если люди вынуждены были привести вышеназванные преступления в последовательный порядок относительно серьезности этих преступлений, то вполне возможно, что достижение единодушия оказалось бы не так уж легко .

Также возможно, что порядок сильно отличался от нынешнего уголовного закона .

Показательным примером является проведенное в г. Балтимор (США) исследование. Исследователи попросили людей привести 140 разных преступлений в порядок по серьезности преступления3. Исследование показало, что относительное единодушие по этому вопросу действительно существует, отклонения остались довольно незначительными. Проблема, однако, состоит в том, можно ли использовать такую «народную» классификацию в разработке законодательства и определении наказаний.

Исследование показало, что, по мнению американской публики, десять самых серьезных преступлений были:

1. Умышленное убийство полицейского .

2. Умышленное убийство другого лица за вознаграждение .

3. Продажа героина .

4. Насильственное изнасилование после вторжения домой .

5. Убийство полицейского без заранее обдуманного намерения .

6. Умышленное убийство супруга или супруги .

7. Умышленное убийство знакомого .

8. Захват самолета .

9. Вооруженное ограбление банка .

10. Продажа наркотика ЛСД .

Уже на первый взгляд этот список вызывает много вопросов. Является ли продажа героина действительно более серьезным преступлением, чем даже умышленное преступление против жизни? Действительно ли ограбление банка более серьезное преступление, чем убийства и другие преступления против личности? Например, на 15. месте в списке имеется «предательское убийство представителя государственной власти». Балтиморская публика также считает, что одно лишь употребление героина является более серьезным преступлением, чем убийство другого лица в ресторане. Исследование видимо отражает те ограниченные представления по вопросам преступности, которые существуют среди публики и, как правило, сложились на основе т.н .

массового развлечения. Только наличие слова «героин» ведет к тому, что данное преступление без более глубокого сравнения с другими преступлениями повышается на высокое место в классификации .

- 24 Приведенный в предыдущей главе пример из культуры эскимосов показывает, как оценки серьезности преступлений значительно отличаются друг от друга в разных культурах. Так же обстоит дело в разных периодах истории .

Возможно, что действие, которое еще сто лет тому назад привело к смертной казни, сегодня рассматривается как весьма незначительный проступок, если это действие не полностью легализовано4 .

ПРЕСТУПНОСТЬ И ОБЩЕСТВЕННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ

Уголовный закон и преступность не являются постоянными явлениями, они связаны с общественным развитием. Перспектива одного отдельного человека настолько короткая, что возможно рассмотреть эти явления как вечные и не заметить изменений. Тем не менее, разные общества могли веками жить, например, без централизованного государственного уголовного кодекса .

Один из ранних социологов Фердинанд Тэннийс представил в 1880-е годы позицию, по которой западные общества развиваются от организма типа Gemeinschaft (община) к организму типа Gesellschaft (общество)5. Первые были простыми, коллективными, относительно гомогенными и существовали без развитого разделения труда. Характерно для них было и широкое взаимопонимание о нормах. Исполнителями социального контроля служили семья, род и соответствующие ближайшие коллективы. Контроль был неофициальным и основывался на народных обычаях и нравственных правилах. Формально установленных уголовных законов не было .

Общества развиваются все больше в направлении организмов типа Gesellschaft. Они становятся все более сложными, индивидуалистическими и гетерогенными. Они имеют высокоразвитое разделение труда, они весьма секуляризированные: традиционные ценности и поверья теряют свое значение .

Традиционные ближайшие коллективы все больше теряют функцию исполнителя социального контроля. Для осуществления этого контроля требуется поэтому официальное законодательство, за исполнение которого отвечает бюрократическое государственное управление. Консенсус, т.е. взаимопонимание о нормах и их оправдании, слабеет постоянно. Сложный общественный организм все больше вынужден полагаться на уголовное и другое законодательство. Ясно, что некоторые нравственные правила («не убий») сохраняются наряду с законодательством, но вообще официальные нормы все больше распространяются и проникают в новые области жизни. Именно этот факт имеется в виду, когда сегодня говорят о том, что «государство уже проникает в наши спальные комнаты» .

Цель законодательства — изменить поведение людей и общество в желаемом направлении. Однако, уголовный закон не всегда является эффективным средством исполнении социального контроля. Хорошим примером в этом отношении служит сухой закон 1920-х и 1930-х годов в Соединенных Штатах и Финляндии, результаты которого были сходными в обеих странах .

Официальная цель сухого закона состояла в том, чтобы предотвратить злоупотребление алкогольными напитками и таким образом решить многие социальные проблемы, вытекающие из

- 25 употребления этих напитков. А иначе получилось. Сухой закон привел к увеличению коррупции и ослаблению авторитета законодательства. Закон создал колоссальный рынок для незаконных производителей и огромные возможности для контрабандистов извлечь громадные прибыли. Было сказано, что именно во время сухого закона относительно слабые и территориально ограниченные американские группы гангстеров стали крупными преступными синдикатами на национальном уровне. В то же время закон морально разложил американскую полицию изнутри — последствия чувствуются еще сегодня. Уголовное и другое законодательство всегда представляет собой позднюю реакцию на общественные проблемы. Когда общество — и тем самым преступность — меняется, законодательство старается отвечать на новые проблемы .

А какие перемены происходят, как меняется преступность? В научных дискуссиях социологов по процессам изменения в современном обществе часто употребляются такие понятия, как «общество постмодернизма», «общество постфордизма» или «общество рисков». Возникает вопрос о роли и развитии преступности по отношению к этим понятиям. Трудно найти ответы, научных исследований пока мало .

Даже среди криминологов господствовало весьма традиционное представление о преступности (это в основном кражи, убийства и т.д.). Кроме того, криминологи долго рассматривали преступность как постоянное явление с только количественными переменами. В оправдание данного мышления можно, правда, сказать, что по крайней мере в Финляндии часть преступности и преступников действительно была одного определенного типа много десятилетий, даже веками. Например, финские тюрьмы в нашем веке в основном заполнились одинокими мужчинами, отстраненными от общества и часто злоупотребляющими спиртными напитками. Также их преступления одинаковые. Правда, можно заметить временные изменения в этой группе .

Следующая классификация основана на изменениях среди клиентов финской

Ассоциации по делам испытания и последующего ухода в 1980-х годах6:

1. «Герои труда». Эта группа состоит из пожилых мужчин имеющих даже широкий опыт работы и квалификацию. В их жизни работа представляет собой все, а свободное время лишь «мешает» труду. Жизненные ценности в основном получены от родителей. Если применять идею американского социолога Давид Рисмана, то можно говорить о «типе, управленном традицией»7. Этот тип на практике уже вымерший .

2. «Бродяги». Эта группа — наследники традиционных финских сплавщиков, лесорубов и других скитальцев. Они способны к труду, однако работают сезонно. Их проблема — приспособление к индустриальному ритму капиталистического производства, требующему точного соблюдения правил трудового режима и рабочего времени, ограничения личной самостоятельности. Они говорят: «Я не пойду работать на конвейере». Здесь можно говорить о «самоуправляющемся типе». Их можно считать «видом, находящимся под угрозой» .

3. «Молодые мятежники». Эта группа почти не имеет никакого опыта работы и никакой квалификации. Труд уже не играет ту роль в жизни, как у других. Отношение к нему имеет второстепенное значение, он необходимый только

- 26 для потребления. Значение родителей является ограниченным в первоначальной социализации. Поэтому растет значение приятелей. Наряду с алкогольными напитками употребляются наркотики и успокаивающие и пр. средства .

Этот тип — «управляемый другими» .

По всей вероятности, финские тюрьмы и впредь будут оставаться местами именно этих трех групп традиционных преступников. По некоторым прогнозам структурные изменения в обществе приведут к даже сильному росту именно категории отстраненных разным образом от общества людей, особенно в крупных городах .

Характер и количество преступлений всегда связаны с возможностями совершить преступления. Нетрудно и без развитой теории понять, почему конокрадов сегодня нет, а количество воров машин растет год за годом8. Количество преступлений также связано с уголовным законом: чем больше деяний противозаконные, тем больше имеется преступности в обществе. Криминализация новых деяний создает новые виды преступности .

Как пример нового вида преступности можно назвать преступность, связанную с экологическими вопросами и с компьютерами. Эти виды преступности создают почти непреодолимые препятствия в работе уголовноправовой системы, в т.ч. полиции .

Лицо, совершающее преступления на компьютере, не гуляет в пьяном состоянии на улице, где было бы легко убрать его на хранение. Квалификация и ресурсы полиции не хватают на раскрытие преступлений, связанных с окружающей средой, особенно когда даже специалисты естественных наук не единодушны о том, что происходит. Тот факт, что экологические преступления не встречаются в статистике и экологических преступников нет в тюрьмах, не обязательно свидетельствует о том, что преступности такого типа нет. Здесь мы имеем дело с проблемой уголовной контрольной системы, которая еще сегодня в первую очередь обращает внимание на традиционную преступность .

Угрозы преступности нового типа, однако, серьезные. «Страстный убийца» может убить максимум несколько десятков человек. Экологическое преступление, совершенное в атомной электростанции или химической промышленности, может косвенно привести к смерти многих тысяч человек. Совершенное на компьютере преступление, которое кажется довольно безобидным (например, «вирус ЭВМ»), может привести к парализованию воздушного сообщения или банковских операций на много недель9 .

Основной вопрос следующий: будет ли общество меняться настолько быстро, что социальный контроль, основанный на централизованном государственном уголовном законе, станет невозможным, раз этот контроль всегда отстает в развитии? Будут ли уважение к уголовному законодательству и его легитимный характер пропадать, когда уголовное законодательство постоянно растет и осложняется? На эти вопросы получим ответ в ходе следующих десятилетий .

- 27 ПРИМЕЧАНИЯ

1. Также криминологические исследования и учебники часто были виновными в совершении таких ошибок. В последнее время, однако, определение преступлений стало и в них расширяться. Объектами рассмотрения стали профессиональная и организованная преступность, преступления, совершенные предприятиями и организациями, политическая преступность и т.д. См .

напр. Наgаn, Frank Е: Introduction to Criminology. Theories, Methods and Criminal Behavior. Chicago 1990 .

2. Кофепитие было преступным действием как в России, так и ШвецииФинляндии в XVII и XVIII веках .

3. См. Наgаn, John: Modern Criminology. Crime, Criminal Behavior and Its Control. New York 1985, стр. 53-57 .

4. Уже в структуре уголовного кодекса Финляндии, принятого около ста лет тому назад и являющегося сегодня объектом обновления, выражаются определенные взгляды по вопросу о серьезности различных преступлений .

Сначала — в качестве самых тяжких — упоминаются преступления против Бога, потом преступления против правителя и властей, и только после этого другие преступления .

5. Tnnies, Ferdinand: Comminity and Society. New York 1963. См. также Eskola, Antti: Vuorovaikutus, muutos, merkitys (Взаимодействие, изменение, значение). Helsinki 1982, стр. 134-138 .

6. Laine, Matti: Rosvosta kunnon kansalaiseksi? Rikollisen resosialisaation mahdollisuuksia. Vankeinhoidon koulutuskeskuksen julkaisuja (От разбойника к порядочному гражданину? О возможностях ресоциализации преступника .

Серия публикаций Центра обучения тюремных служащих) 4/1988. Helsinki, стр. 28 .

7. Относительно Рисмана см. Ескола: цит. пр., стр. 154-156 .

8. Однако, в Ирландии в последние годы стал среди молодежи модным новый вид преступности, «недозволенное взятие лошади» .

9. Новым видом преступности является продажа и сбыт опасных продуктов. Один из самых известных примеров этого — случай марки автомобиля «Пинто» фирмы «Форд». Уже испытания самой фирмы «Форд» в 1970-х годах показали, что данная марка опасная: в определенных авариях ее бензобак чрезвычайно взрывчатый. Несмотря на много сотен погибших и ушибленных в 1970-х годах, машина «Форд Пинто» не была выведена из употребления, потому что по расчетам фирмы более «выгодно» было отвечать на возможные требования возмещения, чем вывести 12,5 миллионов машин «Пинто» из употребления и сделать необходимые структурные изменения .

Федеральные власти США приняли такое решение наконец в 1978 году. В этом же году прокурор штата Индиана возбудил судебное преследование против фирмы «Форд», которую обвиняли в убийстве, после того как четыре человека погибли в пожаре данной машины. Хотя обвинение было отвергнуто судом, этот случай привел к изменению образа мышления: также предприятия и организации могут быть преступниками. См. Наgаn, Frank Е.: Introduction to Criminology. Theories, Methods and Criminal Behavior. Chicago 1990, стр. 387- 388 .

- 29

<

4. НАУЧНОЕ ПОНИМАНИЕ ПРЕСТУПНОСТИ

В зависимости от своей роли в обществе люди часто имеют совсем разное отношение к преступности. Жертва преступления прежде всего интересуется тем, кто будет возмещать причиненный преступлением ущерб. Иногда у жертвы возникают психические проблемы из-за преступления: поэтому понятно, что взгляд жертвы на преступление часто носит весьма эмоциональный характер. Полицейский часто рассматривает преступность с чисто количественной точки зрения: много работы требуют прежде всего преступления против собственности, нарушения правил уличного движения и трудно раскрываемые преступления. Для социального работника тюрьмы преступность прежде всего показывается как отчаянные действия одиноких, отстраненных от общества мужчин, злоупотребляющих спиртным. Среди широкой общественности представления о преступности часто создаются на основе преступлений, получивших большое паблисити в бульварной печати .

Научный анализ преступности сталкивается с проблемой того же типа .

Имеются разные перспективы на преступность, разные «наблюдательные пункты», откуда можно смотреть на это явление. На самом деле можно сказать, что невозможно видеть преступность в целом, полностью, а всегда какая-то ее часть остается в укрытии. Вот главная причина того, что существует множество весьма различных научных теорий о преступности. Вопрос рассматривается с различных точек зрения .

В целях научного понимания преступности можно задавать во всяком случае три разных основных вопроса. Одного единственного ответа на эти вопросы нет, потому что речь идет о вопросах разного уровня .

ТРИ УРОВНЯ АНАЛИЗА ПРЕСТУПНОСТИ

Как мы отметили уже в начале настоящей книги, разные общественные формации во все времена старались воздействовать на преступность, уничтожить и устранить данное вредное явление, причиняющее всевозможное страдание. Однако, преступность никогда не исчезла, во всех общественных формациях имели место действия, которые были законодательством или другим образом негативно санкционированы. Некоторые считают, что преступность даже растет с развитием общества. Почему кто-то вообще занимается деятельностью, нарушающей установленные обществом нормы? Имеется ли какая-то общая причина преступности?

Поскольку преступность является широко распространенным и всегда существовавшим общественным явлением, то заключает ли она в себе какието качества, поддерживающие жизнеспособность общества? Другими словами: может быть, поиск «причины преступности» основан на неправильно заданном вопросе? Для сравнения: во всех общественных формациях существовало такое общественное явление как брак. Мы, однако, очень редко задаем вопрос о причинах брака. Вместо того спрашиваем, какие общественные функции выполняет брак. Значит, брак

- 30 является общественным институтом. Когда рассматриваем преступность на общем всеобъемлющем уровне, мы изучаем преступность как общественный институт .

Второй уровень. В кругу наших знакомых может быть семья, в которой один из детей постоянно совершает преступления и отбывает наказания за это. В то же время другие дети той же семьи очень порядочные и преуспевают в жизни даже лучше среднего. Часто криминологи рассуждали, что здесь у нас единственный и главный объект научного исследования: почему Саша Иванов стал разбойником, а Коля Иванов авторитетным гражданином с высшим образованием? Такая постановка вопроса действительно играла важную роль в истории криминологии. Идея очень простая: если сравнивать личную историю «преступников» с личной историей «порядочных граждан», можно разъяснить причину становления преступника. Тогда криминологи часто обращали внимание на генетические и психические качества, условия воспитания, социальную обстановку и т.д. Многие криминологические теории ставят себе целью раскрыть вопрос т.н. индивидуального отбора, а именно почему некоторые индивиды намного больше других провиняются в совершении преступных действий .

Объект исследования индивидуального отбора в последние десятилетия расширялся в связи с тем, что криминологи все больше стали заниматься изучением также жертв преступлений, их отбора. Этот сектор криминологии называется виктимологией, исследованием жертв (от англ. victim, жертва) .

Есть еще третий уровень. Криминологические исследования показали, что имеются значительные временные и локальные отклонения в развитии преступности. В качестве примера можно привести преступления против личности, особенно против жизни, в районе Похьянмаа в средней Финляндии .

В течение одного века, с конца XVIII до конца XIX веков, количество преступлений против жизни в данном районе значительно, даже многократно, превышало соответствующее количество преступлений в других районах Финляндии. Речь идет об эпохе т.н. поножовщиков. Сегодня район Похьянмаа является по многим показателям, а также по количеству преступлений против жизни, самым спокойным районом Финляндии (мы вернемся к этой теме в следующей главе) .

Исследования также показали, что несмотря на бурную урбанизацию преступность Японии не росла таким же образом, как, например, в США и Европе, а осталась на весьма низком уровне даже в крупных городах. Откуда вытекают такие вариации? Что обусловливает временные и локальные отклонения в развитии преступности?

На вопросы, заданные на этих трех разных уровнях криминологических исследований, нет одного и единственного ответа. Речь идет о разных перспективах и разной научной логике1. Тем не менее, в повседневной жизни люди часто делают всякие обобщения, когда они хотят объяснить преступность «полностью». Иногда говорят, что преступность всегда зависит от недостаточного чувства собственного достоинства или от материальной нищеты. Хотя такие факторы в отдельных случаях могут играть определенную роль в объяснении индивидуального отбора, они не имеют всеобъемлющего характера и не позволяют полностью объяснить преступности или другого отклоненного от норм поведения. Требуется более дифференцированный, научный подход .

- 31 Конечно, можно сказать, что индивидуальные факторы играют центральную роль в преступлениях определенного типа и что количественные отклонения связаны с ними. Американская криминология знает тип преступления, который называется серийным убийством (serial murder). Под этим обычно подразумевается множество следующих подряд с определенным интервалом преступлений против жизни без какого-либо непосредственного внешнего мотива. Ясно, что не любой человек превращается в такого «страстного убийцу», а на фоне индивидуального отбора имеются серьезные личные психические проблемы, даже когда они не заметные во внешнем поведении данного человека в целом. Совсем другой вопрос состоит в том, почему преступность такого типа видимо так широко распространилась именно в Соединенных Штатах2. А это трудно объяснить только факторами индивидуального отбора .

ВОЗНИКНОВЕНИЕ КРИМИНОЛОГИИ

Возникновение криминологии тесно связано с общим развитием наук, с научной революцией XIX века. Именно в прошлом веке началось сильное развитие как естественных, так и общественных наук. Многим специальным дисциплинам было положено начало, среди них научному учению о развитии преступности, криминологии .

Возникновение криминологии также связано с развитием самой преступности. Многие историки и другие исследователи считают, что только в конце XVIII века общество стало опознавать преступность как отдельную проблему и относиться к ней соответствующим образом. Раньше никто не отличил преступности от душевных болезней, инвалидности и других форм отклоненного поведения — эти группы людей часто хранились в тех же заведениях. Только в начале XIX века возникли отдельные специфичные заведения, выполняющие разные функции. Можно сказать, что тогда вообще возникло современное заведение. Возникли тюрьмы, психиатрические больницы, фабрики, казармы и школы в их современном смысле3. Обоснованно можно сказать, что возникновение специальных научных дисциплин, практикованных в этих заведениях, тесно связано с возникновением этих самых заведений. Вернемся к этой теме в 7-й главе этой книги .

Возникновение криминологии часто рассматривалось в тесной связи с развитием в конце XVIII века юридического и философского мышления по вопросам уголовного права и наказаний. В области криминологии и уголовного права часто говорят о т.н. классической школе. Так как мышление этой школы, однако, больше связано с методами воздействия на преступность, с борьбой с преступностью, чем с научным изучением преступности, мы вернемся к этой школе в 7-й главе .

СТАТИСТИКА И «ПРЕСТУПНЫЙ КЛАСС»

Одным из первых научных обозревателей преступности был бельгиец Адольф Жак Кетле (1796 – 1874). Математик по образованию, Кетле уделял особое внимание статистическому исследованию преступности. Он в т.ч .

подчеркнул необходимость основать научные наблюдения на больших массах людей, а не на индивидуальных

- 32 случаях. Вероятно, что он был первым, который в научных целях подчеркнул основную разницу между явной и фактической преступностью .

Некоторые научные открытия Кетле состоятельные еще сегодня. Он, например, заметил, что у мужчин более сильная склонность к совершению преступных действий, чем у женщин, и у молодых более сильная, чем у пожилых. Состоятельность таких наблюдений в больших статистических массах, в разных эпохах и разных местах, привела Кетле к выводу, что возможно предсказать количественное развитие преступности. В связи с этим он отметил: «Мы можем заранее исчислять, сколько лиц будет обагрять свои руки кровью своих ближних, сколько будет совершать обманы, сколько станет заключенными, почти таким же образом как можем заранее исчислять будущих новорожденных и умерших»4 .

Кетле, иначе говоря, положил начало исследованию преступности на основе статистических калькуляций. Но были использованы и другие методы исследования. Англичанин Генри Мейхью (1812 – 1887) больше полагался на наблюдение и описание. В 1862 году он опубликовал широкое произведение, в котором описал жизнь жителей лондонских трущоб, рабочих и бедных, и в особенности преступность того времени. Он считал, что вследствие индустриализации и превращения Лондона в трущобы появляется огромная масса людей, которые все больше провиняются в совершении разных преступлений для обеспечения своего ежедневного хлеба. Мейхью считал, что возникает целый «преступный класс». Он также сделал замечания, которые потом повторялись десятилетиями. По мнению Мейхью, гораздо легче воспитывать в молодых людях доброту и прилежание, чем стараться изменить закоснелого разбойника. Кроме того, это намного дешевле государству .

РАННИЕ ПОЗИТИВИСТЫ

В прошлом веке возникло научно-философское направление, которое стало известным как «позитивистская школа». Коротко говоря, можно сказать, что по позициям этой школы логика и исследовательские методы всех наук в принципе тождественные. Во всех, в т.ч. общественных, науках необходимо стараться получить точные и достоверные знания такими методами, в которых проконтролированное наблюдение играет центральную роль. Точные, часто математические методы естественных наук служат здесь примером. Характерна для позитивизма также сильная уверенность в том, что с помощью собирания точной и надежной информации можно окончательно обнаружить причины разных явлений и таким образом решить социальные проблемы. Эволюционный оптимизм часто составлял важный элемент позитивизма .

Возникновение научной криминологии связано с позитивистским мышлением. Важнейшим представителем раннего позитивизма считается итальянец Чезаре Ломброзо (1835 – 1909), который иногда был назван «отцом криминологии». Он положил начало проконтролированному изучению «преступников» и «непреступников». На фоне мышления Ломброзо бесспорно чувствуется сильное развитие естественных наук в XIX веке, особенно развитие биологии и теории эволюции5 .

- 33 Главное произведение Ломброзо «L'Uomo delinquente» («Преступный человек») было опубликовано в 1876 году. В этой книге он исходил из мысли, что преступники представляют собой определенный регресс в развитии человека. Ломброзо разработал свою теорию, когда он служил тюремным врачом. При работе он изучил физиологические свойства как заключенных, так и непреступников, и сделал по своему мнению революционное открытие:

преступники отличаются друг от друга. Форма черепа преступников является по Ломброзо разнообразной, что позволяет делать выводы о совершенном ими преступлении (ниже картины различных преступников, взятые из книги Ломброзо). Преступники, таким образом, представляют собой какой-то «подвид» человека, имеющий ясно отличительные физические и психические свойства. Ломброзо, правда, сделал ту оговорку, что не все преступники такие прирожденные, «настоящие» преступники, а часть из них случайные. Но большая часть преступности наследуемая. Криминология Ломброзо была, таким образом, по существу биологической, т.е. речь шла о биокриминологии .

Очень скоро после смерти Ломброзо было показано, что его открытия с научной точки зрения несостоятельные. Также его исследовательские методы подвергнулись резкой критике. Было показано, что даже его собственный материал исследования не поддерживал его выводов6. И действительно, Ломброзо не получил звания «отца криминологии» на основе этих теорий о форме черепа. Новое в его мышлении заключилось в том, что он сосредоточил все научное внимание на преступном человеке и его свойствах. Предыдущие теоретики по вопросам преступности, например, представители вышеупомянутой классической школы, интересовались только самым преступлением, его составом и отношением общества к нему .

Другим представителем позитивистской школы является итальянец Рафаэле Гарофало (1852 – 1934). Хотя Гарофало как позитивист уделял основное внимание самому преступнику, он в особенности интересовался также уголовным законом и его преобразованием. По его мнению, понимание поведения преступника предполагает существование разумного определения преступления. Он старался разрабатывать такое определение путем разделения преступлений на естественные и полицейские. Естественными являются преступления, которые нарушают два фундаментальных альтруистических чувства человека: сострадание и честность. А полицейские преступления — это преступления, нарушающие законы, хотя они часто не нарушают вышеназванных чувств. Гарофало считал, что первые преступления являются более серьезными и с точки зрения криминологии более интересными. Таким образом, преступность, по его мнению, не определяется уголовным законом, а чувствами людей, моралью. Такая позиция имела огромные последствия для борьбы с преступностью: по Гарофало, лица, совершившие естественные преступления, являются «настоящими преступниками», негодными для общества. У них отсутствуют вышеназванные два чувства, сострадание и честность. А негодных для общества необходимо элиминировать таким же образом, как в природе происходит естественный отбор. Логичным заключением мышления Гарофало и других позитивистов была идея о необходимости превращения преступников в неопасных. А это было возможно осуществить с помощью смертной казни или пожизненного заключения. (Вернемся к этой проблематике в 8-й главе.)

- 34 Иллюстрации из главного произведения Ломброзо: насильник с круглым черепом из г. Равенна, вооруженный грабитель из г. Басиликате, 13-кратно приговоренный вор из г .

Милан и поджигатель из г. Пезаро, по прозванию «женщины». (Источник картин:

Lombroso, Cesare: L'hоmmе criminel. Atlas. Turin 1888.)

- 35 Третий представитель раннего позитивизма, итальянец Энрико Ферри (1856 – 1929), был, пожалуй, первым криминологом, высказавшим идею, что преступность вытекает из множества факторов — антропологических, физических и социальных. Он также связал социологию с изучением преступности: «Раньше наука о преступлениях и наказаниях являлась по существу лишь изложением теоретических выводов, к которым теоретики пришли только с помощью логической фантазии. Наша школа превратила ее в науку позитивного наблюдения. Основываясь на антропологии, психологии и статистике преступности, а также на уголовном праве и исследовании тюремного заключения, эта наука превращается в синтетическую науку, которую я сам назвал «криминологической социологией»7 .

Отличительной чертой позитивистского мышления была и остается идея о том, что любое явление всегда имеет определенную причину или несколько причин. Это касается и преступности. Позитивная задача науки заключается в том, чтобы найти данную причину и таким образом способствовать позитивному решению той социальной проблемы, которую мы знаем под названием преступности. Эту причину позитивисты ищут именно внутри самого преступника — некоторые с биологической точки зрения, другие с психологической или социологической .

КРИМИНОЛОГИЯ И ДРУГИЕ НАУКИ

Развитие криминологии тесно связано с общим развитием наук за последние два века. Криминология всегда получила центральные импульсы именно от той научной дисциплины, которая в данный момент сыграла главную роль в анализе деятельности и поведения человека. Ломброзо представил биологическую и антропологическую позицию, затем главную роль играли психологические и социологические подходы.

Следующая схема наглядно показывает отношение криминологии к другим научным дисциплинам:

Эта схема показывает только главные направления развития, ее нельзя рассматривать слишком буквально. Например, преступность рассматривалась с социологической точки зрения еще в прошлом веке. Еще основатели и классики социологии, прежде всего француз Эмиль Дюркгейм (1858 – 1917), считали изучение преступности именно задачей социологов. Развитие особых научных дисциплин не произошло буквально по схеме подряд, а часто одновременно. Но схема тем не менее отражает главные направления, по которым криминологи в разные периоды искали

- 36 основы преступности. И то обстоятельство, из какой научной дисциплины криминологи взяли свой научный подход в данный момент, также бесспорно оказало влияние на практическое применение криминологии, на борьбу с преступностью .

Например, биокриминология отнюдь не умерла вместе с Ломброзо, а существует и развивается и сегодня. Кажется, что в конце ХХ века можно даже отметить новый подъем биокриминологии. Криминологи старались, например, объяснить финскую преступность против личности именно медицинскими и биологическими факторами8 .

Также психологические теории преступности находятся еще сегодня в центре внимания криминологов. Например, англичанин Ганс Юрген Айзенк настойчиво защищал свою позицию, по которой социологическая криминология имеет два основных недостатка9. Во-первых, социальные причины всегда являются вторичными по сравнению с психологическими, потому что социальные факторы действуют только через личностей. Во-вторых, улучшение социальных условий не способствовало уменьшению преступности, а наоборот даже увеличило ее. Айзенк, таким образом, объясняет преступность исходя из структуры личности .

На международных научных конференциях криминологи еще сегодня спорят о том, является ли преступность по существу биологическим, психологическим или социологическим явлением. Этот спор отчасти напрасный, потому что часто вопрос неправильно поставлен: одного правильного ответа нет. Действительность же не знает разделения на биологическое, психологическое и социальное. Такое разделение изобретено человеком, когда он старается воспринимать действительность. Человек представляет собой тотальность, одно целое, в котором эти разные аспекты неотъемлемо взаимосвязаны. Поведение человека носит одновременно биологический, психологический и социальный характер .

Это обстоятельство можно иллюстрировать реальным примером. 1 августа 1966 года в городе Остин (штат Техас, США) двадцатипятилетний Чарльз Уитман начал стрелять из винтовки с 93-метровой вышки на территории университета и успел убить 12 человек до смертельного выстрела полицейских .

День раньше Уитман убил свою жену и мать. Стрельба с вышки была заранее хорошо запланирована: он запасался большим количеством патронов и провизией. Уитман также рассказал о своих планах заранее. Например, еще много месяцев раньше он рассказал своему психиатру, что он испытывает насильственные импульсы и собирается стрелять людей с вышки. Что вызвало это массовое убийство? Конечно, можно сказать, что Уитман был сумасшедшим, но это само по себе ничего не объясняет .

Судебно-медицинская экспертиза показала, что Уитман страдал чрезвычайно злокачественной раковой опухолью центральной нервной системы (glioplastoma multiforme). По оценке медицинских экспертов, Уитман заболел раком приблизительно три-четыре месяца до массового убийства и у него осталось около одного года срока жизни. Эксперты также оценили, что рак помешал ему сдержаться .

- 37 Исследователь, представляющий биокриминологическое направление, мог бы теперь утвердить, что данное преступление однозначно было вызвано биологическими факторами. Медицинские эксперты, однако, не пришли к такому выводу. Можно спросить, если такое же заболевание другого человека привело бы к такому же преступлению. Также психические и социальные факторы биографии Уитмана играли существенную роль в объяснении данного преступления .

Уитман служил в морской пехоте и получил образование снайпера. Он имел большое количество различных оружий и хорошо знал территорию университета. По всем свидетелям он питал глубокую ненависть к отцу, который отличался чрезвычайно насильственным поведением в семье. Также Уитман насильничал в семье и был исключен из морской пехоты за жестокое обращение. Хотя биологический фактор, несомненно, является важной предпосылкой данного преступления, он сам по себе не может объяснить осуществления преступления10 .

С другой стороны, если мы определяем преступность исходя из уголовного закона (как мы выше в 3-й главе сделали), то тогда мы вынуждены сделать выбор и объяснить преступность прежде всего социальными факторами .

Поскольку преступность является запрещенной уголовным законом деятельностью, то ее нельзя анализировать биологическими или психологическими качествами личности. На это обстоятельство мы указали уже, говоря о кофепитии. Ведь уголовный закон уже сам по себе является полностью социальным явлением. Если определенное преступное деяние сегодня легализируется, это не означает, что вчерашние нарушители закона за одну ночь изменились по своим биологическим или психологическим качествам .

Биологические и психологические факторы могут в определенных рамках, несомненно, играть важную роль в анализе преступности. Они могут, например, способствовать пониманию индивидуального отбора преступников. С ними, однако, невозможно объяснить преступность как общественный институт или временные и локальные отклонения в ее развитии. Даже в области индивидуального отбора они чаще всего могут объяснить лишь потенциальную возможность человека стать преступником, они не могут полностью объяснить самого преступного действия11 .

Допустим, что у нас есть возможность оценить биологический и психологический риск двух лиц совершить преступление против жизни. Коля Иванов имеет большой риск, а Саша Иванов маленький. Тем не менее вполне возможно, что Саша совершает преступление против жизни, а Коля нет. Преступность очень часто связана с теми социальными ситуациями, в которых человек оказывается в своей жизни. Почти каждый человек может в крайнем положении быть потенциальным преступником против жизни. Потенциальные возможности часто носят биологический и психологический характер, но осуществленные действия всегда связаны с социальными факторами. Человек не имеет «гена» убийцы или даже алкоголика. В строго исламских странах очень трудно стать алкоголиком, даже когда человек имеет самые благоприятные «биологические предпосылки»12 .

Тем не менее, социология не является монолитом. Раз она как научная дисциплина представляет собой лишь систему понятий, созданную человеком, то, разумеется, нет согласия о том, в каком направлении ее необходимо развивать. Имеются социологи, которые ставят ударение на психологии, имеется даже биологическая социология .

- 38 Некоторые ученые рассматривают социологию лишь как изучение крупнейших социальных структур, другие подчеркивают субъективный опыт людей. Такая разнообразность отражается и в социологии отклоненного поведения и в криминологии .

Мы сталкиваемся с такой же разнообразностью, когда пытаемся использовать наследие классиков социологии, их теории отклоненного поведения и преступности. Например, одной единой «марксистской социологии» нет, имеется много интерпретаций Дюркгейма и т.д. Понимание этого обстоятельства очень важно для понимания социологии отклоненного поведения и криминологии13 .

ЧИКАГСКАЯ ШКОЛА И СОЦИОЛОГИЯ

В университете города Чикаго (США) в 1920-х и 1930-х годах действовавшая научная школа окончательно превратила криминологию и исследование отклоненного поведения в социологическую науку. Как мы уже заметили, классики социологии сделали в своих трудах замечания о преступности, но объектом эмпирических исследований преступность стала именно благодаря Чикагской школе14 .

В соответствии с своим названием эта школа исследовала город Чикаго .

Речь шла о социально-историческом исследовании урбанизированного крупного города. Свои научные понятия школа взяла из естественных наук, особенно из экологии. Экология же старается объяснить, почему некоторые виды организмов, растений или животных, живут именно на определенном месте. С помощью многих экологических понятий (отбора, инвазии, преемственности) Чикагская школа пыталась выяснить территориальное образование и структуру крупного города .

Исследователи школы обратили внимание на то, что город разделяется на различные зоны. В самом центре города находится коммерческий район с низким населением и очень высокими ценами жилья. Потом имеется зона, которая находится в процессе постоянного изменения: здесь население бедное, квартиры обветшалые и район живет в постоянной неуверенности из-за угрозы расширения коммерческого района. После этого расположен жилой район рабочего класса, потом район среднего класса и в периферии пригорода. Каждая зона заключает в себе свои «естественные подрайоны», которые преднамеренно не спланированы — они сформировались буквально подобно экологическим районам .

Центральный вклад школы в исследование преступности и отклоненного поведения связан с широким и основательным исследованием вышеназванной изменяющейся зоны. Методы исследования школа часто брала из антропологии: были использованы ведение наблюдения на месте, интервью, автобиографии, документы судебных органов, рапорты работников социального обеспечения и т.д. Конкретные исследования обратили внимание на преступность среди молодежи, банды и организованную преступность. В этой изменяющейся зоне исследователи нашли огромное количество отклоненного поведения и социальных проблем: проституцию, сумасшествие, самоубийства, алкоголизм, детскую смертность, преступность среди молодежи, болезни и нищету .

- 39 Центральным теоретическим понятием в объяснении всех этих проблем была социальная дезорганизация, социальный распад. Под этим подразумевается состояние, в котором сорвалось или исчезло традиционное взаимопонимание, консенсус в обществе. Социальная дезорганизация также описывает распавшийся, изолированный, мобильный и анонимный образ жизни крупного города. В условиях социальной дезорганизации старинные обычаи исчезли, традиционные институты общества, как церковь и школа, потеряли свое значение и предсказание жизни будет невозможно .

Структуру зоны социальной дезорганизации можно понимать и подругому: эта зона на самом деле хорошо организована, но в отклоненном и преступном отношении. Значит, она распалась только по мнению окружающих районов города. И когда растет ее плохая репутация, растет и ее дезорганизация .

Можно сделать критическое замечание, что использование понятия социальной дезорганизации для объяснения преступности представляет собой тавтологию, повторение или т.н. порочный круг. Сначала преступность используется для объяснения дезорганизованности района, а затем дезорганизованность используется для объяснения преступности. В защиту Чикагской школы можно, правда, сказать, что не все представители школы старались найти одну единственную и определенную причину преступности. Некоторые исследователи рассматривали преступность и отклоненное поведение лишь как разнообразность, как альтернативный образ жизни и стремление к замене традиционных институтов общества, не как «заболевание», причиненное каким-то специальным фактором .

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Американский криминолог Эдвин Сатерленд, к которому ниже вернемся, исходил, правда, из того, что достоверная криминологическая теория должна в то же время объяснять как индивидуальный отбор, так и количественные отклонения в развитии преступности .

2. По оценкам количество жертв «серийных убийц» в Соединенных Штатах ежегодно 3500-5000 человек. О «серийных убийствах» см. напр .

Hickey, Eric W.: Serial Murderers and Their Victims. Pacific Grove 1991; Еggеr, Steven А.: Serial Murder — An Elusive Phenomenon. New York 1990; Holmes, Ronald М. & De Burger, James: Serial Murder. Studies in Crime, Law and Justice .

Vol. 2. Newbury Park 1988; Leibman, Faith Н.: Serial Murderers. Four Case Histories. Federal Probation, December 1989 .

3. На возникновение отдельных заведений в свете примера тюрьмы обратил внимание Мишель Фуко в работе «Tarkkailla ja rangaista» (Надзирать и наказывать). Keuruu 1980. (Французский оригинал: Surveiller et punir. Paris 1975.) Хорошее резюме разных теорий возникновения заведений имеется в книге Соhеn, Stanley: Visions of Social Control. Crime, Punishment and Classification. Glasgow 1985, стр. 13-39 .

4. Quetelet, Adolphe: А Treatise on Man (1842). Gainesville 1969, стр. 97 .

- 40 Чарльз Дарвин изложил главные идеи своей теории эволюции в труде «Происхождение видов», изданном в Англии в 1859 году .

6. Самые основательные критические замечания сделал Чарльз Горинг в произведении «The English Convict» (1913) (Английский заключенный) .

7. Ferri, Enrico: Criminal Sociology (1915, 1917). New York 1929, стр. 36 .

8. Финские исследователи Маркку Линнойла и Матти Вирккунен высказали мнение, что насильственное поведение в связи с употреблением спиртных напитков объясняется недопроизводством вещества под названием серотонин в обмене веществ мозга. Речь, таким образом, идет о наследуемом поведении. Однако, чисто биологический анализ является и здесь неубедительным. Дело в том, что исследования показывают большие количественные отклонения в развитии преступности против личности в Финляндии в разные периоды и в разных районах (выше мы обратили внимание на пример района Похьянмаа). Чисто биологическое объяснение такого явления предполагает, что в определенные периоды родилось бы значительно больше детей с недопроизводством серотонина, чем в другие периоды. А это вряд ли вероятно .

Биологические факторы, конечно, могут раскрывать потенциальную возможность личности прибегать к насильственным действиям в связи с употреблением спиртных, однако, осуществления преступных действий они не объясняют — это всегда связано с вопросами культуры и социальными факторами .

9. Eysenck, Hans J.: Personality and Criminality: А Dispositional Analysis, в книге Laufer, William S. & Adler, Freda (ed.): Advances in Criminological Theory, Vol. 1. New Brunswick 1989 .

10. Quinn, James F. & Holman, John Е. & Tobolowsky, Реggу М.: А Case Study Method for Teaching Theoretical Criminology. Journal оf Criminal Justice Education, Vol. 3, No. 1/1992 .

11. О психологических криминологических теориях см. Vold, George В.:

Kriminologian perusteet (Основы криминологии). Porvoo 1966, стр. 51-153 .

12. Хорошее резюме взглядов биокриминологии: Fishbein, Diana Н.:

Biological Perspectives in Criminology. Criminology, Vol. 28, 1/1990, стр. 27-72 .

13. В этой связи невозможно более подробно рассматривать производство и взгляды классиков социологии (напр. Дюркгейма, Маркса, Вебера) .

14. Об этой школе см. напр. Vold, George В. & Bernard, Thomas J.: Theoretical Criminology. New York 1986, стр. 160-184 и Downes, David & Rock, Paul: Understanding Deviance. А Guide to the Sociology of Crime and Rule Breaking. Oxford 1988, стр. 57-87 .

- 41

<

5. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРЕСТУПНОСТИ И ОТКЛОНЕННОГО ПОВЕДЕНИЯ

В предыдущей главе мы пришли к тому, что криминология стала частью социологии, областью социологических исследований. Подобно тому, как существуют социология культуры и социология труда, существует и социология преступности, или криминология. Особенно в англосаксонских странах, в Англии и Соединенных Штатах, изучение криминологии было тесно связано с социологией. С другой стороны, в Германии и ее соседних странах криминология была прежде всего связана с юридическими науками .

Идея о том, что можно заниматься криминологическими исследованиями только в рамках одной определенной научной дисциплины, конечно, несостоятельная. Импульсы из разных дисциплин и даже противоречия между ними являются богатством и часто необходимой предпосылкой развития любой науки. Поэтому требуются юридические, психологические и медицинские исследования отклоненного поведения и преступности. При этом только важно иметь в виду ограничения каждой научной дисциплины: каждая из них имеет свою определенную область компетентности .

В следующем мы попытаемся коротко излагать некоторые важнейшие социологические интерпретации отклоненного поведения и преступности .

Невозможно изложить все теории. Часто исследователь представляет свои открытия в форме «новой» теории, хотя речь идет лишь о небольшом отклонении от предыдущих теорий. А другие исследователи не одобряют классификации результатов своих исследований под каким-то узким названием, предлагаемым другими криминологами .

ЗАДАЧИ ПРЕСТУПНОСТИ — ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

Выше мы заметили, что преступность можно рассматривать как общественный институт, как общее универсальное явление, похоже на брак. Традиционным (позитивистским) исходным пунктом в изучении преступности была т.н. каузальная связь: исследователи искали начало цепи причин и следствий, одну единственную, окончательную причину преступности. Но если преступность сходна с браком, т.е. является общим общественным институтом, то тогда идея причинности ведет к проблемам. Мы мало говорим о причинах брака, больше о том, какие функции выполняет брак в обществе (воспитание потомков и т.д.) .

Подход, который ищет общественные функции какого-либо явления, его задачи с точки зрения самого общества, стал известным как функциональный анализ, функционализм. Он возник в рамках антропологии в начале ХХ века, когда известные антропологи Бронислав Малиновский (1884 – 1942) и Альфред Радклифф-Браун (1881 – 1955) изучали культуру коренных народов и при этом создали основу функционализма. Они м.пр. обратили внимание на странные связанные с магией или вероисповеданием обряды, ритуалы, которые с точки зрения внешнего обозревателя казались совсем бессмысленными и которых самые участники ритуала не могли объяснить. Тем не менее, эти обряды могли выполнять какую-то

- 42 скрытую функцию с точки зрения самого племени. Они могли, например, укреплять чувство единства и поддерживать социальную структуру племени .

Одна из главных идей функционализма и заключается в том, что каждая культура представляет собой объединенную функциональную целостность, в рамках которой каждая ее часть, каждый общественный институт выполняет свою позитивную функцию, необходимую и важную для общества .

Мы можем конкретизировать это обстоятельство с помощью современного явления, похоронного обряда. Во всех религиозных и неверующих культурах широко применяются различные, часто долго продолжающиеся похоронные ритуалы. С ними связаны музыка, выступления, флаги, букеты цветов, еда и пьянка. В некоторых культурах они продолжаются много суток и носят весьма неукротимый характер. Почему возникли такие обряды и, прежде всего, почему они сохранились тысячелетиями?

Часто отвечают на этот вопрос, что речь идет о старинном обычае. Похороны действительно являются примером старинного обычая, но если старинный обычай служит объяснением, то тогда мы опять же имеем дело с порочным кругом, с определением одного понятия с помощью другого, более общего понятия. А как рассматривает этот вопрос функционализм?

По функциональному подходу похороны должны еще сегодня выполнять определенные функции в человеческом обществе, раз они настолько сильно сохранились. Похороны могут, например, служить фактором, укрепляющим единство рода. Они могут выполнить функции, связанные с преодолением горя. Внезапная смерть близкого родственника могла оказаться психически слишком тяжелым испытанием без той активной работы, которую похороны приносят собой, без общности с родственниками. Похороны также приведут к социальному подъему близких покойника. Близкие находятся в центре внимания, их ценят и уважают, несмотря на то, каким уважением они пользуются до и после этого мероприятия1 .

Все формы отклоненного от норм поведения, в т.ч. преступность, можно рассматривать с функциональной точки зрения. Исследователи на самом деле так рассматривали вопрос уже давно.

Вышеназванный основатель современной социологии Эмиль Дюркгейм отметил еще в 1895 году:

«Важно правильно понимать следующее обстоятельство. Отнесение преступления к числу нормальных явлений социологии не только означает, что преступление является необходимым, хотя и досадным явлением, вытекающим из неисправимого зла человека. Это также означает, что преступление является важным фактором народного здравоохранения, фактором, интегрирующим целостность здорового общества... Представьте себе общество святых, образцовый и нравственно совершенный монастырь. Настоящие преступления были бы там неизвестными, а небольшие ошибки вызывали бы такой же скандал, как обыкновенные преступления в нормальном сознании. Если такое общество располагает властью судить и наказывать, оно рассматривает эти действия как преступные и относится к ним соответствующим образом... Поэтому преступление необходимо. Оно связано с основными условиями социальной жизни вообще, и поэтому оно играет полезную роль, потому что те

- 43 условия, с которыми оно связано, необходимые для нормального развития морали и закона»2 .

Таким образом, общество нуждается в отклоненном поведении, преступность является нормальным и необходимым явлением. Хотя преступность вызывает много вреда, горя, муки и экономических утрат, она также выполняет свои позитивные функции.

Финский криминолог Патрик Тэрнудд выделил следующие главные функции преступности3:

1. Общая интеграция общества. Преступность укрепляет единство людей, служит неопасным объектом агрессии граждан и поддерживает общие социальные ценности. По старой пословице «никто не объединяет народа лучше, чем его убийцы» .

2. Интеграция по конкретным нормам. Это, пожалуй, самая важная функция преступности. Мы не посмотрим в сборнике законов, какие формы поведения преступные, а выучим это на практике в повседневной жизни .

Нормы и их пределы определяются именно через нарушения. Мы сознаем определенное действие, к каким последствиям оно ведет, тогда сознаем пределы нормы. Норма, которую никто не нарушил, была бы бесполезной и перестала бы служить нормой. Укрепление нормы, таким образом, предполагает ее нарушение. При этом преступник как будто выполняет функцию человека, искупающего чужую вину: с помощью преступника система норм общества сохраняется и укрепляется. Например, осуждение определенных лиц за угощение государственных чиновников торжественными обедами и туристическими путевками рассказывает всем нам, где проходит граница между разрешенным и запрещенным и на какой стадии переходим к взяткодательству .

3. Новаторство. Отклоненные от норм акты, в т.ч. преступления, могут функционировать как образцы преобразования. Они часто особенно необходимые, когда система норм общества сильно устарела. Дюркгейм исходил из мысли, что вчерашний преступник может стать завтрашним философом, и указал на пример Сократа (по афинскому закону Сократ был преступником и его осуждение обоснованным). Иногда можно публично нарушать определенный закон с целью его изменения. Так гомосексуалисты поступали в Финляндии с целью легализации гомосексуализма и изменения других с гомосексуализмом связанных законов4 .

Анализ проституции также служит примером разницы между каузальным и функциональным мышлением. Каузальное мышление ищет, например, причину того, почему некоторые женщины становятся проститутками. Это, однако, отнюдь не объясняет существования самого явления проституции .

Возможность заработать деньги может для многих служить личной причиной, но самого явления нельзя по функциональному мышлению этим объяснить .

Вместо причины функционализм ищет задачу проституции. Проституцию можно рассматривать как предохранительный клапан, который позволяет удовлетворить сексуальные потребности, когда это иначе было бы невозможно. Проституция дополняет современную моногамную семью и в то же время защищает ее. Таким образом, явление, которое считается примером отклоненного поведения, укрепляет единство общества и защищает его традиционные институты5 .

- 44 Поскольку преступность является необходимым и нормальным явлением, которое выполняет множество позитивных функций в обществе, невозможно устранить ее. Пока общество нуждается в нормах, кто-то должен их нарушать. Это может показаться неутешительным выводом, особенно человеку, который профессионально занимается предупреждением преступности .

Тем не менее, из функционального анализа преступности отнюдь не следует, что нельзя воздействовать на преступность или что даже значительное сокращение некоторых видов преступности не было бы возможно. Речь идет об общей роли преступлений и преступности в обществе. Как раз воздействие на преступность приносит свой вклад в укрепление норм общества.

По функциональному мышлению такое воздействие, однако, имеет свои пределы, которые следующая схема наглядно показывает:

По этой схеме преступность в обществе может колебаться только в рамках определенных границ. Чрезмерная преступность ведет к распаду системы норм общества и уничтожению общественных структур. С другой стороны, если общество старается любыми средствами устранить преступность, возникает весьма репрессивное, даже тоталитарное общество, в котором поведение и деятельность т.н. порядочных граждан находится под постоянным крайним контролем. И все же нет никаких гарантий того, что преступность действительно исчезнет, вероятно, что она лишь меняет формы существования, переходит в подполье или организуется более строго. Преступность Восточной Европы служит примером такого развития. Известно, что традиционная преступность «на улицах» была сравнительно ограниченной в Советском Союзе и других восточноевропейских странах, но после краха тоталитарной системы обнаружилась сильная организованная преступность с контактами вплоть до верхушки политической элиты6 .

По функциональному мышлению существует оптимальный уровень преступности, на котором преступность, с одной стороны, выполняет свои необходимые позитивные функции по укреплению норм, а с другой стороны является настолько ограниченной, что она не мешает работе общества .

- 45 Функциональный подход также предполагает, что преступники действительно будут пойманы и отбывают свое наказание. Скрытая преступность же не способствует укреплению норм, а наоборот: если преступники остаются ненаказанными, норма теряет свое значение. Функциональный подход еще предполагает определенное негативное санкционирование отклонений и преступности. Ведь значение нормы, неодобрение ее нарушения, выражается как раз в наказаниях. Однако, функциональное мышление представляет собой теоретическое обобщение на весьма общем уровне. Из него нельзя делать конкретных выводов, например, относительно развития карательной системы .

ПОНОЖОВЩИКИ И ТЕОРИЯ АНОМИИ7

Финская литература и кинофильмы много рассказывали о мифической группе, о т.н. поножовщиках и их эпохе. Эти рассказы имеют действительную историческую основу. В конце XVIII века началась в районе Похьянмаа в средней Финляндии эпоха разрушения порядка и нравов, что привело к резкому подъему преступности против личности в течение почти ста лет. В начале образовались среди молодежи банды, которые бродяжничали из одной деревни в другую и были незваными гостями на различных праздниках, пьянствовали и совершали преступления против собственности .

Положение постепенно обострялось: появились кражи, конокрадства, требования спиртного из крестьянских дворов под угрозой насилия. Наконец стало расти и количество преступлений против жизни. Во время пика этого развития имелось в Похьянмаа 10-15 убитых на 100 000 жителей в год, а в других районах Финляндии соответствующий показатель составлял 2-3 человека. В самых «передовых» сельских приходах цифра составляла даже 50-60 убитых в год на 100 000 жителей8 .

Естественно возникает вопрос, почему такая волна насилия. И почему такое развитие продолжалось много десятилетий. Финский исследователь Хейкки Юликангас пытался разъяснить данное явление в труде «Подъем поножовщиков — преступность против личности в Похьянмаа (1790 – 1825)» .

Хотя речь идет об историческом исследовании, оно имеет большое значение и с социологической и криминологической точки зрения9. Здесь мы хотим использовать исследование Юликангаса в качестве примера применения одной социологической теории преступности. Это не означает, что его интерпретация была бы окончательной .

В своем исследовании Юликангас заметил, что в начале данной эпохи преобладало в Похьянмаа положение чрезвычайно острого соперничества людей. Люди боялись за свою честь, распространялись оскорбительные песенки и клички. Изучение самых преступлений против жизни показывает, что очень часто речь шла о т.н. убийствах статуса, т.е. об убийствах, совершенных с целью повышения собственного положения и уважения в обществе .

Эти убийства, как правило, были совершены на многолюдных собраниях совсем отрыто. Им предшествовали чрезвычайное самовосхваление и кичливость — эти черты сохранились до наших дней в народных песнях того времени. После совершения своего дела убийцы обычно шли хвастаться деянием на места ночлега женщин.

В следующем два примера преступлений против жизни, взятых из исследования Юликангаса:

- 46 Волость: Вэюри. Время: среда 23.12.1807. Место действия: свадьба .

Орудие деяния: деревянное. Обвиняемые: солдат (брат крестьянина-собственника) Юхан Чэльд (22 года), сын крестьянина-собственника Юхан Бак (27 лет). Жертва: солдат Юхан Дйерв (27 лет) .

2. Волость: Лайхия. Время: понедельник 11.07.1825. Место действия:

деревенская улица. Орудие деяния: нож. Обвиняемые: торпарь, бывший сын крестьянина-собственника Юха Якку (27 лет), дворохозяин Микко Якку (30 лет). Жертва: сын крестьянина-собственника Микко Хахто (29 лет) .

Если действия чаще всего можно классифицировать как убийства статуса, в которых главное было повышение собственного социального положения, то тогда можно предполагать, что статус убийц был не очень высоким, или раньше даже снизился. Обвиняемые и жертвы обычно относились к нижней ступени социальной лестницы. Они были солдатами, ремесленниками, батраками и бродягами. Заметно, что весьма большая часть батраков состояла из сыновей бывших крестьян-собственников, социальное положение которых уже раньше значительно ухудшилось .

Исходным пунктом для Юликангаса является экономическое развитие района Похьянмаа. До эпохи поножовщиков, в XVIII веке, смолокурение и пожог обеспечивали благосостояние Похьянмаа, экономический подъем был весьма сильным. Однако, в связи с переходом к полеводству не все имели больше тех же возможностей поддерживать свое социальное положение. Росли социальные разницы и неравноправие. Направление сословной перегруппировки было падающим. Сыновья землевладельцев, которые не унаследовали усадьбы, стали торпарями или батраками. Однако, это еще не объясняет насилия, потому что подобное развитие было заметно и в других районах страны, без роста количества преступлений против жизни .

Одновременно с этим развитием система духовных ценностей района осталась такой же, как прежде, и подчеркнула значение индивидуальных достижений. Согласно ей каждый должен «справляться собственными силами» .

По старой пословице считали, что «всяк своего счастья кузнец». А это привело к столкновению, к сильной фрустрации среди тех, которые испытывали падение своего социального положения. Часто люди пытались избегать чувства фрустрации с помощью спиртного, различных рискованных переживаний (отчаянных скачек и т.д.) и, наконец, актов насилия. Но и здесь алкоголь не служил причиной роста преступности, а скорее всего был таким же симптомом кризиса, как и акты насилия. А сам статус поножовщика стал как бы суррогатным статусом, «карьерой», которая дала возможность продвижения и приобретения славы и чести. Это противоречие, столкновение системы ценностей района с падением социального положения, служило движущей силой роста количества преступлений против личности. Кроме того, в это время не было никакого контрольного фактора, который мог бы предотвратить возникновение явления поножовщиков. Этому способствовала м.пр. нехватка рабочей силы: поэтому нарушающий порядок батрак не так уж легко был уволен. Понедельник, как правило, был выходным, когда бродяжничество продолжалось и т.д .

А почему преступность сократилась и полностью исчезла в 1880-х годах? Анализ Юликангаса опять связан с экономическими факторами. Повышение стоимости

- 47 древесины в конце XIX века полностью изменило распределение имущества в Финляндии. В районе Похьянмаа исчезли явления протеста, основанные на изменении социального положения. Высшие социальные группы имели сейчас больше возможностей контролировать нижние, поскольку рабочей силы было уже достаточно. Важным фактором было также появление альтернативных средств приобретения статуса в конце XIX века: эмиграция в Америку открыла возможность тем, которые дома такой не имели. Таким же образом религиозные сектантские движения, особенно движение пиетистов, дали возможность повышения собственного статуса. Многие бывшие поножовщики стали активными сектантами, даже руководителями этих движений .

Модель анализа явления поножовщиков, применяемая Хейкки Юликангасом, можно иллюстрировать следующей фигурой:

Явление поножовщиков, разумеется, уникальное и историческое. Однако, применяемая Юликангасом социологическая теория не уникальная. Социология отклоненного поведения знает уже сто лет такое понятие, как теорию аномии. Впервые теорию аномии применил вышеназванный француз Эмиль Дюркгейм в своей книге о самоубийстве как социальном явлении.

В этом классическом исследовании он отмечает:

«В условиях экономического хаоса происходит своего рода социальная перегруппировка, которая вдруг свергает некоторых индивидов в положение хуже прежнего. Тогда они вынуждены снижать свои требования, ограничивать свои потребности, привыкать к увеличению самообладания. Они теряют все льготы социального престижа, если они раньше такие имели, их нравственное воспитание должно начинаться заново. Общество, однако, не может вдруг

- 48 приучить их к этой новой жизни и самообладанию, к которому они никогда не привыкли. Поэтому они не приспосабливаются к своей судьбе, даже такая возможность кажется им невыносимой. Отсюда вытекают страдания, которые отрывают их от новой жизни даже раньше, чем они имеют опыта этой жизни»10 .

Эта цитата полностью подходит к вышеизложенному анализу возникновения эпохи поножовщиков, хотя у Дюркгейма речь идет об определенном типе самоубийства. Аномия означает определенное чувство моральной пустоты, состояние отсутствия норм, которое возникает, когда надежды человека (система ценностей) превышают реальные возможности их осуществления (социальное положение) .

Американец Роберт К. Мертон развивал теорию аномии дальше в своем анализе «американской грезы»11. Аномия возникает, когда существует противоречие между ценностями общества и разрешенными средствами. По Мертону, в американском обществе господствует сильный денежный фетишизм, поклонение деньгам, и в то же время чрезмерная вера в идеологию, по которой все имеют равные возможности продвигаться вперед в обществе .

Идеология утверждает, что чистильщик обуви может стать миллионером, если он только сам хочет. Однако, доступ к институциональным средствам ограниченный. В обществе наблюдается постоянный рост неравноправия .

Мертон обратил особое внимание на то, что по крайней мере т.н. традиционная преступность сильно накапливается в нижних социальных группах. Это вытекает из давления аномии, на которое возможно отвечать, например, преступными средствами. По Мертону, «главная добродетель» американцев, честолюбие, способствует их «главному пороку», отклоненному поведению .

Однако, по Мертону, имеются и другие возможности реагировать на давление аномии.

Он нашел пять типов реакции:

1. Приспособление, при котором никакого давления аномии по сути дела нет. Цели и средства соответствуют друг другу .

2. Новаторство, при котором цели преследуются запрещенными средствами. Тогда речь часто идет именно о преступности .

3. Ритуализм, при котором речь идет об отказе от целей и приспособлении к соблюдению норм .

4. Отход, при котором цели остаются недостигнутыми, однако приспособление к нормам также не имеет место. Примером в этом отношении может служить бродяга или человек без постоянного места жительства .

5. Восстание, при котором наблюдается сознательное стремление к изменению структур, к устранению факторов причиняющих аномию .

Важно здесь обратить внимание на центральное открытие теории аномии: бедность или отсутствие возможностей успеха не могут сами по себе создать условий для возникновения преступности или ее роста. Для этого всегда требуется наличие

- 49 противоречия между ценностями и реальными возможностями людей. В определенных условиях бедность может даже служить фактором предупреждения преступности .

Теорию аномии можно применять в исследовании многих современных явлений. В Европе в последние годы большое паблисити получившее футбольное хулиганство английские ученые старались объяснить чувством «бессилия» молодых болельщиков12. Это касается и тех террористических групп (например, «Красной армейской фракции» в Западной Германии), которые в западных странах появились особенно в 1970-х годах. Определенная часть студенческого движения была вовлечена в террористическую деятельность, потому что чувствовала, что других возможностей оказывать влияние нет .

Господствовало и чувство бессилия. Традиционные политические средства и ценности оказались в противоречии с большими политическими целями .

ТЕОРИЯ КОНТРОЛЯ И «ЧИКАГО ФИНЛЯНДИИ»

Финский город Лахти, известный как город спорта, получил в 1970-х годах сомнительную кличку «Чикаго Финляндии». С таким названием хотели указать на большое количество преступлений в городе. С другой стороны, многие думали, что речь идет лишь о мифе, созданном некоторыми конкретными преступлениями, получившими большую огласку. Сам город Лахти хотел освободиться от такой репутации и начал широкий проект по исследованию преступности в городе.

Статистика, однако, была неоспоримой:

–  –  –

При изучении таблицы важно иметь в виду некоторые обстоятельства .

Вообще количество преступлений против жизни везде настолько низкое, что большие случайные колебания возможные. Количество преступлений против жизни именно в 1977 году исключительно высокое, но в Лахти это количество было относительно высоким и в другие годы середины 70-х годов — в 2-3 раза выше города Тампере (категория «убийство» в таблице заключает в себе и подстрекательство, покушение и пособничество) .

–  –  –

На основе вышеуказанных различий городской культуры можно сказать, что Лахти представляет собой общину непрочную, Тампере более стабильную. Говоря на языке Чикагской школы (см. 4. главу) можно сказать, что город Лахти был в 1970-х годах намного более дезорганизованным, чем Тампере. Важным фактором в этом отношении является высокое количества одиноких, можно сказать болтающихся, мужчин в Лахти, что, как говорилось, было заметно даже в уличном пейзаже .

Криминологическая теория, с помощью которой пытались объяснить преступность города Лахти, известна под названием теории контроля. Традиционное мышление и многие криминологические теории исходят из мысли, что человек по своему характеру «хороший» и что требуется какая-то причина, чтобы превратить его в

- 51 преступника, «плохого». Главная идея теории контроля — противоположная .

Каждый человек имеет возможность совершить «хорошее» и «плохое». Когда традиционные теории спрашивают преступника, почему он совершил преступление, теория контроля спрашивает, почему мы, остальные, не совершаем преступлений. И на этот вопрос отвечает один из самых известных представителей теории контроля, американец Трэвис Хирши: «Мы совершили бы, если бы посмели»14 .

Мы все являемся потенциальными преступниками, но противозаконные действия совершают особенно те, которые свободные от человеческих отношений и институтов конвенционального общества. Здесь особо подчеркивается значение т.н. неофициального ближайшего контроля при социализации норм и ценностей. Особую роль играют семья, школа, духовные общины, соседи и т.д. Люди, не имеющие связи с этими институтами, совершают те отклоненные действия, которые мы все склонны совершить. Таким образом, причина преступности заключается в том, что нет фактора, предупреждающего ее .

С критической точки зрения можно задавать вопрос, достаточно ли одного лишь отсутствия контроля для объяснения отклоненного поведения и преступности? И не правда ли, что отсутствие связей с институтами ближайшего окружения является таким признаком отклоненных и преступных людей, который именно возник в результате отклоненных действий? Например, злоупотребление спиртным и связанные с этим насильственные акты в семье часто предшествуют расторжению брака, откуда рождаются эти «одинокие и оторванные мужчины». Имеются и явления преступности, которые довольно трудно объяснить только с помощью теории контроля. Например, бывает, что человек, работающий в рамках организованной преступности, например мафии, имеет весьма сильную привязанность к традиционным человеческим отношениям и институтам (к семье, церкви) и все же совершает самые тяжкие преступления .

Тем не менее, бесспорно, что социальный контроль играет важную роль в предупреждении преступности и что ослабление контроля может привести к значительному росту преступности .

СПЕЦКЛАСС И КЛЕЙМЕНИЕ

Процесс, который в социологии отклоненного поведения называется клеймением, описывается хорошо финским писателем Матти Мякеля в своем эссе «Спецкласс»15. Он рассказывает историю одного мальчика. Мальчик по происхождению из дома с одним родителем и у него появляются какие-то неопределенные проблемы в учебе. Бдительный общественный механизм сразу вмешивается в дело, на этот раз в форме куратора школы. Куратор предлагает мальчику беседу наедине, на которую мальчик соглашается, раз иначе куратор пришел бы к нему домой. Куратор потом вскользь упоминает о беседе в разговоре с преподавателем мальчика. Преподаватель в свою очередь начинает относиться к проблемам мальчика совсем по-новому, «с пониманием». И в результате этого доброжелательного обращения мальчик заклеймен. Сейчас и другие ученики знают, что у него проблемы, и начинают избегать его компании .

- 52 Скоро мальчик начинает испытывать чувство общности с мальчиками вспомогательного класса и начинает проводить время с ними. Выходки и прогулы сильно прибавляются и мальчик все чаще имеет дело «с бабами соцобеспечения». Наконец психолог после получасового теста рекомендует перевод в вспомогательный класс. Это скоро и осуществляется. Значит, мальчик нашел своих братьев и «карьера» может начинаться .

Теоретическое направление, исходящее из подобных процессов клеймения, т.н. теория клеймения, оказывало в последние десятилетия большое влияние на социологию отклоненного поведения и преступности. По этому направлению клеймо означает стигму, наложенный обществом на индивида отпечаток, с которым индивид характеризуется как отклоняющийся в какомто отношении. Социальный контроль порождает клеймение. Эта мысль во многих отношениях означает переворот в социологическом мышлении.

Как отмечает один из главных представителей данного теоретического направления американец Эдвин Лемерт:

«Это означает большой переворот по сравнению с предыдущим социологическим мышлением, основанным на том предположении, что отклоненное поведение приведет к социальному контролю. Я начал думать, что противоположная мысль, что социальный контроль приведет к отклоненному поведению, является равным образом правильной и потенциально представляет собой более богатый исходный пункт для изучения отклоненного поведения в современном обществе»16 .

Отклоненное поведение и преступность, таким образом, вообще не существовали бы без связи с «общественностью», проводящей контроль. Каждый из нас ежедневно клеймит кого-нибудь так или иначе. Возможно, называем соседа алкоголиком и пьяницей. С другой стороны, разные формы контроля со стороны государственных властей могут еще больше клеймить человека. Раньше люди постыдились посетить бюро соцобеспечения именно поэтому. А человек, попавший в полицейский участок или отбывший срок наказания в тюрьме, тем более клеймен. Иногда такие клейма возникли случайно и не имеют никакой реальной основы. Тем не менее всегда очень трудно освободиться от них .

Само определение отклоненного от норм действия происходит именно с помощью такого социального контроля.

Представитель этого теоретического направления Говард Беккер пишет:

«Действие, когда впрыскивают героин в жилу, не является по своему характеру отклоняющимся. Когда медсестра дает пациенту наркотики по предписанию врача, это совсем прилично. Действие приличное, когда оно совершается таким образом, что общественность не считает его отклоненным. Отклоненный характер действия основывается на том, как действие определяется общественным мнением»17 .

Данное явление действительно парадоксальное: попытка предупреждать и контролировать отклоненное поведение и преступность на самом деле создает их. «Лекарство» причиняет «болезнь» .

- 53 Можно резюмировать содержание теории клеймения следующим образом. Во-первых, в обществе очень часто нарушаются правила, но только внешнее клеймо превращает такое действие в преступление. Таким образом, можно говорить о внешнем клейме, которое общество ставит через социальный контроль. Во-вторых, этот социальный контроль ведет к положению, когда индивид сам начинает считать себя отклоняющимся и преступным. Речь идет о внутреннем клейме. Он сам начинает клеймить себя и вести себя таким образом, как предполагает клеймо (как в предыдущем примере спецкласса). В этом смысле социологи отклоненного поведения говорят о «самоосуществляющихся прогнозах». Если человек получает клеймо, по которому он насильственный и опасный, он часто начинает осуществлять прогноз, даже хотя он с самого начала не был так уж опасным. Внутреннее клеймение означает, что человек чувствует себя «больным», патологическим случаем. Часто такое положение возникает, когда человек прошел целый ряд различных общественных структур по лечению, уходу, контролю и терапии. Внутренним клеймом можно объяснить собственное поведение и нейтрализовать свои действия, говоря, например: «Я ведь пьяница» или «Я же разбойник». Лемерт пишет:

«Что-то создается в психике или нервной системе человека в результате карательных мероприятий или оскорбительных церемоний, или в результате того, что человек стал объектом “лечения” и “терапии”»18 .

В-третьих, повседневное существование социальных контрольных систем как будто автоматически создает определенный уровень отклонения в обществе. Здесь теория клеймения приближается к функциональному анализу отклоненного поведения .

Можно, однако, критически задавать вопрос, исчезло ли бы отклоненное поведение, если никакого клеймения не было. Ведь имеются преступники, которые никогда не были пойманы и, следовательно, никогда не были клеймены. Поэтому Лемерт различает между первичным и вторичным отклонением. Проблема рецидивизма хорошо иллюстрирует это разделение. После первого преступного действия возникает (первичное) клеймо (это часто происходит уже в детстве), которое приведет к продолжению преступной деятельности и карьере преступниика (вторичное отклонение), в крайнем случае даже к постоянному и агрессивному самоклеймению .

Очевидно, что помимо индивидов можно клеймить целые человеческие коллективы. Финский исследователь Райла Тайпале нашла в северной Финляндии «поселок разбойников», который особенно по мнению жителей центрального поселка данного района является преступным и отклоняющимся19. Клеймение имеет и свои социальные последствия. Можно спросить, являются ли клейменные склонными к объединению, как мальчики спецкласса в предыдущем примере .

ПОДКУЛЬТУРА И ПРЕСТУПНЫЕ БАНДЫ

Теория аномии тесно связана с теми теориями отклоненного поведения и преступности, которые употребляют понятие «подкультура». Подкультура дает возможность смягчать противоречие ценностей созданное давлением аномии, она

- 54 дает возможность «социального подъема». В вышеизложенной книге финского исследователя X. Юликангаса такую возможность дала подкультура поножовщиков .

Подкультура как понятие тесно связана и с вышеизложенной теорией клеймения. Можно сказать, что мальчики спецкласса уже представляют собой зарождающуюся подкультуру.

Американский криминолог Фрэнклин Танненбаум видит связь между клеймением и образованием банд молодежи следующим образом:

«Изолирование ребенка заставляет его искать компанию таких детей, которые «определяются» таким же образом, и эта компания становится средством его бегства, его опорой»20 .

Подкультуры не всегда связаны с преступными действиями. Самыми известными и научно освещенными являются различные молодежные подкультуры, например рокеры, хиппи, панки и т.д. Одна группа такого типа, получившая в Финляндии в последнее время огласку, т.н. группа хип-хоп, специализируется в производстве стенных росписей на зданиях, в поездах и на других запрещенных публичных местах. Многие порядочные граждане, наверно, думают, что эти молодые люди, нарисующие свои картины на публичных стенах и зданиях, происходят из разбитых пьянствующих семей. Однако, одно исследование показывает, что в городе Хельсинки эти молодые люди в основном происходят из высшего среднего класса21. Это свидетельствует о том, как трудно объяснять отклоненное поведение и преступность исходя из только одной определенной причины .

Анализ подкультур на основе противоречий между социальными классами и группами долго занимало центральное место в социологии отклоненного поведения и криминологии. Один из центральных представителей американских исследований банд, Альберт К. Коэн, исходит из того, что подкультуры молодых преступников являются результатом противоречий между рабочим классом и средним классом22. Ученик из рабочего класса замечает, что он находится в школе, где его оценивают на основе ценностей среднего класса (таких как чувства собственного достоинства, хороших манер, уважения к частной собственности и т.д.). Происходит «общественная фрустрация», после которой молодые отвергают культуру среднего класса и создают свою подкультуру. Эта подкультура часто злорадная, недальновидная, гедонистическая, не стремящаяся к пользе, негативистская. Одна из целей Коэна была объяснить именно такую преступность, которая не заключает в себе никакого спланированного стремления к (например, денежной) выгоде: таким видом преступности является, например, часто характерный для молодежи вандализм .

С помощью сходного анализа англичанин Пол Уиллис искал ответа на вопрос, почему молодые из рабочего класса не чувствуют себя хорошо в школе и поэтому оказываются в тех же профессиях, как и родители. Речь идет о культурном самосознании: молодые из рабочего класса уже в своей культурной среде усвоили самосознание, которое отвергает учебу и даже повышение общественного положения23 .

Уиллис внес важный вклад в развитие теории подкультур, говоря о т.н .

гомологичных культурных отношениях. Этим он имеет в виду, что те ценности и вещи, которые формируют субъект, существуют в гомологичной целостности, через

- 55 которую личность сплачивается и укрепляется. Гомология означает структурное соответствие разных частей подкультуры. Например, ценности подкультуры молодых мотоциклистов — одежды, акцентированная мужественность, рок-музыка 50-х годов и т.д. — не накопились случайно, а составляют четкое гомологичное целое. И все эти ценности связаны с «материнской культурой» данной компании, с пролетарским происхождением. Например, сам мотоцикл представляет то уважение, которым вообще машины пользуются среди рабочего класса24 .

Эти интерпретации подкультуры совпадают с следующим определением возникновения подкультуры, предлагаемым английским исследователем культуры Майком Брейком:

«Я утверждаю, что подкультуры рождаются как попытки разрешать коллективно испытанные проблемы, возникающие на основе противоречий социальных структур, и что эти подкультуры создают такие формы коллективного самосознания, с помощью которых можно развивать личное самосознание, когда невозможно развивать его на основе социального класса, образования или профессии»25 .

По этой интерпретации центральная функция подкультуры заключается в создании личности, ее сплочении и укреплении. Брейк исходит из того, что подкультура играет важную роль для человека, потому что она помогает ему переопределить свое самосознание и свои проблемы именно на основе чувства принадлежности к подкультуре .

Подкультуры способствуют укреплению личности в ситуациях, которые иначе могли бы привести к обострению проблем человека. Подкультуры дают средства для разных стратегий выживания в ситуациях, которые иначе могли бы привести к самоубийству или колебанию психического здоровья .

Традиционное мышление часто рассматривает подкультуры как одну причину преступности. Однако, вышеизложенный анализ задач подкультур рассказывает о другом: подкультуры являются для многих единственным убежищем. Если так, то тогда отклоненное поведение, преступность и реакция общества на них (в т.ч. клеймение) порождают подкультуры, а не наоборот .

Можно также говорить о подкультурах преступников. Давно было известно, что центральное значение для возникновения и воспроизводства преступных подкультур имеют различные заведения по борьбе с преступностью:

исправительные дома, интернаты, тюрьмы для несовершеннолетних и настоящие тюрьмы. При этом центральную роль играет, конечно, тот факт, что жители данных заведений отбираются на основе определенных совместных свойств и испытаний. В то же время эти заведения обычно весьма закрытые и тотальные, деятельность индивида контролируется строго извне. Французский писатель, бывший преступник и заключенный, Жан Жене пишет о своем опыте в тюрьме для несовершеннолетних:

«В заведении никогда открыто не пожимали руку друг другу. Думаю, что в этом поведении можно видеть тайный договор заключенных о необходимости преодолеть все то, что напоминало бы о манерах гражданской жизни. Это

- 56 поведение также подтвердило, что дерзкий парень, который хочет стать мужчиной, не показывает свою дружбу. Кроме того, заключенные постыдились усвоить манеры, свойственные боссам»26 .

Можно также рассматривать подкультуру в таких заведениях как необходимую альтернативу, как стратегию выживания в борьбе с тотальностью заведения, с постоянным надзором и контролем (о социологии тюрьмы более подробно в 8-й главе настоящей книги) .

Подкультуры преступников заключают в себе большое количество различных явлений — было бы весьма трудно составить полный список этих явлений. Финский исследователь Кауко Аромаа исследовал профессию вора и ценности подкультуры преступников в городе Лахти. Он также сравнивал содержание этой подкультуры с результатами американских исследований27 .

Следующий список основан на результатах его исследования, а также на профессиональном опыте автора настоящей книги .

Подкультуры преступников заключают в себе в т.ч. следующие элементы:

- Собственное «законодательство», систему норм. Это законодательство состоит из различных усвоенных в разных заведениях норм типа «разбойник не доносит», «разбойник не крадет у другого разбойника» и т.д. Эти нормы, естественно, нарушаются по крайней мере так же часто, как и официальное законодательство общества. Но иногда контроль за соблюдением этих норм очень строгий и наказания жестокие. Имеются и доказательства того, что шкала наказаний в подкультуре преступников иногда заключает в себе и смертную казнь (более подробно об этом в 8-й главе) .

- Собственный язык, жаргон. Часто в основе этого лежит тюремный сленг, но кроме того имеется отдельный язык, связанный с планированием и осуществлением «работ». Работники заведений также осваивают этот язык .

Он имеет и региональные особенности, а также заключает в себе жесты .

- Собственное мировоззрение, идеологию. Эта идеология заключает в себе объяснения разных явлений, причин собственной преступной деятельности, преимуществ и недостатков профессии. В идеологию входит и отношение к «дорогому врагу», полиции. Во всяком случае, в Финляндии довольно широко распространились открыто расистские, крайне правые и ультраиндивидуалистические взгляды .

- Совместно опознаваемый внешний вид. Безусловно, самые важные совместные опознавательные знаки — татуировки. Они служат как будто заметным членским билетом. Еще Дюркгейм выразил значение татуировок следующим образом:

«Известные факты действительно показывают, что татуировки почти автоматически появляются в определенных условиях. Когда члены какой-то малоразвитой культуры становятся пригодными для совместной жизни, они часто почти инстинктивно наносят на тело узоры, которые рассказывают об их членстве... Их цель — не показывать какого-то определенного объекта, а свидетельствовать о том, что определенная группа людей участвуют в той же моральной жизни»28 .

- 57 Хотя в Финляндии татуировки заключенных очень часто сделаны под влиянием минуты29, это тем не менее не значит, что они не имели бы коллективного значения. Часто речь идет об агрессивном самоклеймении, о сознательном желании изолироваться и отличаться30 .

Кроме того, сходство внешнего вида часто выражается, например, в одинаковых усах. Гардероб обычно отказывается от колебаний моды, что облегчает опознание «профессионалов». Внешние опознавательные знаки иногда отражают внутреннюю иерархию подкультуры, структуру власти .

- Собственное классовое разделение. В преступных подкультурах часто существует весьма резкое разделение на разные группы, правители и подчиненные четко отличаются друг от друга. Сообщества преступников редко отличаются глубокой демократичностью. Судя по рассказам, самая низкая и презренная каста, например, в тюрьмах состоит из сексуальных преступников. Верхушка состоит из убийц и знаменитых преступников. Между ними находится целый ряд различных «социальных классов», обманщиков, воров и т.д. На свободе существуют другие формы организации, составной частью которых являются организации перепродажи краденых вещей. Разумеется, что незаконная продажа наркотиков предполагает относительно строгую организованность .

- Собственные территории и механизм призыва новобранцев. Для вербования в преступную деятельность имеет большое значение совместный жизненный опыт в заведениях и тюрьмах, но вербование происходит и в гражданской жизни. Центральную роль часто играют спиртные напитки и совместные попытки достать их. Важные в этом отношении совместные районы расселения и места пребывания, определенные кафе и рестораны, общежития организации по соцобеспечению бывших преступников и Армии Спасения, приемные помещения бюро соцобеспечения и т.д .

В американских и английских исследованиях часто говорится о т.н .

районах «skid row» (имеется в виду районы города, посещаемые бродягами и алкоголиками). В США возникло в начале века большое количество бездомных мужчин, т.н. хобо. Их районы назывались «хобогенными». Эти «хобо», американские бродяги, во многом служили основой создания благосостояния страны, они служили костяком многомиллионной рабочей силы, занятой на случайных работах. Позже эти «хобогенные» районы превратились в районы «skid row». Американский словарь жаргона объясняет:

«Skid row — это любая обветшалая улица или район города. Там дешевые кафе, столовые и общежития, где долговременные безработные, бродяги, нищие, мелкие преступники, пьяницы, опустившиеся и безработные алкоголики проводят время»31 .

Также в Финляндии можно в какой-то степени говорить о преступных районах городов. Понятно, что речь идет в основном о старых, обветшалых районах, состоящих

- 58 из деревянных домов, живущих под угрозой сноса. Например, в городе Лахти были упомянуты район за железнодорожным вокзалом и район Паавола. Исследования показывают, что лица, совершившие преступления против личности или собственности в 1970-х и 1980-х годах, действительно в основном проживали в этих районах32 .

Подкультуры никогда не оторванные от общества, их не окружает железный занавес, который изолировал бы членов подкультуры от культуры общества в целом. Однако, существование подкультур нельзя отрицать лишь на основе того, что многие члены подкультур также поддерживают разные ценности и взгляды т.н. нормального общества и действуют соответствующим образом (например, имеют постоянную работу). Становление и развитие подкультур, в том числе подкультур преступников, следует скорее рассматривать как процесс с большими вариациями относительно интенсивности. Хейкки

Юликангас отмечает:

«Создание совсем другой собственной системы норм было бы трудно. Это было невозможно как поножовщикам, так и американским гангстерам после войны, потому что невозможно постоянно жить и существовать только в рамках подкультуры, полностью игнорируя основную культуру общества. Речь идет, видимо, лишь о суррогатных нормах»33 .

КОНТОРСКИЕ ПРЕСТУПНИКИ

И НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ ПРЕСТУПНЫХ ДЕЙСТВИЙ

Основная часть криминологических теорий использует в качестве эмпирического материала т.н. традиционную преступность: кражи, акты телесного повреждения, убийства и т.п. Это во многом касается и вышеизложенных социологических теорий преступности. Поэтому уместно задать вопрос, имеются ли теории, которые могли бы в какой-то степени убедительно объяснить и преступность другого типа .

Американец Эдвин X. Сатерленд разработал в 1930-е годы криминологическую теорию, получившую название теории дифференциальной ассоциации. Он старался применять эту теорию в своем классическом исследовании преступности среди деловых кругов, «White Collar Crime» (Конторская преступность) (1949).

Теорию дифференциальной ассоциации Сатерленд с коллегами сконцентрировал в девяти основных тезисах34:

1. Преступное поведение является результатом выучки. Оно, таким образом, не передается по наследству, а путем «обучения» .

2. Освоение преступного поведения происходит во взаимодействии с другими людьми через процесс коммуникации. Эта коммуникация в основном устная, но заключает в себе и жесты .

3. Освоение преступного поведения происходит в основном в интимных маленьких группах. Это означает, что формы коммуникации, не основанные на

- 59 личном контакте, как, например, кинофильмы и газеты, играют относительно маленькую роль в возникновении преступного поведения .

4. Освоение преступного поведения заключает в себе как освоение техники совершения преступления, как и освоение связанных с преступлением мотивов, стремлений, рационализации и взглядов .

5. Освоение мотивов и стремлений происходит с помощью разделения законов на приемлемые и неприемлемые. Индивид может жить в окружении, где законы считаются правилами, которые необходимо соблюдать. Другой индивид, однако, живет в другом окружении среди людей, которые одобряют нарушение законов .

6. Человек становится преступником, когда те впечатления, по которым нарушение законов приемлемо, превышают впечатления, осуждающие нарушение законов. Здесь на самом деле имеем дело с принципом дифференциальной ассоциации. Человек становится преступником, потому что он имеет постоянные контакты с образцами преступного поведения, однако также потому, что он обособлен от образцов непреступного поведения .

7. Дифференциальные ассоциации могут варьироваться по частоте, продолжительности, первостепенности и интенсивности. Как преступные, так и непреступные ассоциации меняются в этом отношении. Например, «первостепенность» иногда означает, что в раннем детстве освоенное поведение продолжается всю жизнь .

8. Процесс освоения преступного поведения, который осуществляется путем ассоциации с преступными или непреступными образцами, заключает в себе все механизмы обучения. Преступность, таким образом, не только результат подражания и имитации35 .

9. Хотя преступное поведение выражает общие потребности и ценности, нельзя объяснить его этими общими потребностями и ценностями, потому что также непреступное поведение выражает их. Воры обычно крадут, чтобы добыть денег, но эту цель преследуют и соблюдающие законы наемные работники. Поэтому такие общие потребности и ценности, как стремление к счастью, к повышению социального положения, к добыванию денег или фрустрация являются весьма неубедительными факторами объяснения преступности, поскольку они объясняют и законную непреступную деятельность .

Эту теоретическую модель Сатерленд использовал в вышеупомянутом исследовании преступности деловых кругов. Результаты были весьма неожиданные, во всяком случае, в момент издания исследования. Исследование охватило 70 крупных предприятий, в т.ч. крупнейшие автомобильные заводы США. Сатерленд пришел к выводу, что преступные действия предприятий были и общие и постоянные. Можно даже сказать, что 98 процентов предприятий были рецидивистами, и если минимум четыре приговора считаются признаком

- 60 закоренелого преступника (так в США обычно считают), то 90 процентов крупнейших предприятий США были закоренелыми преступниками36 .

Далее исследование раскрыло, что вынесенные в судебном порядке приговоры никак не снизили общественного престижа преступников среди торговых партнеров. По Сатерленду, главная часть конторской преступности представляет собой организованную преступность в том смысле, что она осуществляется либо в рамках внутренней организации предприятия, либо как сотрудничество между некоторыми предприятиями .

Американские криминологи Гресхем Сайкс и Дэвид Матца продолжают разработку концепций Сатерленда37. По их аргументации, преступники никаким существенным образом не отличаются от т.н. порядочных граждан .

Сайкс и Матца обосновывают это м.пр. тем, что по наблюдениям преступники испытывают чувства вины и стыда из-за своих действий таким же образом, как и другие люди. Их представления и ценности обычно столь же общепринятые, как у других людей. Сайкс и Матца считают, что отклоненный и преступный образ жизни возникает через процесс обучения оправданию преступных действий. Эти способы оправдания они называют техникой нейтрализации. С помощью этой техники можно нейтрализовать чувство вины, вытекающее из преступного деяния .

Сайкс и Матца выделяют пять разных видов техники нейтрализации:

1. Отрицание ответственности. Преступники считают себя беспомощными жертвами социальных сил и условий. Ответственность несут родители, дурная компания, спиртные напитки и т.п .

2. Отрицание ущерба. Преступник утверждает, что его поведение или действия не причиняют существенного ущерба. Угон машины — просто «взятие взаймы» .

3. Отрицание жертвы. Здесь преступник рассматривает себя как своего рода мстителя, а жертву преступления — как грешника. Преступник поступает как Робин Гуд, крадущий от богатых и передающий бедным .

4. Осуждение судей. Преступники иногда рассматривают своих сторожей и других граждан как ханжеских лиц, на самом деле как других преступников. Здесь меняют тему разговора: «а что ты сам» .

5. Обращение к высшим обязанностям. В данном случае преступник видит противоречие между поставленными законом обязанностями и другими обязанностями. Преступления можно нейтрализовать, раз они совершены ради семьи или друзей .

Таким образом, преступники по своим взглядам и ценностям мало отличаются от других людей. Речь идет лишь о лицах, которые усвоили технику, позволяющую уничтожить и нейтрализовать муки совести, вытекающие из преступных и отклоненных действий. Это возможно в рамках т.н. традиционной преступности, но также в рамках конторской преступности, преступности деловых кругов. В

- 61 последнем случае нейтрализация часто развивается на еще более высоком уровне. Тогда отрицается и само существование преступления. Законы только вставляют палки в колеса «свободного предпринимательства» .

РАДИКАЛЬНАЯ И МАРКСИСТСКАЯ КРИМИНОЛОГИЯ

Еще в прошлом веке началось применение критических и радикальных теорий в изучении преступности. Многие криминологи стали применять марксистский анализ общества в своей дисциплине. Пионером в этом отношении можно считать голландца Виллема Бонгера (1876 – 1940), который в своих трудах старался применять некоторые теоретические концепции Карла Маркса в анализе количественного развития преступности на рубеже веков .

Радикальная и марксистская криминология снова родилась в 1960-е и 1970-е годы в связи с общей радикализацией в отрасли общественных наук .

Криминологи стали все больше рассматривать связь преступности с структурным неравенством социальных классов. С одной стороны, они подчеркнули тот уже давно известный факт, что т.н. традиционная преступность сильно концентрируется на более низких социальных группах. С другой стороны, они обратили внимание на то, что традиционная криминология постоянно закрывала глаза на преступность деловых кругов и правящих. Новое направление получило много названий. Говорилось о «критической», «радикальной», «новой» и «марксистской» криминологии .

Представители этого направления криминологии рассматривали преступность как неотъемлемую часть капиталистической общественной формации, как свойство капитализма. Ликвидация капиталистических производственных и классовых отношений уничтожила бы преступность, по крайней мере, в ее нынешней форме38. Преступность современного общества родилась с возникновением капиталистического общества и является, таким образом, тесно связанной с промышленной революцией и развитием машинного производства. Например, итальянец Дарио Мелосси считает, что концепция Карла Маркса о первоначальном накоплении является центральным объясняющим фактором развития преступности при капитализме39. В связи с первоначальным накоплением непосредственные производители, крестьяне, превратились в наемных рабочих и вынуждены были переехать в города, часто в трущобы этих городов. Этот процесс возникновения наемных рабочих отнюдь не всегда был добровольным, а иногда осуществился даже с помощью войск .

Однако, новый общественный класс, «свободный» пролетариат, не мог сразу приспосабливаться к дисциплине, требуемой новыми условиями промышленной работы.

Маркс описывает этот процесс в «Капитале»:

«С другой стороны, люди, внезапно вырванные из обычной жизненной колеи, не могли столь же внезапно освоиться с дисциплиной своей новой обстановки. Они массами превращались в нищих, разбойников, бродяг — частью из склонности, в большинстве же случаев под давлением обстоятельств. Поэтому в конце XV и в течение всего XVI века во всех странах Западной Европы издаются кровавые законы против бродяжничества. Отцы теперешнего рабочего класса были прежде всего подвергнуты наказанию за то, что их превратили в бродяг и пауперов. Законодательство рассматривало их как «добровольных» преступников, исходя из того предположения, что при желании они могли бы продолжать трудиться при старых, уже не существующих условиях»40 .

- 62 Согласно Мелосси, капиталистическая общественная формация сначала создала бродяжничество, и потом буржуазный государственный аппарат запретил его. И действительно, бродяжничество было долго запрещено в Европе41. Можно полностью отвергать концепцию Маркса, но, тем не менее, нельзя закрыть глаза на вышеизложенную связь между пролетарскими городскими районами и традиционной преступностью .

Американец Тони Платт обратил внимание на то, что преступность в бедных городских районах количественно в четыре раза больше того, что было доведено до сведения полиции. Преступления против личности, как и преступления против собственности, совершаются в основном бедными и безработными, особенно молодыми мужчинами и разведенными женщинами. Как виновные, так и жертвы относятся к этим группам. Кроме того, имеются и расовые различия. Риск черных мужчин стать жертвой преступления против жизни превышает во всяком случае в восемь раз соответствующий риск белых мужчин42. Преступность и общественное неравноправие, как и разнообразная нищета, всегда были взаимосвязаны, хотя нельзя рассматривать эту взаимосвязь как простое соотношение причины и последствия. При самом определении преступности высшие социальные классы всегда играли центральную роль. Преступность — это то, что по их мнению является преступным. Речь идет о применении власти в рамках уголовно-правовой системы .

Продолжая традицию Эдвина X. Сатерленда, радикальные и критические криминологи обратили внимание на преступность среди деловых и правящих кругов. Старая криминология явно пренебрегла этой темой и сосредоточила все внимание на анализе преступности среди рабочего класса. Поэтому, например, американец Уильям Чэмблисс с применением т.н. метода участвующего наблюдения много лет изучал сеть организованной преступности г. Сиэтл (США)43. Центральный результат его исследования заключался в том, что «тайная рука» американской организованной преступности не мафия, а ведущие представители правящих кругов крупного города. В сети организованной преступности города Сиэтл принимают участие важнейшие банкиры, бизнесмены, политики и даже представители полиции. Многие лица, которые неоспоримо занимались незаконными коммерческими операциями, поддерживали связи даже с президентами США.

Чэмблисс пришел к выводу:

«Преступность не является каким-то побочным продуктом эффективно работающего народного хозяйства, она является главным продуктом такого хозяйства... Логика капитализма такая, что существование организованных сетей преступности необходимо для системы»44 .

Пожалуй, самый известный и обоснованный очерк радикальной и критической криминологии — это произведение Айэна Тейлора, Пола Уолтона и Джока Янга «The New Criminology» (Новая криминология), изданное в 1973 году. Книга не отвергает вклада традиционной криминологии как «буржуазной пропаганды», а старается развивать синтез структурных и социальнопсихологических элементов анализа преступности. Использование теории клеймения играет в связи с этим важную роль .

- 63 Новая криминология» старается рассматривать преступность как процесс, имеющий разные элементы, ни один из которых нельзя недооценивать или отделять от целостности45. Преступность не начинается с преступного деяния и не кончается на этом. Авторы выделяют следующие элементы анализа:

- Косвенные причины отклоненного действия. Здесь речь идет о структурных и экономических факторах. Важно выяснить неравноправное распределение возможностей в обществе и т.д. На языке современной социальной политики было бы возможно говорить о структурных механизмах отстранения. Этот уровень анализа авторы называют «политической экономией преступности» .

- Непосредственные причины отклоненного действия. Вышеупомянутые структуры отличаются друг от друга и люди интерпретируют вытекающие из них требования по-разному. Отклоненное действие — всегда выбор человека, и часто совсем сознательный выбор. Люди, таким образом, не безвольные жертвы развития. Этот уровень анализа можно называть «социальной психологией преступности» .

- Отклоненное действие в собственном смысле. Здесь речь идет, прежде всего, о том, как объяснить преступные действия в рамках рационального выбора. Этот уровень анализа можно называть «социальной динамикой преступного действия» .

- Непосредственные причины общественной реакции (в т.ч. клеймения). Также окружающий мир имеет свою возможность выбора. Он может сильно заклеймить отклоненное действие или наоборот. Здесь важную роль часто играют различные повседневные «теории» о преступности и отклоненном поведении. Этот уровень анализа можно называть «социальной психологией общественной реакций» .

- Косвенные причины общественной реакции. Здесь речь идет о тех разных идеологиях, которыми обосновывается деятельность официального аппарата общества (полиции, судебных учреждений, тюремной системы). Т.е .

речь идет в основном о различных идеологиях и школах по борьбе с преступностью (более подробно в 7-й главе). Этот уровень анализа можно называть «политической экономией общественной реакции» .

- Воздействие общественной реакции на поведение отклоняющегося от нормы человека. Здесь авторы исходят из того, что каждый человек, который совершает преступное или отклоненное действие, имеет какое-то представление о том, «что потом будет», к каким последствиям действие вероятно приведет. Решения и выборы часто делаются именно в таком свете .

Преступники, таким образом, не наивные люди, совершающие свои преступления, не сознавая последствия .

- Характер процесса отклонения в целом. Авторы подчеркивают, что никакой из вышеназванных уровней не может сам по себе объяснить данного явления в целом. Рассмотрение этих уровней в разрыве от целостности на самом деле является центральным недостатком многих криминологических теорий .

- 64 С помощью вышеизложенной модели Тейлор и др. старались решить проблему, которая вызвала много критики в адрес марксистской криминологии. Речь идет о детерминистическом мышлении, по которому структурные факторы окружающей среды автоматически определяют поведение человека и человек сам не имеет никаких возможностей выбора. Тем не менее, известно, что не все бедные и подчиненные совершают преступлений, хотя все окружающие факторы в теории налицо. Только исходя из экономических структур также весьма трудно объяснить те большие разницы уровня преступности, которые сегодня существуют между разными капиталистическими странами .

Радикальные теоретики также имели весьма идеалистические представления о повседневной практике преступности. Иногда преступники были рассмотрены как некие борцы за права угнетенных, действия которых имели и политический диапазон. Однако, расширение изучения жертв преступлений особенно в Англии породило в 1980-е годы новое направление радикальной криминологии, т.н. левый реализм (left realism)46. Исследования жертв показали, что преступность приводит к ущербу и страданию именно среди рабочего класса и других самых бедных слоев населения: именно эти социальные группы были главными жертвами преступлений. Направление левого реализма стало рассматривать преступность с более реалистической точки зрения, одобрять усиление борьбы с преступностью, в т.ч. интенсификацию деятельности полиции47. Помимо изучения жертв преступности центральной причиной возникновения этого направления было появление феминистского направления в криминологии .

Новейшим направлением радикальной криминологии является «структурная криминология» (structural criminology), которая также получила импульсы от феминистских исследований48. Направление подчеркивает значение власти и контроля как факторов, определяющих преступность. Власть вытекает из социального класса, пола, расы или положения в уголовно-правовой системе. Структурная криминология подчеркивает, что связанное с классовыми отношениями владение ресурсами может само по себе служить средством совершения преступления. Предприятия могут сами по себе быть преступными. Можно даже говорить о совершенных предприятиями преступлениях против жизни, когда пренебрежения охраной труда привели к смертельным случаям .

Вопрос о власти играет центральную роль в анализе приговоров и мер наказания. Структурная криминология утверждает, что самым строгим наказаниям подвергаются лица, которые имеют ограниченную власть — при этом низкое социальное положение имеет второстепенное значение. Так, например, безработица человека, как правило, приведет к более строгому наказанию, если сравнивать с людьми того же социального положения, которые имеют работу. Контроль направлен на т.н. избыточное население общества .

Структурная криминология объясняет различия в развитии преступности мужчин и женщин в т.ч. с помощью анализа семейных структур, которые определяются организацией труда и производства. Например, в патриархальной семье социальный контроль девушек и мальчиков по своему характеру неодинаковый. Это, однако, уже область феминистской криминологии .

- 65 ПРЕСТУПНОСТЬ СРЕДИ ЖЕНЩИН

И ФЕМИНИСТСКАЯ КРИМИНОЛОГИЯ

Преступность среди женщин с самого начала интересовала криминологов, хотя главная часть исследователей состояла из мужчин и темы исследования в основном были связаны с преступлениями, совершенными мужчинами. Криминологи очень долго были единогласны по трем вопросам .

Во-первых, по исследованиям женщины совершают количественно значительно меньше преступлений, чем мужчины. Во-вторых, эти преступления по своему характеру менее серьезные. В-третьих, женщины реже становятся рецидивистами после первого приговора. Таким образом, очевидно, что женщины менее преступные, чем мужчины. Криминологи долго искали причину данного явления .

История этих поисков в основном соблюдает такую же схему, как история развития криминологии вообще. Сначала криминологи обратили внимание на биологические и психологические свойства женщины49. Низкое количество преступлений женщин вытекает из натуры женщины, ее наследуемых биологических качеств. В женскую натуру входит заметная пассивность50 .

Инстинкт материнства руководит поведением женщины, она по своему характеру более замкнутая. Преступные женщины нарушают эти основные качества и поэтому являются неженственными, своего рода гермафродитами .

Феминистская криминология старалась показать, как подобные биологические и психологические суждения о женской натуре во многих отношениях оказали решающее влияние на изучение преступности. Например, проституция была намного более основательно исследована, чем случаи изнасилования. Проституция часто была рассмотрена именно как пример патологического характера женщин (не уделяя внимания мужским клиентам). И в тех редких случаях, когда изнасилование стало объектом исследований, внимание исследователей было в основном сосредоточено на «провокационном поведении» и сопричастности жертвы .

Более убедительные анализы ограниченной преступности среди женщин все-таки исходят из социальных факторов, из общественного положения женщин. Также здесь можно подчеркивать разные аспекты. Некоторые исследователи говорят о половой роли женщин. В воспитании женщин подчеркиваются такие качества как послушание, пассивность, зависимость и приспособляемость. Такая социализация женщин потом выражается в более низкой преступности. С другой стороны, можно подчеркивать ограниченные возможности женщин принимать участие в общественной деятельности из-за своего общественного положения. Женщина просто не имеет возможности совершить преступных действий, потому что она так тесно связана с домашним хозяйством. Семью можно рассматривать и как общественный институт, контролирующий женщину .

Подъем феминистской точки зрения в рамках криминологии в 1980-х годах создал по крайней мере три новые важные темы исследования. Первая из них — отношение между общественной эмансипацией женщин и преступностью. Толчком к дискуссии была опубликованная в 1975 году книга американки Фриды Адлер «Sisters in Crime»

- 66 Сестры по преступлению). Основной тезис книги заключается в том, что эмансипация женщин и изменение роли мужчин и женщин неизбежно ведут к сильному росту преступности среди женщин. Автор предполагает, что чем более одинаковыми станут половые роли, тем более одинаковым станет и поведение мужчин и женщин в области преступности. Автор утверждает, что особенно преступность среди молодых девушек сильно растет: в США рост преступности среди мальчиков составил 80 процентов в периоде 1960 – 1972 гг., а рост преступности среди девушек даже 306 процентов51 .

В то же время было высказано мнение, что насильственное поведение женщин увеличилось и стало более жестоким, а также более независимым .

Раньше женщина служила, как правило, приманкой в ограблениях, а сейчас женщины совершают их без помощи мужчин. Эти взгляды, тем не менее, вызвали сильные протесты. Многие считали, что «новая насильственная преступница» — чистый миф без всякого реального эмпирического доказательства. Особенно было подчеркнуто, что «эмансипация женщин» не может быть причиной изменений преступности среди женщин, раз такая эмансипация пока вообще не имела места ни в одной отрасли общественной жизни. Ясно также, что, например, в Финляндии рост наемной работы женщин в ХХ веке не привел к росту преступности среди женщин .

Вторая новая тема исследований связана с т.н. гипотезой о мягкости. По этой гипотезе ограниченная преступность среди женщин — явление нереальное. С одной стороны, женщины обычно совершают свои преступления в таком контексте, где эти преступления редко обнаруживаются, например, в семье, т.е .

речь идет в основном о скрытой преступности. С другой стороны, уголовноправовая система относится к женщинам по-другому, чем к мужчинам, более мягко и простительно, что выражается в более низком количестве явной преступности среди женщин. Центральным представителем данной гипотезы в 1950-е годы был американец Отто Поллак52. Однако, сравнительные исследования обращения уголовно-правовой системы с мужчинами и женщинами почти полностью опровергнули эту гипотезу не позже, чем в 1980-е годы .

Нет никаких доказательств того, что отношение уголовной системы к женщинам было бы более мягкое. На самом деле исследования наоборот показывают, что по некоторым видам преступности отношение к преступлениям, совершенным женщинами, даже более строгое. На общем уровне отношение контрольной системы к женщинам во многих отношениях более строгое53 .

Третья новая тема исследований связана с применением теории контроля в анализе преступности среди мужчин и женщин. Здесь исследователи исходят из того, что женщина социально и нравственно таким же образом готова к совершению преступлений, как и мужчина, когда только появится возможность. Женщины часто прошли процесс сверхсоциализации, и если вытекающий из этого сильный внутренний контроль ослабеет, то тогда растет преступность среди женщин. По некоторым исследованиям женщины в основном находятся под неофициальным социальным контролем, а официальный контрольный аппарат общества сосредоточивает свое внимание на мужчинах. И действительно кажется, что неофициальный контроль со стороны ближайшей окружающей среды часто намного более эффективно может способствовать предупреждению преступности и отклоненного поведения, чем официальные контрольные и карательные мероприятия .

- 67 Феминистская криминология, конечно, не может отвергать все предыдущие «мужские» теории и исследования только на основе того, что они, несомненно, недооценивали значение полового фактора. Мы уже отметили, что теория контроля может открывать новые возможности для сравнения преступности среди мужчин и женщин. Можно рассматривать преступность среди женщин также с помощью теорий аномии или клеймения. Не удивительно, что криминологи обратили сравнительно мало внимания на преступность среди женщин. Дело в том, что женщины не единственная пренебреженная группа в этом отношении. В криминологических исследованиях были пренебрежены и другие группы с низкой преступностью (например, престарелые) .

Слишком мало исследовалось развитие преступности в развивающихся странах. В центре внимания криминологов был, как правило, молодой, белый и часто урбанизированный мужчина .

ОТКЛОНЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ

И СУБЪЕКТИВНЫЙ ОПЫТ

Центральный представитель феноменологической социологии Альфред Шульц подчеркивает необходимость сохранения субъективного подхода в развитии социологии, потому что иначе исследователь легко заменяет социальную действительность своим собственным иллюзорным миром54. Феноменологическая социология исследует именно, как общество отражается в сознании своих членов. Центральную роль играет при этом будничный опыт людей, как они на основе своего опыта интерпретируют окружающий мир .

Эти практические знания имеют огромное значение, потому что мы не можем анализировать общества, если мы не «испытываем» его. Социальная действительность выражается именно в том, как люди интерпретируют свою окружающую среду .

Люди заранее отбирают и интерпретируют окружающий мир и используют при этом понятия, разработанные по опыту будничной жизни. Эти понятия и формы мышления сильно определяют поведение людей, их образ жизни и выбор средств достижения поставленных ими целей. Человек стихийно классифицирует явления мира с тем, чтобы правильно действовать в разнообразных и часто хаотических ситуациях обыденной жизни. Шульц считает, что будничный социальный мир воспринимается как самоочевидный и люди практично относятся к нему .

Откуда вытекают эти классификации и понятия обыденной жизни? Откуда мы знаем, что нормальное и что отклоненное? Американские исследователи Питер Бергер и Томас Лакман исходят из того, что человек в отличие от других животных не имеет инстинктивного и постоянного чувства социального порядка55. Вместо того мы должны полагаться на язык, с помощью которого мы создаем искусственный символический порядок окружающего мира. Таким образом, те названия, которые мы даем разным явлениям (ненормальный, вор, алкоголик, насильник), начинают сами развиваться по своим собственным закономерностям. Мы становимся пленниками тех же понятий и слов, которые мы сами создали. Итак, созданное существо правит своим создателем .

Процесс, в рамках которого символы превращаются в социальную действительность, можно называть процессом объективизации, материализации .

В рамках социализации мы усваиваем эти символы, которые уже правят нами изнутри .

- 68 Мы, например, объясняем поведение определенного человека с помощью слова «алкоголик» и забываем, что каждый алкоголик — разнообразный субъект и что само понятие создано для обозначения какого-то явления, не для его объяснения. Понятия зависят от своих противоположностей. Нет трезвости без алкоголизма, нет доброты без зла, нет нормального без отклоненного. Здесь феноменологическая социология сходствует с функционализмом и структурализмом .

Феноменологический подход к изучению отклоненного поведения относится критически и к статистике преступлений. Чтобы создать такую статистику, необходимо прибегать к крайне стереотипным понятиям и упрощениям. Тогда пропадает все существенное в этом явлении. «Квалифицированная кража» только представляет собой понятие, нацеленное на облегчение работы бюрократии правовой системы, это понятие ничего не рассказывает о данном явлении. Центральный метод работы уголовно-правового аппарата — именно такая классификация и категоризация. Он мало отличается от той классификации, которой обыкновенные люди занимаются в обычной жизни с помощью символов .

На основе феноменологической социологии можно утверждать, что отклоненное и преступное поведение является лишь «способом организации обыденной жизни». Поведение, которое полицейскому, социальному работнику или обыкновенному гражданину кажется безумным, может с точки зрения прежнего опыта и положения преступника быть весьма «разумным». Общество не представляет собой хорошо организованную целостность, а скорее целый ряд различных обществ, где не имеется абсолютная истина относительно того, что нормально и что ненормально. Отклонения представляют собой естественное разнообразие.

Известный финский философ Георг Хенрик фон Вригт отметил, исходя из Достоевского:

«Наше поведение в конце концов не определяется «рациональными интересами», а «глупыми желаниями». Говоря о человеке, мы можем быть уверенными только в одном: он долго не переносит тирании. Он не переносит тирании зла, поэтому он стремится к порядку, безопасности и подчиненным закону формам общества. Но в то же время он не переносит тирании блага, нормированной по порциям и ограниченной «подзаконной свободы». Поэтому он также стремится к хаосу, нарушениям и собственному страданию»56 .

Американский криминолог Джек Кац хотел в одном получившем большую огласку исследовании также подчеркнуть субъективный подход к проблемам отклоненного поведения и преступности. Он начинает свою книгу:

«Исследователи преступности интересовались поисками предпосылок и истоков, существующих проблем в психологической биографии или социальной среде преступника. Они недооценивали те позитивные, даже восхитительные чувства прелести, которые участие в преступных действиях создает»57 .

Кац считает, что преступность только до незначительной степени представляет собой деятельность, нацеленную на достижение материальной выгоды. Прежде всего она представляет собой сенсуальную деятельность, основанную на чувствах. Когда криминологи традиционно задавали преступнику вопрос: «Почему ты это сделал?» (на

- 69 который преступники выучились отвечать с той же риторикой, как и криминологи), то, по мнению Каца, необходимо было бы спросить: «Как ты это сделал?» и «Что ты потом сделал?». Необходимо уважать то подлинное эмоциональное впечатление, которое «соблазняет» человека совершить преступные действия. Кац считает, что факторы в прошлом человека никогда не могут объяснить, почему тот же человек в определенной ситуации провиняется в совершении преступления, а в другой ситуации этого не сделает. Речь идет, таким образом, о динамике преступного действия. В соответствии с позициями феноменологической социологии Кац утверждает, что преступное действие можно рассматривать как мероприятие по организации окружающей человека действительности, с помощью которого человек может «привести свой субъект в порядок» .

А какая принудительная сила заставляет людей совершать серьезные преступления без особой пользы? Что люди хотят совершить, когда они совершают преступления? Кац старается отвечать на эти вопросы с помощью анализа очень различных преступников и преступлений, исходя из классификаций обыденной жизни. Объектом его анализа являются «страстные случайные убийцы», акты насилия банд, мелкие кражи и вандализм молодежи, профессиональные грабители, «хладнокровные безумные убийцы». Во всех этих случаях он показывает необходимые условия для совершения преступления .

Совершение преступления предполагает следующие обстоятельства. Во-первых, наличие направления действия, необходимых практических предпосылок для успешного совершения преступления. Во-вторых, наличие индивидуальной интерпретации того, как человек рассматривается в глазах других. И в-третьих, наличие эмоционального процесса, навязчивых мыслей, которые имеют свою собственную динамику .

Центральную роль в связи с этим играют некоторые моральные понятия эмоционального состояния, как «унижение», «справедливость», «надменность», «смехотворность», «циничность», «оскорбление» и «месть». По мнению Каца, центральным фактором, навязывающим человеку совершить преступление, является вызов, вытекающий из таких эмоциональных понятий .

Этот вызов, таким образом, носит моральный характер, не материальный .

Например, виновный в случайном преступлении против жизни в возбужденном состоянии («страстный убийца») испытывает необходимость избегать ситуации, которая иначе казалась бы ему чрезвычайно унижающей. Он избегает такой ситуации, совершая «справедливое» убийство и выбирая роль бога и исполнителя страшного суда. В таком эмоциональном состоянии можно воспринять беспрерывно плачущего и кричащего ребенка как злого, который заслуживает смерти .

Хотя преступность с общей моральной точки зрения весьма отвратительное явление, но тем не менее нельзя, по мнению Каца, отрицать тот факт, что она часто связана с подлинным экспериментальным творчеством. Может быть, это объясняет центральную роль преступления и преступности в развлекательной литературе, кинофильмах и средствах массовой информации .

Там тоже ссылаются на эмоции и героем служит часто именно преступник58 .

Заслуга Каца во многом состоит в том, что он изучает упущенную криминологами тему, а именно непосредственную динамику преступного действия. Важное значение этой проблематики для самого совершения преступления не может, однако,

- 70 полностью опровергать роли социальных и психологических факторов в прошлом преступника. Всегда можно задавать вопрос, почему такие эмоции, «толкающие на преступление», возникают у некоторых людей намного больше, чем у других. Криминология не может избежать того, что ее объектом исследования являются как широкие общественные структуры, так и мотивы и эмоции индивида .

ВОЗМОЖНОСТИ СОВЕРШЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ

Случай создает вора, говорят. После второй мировой войны наблюдается огромный рост количества преступлений против собственности в разных формах во всех западных промышленных странах. Анализ такого количественного развития бесспорно показал его связь с расширением возможностей совершения преступлений. Мы знаем уже по опыту повседневной жизни, что, например, современные супермаркеты и магазины самообслуживания предлагают совсем другие возможности для преступлений против собственности, чем кооперативные магазины 1950-х годов, где товары находились за прилавком и за спиной продавца .

Американский криминолог Маркус Фелсон отчасти шутливо утвердил, что начавшийся в 1960-е годы бурный рост количества преступлений против собственности в западных странах является последствием изобретения и распространения транзисторных приемников. Утверждение может казаться странным, но по Фелсону важным фактором на фоне роста количества преступлений против собственности было появление на рынок таких товаров, которые были относительно маленькими, ценными и годными для перепродажи. Транзистор сделал это возможным. Никто не мог украсть телевизоров 1940-х годов .

Фелсон и некоторые другие криминологи подчеркивают, что изменение будничных занятий и обыкновений может сильно повлиять на развитие преступности. Можно даже говорить о теории будничных действий59. Например, рост количества краж со взломом в США во многом объясняется повышением занятости женщин: вследствие этого квартиры пустые и днем. Магазины, работающие ночью с маленьким персоналом, способствуют увеличению количества вооруженных грабежей. Вероятно, что расположение школы рядом с супермаркетом увеличивает мелкие кражи .

Шансы совершить преступления и повседневные занятия людей связаны не только с преступлениями против собственности. Можно обоснованно сказать, что, например, преступление против жизни очень тесно связано с существующей обстановкой. Совершение такого преступления предполагает совпадение многих факторов. Один из них — наличие требуемого для данного преступления оружия .

Вопрос о соотношении количества доступных огнестрельных оружий с количеством преступлений против жизни долго обсуждался, особенно в Соединенных Штатах. Некоторые считают, что доступность оружий увеличивает количество преступлений против жизни. Другие верят в т.н. эффект заменимости: если огнестрельное оружие не налицо, убийство совершается другим орудием .

- 71 Исследование этого вопроса создает много проблем. Самая большая из них заключается в том, как можно точно оценить количество свободно доступных оружий. В этом отношении невозможно полагаться на официальную статистику о количестве купленных оружий, разрешениях на право ношения оружия и т.д. Контроль в этом отношении в разных странах весьма различный .

Английский криминолог Дэвид Лестер применил интересный, хотя и не бесспорный, метод для измерения доступности огнестрельных оружий60. Он собрал точные данные о процентах совершенных огнестрельным оружием самоубийств и относительном количестве умерших в несчастных случаях с оружием в 16 странах Европы. Лестер предполагает, что эти данные отражают доступность оружий. По его статистике Финляндия занимает первое место. В Финляндии самая высокая доля совершенных огнестрельным оружием самоубийств: 26% всех самоубийств (относительное количество умерших в несчастных случаях с оружием в Финляндии отсутствует). Самый низкий процент имеется в Венгрии: там только 1,4% самоубийств совершается огнестрельным оружием .

Лестер затем оценил корреляционную связь факторов доступности с уровнем совершенных огнестрельным оружием преступлений против жизни .

Корреляция вооруженных самоубийств и вооруженных преступлений против жизни составила 0,42, корреляция вооруженных аварий и вооруженных преступлений против жизни 0,59. Иначе говоря, в странах, где доступность оружий более широкая, имеется более высокое относительное количество совершенных оружием преступлений против жизни. Сравнение доступности оружий с уровнем совершенных другими средствами преступлений против жизни не показало наличия эффекта заменимости, т.е. корреляции были негативными. В Финляндии также уровень совершенных огнестрельным оружием преступлений против жизни высокий, мы занимаем второе место в Европе после Италии .

Корреляции — не связь причины и последствия. Поэтому нельзя делать прямых выводов из них. Однако, на основе анализа Лестера и других криминологов кажется вероятным, что большое количество преступлений против жизни в Финляндии по крайней мере частично объясняется широкой доступностью огнестрельных оружий .

Мы вернемся к вопросу о возможностях совершения преступлений и значении будничных занятий в главе о средствах борьбы с преступностью .

КАКАЯ ТЕОРИЯ ПРАВИЛЬНАЯ?

Выше мы изложили некоторые социологические теории, на основе которых криминологи стараются объяснить отклоненное от норм поведение и преступность. Было бы возможно представлять еще многие другие теории .

Однако, часто речь идет лишь об одной и той же теории с новым названием или о новом варианте старой теории. Среди криминологов существует широкое единогласие относительно вышеизложенной классификации социологических теорий о преступности .

- 72 Невозможно сделать полный обзор, потому что новые теории или по крайней мере новые названия возникают все время .

Возможно, что теперь у читателя возникает вопрос, какая из этих теорий правильная или какая из них способна лучше других объяснить преступность и отклоненное поведение. Вопрос, наверно, связан с той характерной чертой человека, которая заставляет нас постоянно искать единственную правильную истину .

Между сторонниками этих разных теорий продолжаются оживленные дискуссии. За каждую теорию можно найти эмпирические доказательства, но также против каждой из них. Кажется, что единственный полезный подход — это принимать все вышеизложенные теории. Они все «правильные», но в ограниченном смысле, только в рамках своей более или менее узкой перспективы. Эти теории, таким образом, правильно объясняют преступность, но лишь отдельную часть данного явления. Никакая теория не может объяснить явления в целом, потому что в таком случае она вынуждена была бы объяснить человеческое поведение в целом. Поэтому каждая теория, с другой стороны, и неверная. Такой подход можно упрекать в релятивизме, но он все же объясняет, почему разные теории можно с успехом применять одновременно и параллельно. Например, Хейкки Юликангас в своем исследовании поножовщиков применил не только теорию аномии, но также теорию контроля и теорию подкультуры. Многие разные факторы влияют на то, какие теории выбирает отдельный исследователь и какие аспекты он хочет подчеркнуть. В этом отношении разницы вытекают в т.ч. из разных научных и философских мировоззрений. Разницы также связаны с различными подходами к проблемам борьбы с преступностью .

Круг компетентности каждой теории, таким образом, ограниченный .

Можно сказать, что преступность представляет собой длинный процесс, который отнюдь не начинается с преступного акта и не кончается на этом. Разные теории рассматривают разные фазы этого процесса.

Место некоторых социологических теорий преступности в этом процессе можно наглядно показывать следующей схемой:

ТРАДИЦИОННАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ КАК ПРОЦЕСС

- 73 Процесс начинается слева с верхнего угла. Структурные факторы, способствующие устранению человека от общества, могут создать противоречивое положение аномии, состояние без норм, которое в свою очередь создает давление к преступному поведению. Когда одновременно неофициальный контроль не работает и удобный случай появляется, этот процесс ведет к совершению преступного действия. Однако, на этом процесс не кончается .

Клеймение способствует отклоненному поведению. Этому способствует и вступление в сообщество подкультуры, где происходит усвоение способов нейтрализации преступных действий. Преступный образ жизни с связанными с ним явлениями (спиртным, наркотиками и пр.) в свою очередь способствует устранению и таким образом толкает на повторение преступного поведения .

Возникает бесконечный круг. Например, социальным работникам весьма трудно разорвать этот круг .

Данную схему нельзя истолковать слишком буквально. Она лучше подходит к некоторым преступлениям и преступникам, к другим хуже. Цель схемы — только показать, что отклоненное и преступное поведение является долговременным процессом и что различные социологические теории о преступности, как правило, рассматривают этот процесс лишь с точки зрения одного пункта схемы. Каждый из них может предлагать убедительное разъяснение данного пункта, хотя никакая из теорий не способна предлагать исчерпывающего анализа преступности в целом. В новейших научных дискуссиях криминологов наблюдается относительное единогласие о том, что совершение преступления предполагает наличие по крайней мере следующих факторов61 .

Во-первых, наличие потенциального преступника с мотивом преступления .

Некоторые из вышеизложенных теории ищут ответа именно на этот вопрос:

какие факторы создают этих потенциальных преступников с мотивом? Вовторых, требуется подходящий объект преступления, удобный случай. Здесь играют важную роль крупные перемены современного общества. В-третьих, требуется ситуация, в которой потенциальный преступник и удобный случай встречаются без наличия контрольного фактора, который мог бы предотвратить преступление. В этом отношении круг компетентности разных криминологических теорий ограниченный. Эти теории, как правило, анализируют только одну предпосылку осуществления преступного действия .

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Хорошее описание этого имеется в романе «Здесь, под северной звездой» финского писателя Вяйнэ Линна. После начала войны 1939 года первым павшим волости является местный бездельник, родственники которого пользуются огромным уважением на похоронах. Присутствуют самые сливки данной волости .

2. Durkheim, Emilе: Sosiologian metodisnnt (Правила методики социологии). Helsinki 1982, стр. 84, 86-87 .

- 74 Trnudd, Patrik: Syytutkimus — kriminologian umpikuja (Изучение причинности — тупик криминологии). Журнал «Sosiologia» 3/1969 .

4. В уголовном кодексе Финляндии имеется еще сегодня статья, по которой призыв к гомосексуальному поведению запрещается. Гомосексуалисты и их организации добивались отмены данной статьи путем ее открытого нарушения. Очевидно, что судебные учреждения уже не приводят в исполнение данную статью .

5. О функциональном анализе проституции см. Davis, Kingsley: Prostitution. В книге Merton, Robert K. & Nisbet, Robert А. (ed.): Contemporary Social Problems. New York 1961 .

6. См. Lihanov, Dimitri & Belyh, Vadim: Toveri Kummiset. Rikollisuus Neuvostoliitossa (Товарищ крестный отец. Преступность в СССР). Helsinki 1990 .

7. Социологическое понятие «аномия» — состояние без норм. (Прим .

пер.)

8. Интересно сравнивать эти цифры с количеством преступлений против жизни в Финляндии в последнее время (см. 6-ю главу). В разгаре развития совершились в некоторых волостях Похьянмаа относительно столько же убийств, как в самых насильственных городах США, напр. в Вашингтоне, в 1980-х годах .

9. Применение социологической теории в анализе исторического явления является на самом деле центральной заслугой этой работы. Метод, употребляемый Юликангасом, можно называть и исторической криминологией .

10. Durkheim, Emilе: Itsemurha. Sosiologinen tutkimus (Самоубийство .

Социологическое исследование). (1897). Kiikala 1985, стр. 302-303 .

11. Merton, Robert K.: Social Theory and Social Structure. New York 1957 .

12. См. напр. Taylor, Ian: Hooligans. Soccer's Resistance Movement. New Society 7/1969, стр. 204-206. Интересно, что в Англии эта тема обсуждалась на теоретическом уровне еще в конце 1960-х годов. В Финляндии явление стало известным только в 1980-х годах .

13. Takala, Hannu: Kaupunkirikollisuuden Selittmisest ja kunnalisen kriminaalipolitiikan mahdollisuuksista. Oikeuspoliittisen tutkimuslaitoksen julkaisuja (О проблемах анализа урбанизированной преступности и возможностях борьбы с преступностью на муниципальном уровне. Серия публикаций Института по исследованию правовых отношений) 35. Helsinki 1979 и Uusitalo, Paavo:

Kaupunkisuunnittelu ja rikollisuus (Городское планирование и преступность) .

Журнал «Yhteiskuntasuunnittelu» 3/1980 .

14. Hirschi, Travis: Causes of Delinquency. Berkeley 1969, стр. 34 .

15. Sm. Mkel, Matti: Hanhet (Гуси). Keuruu 1983, стр. 22-42 .

- 75 Lemert, Edwin М.: Human Deviance, Social Problems and Social Control. New York 1967, стр. V .

17. Becker, Howard: Sociological Work. London 1971, стр. 341 .

18. Lemert, там же, стр. 17 .

19. Taipale, Raila: Lain ja taivaan painamat. Vaikutteita tutkimusmatkalta pohjoisesta rosvojen kylst (Под давлением закона и неба. Впечатления с научной экспедиции в северный поселок разбойников). Журнал «Uusi Kriminaalihuolto» 3/1987, стр. 20 .

20. Цитата из произведения Cloward, Richard А. & Ohlin, Lloyd Е.:

Delinquency and Opportunity. Glencoe 1960, стр. 128 .

21. Lhtenmaa, Jaana: Helsingin hip-hор-nuoret (Молодежная группа хипхоп г. Хельсинки). Журнал «Nuorisotutkimus» 3/1989, стр. 12-14 .

22. Cohen, Albert K.: Delinquent Boys. The Culture of the Gang. Glencoe 1955 .

23. Willis, Paul: Koulun penkilt palkkatyhn. Miten tyvenluokan nuoret saavat tyvenluokan tyt (Со школьной скамьи на наемную работу. Как молодые рабочего класса получают работы рабочего класса). Tampere 1984 .

24. Willis, Paul: Profane Culturee. London 1978 .

25. Brake, Mike: The Sociology of Youth Culture and Youth Subcultures .

London 1980, стр. VII .

26. Genet, Jean: Ruusun ihme (Чудо розы). Helsinki 1968, стр. 118-119 .

27. Aromaa, Kauko: Varkaan ammatti ja sen tuki-instituutiot. Oikeuspoliittisen tutkimuslaitoksen julkaisuja (Профессия вора и ее вспомогательные институты. Серия публикаций Института по исследованию правовых отношений)

57. Helsinki 1983 .

28. Durkheim, Emilе: Uskontoelmn alkeismuodot. Austalialainen toteemijrjestelm (Первоначальные формы духовной жизни. Австралийская тотемная система). Helsinki 1980, стр. 215 .

29. См. Lahti, Pirkko & Pettinen, Aira: Kvelev kuvakirja. Tutkimus vankien tatuoinneista. Vankeinhoidon koulutuskeskuksen julkaisuja (Ходячая иллюстрированная книга. Исследование татуировок заключенных. Серия публикаций Центра обучения тюремных служащих) 3/1985. Helsinki .

- 76 Автор настоящей книги в рамках своей профессиональной деятельности столкнулся с мужчиной, который имел летучую мышь на лбу и звезды в обоих ушах. Ясно, что человек тогда просто не может скрывать своего преступного прошлого, например, в связи с поисками работы .

31. Цитата из произведения Taipale, Ilkka: Asunnottomuus ja alkoholi .

Alkoholitutkimussti (Бездомность и алкоголь. Фонд по исследованию проблем алкоголя). Jyvskyl 1982, стр. 34 .

32. См. напр. Vkivaltarikollisuus Lahdessa 1978. Lahden kaupunginsuunnitteluvirasto (Преступления против личности в г. Лахти в 1978 году. Канцелярия по городскому планированию г. Лахти) В 9/1980, стр. 52 и Hiltunen, Maritta & Aromaa, Kauko: Lahden omaisuusrikollisuustutkimus. Lahden kaupunginsuunnitteluvirasto (Исследование преступности против собственности в г .

Лахти. Канцелярия по городскому планированию г. Лахти) Б 5/1982, стр. 11 .

33. Ylikangas, Heikki: Puukkojunkkareitten esiinmarssi. Vkivaltarikollisuus Etel-Pohjanmaalla 1790-1825 (Подъем поножовщиков. Преступления против личности в Похьянмаа 1790-1825). Keuruu 1976, стр. 392 .

34. См. напр. Sutherland, Edwin Н. & Cressey, Donald R.: Principles of Criminology. Chicago 1955, стр. 74-81 .

35. В последние годы и десятилетия когнитивная концепция о роли знания находилась в центре внимания. Однако, в анализе преступности она играла второстепенную роль. Тем не менее, теория Сатерленда исходит именно из того, что познавательные структуры и модели мышления имеют центральное значение в усвоении преступного поведения .

36. Takala, Hannu: Alussa oli teoria (Вначале была теория). Журнал «Oikeus» 2/1987, стр. 138-139 .

37. См. напр. Sykes, Gresham & Matza, David: Techniques of Neutralization. А Theory of Delinquency. American Sociological Review 22/1957, стр .

664-670 .

38. Так все-таки не произошло в управляемых коммунистами странах .

Часто этот факт на западе объясняли тем, что эти страны не были «настоящими» социалистическими, а что там существовала государственно-капиталистическая система. А в самих коммунистических странах официальное объяснение состояло в том, что преступность является пережитком капитализма и будет в свое время исчезать. Это, конечно, было пропагандой, потому что, например, в Советском Союзе и Польше количество заключенных было самое высокое в мире в 1970-х годах из-за чрезвычайно строгого уголовного законодательства. Ведь по легальному определению преступности сама преступность будет существовать столько же времени, как и уголовные законы .

Формы и количество преступлений могут, правда, меняться .

- 77 См. напр. Melossi, Dario: The Penal Question in Capital, в произведении Platt, Tony & Takagi, Paul (ed.): Crime and Social Justice. Hong Kong 1981, и Melossi, Dario & Pavarini, Massimo: The Prison and the Factory — Origins of the Penitentiary System. London 1981 .

40. Маркс, Карл: Капитал. Критика политической экономии. Том первый. Москва 1973, стр. 744 .

41. В Финляндии законодательство против бродяжничества было отменено только в середине 1980-х годов .

42. Platt, Tony: «Street» Crime. А View from the Left, в произведении Platt, Tony & Takagi, Paul (ed.): Crime and Social Justice. Hong Kong 1981 .

43. Chambliss, William: On the Take. From Petty Crooks to Presidents .

Bloomington 1978 .

44. Там же, стр. 16, 181 .

45. Taylor, Ian & Walton, Paul & Young, Jock: The New Criminology. For а Social Theory of Deviance. London 1973, стр. 268-282 .

46. См. напр. Matthews, Roger & Young, Jock (eds.): Confronting Crime .

London 1986 .

47. Данное направление связано с т.н. классической школой, которая более подробно рассматривается в 7-й главе настоящей книги .

48. Hagan, John: Structural Criminology. Oxford 1988 .

49. Даже в этом отношении вышеупомянутый «отец» криминологии Чезаре Ломброзо был пионером. В 1895 году он опубликовал вместе с В. Ферреро работу «Преступница» .

50. По тогдашней интерпретации пассивность женщин вытекает из застоя яйцеклетки, а активность мужчин из подвижности сперматозоида .

51. Adler, Freda: Sisters in Crime. The Rise of the New Female Criminal .

New York 1975, стр. 95 .

52. Pollak, Otto: The Criminality of Women. Philadelphia 1950 .

53. Это, однако, не означает, что сравнение отклоненного поведения мужчин и женщин было бы несложно. Традиционное предположение заключается в том, что мальчики более агрессивные, чем девочки. Это, наверно, соответствует действительности, если под агрессивностью подразумеваются традиционные драки и пр. А если имеется в виду агрессивность в более широком смысле, включая и косвенную агрессивность (тайные гадости, сплетни и т.п.), то дело другое. Количественное измерение агрессивности на самом деле очень проблематично,

- 78 поведение девочек может оказаться удивительно жестоким и беззастенчивым .

Различия в поведении вытекают из различных социальных ролей и являются скорее качественными, чем количественными. См.

об этом Lagerspetz, Kirsti:

Psykologia — jrjen ja tunteen tiede (Психология — наука разума и чувства) .

Helsinki 1990, стр. 111-126 .

54. О феноменологической социологии и отклоненном поведении см .

напр. Schultz, Alfred: The Social World and the Theory of Social Action, в труде Collected Papers II. The Наguе 1964; Downes, Davis & Rock, Paul: Understanding Deviance. А Guide to the Sociology of Crime and Rule Breaking. Oxford 1988, стр. 192-216; Pfohl, Stephen J.: Images of Deviance and Social Control. А Sociological History. New York 1985, стр. 292 и Jrvinen, Saija: Pilve, puntteja ja pivunia. Vankeinhoidon koulutuskeskuksen julkaisuja (Наркотики, атлетика и мечты. Серия публикаций Центра обучения тюремных служащих) 6/1988 .

Helsinki, стр. 7- 12 .

55. Berger, Peter & Luckmann, Thomas: The Social Construction of Reality .

New York 1967 .

56. von Wright, Georg Henrik: Ajatus ja julistus (Идея и воззвание). Juva 1989, стр. 80-81 .

57. Katz, Jack: Seductions of Crime. Moral and Sensual Attractions in Doing Evil. New York 1988, стр. 3 .

58. Центральную роль в кинофильмах о тюрьмах часто играет вышеназванное «подлинное экспериментальное творчество», когда речь идет о планировании побега из тюрьмы. Можно и спросить, почему заключенные в этих кинофильмах всегда являются героями, а тюремный персонал обычно изображается весьма негативно .

59. См. напр. Cohen, Lawrence Е. & Felson, Marcus: Social Change and Crime Rate Trends: А Routine Activity Approach. American Sociological Review, Vol. 44, August 1979, стр. 588-608; Felson, Marcus: Routine Activities and Crime Prevention in the Developing Metropolis. Criminology, Vol. 25, 4/1987 .

60. Lester, David: Crime as Opportunity. А Test of the Hypothesis with European Homicide Rates. British Journal of Criminology, Vol. 31, No. 2/1991 .

61. Cohen, Lawrence Е. & Felson, Marcus: Social Change and Crime Rate Trends: А Routine Activity Approach. American Sociological Review, Vol. 44, August 1979, стр. 588-608 и Gottfredson, Michael & Hirschi, Travis: А Propensity-Event Theory of Crime. В работе Laufer, William S. & Adler, Freda (ed.): Advances in Criminological Theory, Vol. 1. New Brunswick 1989 .

- 79

<

6. КОЛИЧЕСТВЕННЫЙ АНАЛИЗ ПРЕСТУПНОСТИ В СВЕТЕ ПРИМЕРА ФИНЛЯНДИИ

Анализ количественного развития преступности всегда сложная задача .

Мы уже говорили о том, что подавляющая часть преступности, по всей вероятности, остается скрытой. Вполне возможно, что количественное развитие открытой преступности полностью противоречит соответственному развитию скрытой преступности .

При сравнении преступности в разных странах мы также сталкиваемся со многими проблемами. Иногда спрашивают, является ли Финляндия страной высокой преступности? Ответить на этот вопрос, однако, на практике невозможно, да сам вопрос неправильно поставлен. По легальному определению преступности мы сами «решаем» общее количество преступности, когда принимаем решения о криминализации разных действий в законодательстве страны. Логично, что чем больше действий нелегальные, тем больше у нас преступности. Раньше, еще в 1960-х годах, появление на публичном месте в состоянии опьянения было в Финляндии наказуемым деянием, которое привело к штрафу. Тогда все подобные деяния отражались в статистике преступлений и значительно увеличили «общую преступность» нашей страны .

Разнородность законодательства разных стран особенно затрудняет международное сравнение преступности. Признаки преступления могут существенно меняться. Во многих странах уголовное законодательство знает такое преступление, как кражу со взломом. В Финляндии такого преступления в законодательстве нет, речь идет лишь о краже или квалифицированной краже. Чем дальше страны находятся друг от друга в культурном смысле, тем труднее, как правило, провести международное сравнение преступности .

Сравнению мешают и разницы явной и скрытой преступности. В одной стране полиция работает эффективно и большая часть преступлений раскрывается, а в другой стране большинство преступлений никогда не доходит до сведения властей и почти никто не подвергается наказанию. И поскольку сравнения обычно приходится делать на основе открытой преступности, то они несоизмеримые. Часто разное развитие преступности в разных странах отражает скорее разницы в деятельности властей и толковании законодательства, чем развитие самой преступности .

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ СТАТИСТИЧЕСКИХ ИЗМЕНЕНИЙ

Со строго научной точки зрения всегда необходимо рассматривать количественное развитие преступности на основе фактической преступности в целом. Это означает, что необходимо также учитывать развитие скрытой преступности, например, с помощью исследований жертв. Однако, на практике приходится часто прибегать к анализу только явной преступности. Тогда в основном используются два источника: статистика полиции, т.е. статистика дошедших до сведения полиции уголовных дел, и статистика судебных учреждений. Иногда эти источники не совпадают. Допустим, что полиция определила преступление как убийство без заранее обдуманного намерения. В какой-то судебной инстанции данное преступление все-таки

- 80 превратилось в тяжелое телесное повреждение и убийство по неосторожности. Конечно, самого надежного результата можно достигать, если использовать как можно больше источников и сравнивать их .

Если использовать источники, которые отражают развитие только открытой преступности, исключительно важно сделать определенные оговорки .

Допустим, что в статистике полиции за определенное время наблюдается заметный рост количества преступлений определенного вида.

Возможно, что рост зависит во всяком случае от следующих факторов:

1. Борьба с преступностью стала более эффективной. Полиция, например, получила больше ресурсов, интенсифицировала свою деятельность, и таким образом преступники все чаще попадаются. В статистике это проявляется как рост преступности, хотя вполне возможно, что количество преступлений на самом деле сокращается .

2. Контроль над преступностью каким-то образом изменился. Возможно, что в течение данного срока некоторые преступления определилясь поразному, или полиция стала толковать закон по-новому. Например, в Финляндии несколько лет тому назад был принят новый закон, позволяющий сразу наложить маленький штраф за мелкие нарушения правил уличного движения. Раньше за такие проступки полиция делала устные замечания, которые, конечно, не отражались в статистике. А сразу после этой реформы статистика показала сильный рост нарушений правил дорожного движения. По всей вероятности, однако, количество фактических нарушений не росло так резко .

Изменения практики регистрации преступлений также могут отражаться в статистике, особенно когда речь идет о десятках следующих подряд преступлениях и рецидивах .

3. Возросла готовность общественности делать сообщения о преступлениях. Представления людей о том, что серьезное преступление и что нет, меняются все время. Это означает, что в определенное время люди не очень охотно сообщают о преступлениях, а в другое время готовность возрастает .

Такое развитие наблюдается в Финляндии относительно актов насилия в семье .

Когда в обществе, в средствах массовой информации и т.д. обращается все больше внимания на насилие в семье, это, наверно, увеличивает готовность жертв, а также соседей сообщить об этом, что в свою очередь приведет к росту семейного насилия в статистике. А это опять-таки не обязательно означает, что растет количество случаев применения насилия в финских семьях .

4. Возросла сама фактическая преступность. Однако, действительный рост преступности также не обязательно отражается в статистике. Допустим, что ресурсы полиции ослабели и все меньше преступлений доходит до сведения полиции, хотя фактическая преступность все время растет. Таким образом, изменения в развитии фактической преступности не обязательно отражаются в статистике явной преступности .

- 81 Часто мы сталкиваемся с положением, когда эти разные факторы одновременно действуют, что еще больше затрудняет интерпретацию. Фактическая преступность возросла и в то же время полиция интенсифицировала свой контроль: оба фактора вызывают рост в статистике. А какая доля того и другого фактора — это уже труднее выяснить .

КОЛИЧЕСТВЕННОЕ РАЗВИТИЕ ПРЕСТУПНОСТИ

До рассмотрения количественного развития преступности в Финляндии необходимо обратить внимание на некоторые обстоятельства. В основе количественного развития преступности часто лежат факторы, которые прямо связаны с общественными изменениями и таким образом вообще не имеют никакого отношения к поведению преступников. Ясно, что в Финляндии 1990х годов имеется больше нарушений правил дорожного движения и угонов машин, чем, например, в 1910-е годы. Понятно, что нынешним трибуналам довольно редко приходится разбирать случаи конокрадства, если сравнивать с трибуналами XIX века. Было бы абсурдно сравнивать абсолютное количество случаев пьянства за рулем 1990 года с соответствующим количеством 1944 года или спрашивать, почему в Финляндии 1950-х годов не было преступности, связанной с ЭВМ .

Подобные изменения, таким образом, не связаны с изменением поведения преступников или системы наказаний. Они лишь вытекают из развития возможностей совершения преступлений. Когда возможности совершить преступления существенно растут (например, автомобильный парк страны растет), преступность видимо также растет. Это соответствует действительности относительно самых распространенных преступлений в Финляндии .

Следующие фигуры сравнивают, с одной стороны, развитие промышленного производства потребительских товаров с развитием количества краж и, с другой стороны, развитие потребления спиртных напитков с развитием количества тяжелых телесных повреждений. Речь идет о периоде 1970 – 1989 гг.1

- 82 Дошедшие до сведения полиции кражи и тяжелые телесные повреждения, объем промышленного производства потребительских товаров и потребление 100-процентного алкоголя в период 1970 – 1989. Индекс: 1970 = 100. (1) Первая фигура показывает, что количество товаров и количество краж в обществе развиваются параллельно. Чем больше возможностей украсть товары, тем больше краж. Случай создает вора, как говорят. Вторая фигура показывает, что употребление спиртных и акты насилия количественно также развиваются параллельно. Интересно здесь явное уменьшение количества дошедших до сведения полиции преступлений против личности в середине 1970х годов. Уменьшение более значительное, чем сокращение потребления алкоголя того времени. А сокращение потребления спиртного, видимо, объясняется экономическим спадом того времени, так что экономические факторы косвенно регулируют и преступления против личности .

Однако, на основе вышеприведенных фигур нельзя прийти к выводу, что промышленное производство как таковое причиняет кражи или что потребление алкоголя является причиной преступлений против личности. Одновременное совпадение двух вещей не обязательно свидетельствует о соотношении причины и последствия между ними. Но как-то они тем не менее взаимосвязаны. Можно задать вопрос: если было бы возможно значительно сократить потребление спиртных в Финляндии, то привело ли бы это к соответственному сокращению актов насилия? Или если бы значительный спад в экономике снизил объем промышленного производства, то привело ли бы это к соответственному уменьшению количества краж?

В следующем рассмотрим количественное развитие некоторых видов преступления в свете опыта Финляндии. Здесь возможно обратить внимание только на маленькую часть финской преступности. Рассмотрим развитие именно таких

- 83 видов преступления, которые типичные для Финляндии или находились в центре дискуссии в последние годы. Такой фокус внимания, конечно, неправильный в том отношении, что все внимание сосредоточится лишь на развитии т.н. традиционной преступности .

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЖИЗНИ И АКТЫ НАСИЛИЯ

По количеству преступлений против жизни (умышленных убийств или убийств без заранее обдуманного намерения) показатели Финляндии высокие в международном сравнении. Мы раньше указали на высокое количество преступлений против жизни в районе Похьянмаа в XIX веке. Но тогда речь шла о четко региональном явлении. Следующая таблица показывает количество преступлений против жизни на 100 000 жителей в некоторых странах в 1986 году2:

–  –  –

В мировом масштабе Финляндия не среди первых, но среди европейских стран наша страна одна из первых. Высокие цифры Северной Ирландии, США и Колумбии частично объясняются той информацией, которую получаем из ежедневных газет. Т.е. речь идет об обостренной политической обстановке, терроризме, организованной преступности с наркотиками и распространенности оружий. Например, в США региональные разницы большие: в крупных городах количество жертв преступлений против жизни составило в 1980-х годах даже 20 – 60 на 100 000 человек .

За последние десятилетия абсолютное количество жертв преступлений против жизни составило 100 – 150 в год в Финляндии. Однако, последние десятилетия, например 1980-е годы, не были самыми насильственными в нынешнем веке. Период 1905 – 1945 охарактеризовался высоким количеством преступлений против жизни, и сам пик развития имел место в период 1920 –

1930. Тогда у нас было 8-10 убитых в год на 100 000 человек. Значит, тогда количество преступлений против жизни было в три раза больше количества конца 1980-х. Среди криминологов обсуждался вопрос о том, можно ли объяснить акты насилия того времени только явлениями, связанными с сухим законом (1919 – 1932), или идет ли речь, как в эпохе поножовщиков, о давлении аномии3 .

Даже в периодах с низким количеством преступлений против жизни региональные разницы могут быть значительными. В последние годы самое большое количество преступлений против жизни наблюдалось в северной и восточной Финляндии и в южных центрах с быстрым ростом населения. Эти преступления, таким образом, сосредоточены и в районах с сокращающимся населением, и в районах с растущим населением .

- 84 Интересная деталь состоит в том, что в районе Похьянмаа количество убитых ежегодно составляет даже менее одного человека на 100 000 жителей, а в самых насильственных районах Финляндии ок. 4-5 человек .

Удивительно, что возраст убийц меняется существенно в разные периоды. По финскому исследователю Юсси Паюоя, в период высокого количества актов насилия, в 1920-х и 1930-х годах, даже 80 процентов преступников были моложе 30 лет. А в 1970-х и 1980-х годах лишь 45 процентов принадлежали к этой группе молодых4. На основе этого можно сделать вывод, что по крайней мере относительно самых серьезных преступлений против личности молодежь сегодняшнего дня отнюдь не более преступная, чем раньше, скорее наоборот .

Преступления против жизни в Финляндии стали объектом основательных исследований в 1970-х годах5. Очевидно, что характерные черты данного типа преступления существенно не изменились с тех пор. Местом преступления служили в 1970-х годах чаще всего квартира или двор. Самыми общими средствами и способами совершения преступления были нож, избиение, пинок и дробовик. Главными мотивами были ссора (33%), поведение жертвы (13%) и ревность (7%). Еще сегодня убийство редко связано с преступлением против собственности или с сексуальным преступлением. Можно охарактеризовать преступника лучше так, что он «один из нас», относительно обыкновенный человек. Его социальное положение, правда, довольно слабое. По исследованиям 90% убийц — мужчины. Характерные черты жертвы, например, возраст и образ жизни, те же, как у убийцы. Маленьким исключением в этом отношении является пол: 70% жертв были мужчины. Только 4% жертв были совсем незнакомыми убийцам. Даже одна треть убийств совершилась в круге семьи или родственников. Весьма часто после убийства следовало самоубийство (6%) .

Криминологи уже давно старались найти причину высокого количества преступлений против жизни в Финляндии. «Первый» криминолог Финляндии Вели Веркко представлял в 1930-х и 1940-х годах мнение, по которому высокое количество преступлений против жизни в нашей стране объясняется финским национальным характером6. Данный национальный характер является по существу генетическим и биологическим, следовательно, наследуемым качеством. Свойственно финскому национальному характеру плохая выносливость спиртного, из которой вытекают нерассудительные акты насилия. Однако, взгляды Вели Веркко не совпадали с биокриминологией Ломброзо, который считал преступников дегенерированными индивидами. Веркко наоборот рассматривал финскую преступность против жизни как «нормальное» национальное качество, которое объясняется плохой выносливостью спиртного .

Можно отнести Веркко к представителям коллективного биологизма .

В течение следующих десятилетий идеи Веркко подвергались резкой критике. Социологам 1950-х и 1960-х годов идея о биологическом отсутствии выносливости спиртного у финнов была чрезвычайно противной. Они считали, что речь идет о неопытности финнов к употреблению водки. Однако интересно, что в 1980-х годах исследователи употребления спиртных по крайней мере частично вернулись к идеям Веркко. Правда, сейчас они считают, что плохая выносливость спиртного является

- 85 фактором культуры: она передается по наследству, но не биологически7. Ниже вернемся к вопросу о взаимосвязи алкоголя и преступности в Финляндии .

Анализ преступлений против личности представляет собой сложную задачу из-за высокого количества скрытых преступлений8. Например, в начале 1990-х годов до сведения полиции дошло ежегодно ок. 20 000 преступлений. Некоторые исследования, однако, показывают, что фактическое количество составляет ок. 350 000 — 500 000 преступлений в год. По статистике наблюдается равномерный постепенный рост, но трудно сказать, идет ли речь о росте фактической преступности в целом .

Часто думаем, что типичное преступление против личности — это внезапный набег и телесное повреждение, которое совершается незнакомым человеком на улице или в темном парке. Исследования жертв однако показали, что около половины тяжелых телесных повреждений в Финляндии имеет место в кругу знакомых, родственников или семьи. Место действия почти в половине случаев — дом жертвы или другое жилое помещение. Семейное насилие является по исследованиям относительно жестоким, повторяющимся и почти исключительно направленным против женщин. Доля случаев тяжелого телесного повреждения изо всех преступлений против личности не изменилась в 1980-е годы. Доля ок. 10-12% всех преступлений против личности .

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ

К категории преступлений против собственности можно отнести все преступления, нацеленные на хищение или причинение ущерба собственности .

Как мы уже отметили, количество этих преступлений часто прямо связано с возможностями совершения преступлений и количеством существующей собственности .

В начале 1990-х годов ок. 180 000 краж в год (от мелких до квалифицированных) и ок. 20 000 — 22 000 угонов машин в год дошло до сведения полиции Финляндии. Последние представляют собой типичные преступления молодежи и прибавляются по мере роста автомобильного парка .

Часто думаем, что ограбление на улице является типичным преступлением против собственности. Однако, по статистике это довольно редкое явление. По сведениям полиции было всего 2500 ограблений в год в начале 1990-х. Также ограбления банков и почтовых отделений являются относительно редкими в Финляндии по сравнению с другими странами. В начале 1990-х годов, однако, в Финляндии наблюдалась определенная «волна»

ограблений банка. Еще в 1987-м году были совершены всего 25 ограблений банка в Финляндии. Соответственная цифра Швеции была 159 и Дании 212 .

Но в 1991 году количество ограблений банка в Финляндии уже составило свыше ста в год .

В Финляндии ограбление банка редко работа «профессионалов». Часто речь идет о полностью бесплановом действии, которое совершается под влиянием минуты.

Один комиссар полиции рассказывает в газетном интервью о различных примерах неудачи финских грабителей банка:

- 86 Мужчина пошел грабить банк. Дробовик выстрелил уже в пути .

Мужчина пошел в банк. Грозил служащему, получил деньги. У двери потерял сознание от опьянения .

Мужчина пошел грабить банк. Купил в киоске рядом колготки, надел их на голову и пять минут ждал удобного случая на улице перед банком с колготками на голове .

Мужчина пошел в банк и требовал деньги. Телефон звонил. Мужчина испугался и бежал .

Два мужчины пошли в банк. Один из них нечаянно выстрелил другому в пальцы .

Очень известный тот случай, когда близорукий мужчина грабил банк. Он снял очки, чтобы остаться неопознаваемым. В банк мужчина пробрался ощупью и еле-еле нашел дорогу в главную кассу. Банковские служащие воспользовались случаем и подали грабителю билеты в десять марок вместо билетов в тысячу марок»9 .

Количество ограблений банка, кажется, сильно меняется каждый год .

Одно ограбление, получившее большое паблисити, может вызывать кратковременную волну ограблений, которая скоро закончится .

Новым весьма сильно растущим в последние годы видом преступности против собственности являются обманы разного типа. В 1980 году 11 000 случаев дошло до сведения полиции, а в 1989 году соответствующее количество уже составило почти 60 000 преступлений. Такое развитие служит хорошим примером того, как увеличение возможностей совершения преступлений часто и приводит к фактическому росту преступности. В данный период (1980

– 1989) количество банковских и кредитных карточек в обращении увеличилось с одного миллиона до шести миллионов. Это главным образом и объясняет рост преступности. Речь идет прежде всего об обманах, связанных с этими карточками. Самая распространенная форма обмана — это продолжительное и сильное превышение кредитного лимита собственной карточки .

Эти действия часто серийные по своему характеру, один и тот же человек провиняется в совершении десятков или даже сотен отдельных преступлений .

Из этого следует, что количество преступников значительно меньше количества дошедших до сведения полиции преступлений10 .

Также количество случаев причинения ущерба увеличилось в последние годы и десятилетия. Обычно речь идет о совершенных молодыми людьми преступлениях, которые причиняют значительные финансовые утраты .

Возможности совершения преступлений играют и здесь большую роль. По крайней мере в области г. Хельсинки эти преступления в основном (свыше 50%) направлены на машины. В этом отношении оконное стекло, которое раньше было главным объектом, потеряло свое значение .

В общем и целом полиция получает сведения о лишь маленькой части преступлений против собственности, независимо от того, идет ли речь о хищении или причинении ущерба. Опросы жертв показывают, что ок. 10-12% взрослого населения ежегодно становится жертвой какого-то преступления против собственности. В международном сравнении, однако, этот вид преступности является весьма ограниченным в Финляндии. Например, в Дании и Швеции количество преступлений

–  –  –

ПЬЯНСТВО ЗА РУЛЕМ

Вождение машины в нетрезвом состоянии, или пьянство за рулем, долго было предметом острой дискуссии в Финляндии. В этой дискуссии принимали участие средства массовой информации, отдельные граждане, а также политическое руководство страны, в т.ч. президент республики. Пьянство за рулем было воспринято как одна из главных проблем страны, как вопрос номер один в развитии безопасности дорожного движения, как специфичная финская проблема .

А являются ли финны тогда народом, пьянствующим за рулем? Сначала важно обратить внимание на сложности международного сравнения этого вида преступности. Имеются большие разницы законодательства разных стран. В некоторых странах вождение в нетрезвом состоянии вообще не запрещается, в других странах допускается довольно много алкоголя в крови. В Финляндии водитель считается пьяным, если содержания алкоголя в крови превышает 0,5 промилле, а в США лимит в два раза выше — 1 промилле .

Также отношение к вождению под влиянием алкоголя разное в разных странах. Например, в США довольно часто бывает, что человек водит машину после 5-6 виски и никто этого не порицает11. Разницы уровня контроля также большие. В некоторых странах вообще не практикуются полицейские облавы, а пьяный водитель может в действительности попасться только в связи с аварией или другим нарушением правил дорожного движения. Ясно, что в таком случае количество дошедших до сведения полиции случаев пьянства за рулем значительно ниже, чем в тех странах, где часто производятся общие облавы .

Количество разоблаченных случаев пьянства за рулем выросло абсолютно в последние годы в Финляндии. В 1991 году ок. 30 000 случаев дошло до сведения полиции. Если, однако, сопоставить количество случаев с автомобильным парком страны, то тенденция падающая. В 1981 году было разоблачено 141 случаев на 10 000 машин. В 1991 году цифра была 133 .

На количество случаев пьянства за рулем существенно влияют объем и эффективность полицейского контроля, или другими словами риск попасться .

В 1991 году полиция контролировала 1 400 000 водителей, а шесть лет раньше, в 1985 году, количество было 640 000. Значит, количество контрольных мероприятий выросло на свыше 100 процентов. По сравнению с предыдущим десятилетием, с 1970-ми годами, абсолютное количество контрольных мероприятий выросло в много десятков раз. Ясно, что количество разоблаченных водителей поэтому сильно растет. Однако, мы не можем сделать выводов относительно фактического развития этого вида преступности. Для этого требуются исследования другого типа .

Один такой метод изучения скрытой преступности представляют собой т.н. исследовательские облавы, в связи с которыми стремятся к тому, чтобы как можно больше факторов были бы константными и результаты с разных времен таким образом были бы сравнимыми. Цель таких исследований — выяснить долю пьяных водителей в определенном моменте. Такие исследования, которые регулярно

- 88 проводились с 1979 года в губернии Уусимаа, показали, что доля пьяных водителей (минимум 0,5 промилле алкоголя в крови) среди всех водителей была следующей (в процентах):

1979 0,46% 1984 0,20% 1989... .

1980 0,39% 1985 0,20% 1990 0,31% 1981 0,36% 1986 0,23% 1991 0,19% 1982 0,34% 1987 0,22% 1983 0,24% 1988 0,25% Эти данные неоспоримые. По крайней мере, в губернии Уусимаа пьянство за рулем сокращается. По сравнению с концом 1970-х годов оно даже сократилось на 50 процентов (правда, маленький подъем можно заметить в конце 1980-х). Также общенациональные исследования показывают подобные результаты. В проведенном в 1988 году исследовании, в связи с которым были контролированы 77 000 водителей, доля пьяных составила 0,24% .

Из средств массовой информации можно получить впечатление, что пьяные водители ежегодно убивают многочисленных невиновных в дорожном движении.

Следующая таблица показывает число убитых в авариях, причиненных пьяными водителями в 1991 году:

умерших всего 128 в т.ч. - пьяных водителей 073

- пассажиров пьяного водителя 040

- посторонних 015 В большинстве аварий умирает сам пьяный водитель, иногда его пассажир, но относительно редко посторонний. Количество умерших посторонних составляло 5-20 в год .

Существующие результаты сравнительных исследований показывают, что финны на самом деле не являются народом пьяных водителей. Дело обстоит даже наоборот. Можно обоснованно утвердить, что в Финляндии доля водителей в нетрезвом состоянии одна из самых низких в мире. Наше положение очень хорошее, если сравнивать с другими странами12. Многие специалисты поэтому считают, что пьянство за рулем отнюдь не является главной угрозой на финских дорогах .

НЕЗАКОННЫЕ ДЕЙСТВИЯ С НАРКОТИКАМИ

Много различных поверий, мифов и неправильных представлений связано с наркотиками, с употреблением наркотических веществ и с незаконными действиями с наркотиками. Поэтому часто трудно рассматривать вопрос со строго научной, беспристрастной точки зрения. Наркотики и незаконные действия с ними иногда рассматриваются как самая большая проблема общества даже в таких странах, где употребление этих веществ относительно ограничено и сосредоточено на т.н. слабых

- 89 наркотиках. Для многих людей наркотики являются непонятным и устрашающим, или просто новым вопросом .

Этот вопрос следует рассматривать с более широкой точки зрения, в том числе в исторической перспективе, а не только с точки зрения сегодняшнего уголовного кодекса. Наркотиками являются в широком смысле все те вещества, которые каким-то (либо успокаивающим, либо активизирующим) образом воздействуют на психику. По широкому определению наркотиками, бесспорно, являются, напр., алкоголь, табак и кофе. По способу употребления и действию (напр., по симптомам абстиненции) эти вещества во многом сходные с запрещенными в нашем уголовном кодексе наркотиками (напр., с гашишем). Разница состоит лишь в том, что некоторые одурманивающие воздействующие на психику вещества разрешенные, другие запрещенные. Тот факт, что алкоголь, табак и кофе по своему характеру являются наркотическими веществами, отражается в том, что все они раньше были строго нелегальными.

Финский исследователь Осмо Контула пишет:

«Например, в XVII и XVIII веках государства всячески пытались предотвращать распространение кофе в Европе. Кофе считался очень вредным для здоровья веществом, которое отрицательно влияет, напр., на фертильность женщин. В Швеции-Финляндии кофе был запрещен с 1767 г. до 1802 г. Еще более резкую реакцию вызвал табак. В многих странах Европы власти полностью запретили импорт и потребление табака в XVII, XVIII и XIX веках. В России в XVII веке государство старалось подавить курение даже под страхом смертной казни. Мы помним также новейшие попытки контролировать употребление алкоголя, например, сухой закон в Финляндии в 1922 – 1932 гг. Главным обоснованием сухого закона было негативное влияние спиртных напитков на интенсивность труда промышленных рабочих»13 .

Исторические факторы и влияние культуры во многом определяют, какие одурманивающие вещества запрещаются, какие разрешаются. Еще сегодня имеется в мире множество стран, в которых хранение и употребление спиртных напитков строго запрещено. Вместо того употребление таких веществ, которые у нас классифицированы как настоящие наркотики, может быть свободным .

Уголовный кодекс Финляндии запрещает изготовление, контрабанду, продажу, хранение и употребление наркотических веществ14. Преступление считается тяжким по мере роста количества вещества. Относительно гашиша лимит тяжкого преступления 50-100 граммов и относительно героина 10-20 граммов. Самая распространенная форма преступления в Финляндии именно употребление. Доля употребления и хранения ок. 50-60% всех преступлений .

В 1991 году количество осужденных за незаконные действия с наркотиками составило 930 лиц. Половина этих преступлений совершаются в Хельсинки с окрестностью. Прежде всего речь идет о гашише, марихуане и т.п., доля которых 65-75 процентов всех незаконных действий. Доля лекарственных веществ ок. 20 процентов и доля амфетамина ок. 15 процентов. Доля опиума и героина ок. 3 процента всех незаконных действий. Доля кокаина была еще в конце 1980-х годов почти ничтожной .

- 90 Развитие количества преступлений этого типа трудно оценить, потому что объем скрытой преступности неизвестный. Однако, информация, полученная из разных источников (м.пр. количество осужденных в судах низшей инстанции) показывает, что употребление и незаконные действия были более распространенными в начале 1970-х годов, потом существенно сократились в начале 1980-х, а в конце 1980-х снова росли до уровня начала 1970-х и, может быть, даже превысили этот уровень. Как интенсификация таможенного и полицейского контроля повлияла на количество разоблаченных — трудно оценить. Попытки выяснить скрытую преступность были сделаны с помощью опросов молодежи об употреблении наркотиков. Следующая таблица показывает долю военнослужащих, попробовавших наркотические вещества (процент изо всех военнослужащих данного контингента)15:

–  –  –

Иначе говоря, речь идет о таком развитии, которое мы выше описали .

Сначала употребление сокращается, а потом увеличивается, по крайней мере, среди попробовавших свыше десяти раз. С социологической точки зрения существенно то, почему наблюдаются столь сильные колебания в отношении молодежи к наркотическим веществам. Такие же колебания исследователи обнаружили в употреблении спиртных напитков среди молодежи. Вопрос, видимо, тесно связан с явлениями молодежной культуры .

Интересны также происшедшие изменения возраста употребляющих наркотические вещества. В начале 1970-х годов молодые (моложе 20 лет) составили ок. 60 процентов обвиняемых в незаконных действиях с наркотиками, а в конце 1980-х только ок. 20 процентов. Раньше употребление наркотических веществ было более популярно именно среди молодежи, а сегодня этим больше занимаются люди возраста с 25 до 40 лет16 .



Pages:   || 2 |


Похожие работы:

«Майкл Эдвардc ДРЕВНЯЯ ИНДИЯ БЫТ РЕЛИГИЯ КУЛЬТУРА Москва ибНТРПОЛИГРЙЯР ББК. 63.3 Э18 Охраняется Законом РФ об авторском праве. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке. Оформление художника И.А. Озерова Эдварде М. Э18...»

«ПОГОРЕЛЬСКАЯ ЕЛЕНА ЮРЬЕВНА ПРОБЛЕМА ЕДИНСТВА И ИДЕНТИЧНОСТИ НАУКИ: ОГРАНИЧЕННОСТЬ ПОСТПОЗИТИВИСТСКОЙ ВЕРСИИ Специальность 09.00.08 философия науки и техники АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Екатеринбург 2000 Работа выполнена...»

«Приложение 2 Муниципальное казённое учреждение культуры "Центральная библиотека Ивнянского района" СОЦИАЛЬНО КУЛЬТУРНЫЙ ПРОЕКТ Пресс-кафе "7ДНЕЙ" (создание дополнительной зоны для работы читателей с периодическими изданиями на базе центральной районной библиотеке) Ивня, 2016 ЗАЯВКА Пресс-кафе "7ДНЕЙ" – создание 1. 1. Назван...»

«Методические рекомендации воспитателям по развитию звуковой культуры речи посредством игровых технологий в условиях ФГОС. Содержание. I. Характеристика речевого развития детей.1.1. Речевое развитие детей 5-6 лет. с.3 1.2. Речевое развитие детей 6 -7лет. с.4 II.Игровые технологии развития фонематического...»

«Приложение № 1.16 к основной общеобразовательной программе – образовательной программе основного общего образования МБОУ ГМ СОШ, утверждённой приказом от 01.04.2015 №52 Рабочая программа по учебному пред...»

«Алфавитный перечень болезней и вредителей рапса Список болезней Альтернариоз 2 Белая ржавчина 1 Белая пятнистость листьев 4, 10 Вертициллёз (вертициллёзное увядание) 13 Влияние низких температур (похолодания) 14 Дефицит магния 15 Дефицит серы 16 Кила (капусты) 9 Ложная мучнистая роса...»

«Утверждено решением Ученого совета ФГБОУ ВО "Краснодарский государственный институт культуры" от " 12 " ноября 2015 года, протокол № 12 ПРОГРАММА ПРОВЕДЕНИЯ ВСТУПИТЕЛЬНЫХ ИСПЫТАНИЙ для абитуриентов, поступающих по направлению подготовки 46.04.02 ДОКУМЕНТОВЕДЕНИЕ И АРХИВОВЕДЕ...»

«ISSN 2306-6423 ПАЁМНОМАИ ФАРАНГ ВЕСТНИК КУЛЬТУРЫ №1 (25), 2014 HERALD OF CULTURE Ба маълумоти муаллифон Дар маљаллаи “Паёмномаи фарњанг”, асосан, маќолањои фарогирандаи тањќиќотњои илмї оид ба илмњои фарњангши...»

«ПРОГРАММА КОНФЕРЕНЦИИ Семинар № 1 "Продвижение и вовлечение" Модераторы: Екатеринбургский филиал Уральского государственного университета физической культуры, кафедра теории и методики адаптивной физической культуры Дата проведения: 28 октября 2015 г. Место проведения: Екатеринбургский филиал УралГУФ...»

«рганизация бъединенньх аций по вопросам образования, науки и культуры Осуществление Конвенции и Рекомендации о борьбе с дискриминацией в области образования Результаты восьмой консультации с государствами-членами (2011-2013 гг.)...»

«Абсолютистские представления в социализме Рудольф Роккер I. Наше представление о глубинных причинах сегодняшней мировой катастрофы было бы неполным, если бы мы не замечали роли, которую сыграли современный социализм и современное рабочее движение в приготовлении сегодняшней к...»

«72 РУССКАЯ РЕЧЬ 3/2012 Язык мой пол мой © Е. В. БУРВИКОВА В статье изложены современные точки зрения на проблему тендера в языке и речи, на особенности мужской и женской речи. Ключевые слова: гендер, мужская и...»

«МУК "Центр сохранения и развития культуры" Пошехонского МР СБОРНИК старинных обрядов, традиций и обычаев жителей Пошехонского района в рамках фестиваля народных традиций "Пошехонская старина" Проект "Красота души русской" 2015 год МУК "Центр сохранения и развития культуры" Пошехонского района Содержание: Старинные обряды...»

«Межрегиональная научно-практическая конференция “Книжные собрания Русского Севера: проблемы обеспечения сохранности и доступности" 29-30 июня 2001 года г. Архангельск Конференция "Книжные собрания Русского Севера:...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НИУ "БелГУ) УТВЕРЖДАЮ Директор Института межкультурной коммуникации и междунар...»

«Науковий часопис НПУ імені М.П. Драгоманова Випуск 3 (46)’ 2014 та вищим рівнем підготовленості показники знань про ІГТ вищі, ніж у гирьовиків-розрядників і КМС.3 . Виявлено основні чинники, що вказують на причини незастосування ІГТ, серед яких: незнання про ІГТ, недовіра, велика вартість і низька доступність застосування...»

«Ультрабазит-базитовые комплексы складчатых областей и их минерагения Ultramafic-mafic complexes of folded regions and its minerageny Российская академия наук Сибирское отделение Геологический институт Российский фонд фундаментальных исследований Организация Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры Ме...»

«Center of Scientific Cooperation Interactive plus DOI 10.21661/r-117103 Фарберова Ольга Евгеньевна Тонких Владимир Алексеевич Анисимов Владимир Петрович СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ РОССИЙСК...»

«ISSN 2221-7797 Издание зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций Подписной индекс 93629 Свидетельство ПИ № ФС 77-44475 от 31.03.2011 г. Издаётся с 15.06.2011 г. Издание включено в Перечень рецензируе...»

«ISSN 2311-8776 НАУЧНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ ФИЗИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ И СПОРТИВНАЯ ТРЕНИРОВКА № 1 (19) – 2017 ВОЛГОГРАД ФИЗИЧЕСКОЕ 1 (19) – 2017 СОДЕРЖАНИЕ ВОСПИТАНИЕ И СПОРТИВНАЯ 30-летию создания Советской олимпийской академии ТРЕНИРОВКА Контанист...»

«Программа XIX Региональной научной и инженерной выставки молодых исследователей "Будущее Севера" ГАУДО МО "Мурманский областной центр дополнительного образования "ЛАПЛАНДИЯ" 14 ноября, понедельник Прибытие участников, заселение иногородних участников 09.00 – 10...»

«Организация Исполнительный совет ЕХ Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры Сто шестидесятая сессия 160 ЕХ/4 Part I Париж, 22 сентября 2000 г. Оригинал: английский Пункт 3.1 предварительной повестки дня ДОКЛАД ГЕНЕРАЛЬНОГО ДИРЕКТОРА О...»

«№2 (22) №2 (22) №2 (22) ЯЗЫКИ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ Москва ISSN 1681-1062 Научный журнал Основан в январе 2001 года Выходит два раза в год Редакционная коллегия: А . М. Молдован (главный редактор), А. А. Алексеев, Х. Андерсен (США), Ю. Д. А...»

«А. К. БАЙБУРИН ЖИЛИЩЕ В ОБРЯДАХ И ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН ЯЗЫКИ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ Москва ББК 63.3(2)43 Б 12 Байбурин А. К. Б 12 Жилище в обрядах и представлениях восточных сла­ вян. — 2-е изд., испр. — М.: Языки славянской культуры, 2005. — 224 с. — (Studia philologica. Series minor). ISBN 5-9551-0001-6 Кн...»

«МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ ОМСКОЙ ОБЛАСТИ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЦЕНТР НАРОДНОГО ТВОРЧЕСТВА СЕМЬЯ XXI ВЕКА сборник методических и сценарных материалов по итогам областного конкурса проектов культурно-досуговой деятельности "Семейные ценности" четвертый выпуск Омск 2011 г. Ответственная за п...»







 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.