WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 

«Этапы институционализации российской социологии МОСКВИЧЕВ Лев Николаевич – доктор философских наук, профессор, руководитель кафедры философии Российской Академии государственной службы. В ...»

© 2006 г .

Л.Н. МОСКВИЧЕВ

Этапы институционализации российской социологии

МОСКВИЧЕВ Лев Николаевич – доктор философских наук, профессор,

руководитель кафедры философии Российской Академии государственной

службы .

В социологическом сообществе все острее ощущается необходимость

разобраться в том, как в нынешних условиях формируется данная наука, ее

теоретическая часть, каковы ее взаимосвязи с другими науками. Важность и

актуальность этих вопросов неоднократно подчеркивалась [1, 2, 3]. Т.И .

Заславская отмечает: «Социология, как и другие общественные науки, несет определенную ответственность за то, как именно осуществлялись реформы, поскольку была и остается их активным, хотя и далеко не главным участником. Надо сказать, что российские социологи нечасто обсуждают проблемы своей роли и ответственности…. В отличие от западных коллег, постоянно рефлектирующих по поводу места социологии в обществе, ее взаимодействий с различными институтами, ее участия в осуществлении различных реформ, у нас «социология социологии» не получила заметного развития.… Это наша ошибка» [2, с. 4]. Один из важнейших вопросов, непосредственно относящихся к осмыслению места социологии в современном обществе, касается ее институционализации. Он требует обстоятельного, объективного и документированного анализа. Даже если рассматривать его только в отношении отечественной социологии, это будет огромное исследовательское пространство. Описать его будет возможно только благодаря совместным усилиям многих социологов разных поколений, а также представителей иных наук. В статье рассматриваются лишь некоторые аспекты этой большой темы .

Институционализация социологии как исследовательская проблема Отечественная социология за полтора века своего развития накопила богатейший материал, требующий обстоятельного изучения и обобщения .

Надлежит исследовать с одной стороны, внутренние закономерности роста социологического знания, а с другой – выявлять те условия, при которых социология становится востребованной в обществе и может успешно развиваться. Научный анализ совокупности этих проблем важен не только с сугубо академической точки зрения, т.е. как достаточно объективное знание истории науки, но и с точки зрения формирования современной политики государства и иных властных структур по отношению к социальным наукам вообще и к социологии, в частности .

Одним из базовых для социологии, наряду с понятием социального действия, является понятие социального института, которое по-разному понимается представителями различных социологических школ. Тем не менее, в большинстве случаев признается, что социальные институты определенным образом организуют (упорядочивают) поведение людей, что совершенно необходимо для обеспечения нормальной жизнедеятельности социального целого. Совокупность социальных институтов обеспечивает полнокровную жизнь общества, нормальное их функционирование, является важнейшим условием его стабильности .

Любой социальный институт может быть рассмотрен как отдельная социальная подсистема, т.е. с точки зрения его структурных компонентов, их соотношения и взаимодействия между собой и со всей системой. К таким структурным компонентам можно отнести: 1. специфику и цели деятельности (экономическая, управленческая, образовательная деятельность), определяемые общественными потребностями и интересами;

2. группы людей, занятых такой деятельностью; 3. ее организационные формы (фирма, банк, государственно-властные структуры, школа, университет и т .





д.); 4) социальные нормы, правила поведения, принятые в рамках данного института. Они могут быть формально зафиксированы в ряде правовых установлений, писаных правил, но могут и не фиксироваться документально. Однако независимо от этого их исполнение считается обязательным. К числу важнейших для современного общества социальных институтов относится и наука. Ее институционализация представляет собой, как показано многими известными учеными, такими, как Э. Дюркгейм, М .

Вебер, Т. Парсонс, Дж. Бернал, К. Поппер, Т. Кун и др., чрезвычайно сложный процесс. Его можно рассматривать как часть развития науки, вместе с тем внутреннее развитие науки в значительной степени определяется характером и условиями ее институционализации в обществе .

Итак, процесс становления социологии в обществе может рассматриваться как в аспекте изучения ее внутреннего развития, так и в плане выявления условий, обеспечивающих признание ее значимости для государства и общества (внешняя сторона институционализации) .

Внутренняя сформированность, на наш взгляд, включает следующие элементы: 1) достаточно высокий уровень развития общесоциологического знания, необходимого для становления отраслевых социологий, а также развития специальных исследовательских методов и техники проведения конкретных исследований; 2) специфическую, отличную от других форму профессиональной деятельности, включая научно-исследовательскую, научно-вспомогательную, педагогическую и другие разновидности; 3) развитую организационную структуру; 4) систему образовательной подготовки специалистов; 5) формирование профессионального сообщества ученых, в котором доминирующее положение занимают писаные и неписаные нормы и стандарты профессиональной деятельности .

Вместе с тем институционализация социологии означает и ее интеграцию в общество, когда наука становится частью социетальной системы, т.е. необходимой составляющей всего общественного организма. В этом плане решающее значение имеют формы взаимосвязи социологической науки с другими социальными институтами, такими как 1) система образования, 2) экономическая система, 3) система власти и политического управления. Не менее существенное значение имеет уровень развития институтов гражданского общества .

Институционализация социологии в российском и советском обществе .

Судьба отечественной социологии за полтора века ее существования была непростой при всех режимах – царском, советском, постсоветском. В этой связи мы можем выделить основные этапы превращения социологии в значимый для общества и государства, и в то же время относительно автономный социальный институт. Ни на одном из них процесс институционализации социологии не был завершен .

Первый этап охватывает период от 60-х годов XIX века до Октября 1917 г. В этот период возникали научные школы и направления, формировались крупные ученые, которые внесли заметный вклад в социологию и приобрели международную известность. Выдающуюся роль в развитии отечественной (и европейской) социологии сыграл М.М .

Ковалевский [4]. В 1908 г. была открыта первая русская кафедра социологии в негосударственном Психоневрологическом институте в Санкт-Петербурге (под руководством М.М. Ковалевского и Е.В. Де Роберти). В 1916 г. было образовано Русское социологическое общество его имени. Непосредственно перед началом первой мировой войны этим обществом были опубликованы четыре научных сборника под общим названием «Новые идеи в социологии», включавшие работы зарубежных и отечественных социологов .

Однако царский режим настороженно относился к новой науке и ее идеям. Социология институционально не была допущена в государственные университеты (ни в одном из них кафедра социологии не была открыта) .

Преподавание социологии в дореволюционной России осуществлялось энтузиастами, им приходилось «для маскировки подлинного содержания науки» пользоваться такими названиями как «обществоведение», «законоведение», «введение в изучение права» и т.д. [5]. Подвергались гонениям и целые направления и школы в социологии, и отдельные представители социологической науки. (М.М. Ковалевский в 1887 г. был уволен с должности профессора московского университета «без прошения», жил и преподавал за границей до 1906 г. П.А. Сорокин, по его собственному признанию, трижды арестовывался в условиях царской России, как впрочем, трижды и в условиях советской власти.) Царский режим нередко видел в социологии социалистическую и атеистическую опасность .

Второй этап – первые годы советской власти. Представляется, что эти годы – примерно с 1918 г. до середины 20-х гг. – с точки зрения институционализации социологии в России можно выделить в особый этап .

Советская власть поначалу продемонстрировала принципиально иное по сравнению с царской властью отношение к социологии. П.А. Сорокин свидетельствовал: «Советское правительство в первые годы после революции благосклонно отнеслось к социологии и даже пыталось вводить ее в средние школы. В основе такой политики лежала мысль о единстве марксистского социализма и социологии» [6, с. 141]. В ряде государственных университетов появились кафедры социологии. Характерной особенностью этих лет было то, что наряду с марксистской социологической литературой имела «права гражданства» и немарксистская социологическая мысль .

Активно развивались многие разделы отраслевой социологии (социология труда, искусства, внерабочего времени, быта и т.д.) .

Однако такое положение сохранялось недолго. Сошлемся снова на П.А. Сорокина: «Обнаружив ошибку и увидев, что многие преподаватели ведут социологию, отличную от социализма и коммунизма, правительство запретило ее преподавание в школах, уволило социологов с работы и ввело изучение так называемой «политической науки», включавшей в себя ряд курсов: «Марксистско-ленинское учение истории», «Коммунизм» …. Таким способом социология была изгнана из школ и положение ее стало хуже, чем было до революции 1917 г.» [6, с. 141]. Началось партийное руководство социологией, а к концу 20-х гг. процессу ее институционализации был положен конец. Сначала были запрещены все немарксистские социальные теории. Немалое число крупных отечественных мыслителей — социологов, философов, юристов, историков было выслано за пределы страны (П.А .

Сорокин, Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков, П.Б. Струве, С.Л. Франк и другие) .

Вместе с тем считалось, что возможна марксистская социология в форме исторического материализма. Такую идею обосновывал Н.И. Бухарин [7] .

Социология по существу была подменена социальной философией. Правда еще до конца 20-х гг. продолжались конкретные, эмпирические исследования (С.С. Струмилин, А.К. Гастев и другие). Однако уже к концу 20-х – началу 30-х гг. проявилось отрицательное отношение власти к социологии вообще .

Так, в примечаниях, подготовленных Институтом В.И. Ленина при ЦК ВКП(б) к XXIII тому 2-го издания Сочинений В.И. Ленина, говорится, что П.А. Сорокин в 1919 – 1920 годах был «преподавателем псевдонаучной “социологии” в Петроградском университете и других вузах» [8] .

Примечательно то, что данное издание сочинений В.И. Ленина выходило под редакцией Н.И. Бухарина, В.М. Молотова, М.А. Савельева. Так, на официальном уровне социология фактически была объявлена псевдонаукой .

Непризнание социологии в качестве науки, более того ее третирование в качестве буржуазной лже-науки продолжалось фактически до конца 50-х годов. Несколько поколений граждан нашей страны лишили возможности иметь социологическое образование. Отсутствие социологии как науки, прекращение социологических исследований, социологического восприятия советского общества и мировых социальных процессов в течение почти трех десятилетий имело пагубные последствия не только для всех общественных наук, но и для страны в целом, для формулирования высшими органами власти внутренней и внешней политики .

Третий этап охватывает конец 1950-х – конец 80-х гг. XX века. С конца 50-х гг. (хрущевская «оттепель») социология стала возрождаться. Получила право на существование служащая делу развития социализма и построения коммунизма марксистско-ленинская социология. Именно такую социологию руководство КПСС поддерживало политически и организационно. Такая линия противопоставлялась примитивно догматическим установкам периода «культа личности» и считалась возрождением подлинно научных ленинских взглядов на классовую природу общественных наук. Стали проводиться в стране теоретические и эмпирические исследования, появилась в печати социологическая литература. Был сформирован Институт конкретных социальных исследований АН СССР (1968 г., с 1972 г. – Институт социологических исследований АН СССР), появились социологические лаборатории и службы на промышленных предприятиях, при редакциях газет, партийных комитетах. Была учреждена Советская социологическая ассоциация (1958 г.), был основан специализированный всесоюзный журнал «Социологические исследования» (1974 г.). Начали возникать отечественные школы и направления в социологии – московская (А.М. Румянцев, Г.В .

Осипов), ленинградская (В.А. Ядов), новосибирская (Т.И. Заславская), свердловская (М.Н. Руткевич) и другие. Советские социологи стали участвовать в работе Международных социологических конгрессов, избирались членами руководящих органов Международной социологической ассоциации, ее исследовательских комитетов [9]. Выдающуюся роль в возрождении социологии в стране, в организации социологических исследований того времени сыграл академик А.М. Румянцев, директор Института конкретных социальных исследований АН СССР (1968 – 1971 гг.) Но вместе с тем со второй половины 50-х гг. вплоть до 1988 г .

социология официально признавалась лишь как прикладная дисциплина в рамках марксистской философской науки. (Это было зафиксировано и в официальной Номенклатуре специальностей научных работников, в которой в начале 70-х гг. появилась специальность «прикладная социология» в разделе философских наук.) Однако и в таком виде социологические исследования нередко приходили в противоречие с официальными идеологическими установками, что служило поводом для недовольства, а зачастую жесткой критики со стороны властных структур и ортодоксальных обществоведов .

В целом социология тогда не получила статуса полноправной самостоятельной науки. Ученые, работавшие в сфере социологической проблематики, имели ученые степени в области философских, экономических, исторических, иногда – психологических, но не социологических наук. И самое главное – теоретико-методологической основой советской социологии мог быть только исторический материализм .

Любые попытки хотя бы частично использовать иные методологические подходы, например, структурно-функциональный анализ, феноменологические концепции и т.д. жестко подавлялись, подвергались резкой критике, причем не только со стороны партийных идеологических органов, но и множества догматически мысливших обществоведов. В качестве примера можно привести реакцию партийных органов и части научной общественности на издание в 1969 г. «Лекций по социологии»

доктора философских наук Ю.А. Левады, которые он прочитал на факультете журналистики МГУ в 1967-1968 учебном году. «Лекции» были подвергнуты суровой критике, а автору были предъявлены обвинения в отступлении от принципов исторического и диалектического материализма, отсутствии классового, партийного подхода к познанию общества. Сам Ю.А. Левада получил взыскание по партийной линии, ему было также отказано в присвоении ученого звания профессора .

В таких условиях институционализация социологии приобретала односторонний, деформированный характер. На протяжении всего данного периода взаимоотношения партийных властей и социологического сообщества строились в решающей степени на основе партийных указаний (иногда достаточно мягких, иногда очень жестких) – что и как следует изучать. В большинстве партийных документов красной нитью проходила мысль о неудовлетворительном состоянии дел в социологии (и в целом – в общественных науках). И в то же время серьезные результаты многих социологических исследований (например, исследований сущности и социальных последствий научно-технической революции) не становились базой для разработки и принятия стратегически важных политических и социально-экономических решений. Ни о каком плюрализме, конкуренции идей и теорий в широком смысле слова не могло быть и речи. Такое положение вело к существенному ограничению свободы исследовательской и творческой мысли, нарастанию противоречий между определенной частью профессионально работающих социологов и многими руководящими представителями властных структур, а также и противоречий внутри сообщества социологов и шире – между обществоведами. Многочисленные материалы, характеризующие этот период отечественной социологии, содержатся в недавно опубликованных сборниках документов из архивов бывшего ЦК КПСС [10, 11]. Приведу лишь два примера, которые имеют знаковый характер. В середине 1970 г. член ЦК КПСС, вице-президент АН СССР, директор Института конкретных социальных исследований А.М .

Румянцев обратился в ЦК КПСС с критикой «методов руководства»

общественными науками, имея в виду руководство Отдела науки и учебных заведений ЦК КПСС. Наиболее серьезные возражения со стороны Румянцева вызвали «грубые, неквалифицированные разносы» некоторых теоретических работ обществоведов, «унижающие достоинство ученых и препятствующие творческой работе». В своем ответе заведующий Отделом науки и учебных заведений С.П. Трапезников обвинил Румянцева в защите «явно ошибочных трудов», в серьезных ошибках руководимого им Института конкретных социальных исследований АН СССР. Как свидетельствуют обнаруженные архивные документы, записки обоих авторов рассматривались на Секретариате ЦК КПСС. Непосредственный результат этого рассмотрения в архивах обнаружить не удалось. Однако известно, что в конце 1971 г. А.М .

Румянцев покинул пост директора ИКСИ .

Многие решения партийных и государственных органов, которые играли ключевую роль относительно статуса или кадрового корпуса обществознания (в том числе и социологии), стимулировали его развитие или наоборот – тормозили, носили закрытый характер, были недоступны широкой научной общественности. Вопиющий случай – насквозь фальшивое письмо на имя М.А. Суслова от «сотрудников ряда гуманитарных институтов АН СССР» (под которым стоят 27 совершенно неразборчивых подписей) было использовано в 1972 г. как один из поводов не просто коренной реорганизации ИКСИ АН СССР, а расправы над многими квалифицированными специалистами. Обнародование таких документов обнажает скрытые механизмы подготовки и принятия важнейших решений, повлиявших на судьбы социологии в стране [11, с. 121-135, 154-157] .

Крупной вехой в эволюции отечественной социологической мысли явилось Постановление Политбюро ЦК КПСС от 7 июня 1988 г. «О повышении роли марксистско-ленинской социологии в решении узловых социальных проблем советского общества» [12]. ЦК КПСС констатировал, что «социология еще не заняла должного места в творческом развитии марксистско-ленинского обществоведения, формировании научного мировоззрения трудящихся, осуществлении социальной политики КПСС» .

Ставилась коренная задача – «принципиально изменить отношение к социологии и преодолеть недооценку ее роли в решении важнейших проблем развития общества». После перечисления основных проблем внутренней и международной жизни, подлежащих социологической разработке, были сформулированы поручения «Академии наук СССР, министерствам и ведомствам обеспечить поэтапное формирование научных учреждений и подразделений социологического профиля по мере необходимости и при наличии соответствующих кадров». Институт социологических исследований АН СССР был преобразован в Институт социологии АН СССР .

Марксистско-ленинская социология получала статус полноправной самостоятельной отрасли науки, наряду с другими науками – историей, экономикой, философией, филологией и т.д. Характерная особенность – в Постановлении нигде не употребляется распространенный ранее термин «буржуазная социология», говорится о необходимости освоения опыта «основных направлений немарксистской социологии» и «критики реакционных социологических концепций» .

Учебная специальность «прикладная социология» была изменена на «социология». В 13 крупнейших вузах страны открывались социологические факультеты или отделения. В новой «Номенклатуре специальностей научных работников» вместо специальности «прикладная социология» была выделена отрасль «социологические науки», которая включала семь специальностей .

Вводились ученые степени кандидата и доктора социологических наук. В начале 1989 г. по социологическим специальностям обучалось около 1 тыс .

студентов и 85 аспирантов. В конце 1988 г. постановлением президиума ВЦСПС и коллегии Госкомтруда был образован Всесоюзный центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ), которому поручалось проведение 18-20 оперативных исследований в год по заданиям партийных, государственных и профсоюзных органов и систематические выборочные обследования по относящимся к функциям центра вопросам. Таким образом, после длительного перерыва (со второй половины 20-х гг.) социология была, наконец, признана самостоятельной наукой. Но речь шла именно о марксистско-ленинской социологии, поддерживаемой и контролируемой партией, со всеми вытекающими отсюда последствиями, что и подчеркивалось в названии самого Постановления и во всем его содержании .

После событий 1991 г. отпали идеологические директивы относительно социологии и социологических исследований. Вместе с отказом от социалистического выбора пути развития страны закончился и этап партийного руководства социологической наукой. Но процесс институционализации социологии остался незавершенным .

Произошла ли институционализация отечественной социологии в 1990-е годы?

Можно считать, что с начала 90-х годов мы имеем дело с новым – четвертым – этапом институционализации социологии в нашей стране .

Многие процессы здесь, в постсоветском обществе, без сомнения, носят положительный характер. Социология как автономная наука, с которой сняты политические и идеологические запреты, кажется, все более уверенно входит в духовную жизнь российского общества, становится важной составной частью его интеллектуального потенциала. Свидетельство тому – создание новых исследовательских и учебных центров, развивающиеся исследования, довольно обильная социологическая литература, новые социологические журналы. Социология стала учебной дисциплиной и преподается в большинстве вузов страны. По ней издано немало учебников и учебных пособий. Переведено на русский язык значительное число работ классиков социологической мысли, немало западных учебников и исследовательских монографий. Тем не менее, мы находимся еще только в начале процесса институционализации социологии в российском обществе .

Как пойдет он дальше и чем завершится? Целый ряд явлений и фактов вызывают беспокойство и тревогу. Важно и необходимо фиксировать существенные тенденции такого процесса и способствовать реальной институционализации науки. Рассмотрим подробнее некоторые из них .

Имея в виду внешнюю сторону институционализации, можно утверждать, что социология теперь должна обрести новые формы взаимосвязей с властными и управленческими структурами, с системой образования, хозяйственными и коммерческими структурами, политическими партиями и т.д. С точки зрения внутренней институционализации следует отметить отход от жесткого монопарадигмального состояния социологии советского периода .

Однако расширение методологических оснований происходит в 1990-е гг. очень медленно. Точнее сказать – достаточно четких новых методологических позиций по существу не выработано до сих пор. Так, в подавляющем большинстве докторских диссертаций по социологическим наукам они (позиции) подаются очень неопределенно, размыто – как простое декларативное перечисление известных автору различных, часто противоречащих друг другу, общесоциологических теорий. Нередко так называемый «формационный подход» к исследованию социологических проблем стремятся чисто декларативно заменить «цивилизационным подходом», хотя очевидно, что такой подход также носит скорее социальнофилософский нежели социологический характер. Четко выраженного мультипарадигмального состояния современная отечественная социология не достигла, хотя в ряде работ перечисляются и кратко характеризуются различные парадигмы социологического знания. Следует, однако, отметить, что это констатация, а не оценка. Из диссертантов-докторантов, кажется, никто за последние годы не заявил себя последовательным продолжателем марксистской традиции в социологии. Но также не было и откровенных приверженцев структурно-функциональной или феноменологической методологической перспективы .

Формирование ядра социологической теории. Как уже отмечалось, любая наука достигает стадии зрелости лишь тогда, когда обретает собственную теоретическую основу, т .

е. разработанную и логически целостную понятийно-категориальную систему, которая фундируется на эмпирическом знании и научных методах его получения. По общему признанию, одной из наиболее актуальных задач отечественной социологии в настоящее время является построение общей социологической теории. Дело в том, что возрождение социологии в СССР с конца 1950-х гг. происходило не фронтально, а по отдельным «участкам», разработкой по большей части проблем отраслевой социологии – социологии труда, социологии общественного мнения, социологии управления, социологии личности, социологии науки, эффективности идеологической работы и т.д. Что же касается общей социологической теории, то здесь существовала твердая партийно-идеологическая установка – такой теорией может быть только исторический материализм. Однако она не могла быть реализована в полной мере по тем причинам, что: 1) исторический материализм – это особая социальная философия, ядро которой составляет монофакторное понимание человеческого общества; 2) она претендовала на самодостаточное познание, объяснение и понимание законов развития и функционирования всего общества .

Еще один пункт общего согласия современных социологов заключается, как представляется, в том, что социология в целом и общая социологическая теория на современном уровне могут быть только мультипарадигмальными, т.е. могут допускать внутри себя наличие нескольких равноправных парадигм, каждая из которых дает лишь определенный угол рассмотрения социальной действительности и не может претендовать на абсолютность и самодостаточность. Само понятие «общая социологическая теория» вовсе не тождественно понятию «единая социологическая теория». Очевидно, что социальный статус в обществе такой мультипарадигмальной социологии значительно сложнее, он порождает множество новых вопросов и проблем гносеологического и социального характера, которых раньше не было. О ее сложности свидетельствует хотя бы такой факт, что изданный Институтом социологии РАН фундаментальный том «Социология в России» [13] включающий 30 глав, не содержит ни одной специальной главы по поводу общей социологической теории. А.Г. Здравомыслов, размышляя над этой книгой и над этим фактом, с сожалением заметил, что «в книге не оказалось самостоятельного пространства для обсуждения вопросов социологической теории. Возможно, что невысказанная предпосылка для такого решения состоит в том, что развитие теории осуществляется «где-то там» – в сферах зарубежных и международных. Но эта посылка несостоятельна. Без разработки вопросов теоретического характера не существует национальной социологии…. Вне общего теоретического контекста российская социология выступает как совокупность отраслевых социологий» [14 с. 137-138.] .

По замечанию известного советского социолога Н.А. Аитова, другим серьезным недостатком этого труда было то, что социология была представлена в основном «социологией в Институте социологии», в значительной мере игнорирующей работу социологов в других центрах и регионах .

Каков научный статус «общей социологии»? Во-первых, если рассматривать схематически уровни социологического знания, то общая социологическая теория занимает промежуточное положение между философско-методологическими и иными предпосылками социологического знания, с одной стороны, и отраслевыми социологическими дисциплинами и частными теориями, с другой. Во-вторых, с содержательной точки зрения, общая социологическая теория – основа социологической науки, ее теоретический каркас, ее концептуальная и категориально-понятийная основа. Общетеоретический подход проявляется в совокупности специфически социологических категорий и понятий. В-третьих, общая социологическая теория формируется, складывается в определенной социокультурной среде, под влиянием определенных мировоззренческих и социальных условий, научных, философских, культурных традиций, даже личных предпочтений и поэтому не может быть полностью унифицированной. Российская социология не может просто заимствовать общую социологическую теорию, сложившуюся в других (европейских или американских) социокультурных условиях, но она должна учесть наработки зарубежных коллег. В-четвертых, в состав общей социологической теории, как представляется, можно включать следующие блоки проблем: 1) социология как наука – объект, предмет и функции социологии в обществе,

2) главные компоненты социальной жизни людей – системы социальных связей, культура, личность, народонаселение, 3) концептуальное понимание социальных структур – социальных групп, институтов, организаций, систем родства, систем расслоения (стратификации) и т.д., 4) концептуальное понимание процессов социального взаимодействия – коммуникации, мобильности, контроля, конфликтов и т.д., 5) концептуальное понимание социальных изменений и развития социальных и социетальных систем, показателей развития общества (обществ) и развития человека и т.д., 6) концептуальное понимание специфики социологического исследования – его целей, структуры, методологии, процедур [15]. Разумеется, данная версия не может претендовать на исчерпывающее решение вопроса, но вместе с тем, как представляется, она содержит некоторые важные отправные положения .

Изменение отношений с властью. Взаимоотношения власти и науки (особенно социологии) становятся в современных обществах важнейшим структурным элементом общественных отношений в целом. Еще Конференция Нобелевских лауреатов (Париж, 1988) справедливо подчеркнула: «Необходимо преодолеть существующую во многих странах разобщенность между политическими кругами и научным сообществом, для чего каждая из сторон должна признать ту роль, которую играет в обществе другая» [16]. Приходится констатировать, что в новых условиях российского общества упомянутая «разобщенность» не только не уменьшилась, но в некоторых отношениях расширилась. Отношения власти к науке (социологии) можно подразделить на три вида: политико-идеологические, организационно-управленческие и финансовые. В советский период 60-х – 80-х гг. власть, прежде всего в лице руководства КПСС, придавала первостепенное значение состоянию и развитию общественных наук, жестко контролировала их, но в то же время поддерживала организационно, политически и экономически те направления, которые соответствовали основным официальным идеологическим установкам .

В условиях новой власти с начала 1990-х гг. прежние отношения фактически завершились. Должен был складываться новый тип взаимоотношений социологии и власти. В области политико-идеологических отношений следует отметить два момента. Свобода научного творчества теперь подразумевалась как бы сама собой. Несомненно, это сыграло положительную роль в развитии социологической науки в стране в целом .

Вместе с тем так и не сформировалась достаточно определенная политика государства в отношении науки в целом и в отношении социальных наук — в особенности, в том числе и в отношении социологии. Власть фактически «отпустила» их, в том числе и социологию, в «свободное плавание». А невнимание или недостаточное внимание власти к проблемам функционирования и развития социальных наук неизбежно ведет к снижению интеллектуального уровня всего общества, к принижению научного социологического мышления и распространению мифотворчества и иллюзий. Это двойственное отношение власти к науке, к социологии наблюдалось на протяжении всего периода «радикальных реформ» .

В области организационно-управленческих отношений власти к социологии государство (в лице соответствующих министерств) осуществляет управленческие функции в отношении преподавания социологии в учебных заведениях, подготовки и аттестации научных и научно-педагогических кадров, финансирования сравнительно небольшой группы исследовательских институтов (в том числе институтов РАН), финансирования ряда научных фондов (в том числе РГНФ, РФФИ). Однако отсутствие развернутой программной, стратегической государственной политики в отношении социальных наук (социологии) отрицательно сказывается и в этой области. Исследователями уже неоднократно отмечалось отсутствие надлежащей законодательной базы, которая бы устанавливала правовой статус науки и ученых в обществе, где господствуют рыночные отношения, правовые формы взаимодействия науки с государством и другими наукопользователями, правовые механизмы защиты интеллектуальной собственности ученых, в том числе обществоведов. Такое законодательство особо необходимо для урегулирования отношений социологии (социолога) с государством и с институтами гражданского общества. Оно, видимо, должно включать правила (и право) доступа к получению государственной, правительственной информации, гарантии свободы творческой исследовательской деятельности, правила проведения различных опросов населения, прежде всего в предвыборных кампаниях, и особенно правила использования результатов этих опросов. Некоторые ученые ставят вопрос об учреждении определенных государственных сертификатов на проведение социологических исследований. Пока всего этого нет, вывеска социологии нередко используется в недобросовестных целях – для манипулирования сознанием и поведением людей .

С содержательной стороны, пожалуй, наиболее характерной чертой отношения высших эшелонов власти к социологии является, по обоснованному мнению многих ученых, невостребованность имеющихся в отечественной и зарубежной социологии фундаментальных результатов научных исследований. Социологическая наука вновь, как и в советские времена, оказывается непричастной к выработке принципиальных и стратегических решений, в том числе и относительно вывода страны из системного кризиса и перспектив ее дальнейшего развития. К сожалению, не сформулированы стратегические национальные (общегосударственные) социальные ценности и цели проводимых реформ, что невозможно сделать без помощи социологии. Такое положение было характерно для предыдущей президентской администрации, но и для нынешней администрации оно также остается характерным .

В этой связи стоит привести мнение германского предпринимателя, члена Римского клуба д-ра Клауса Штайльманна. Анализируя создавшуюся в России в 90-е годы ситуацию, он подчеркивает: «Присущая российскому народу духовность, гуманизм, идейность, альтруизм и многие другие ценности и значимые социокультурные качества неожиданно вытеснились «на обочину общественного развития». Для экономики, основанной на системе конкуренции, и человека как рыночного агента главное заключается в том, чтобы «быть лучше и сильнее других». В России ценностные ориентации стали заметно смещаться в индивидуалистическую и потребительскую сферы. Мотивом и «мотором» российской рыночной системы стали выступать эгоизм и жажда наживы. Но эгоизм, не заключенный в определенные «рамочные условия», часто не останавливается ни перед чем. Современная российская рыночная действительность дает массу примеров, когда «жажда наживы» ведет к преступлениям и наносит огромный ущерб самой идее русского предпринимательства в глазах мировой общественности» [17] .

Опасности снижения уровня социологических исследований и уровня социологических знаний. Как уже говорилось, ликвидация в начале 90-х гг. жесткого партийного контроля в отношении социологии (и других наук), снятие политико-идеологических табу и запретов в социологических исследованиях и публикациях явились мощными стимулирующими факторами развития социологии в стране, ее институционализации в российском обществе. Вместе с тем тревожные тенденции относительно современного научного уровня и перспектив развития отечественной социологии все в большей степени привлекают внимание научной общественности. Одна из них – снижение уровня социологических знаний у выпускников высших учебных заведений .

Более того, некоторые факты указывают на тенденцию снижения (в среднем) уровня профессионализма кадров высшей научной квалификации – новых кандидатов и докторов наук. В результате опроса членов экспертного совета по философии, социологии и культурологии ВАК России были получены следующие данные: около 14% процентов членов экспертного совета считают, что за последние годы уровень требований к кандидатским работам повышается, но более 40% отмечают снижение требований; около семнадцати процентов считают, что уровень требований к докторским диссертациям повышается, а более трети экспертов отмечают снижение этих требований. В целом это весьма тревожный симптом, который может иметь далеко идущие последствия. Я уже не говорю о распространяющейся практике «торговли» диссертациями, написания их «по заказу» и т.д .

Итог этих размышлений не будет однозначным. Картина противоречивая. Несмотря на некоторые «подвижки» за истекшее десятилетие институционализация социологии в современном российском обществе в полном смысле слова пока не состоялась. Более того, по сравнению с 60-80- ми гг. прошлого века ряд позиций утрачен. Но стоит ли терять надежду? Видимо, требуется больше времени, чтобы отечественная социология полностью обрела качества зрелой самостоятельной науки, социологическое сообщество осознало свою роль в обществе, а власть признала необходимость социологического видения перспектив развития страны и проявила заботу о развитии социологии (как и других наук) .

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Осипов Г.В. Что происходит с социологией? // Социол. исслед. 1997. № 5; он же: Социология и социальное мифотворчество. М.: Норма, 2002;

2. Заславская Т.И. Роль социологии в преобразовании России. – Социол .

исслед. 1996. № 3

3. Тощенко. Ж.Т. Социология: пути научной реформации. // Социол .

исслед. 1999. №7; Рывкина Р.В.. Парадоксы российской социологии .

//Социологический журнал, 1997. № 4 .

4. Бороноев А.О., Ермакович Ю.М. М.М. Ковалевский и институционализация социологии в России. // Социол. исслед. 1996 .

№8 .

5. Кукушкина Е.И. Русская социология XIX – начала XX века. М., 1993;

Новикова С.С. Институционализация академической социологии в России. М.: Союз, 2000 .

6. Сорокин П.А. Русская социология в XX веке. / Социология в России XIX – начала XX. Тексты. М., 1997 .

7. Бухарин Н.И. Теория исторического материализма. Популярный учебник марксистской социологии» М., 1921 .

8. Ленин В.И. Соч., 2-е изд., М.-Л., 1930, т. XXIII, с. 627 .

9. Российская социология шестидесятых годов в воспоминаниях и документах. /Отв. ред. и авт. предисл. Г.С. Батыгин. СПб, 1999; .

Фирсов Б.М. История советской социологии. Курс лекций. СПб, 2001 .

10. Социология и власть. Сборник 1. Документы 1953 – 1968 / (под ред .

Л.Н. Москвичева), М.: Academia, 1997;

11. Социология и власть. Сборник 2. Документы 1969 – 1972 / (под ред .

Л.Н. Москвичева), М.: Academia, 2001 .

12. Известия ЦК КПСС, 1989, №4, с. 15-23 .

13. «Социология в России» (под ред. В.А. Ядова). М., 1998 г .

14. Здравомыслов А.Г. О судьбах социологии в России. – Социол. исслед .

2000. № 3 .

15. Социология. Основы общей теории. / Отв. ред. Г.В. Осипов, Л.Н .

Москвичев. М., 2002 .

16. Вестник Высшей Школы. 1998, № 3, с. 7 .

17. Штайльман К. Новая философия бизнеса. Т. 1. Москва – Берлин, 1998,


Похожие работы:

«ТОВАРЫ ДЛЯ ВАННОЙ КОМНАТЫ Cодержание ОСНОВНОЕ ВАННЫ 198 Награды в области дизайна 4 Espace 200 Инновации и технологии 6 Helice 200 Коллекции 16 Delphi 201 Comfort 202 ПИКТОГРАММЫ 28 Matrix 204 Concept 205...»

«Г.Н. Гоцко МЫ ЖИЛИ КОЛЛЕКТИВОМ Я узнала о начале войны позже, чем все. Была на даче у подружки, на стан ции Поселок. Жили мы там с ней вдво ем и о войне узнали только на третий день. Уже не помню, как мы добра лись до Ленинграда, но к тому време ни ушли на фронт двое моих дядей, котор...»

«CОДЕРЖАНИЕ ВЕСТНИК РКФ ОФИЦИАЛЬНЫЙ ИНФОРМАЦИОННЫЙ ЖУРНАЛ РОССИЙСКОЙ КИНОЛОГИЧЕСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 3 (119) 2016 г. Учредитель — Российская кинологическая федерация Основан в 1996 г. Зарегистрирован Государственным комитетом Росси...»

«НОВОСТИ СОВЕТЫ ПРАВИЛА ХОРОШЕГО ТОНА МАСКЕ РАДЫ Несмываемая оживляющая Роскошная крем-маска Extra C Mask от Hava Zingboim с повышенным маска-гель Golden Yuzu All Night Sleeping Pac. содержанием биодоступного высокостабильного витамина C (20%!) и ценными активными компоВысокоэффективная маска для мощной тонизации...»

«ИС: Октябрьская магистраль (Санкт-Петербург) ДТ: 30.04.2005 НР: 046-047 АВ: В.СТЕПОВ ЗГ: Всемирный день охраны труда ТТ: По оценке Международной организации труда, в результате несчастных случаев на произв...»

«оружие \ \ винтовка ысокая надёжность, простота устройства В и возможность варьирования длины ствола при неизменной конструкции затвора до сих пор за ставляют армии многих стран отдавать пред почтение магазинным...»

«Руководство пользователя Докстанция и люминометр 3M™ CleanTrace™ NGi Руководство пользователя M Докстанция и люминометр 3M™ Clean Trace™ NGi УКАЗАТЕЛЬ 1.0 ОПИСАНИЕ ИЗДЕЛИЯ. 1.01 Принцип действия люминометра 3M™ CleanTrace™ NGi при измерении степени загрязнения. 1.02 АТФметрия и санитарногигиенический контроль состояния поверхностей объекто...»

«Галина Исакова Мы с Варварой ходим парой. Форуму K-9, моему редактору Ирине, моим родителям, Д-Н., Наталии и Наталии, Ирине Уткиной, Нине Шилко и моей собаке Варваре, без которых не было бы этой книги. Как Варвара появилась в моей жизни Изначально мы с мужем хотели. Конечно, голден-р...»

«Инновационные упаковочные системы рукавного типа ОТЛИЧНАЯ УПАКОВКА НАДЕЖНО · ЭФФЕКТИВНО · УНИВЕРСАЛЬНО Verpackungsmaschinen GmbH ИМЯ ОПРЕДЕЛЯЕТ ВСЕ ИННОВАЦИОННО · ЭФФЕКТИВНО · РАЗУМНО Инновационное мышление с момента основания компании inno-tech яв...»





















 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.