WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 

Pages:   || 2 |

«их. Изнемогает сердце от избытка, от какого-то неизъяс­ нимого блаженства и благодарности. Н а глазах моих с о ­ вершается чудо исцеления Павла Ивановича, боль­ ной изъят из когтей смерти, в ...»

-- [ Страница 1 ] --

Прот. С. Булгаков. Из памяти сердца. Прага [ 1923-1924] 249

1/14. IV. Господи, сколько чудес, сколько милостей Тво­

их. Изнемогает сердце от избытка, от какого-то неизъяс­

нимого блаженства и благодарности. Н а глазах моих с о ­

вершается чудо исцеления Павла Ивановича, боль­

ной изъят из когтей смерти, в которы х он уже был,

и является уже надежда на жизнь. М оя бесценная Неличка завтра возвращается к нам домой, свет и радость наша,

исцеленная от страшной [150] и смертной болезни. Вчера состоялось, наконец, первое собрание братства, и как бы то ни было, но есть чувство, что о н о таки состоялось. Ю ля каждый день одаряет меня бесценным своим творчеством, предо мною ее икона Спасителя, жду иконы Богоматери, и, сверх того, в словах, рисунках посланница С оф и и изли­ вает богатство своей души. У меня на Страстную седмицу будет своя служба и церковь в Свободарне. После П асхи мне предстоит поездка в Белград к молодежи10 Боже, 4.. .

как я взыскан Твоими милостями. Наконец, я здесь имею свободу церковного «творчества» в меру того, чту мне от­ пущено, преимущественно руками и сердцем Юли. Никто мне не мешает. Боже, как чудесно, как сладостно отда­ ваться Церкви в Ее явлении и силе.. .

2/15 апреля 1924. Вчера мы привезли нашу Неличку домой. Велика над нами милость Божия! Как было тяжело и страш но ее вывозить, сколько раз я испытывал хватаю­ щую за сердце боль при виде остатков ее соборован и я на иконе, при мысли, что он а не вернется. И вот Господь нам сохранил ее жизнь. Н о новая угроза нависла над нами .

У нее оказалась опухоль сустава, и доктор допускает, что [151] это — туберкулезная. Н о да будет Его воля! Сей­ час я ее причащал святых Тайн .

10В мае по приглашению Белградского православного кружка св .

Серафима Саровского о.Сергий выступил с докладом в Белградском университете. По воспоминаниям Н.М.Зернова, «многие право­ славные, включая архиепископа Феофана [Полтавского (Быстрова, 1873-1843)] не доверяли богословию этого недавно рукоположенно­ го профессора экономики и открыто заявляли об этом» .

AieKceu Козырев, Наталья Голубкова После полудня. Кончила Юля иконы11 В душе у меня 4 .

поет голубизна риз Богородичных, я принес ее в душе св о ­ ей от этой иконы. Служил молебен благодарения за это чудо, которым явились для меня обе иконы... Господи, благослови ее, спаси и помилуй, дай мне разум и силу ве­ сти ее... Все чудесно, чудесно, чудесно в жизни, и эта го­ лубизна, чрез посланницу С оф и и являемая. С п асов лик — высокое художественное достижение, первое движение в иконе — девичья робкая гениальность, движимая верой и любовью, и Пречистая с Предвечным Младен­ цем. Это — событие для нее, но это событие в мире. Это первое реальное движение в мире к свету Преображения, к Белому Царству12 к внутреннему перерождению искус Три дня спустя 5(18).IV. 1924 о.Сергий запишет в «Дневнике ду­ ховном»: «Радость творчества. Перед моими глазами совершилось чудо человеческого творчества о Господе и для Господа: чистыми де­ вическими руками начертались иконы Сп аса и Приснодевы, как плод глубокого благоговения и тихой молитвы, а вместе и настойчи­ вого самоотверженного труда. Как возвышенно и свято это делание!

Господь дает силы, О н посылает вдохновение, Духом Святым печатлеется красота. Ему довлеет искусство человеческое, и блажен тот, кто может и хочет и Ему отдать это искусство. И если в малом, в уголке неприметном для мира так благостно это творчество о Гос­ поде, какое блаженство наступит, если люди станут все делание с о ­ вершать в Господе, если вся жизнь станет славословием, литургией .





Ей, гряди же, гряди, Господи Иисусе!» (Вестник РХД. №174. С.59) .

12О. С.Булгаков исповедовал идею священной царской власти, «которая получила для меня характер политического апокалипсиса, запредельного метаисторического явления Царствия Христова на земле, — писал он в статье «М ое безбожие». — Эту свою тоску о «Бе­ лом Царе» и любовь к нему я выразил в диалоге «Ночь», написанном в 1918 году уже после падения царской власти. Однажды, всего на краткое мгновение, мелькнуло предо мною ее мистическое видение .

Это было при встрече Государя.

Я влюбился тогда в образ Государя и с тех пор носил его в сердце, но это была — увы! — трагическая любовь:

«белый царь» был в самом черном окружении, чрез которое он так и не мог прорваться до самого конца своего царствования» (С.Н.Булга­ ков. Тихие думы / Составление В.В.Сапова. М., 1996. С.322) .

П рот. С. Булгаков. Из памяти сердца. Прага [1923-1924] 251 сгва в богослужение и богомыслие. Я стою у этого совер­ шающегося чуда и изумляюсь, видя, как райские здесь расцветают цветы. И кажется мне, что звучит здесь мое Ныне отпущаеши. Пусть и так, если это так... С волнени­ ем думаю о том, что эти дивные иконы всегда я буду ви­ деть пред очами при совершении таинств, при богослуже­ нии за престолом .

[152] 4/17.IV. 1924. М оя радость — икона — у меня * в комнате, и лазурь богородичная поет у меня в душе, за­ стилает вокруг и омывает сердце... Н о уже начинаются предчувствия трепки, которая не может не последо­ вать, если иконы эти есть, действительно, то движение по пути творчества, каковым я его ощ ущ аю. Вчера Неля за­ явила, что он а не может молиться на этот лик Богоматери (хоть в нем-то нет ничего особенного), и, я думаю, с р а з ­ ных сторон будут слышны такие суждения. М не тяжело, что я ничем не могу возражать с о стороны форм ы, потому что в ней ничего не смыслю, а, стало быть, не м о­ гу оказать и той поддержки художнице, которую ок а­ зать хотел бы и обязан, ибо в известном смысле эти и к о­ ны — и мое дело, без меня они не появились бы. Н о это мимолетно. А существенна та великая радость, которую они мне столь незаслуженно дали и дают .

Благодарение Господу!

6/19.IV. 1924. Суббота ваий13 Сегодня у меня было ве­ 4 .

ликое торжество: я служил в Свободарне в устроенном для Страстной седмицы помещении, и торжественно во­ дворил обе Юлины иконы. О ни стали на свое место, как будто всегда им принадлежавшее, и загорелись [153] в своей гармонии, орнаментальной четкости и красоте .

Я волновался и напрягался перед этим, н о как только увидал, сразу успокоился, и как-то понял, что все благо­ получно. Нежданно встретил сегодня владыку Вениат Суббота в канун Вербного воскресения, праздника Входа Гос­ подня в Иерусалим .

Алексей Козырев, Наталья Голубкова мина14 Его выслали, не знаю, что его ожидает. А он ясен 4 .

и светел: поистине, блаженны есть, егда ижденут и рекут... Помоги ему. Господи!.. .

9/22.IV. Вторник Страстной седмицы. Бог послал мне великую милость: у меня своя служба в Свободарне, и я отдаюсь всецело стихии богослужения Страстной седми­ цы. Вся время у меня уходит на богослужение и переез­ ды. Словно возвратились дни Крымских моих страстных .

Тело ноет от усталости, но дух окрылен и юн. А только на днях он сразу сморщился и поблек при тревожной вести о болезни моего друга, и я сразу почувствовал себя такрм немощным и старым... Н о как бы ни было, как благодат­ ны эти дни, как я взыскан милостью Божией, сравни­ тельно с мучительностью, напряженностью и мраком прошлого года, когда я в Крнстантинополе изнывал от своего заболевания католичеством щ от Анастасиевского духовного режима15 Сейчас с католичеством кон­ 4 .

чено, и даже мало думается об этом. Впрочем, недавно в братстве я читал свой доклад о Ватиканском догмате16 4 .

14В 1923-1924 гг. епископ Вениамин (Федченков) окормлял пра­ вославную паству в Карпатской Руси, находясь в подчинении архи­ епископу Пражскому и всея Чехословакии Савватию (Брабецу) .

Причиной внезапного выдворения еп. Вениамина из Чехословакии было решение чешского правительства, вызванное недовольством сербов активная церковная работа еп. Вениамина в епархии тор­ мозила расширение сербского влияния и увеличивала число прихо­ дов, находящихся под юрисдикцией Константинополя. (См.: Мит­ рополит Вениамин (Федченков) На рубеже двух эпох. М., 1994 .

С.360-362). Из Чехословакии он возвращается в Сербию, в монас­ тырь в Петковице, окормляет воспитанников кадетских корпусов — Русского и Донского им. Генерала Каледина .

15Анастасий (Грибановский, 1873-1965), епископ, в 1920 г эмиг­ 4 .

рировал в Константинополь, с 1936 г глава Русской православной .

церкви за рубежом (Карловацкого синода) .

4Доклад лег в основу работы «Очерки учения о Церкви. IV. О Ва­ тиканском догмате» (Путь. 1929. №15. С.39-80; №16. С.19-48) .

Прот. С. Булгаков. Из памяти сердца. Прага [ 1923-1924J 253 [154) 11/24.IV. Чистый четверг. Вчера утром скончался Павел Иванович Новгородцев. Меня позвали к умирающему, согласно его последнему желанию, благо­ словить его и прочесть отходную. Я ушел оттуда служить, и вскоре, во время службы пришла весть об его кончине, и тут же была совершена и первая панихида, затем я слу­ жил и у тела. Он лежит спокоен, будто спит, показывает нам, его друзьям, как умирают. Сегодня и вчера служил в Свободарне, ночь исповедовал. Благодатно и радостно .

Велика милость Божия. Плаваю в стихии огня .

13/26.IV. Вечер великой субботы. За эти два дня це­ лое море. Похороны Павла Ивановича и великий пяток, великая суббота. Хоронили мы нашего друга на­ рядно и пышно, и душа нисколько не восставала против этой пышности. Это соответствует положению, и его от­ сутствие было бы принято как умаление русского досто­ инства. И то была какая-то победа русского авторитета в изгнании. Похороны приняли общественный характер, семья как-то уступила Павла Ивановича русскому беженству, сама слилась и растворилась в нем. В этом был свой стиль, сдержанный и полный достоинства, как-то отвечающий Павлу Ивановичу. Это не мой и не наш стиль, но я его для того случая принял. Шли долгой и бес­ конечной [155] процессией чрез всю Прагу, на удивление чехам. На кладбище были речи — первая — епископа, вто­ рая — моя, причем я был в изнеможении и сказал, мне ка­ жется, довольно бесцветно сравнительно с тем, чтб нужно было. От других речей ушел к себе в церковь к плащанице. Там было дивно. Пришлось и там говорить .

Затем была исповедь — до двух часов ночи, когда начали ночную службу — погребение Спасителя. Все это так див­ но, что нет слов и нет даже сознания. Спал я всего два ча­ са. Снова бесконечная исповедь. Заросшие души, унылые сердца. Печальная картина духовного состояния эмифа­ ции. Бог дал силы вынести эту исповедь и долгую службу .

Неличка сидит дома и не может поехать к заутрене. Она не Алексеи Козырев, Натальи Голубкова видела мою церковь. Страстная седмица пролетела как мгновение, оставив о себе радостное и сгущенное воспо­ минание. Испытывал трудности от кривотолков относительно Юлиных икон, особенно Спасителя, которые широкому общественному мнению не нравятся. Прове­ рял себя и пришел к заключению о доброкачественности их мистической, — проверял во время литургии, — эсте­ тически же они и не вызывают для меня сомнений. Но, конечно, незримые миру трудности и обертоны всего это­ го события доступны только посвященным.. .

Господи, как дивны Твои дела, как чудесна жизнь... Нет Феди с нами .

|156| 15/28.IV. 1924. Понедельник святой Пасхи. Вот и прошла встреча Пасхи. Была дивная, божественная, чудная ночь. Всегда бывает прекрасна Пасха, но всегда по-новому. На этот год Бог дал мне не только свою служ­ бу и прекрасное богослужение, но и какую-то еще особую личную радость. Когда я кадил храм и молящихся, то, по­ мимо общей радости, я видел и чувствовал личную ра­ дость каждого, личную к себе любовь, ласку и ответный привет: воистину, среди милых и дорогих лиц выделял ми­ лое и любимое лицо, и личное сливалось и переходило в общее и шло к небу, замирая, как песнь. И не знаю, где и как происходила эта служба, вспоминаю о ней, как о райском сне. И такая была светлая, светлая, радостная, радостная эта ночь, — омрачалась лишь тем, что не было Нелички и, конечно, Феди. После было разговение, опять так тепло и хорошо. Я чувствовал себя окруженным общей любовью, ни в какой мере не заслуженной, но дорогой и ласкающей. Я чувствовал себя в России, среди русской, русской семьи, и в свете Христова воскресения совершен­ но погасла эта боль. О, я знаю, что это милость Божия, благодатный луч, который дан и всегда может быть отъят, но как [157) сердце радуется и как нуждает­ ся оно в этой радости. А домой возвращались ночью в ав­ томобиле, была весенняя ночь, после теплого дождя, блаПрот. С. Булгаков. H i памяти сердца. Прага /1923-1924] 255 I оуханная, рассвет боролся с ночью, пели птицы, в сердце звенела пасхальная симфония. И в душе все ликовало и пело так, что слов не находилось. Вчера день прошел в праздничной, доброй суете, поздравлениях. Виделся с Моттом и говорил с ним о высшей богословской школе17 Подождем и посмотрим. Как велика разница 4 .

этой Пасхи от двух предыдущих: в Константинополе это был для меня кошмар, одновременное отравление ка­ толичеством и епископским самовластием. В Ялте светло и радостно, но обывательски. Здесь — у меня словно вы­ росли крылья души, потому ли, что около меня и со мною стоит творчество Юли, от меня получающее свои импульМ Мотт Джон (1865-1955) — американский протестантский пасгор, основатель и секретарь Всемирной студенческой христианской федерации и Русского студенческого христианского движения. Д о революции дважды приезжал в Россию и основал там Русское сту­ денческое христианское движение (секретарь — бар. П.Н.Николаи) .

Финансировал деятельность РСХД в эмиграции. Идея создания рус­ ской богословской школы в эмиграции возникла в 1922 г. А.В.Карта­ шев писал: «Когда летом 1922 г., глава Всемирной Христианской Студенческой Федерации д-р Джонн Мотт проезжал через Прагу, академик П.Б.Струве, в присутствии протоиерея Георгия Шавельского, А. В. Карташева и других, передал ему записку о потребности и возможности устроить высшую богословскую школу для русских .

А за несколько месяцев до этой встречи д-р Мотт аналогичную же записку получил в Шанхае. Ее после съезда Христианского студен­ чества в Пекине вручил ему Л.А.Зандер, бывший тогда доцентом Владивостокского Университета... Местом богословской школы с 1923 г мыслился Париж, куда окончательно переселился митропо­ .

лит Евлогий, который очень ревновал об этом» (Как создавался б о ­ гословский институт / / Церковный Вестник Западно-европейского Экзархата. №4(25). Июнь-июль 1950). На встрече с руководителем YMCA 28 апреля 1924, в которой принимал участие также В.В.Зеньковский, также обсуждалась идея создания Православной Духовной Академии в Париже, которая воплотилась через полгода, после при­ обретения па торгах 19 июля 1924 старой протестантской кирхи и участка земли на rue de Сптёе, где было устроено Сергиевское по­ дворье и Православный богословский институт .

Алексеи Козырев, Наталья Голубкова сы, потому ли, что в душе снова зазвучали и созрели н о­ вые мысли и думы... Господь дал Неличке выздоровление, хотя еще и неполное, и это также исполняет чувства воз­ вращающейся жизни. Благодарю Тебя, Господи!

[158] 17/30.IV. 1924. Заканчиваю эту пражскую тетрадь, начавшуюся въездом в Прагу и первой неуютностью (а те­ перь о н а стала уже близкой и родной), новым кризисом, назревшим за этот год Пражской жизни. Перевертывается еще новая и трудная, и вместе и светлая и радостная стра­ ница. Вчера уезжала из Праги Юля, и с этим отъездом както острее почувствовалась вся трудность узла отношений, силою вещей создавш ихся с этой дивной девушкой. Рели­ гиозное творчество, порывы вдохновения, иконы, и вмес­ те человеческая слабость и приражения, с которыми приходится вести ожесточенную борьбу. Последнее — обы чно, первое же соверш енно исключительно и единст­ венно. Кроме Нелли, я не знал еще в такой степени ни од­ ну человеческую душу — как священник и как человек, и я не знал еще более светлой, чистой и одаренной души .

Ее творчество насквозь молитвенно и чисто, хотя о к о ­ ло него ведется страшная борьба добра и зла. У меня такое чувство, что в ней и чрез нее, при моем участии, начина­ ется нечто новое в мире, то, о чем я думал и томился всю жизнь, действительно религиозное творчество, в свете П реображ ен и я. Я созн аю всю ответственность свою, а вместе и свою трагическую обреченность, ибо все сов ер­ шается не мною, но с о мною. Господи, дай силу устоять пред искушением и твори волю Твою, Господи!

Борис Межуев К проблеме поздней «Эстетики»

В. С. Соловьева (Опыт чтения газетных некрологов) 7 .

^Творчество B.C.Соловьева — мыслителя, оказавшего огромное, если не определяющее, воздействие на интел­ лектуальную историю России конца X IX — начала X X ве­ ков, — еще хранит множество загадок, далеких от разреше­ ния. В наибольшей степени сказанное относится к послед­ нему периоду жизни Соловьева, который пришелся на 1892-1900 годы. Как известно, в первую половину 1890-х, после продолжительного увлечения глобальными проек­ тами церковного и государственного переустройства, С о­ ловьев обращается к систематическим занятиям филосо­ фией, пытается создать новую систему метафизики, тща­ тельно прорабатывая вопросы этики, эстетики, теории познания .

С.М.Соловьев, племянник фил ософ а, справедливо за­ мечал в одной из статей, что первое место в новой системе взглядов Вл.Соловьев отводил эстетике, полагая опреде­ ляющим началом своей мистической ф и л ософ и и именно красоту. «Красота, — описывает эстетико-мистические представления своего великого дяди С.М.Соловьев, — есть материя, просветленная духом, церковное тело; Н е­ веста Агнца. Созидатели красоты, поэты и художники, с о ­ Борис Межуев зидают это нетленное тело; красота есть только ощути­ тельная форма добра и истины. Таким образом, искусство служит делу нетления и предваряет будущее воскресение мертвых».1 В поздней философской системе Соловьева эстетичен кая проблематика действительно должна была быть поло­ жена во главу угла. Это следует хотя бы из того факта, что период творческой деятельности философа, охватываю­ щий последние восемь лет его жизни, начался с момента работы над произведением, посвященным темам филосо­ фии искусства и красоты. Время написания, как и сам факт существования этого произведения, полностью так никогда и не увидевшего свет, не обнаруженного до сих пор ни в одном из архивов, легко установить по опублико­ ванной переписке Соловьева. Осенью 1893 находившийся во Франции философ писал редактору «Вестника Евро­ пы» М.М.Стасюлевичу, что «подготовил к печати книжку «Основание эстетики»» и предлагал к публикации одну из ее глав, «ни в целом, ни в частях нигде не напечатанную»

и содержащую в том числе и полемику с эстетическими идеями С. М. Волконского и П.Д. Боборыкина2 Соловьев .

обещал также вступиться в той же статье за эстетические идеи Чернышевского, подвергнутые критике Боборыки­ ным в журнале «Вопросы философии и психологии»3 .

Статья была напечатана впоследствии в «Вестнике Евро­ пы» (в NqI за 1894) под заглавием «Первый шаг к положи­ тельной эстетике». То, что она представляет собою фраг­ мент целой книги, подтверждается и письмом Соловьева 1С.М.Соловьев. Идея церкви в поэзии Владимира Соловьева // С.М.Соловьев. Богословские и критические очерки. Томск, 1996 .

С. 173 .

2 Письма Владимира Сергеевича Соловьева. Т.1. СПб., 1908 .

С.114 .

3 П.Д.Боборыкин. Красота, жизнь, творчество / / Вопросы фило­ софии и психологии. 1893. Кн. 16, 17 .

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 259 к одному из сотрудников журнала К. К.Арсеньеву, отправ­ ленным из Парижа 18 ноября 18934 Соловьев называет .

в этом письме свою работу «переделанной главой из при­ готовленной к печати книги5 » .

Итак, Соловьев в 1892-1893 годах создает трактат по эс­ тетике, но не спешит с его публикацией. Скорее всего, причиной такой задержки явилось стремление Соловьева к логической упорядоченности в изложении своих воззре­ ний, потребовавшее от него начать развитие своей новой системы не с «оснований эстетики», а с фундаментальных принципов нравственной философии, теории познания и метафизики. Такая строгая последовательность вытекала из триадической схемы философа, представленной еще в его неоконченном сочинении 1877 года «Философские начала цельного знания» и представляющей собой развер­ нутую попытку дедуцировать логический смысл христиан­ ского догмата о Троице. Напомню, что по этой схеме пер­ вое лицо Троицы, обозначенное каббалистическим терми­ ном «Эн-Соф», соотносится с идеей Добра, второе — Л о­ гос или ум — с идеей Истины, наконец, третье лицо — ду­ ша — оказывается связанным прежде всего с идеей Красо­ ты. Этой схемой и руководствовался Соловьев при опреде­ лении порядка выхода в свет своих философских тракта­ тов: вначале следовало появиться труду об «оправдании Добра», затем, условно говоря, — об «оправдании Истины»

и только затем должна была наступить очередь сочинения об «оправдании Красоты». Таким образом, «Эстетику» С о­ ловьев должен был опубликовать в полном объеме сразу после сочинения по теоретической философии .

Итак, скорее всего, трактат по эстетике хранился в ру­ кописном варианте у Соловьева с 1893 г., ожидая своей очереди для появления в печати. Наше предположение подтверждается письмом философа от 21 февраля 1895 4Здесь и далее даты приводятся по старому стилю .

5 Письма. Т.2. СПб., 1909. С.89 .

Борис Межуев к Ф.Б.Гецу. В этом письме Соловьев сообщал, что вместо 2-го издания «Критики отвлеченных начал» он решил выпустить «три более зрелые и обстоятельные книги: воых, «Нравственную философию», затем «Учение о по­ знании и метафизику» и наконец «Эстетику». Первая уже печатается и должна выйти, если не будет задержек, в на­ чале мая (...) «Эстетика» почти готова к печати, а гносео­ логией с метафизикой (которые наполовину готовы) зай­ мусь окончательно этим летом»6 Как мы видим, почти .

готовую к печати «Эстетику» Соловьев считает необходи­ мым предварить еще только наполовину готовыми гносео­ логией с метафизикой .

Тот же предполагаемый порядок публикации текстов восстанавливается и из письма Соловьева к Н.А.Макшеевой, датируемого, согласно ее воспоминаниям7 концом, 1895 или началом 1896 года.

Здесь Соловьев рассказывает о своей предстоящей работе в столь же четкой последова­ тельности: «вот список работ, лежащих на мне в настоя­ щее время:

печатаю «Нравственную философию»;

готовлю к печати «Метафизику»;

idem «Эстетику»;

idem «Об антихристе» (...)». * Заметим, что задуманное уже в середине 1890-х годов сочинение «Об антихристе», согласно первоначальному замыслу, должно было появиться после издания «Эстети­ ки». Поторопиться с изложением своих мыслей о прибли­ жающихся финальных исторических событиях и о гряду­ щем явлении Антихриста заставил Соловьева, по его со б ­ 6Там же. С.183 .

7 См.: Н.А.Макшеева. Воспоминания о B.C. Соловьеве / / Книга о Владимире Соловьеве. М., 1991. С.266— 268 .

1 ЭЛ.Радлов датирует это письмо 1897 годом, что не соответству­ ет сведениям Н.А.Макшеевой, впервые опубликовавшей его в своих воспоминаниях. См. примеч.7, а также: Письма. Т.2. С.326 .

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 261 ственному признанию, «не так уже далекий образ бледной смерти, тихо советующий не откладывать печатание этой книжки на неопределенные и необеспеченные сроки»9 .

Создав и напечатав свои знаменитые «Три разговора» с еще более знаменитой «Краткой повестью об антихристе»

до выхода в свет «Эстетики» и даже до окончания жур­ нальной публикации сочинения по «теоретической фило­ софии», Соловьев ни в коей мере не пересмотрел своих планов относительно завершения и этих трудов. 23 нояб­ ря 1899 в письме в редакцию «Нового Времени», появив­ шемся на страницах газеты 25 ноября в N98530, он публич­ но сообщал о своем решении воздержаться от всех видов деятельности, отвлекающей его от основной работы, и, в частности, от переписки с посторонними лицами. «Такая решимость, — писал философ, — не есть следствие дурно­ го характера, и я немедленно от нее откажусь, лишь толь­ ко окончу начатые мною большие труды, которые кажут­ ся мне главною и прямою моею обязанностью, к которым принадлежат: 1) перевод Платона с этюдами о нем, 2) тео­ ретическая философия, 3) эстетика, 4) эстетический раз­ бор Пушкина, 5) библейская философия с переводом и толкованием Библии».1 Последний раз сообщение о подготовке Соловьевым к печати «Эстетики» появилось в вышедшем почти во одно время со смертью мыслителя третьем издании его «Стихотворений» (СПб., 1900), в ра­ боте над которым он успел принять участие. Здесь же, на обложке книги, говорилось и о другом готовящемся к пе­ чати труде философа — «Русская поэзия X IX века» .

Наличие позднего труда по «Эстетике» (даже в незавер­ шенном варианте), о скорой публикации которого было Ф раза была исключена по просьбе близких друзей В.С.Соловье­ ва из публикации в газете «Россия» предисловия к «Трем разгово­ рам». Цит по: С.М.Соловьев. Владимир Соловьев: Жизнь и творчес­ кая эволюция. М., 1997. С. 365 .

Письма. Т.З, СП б, 1911. С.185 .

Борис Межуев заявлено в последней изданной самим В.С.Соловьевым книге, сразу после кончины мыслителя было поставлено под сомнение некоторыми близкими к нему людьми. Повидимому, первым открыто усомнившимся в существова­ нии поздней «Эстетики» человеком был Г.А. Рачинский, будущий редактор трех последних томов Собрания С очи­ нений В.С.Соловьева и переводчик ряда его трудов, напи­ санных на французском языке. В своей статье «Взгляд B.C.Соловьева на красоту», воспроизводящей его речь 2 февраля 1901 на заседании Московского Психологичес­ кого Общества, посвященного памяти В.С.Соловьева, Рачинский, в частности, делился своими впечатлениями от свежего томика соловьевских «Стихотворений». «Первое, на что упали мои глаза, — писал Рачинский, — были сло­ ва на обертке: «готовится к печати: Эстетика». Я хорош о знал, что для Владимира Сергеевича означало «готовится к печати». Я знал, что он годами обдумывал и вынашивал свои мысли, пока решение захватившего его вопроса не являлось перед ним в законченное и яркое во всех подроб­ ностях разгаданного образа истинного бытия, во всех из­ вилинах проникшей в этот образ и обосновавшей его мо­ гучей диалектической мысли (...) Повторяю, я знал, что для B.C.

означало «готовится к печати», я мучительно по­ нял, что мы потеряли, что уже готовое и созданное отняла у нас его внезапная кончина, и меня охватило то чувство, которое один из любимых поэтов покойного назвал:

«Плач неутешной души над погибшей великою мыслью»1. 1 Рачинский не мог, конечно, знать о письмах Соловьева, впоследствии опубликованных ЭЛ.Радловым, которые подтверждали существование «Эстетики», но о другом свидетельстве в пользу того же факта он едва ли не был о с ­ ведомлен. Речь идет о газетных некрологах В.С.Соловьева, в которых была помещена информация о наличии в его арВопросы философии и психологии. 1901. Кн.56 (1). С. 130—131 К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 263 хиве некоторых незаконченных рукописей, в частности, все той же «Эстетики». Внимательное рассмотрение этого источника заставит нас прикоснуться к еще не выяснен­ ным до конца обстоятельствам смерти философа и подго­ товки его первого Собрания Сочинений. Оговорюсь зара­ нее, что данной публикацией я выступаю не первооткры­ вателем какого-то совершенно неизвестного источника (таковым является Н.В.Котрелев, указавший на упомяну­ тые газетные сообщения1), а скорее в качестве его публи­ катора и комментатора. Читателю не стоит также ждать от последующего анализа каких-то однозначных ответов: по­ иск поздней «Эстетики» Соловьева еще не закончен, и я могу рассказать только о его предварительных результатах .

- В № 7 газеты «Санкт-Петербургские Ведомости» за 8 ян­ варя 1903 ее постоянный автор К.Румынский (В.А.Келтуяла) отозвался на выход первых пяти томов собрания сочи­ нений В.С.Соловьева рецензией «О собрании сочинений Владимира Соловьева», в которой, наряду с кратким обзо­ ром появившихся в нем работ мыслителя, подчеркивались и недостатки издания, осуществленного его младшим бра­ том Михаилом Сергеевичем. К.Румынский отмечал, в ча­ стности, недостаточную полноту собрания, в которое не вошел один из крупнейших трудов мыслителя «La Russie et PEglise universelle», опубликованный в 1888 г в Париже на .

французском языке. «Редактор и фирма, — утверждал ав­ 1 В.Соловьев. Стихотворения. Эстетика. Литературная критика .

М., 1990: «в хроникальной заметке о первоначальном разборе бумаг Соловьева сразу после его кончины сообщалось, что обнаружена почти оконченная книга «Русская поэзия XIX века» («Новости и Биржевая газета». 1900. 4 августа; найти подтверждение этому изве­ стию мне пока не удалось)». См.: В.С.Соловьев Стихотворения. Э с ­ тетика. Литературная критика. М., 1990. С.486 .

Борис Межуев тор «Санкт-Петербургских Ведомостей», — должны упо­ требить все старания, чтобы выхлопотать разрешение на­ печатать на русском языке и этот труд. Наше духовное ве­ домство, которое само озабочено оживлением церковной жизни, вероятно, охотно пойдет на встречу этому ходатай­ ству, так как живой дух в церкви ни в ком не находил себе такой могучей поддержки, как во Вл.Соловьеве» .

Если причиной невключения в собрание «России и Все­ ленской Церкви» могли стать исключительно цензурные обстоятельства, то отсутствие в плане издательства иных материалов удовлетворительного объяснения не находило .

По словам Румынского, ряд московских и петербургских газет сообщили в некрологах Соловьева об оставшихся в рукописях философа неоконченных его статьях. Ссыла­ ясь на некрологи, К. Румынский высказал пожелание о включении этих работ в текущее собрание. «Желательно было бы также, — писал он, — чтобы собрание сочинений Вл.Соловьева было, по возможности, полным. Среди бумаг последнего, как сообщалось в его некрологах, остались на­ чатые, но неоконченные исследования, — в области, напр., эстетики. В плане, объявленном фирмой, эти исследования не упомянуты. Не говоря уже о том, что даже отрывки, при­ надлежащие перу такого мыслителя, как Вл.Соловьев, глу­ боко поучительны, эстетические идеи последнего резко от­ личаются от аналогичных идей других философов своею оригинальностью. Вот почему необходимо и эти отрывки, как и вообще все, что осталось в бумагах Вл.Соловьева цен­ ного, внести в собрание его сочинений» .

К.Румынского в его требовании «полноты» собрания поддержал на страницах той же газеты (№13 за 14 января

1903) А.Домбровский в заметке «Еще одно пожелание»:

«Автор помянутой заметки, г К.Румынский, сделал впол­ .

не резонное замечание, что для ценителей таланта покой­ ного русского писателя было бы весьма желательно иметь в собрании его сочинений не только такой капитальный труд, как «La Russie et l’Eglise Universelle», но и менее важ­ К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 265 ные его произведения, напр., стихотворения и даже нео­ конченные статьи по некоторым вопросам эстетики». Сам же Домбровский советовал издателям собрания подумать (и в этом заключалось его «еще одно пожелание») не толь­ ко о «пополнении этого собрания сочинениями, заведомо пропущенными, — как на это справедливо указывает г .

Румынский, — но также и о приложении к последнему то­ му обстоятельной биографии покойного Вл.С.Соловьева». Домбровский говорил о рукописях как о пропущен­ ных «заведомо», что при желании можно было прочитать и как «намеренно». Вообще, создавалось впечатление, что истинная цель публикации краткой заметки А.Домбровского состояла вовсе не в предложении снабдить издание биографическими сведениями о почившем философе, ибо то же требование выдвигал в вышеупомянутой статье и сам К.Румынский (на что он, кстати, и обратил внима­ ние читателей в очередном номере газеты, смутившись неожиданным и, очевидно, ненужным дополнением к его рецензии). Скорее всего, Домбровский стремился еще раз подчеркнуть факт сокрытия тех рукописей Соловьева, о которых было сообщено в газетных некрологах. О каких же сообщениях конкретно идет речь?

Будет небезынтересным проследить порядок появле­ ния заметок о смерти философа и о рукописях, сохранив­ шихся после него, в различных московских и петербург­ ских газетах. Надо сказать, что ряд изданий, в том числе московские ежедневные газеты «Курьер», «Русские Ведо­ мости», «Новости Дня», петербургская ежедневная газета «Биржевые Ведомости», петербургский еженедельник «Неделя», начиная, по крайней мере, с 23 июля 1900 (пуб­ ликации в №203 Рус Вед), давали регулярные сообщения о приезде Соловьева в с. Узкое, в гости к кн. С.Н.Трубецко­ му, и о течении его болезни. Информация о болезни Соло­ вьева поступала, по-видимому, от С.Н.Трубецкого, стре­ мившегося посредством газетных сообщений дать знать о чрезвычайно опасном развитии болезни философа его Борис Межуев ближайшим родственникам, местонахождение которых в летний сезон ему было неизвестно .

Соловьев скончался 31 июля 1900, в 9 часов утра. Одна­ ко только через день, 2 августа, в московской газете «Н ово­ сти Дня» (№6177. С.2-3), наиболее оперативно подавав­ шей текущую информацию о городской жизни1, появля­3 ется сообщение о смерти философа и одновременно не­ сколько посвященных ему материалов: редакционный не­ кролог философа, в котором кратко излагалась его биогра­ фия, заметка «Человек он был!» за подписью N. и, нако­ нец, интересующее нас сообщение «Последние дни жизни B.C. Соловьева» (без подписи). Приведем его полностью .

П О С Л Е Д Н И Е Д Н И Ж И З Н И В.С.С О Л О В Ь Е В А

.Владимир Сергеевич Соловьев скончался в имении «Уз­ ком» московского губернского предводителя дворянства кн. П.Н.Трубецкого. Имение это находится в 12-ти верст, от Москвы. На 11-и версте Калужского шоссе можно ви­ деть столб с надписью: «в село Узкое». Здесь дорога повора­ чивает влево. Сторожка у шлагбаум; отсюда среди леса т я ­ нется узкою лентою дорога, т о поднимаясь на гору, т о ж и­ вописно спускаясь вниз, и ведет к громадному зданию краси­ вой архитектуры, с различными барскими затеями старого доброго времени. Это и есть дом, где скончался известный философ. Впереди здания — роскошный цветник и белеют пруды. В средине дома блестит стеклянная галерея, напол­ ненная разными цветущими растениями; из нее открывает­ ся чудная панорама бесконечного парка с вековыми деревья­ ми. Вблизи дома высится церковь, а около нее — небольшое кладбище.1 4 1 Заметим, что днем раньше о кончине философа успела уже со­ общить другая московская газета: Курьер. 1900. 1августа. №211. С.З .

1 Курсивом выделены мною те места, которые оказались опуще­ ны при перепечатке данной заметки вдругих изданиях .

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 267 В это имение уже давно стремился В.С.Соловьев, чтоб навестить своего друга, профессора московского универ­ ситета кн. С.Н.Трубецкого. Наконец, B.C. удалось осущест­ вить свое намерение, но только после того, как ему врачи предписали полный покой и отдых в деревне. Отдых B.C. был необходим, так как непосильные труды уже давали себя знать слабому организму B.C., а новая вспышка давнишней болезни — воспаления почек совершенно надломила его силы .

Он рассчитывал проехать к своей матери, живущей в Ка­ лужской губернии, и по дороге завернуть к кн. С. Н.Тру­ бецкому, у которого были с ним самые тесные дружеские от ­ ношения, в село Узкое. Н о во время переезда из Петербурга в Москву B.C. ослабел еще более и должен был в Москве пробыть лишний день, чтобы собрать силы для дальней­ шей поездки. B.C. сильно рассчитывал на отдых и дере­ венский воздух. Однако, B.C. слабел не по дням, а по ча­ сам, и часовая дорога в покойном экипаже в село Узкое утомила его настолько, что тотчас по приезде в дом с ним случился обморок. Это было 15-го июля. Приглашенный врач рекомендовал больному полный постельный покой;

больной слег — и уже больше не вставал. Первое время у него были еще сравнительно хорошие минуты, и он шутил, острил, читал газеты, особенно интересуясь событиями в Китае, беседовал с кн. С.Н.Трубецким, главным образом по поводу нового грандиозного труда — перевода Платона .

Планами, мыслями и надеждами на довершение этого капи­ тального труда B.C. только и жил. Затем такие минуты ста­ ли все более и более редкими. Больной впал в забытье, не принимал пищи, не всегда узнавал окружающих. Предуга­ дывая недоброе, Вл.С., весьма религиозный в последнее время, сам попросил к себе священника, исповедовался у него в течение получаса и приобщился св. Христовых Тайн .

После этого B.C. совершенно приготовился к смерти. Все земное, кажется, перестало его интересовать... Говорить он стал слабо. Только в бреду он еще произносил иногда цельные фразы отвлеченного характера, то на еврейском, то на 2pJ[___________ ______bop и с М еж у е в ____________________

древне-греческом, латинском, английском, немецком, французском, польском языках, которые он знал в совер­ шенстве. Между тем, болезнь прогрессировала своим по­ рядком. Температура поднялась до 39 с десятыми. Явления дремоты стали чаще. У врачей возникло предположение, что у B.C. начались какие-либо мозговые явления, и в ви­ ду этого приглашен был доктор Корнилов, который, одна­ ко, отвергнул страдания мозга. Тогда созван был консили­ ум врачей терапевтов (Власов, Афанасьев и др.) с п роф ес­ сором А.А.Остроумовым во главе; они установили начи­ навшееся заражение крови. Положение больного призна­ но было безнадежным .

Прибыла мать покойного, 74-х летняя старушка, и сёс­ тры: Н.С. и B.C.Попова, вдова директора архива минис­ терства юстиции, которые присутствовали при последних минутах и кончине B.C. вместе с другом его кн.

С.Н.Т ру­ бецким [в газетном сообщ ении инициалы перепутаны:

Н.С. — Б.М.]. Кончина эта была необыкновенно тиха .

Жизнь гасла незаметно. B.C. начал реже дышать, впал в беспамятство, и в 9 часов утра третьего дня тихо испус­ тил последний вздох .

Вчера вернулся из-за границы хозяин имения, московский губернский предводитель дворянства кн. П. Н. Трубецкой, и в присутствии его, семьи его и кн. С.Н. Трубецкого, совер­ шена была у праха покойного первая панихида. Выражение лица покойного — ясное, как будто он спит. Прах B.C. сего­ дня будет положен в белы глазетовый гроб и перенесен й в церковь. Затем тело покойного отправлено будет в Моск­ ву. Отпевание совершено будет в университетской церкви в четверг, а погребение — на кладбище Новодевичьего монас­ тыря, рядом с могилою его отца, известного историка .

Рукописи покойного разберет кн. С.Н.Трубецкой, ко­ торый был посвящен во все работы и планы.»

Фактически это же сообщ ение, но с некоторыми сок ра­ щениями и изменениями, впоследствии перепечатали и другие газеты. О н о появилось под тем же названием К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 269 в №213 за 3 августа «Новостей и Биржевой газеты», в №211 за 4 августа Бирж Вед и в № 32 за 6 августа «Недели»

(стлб. 1082-1083). И в том, и в другом случае ссылка на НовДня, как на источник информации, отсутствовала .

Только заключительная ф раза заметки — о том, что ру ко­ писями покойного ф и л ософ а предстояло заняться имен­ н о С. Н.Трубецкому — сопровождалась ссылкой на газету, в которой впервые появилась приведенная заметка. В пе­ тербургской газете «Н овое время» та же информация о Трубецком и оставшихся в архиве Соловьева рукописях появилась без всего остального текста заметки с о ссылкой на НовДня, в №8776 за 3 августа .

Начиная, по крайней мере, с 4 августа, сведение о том, что наследником соловьевских рукописей является имен­ н о С.Н.Трубецкой, не получало дополнительного под­ тверждения. Почему именно с 4 августа? Дело в том, что 3 августа более подробную информ ацию о рукописях С о ­ ловьева, оставшихся Трубецкому, поместила другая м ос­ ковская газета — «Русские Ведомости». В опубликованной РусВед. заметке (№214. С.2) также содержалось свидетель­ ство о Трубецком как наследнике соловьевского архива, но еще без всякого указания на НовДня. М ож н о предполо­ жить, что отсутствие подтверждений о предстоящей ра б о ­ те С.Н.Трубецкого с архивом Соловьева объясняется п о­ явлением в Узком еще одного потенциального наследника соловьевского архива, брата ф и л ософ а Михаила Сергее­ вича Соловьева, который, как известно, в конечном счете оказался владельцем многих черновиков и писем Соловь­ ева, а также первым издателем его собрания сочинений .

И з книги сы на М.С.С ол овьева Сергея Михайловича Соловьева «Жизнь и творческая эволюция Владимира С о ­ ловьева в связи с развитием его миросозерцания» мы узнаем, что он и его отец, находившиеся в Швейцарии и извещенные о болезни и местонахождении Владимира Сергеевича специальной телеграммой, прибыли в Узкое вечером 2 августа, накануне отпевания и похорон ф и л осо­ Борис Межуев фа. Очевидно, что сообщ ения об архиве Соловьева были помещены без ведома и разреш ения его брата: приехав­ ший вечером 2 августа в Узкое М.С.Соловьев, конечно, не имел отнош ения к публикации, появившейся на следую­ щее утро в РусВед. После его приезда никакой новой ин­ форм ации о рукописях Соловьева в газеты не поступало .

Н о вернемся к РусВед. У заметки, опубликованной в этой газете 3 августа, не было ни подписи, ни названия, помещена он а была в традиционную для издания рубрику «М осковски е вести». Приведем эту статью также цели­ ком, без сокращений .

«Сегодня хоронят В.С.Соловьева. Вечером 1-го августа тело почившего положено было в белый глазетовый гроб и перенесено в церковь при подмосковном имении москов­ ского губернского предводителя дворянства кн. П.Н.Тру­ бецкого в с. Узком. На панихиде по покойном, кроме вла­ дельца имения, его брата, профессора кн. С.Н.Трубецкого, и их родных присутствовало немало лиц, приезжавших из Москвы, знакомых и почитателей покойного. Вчера, 2-го августа, прибыл из Петербурга представитель Сою за взаи­ мопомощи русских писателей и русского литературного Общества П. Н. Исаков и присутствовал на панихиде, а на­ кануне, 1-го августа, были орловский губернский предво­ дитель М.А.Стахович и Н.М.Горбов. В числе возложенных на гроб венков находятся венки: от Союза взаимопомощи русских писателей, от «Русских Ведомостей», от князей Трубецких и несколько венков от родных и знакомых. Во время болезни В.С.Соловьева ежедневно получалась масса телеграмм из разных местностей, и телефон в Узком почти без перерыва работал с утра до позднего вечера. Предста­ вители научного и литературного мира, общественные де­ ятели, многочисленные почитатели покойного спешили узнать о ходе его болезни. Немало лиц приезжало также в с.Узкое, чтобы осведомиться о здоровье больного, не толь­ ко из Москвы, но и из других городов. Нам передавали, что B.C., прежде не раз выражавший надежды дожить до глубокой старости, в последнее время стал сомневаться в К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 271 крепости своего здоровья и не раз высказывал предчувст­ вие своей близкой кончины. Помещенный им в «Вестнике Европы» некролог профессора Н.Я.Грота он закончил сло­ вами: «До скорого свидания! Не правда-ли?»

В Москву B.C. прибыл 14-го июля, остановился в «Сла­ вянском Базаре» и чувствовал себя еще довольно здоро­ вым. П о приезде он был в редакции журнала «Вопросы Философии и Психологии» и чувствовал себя настолько бодро, что написал юмористическое стихотворение. Н о уже ночью почувствовал себя дурно. Тем не менее, 15-го июля, в день своих именин, B.C. отправился к своему дру­ гу С.Н.Трубецкому в с.Узкое; но по приезде слег в постель, с которой ему уже не суждено было встать. При больном постоянно находились доктора: А. В. Власов, ординатор проф. М.П.Черинова и Н.Н.Афанасьев. Кроме того посе­ щали больного д-ра Корнилов и Бернштейн и проф .

A.А.Остроумов. Врачами были констатированы у B.C. вос­ паление почек, уремия, склероз, и предполагалось еще гнойное заражение крови. Последнее время перед кончи­ ной больной находился в полубессознательном состоянии .

После смерти B.C. осталось много неоконченных его тру­ дов, разборкой которых займется проф. С.Н.Трубецкой .

В числе их оказались: перевод нескольких диалогов Пла­ тона, готовившаяся для журнала «Вопросы Философии и Психологии» статья «Логические ступени истины», не­ большая статья «Письмо по поводу последних событий в Китае», предназначавшаяся для «Вестника Европы», статья «Гносеология и теоретическая философия», начатая печатанием в «Вопросах Философии и Психологии», «Э с­ тетика» и большое сочинение, почти оконченное, «Рус­ ская поэзия X IX века» и др. Сегодня, 3-го августа, тело B.С.Соловьева будет перевезено из с.Узкое в Москву в университетскую церковь, где в 10 ч. утра начнется заупо­ койная литургия.»

Итак, если поверить источнику РусВед, Соловьев оста­ вил после себя несколько незавершенных произведений, большая часть которых, а именно статьи «Логические стуБорис Межуев пени истины», «Гносеология и теоретическая ф и л осо­ фия», книга «Русская поэзия X IX века» и, наконец, сочи ­ нение неизвестного объема и характера под названием «Эстетика» (на которое, видимо, и обратил внимание в своей рецензии К. Румынский), так и не увидели свет по пока неизвестным нам причинам. Прежде, чем обратить­ ся к этим неизвестным произведениям, рассмотрим те факты последних дней жизни B.C., о которых сообщ ают некрологи. Прежде всего, бросается в глаза, что в одном пункте сообщения НовДня и Рус Вед явно не совпадают. По версии НовДня, недомогание Соловьев ощутил еще до отъезда в Москву, самочувствие, однако, значительно ухудшилось уже по дороге из Петербурга в Москву, чем и была вызвана дневная задержка на задуманном пути в Калужскую губернию через Узко t. РусВед, напротив, с о ­ общают, что 14-го июля по приезде в Москву B.C. чувст­ вовал себя бодро и даже написал юмористическое стихо­ творение. Плохо он почувствовал себя только ночью .

Версию НовДня отчасти подтверждают некоторые свиде­ тельства о смерти Соловьева, в частности, очерки соп р о­ вождавшего его в поездке в Узкое Н.В.Давыдова и близко­ го друга семьи С.Н.Трубецкого А.Панютиной, ухаживав­ шей вместе с П.В.Трубецкой, женой С.Н., за больным ф и ­ лософом. Давыдов в статье «И з воспоминаний о В.С.Соловьеве» («Голос минувшего». 1916. №12) поведал о юморис­ тическом стихотворении, написанном Соловьевым за две недели до смерти. По словам Давыдова, Соловьев сказал ему, что «получил в редакции «Вопросов» аванс, чему чрез­ вычайно рад, так как это компенсирует полученную в день именин (15 июля — празднование св. Владимира) болезнь;

это он даже передал в форме четверостишия (,..)»1. Содер­ жание юмористического стихотворения, если речь идет об одном и том же сочинении, явно не свидетельствовало 1 Цит. по: Книга о Владимире Соловьеве. С.290 .

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 273 о хорошем самочувствии его автора. Панютина в опубли­ кованной в №270 за 27 февраля 1926 парижской газете «Возрождение» заметке «Последние дни Вл.Соловьева» с о ­ общила о телефонном разговоре, состоявшемся между С о ­ ловьевым и Трубецким еще 13 июля, т.е. за два дня до при­ езда в Узкое. Соловьев сказал, что чувствует себя очень скверно. «Ничего — ответил ему Сергей Николаевич. — приезжай, ты тут наверное поправишься». И с первой, и со второй версией расходится свидетельство православного священника С.А. Беляева, исповедовавшего и причащав­ шего В.С.Соловьева за несколько дней до смерти. Беляев сообщал, что Соловьев «почувствовал себя дурно» по доро­ ге к Трубецкому, «еще только-что выехав из Москвы, за Ка­ лужской заставой». При этом Соловьев вроде бы даже на­ меревался вернуться назад, но в конце концов передумал1.6 В своей написанной 12 августа 1900 и опубликованной в сентябрьской книжке журнала «Вестник Европы» за те­ кущий год статье «Смерть В.С.Соловьева 31 июля 1900 г.»

С.Н.Трубецкой фактически опроверг и первую, и вторую версии. Он заявил, что покойный философ «уже по приез­ де в Москву почувствовал себя нездоровым», однако, в от­ личие от корреспондента НовДня сообщил, что он выехал из с. Пустыньки, с о станции Саблино «совершенно здоро­ вым»1, тогда как в газете, как мы помним, заранее наме­ ченная поездка Соловьева в Узкое объяснялась его стрем­ лением поправить пошатнувшееся здоровье. Еще в боль­ шей степени версия Трубецкого расходится с позднейшим свидетельством Панютиной о телефонном разговоре меж­ ду двумя друзьями, состоявшемся 13 июля, т.е. еще до (!) общепризнанной даты приезда Соловьева в Москву .

Одновременно Трубецкой косвенно указал на п рои с­ хождение информации РусВед, что самочувствие ф и л осо­ 1См.: Свящ. Н.Колосов. Об исповедании В.С.Соловьева (письмо к издателю) // Письма. Т.З. С.215 .

1Книга о Владимире Соловьеве. С.292 .

274 Борис Межуев фа по приезде в Москву было совершенно нормальным, но значительно ухудшилось после проведенной ночи в гостинице «Славянский базар». Трубецкой отмечает в сво­ ей заметке, что «15-го утром, в день своих именин» С ол о­ вьев находился довольно продолжительное время в редак­ ции журнала «Вопросы философии и психологии», где действительно «не производил впечатления больного, был разговорчив и даже написал юмористическое стихотворе­ ние»1 Таким образом, на основании слов Трубецкого * .

можно сделать вывод, что источником информации о по­ койном, которой поделились с о своими читателями в процитированной выше заметке РусВед были сотрудники редакции журнала, с кем вел беседы Соловьев в послед­ ний день своего пребывания в Москве .

Заметка Трубецкого, хотя и косвенно, но бросает тень на сообщение Рус Вед о сохранившихся в архиве Соловье­ ва рукописях. Если эта информация проистекает исклю­ чительно из редакции «Вопросов философии», то было бы резонно предположить, что основывается она лишь на ги­ потетических планах философа, которыми он, как извести но, весьма любил делиться, посвящая в них и своих изда­ телей, и даже случайных корреспондентов (подобных Н.А.Макшеевой). Едва ли при разговоре в редакции он обошел тему замыслов и будущих публикаций, при этом, конечно, он мог невольно выдать задуманное за начатое, как это часто происходит с о многими авторами .

Трубецкой в заметке 1900 г своим умолчанием о руко­ .

писях подталкивает читателя именно к такому выводу. Од­ нако в одной из последующих публикаций — в предисло­ вии ко второму тому «Творений Платона» — он неожидан­ но возвращается к описанию последних дней Соловьева, где признается в существовании некоторых, начатых, но '"Там же. Напомню, что, по версии самих РусВед, Соловьев посе­ тил редакцию журнала накануне днем .

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 275 незаконченных сочинений философа. Второй том «Творе­ ний Платона», включивший в себя те из переводов B.С.Соловьева, которые не увидели свет при его жизни, появился в 1903 г Издание вышло уже после смерти дру­ .

гого причастного к нему ученого, брата В.С.Соловьева Михаила Сергеевича, попытавшегося при помощи C.Н.Трубецкого выполнить ту великую задачу, которую когда-то давно А.А.Фет возложил на автора «Истории и будущности теократии» — «дать русской литературе Платона». Однако со смертью Михаила Сергеевича 16 ян­ варя 1903 г работа по переводу диалогов греческого фило­ .

соф а (в том порядке, который наметил Соловьев в предис­ ловии к первому тому) фактически была прекращена .

В предисловии ко второму тому, датированном самим Трубецким 31 июля 1902 г., автор чуть-чуть приподнимает завесу молчания над тайной архива Соловьева. Напомню, что в первой заметке 1900 г. ни о каких не публиковавших­ ся при жизни философа сочинениях, кроме заметки о по­ следних событиях в Китае (появившейся, кстати, в том же сентябрьском номере «Вестника Европы» за 1900 г под не­ .

сколько видоизмененным по сравнению с приводимым РусВед названием «П о поводу последних событий. Письмо в редакцию «Вестника Европы»), Трубецкой не упоминает .

Здесь же Трубецкой указывает на еще одну цель приезда Соловьева в Москву — на желание сдать в типографию пе­ ревод «Евтидема» — свой «последний труд, который он не успел докончить, исправить и просмотреть». Трубецкой вновь обращается к воспоминанию о последних днях С о ­ ловьева и добавляет к прежнему рассказу новые сведения о своих разговорах с умирающим философом, фактически подтверждая то, что стало известно русскому читателю со страниц НовДня уже через день после смерти автора «Трех разговоров». «Первые дни своей болезни он говорил об этом переводе, и слова его показывали, как живо он инте­ ресовался им. Он находился под потрясающим впечатле­ нием китайских событий, которые он предсказывал до их Борис Межуев наступления и в которых он видел первых грозных предве­ стников суда божия, развязки великой драмы всемирной истории (...) «Как же при этом заниматься Платоном, если конец Европе настает, — сказал я ему полушутя: стоит ли это делать, если китайцы все возьмут?» — «Этим стоит за­ ниматься, отвечал он: надо, чтобы было еще что брать!.. .

То, что было сделано европейскими народами в области политической, в деле государственного и общественного устройства человеческих отношений, это погибнет, потому что построено на ложном основании и потому что христи­ анство их мнимое,... а делание греков было в области веч­ ных форм истины и красоты... это останется». И мысль о сделанном переводе возвращалась к больному вместе с образами китайцев: он видел во сне Ли-хун-чана, кото­ рый говорил ему по-гречески: (...) (на третий день ты при­ будешь в плодородную Фтию).»1 9 Если верить Трубецкому (а не верить ему нет никаких оснований), Соловьев в самом конце жизни весьма далеко отходит от своих либеральных воззрений времен реферата 1891 г «Об упадке средневекового миросозерцания», его .

предсмертные слова явно не отражают прежней убежден­ ности в соответствии результатов европейского общест­ венного прогресса подлинному христианству. Теперь хрис­ тианство для него оказывается в большей степени совмес­ тимым с античным прошлым Европы, чем с ее буржуазной современностью. Данный очерк Трубецкого, пожалуй, — единственное достоверное свидетельство отчуждения С о ­ ловьева в самом конце жизни от либерально-западничес­ кого прогрессизма и разочарования в собственной христи­ анской версии последнего. Справедливости ради отметим, что Соловьев вплоть до последних месяцев и даже дней жизни остается активным сотрудником таких западничесТворения Платона. Т.2. М., 1903. С.III. В тексте опечатка — «Фотию» .

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 211 ких и либеральных органов печати, как журнал «Вестник Европы» и газета «Россия». Кстати, именно в последнем издании должна была по первоначальному замыслу Соло­ вьева публиковаться его заметка о китайских событиях. Об этом нам становится известно из напечатанной в этой га­ зете статьи «Соловьевские отголоски» (№467 за 2 сентября

1900. С.З), которая представляет собой обзор материалов сентябрьской книжки «Вестника Европы» за 1900 год, по­ священных покойному философу. «Самое письмо в редак­ цию «По поводу последних событий», — сообщал аноним­ ный автор обзора, — представляет собою развитие заметки о китайских делах, предназначавшейся им для нашего из­ дания, но затем переработанной в журнальную статью» .

Вернемся, однако, к Трубецкому и его предисловию ко второму тому «Творений Платона», в котором он, опять же косвенно, подтверждает и сообщение НовДня о существо­ вании неких неоконченных сочинений Соловьева, вселяя в нас робкую надежду, что информация об их наличии не является плодом журналистской ошибки. «Труды его, — пишет Трубецкой о Соловьеве, — остались незаконченны­ ми, и кто их кончит без него? «Творения Платона» един­ ственный из неоконченных, начатых им трудов, который может быть доведен до конца после него, хотя, конечно, и здесь другие его не заменят и не дадут того своеобразно­ го понимания платоновской мысли, которое обусловлива­ лось личными особенностями B.C. и тем непосредствен­ ным сродством его с Платоном, которое мы отметили»2. 0 Зададимся вопросом, какие «незаконченные» сочине­ ния Соловьева мог иметь в виду Трубецкой. Первое, что приходит на ум — разумеется, незавершенное сочинение по «теоретической философии», начало которому было положено тремя статьями, публиковавшимися в журнале «Вопросы философии и психологии» в 1897-1899 годах,

2 Там же. С.IV .

Борис Межуев

а продолжение, если поверить Рус Вед, сохранилось в ар­ хиве Соловьеве и затем исчезло вместе с другими рукопи­ сями. Надо сказать, что в 1890-е годы Соловьев не оставил незаконченным больше ни одного крупного труда. С ф о р ­ мальной точки зрения, завершенными сочинениями яв­ ляются и «Оправдание Добра», и «Три разговора». С дру­ гой стороны, сомнительно, что Трубецкой мог говорить о тех незавершенных трудах Соловьева, которые были с о ­ зданы им в 1870-е и 1880-е годы и были либо опубликова­ ны: «Философские начала цельного знания» (1877), «И с­ тория и будущность теократии» (1886), — либо остались в рукописи: «София» (1876), — ибо очевидно, что завер­ шить все эти произведения Соловьеву помешала не смерть, а изменение убеждений или настроений. Трубец­ кой мог сожалеть, конечно, только о тех сочинениях, ко­ торые не увидели продолжения вследствие безвременного ухода философа из жизни, и едва ли он имел в виду при этом один лишь трактат по теоретической философии .

Версию о том, что обозначенные в газетной публика­ ции сочинения действительно существовали, подтвержда­ ют и некоторые разрозненные сведения о «работе» с руко­ писями Соловьева его брата Михаила Сергеевича, основ­ ного хранителя архива философа и первого издателя его трудов. Выше я высказывал уже предположение, что пере­ ход рукописей покойного философа к С.Н.Трубецкому, был, по всей видимости, оспорен его братом, прибывшим в Узкое 2 августа 1900. Владельцем соловьевского архива должен был стать М.С.Соловьев на правах ближайшего родственника покойного. Наверное, права Михаила С о ­ ловьева подтвердили и другие члены семьи мыслителя .

Сергею Николаевичу ничего не оставалось сделать, как уступить, позволив себе только рекомендовать к публика­ ции письмо Соловьева о «последних событиях в Китае», являющееся в некоторой степени ответом на рецензию Трубецкого на «Три разговора» в «Вопросах философии и психологии». Однако и записка о «последних событиях»

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 279 не избежала своеобразной «редакторской» коррекции Михаила Сергеевича, о чем свидетельствует сохранившее­ ся в архиве Российской национальной библиотеки пись­ мо С. Н.Трубецкого А.Н.Пыпину, одному из сотрудников «Вестника Европы», от 14 августа 1900. Трубецкой отослал это письмо Пыпину одновременно с текстом соловьевской заметки и своей собственной статьей, посвященной, как мы помним, обстоятельствам безвременной кончины философа. Трубецкой, в частности, сообщил своему пе­ тербургскому корреспонденту, что в статье Соловьева он «по просьбе его брата Мих.

Сергеевича исправил два сло­ ва: «шкуры» и «подохли» в словах Сергея Михайловича:

«Я уверен, говорил мне Мих. Серг., что брат сам изменил бы эти выражения: так мой отец, никогда не выражался, это стиль Володи, а не отца».2 Бросающиеся в глаза о с о ­ бенности письма: двойная ссылка на брата Соловьева, ак­ куратное помещение его слов в кавычки — выдают явное несогласие Трубецкого с довольно грубым, хотя в данном случае и незначительным искажением авторского текста Соловьева. Разумеется, ученому строгой академической школы не могло импонировать вольное обращение с ру­ кописями покойного мыслителя даже самых близких ему людей, а также их стремление подвергнуть наследие Соло­ вьева предварительной «нравственной» цензуре, не допу­ ская до печати все кажущееся спорным, сомнительным, бросающим тень на образ философа .

Подобное избирательное отношение М.С.Соловьева к доставшимся ему в наследство рукописям брата под­ тверждается немалым количеством свидетельств. Некото­ рые из них, впрочем, нельзя назвать достоверными. В пер­ вую очередь это относится к пресловутой «истории» с с о ­ жжением рукописей Соловьева Михаилом Сергеевичем и его женой Ольгой Михайловной, которая стала известна

3 О Р PH Б. Ф.621. №902 .

280 Борис Межуев

со слов Эллиса (Л.Л.Кобылинского) в передаче Н.В.Ва­ лентинова. В откровенной беседе с Валентиновым Эллис поведал, что «летом 1900 г Вл.Соловьев уехал на юг, в име­ .

ние князя С.Н.Трубецкого, откуда до самой кончины (31 июля 1900 г .

) посылал брату на хранение запечатанные пакеты. После его смерти пакеты были братом вскрыты и поразили М.С.Соловьева своим содержанием. Вл.Соло­ вьев сообщал, что, подобно Иисусу в пустыне, он изо дня в день искушается дьяволом: днем дьявол ходит за ним по пятам и смеется, а ночью садится около его кровати, ведет с ним долгие возмутительные беседы. В записях Соловьева находилось и описание внешности дьявола, и детальная запись всего, что дьявол ему говорил. Эти записи М.С.С о­ ловьев и его жена решили сжечь, никому не говоря о их су­ ществовании и содержании. М.С.Соловьев умер в 1903 г .

(...), но незадолго до его смерти Эллис имел с ним разго­ вор, в котором М.С.Соловьев свой тягостный обет молча­ ния нарушил и кое-что о записях брата ему поведал»2. 2 Инфернальные видения Соловьева — факт, подтверж­ даемый со слов самого философа многочисленными сви­ детелями последних лет его жизни. Конечно, Соловьев мог решиться описать некоторые из своих встреч с потус­ торонними силами, а его брат, опасаясь нежелательной огласки, в свою очередь мог подобные записи уничто­ жить. Но абсолютно непонятно, зачем М.С.Соловьеву было рассказывать о своем деянии именно Эллису — стра­ стному поклоннику Бодлера, начинающему поэту, прояв­ лявшему сильный и не вполне трезвый интерес ко всему демоническому в литературе и жизни. В свою очередь, по­ чему Эллис открыл «тайну» Соловьевых не кому иному, как агностику Валентинову, видевшему в авторе «Трех раз­ говоров» (как и почти во всех героях символистской эпо­ хи) только лишь «психически-больную личность». Удив­ 2 Н.В.Валентинов. Два года с символистами. Stanford, 1969. С. 169:

К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 281 ляет и простодушие Валентинова, принявшего на веру рассказ Эллиса, в котором сам же подозревал склонность к фантастическим вымыслам. «Соединяя пропаганду бодлеризма со стремлением к «бесконечности», — пишет Ва­ лентинов об Эллисе в той же книге, — его «aspiration a l’infini» с оккультизмом, он стал меня угощать великолепны­ ми вымыслами (курсив мой — Б,М.), в которых в фантас­ тическом уборе, в беспорядке переплетались касания к мирам иным, демонические полеты в бездну, разные «paradis artifices», смерть и любовь, грех и красота».2 И все же рассказ Эллиса нельзя расценить только лишь как оче­ редной вымысел неуемного фантазера. Поэт скорее всего действительно ничего не знал о содержании исчезнувших или, точнее, сокрытых рукописей, но о самом факте тако­ го сокрытия ему вполне могло быть известно хотя бы от ближайшего товарища по кружку «аргонавтов» Андрея Белого. В мемуарной книге «Начало века» Андрей Белый, рассказывая о своем близком знакомстве с семейством М.С.Соловьева, упомянул и некоторые подробности ра­ боты последнего над изданием сочинений своего брата .

Так, из книги Белого мы, в частности, узнаем, что «М.С .

колебался печатать те из отрывков незаконченных статей философа-брата, которые связаны с темой поэмы покой­ ного «Три свидания», потому что какая-то полусумасшед­ шая Шмидт в Нижнем Новгороде возомнила себя «миро­ вою душою», которая-де инспирировала покойного Соло­ вьева; эта маньячка сильно волновала М.С.; он все боялся рождения какой-нибудь мистической секты из недр фи­ лософии своего брата под влиянием бреда Шмидт»2. 4 Скорее всего, однако, М.С.Соловьев все же не решился прибегнуть к уничтожению рукописей Соловьева, даже ес­ ли их содержание вызывало у него сомнение в возможное

<

2 Там же. С. 157 .

2 А.Белый. Начало века. М., 1990. С.139 .

Борис Межуев

ти — по цензурным либо каким-то иным причинам — их публикации. Вообщ е, похоже, что он просто откладывал работу с соловьевским архивом на неопределенное буду­ щее. Ему предстояло издать вначале уже опубликованные произведения брата (напомню, что в собрании сочинений, вышедшем под редакцией М.С.Соловьева, не появилось ни одного неопубликованного доселе труда Вл.Соловье­ ва), довести до конца работу над переводом Платона й только затем приступить к серьезному разбору архивных материалов. Укрепить Михаила Соловьева в сомнении от­ носительно оправданности немедленной публикации име­ ющихся в его распоряж ении материалов могло и нетрезвое отношение к идейному наследию брата в том числе и его собственного сына, вместе с о своим ближайшим прияте­ лем Б.Н.Бугаевым слишком буквально интерпретировав­ шего идею С оф и и, обнаруживая ее воплощение в первых же полюбившихся красавицах. Подобным же образом не спешил М.С. и с разысканием и изданием полного корпу­ са шуточных стихотворений Вл.Соловьева, о чем и с о о б ­ щал накануне смерти в письме от 21 декабря 1902 А.А. Бло­ ку, дальнему родственнику своей жены, предлагавшему М.С. помощ ь в этом деле. «Относительно шуточных сти­ хотворений брата, — писал М.Соловьев, — я должен Вам сказать, что издавать их представляется мне пока невоз­ можным. Лучшие из них или политически или нравствен­ но нецензурны, и мне не думается, чтоб набралось доста­ точное количество хорош их и в тоже время цензурных, но окончательно это м ожно будет решить только тогда, когда они будут собраны. Ни Сережа [С.М.Соловьев, сын М.С. — Б.М.|, ни тем паче Бугаев на это неспособны (собирать) и придется этим заняться, по всей вероятности, мне, пото­ му что и в Вас я сомневаюсь. Н о, может быть, Вы мне в этом поможете? Только я сейчас и думать об этом, как следует, не в состоянии, столько у меня разных подобных дум (курсив мой — Б.М.). Сначала нужно издать «Собрание с о ­ чинений» и выпустить III том Платона, на что уйдет ровно К проблеме поздней «Эстетики» В.С.Соловьева 283 еше год, а тогда письма и шуточные стихи, если будет мож­ но. При свидании поговорим об этом подробнее.»2 5 Судьба не оставила Михаилу Сергеевичу времени для осуществления его замыслов, спустя без малого месяц он скончался, издание собрани я сочинений В.С.Соловьева перешло в руки Г.А.Рачинского, опекуна несоверш енно­ летнего сына М.С.Соловьева. Рачинский выпустил три тома соловьевского собрани я в течение одного — 1903 — года, дополнительный том, содержащий написанную Э.Л.Радловым биографию ф и л ософ а и ряд его статей из Энциклопедического Словаря Брокгауза и Е ф рон а (1907) .

Ни одно из ранее неопубликованных произведений мыс­ лителя, известных нам из газетных некрологов, в эти тома так же, как и во все последующие издания, не вошло. О с ­ тановимся в наших, пока безрезультатных, поисках «ис­ чезнувших» материалов соловьевского наследия на пе­ чальном 1903 годе, унесшем в могилу столь разных, но одинаково тесно связанных с жизнью В.С.Соловьева лю­ дей, как его братья Михаил и Всеволод, О.М.Соловьева, Н.Ф.Ф е д ор ов, А.Н.А ксаков, В.Л.Величко .

П ока единственным итогом наших поисков стало появ­ ление новых аргументов в пользу предположения, что та­ инственная «Эстетика» Соловьева все же существовала .

Несомненно, из всех произведений, обозначенных в не­ крологах, именно «Эстетика» могла вызывать наибольшие сомнения и соблазны, ибо искусство и эротическая любовь для Соловьева в последний период жизни были тем осн ов ­ ным путем, который должен был вести человека и челове­ чество к преображению и бессмертию. Эпоха символизма, для которой теургические искания Соловьева оказались источником глубочайших поэтических вдохновений, тре­ бовала какой-то недосказанной, но, вместе с тем всамде­ лишной, тайны, загадки. История с произведениями мыс­ лителя, относящимися к концу его жизни, вполне могла 2Литературное наследство. Т.92. Кн.1. С.411 .

Ьорис Межуев претендовать на подобную роль. В атмосфере символист­ ских двусмысленностей и недоговоренностей все приобре­ тало какое-то двойное измерение, прежние друзья за один день превращались в злейших врагов, яростные оппоненты становились ближайшими соратниками, разница между те­ ми и другими стиралась до неразличимости. Похожим об ­ разом исчезала противоположность между жизнью и иг­ рой, добром и злом, святостью и грехом. Исследуя историю исчезнувших рукописей Соловьева и историю подготовки его первого собрания сочинений, мы будто медленно дви­ гаемся от берегов академической профессорской Москвы в сине-лиловый туман символизма. В этом тумане вполне можно было скрывать интригующие рукописи и... — зна­ комить с ними мистически экзальтированных юношей, ви­ деть в самозванной Соф ии А.Н.Шмидт страшную опас­ ность для репутации Соловьева и... поддерживать с ней от­ ношения, считать Мережковского едва ли не предшествен­ ником Антихриста и... одновременно организовывать его лекцию в Московском Психологическом обществе. Боюсь, что фигура умолчания вокруг соловьевских рукописей — продукт той же самой культурной атмосферы, требовавшей поддержания ауры таинственности вокруг «великого мис­ тика» Вл.Соловьева, а, значит, и вокруг того дома, где хра­ нились его спрятанные от взора непосвященных произве­ дения.

Хранились едва ли не для того, чтобы один из тех са­ мых юных мистиков когда-нибудь, предаваясь поэтичес­ ким воспоминаниям, не воскликнул:

«Казалось: милая квартира Таила летописи мира»2 6 Впрочем, следует оговориться, что все сказанное в по­ следнем абзаце представляет собой не более чем гипотезу, требующую проверки и перепроверки .

2 Отрывок т поэмы А.Белого «Первое свидание». Речь идет ’ о квартире М.С.Соловьева на углу Арбата и Денежного переулка .

Модест Колеров Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева в журнале «Книга» (1906-1907)

ПРИЛОЖ ЕНИЯ:

НиколайБердяев. Проф. Булгаков. Краткий очерк политической экономии. .

НиколайБердяев. В. Розанов. Легенда о Великом Инквизиторе.. .

С. Булгаков. J1.H. Толстой. О значении русской революции.. .

НиколайБердяев. Оскар Уайльд. Душа человека при социализме.. .

С.Булгаков. Николай Бердяев. Sub specie aetemitatis.. .

усская библиографическая периодика рубежа X IX и X X веков до сих пор способна удивлять современного человека своей разветвленностью и разнообразием. Отра­ жалось в этом, правда, не столько чаемое здоровье нацио­ нальной культуры книги и чтения, сколько хорош о изве­ стная «литературоцентричность» старой русской жизни, в условиях политической несвободы вменявшей литера­ туре тяжкую обязанность удовлетворять весь спектр поли­ тических инстинктов. Книжности было поручено «дост­ раивать» общество и руководить им. Библиографии же следовало договаривать то, что книгам, при их цензурноеМодест Колеров ти, неизбежной узости и тематичности, договаривать не удавалось. Так выросли и состоялись гигантские рецензионные отделы во всех русских толстых и специальных журналах, до фактического рождения библиографии как науки — появились солидные книгоиздательские летопи­ си и бюллетени .

Революция 1905 года, радикально повлиявшая на судь­ бу и историю русской печати, отразилась и на развитии библиографической периодики. Возникли особые жур­ нальные гибриды, формально посвященные текущему ре­ цензированию, фактически — отданные во власть болеё или менее узкой партийной программы. «Ф орм а «толсто­ го» журнала по-видимому обречена на гибель. В эпоху беспощадного гнета (...) легальная общественно-полити­ ческая пропаганда ютилась в толстых журналах», — писал тогда Д. В.Философов. П о его мысли, теперь «читатель п о­ тянулся на газету, которая дает более своевременные от­ клики на происходящее», и поэтому нужен новый тип «толстого» журнала1 Новым, оперативным, типом журна­ .

ла стали малоформатные еженедельники: первым из них, (копией с немецкого социал-демократического «Die Zukunft») стал журнал «Полярная Звезда», далее последо­ вали новый вид «М осковского Еженедельника», «Накану­ не» и др. В этом же ряду появились: эсеровский библио­ графический журнал «В мире книг» и социал-демократи­ ческий — «Книга» (внепартийное и более умеренное «Критическое Обозрение» появилось позже и уже в еже­ месячном режиме)2 Внутренняя структура таких журна­ .

лов отражала уже совершенно классическую схему: тема­ тический библиографический обзор (часто превращав­ шийся, конечно, в обычную политическую, экономичес­ 1Д.В.Философов. 1905 год в культурно-художественном отноше­ нии / / Народное Хозяйство. 1 (14) января 1906. С.6 .

2См.: М.Колеров. Философия в «Критическом Обозрении»

(1907-1909)//Л ог ос. №4. М., 1993. С.309-313 .

Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева 287 кую, культур-критическую и т.п. статью), блок многочис­ ленных рецензий, хроника и объявления. Точно так же был организован и журнал «Книга». Первую, важнейшую его часть составляли обзоры: например, «Художественная литература текущего года», «Предвыборная литература», «Заказная литература» (имеются в виду печатные отчеты и справочники к съездам промышленников и предприни­ мателей), «Обзор агитационной социал-демократической литературы», «Литература по женскому вопросу», «Лите­ ратура по еврейскому вопросу», «Литература по истории Франции до конца X V III ст.», «Литература по русской ис­ тории», «Периодическая украинская пресса», «Лирика в 1906 г.», «Литература по вопросу о всеобщей стачке». Д а­ лее следовали рецензии, содержательно и тематически си ­ стематизированные по отделам: «Текущий момент», « И с ­ тория России», «История Европы», «Аграрный вопрос», «Рабочий вопрос», «Национальный вопрос», «Ф ил осо­ фия», «Изящная литература», «Освободительное движе­ ние», «Анархизм», «Школа», «Справочная издания», « С о ­ циализм» «Религия», «Искусство», «История русской ли­ тературы», «Общественные науки». Завершала номер раз­ нообразная подверстка: «Книжное дело», «Хроника лите­ ратурной жизни», «Список запрещенных книг» .

«Книга», «еженедельный критико-библиографический журнал, издаваемый книжным складом «Земля»», вышел в свет 2 ноября 1906 (№ 1) и просуществовал до 3 мая 1907 (№24/25). Его неизменным редактором и одним из глав­ ных сотрудников стал известный историк литературного процесса, в те годы составивший себе имя на введении в научный оборот архивных материалов, М.КЛемке. В де­ бютном объявлении издатели внешне дистанцировались от узкой партийности: «Журнал ставит своей задачей дать возможность читателю (...) ориентироваться в той массе литературы, которая в последнее время поступила и по­ ступает на рынок». Н о социал-демократизм его бросался в глаза. Тем не менее явственно марксистская ориентация Модест Колеров журнала (то есть, в первую очередь' его общественно-по­ литический и экономический пафос) без заметных проти­ воречий соединялась с широким спектром обозреваемой им художественной и гуманитарной литературы: «соци^ альные науки, вопросы общественной жизни и народного образования, философии, психологии, истории, истории литературы, беллетристики и искусства». Все это выдава­ ло в основной массе авторов именно тех марксистов, что в 1906-1907 гг. успешно совмещали подпольную революци­ онную работу с профессиональными культурными и науч­ ными интересами, которые выходили далеко за пределы марксоидной ортодоксии и элементарной пропаганды .

Один из авторов еженедельника объяснял это так: «17 о к ­ тября 1905 г принесло начало новому общественному п о­ .

ниманию художественной литературы. Если прежде она, по необходимости, являлась по преимуществу вырази­ тельницей стремлений и чувств протестующе-освободйтельного характера, то теперь он а вступила в то переход­ ное состояние, когда на очередь может быть поставлен во­ прос и об освобождении ее самой от черной работы поли­ тической борьбы. С к оро наступит момент, когда жизнь отведет столь же почетное место песням о весне и солнце, как жажде подвига и упоенью борьбы»3 .

Видимо, эта, вполне наивная надежда на культурное перерождение политической борьбы продиктовала изда­ телям «Книги» и редкую в те годы политическую терпи­ мость в привлечении авторов. В объявленный состав с о ­ трудников (по таким спискам всегда ориентировались и читатели, и рецензенты, когда хотели выяснить себе о б ­ щественно-политическое лицо издания), помимо извест­ ных марксистов Н.Валентинова, П.П.Маслова, Е.В.Тарле и др., вошли такие менее определенно, но также социали­ стически ангажированные авторы, как Иванов-РазумЕвг. Ляцкий. Художественная литература текущего года / / Кни­ га. №6. 6 декабря 1906. С. 1 .

Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева 289 ник, B.J1.Бурцев, М.И.Туган-Барановский, П.Е.Щеголев, Н.П.Павлов-Сильванский, Н.А.Рубакин, Л.Я.Гуревич .

Голос внепартийной (иногда — опасно либеральной) на­ уки должен был прозвучать в рецензиях С.А.Венгерова, М.О.Герш ензона, Д. Е.Жуковского, Ф.Ф.Зел и н ск ого, Н.И.Кареева, А.А.Кауфмана, Н.О.Лосского, П.И.Новгородцева, М.И.Ростовцева, П.Б.Струве и др. Н о главной новостью для левой социал-демократии стало привлече­ ние к полу-партийному проекту таких «христианских с о ­ циалистов» как С.А.Аскольдов, Н.А.Бердяев, С.Н.Булга­ ков и Д.С. Мережковский. В отличие от «внепартийной науки», которая ограничила свое участие в журнале крас­ норечивым, но все же чисто демонстративным (за исклю­ чением Н.О.Лосского) предоставлением имен в автор­ ский «поминальник», «христианские социалисты» (к ро­ ме Мережковского) на деле приняли заметное участие в «Книге», на деле реализовали свой идеи в марксистском контексте. Кроме массы рецензий самого Лемке, журнал заполнили заметки и обзоры марксистов П.П.Маслова, Е.В.Тарле, Н.Валентинова, Н.И.И орданского, В.А.Поссе, П.С.Ю шкевича... — и Аскольдова, Бердяева, Булга­ кова. О том, что тяга марксистской редакции «Книги» к религиозной революционности не была только лишь следствием культурной широты, свидетельствует содер­ жание вполне политической «литературной хроники»

еженедельника. Только особый интерес мог наполнить эту хронику важнейшими сведениями из истории христи­ анско-социалистического движения: подробно освещена в «Книге» история преследований о.Г.Петрова с о ст оро­ ны официальной церкви, уникальные данные появляют­ ся и о «Христианском Братстве Борьбы». Журнал со о б ­ щал: «В Москве арестован глава христианско-социалис­ тического движения в России г.Свенцицкий. При обыске полицией отобрана обширная переписка Свенцицкого с графом Л.Н.Толстым и Г.Гапоном. Ближайшим поводом к аресту считают его реферат, прочитанный 4 декабря в ф и ­ 290 Модест Колеров __________ _ л ософ ском обществе в память Владимира Соловьева [«Террор и бессмертие»|»4 .

Несмотря на то, что Струве не принял в журнале прак­ тического участия, особую информированность проде­ монстрировала «Книга» и в закулисной истории «Русской Мысли»: сначала (14 декабря 1906) «Книга» сообщила, что (после смерти В.А.Голыдева) руководство журналом перейдет в руки «издательского комитета» в составе Н.В.Давыдова, А.И.Сумбатова и Каллаша и «редакцион­ ного комитета» в лице А.А.Кизеветтера и Ю.И.Айхенвальда5 Затем (21 декабря 1906) поместила краткое: «во .

главе редакции «Русской Мысли» становятся П.Б.Струве и А.А. Кизе веттер»г .

* Неожиданная вовлеченность «Книги» в христианские и либеральные дела получила немедленный отклик изнутри социал-демократии. Тогдашний практический руководи­ тель российских большевиков (хотя философски тоже вполне самостоятельный) А.А.Богданов принялся резко высмеивать «Книгу» за такую литературную широту. Бог­ данов упрекает журнал за «непреодолимое влечение к ка­ детам меньшевиков, учинивших на страницах «Книги»

настоящий литературный блок, в котором имена М асло­ ва, Иорданского и пр. фигурируют рядом с именами Бер­ дяева, Булгакова и... и... и даже Струве!» Приводя эти сло­ ва Богданова на страницах своего еженедельника, П.С.Ю шкевич, один из ярчайших марксистских ф и л осо­ фов и критиков начала 1900-х, однако, не стал искать вну­ 4 Хроника литературной жизни / / Книга. №7. 14 декабря 1906 .

С.22. Это проливает дополнительный свет на обстоятельства неуда­ чи проекта журнала «Социализм и Христианство», составленного в конце 1906 года В.Ф.Эрном и В.П.Свенцицким (см.: М.Д.Колеров .

Не мир, но меч. Русская религиозно-философская печать от «П ро­ блем идеализма» до «Вех». 1902-1909. СПб., 1996. С.244) .

5 Книга. №7. 14 декабря 1906. С.22 .

” Книга. №8. 21 декабря 1906. С.21 .

Нейзвестные рецензии Булгакова и Бердяева Ш треннего смысла в странных связях «Книги», а лишь еще более радикально отстаивал свою научную и библиогра­ фическую свободу. Чтобы высмеять фальшивое «пуритан­ ство» большевиков, Юшкевичу достаточно было напом­ нить Богданову о том, как его партийный коллега Ленин сотрудничал в 1905 году в «Новой Жизни» с Минским и Бальмонтом7 .

Острое вступление Юшкевича во внутрипартийный спор выдавало огромный литературный заряд марксист­ ской энергии, для реализации которой культурная ш иро­ та «Книги» была несущественна и не страшна. Следует признать, что (более относящийся к общественным ин­ стинктам, нежели культуре) литературный пафос «христи­ анских социалистов» и тем более левых либералов замет­ но уступал пафосу социал-демократии. В мае 1907 журнал «Книга», ведомый М.К.Лемке, прекратился. На его о сн о ­ ве Мих. Днепров (К.Л.Вейдемюллер) вместе с редколлеги­ ей, в состав которой, в частности, вошли В. В.Базаров, Н.И.Иорданский, П.С.Юшкевич, создал «критико-библиографический еженедельник» «Новая Книга» (NqNqIс 21 июня по 31 октября 1907s). И в нем уже не возни­ кало философской двусмысленности: в предуведомлении «Отфедакции» идейной основой нового журнала был на­ зван «диалектический материализм», с той лишь оговор­ кой, что редакторы «допускают свободу в понимании де­ талей и внепартийны в политическом отношении»9 После .

такой реформы религиозные и лево-либеральные интел­ лигенты из авторского состава выбыли, и очень ск оро в еженедельнике собрался весь цвет тогдашней марксист­ ской политической экономии, истории, философии и ли­ 7 Книга. №19. 15 марта 1907. С.7 .

* Нельзя не отметить, что, несмотря на партийную ригоризацию, эстетическое качество еженедельника повысилось: автором оформ­ ления обложки «Новой Книги» стал И.Билибин .

Новая Книга. №1.21 июня 1907. С.З .

Модест Колеров тературы, сосредоточивших всю свою библиографичес­ кую работу на вопросах социализма, философии и теку­ щей политики в марксистском их освещении (Я.А.Берман, М.В.Бернацкий, Н.Валентинов, Е.В.Тарле, П.С.Ю ш к е­ вич, Л.И.Аксельрод (Ортодокс), П.А.Берлин, Н.И.И о р ­ данский, Мих.Оленов, Л.Н.Клейнборт, В.В.Базаров, С.А, Суворов, П.П.Маслов, В.Г.Громан, П.П.Румянцев). В тени, среди авторов остался Лемке .

В Приложении впервые републикуются рецензии, поме­ щенные в «Книге» Бердяевым и Булгаковым и никогда не включавшиеся ни их авторами, ни исследователями в сбор­ ники их сочинений. Тому причиной, несомненно, был их сугубо библиографический характер, хотя большинство из них принадлежит к вполне достойным образцам «малых форм» их критического наследия. Все они относятся к кон­ цу 1906 года — богатому содержанием и мыслительной ди­ намикой переходному периоду в идейной эволюции Бердя­ ева и Булгакова, когда, в высоком темпе преодолев марк­ систские увлечения, укоренясь в утверждении различных форм «христианского социализма», они словно останови­ лись на месте, позволяя вновь проявиться прежним, ради­ кальным источникам и формулам их мысли, обнаруживая глубокую языковую, психологическую и позитивную зави­ симость своих идей от выпестовавшей и окружавшей их массовой интеллигентской революционности. Здесь обна­ руживается, что в биографии Бердяева и Булгакова между их ортодоксальным или критическим марксизмом и их «христианским социализмом» гораздо больше «континуу­ ма», нежели между их «христианским социализмом» и бу­ дущей православной церковностью. В это время религиоз­ ные формулы в их сочинениях почти застывают, банализируются — и сквозь их оболочку прорывается почти нетро­ нутый, не потускневший социализм, которому они отдали все прожитые к тому времени годы. Лишь затем и вскоре, в 1907-1908 гг., в социально-философском творчестве Бердя­ ева и Булгакова множатся кардинальные перемены .

Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева 293 Есть и еще одно обстоятельство, заставляющее внима­ тельно отнестись к републикуемым текстам. В них мы о б ­ наруживаем первый пример публичного, печатного обме­ на оценками творчества между Бердяевым и Булгаковым .

Хотя история их сотрудничества чрезвычайно богата ф ак­ тами, история их сближения, расхождений и отталкива­ ний чрезвычайно бедна. Казалось, что они сознательно (и не вполне доброжелательно) воздерживались от взаимных откликов: пока мы не столкнулись с их рецензиями в «Книге». Их, конечно, явно недостаточно для историчес­ кого исследования сотрудничества и полемики, но любой кропотливый исследователь не сможет пройти мимо этих уникальных взаимных оценок .

Модест Колеров

–  –  –

Проф. Булгаков. Краткий очерк политической экономии .

Выпуск L Религ.-общест. библиотека .

Серия I. 1907. 151 стр., ц. 60 к.1 ^ А Ч ф а т к и й очерк политической экономии» С.Н.Булга­ кова представляет странное и необычное явление: очерк этот входит в серию «религиозно-общественной библиоте­ ки»; автор его хочет дать «руководство, в котором бы на­ шли научное, а вместе и принципиально-религиозное о с ­ вещение основные факты современной социально-эконо­ мической действительности». Непосредственное отноше­ ние к оригинальной цели, которую себе ставит автор, име­ ет только введение «Задачи политической экономии в их христианском понимании». Тут С. Н.Булгаков пытается ре­ шить сложную и новую проблему об отношении религии Христа к социально-экономической жизни. «Христиан­ ская политическая экономия, говорит Булгаков, ищет осу­ ществления царства Божия, свободы, правды и любви в экономической жизни, в области социальной и эконо­ мической политики». Самой большой трудностью для Булгакова является преодоление аскетического отноше­ ния христианства к производственному экономическому процессу, христианского дуализма, отрывавшего небо от земли. Автор христианской политической экономии ре­ шительно защищает ту мысль, что религия Христа стоит

Книга. №4. 23 ноября 1906. С. 10-11. Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева 295

в отрицательном отношении только к личному богатству, к рабству духа у материальных предметов, н о освящает на­ родное богатство и экономический прогресс, которые не­ обходимы как средство осуществления царства Божия в мире. Без такой веры в религиозную миссию материаль­ ной культуры Булгаков не мог бы писать христианскую по­ литическую экономию. Вместе с тем Булгаков полагает, что религия Христа дает нормы для справедливого соци­ ального распределения, изобличает зло капитализма и обосновывает правду социализма. Вполне сочувствуя за­ дачам автора «Краткого очерка», мы должны только заме­ тить, что задачи эти выводят его из пределов историческо­ го христианства и вряд ли могут быть успешно разрешены на почве старо-христианского дуализма и аскетизма. П ер­ вый выпуск посвящен характеристике современного капи­ тализма и во многих своих частях представляет популяр­ ное изложение экономической науки, безотносительное к религиозной точке зрения, но составленное по собствен­ ному плану Булгакова. Для него характерно отрицательное отношение к теоретической политической экономии и к экономическим «законам», столь охотно испекаемым другими экономистами. Политическая экономия для Бул­ гакова скорее практическая социальная этика, чем теоре­ тическая дисциплина; в нем публицист и проповедник бе­ рет верх над ученым и отвлеченным мыслителем и в книге его ощущается праведный гнев против зла капитализма, против служения Молоху. Следующие выпуски будут по­ священы аграрным и рабочим вопросам и в них еще ярче должен сказаться религиозный характер отношения Бул­ гакова к экономической жизни, в выпусках этих должен быть сосредоточен интерес всей работы Булгакова, так как будет религиозно решаться социальный вопрос. Пока трудно сказать, в какой мере «Очерк» Булгакова отличает­ ся полнотою и не слишком ли далеко заходит его презре­ ние к социально-экономической теории. Во всяком случае мы очень приветствуем появление этой книги талантливо­ Модест Колеров го представителя религиозно-общественного течения и желаем ей широкого распространения, так как считаем во­ прос об отношении религии к общественности очень важ­ ным, назревшим и больным вопросом. Чрезвычайно важ­ но разрушить то предвзятое и распространенное мнение, что религия вообще и религия Христа в частности — враж­ дебны социальному освобождению человечества .

–  –  –

Т V, ^ А ретьим изданием выходит уже замечательная книга В.В.Розанова «Легенда о Великом Инквизиторе» и нельзя не пожелать, чтобы и он о читалось и разошлось. Роза­ нов — один из самых талантливых и оригинальных у нас писателей. Книга его о Великом Инквизиторе Достоевско­ го принадлежит к первому периоду его литературной дея­ тельности, написана до радикального кризиса, который превратил его из ортодоксального верующего христианина в страстного и беспощадного критика христианства. Она полна еще христианской мистики и Розанов встает во весь свой рост. Как ни высоко мы ценим всю последующую критику Розанова и его глубокую постановку проблемы

1 Книга. №5. 30 ноября 1906, СЛО .

Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева 297

пола, но должны все-таки признать, что душа его начала постепенно опустошаться. Особенно печальную роль сыг­ рало в жизни этого большого писателя сотрудничество в «Новом Времени»... Тема, данная Достоевским в гениаль­ ной легенде, которую Иван Карамазов рассказал в тракти­ ре своему брату Алеше, — неисчерпаема, не исчерпал ее и Розанов. Книга его по обыкновению написана с необык­ новенной психологической тонкостью и красотою литера­ турной формы, но разбросанно, без концентрации мысли, она пронизана ослепительными электрическими искрами, а наряду с этим в ней много балласта, много ненужных ме­ лочей. На анализе Достоевского Розанов показывает, что только религиозно может быть утверждено безусловное значение человеческой личности, и это самая сильная, са­ мая несомненная сторона его книги. «Коренное зло исто­ рии заключается в неправильном соотношении в ней меж­ ду целью и средствами». «Человеческое существо, до сих пор вечное средство, бросается уже не единицами, но мас­ сами, целыми народами во имя какой-то общей, далекой цели... И где конец этому, когда же появится человек, как тело, которому принесено столько жертв — это остается никому неизвестным». Самая слабая часть книги, от кото­ рой Розанов отрекся в предисловии ко 2 изданию, это по­ пытка оправдать страдания детей («слезинку ребеночка») .

Тут он как бы изменяет центральной своей идее об ирраци­ ональности мировой и человеческой природы (которая и ведет к религии). Розанов уделяет много места анализу той мистической диалектики, которая раскрывается в разгово­ ре Ивана с Алешей, и недостаточно говорит о самой Леген­ де, некоторые мотивы ее оставляет в стороне. Недостаточ­ но он останавливается на том, что Великий Инквизитор соблазняет людей принудительным счастьем, лишая их свободы. Розанов, кажется, обращает слишком большое внимание на католическую внешность, которую придал Достоевский своему Великому Инквизитору, и не видит всего бесконечного разнообразия образов, под которыми Модест Колеров 29Х является этот странный старик в истории. Очень тонкую психологическую характеристику религиозных типов ка­ толичества, протестантизма и православия можно найти в книге Розанова. Приложены также очень интересные этю­ ды о Гоголе. Вообще книга читается с захватывающим ин­ тересом и может быть горячо рекомендована читателю .

Издана она очень изящно .

–  –  –

Л.Н.Толстой. О значении русской революции .

Изд. «Посредника». М., 1906 г.1 Н е б о л ь ш а я брошюра, носящая это заглавие, невольно приковывает к себе внимание. Как не прислушаться к го­ лосу нашего великого соотечественника, в котором мы привыкли чтить совесть русской земли, а не только ее сла­ ву, когда он заговорил о величайшем всемирно-историче­ ском движении, нами переживаемом? Читателя этой б ро­ шюры ждет полное разочарование. Не видя и не слыша живой революции, не чувствуя ее трепета. Толстой поль­ зуется ею как поводом, чтобы повторить несколько про­ писных своих положений, а именно счетом три: 1) что все бедствия истории: всякие насилия, капитализм, t a K наз .

цивилизация (в частности «все те пустяки, глупости и га­ дости, которые производятся под руководством людей, считающихся очень важными и полезными для всего че­ ловечества, — как-то: пушки, крепости, синематографы, храмы, автомобили, разрывные бомбы, фонографы, теле­

1 Книга. №8. 21 декабря 1906. С.6-7 .

Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева

графы, скоропечатные машины»), промышленность, про­ исходят от существования власти и правительства и есте­ ственным следствием устранения их будет возвращение населения к земледелию; 2) «стоит только русским земле­ дельческим людям перестать повиноваться какому бы то ни было насильническому правительству и перестать уча­ ствовать в нем, и тотчас уничтожились бы сами собой и подати, солдатства, и все притеснения чиновников, и земельная собственность, и происходящие от нее бедст­ вия рабочего народа»; 3) в этом признании человеческой власти выражается, по мнению Толстого, что «люди забы­ ли Бога, т. е. забыли про свое отношение к бесконечному началу жизни». «Сознательно возвратиться от соблазнов человеческой власти и повиновения к одной высшей вла­ сти Бога значит признать обязательность для себя всегда и везде вечного закона Бога, одинакового во всех учениях:

браминском, буддийском, конфуцианском, таосийском, христианском, частью магометанском (бабизме), несо­ вместимого с повиновением человеческой власти». Отно­ сительно первого пункта естественно является вопрос, ес­ ли до сих пор «всегда были люди не добрые, любящие пра­ здность и завистливые», составлявшие из себя правитель­ ства, то где же гарантии, что их не будет и впредь и, следо­ вательно, что осуществится и получит устойчивость про­ поведуемый Толстым анархический строй. Что касается утверждений Толстого относительно превращения всего теперешнего населения при достигнутой степени его плотности в земледельческое, то, вступая в область чисто экономических утверждений, надлежит представлять и экономическую аргументацию, и политическую эконо­ мию не может заставить молчать даже и повелительный голос Толстого. А она против Толстого. Наконец, что каса­ ется чисто религиозного содержания брошюры, то она прямо поражает своей скудостью. Религию Толстого ис­ сыхает до одной моралистической идеи — отрицания вла­ сти и одной политико-экономической --реставрации фиг Модест Колеров зиократизма. Толстой впадает этим в материализм гор­ ший, чем экономические материалисты и, право, только условная фразеология изредка заставляет вспоминать о «религии» Толстого. В конце концов с разочарованием выпуская из рук брошюру, невольно подумаешь: лучше бы она осталась ненаписанной. Религиозный дух Толстого борется и протестует против безжизненного и нерелигиоз­ ного, даже антирелигиозного рационализма, в тисках ко­ торого он находится, и как будто впадает в изнеможение от непосильной борьбы, Разобьет ли он эти оковы и, силь­ ный и свободный, раскроется для подлинного религиоз­ ного откровения, или же так и останется в песчаной пус­ тыне рационалистического морализирования?

–  –  –

Оскар Уайльд. Душа человека при социализме .

Перевод М.А.Головниковой .

Книгоиздательство «Дилетант» .

Москва, 1907.13 ^Большой интерес представляет этюд Оскара Уайльда, в котором знаменитый индивидуалист высказывает свое от­ ношение к социализму. Уайльд очень тонко, тоньше мно­ гих социалистов, понял, что положительный смысл соци­ ализма — в выявлении индивидуальности во всем ее вну­ треннем своеобразии. «Истинное совершенство человека не в том, говорит Уайльд, что он имеет, а в том, что он есть .

Частная собственность мешала проявиться истинному

1 Книга. №9. 4 января 1907. С. 12-13 .

Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева 301

индивидуализму и создала ложный индивидуализм». «Че­ ловек думал, что главное — это иметь, не подозревая того, что главное — это быть». И действительно, в капиталисти­ ческом строе и во всяком строе, основанном на частной собственности на орудия производства и землю, достоин­ ство человеческой индивидуальности определяется не тем, что она есть по внутренним своим качествам, а тем, что у нее есть, социальными вещами, доставшимися ей не по заслугам. Очень хорош о у Оскара Уайльда подмечена та социально-психологическая истина, что в мятеже, в борь­ бе, к которой сейчас принуждает огромную часть челове­ чества безобразный социальный строй, истощаются ин­ дивидуальные силы, ослабляется творчество. Уайльда по­ стоянно мучит вопрос о Христе и он говорит о Нем: «Ког­ да Иисус говорил о бедных, он просто разумел людей, не развивших своей индивидуальности». Это очень глубокая мысль: богатые, это [те,] индивидуальность которых опре­ деляется тем, что они имеют, внешними вещами, а не те­ ми, что они суть сами по себе, т. е. не имеющие индивиду­ альности. «Чтобы быть подобным Христу, нужно быть с о ­ вершенно и абсолютно самим собой», т. е. не зависеть от социальных предметов, от богатства и бедности. По упо­ ванию О.Уайльда, в социалистическом обществе «госу­ дарство будет делать то, что полезно. Индивидуум будет делать то, что прекрасно». Уайльд далеко стоял от социа­ листического движения и социалистических теорий, мно­ гое понимал лучше самих социалистов, но недостаточно видел двойственность социализма. В одной своей полосе социализм служит выявлению и освобождению индиви­ дуальности, утверждению подлинной иерархии индиви­ дуальных душ путем свержения ложной социальной ие­ рархии, но есть в социализме стихия, враждебная личнос­ ти, и особенно она сильна в марксизме. Вторая половина этюда Уайльда посвящена характеристике психологии ху­ дожника в его отношении к публике и защите индивидуа­ лизма в искусстве. Все это уже известно и в значительной Модест Колеров степени устарело. Оригинально и хорош о то, что в самом конце говорит О.Уайльд против сентименталистов и в за­ щиту радости. «Всякое сочувствие прекрасно, но сочувст­ вие страданию — его наименее прекрасная форма: сочув­ ствие радости увеличивает сумму радости в мире, сочувст­ вие же горю не уменьшает суммы горя». В будущем «чело­ век будет испытывать радость при виде радостной жизни других». Религия О.Уайльда есть эстетизм и «новый инди­ видуализм», «новый эллинизм», для которых, по его мне­ нию, работает социализм. Боюсь, что «новый» индивиду­ ализм и эллинизм в достаточной мере стар, и преодоление этого эллинического индивидуализма, синтез индивидуа­ лизма и универсализма есть религиозная потребность эпохи. Перевод заглавия этюда Уайльда «Душа человека при социализме» плохо звучит, лучше было бы «Душа че­ ловека и социализм» .

–  –  –

П о д этим, может быть, слишком ответственным загла­ вием Н.А.Бердяев собрал свои этюды последних семи лет, и на мою долю выпадает приветствовать выход в свет это­ го сборника. Мне трудно говорить объективно об этом сборнике своего ближайшего литературного собрата, ибо его темы, борьба, искания суть, вместе с тем, и мои собст­

1 Книга. №10. 11 января 1907. С. 14-15 .

Неизвестные рецензии Булгакова и Бердяева 303

венные, и, рука об руку, еще не очень давно приходилось нам отстаивать в литературе самое право на существова­ ние таких вопросов. Сущность той духовной эволюции, которую пережил Бердяев, сводится к духовному осв о­ бождению от философии позитивизма (в ее марксистской разновидности) и от религии социализма чрез ф и лософ­ ский идеализм в религиозном христианском мировоззре­ нии, к религиозной философии, устанавливающей идеал христианской общественности. Идеал этот содержит пока только смутные предчувствия будущего, впервые в такой форме вообще появляющиеся в истории в наши дни, в по­ здний уже час истории. Напротив, то, что оставлено Бер­ дяевым позади, принадлежит вчерашнему и сегодняшне­ му дню, представляет собой господствующее мировоззре­ ние, мнение сплоченного большинства, которому тем са­ мым Бердяев бросает резкий вызов (ср. напр., послесло­ вие и др.). В этом, идейном, смысле книга Бердяева есть боевая книга, идущая наперекор господствующим вкусам и предрассудкам. Тот, кто примется за чтение, не должен надеяться получить какую-нибудь положительную, отсто­ явшуюся доктрину. Автор гораздо больше спрашивает, чем отвечает, чаще борется с противниками или самим с о ­ бой, чем излагает свои мысли в повествовательной форме .

Наконец, его изложение слишком эскизно. Н о вся книга проникнута благородным, аристократическим в подлин­ ном смысле слова духом идейной непримиримости, мятежности и постоянного беспокойства; автор описывает то, чем он в действительности живет в данную минуту и в этом смысле книгу можно назвать философским дневни­ ком. Она есть ценный «человеческий документ» начала XX века. Этим определяется общий ее характер и значе­ ние, достоинства и недостатки. К числу последних я отнес бы некоторую литературную беззаботность и кажущуюся благодаря тому чрезмерной легкость философской эволю­ ции автора, производящую, может быть, вследствие не­ брежной манеры письма, внешнее впечатление безболез­ Модест Колеров ненности этой смены. Философской фантазии Бердяева легко достаются чисто суворовские переходы мысли, но он недостаточно заботится о том, чтобы сделать их выпол­ нимыми и для своего читателя. Я сыздавна упрекал его также за то, что он, справедливо не веруя в жизненные плоды школьной философии, владеющей теперь умами, все-таки не отдает ей достаточного внимания в своих ра­ ботах. Несколько зашнуроваться в корсет школьной ф и ­ лософии для широкой натуры автора, в интересах его чи­ тателей и строгости его мысли, было бы полезно. — В за­ ключение, от души приветствуя сборник статей Н.А. Бер­ дяева, я выражу еще раз пожелание, чтобы эта книга, к о­ торая составила бы заметное явление и в западной литера­ туре, возбудила к себе заслуженный интерес, а чтобы са­ мому автору удалость окончательно, с о всей возможной глубиной утвердиться на почве положительного христи­ анского мировоззрения и быть его ярким апологетом и философом. Обсуждать в подробности идеи автора или вступать с ним в сп ор в рамках библиографической замет­ ки невозможно. В сборник входит 23 статей и заметок [sic] (с предисловием и послесловием). Самыми значительны­ ми из религиозно-философских является статья «О новом религиозном сознании», также этюд о русском идеализме, о Михайловском и Чичерине, о Леонтьеве, о Виндельбанде, из публицистических на первое место следует поста­ вить этюд «Революция и культура», по своему содержа­ нию и времени появления (прошлой осенью) лучше всего свидетельствующий о духовной независимости автора .

м.к .

О еженедельнике «Накануне» (1918)

ПРИЛОЖЕНИЯ:

С,Булгаков. Накануне (отрывок из непроизнесенной речи) Петр Струве. Государственность и культура ^Р^звестный исследователь национал-большевизма М.С.Агурский первым обратил внимание на существование этого издания. Журнал «Накануне», выходивший в Москве весной 1918, безусловно, был важнейшим пунктом в после­ октябрьском вызревании национал-болыиевистской идео­ логии, местом встречи идейных поколений, первым систе­ матическим опытом интеллектуального преодоления боль­ шевизма. Называя среди участников «Накануне» Устрялова, Ключникова, Потехина, Бердяева, Струве, говоря, что при сочувствии Струве и Новгородцева «группа «Накануне» на­ чала отход от безусловной концепции права... от безуслов­ ного требования формальной демократии при всех услови­ ях», М.С.Агурский заключал: «М ожно высказать предполо­ жение, что именно в его атмосфере была подготовлена буду­ щая позиция Устрялова, Ключникова и Потехина, ставших впоследствии основателями сменовеховства»1 Формулируя .

1 М.Агурский. Идеология национал-большевизма. Paris, 1980 .

С.65-66. Для исследования идейных связей праволиберального дви­ жения 1918 года с позднейшим сменовеховством важно меткое м. к .

все это, Агурский должен был признаться: «журнал недосту­ пен». О нем, действительно, знали только из свидетельств современников, упоминаний о публикации в нем статей Н.А.Бердяева и В.Н.Муравьева .

Автору этих строк направление поиска подсказал Алек­ сандр Галушкин, обнаруживший, что (из-за известной в начале X X века зыбкости границ между еженедельной газетой и еженедельным журналом — внешне они часто были неразличимы) «Накануне» следует искать не в жур­ нальных, а в газетных собраниях библиотек. Так «Накану­ не» было найдено и описано. В настоящем Ежегоднике дается полная роспись его содержания. Целью же настоя­ щей републикации является введение в научный оборот текстов С.Н.Булгакова и П.Б.Струве, обнаруженных на страницах «Накануне» .

«Еженедельник политики, литературы и общественной жизни», в объявлении о подписке обозначенный как «журнал», но сверстанный как газета, с вычленением нижней трети полосы под литературно-художественные «фельетоны», начал выходить 7 апреля и прекратился в июне 1918. Всего вышло семь номеров. Среди участни­ ков был анонсированы: Н.П.Ануфриев, К.Д. Бальмонт, Н.А.Бердяев, В.Я.Брюсов, С.Н.Булгаков, И.А.Бунин, Белоруссов, J1.А.Виноградов, П.Д.Долгоруков, Н.В.Епанешников, С.Ф.Кечекьян, А.А.Кизеветтер, Ю. В.Ключников, А.Е.Коровин, С.А.Котляревский, С.А.Лесгилье, П.И.Н ов ­ городцев, В.В.Погосский, Ю.Н.Потехин, Л.А.Сельский, Л.Столица, П.Б.Струве, В.М.Устинов, Н.В.Устрялов, М.С.Фельдштейн, Н.Н.Фиолетов, Г.И.Чулков, С.В.Яблоновский. Официальным (формальным) редактором-изда­ телем был обозначен М.К.Концевич. Логотип издания чрезвычайно напоминал недолговечный еженедельный наблюдение Агурского, что название известной сменовеховской га­ зеты 1920-х «Накануне» преемственно «Накануне» 1918 года (Там же. С.85) .

О еженедельнике «Накануне» (1918) 307 журнал 1906 года «Накануне» (руководимый В.К.Агафоно­ вым и М.И.Туган-Барановским), но совпадение это, повидимому, следует искать в идентичности использованно­ го типографией шрифта (новый, уже оригинальный лого­ тип появился только в №6, в мае 1918). Цензурная и твор­ ческая история еженедельника неизвестна: ее реконструк­ ция потребует специальных усилий по выявлению масси­ вов современной событию частной переписки редакторов и участников «Начала», анализа газетной хроники и мате­ риалов цензурных и карательных органов большевиков .

Вероятно, такое исследование позволить уточнить или до­ полнить характеристику, данную изданию М.С.Агурским .

Сейчас даже беглый анализ содержания «Накануне» под­ тверждает оценку исследователя (за тем исключением, что если участие Струве в еженедельнике можно верно толко­ вать как акт его «сочувствия», то Новгородцева придется пока вывести из числа прямо «сочувствующих», поскольку в «Накануне» он не принял фактического участия) .

Действующим редактором еженедельника следует при­ знать Н.В.Устрялова: именно он был автором наиболее принципиальных для издания статей и открывавших но­ мера «передовиц» (в том числе анонимных). Он же дал формулу, которая в 1918 примиряла сотрудников «Накану­ не», а в 1920-1921 стала стержнем сменовеховства: «Правда государственности должна быть непререкаемо признана высшим принципом политического миросозерцания»2 .

И далее: «Какова бы ни оказалась организация государст­ венной власти России в результате переживаемого сейчас хаоса — ясно одно: основною задачей этой власти будет за­ дача воссоздания великого русского государства, потря­ сенного и расколотого войною и революцией»3 ПотребоРед.] На перевале / / Накануне. № 1. 7 апреля (25 марта) 1918 .

ел .

' Н.Устрялов. Судьба Петербурга / / Накануне. №1. 7 апреля (25 марта) 1918. С.6 .

МК. .

валас ь всего неделя, чтобы ближайший единомышленник Устрялова Ю.В. Ключников дал чистой формуле предель­ но практическое применение: «Именно большевистская власть сделала первые энергичные шаги к тому, чтобы прекратить дальнейший распад России на независимые республики (...) А это только и может означать, что идеал «Советской России» требует для своего воплощения гра­ ниц не менее узких, чем идеал России просто «великой», национальной и государственной»4 Здесь не место углуб­ .

ляться во взаимные отношения на страницах «Накануне»

двух основных групп его сотрудников (устряловцев и «ве­ ховцев», через несколько месяцев ставших авторами «Из глубины»)— это тема отдельного исследования. Пока важно лишь отметить, что даже самые радикальные заяв­ ления Устрялова и Ключникова не вызвали протеста, на­ пример, Струве, опубликовавшего в еженедельнике ста­ тью. По главным своим интенциям статья Струве прямо связывается с появившейся в сборнике «Из глубины» ста­ тьей «Исторический смысл русской революции и нацио­ нальные задачи». Сквозные соответствия можно найти и с его позднейшей статьей «Русская наука в русской куль­ туре» (1926) .

Статья Булгакова в «Накануне» может рассматриваться как один из текстов, творчески связанных с его диалогами «На пиру богов» в том же сборнике «Из глубины».

Доста­ точно сравнить следующее место в републикуемой статье:

«Интеллигенция наша своим нигилизмом отравила народ;

если раньше можно было лишь опасаться, что она погубит Россию, то ныне приходится признать, что и почти ее погу­ била» — с эпиграфом к Диалогу четвертому «Интеллиген­ ция погубит Россию»5 К «изглубинской» статье Булгакова .

отсылают и цитируемое в обоих текстах стихотворение 4 Ю.В.Ключников. Наша внешняя политика (Статья вторая) / / Накануне. №2. 14(1) апреля 1918. С.4 .

5 Вехи; Из глубины. Сб. М., 1991. С.324 .

О еженедельнике «Накануне» (1918) 309 Ф.И.Тютчева «Счастлив, кто посетил сей мир...»6 и пассаж, про «как бы паралич, или историческое бессилие правосла­ вия», созвучный эпиграфу к Диалогу пятому «Русская цер­ ковь в параличе»7 Примечательно, что этот парафраз из .

Достоевского уводит и в более глубокие контексты булга­ ковского творчества, а именно в эпоху его социалистичес­ кой «религиозной общественности»8 К тому же идейному .

периоду отсылает и цитируемое Булгаковым апостольское «Духа не угашайте...» (I Фессал., V.15), в 1905-1906 бывшее лозунгом религиозно-социалистического максимализма9 .

Все это открывает новые темы в исследовании идейных ис­ точников, которыми воспользовался Булгаков (и шире — «веховцы») при формулирования своей позиции в условиях наступившего большевизма .

Тексты печатаются по номерам «Накануне» из газетно­ го собрания РГБ. Доступный публикатору номер «Нака­ нуне» со статьей П.Б.Струве, к сожалению, поврежден, что привело к частичной утрате текста. Будем надеяться, что где-либо найдется еще один, полноценный, экземп­ ляр еженедельника — и лакуны, обозначенные здесь [...], будут восстановлены .

* Там же. С.290 .

7Там же. С.335 .

8 Ср. инвективу против «ига цезарепапизма [над Церковью], вы­ звавшего ее паралич»: С.Булгаков. К вопросу о церковном соборе / / Московский Еженедельник. 1906. №13. 17 июня 1906. С.389, прим .

См. также о параличе церкви у ближайшего единомышленника Бул­ гакова: Волжский. Достоевский и самодержавие / / Московский Еже­ недельник. №12,27 мая 1906. С.382 .

9 Свящ. Константин Агеев. Современные думы служителя церк­ ви. III / / Московский Еженедельник. 1906. №14. 24 июня 1906. С.429 (эпиграф). См.: М.А.Колеров. Не мир, но меч. Русская религиозно­ философская печать от «Проблем идеализма» до «Вех». 1902-1909 .

СПб., 1996. С.241 .

3 1 0 ___________________________ М- к .

–  –  –

Накануне (отрывок из непроизнесенной речи)1 • • • х Х ам, людям церкви, ясны чужие вины, ясна вся ги­ бельность того духовного рака, который разъедает нашу родину. Интеллигенция наша своим нигилизмом отравила народ; если раньше можно было лишь опасаться, что она погубит Россию, то ныне приходится признать, что и поч­ ти ее погубила. Недаром же Россия теперь чуть ли не самая безбожная страна в мире, празднующая свое отречение от веры в день Иуды Искариотского: ученики превзошли учителей. И однако же надо прямо сказать, что вся эта во­ истину загадочная сила нигилизма есть и некое бессилие исторической церкви, как сила мрака и тьмы заключается лишь в ослаблении света. Существует свет, а не мрак, кото­ рый есть только не свет. Каким образом бездушные, тупые, неумные учения могли заслонить в сердцах величествен­ ное, светлое, радостное православие? Как возможно такое безвкусие и убожество? Разве от сладкого переходят к горь­ кому, от высшего к низшему? Конечно, мы знаем, что рус­ ская душа подверглась здесь действию чужого яда, стала жертвой того отпадения, чрез которое проходит и весь хри­ стианский мир. Однако почему же не нашла она для себя оплота в чистоте православия, но отравилась ядом Иуды глубже, чем даже неправославные страны? Вот этот-то, как бы паралич, или историческое бессилие православия и

Накануне. №5. Май, 1918. С.5-6. О еженедельнике «Накануне» (1918) 311

есть загадка, над которой надо бы крепко задуматься, не смягчая всей остроты положения, ибо этого требует дейст­ венное покаяние — смотреть правде в лицо, как бы ни бы­ ла она тягостна. И нигилизм, и «темные силы», как у нас выражались, все это только симптоматика православия, знамения попущенного в нем оскудения, кризиса. Для ока веры истинной причиной великих бедствий русских и яв­ ляется это таинственное оскудение. Соль обуяла, а потому загнило и сохраняемое ею тело. О параличе православия говорят в разном смысле: одни имели в виду ные уже лик­ видированный синодальный строй, другие — бессилие ие­ рархов пред Гр. Распутиным и вообще «сферами». Наша мысль идет дальше: и синодальный строй, и Гр. Распутин, и вся теперешняя разруха, и разложение священной истори­ ческой власти, и интеллигентский нигилизм, и народный большевизм, все это только разные симптомы единой вну­ тренней болезни. Там, где должна ударить пророчественная полнота и сила, пока побеждает немощь и робость .

Как мог оказаться мистически возможен Распутин? Разве апостолы силою своего духа не преградили путь Симона и Елимы, волхвов сильных и могучих, а ныне апостольская церковь беззащитна оказалась пред грязным хлыстом, ко­ торый устранен был не силою духа, но офицерскою пулею?

Однако силы духовные не побеждаются револьвером и распутинская кровь разлилась по русской земле больше­ визмом с безумной его оргией, многоликое и многообраз­ ное распутинство отовсюду обступило нас. И вовсе не о вине отдельных лиц, дерзавших или не дерзавших обли­ чать скомороха, мы думаем здесь, но о том, что правосла­ вие, блистая подвигами святых и изобилуя благодатию, ему вверенною, оказалось исторически столь малосильно .

Сим свидетельствуется наступление таинственных времен и сроков, определяющих духовные возрасты. В Апокалип­ сисе нам приоткрываются внутренние тайны истории, и мы видим связь событий, в духовном мире и на земле с о ­ вершающихся. И русская революция для нас представляМ. К .

ется теперь как внешняя земная грань во внутренней исто­ рии православия. Я не про внешние реформы, которые вырабатывалися на церковном соборе, здесь говорю, не про церковную политику и общественность, все это может иметь колоссальное значение для внешней жизни церкви и при этом весьма малый вес мистический. Речь идет про те времена и сроки, с которыми связываются разные эп о­ хи в жизни церкви, в ее духовном созревании. Вся револю­ ция есть только «надстройка над базисом» православия:

события, извне нерелигиозные или даже антирелигиоз­ ные, непременно имеют свой религиозно-исторический коэффициент. И потому кризис православия есть и кризис России, всего мира .

Оскудело пророческое воодушевление. Страх осаждает .

Смятение испуга оковывает. Таково самочувствие. Нет буйства и безумия священного, мало радости. Н о что же означает этот кризис? Не есть ли он прямое свидетельство о неиссякающей силе православия? Не есть ли это попу­ щенное изнеможение лишь приготовление к грядущему торжеству брачного часа, тьма, сгущающаяся пред зарею?

Ведь и Ветхий Завет сверху донизу покрылся кожурой ф а ­ рисейского законничества и, казалось, омертвел именно тогда, когда в недрах его зрело откровение Нового, и кри­ зис ветхозаветной религии свидетельствовал лишь об ее силе и жизненности, и пред лицом новых упований кри­ зис старого, обуяние соли, может чувствоваться не как не­ полнота и слабость, но как повеление и зов. Православие есть истина и жизнь, и только потому он о и может иметь кризис в своем росте. Бодрствуйте, близ есть, вот о чем го­ ворит нам эта ощущаемая ныне тревога кризиса, о радос­ ти новых откровений и озарений говорит нам она .

И в самом деле, если изобилие творческих дум и задач есть источник радости духовной, то в какое мы радостное время живем. «Духа не угашайте и пророчества не унижай­ те», говорил апостол и поистине потребен нам дух пророчественный. Не дадим себя запугивать безвкусием и буф­ О еженедельнике «Накануне» (1918) 313 фонадой религиозного дилетантизма, столь распростра­ ненного теперь. Если мы не должны вымогать пророчест­ ва, ребячески, ребячески развертывая нераспустившиеся бутоны, то мы можем его жаждать, быть им чреваты, б о­ леть и гореть его вопросами, как болели и горели, ведь, тайновидцы, и Даниил, и Иоанн нао.Патмосе. Задачу вер­ ности православию мы слишком склонны понимать толь­ ко охранительно, староверчески, впадая при этом в старо­ обрядческое законничество. И при этом вина наша пред православием оказывается именно в том, что мы недоста­ точно его знаем, часто и не подозреваем сокровищ, кото­ рые таит он о в своем вероучении, символике, литургике, эстетике. А потому и не слышим от него тех духовных зо­ вов и велений, которые звучат из его глубины, не ощуща­ ем велений жизни, вечно движущейся и растущей. Не нам указывать пути и сроки Духу Святому, живущему в церкви .

Н о вопрошания своей эпохи мы должны слышать. И бо православие не есть вата для затыкания ушей, чтобы не чувствовать запросов жизни. О н о есть огонь, который принесен на землю Спасителем. Православие есть источ­ ник блаженств, но он о не есть средство для духовного ком­ форта и никогда не бывает им в своих напряжениях. О н о есть горение и непрестанная боль прорезающихся крыль­ ев, утоляемая безумной радостью. Православие есть вели­ чайшая искренность, а потому и беззаветная свобода, — безумное дерзновение, а потому и бесконечное послуша­ ние. Поэтому православие не только позволяет себя спра­ шивать, но повелевает это делать, в свете расширяющего­ ся опыта все глубже постигать истину. Православие живет в истории, которая же не есть бессмысленное чередование событий, но процесс, созревание, творчество, а, следова­ тельно, и неустанная работа религиозного сознания, опус­ кающегося из вечного во временное и из временного прозирающего в вечное. И если взглянуть в таком смысле на нашу историческую эпоху, то она представится как тучная и разрыхленная почва, соответствующая особой зрелости М. К .

духа. Быть может, с о времени вселенских соборов не было еще эпохи более насыщенной догматическими запросами, с большей жаждою церковного осознания мировых судеб .

Мы горим проблемами, вот уже в нескольких поколениях жгут они наше сознание. Если в эпоху вселенских соборов догматические вопросы относились ко второй испостаси, имели христологический характер, то теперешние вопрошания имеют предметом тайны третьей ипостаси, Св. Духа .

Не знаю, нужно ли и можно ли это разъяснять и доказы­ вать. Ведь для тех, кто живет такими вопросами, это излиш­ не. Ате, кто сыт духовно и полагает, что всю работу религи­ озного сознания за нас совершили святые отцы вселенских соборов, те увидят в этом суждении «декадентство» либо «хлыстовщину». Ведь попробовали же отговориться сооб ­ ражениями семинарского богословия да запрещениями от безмерной глубины вопроса о почитании Имени Божия, в котором все существо православия выявляется. Нужно же принести, наконец, покаяние в догматическом фарисеизме. Сама история нудит нас к творчеству .

В самом деле, мы живем теперь в совершенно новой ис­ торической обстановке, как бы под другим небом и на дру­ гой земле. Нас окружает «новая» и уже новейшая история, ее мы должны религиозно осмыслить, чтобы отвергнуть или принять, это не выдумка «нового религиозного сознания» .

Мог ли блаж. Августин, пред глазами которого произошло падение вечного города под ударами варваров, не поставить пред своим религиозным сознанием этой проблемы, на ко­ торую и дает ответ трактат о «О граде Божием», или о путях и о смысле всемирной истории. То было для своего време­ ни, несомненно, проблемой «нового религиозного созна­ ния», которой не существовало для предыдущих поколений христиан. И пред нами теперь стоят проблемы «Града Б о­ жия», но в новой, дальнейшей их постановке .

Разве же мы не являемся свидетелями событий тоже потрясающих и мировых, как и блаж. Августин: мировая война, эта европейская катастрофа не то к гибели, не то О еженедельнике «Накануне» (1918) 315 к спасению, и совершившееся падение русской монар­ хии, имеющее не только политическое, но и религиозное значение для православия .

Счастлив, кто посетил сей мир В его минуты роковые;

Его призвали всеблагие, Как собеседника на пир .

Он их высоких зрелищ зритель .

Он в их совет допущен был .

Как же люди церкви осмыслили для себя религиозно и совершившийся переворот, и развертывающиеся пер­ спективы? Д о сих пор он был принят ими внешне и, так сказать, оппортунистически, с кажущимся безразличием и благодушием. Н о ведь у церкви есть свой, теократичес­ кий идеал власти, от которого она не может отказаться .

Поэтому, если мы хотим духовно быть современниками своей современности, нам не уйти от религиозной п ро­ блемы власти в новой России, также как и от других, свя­ занных с этой проблемой: об отношении к культуре, к ис­ кусству, к социализму и под. Все же эти частные проблемы смыкаются в общую, — о плоти мира или, что то же, о природе общественности. А это в свою очередь влечет за собою и постановку коренного вопроса церковной жиз­ ни, — о разделении и воссоединении церквей .

Великих и превеликих мы дерзновенно касаемся во­ просов. На это может быть только один ответ: наша свя­ тая вера, православие. Во мраке уныния, в глубине печа­ ли народной, в горечи разочарований, среди глубочай­ ших сомнений в народе русском должны мы утверждать пред лицом православия эту новую надвигающуюся эп о­ ху. Да смоет же, да очистит и приуготовит себя Невеста Христова к брачному часу, коего ждет человечество чрез всю историю .

Да грядет же скорей этот час!.. Ей, гряди и не закосни .

м. к .

Петр Струве

Государственность и культура" Посвящается П[...] .

[ • • • ] только крушение правительства гг. Ленина и товарищей. О н о будет означать и начинать новую эпоху в истории русской культуры. Д о «революции» 1917 г., ко­ торую всего точнее охарактеризовать как вызванное ин­ теллигентским интернационализмом возрождение разиновщины, пугачевщины и мазепинства, русская культура развивалась, опираясь прежде всего на государство. П рав­ да, тот обычный обличительно-либеральный или ради­ кальный трафарет, который принято прилагать к русской культурной истории, изображает государство как угнета­ теля культуры, как гасителя просвещения. Н о судить так, значит по отдельным правительственным актам судить об общем соотношении решающих в жизни народа истори­ ческих сил. Это также неверно, как по отдельным поступ­ кам определять характер лица. Русская государственность была в течение последних двух веков главнейшим двига­ телем и пестуном культуры. Целым множеством нитей го­ сударственность и культура были связаны в нашей жизни, и когда гунны интернационализма потрясли и временно смели русскую государственность, неслучайно исчезли «Тригорское» и «Михайловское», связанные с именем ве­ личайшего национального гения Пушкина и запустело ве­ ликое множество народных школ; недаром на Пулков­ скую гору, на которой Николай I воздвиг астрономичес­ кую обсерваторию, сразу приобретшую мировую славу, были поставлены «товарищеские батареи», которые стали обстреливать окрестные местности .

!| Накануне. №7. Июнь, 1918. С. 1-2 .

О еженедельнике «Накануне» (1918) 3 /7 Как бы ни было «реакционно» в ту или иную эпоху то или иное правительство, — русское государство независмо от приемов управления данной минуты, независимо от лиц, стоявших во главе его, творило великое культурное дело. Теперь это государство разрушено и каких бы Медичисов или Шуваловых ни корчили из себя вознесенные на вершины современного безвластия господа от интернаци­ онала, — превратить апппарат разрушения государствен­ ности в насадителя культуры эти господа, даже обладая властью, не смогли бы. Н о кривлянья пролетарских Медичисов неинтересны вовсе с той исторической точки зре­ ния, с которой мы сейчас рассматриваем события, ибо дни этих властителей слишком коротки для чего-нибудь кроме именно... гримас .

Завтра будет начато восстановление государства и воз­ рождение государственности. И произойдет это потому, что взращенная государством культура могла быть оплева­ на и поругана нашествием, но она не могла быть ни унич­ тожена, ни даже ослаблена в основах своих. Вскормлен­ ная государством, она оказалась крепче и основнее, чем само государство. Это и неудивительно. Нация и ее куль­ тура могут существовать без государства, государство без культуры есть искусственная постройка, чрезвычайно бренная, способная обрушиться в любой момент .

Может казаться, что русское государство рушилось в силу недостаточного развития или неравномерного рас­ пределения культуры в стране; это мнение весьма расп ро­ странено. Я считаю его совершенно ошибочным, но не могу здесь вдаваться в его подробное опровержение. Для того, чтобы осветить несостоятельность этого мнения, до­ статочно, на мой взгляд, указать хотя бы на то, что уровень культуры (всяческой) России в наши дни, кончено, не ни­ же того уровня, на котором стояли другие страны в эпохи своих величайших политических кризисов. Россия не просто не культурна, она отравлена специальными духов­ ными ядами, и эти яды, поразив государственный строй?] м. к .

русского народа, тем [самым] довольно высокий уро­ вень [культуры] разрушили .

[...] Буслаева, Менделеева и Ключевского, для то­ го, чтобы с сознанием и со страстью, восстановить дело Ивана Калиты, двух Иванов царей, Богдана Хмельницко­ го, Петра Великого и его преемников. Русские культурные люди [...] .

Когда-то говорили о долге русской интеллигенции пе­ ред народом. Это была, как показала пережитая нами ис­ тория распада русского государства, двусмысленная и опасная формула. За идеалистическим обличием она та­ ила в себе опасности похотливой погони за властью и бли­ зорукого разнуздывания материалистических устремле­ ний, слепых и разрушительных .

Теперь перед русской «интеллигенцией», если под ней понимать совокупность людей образованных и разумею­ щих смысл событий, стоит одна великая задача, есть один большой исторический долг во всех смыслах этого слова:

долг перед государством, которое разрушено просочив­ шимися в народ и отравившими его противогосударствен­ ными интеллигентскими ядами .

Государственность и культура неразрывно одна с дру­ гою связаны. Соотношение между ними, веками сущест­ вовавшее в русской истории, перевернулось в ту огром­ ную Катастрофу, которая нас постигла. Претворим созна­ ние этой великой перемены в упорную работу, которая должна быть двуединым деланием: творчеством культуры и возрождением государства .

Модест Колеров

К истории «пореволюционных» идей:

Н.Бердяев редактирует «И з глубины»

(1918) Ф онд Н.А.Бердяева в РГАЛ И хранит оттиск его извест­ ной статьи «Духи русской революции», вошедшей в сбор­ ник «Из глубины»1 Оттиск этот испещрен авторскими ис­ .

правлениями, относящимися к осени 1918 года, когда, подготовленный к печати еще летом, сборник так и не уви­ дел света и остался лежать в типографии. Фактически Бер­ дяев создал новый вариант своей статьи, но в издании 1921 года свет увидел лишь ее первый вариант, второй же остал­ ся неопубликованным. Таким образом, издание «Из глуби­ ны» 1921 года, равно как и все его переиздания, не учло ав­ торской воли Бердяева, оставив текст в том виде, в каком он был набран до авторской правки. Следовательно, отра­ зившаяся в правке авторская идейная эволюция осталась лишь фактом внутренней жизни автора, а плоды этой эво­ люции стали достоянием читающей публики лишь не­ сколько лет спустя, когда она смогла познакомиться с бер­ дяевской публицистикой уже эмигрантского периода .

История сборника «Из глубины» как продолжения за­ крытого в июне 1918 г журнала «Русская Мысль» в виде .

' РГАЛИ. Ф.1496. Оп.1. Ед. хр. 133 (пагинация оттиска: с.39-73) .

320 Модест Колеров Сборника «Руеекои Мысли» (о чем свидетельствуют сигнатуры листов первого издания), позже переименованного в « Н о ­ вые Вехи», в «De pro fund is», а затем получившего название «И з глубины», уже описана1 На анализируемом здесь оттис­ .

ке статьи Бердяева также имеются сигнатуры: Сборник «Рус­ ской Мысли». Н о сопутствующая в РГАЛИ оттиску машино­ писная копия статьи Бердяева дает более полную библиогра­ фическую ссылку: Сборник «Русской Мысли». СПб.-М. Июль

1918. Так подтверждается предположение, что временем окончательного составления сборника стал июль 1918-го .

Учитывая, что правка была внесена Бердяевым именно в оттиск, очевидно, что ее целью было переиздание ста­ тьи. Таковым, скорее всего, должно было стать включение ее в запланированный авторский сборник статей «Духов­ ные основы русской революции» (М., 1918)-. Предисловие к этому сборнику «Пореволюционны е мысли (Вместо предисловия)», датированное 25 октября 19184 позволяет, отнести время внесения правки к периоду с июля по о к ­ тябрь 1918 года .

Как следует из приводимых ниже авторских исправле­ ний, основной смысл отраженной в правке полугодовой 2 М.Д.Колеров, Н.С.Плотников. Примечания '// Вехи; Из глубины. Сб. М., 1991. С. 555; новые сведения по истории сборника см.: М.А.Колеров. «Новые Вехи»: к истории «веховской» мифоло­ гии / / Вопросы философии. 1995. № 8. С. 145 .

5 В этот сборник должны были войти статьи Бердяева 1917-1918 гг .

из журналов «Русская Свобода», «Народоправство», «Русская Мысль» и газеты «Накануне». По авторскому плану, обнаруженному в одном из архивов Бердяева, этот сборник был (неполно) реконструирован Н.А.Струве и А.Н.Богословским и вошел в четвертый том Собрания сочинений Бердяева, издаваемого YMCAPress (1990), но статья «Духи русской революции» не вошла в это издание. Предназначенные для сборника статьи были собраны и автором: РГАЛИ. Ф. 1496. Оп.1. Еда, хр. 129, 130, 132, 133. Полное научное издание сборника по авторскому плану готовит к печати С. В. Бронникова .

4 РГАЛИ. Ф.1496. Оп.1. Ед. хр. 132 .

К истории «пореволюционных» идей 321 эволюции Бердяева состоял в формулировании впослед­ ствии ш ироко известной концепции «пореволюционное ти» (то есть транс-революционности) как пути духовного преодоления крайностей большевизма и социалистичес­ кого по своей сути синтеза либеральных завоеваний пред­ революционной Росси и с реальностью большевистского порядка, которую, по мысли Бердяева, призвана была унаследовать будущая* небольшевистская Россия. К этой идее синтеза генетически были близки все крупнейшие идейные течения русской мысли после 1917 года — и на­ ционал-большевизм, и евразийство, и сменовеховство, и либерально-консервативная теория и практика белого движения (П.Б.Струве, П.И.Новгородцев, А.В.Карташев, П.Н.Врангель). Вслед за А.С.Изгоевы м5 утверждая, что большевизм есть лишь «социализм, доведенный до конца, до предела», Бердяев в своем предисловии к планируемо­ му сборнику счел необходимым уточнить: «П ореволю ци­ онная, в глубоком духовном смысле реакционная мысль должна вступить на новый, творческий путь, она-то и бу­ дет «положительным завоеванием» революции»6 Таким .

образом, в Бердяеве произош ла смена «страстного духов­ ного противления торжествовавшей коммунистической революции»7 (что нашло свое высшее выражение в напи­ санной лётом 1918-го «Ф и л ософ и и неравенства») на идею духовного снятия и преодоления революции (составившую ядро будущего отношения Бердяева к революции). В этом смысле примечательна правка, внесенная в заключитель­ ную главку статьи, равно дистанцирующая ф и л ософ а и от большевиков, и от их противников. К словам «новая Р о с ­ сия (...) не будет такой, какой представляют ее себе деяте­ 5А.С.Изгоев. Социализм, культура и большевизм / / Вехи; Из глубины. Сб. М., 1991. С.362-363 (И з глубины) .

6 РГАЛИ. ФЛ496. Оп.1. Ед. хр. 132. Л.1 .

7 Николай Бердяев. Собрание сочинений. Т.4: Духовные основы русской революции; Философия неравенства. Paris, 1990. С.592 .

Модест Колеров ли и идеологи революции», Бердяев прибавляет: «но и не такой, какой представляют себе многие деятели и идеоло­ ги контрреволюции» .

В свете приводимых ниже данных названную перемену следует датировать не так, как это принято, — зыбким временем около высылки 1922 года, то есть якобы под воз­ действием опыта подсоветской жизни, — а периодом с ию­ ля по октябрь 1918 года, то есть фактически до опыта под­ советской жизни, исходя из представлений Бердяева о ней. Несмотря на то, что в публицистическом отноше­ нии авторская правка заметно усиливала критику больше­ вистского режима, критика эта отступала перед заметным охлаждением бердяевского антикоммунизма как позиции активного, практического сопротивления злу в пользу его духовного преодоления .

Таким образом, на изменение позиции Бердяева в отно­ шении к коммунистическому режиму не повлияли ни Н Э П, ни порыв масс к культуре, ни воссозданная руками большевиков централизованная, псевдоимперская госу­ дарственность, традиционно называемые среди опытных, исторических причин появления разного рода «синтетиче­ ских», компромиссных по отношению к большевизму тече­ ний (национал-большевизм, евразийство, сменовеховство) .

Позиция Бердяева переменилась летом-осенью 1918 года, в эпоху террора и предельной анархии, когда ни о внятной экономической политике, ни о государственности, ни даже о сколь-нибудь централизованной власти большевиков нельзя было и думать, — то есть переменилась, исходя из не-исторической, а из — анти-исторической, чисто умо­ зрительной интуиции мыслителя. Одним словом, в этом, новом для науки, обстоятельстве генезиса бердяевской «пореволюционности» обнаруживаются не только анархичес­ кие инстинкты мыслителя, но и не проясненные еще в пол­ ной мере глубины действительной внеисторичности бердя­ евского сознания, при всей его ш ироко известной зависи­ мости именно от исторических (политических, публицис­ К истории «пореволюционных» идеи 323 тических, личностных) обстоятельств и формулировок. Не­ случайно авторская правка, направленная на придание тек­ сту большей идейной чистоты, затронула и чисто историче­ ские обстоятельства 1917-1918 гг., ссылки на которые Бер­ дяев истребил с методической аккуратностью .

Ниже курсивом приводится вся внесенная Бердяевым правка. Основой для нее служит текст статьи в сборнике «И з глубины», вышедшем в приложении к журналу «В о­ просы философии»8 Подчеркиванием обозначается вы­ .

черкнутое Бердяевым в корректуре 1918 года. Курсивом и подчеркиванием одновременно отмечена внесенная, но тут же вычеркнутая автором правка .

–  –  –

(...) Слишком изменилось выражение лиц русских лю­ дей, за несколько месяцев лет оно сделалось неузнаваемым .

(...) Русская революция антинациональна по своему ха­ рактеру, она превратила Россию почти в бездыханный труп .

8 В сб.: Вехи; Йз глубины. М., 1991. С.250-289. Далее указываются лишь страницы этого издания. Ссылаясь на переиздание «И з глубины» в приложении к «Вопросам философии» как на кано­ ническое, нельзя не заметить однако, что текстологическое качество публикации статьи Бердяева далеко от совершенства. Здесь особо следует отметить и исправить пропуск в тексте «Введения». На с.251 третью и четвертую фразы сверху следует читать так (курсивом обозначено пропущенное издателями 1991 года): «Призрачность ее [русской революции] — русская призрачность. Одержимость ее — характерно русская одержимость» .

Модест Колеров

С. 251:

(...) Духи русской революции — русские духи, хотя и использованы врагом нашим на погибель нашу .

(...) На поверхности все кажется новым в русской рево­ люции, (...) рабы стали безгранично свободными, а св о­ бодные духом подвергаются насилию .

С. 256:

(...) Тщетны оказались надежды, что революция р а с­ кроет в России человеческий образ, что личность челове­ ческая подымется во весь свой рост после того, как падет самовластье .

(...) Нет уже самовластья, а русская тьма и русское зло остались увеличились. Тьма и зло заложены глубже, не в с о ­ циальных оболочках народа, а в духовном его ядре. Нет уже старого самодержавия, а самовластье по-прежнему с большей еще силой царит на Руси, по-прежнему нет ува­ жения к человеку .

С. 257:

(...) Тридцать пять тысяч курьеров могут быть предста­ вителями «совета рабочих и солдатских крестьянских де­ путатов» .

С. 258:

(...) Н о ездит он не медленно в кибитке, а мчится в ку­ рьерских поездах автомобиле и повсюду рассылает теле­ граммы .

(...) В ней есть чичиковская смелость. В нашем летнем герое аграрной революции селянском министре земледелия лета 1917г. было поистине что-то гоголевское .

(...) Для Хлестаковых и Чичиковых ныне еше больший простор, чем во времена самодержавия .

К истории «пореволюционных» идеи 325

С. 260:

(...) Его творческий художественный акт апокалиптичен. и в этом он — поистине русский национальный ге­ ний. Метод Достоевского иной, чем у Гоголя. Гоголь более совершенный художник. Достоевский прежде всего вели­ кий психолог пневматолог и метафизик .

С. 265:

(...) Русский делает историю Богу из-за слезинки ребен­ ка (...) Н о он же ничего не мало сделает реально, чтобы слез было меньше.. .

С. 266:

(...) То, что Достоевский давал антихристовым соблаз­ нам католическое обличье, несущественно и должно быть отнесено скорее к его недостаткам и слабостям .

С. 269:

(...) Это исступленное вихревое кружение и описано в «Бесах». Там происходит он о в небольшом городке. Ны­ не происходит произошло он о по всей необъятной земле русской. И начало началось это исступленное вихревое кружение от того же духа, от тех же начал, от которых по­ шло он о и в том же маленьком городке .

С. 270:

(...) Такими Шатовыми полна русская революция:

у всех у них У Шатовых не разберешь, где кончается их крайняя левость и революционность и начинается край­ няя правость и реакционность. Они всегда враги культу­ ры, враги права, всегда истребляют свободу лица. Это они утверждают, что Россия выше цивилизации культуры и что никакой закон для нее не писан .

Модест Колеров

С. 271:

(...) Жутко в наши дни теперь читать слова Верховен­ ского: «В сущ ности наше учение есть отрицание чести, и откровенным правом на бесчестье всего легче русского че­ ловека за собой увлечь можно» .

С. 272:

(...) В русской революции окончательно угасло всякое индивидуальное мышление, мышление сделалось сов ер­ ш енно безличным, массовым. Почитайте революционные газеты, прислушайтесь к революционным речам, и полу­ чите подтверждение слов Петра Верховенского .

С. 274:

(...) П ораженчество во время войны и было таким явле­ нием смердяковшины. Смердяковшина и привела к тому, что «умная нация» немецкая покоряет теперь «глупую»

нацию р у с с к у ю .

С. 276:

(...) раскрывается мучившая Достоевского мысль, что любовь к людям может быть безбожной и антихристовой .

Эта любовь лежит в основе революционного социализма .

О б раз этого безбожного социализма, основан ного на ан ­ тихристовой любви. предносится Версилову: «Я представ­ ляю себе, что бой уже кончился и борьба улеглась. После проклятий, комьев г р я зи и свистков настало затишье, и люди остались одни, как желали: великая прежняя идея оставила их: великий источник сил, до сих п ор питавший и гревший их. отходил, н о это был уже как бы последний день человечества. И люди вдруг поняли, что они остались совсем одни, и разом почувствовали великое с и р о т с т в о.. .

Осиротевш ие люди тотчас же стали бы прижиматься друг К истории «пореволюционных» и ей д 327 к другу теснее и любовнее: они схватились бы за руки, п о ­ нимая. что теперь лишь они одни составляют все д руг для друга! Исчезла бы великая идея бессмертия, и п р и х о д и ­ л о с ь бы заменить ее... Они возлюбили бы землю и жизнь неудержимо и в той мере, в какой постепенно сознавали бы св ою п р о х о д и м о с т ь и конечность, и уже особенною, уже не прежнею любовью... Они просыпались бы и спе­ шили бы целовать д руг друга, торопясь любить, сознавая, что дни к о р о т к и, что это — все, что у них остается. Они работали бы друг на друга, и каждый отдавал бы всем свое состояние и тем одним был бы счастлив». В этой фантазии раскрывается метафизика и психология безбожного соц и ­ ализма. Достоевский живописует явление антихристовой любви .

С. 277:

(...) Достоевский видел дальше и глубже всех. Н о сам он не был свободен от русских народнических иллюзий. В его русском христианстве были с т о р о н ы, которые давали основание К.Леонтьеву назвать его христианство р о з о ­ вым. Это розовое христианство и розовое народничество более всего сказалось в образах Зосимы и Алеши, которые нельзя назвать вполне удачными .

(...) Н о в русской революции торжествуют не художест­ венные прозрения Толстого, а многие моральные его оценки .

С. 278:

(...) Это связано с тем, что личность чувствует себя п о­ груженной в коллектив, личность недостаточно еще р а с­ крыта и сознана .

–  –  –

С. 280:

(...) Толстой мешал нарождению и развитию в России нравственно ответственной личности, мешал подбору личных качеств и п от ом у о н был злым гением России, с о ­ блазнителем ее .

С. 280:

(...) Толстой сам, вероятно, ужаснулся бы этому вопло­ щению своих моральных оценок. Н о он многого, слиш­ ком многого из того, что сейчас происходит, хотел. Он вы­ звал тех духов, которые владеют революцией, и сам был ими одержим. Это, конечно, нужно понимать не так, что кровавый моральный облик большевизма походит на толсто­ вский моральный облик. Э то безмерно сложнее .

С. 281:

(...) Исторический мир разлагается на атомы, и атомы принудительно соединяются в безличном коллективе .

«Без аннексий и контрибуций» и есть отвлеченное отри­ цание всех положительных исторических задач. И бо поистине все исторические задачи предполагают «аннексии и контрибуции», предполагают борьбу конкретных исто­ рических индивидуальностей, предполагают сложение и разложение исторических индивидуальностей, цветение и отцветание исторических тел .

С. 282:

(...) Он морально уготовлял историческое самоубийст­ во р у с с к о г о народа. Он подрезывал крылья русскому на­ роду как народу историческому, морально отравил источ­ ники всякого порыва к историческому творчеству. М и ро­ вая война проиграна Россией потому, что в ней возоблада­ ла толстовская моральная оценка войны. Русский народ в грозный час мировой борьбы обессилили, кроме преда­ К истории «пореволюционных» и ей д 329 тельств и животного эгоизма, толстовские моральные оценки. Толстовская мораль обезоружила Россию и отда­ ла ее в ру к и врага .

С. 282:

(...) Толстой был крайним анархистом.. .

С. 282:

(...) Он дал этим инстинктам морально-религиозную санкцию. И он один из виновников разрушения р у с с к о г о государства .

С. 283:

(...) И в этом Толстой оказался источником всей фило­ софии русской революции. Русская революция враждебна высшей культуре, она хочет вернуть к естественному с о ­ стоянию народной жизни, в котором видит непосредст­ венную правду и благостность. Русская революция хотела бы истребить весь культурный слой наш, утопить его в ес­ тественной народной тьме. И Толстой является одним из виновников разгрома русской культуры. Он нравственно подрывал возможность культурного творчества, отравлял истоки творчества. Он отравил русского человека мораль­ ной рефлексией, которая сделала его бессильным и не­ способным к историческому и культурному действию .

Толстой — настоящий отравитель колодцев жизни .

С. 283:

(...) Все острие толстовской критики всегда было на­ правлено против культурного с т р о я слоя .

–  –  –

нравственно невозможным существование Великой Р о с ­ сии. Он Толст ой много сделал для разрушения России .

С. 284-285:

(...) Религиозный гений апостол Павел некогда понял всю опасность превращения христианства в еврейскую апока­ липтическую секту и ввел христианство в поток всемирной истории, признав и освятив право относительных ступеней .

Толстой прежде всего восстал против дела апостола Павла .

–  –  –

С. 285-287:

Русский человек склонен все переживать трансцендентно. а не имманентно. И это легко может быть рабским с о ­ стоянием духа. Во всяком случае это — показатель недоста­ точной духовной возмужалости. Русская интеллигенция в огромной массе своей никогда не сознавала себе имма­ нентным государство, церковь, отечество, высшую д у х ов ­ н у ю жизнь. Все эти ценности представлялись ей трансцендентно-далекими и вызывали в ней враждебное чувство, как что-то чуждое и насилующее. Никогда русская интел­ лигенция не переживала и с т о р и и и исторической судьбы как имманентной себе, как своего собственного дела и по­ тому вела процесс п рот и в и с т о р и и как п рот и в соверш аю ­ щегося над ней насилия. Трансцендентные переживания в К истории «пореволюционных» идей 331 массе народной сопровождались чувством религиозного благоговения и покорности. Тогда возможно было сущест­ вование Великой России. Н о это трансцендентное пережи­ вание не перешло в имманентное переживание святыни и ценности. Все осталось трансцендентным, н о вызывает уже к себе не благоговейное и покорное отношение, а отноше­ ние нигилистическое бунтующее. Революция и есть болез­ ненно-катастрофический переход от благоговейного почитания трансцендентного к нигилистическому бунту против трансцендентного. Имманентная духовная зрелость и о с ­ вобождение в революции не достигаются. Слишком м но­ гие увидали в имманентной морали и имманентной религии J1.Толстого наступление духовной зрелости. Н о это бы­ ло страшным заблуждением. В действительности имма­ нентное сознание Толстого было нигилистическим отрицанием всех тех святынь и ценностей, которые раньше почи­ тались как трансцендентное. Н о это есть лишь возвраще­ ние к изначальному рабству. Такой бунт всегда есть рабий бунт, в нем нет свободы и богосыновства. Русский ниги­ лизм и есть неспособность имманентно и свободно пере­ жить все богатства и ценности Божьего мира, бессилие ощутить себя сынами Божьими и собственниками всего наследия и с т о р и и всемирной и и с т о р и и родной. Русская же апокалиптичность нередко бывает разгоряченным ож и ­ данием чуда, которое должно прекратить жизнь в этом от­ чуждении от всех богатств и преодолеть болезненный трансцендентный разрыв. Потому так затруднено для р у с ­ с к и х имманентное творческое развитие, так слабо v них чувство исторической преемственности. Есть какая-то вну­ тренняя болезнь русского духа. Болезнь эта имеет тяжелые отрицательные последствия, но в ней раскрывается и чтото положительное, недоступное западным людям более им­ манентного склада. Великим р у сс к и м писателям раскрывались такие бездны и пределы, которые закрыты для запад­ ных людей, более ограниченных и закованных своей имма­ нентной душевной дисциплиной. Русская душа более чутка Модест Колеров к мистическим веяниям, он а встречается с духами, которые закрыты для забронированной западной души. И русская душа легко впадает в смешение и подмену. Не случайно предчувствие антихриста — русское предчувствие по пре­ имуществу. Ч у в с т в о антихриста и ужас антихриста были в русском народе, в низах и у р у с с к и х писателей, на самых верш инах духовной жизни. И антихристов дух соблазнял русских так, как никогда не соблазнял он людей западных .

В католичестве всегда было сильное чувство зла, дьявола, но почти не было чувства антихриста. Католическая душа представляла крепость, защищенную от антихристовых ве­ яний и соблазнов. Православие не превратило д у ш у в тако­ го рода крепость, о н о оставило ее более раскрытой. Н о апокалипсис переживается русской душой пассивно, а не ак­ тивно. Активных орудий борьбы с антихристовыми духами нет, эти орудия не были приготовлены. Не было лат, не бы­ ло шита и меча, не было ры царского закала души. Русская борьба с антихристом есть всегда уход, переживание ужаса .

И слишком многие, не уходившие от соблазнов, поллавались этим соблазнам, смешивали, пленялись подменой .

Русский человек находится во власти ложной морали, лож­ ного идеала праведной, совершенной, святой жизни, кото­ рые ослабляли его в борьбе с соблазнами. Эту л о ж н у ю мораль и л о ж н у ю святость Достоевский Раскрыл и предсказал их последствия. Толстой же проповедывал их .

С. 287:

(...) всякое непочтительное отношение к этим святым вело к отлучению не только с о стороны революционного общественного мнения, н о и с о стороны радикального и либерального общественного мнения .

–  –  –

венные иудейской апокалиптике. той апокалиптике. кото­ рая была преодолена и побеждена апостолом Павлом и Христианской Церковью. Победа над этой иудейской апокалиптикой и сделала христианство всемирно-исторической силой. Русская апокалиптика заключает в себе вели­ чайшие опасности и соблазны, она может направить всю энергию р у с с к о г о народа по л о ж н о м у пути, она может по­ мешать р у с с к о м у народу выполнить его призвание в мире, он а может сделать русский народ народом неисторическим. Революционная апокалиптика отврашает р у с с к и х людей от реальностей и повергает их в царство призраков .

Освобождение от этой ложной и нездоровой апокалиптики не означает истребления всякого апокалиптического сознания. В ру сской апокалиптичности скры ты и положи­ тельные возможности. В русской революции изживаются русские грехи и русские соблазны, то, что открывалось ве­ ликим русским писателям. Н о великие грехи и грехи вели­ кие соблазны могут быть лишь у великого п о своим воз­ можностям народа. Негатив есть карикатура на позитив .

Русский народ низко пал, н о в нем скрыты великие воз­ можности и ему могут раскрыться великие дали. Идея на­ рода, замысел Божий о нем остается и после того, как на­ род пал, изменил своей цели и подверг свое национальное и государственное достоинство величайшим унижениям .

М еньшинство может остаться верно положительной и творческой идее народа. Н о путь к возрождению лежит че­ рез покаяние, через сознание своих грехов, через очищ е­ ние духа народного от духов бесовских. Вину свою должны признать все. И прежде всего необходимо начать различать духов. Старая Россия, в которой было много зла и уродст­ ва, н о также и много добра и красоты, умирает. Новая Р о с­ сия, рождающ аяся в смертных муках, еще загадочна. Она не будет такой, какой представляют ее себе деятели и иде­ ологи революции, но и не такой, какой представляют себе многие деятели и идеологи контрреволюции .

Наталья Самовер Галлиполийская мистика А.В.Карташева

ПРИЛОЖ ЕНИЯ:

А.В.Карташев. Впечатления о поездке в Галлиполи (1921) etc .

5 июня 1921 года в политической жизни русской эмигра­ ции состоялось важное событие — в Париже в отеле «Мажестик» открыл свою работу организационный съезд Рус­ ского Национального Объединения. В тот же день предсе­ дательствовавший на съезде известный ученый и полити­ ческий деятель, историк церкви, бывший министр исп о­ веданий Временного правительства А. В. Карташев высту­ пил с программным докладом «Задачи, характер и п ро­ грамма Русского Национального Объединения». Карта­ шев, известный своей непримиримостью по отношению к большевикам, с горечью констатируя политическую раздробленность эмиграции, указывал на «жизненную п о­ требность нации» в образовании нового политического центра, тактического объединения, свободного от пара­ лизующего влияния партийных разногласий и способного возглавить консолидированную борьбу. «Партии можно создавать только у себя дома, — говорил он. — (...) П ар­ тийное творчество вне территории и в эмиграции явление болезненное, а в данных конкретных условиях безрезуль­ Галлиполийская мистика А. В. Карташева 335 татное. Силою вещей мы обязуемся к объединению над­ партийному. (...) объединение может быть осмыслено и организовано только как объединение национальное»1 .

Понимая нацию не в этническом и не в культурном смысле, а «в смысле государственном», Карташев тем са­ мым полностью отождествлял национальную и государст­ венную идею. Восстановление российской государствен­ ности мыслилось ему единственной формой реального на­ ционального возрождения, и политическая судьба Нацио­ нального Объединения зависела от определения пути этого возрождения. Н о призывая к всеобщему единению, Карта­ шев поневоле недвусмысленно обозначил собственные по­ литические симпатии, когда из всех возможных критериев выбора пути остановился на самом метафизичном — на по­ нятии чести. Отнюдь не примирительно, напротив, вызы­ вающе звучали его слова: «Всем, кто не исказил своей души и разума мертвящим механистическим мировоззрением, ясно, что честь России — это синоним ее нравственного об­ лика, духовной сердцевины русской нации (...) Без чести нация как личность обречена на разложение и смерть. (...) Честь дороже жизни и бессмертнее ее».2Единственным но­ сителем этой чести, не запятнавшим себя ни малодушием, ни соглашательством, ни позорным политиканством, Кар­ ташев провозгласил Белую армию — ее остатки, выведен­ ные генералом Врангелем из России и теперь борющиеся за существование в нескольких военных лагерях в Средизем­ номорье. «Через (...) русскую армию, через приобщение к ее верности, — заявил он, — пролегает духовный нерв все­ го русского национального дела, восстановления России и возрождения русской культуры»3 .

–  –  –

С точки зрения Карташева, революционные события на родине стали результатом прежде всего культурной катаст­ рофы, «болезни», охватившей народные массы. Немногие уцелевшие здоровые элементы оказались выброшенными за пределы России, и эти элементы консолидированы в а р ­ мии. Лишь они в силах спасти погибающий народ. «Народ не ищет и не может получить (...) правовых и моральных благ от своих красных владык, виновников его преступле­ ния, — говорится в докладе. — Его амнистировать и успо­ коить может только подлинная национальная власть. И он ждет ее прихода»4 Впрочем, о способе восстановления та­ .

кой власти Карташев умолчал. Армию он рассматривал не столько как реальную вооруженную силу (ничтожность ее была очевидна), сколько как силу моральную, сохранив­ шую в изгнании ту «культурную, человеческую, духовную высоту», которой безотчетно жаждет «одичавшая» Россия .

Исцеление народа путем приобщения его к этой мораль­ ной высоте — таков рецепт возрождения России, предло­ женный Карташевым. Полагая необходимым избегать дета­ лизации в определении будущего государственного устрой­ ства страны, докладчик лишь провозгласил свою привер­ женность «демократическому началу народовластия» и идее Национального Учредительного собрания. Гораздо важнее для него было определить нравственную цель Националь­ ного Объединения. «Объединение должно обрести и нако­ пить в себе национальное вдохновение, которое одно в с о ­ стоянии преодолеть яркость партийных страстей и разно­ гласий. Это вдохновение на подвиг отречения от классовых, сословных, профессиональных и материальных корыстей (...) Вдохновение на подвиг бескорыстия, подвиг мира, по­ двиг материальных жертв; подвиг праведного строительства социальной правды, в поисках которой так заблудился на­ род»5 — этими словами Карташев закончил свой доклад .

,

4Там же. С.20. 5Там же. С.31. Галлиполийская мистика А. В. Карташева 337

Программные установки и характерный этический па­ ф о с карташевского доклада господствовали на съезде в продолжение всех семи дней его работы. Важнейшим по­ литическим жестом съезда стал обмен приветственными телеграммами с генералом Врангелем. Однако чем чаще звучали на съезде дифирамбы в адрес армии, тем бессмыс­ леннее становились сопровождающие их призывы к по­ литической консолидации. Идея надпартийного едине­ ния, сплоченного не узкими соображениями политичес­ кой выгоды, а прежде всего моральными соображениями, оказалась полностью дискредитированной. Призывы к национальному объединению обернулись на практике призывами к поддержке генерала Врангеля, тогда как уже одно произнесение этого имени вызывало взрыв неприяз­ ни и оживляло те противоречия между различными эмиг­ рантскими группировками, за преодоление которых так ратовали организаторы съезда. В результате торжественно продекларированное объединение фактически оказалось неспособным привлечь под свои знамена кого-либо кро­ ме сил, изначально стоявших у его истоков. Последовав­ ший крах политической миссии Национального Сою за стал подтверждением необратимости процесса «кристал­ лизации» различных политических течений эмиграции, процесса, являвшегося естественным продолжением по­ литических процессов, протекавших в русском обществе с начала века .

Отавным итогом июньского съезда стало появление в политическом спектре русского зарубежья новой органи­ зации — Национального Сою за с о своим исполнительным органом — Национальным Комитетом во главе с Карташе­ вым. Положение главы организации, претендующей на роль политического центра, уравновешивающего центро­ бежные тенденции, раздиравшие русскую эмиграцию, обязывало Карташева к проявлению самой бурной орга­ низационной активности. Всю вторую половину 1921 он посвятил пропагандистской деятельности и разъездам. Не Наталья Самовер будет преувеличением сказать, что он лично выступал в роли главного политического двигателя Национального Сою за. Обреченное на неизбежную неудачу начинание Карташева на первых порах поддерживалось его личной энергией и страстным проповедническим темпераментом .

Два месяца спустя после произнесения парижского до­ клада началось политическое турне А.В.Карташева. Це­ лью его было создание в разных странах сети филиалов и дочерних организаций Национального Союза. Естествен­ но, что в первую очередь внимание Карташева привлекли места наибольшего скопления русских — Турция, Балка­ ны, Чехословакия и прежде всего Константинополь как центр военной эмиграции. Поездка «в армию» для уста­ новления непосредственного контакта с ее командовани­ ем рассматривалась председателем Национального Коми­ тета как дело первостепенной, принципиальной важнос­ ти. Однако не Константинополь, а крошечный городок Галлиполи на деле стал той точкой, в которой неожиданно сошлись все силовые линии тогдашних надежд, политиче­ ских, исторических и религиозных размышлений Карта­ шева. Там он нашел воплощение своего идеала. Галлипо­ лийские впечатления наполнили жизнью идеологическую схему его парижского доклада, укрепили уверенность Карташева в своей правоте, придали ему сил и особым па­ фосом окрасили его последующие выступления, в кото­ рых реальный опыт Галлиполи был поднят на символиче­ скую высоту .

Уникальный феномен Галлиполи, бывший предметом яростной и крайне пристрастной полемики современни­ ков, и поныне вызывает диаметрально противоположные оценки историков, невольно примыкающих к той или другой стороне этой полемики. Принципиальные идей­ ные расхождения, некогда столкнувшие в непримиримой борьбе хулителей Галлиполи и его певцов, все еще не утра­ тили актуальности. Результатом этой борьбы уже в начале 1920-х стало возникновение одного из самых ярких мифов Галлиполийская мистика А. В. Карташева русского зарубежья, и одним из главных создателей «гал­ липолийского мифа», безусловно, являлся Карташев. Н а­ стоящая работа представляет собой попытку проследить процесс формирования этого мифа в выступлениях Кар­ ташева второй половины 1921 и проанализировать содер­ жание отдельных его компонентов .

Между Преображением и Успением, то есть между 19 и 28 августа 1921 А. В. Карташев прибыл в Константинополь .

Главная цель его визита состояла во встрече с главнокоман­ дующим, однако прежде чем вступать в переговоры, тот на­ правил его в Галлиполийский лагерь, где размещался 1-ы й армейский корпус под командованием генерал-лейтенанта А.П.Кутепова6 Военные лагеря и прежде всего Галлиполи .

были «вывеской» врангелевской идеи сохранения армии любой ценой, и неслучайно именно вокруг них разгорелась ожесточенная пропагандистская война. Противники «во­ енщины» создавали в своих изданиях (прежде всего «П о­ следних Новостях» и «Воле России») пугающий образ «Кутепии», самим фактом своего существования наносящей непоправимый ущерб репутации Белого движения. Приме­ ров положительной оценки практики лагерей было куда меньше — тем большие надежды Врангель возлагал на воз­ можную политическую поддержку с о стороны Националь­ ного Союза. Посылая Карташева в Галлиполи, он безоши­ бочно рассчитал неотразимый эффект, свидетелем которо­ го он уже не раз был в течение последних нескольких меся­ цев при посещении лагерей эмиссарами других политичес­ ких и общественных организаций. Все они возвращались в Константинополь пораженные увиденным, резко изме­ нив свое нередко предвзятое отношение как непосредст­ венно к военным лагерям, так и к их командованию .

Карташев провел в Галлиполи неделю с 28 августа до 3 сентября. Он застал лагерь уже в начале его заката, мноА.В. Карташев. Кто он? / / Генерал Кутепов. Сб. статей. Париж,

1934. С.348 (далее — Кто он?...) .

340 Наталья Самовер гие части к этому времени уже отбыли на Балканы, однако Галлиполи еще не утратил своего лица, и Кутепов с гордо­ стью демонстрировал высокому гостю свое детище. Все двери были для него открыты. Специально для Карташева устроили три парада: общий, юнкерский и гимнастичес­ кий, ему показали все общественные учреждения, органи­ зовали его выступление на сеансе «Устной газеты», нако­ нец, он сделал два доклада — в городе (специально для юн­ керов) и в лагере на общем собрании солдат и оф и ц еров 7 .

Трудно преувеличить значение этой недели для Карта­ шева. Внешне ничто не переменилось, не переакцентиро­ валось в его взглядах. Он нашел лишь то, что искал, под­ твердил для себя то, в чем и так был убежден. Однако уви­ денное потрясло его. Он впервые столкнулся с о столь полным практическим осуществлением собственных тео­ ретических построений и был глубоко тронут. Исключи­ тельность условий, в которых не по своей воле очутились галлиполийцы, ничуть не насторожила его, а лишь еще более воодушевила, послужила доказательством непобе­ димости воскресшего национального духа .

Два года спустя, систематизируя воспоминания о визи­ те Карташева в лагерь, В.Х.Даватци Н.Н.Львов так описа­ ли одно из его выступлений: «Когда в переполненном слу­ шателями корпусном театре он выступил с о своим докла­ дом о нравственном оправдании борьбы с большевиками, он явился перед аудиторией не лектором, но проповедни­ ком, не ученым философом-богословом, но участником общей мистерии. Нам известно, какое впечатление п ро­ извели его слова на этой необыкновенной лекции. Он не приноравливался к толпе; он говорил своим обычным языком и даже раз употребил латинскую цитату. Н о мы знаем простых солдат, которые с восторгом слушали А.В. Карташева; и не только слушали, но понимали то зна­ чительное, что было в его словах. А это значительное бы

<

7Общее Дело. 1921. №473. 3 ноября. С.1. Галлиполийская мистика А. В. Карташева 341

ло не в комплиментах, не в ободрении радужными пер­ спективами, не в обещании помочь, а в выявлении той нравственной красоты подвига, который творили, но ко­ торый не могли осознать»8 В галлиполийской публицис­ .

тике неслучайно запечатлелся столь возвышенный образ .

С момента посещения Карташевым лагеря отношение к нему стало совершенно исключительным. Он сделался как бы почетным галлиполийцем. Это право Карташев за­ служил не только горячим сочувствием, открыто выра­ женным им вопреки всеобщему неприятию Галлиполи, но, главным образом, тем, что внес выдающийся вклад в оформление самосознания галлиполийцев. Даже те кра­ ски, которыми нарисован приведенный выше портрет, были в свое время найдены им самим .

А пока, покинув Галлиполи, Карташев, по-видимому, не сразу направился в Константинополь, а посетил и дру­ гие военные лагеря. Никаких данных об этой поездке, о ее маршруте, продолжительности, программе найти не уда­ лось, но характерно, что сам он впоследствии ограничил­ ся лишь одним упоминанием о ней (см. Приложение 1 — доклад от 23 декабря 1921) и то лишь для сравнения уви­ денного в Ч&талджи и других лагерях с увиденным в Гал­ липоли. В сущности, посещение этих лагерей уже не мог­ ло дать ему ничего новбго; Такой законченности, целост­ ности, отточенности образа, какую он нашел в Галлиполи, нигде более не существовало .

Наконец Карташев вернулся в Константинополь, чтобы приступить к запланированным мероприятиям и полити­ ческим консультациям. Неожиданный натиск его активно­ сти, темперамента и оптимизма произвел ошеломляющее действие на константинопольские Эмигрантские круги. Он сам и его организация, как бы возникшие из ничего и сра~ зу же бурно проявившие себя, вызывали большой интерес .

8 В.Х.Даватц, Н.Н.Львов. Русская армия на чужбине. Белград,

1923. С.96 (далее — Русская армия...) .

Наталья Самовер Уже после его отъезда константинопольский корреспон­ дент «Общего Дела», скрывшийся под псевдонимом Нево­ енный, восклицал на страницах газеты: «Карташевская не­ деля! В нашей серой будничной жизни (...) приезд предсе­ дателя Национального Сою за и Комитета составил целое событие. А. В. Карташев для очень многих почти легендар­ ная личность... Никто его в точности не знает. Ничего еще окончательно оформленного, а между тем, все возможнос­ ти допустимы»9 Карташев и сам был преисполнен надежд, .

начиная разворачивать свою организационную деятель­ ность. В конце сентября он проводит переговоры, в резуль­ тате которых Политический Объединенный Комитет в Константинополе принимает на себя обязанности предста­ вительства Национального Комитета в Турции и обязатель­ ство способствовать созданию отделов Национального С о ­ юза на территории этой страны1. Несомненно, состоялась и рабочая встреча с Врангелем, заложившая основу тех ис­ ключительных отношений, которые отныне связали глав­ нокомандующего и его окружение с Национальным С ою ­ зом и лично с его председателем. Однако поездка по лаге­ рям сместила акценты константинопольского вояжа Кар­ ташева. Значимость этой встречи, к которой первоначаль­ но он так стремился, оказалась несоизмеримой с значимо­ стью увиденного и пережитого в Галлиполи .

В эти же дни, очевидно, появляется первая запись его галлиполийских впечатлений. Этот текст, распространяе­ мый через Бю ро русской печати в Константинополе, лег в основу первой газетной публикации на эту тему — мате­ риала под заголовком «Галлипольская Россия», опублико­ ванного в берлинском «Руле» 16 сентября (см. Приложе­ ние 2), когда Карташев уже покинул Турцию .

Корреспондент газеты, находившийся под несомнен­ ным обаянием Карташева, не мог не отметить и то состоя­ 9 Общее Дело. 1921. №426. 16 сентября. С.2 .

1 Общее Дело. 1921. №441. 1 октября. С.З .

Галлиполийская мистика А. В. Карташева 343 ние эмоционального подъема, почти пророческого вдохно­ вения, в котором находился его собеседник. Карташев го­ ворил «с полузакрытыми глазами (...), как бы говоря с са­ мим собой, словно прислушиваясь к внутреннему своему голосу»: «Помните формулу П.П.Юренева, что существо­ вание армии — факт и факт чудесный? Он еще чудеснее, потому что это не только армия — но национальный орга­ низм, ядро высокоинтеллектуальное, а главное, высокомо­ ральное, это какое-то братство патриотов, с русской стыд­ ливостью носящих и умеренно выражающих свой небыва­ лый энтузиазм любви к России и чувство своей самооче­ видной правоты и нужности для спасения России. Какие прекрасные, молодые, праведные русские лица!» Это был настоящий гимн Галлиполи — так уже в этом, первом, вы­ ступлении определился характерный стиль, в котором бу­ дут неизменно выдержаны его последующие высказывания на эту тему. Все тексты Карташева отличает особая эмоци­ ональная приподнятость, метафоричность, насыщенность религиозной символикой и терминологией. Он не столько описывал галлиполийскую жизнь в ее фактических по­ дробностях, сколько делился собственными переживания­ ми, уже облеченными в форму законченной теоретической системы. Из своей поездки Карташев вынес не просто по­ лезные наблюдения, а истовую религиозную веру в чудо на­ ционального возрождения, к которому приобщился. Это не был политический анализ, скорее, — размышления бого­ слова, что не могло не наложить специфический отпечаток на образный строй его речи, на аргументацию и систему до­ казательств. Галлиполи стал для него святой землей, галлиполийцы — праведниками, и официальный политический визит превратился в паломничество .

Воодушевленный поездкой по лагерям и удачными пе­ реговорами в Константинополе, Карташев направился в тур по Балканским славянским странам. Первой на его пути лежала Болгария. К сожалению, подробности этой части его вояжа неизвестны, кроме того, что он выступил Наталья Самовер с публичным докладом, посвященным пропаганде поли­ тической линии Национального С ою за1. Скорее всего, это выступление базировалось на основных программных положениях июньского парижского доклада, но можно предполагать, что в него вплеталась уже и галлиполий­ ская тема .

30 сентября Карташев прибыл в Белград для участия в деятельности инициативной группы по организации отде­ ления Национального Комитета в Королевстве сербов, хорватов и словенцев. 2 октября он произнес очередной доклад. В тот же день в гельсингфорсской «Новой Русской Жизни» появился ранее уже напечатанный в «Общем Де­ ле» текст, начиная с о слов «В наше время, когда вера ру­ шится...», видимо, полученный от Бю ро Русской печати в Константинополе, а через неделю «Руль» опубликовал еще один вариант рассказа Карташева о своих галлипо­ лийских наблюдениях, записанный, очевидно, тогда же, в конце сентября (см. Приложение 3) .

После этого галлиполийская тема не становилась пред­ метом его специальных выступлений до начала ноября, однако отделить ее от других его политических высказы­ ваний было уже невозможно .

Карташев продолжал свои организационные поездки .

14 октября он прибыл в Прагу. Чехословакия, правитель­ ство которой оказывало деятельную поддержку эмигран­ там из России, ее столица, день ото дня превращавшаяся в признанный центр русской диаспоры, представляли с о ­ бой обш ирное поле для деятельности Национального С о ­ юза. В программу краткого пребывания Карташева в П ра­ ге вошли встречи с президентом страны М асариком и ми­ нистром иностранных дел Бенешем, участие в собрании инициативной группы Национального Объединения, вы­ ступление на съезде представителей русских академичес­ ких групп заграницей, проходившем 10-17 октября и пуб­

1 См.: Общее Дело. 1921. №473. 3 ноября. С.1 .

Галлиполийс/сая мистика Л. В. Карташева 345

личный доклад «О путях возрождения России», состояв­ шийся 17-го в зале «Моцартеум». Судя по опубликованно­ му в «Последних Новостях» отклику, принадлежащему пе­ ру 3. Г.Ашкенази, первое его выступление было посвяще­ но актуальным задачам, стоящим перед эмигрантской ин­ теллигенцией, и ее отношению к народу1. Карташев п ро­ тивопоставлял друг другу «святую галлиполийскую моло­ дежь» — новое поколение русской интеллигенции, носи­ телей «высшей правды», и крестьянскую «догосударственную» стихию, доказавшую свою непригодность для созна­ тельного государственного строительства, обосновывая таким образом идею привнесения «высшей правды» в Россию извне. С о стороны газеты, принципиальная пози­ ция которой состояла в том, что единственный возмож­ ный выход из трагической ситуации, переживаемой Роди­ ной, заключен в пробуждении конструктивных сил внут­ ри самой страны, такие утверждения не могли не встре­ тить резкий отпор. Рецензента «Последних Новостей» п о­ разила и ярко очерченная Карташевым схема разделения общества на руководящую элиту и ведомые ею массы, что дало ему возможность упрекнуть оратора в неуважении к народу — обратной стороне привычного интеллигентско­ го «народопоклонства» .

Сведениями о содержании доклада 17 октября мы, к с о ­ жалению, не располагаем, но не приходится сомневаться, что и в этом случае, говоря о путях национального возрож­ дения, Карташев не обошелся без ссылки на поразивший его опыт Галлиполи. Это выступление, как обычно яркое и эмоциональное, по сообщениям газет, имело успех, но оратор уже спешил покинуть Прагу. На следующий день он выехал в Париж. Там ему представляло дать бой своим п о­ литическим противникам, группировавшимся вокруг П.Н.Милюкова и газеты «Последние Новости» .

1 З.Г.Ашкенази. Кающиеся интеллигенты (письмо из Праги) / / Последние Новости. 1921. №479. 8 ноября. С.2 .

Наталья Самовер Милюков не скрывал своего отрицательного отноше­ ния к Национальному Сою зу и его главе. Сам принцип надпартийного объединения во имя абстрактного целого был неприемлем для него — человека, преданного идее партийного самоопределения и конкретной политичес­ кой работы. Его не воодушевляла романтика вооруженно­ го противостояния большевизму, во Врангеле он видел не героического вождя, а хитрого политика с явными бона­ партистскими претензиями, его не убеждали религиозные санкции в виде аргументов. Скептицизм и политический практицизм Милюкова находился в абсолютно неприми­ римом противоречии с идеалистическим энтузиазмом Карташева. Вражда их коренилась в глубоких ф и л ософ ­ ских и мировоззренческих различиях. П о сути дела, они представляли две противоположные тенденции, два по­ люса, напряжение между которыми на протяжении мно­ гих десятилетий образовывало «нерв» русского освободи­ тельного движения. Сторонник идеи материального пре­ образования общественных институтов никогда не смог бы найти общий язык с приверженцем пути духовного преображения. Сознание абсолютной непримиримости позиций превращало выступление Карташева из рядовой политической акции в проповедь, а самого докладчика — в миссионера, окруженного еретиками и язычниками .

Могучим оружием в его руках, призванным поразить ма­ ловерных и нестойких, должен был стать образ Галлиполи .

4 ноября в Париже состоялся доклад Карташева «В о­ прос о русской армии (наблюдения в Галлиполи)». С у ­ дить о его содержании, не имея полного текста, позволя­ ют несколько откликов, опубликованных газетами раз­ личной политической ориентации. Так «Последние Н о ­ вости» отреагировали на это выступление сразу двумя негативными материалами, помещенными в одном н о ­ мере* редакционной статьей «В дурном обществе» и заметкой П. Лоне кого «Галлиполийская мистика». Н а­ против, «Новая Русская Жизнь», настроенная лояльно Галлиполийская мистика А. В. Карташева 347 как к Врангелю, так и к Национальному Комитету и его председателю, пересказала карташевский доклад п о­ дробно и сочувственно, хотя и более чем с недельным опозданием (см. Приложение 4) .

Объектом атаки редакционной статьи «Последних Н о ­ востей» стал наиболее уязвимый тезис этого выступления — оправдание жестких мер вплоть до казней, направлен­ ных на поддержание дисциплины в лагере. «А. В. Карташе­ ву пришлось злодеяние галлипольских штабов возвести на соответствующую принципиальную высоту, — гово­ рится в этой статье. — (...) докладчик вполне подтвердил высказанное нами вчера утверждение, что Врангель и его штабы — враги армии. «Вместо облегчения и утешения»

ген. Врангель, Шатилов, Кутепов и пр. дают офицерам и солдатам «гауптвахту». Это соответствует «военной психо­ логии»: об этом предоставляем судить А. Карташеву. Н о если в расстрелах (...) ничего нет «потрясающего», ибо «военное объединение нельзя построить без пролития крови», — такого рода «объединения» мы отрицаем. (...) Врангель и Кутепов повелевают солдатами и офицерами только террором. Если отбросить мистическую словес­ ность г Карташева, содержание доклада его сводится к .

подтверждению этого положения»1. 3 Однако препарированное подобным образом содержа­ ние карташевского доклада подверглось значительному обеднению и искажению. Виной тому, очевидно, его сти­ листика: яркая эмоциональность и риторичность одно­ значно трактовались оппонентами как фальшь. В этом от­ ношении весьма показательно само стремление к прене­ брежительному отбрасыванию «мистической словеснос­ ти» без малейшей попытки вникнуть в ее идейное напол­ нение. О н о свидетельствует о глубине идейного раскола, об утрате всякой возможности взаимопонимания, по­ скольку различие языков, на которых говорят оппоненты, пПоследние Новости. 1921. №478. 6 ноября. С.1 .

Наталья Самовер настолько велико, что язык противника представляется просто бессмысленной тарабарщиной .

Понятие мистики, крайне враждебное милюковскому рационализму, применительно к Карташеву еще раз встречается в названии заметки П.Донского. В содержа­ тельном отношении эта заметка малоинтересна, однако, характеризуя его взгляды как «галлиполийскую мистику», Лонский впервые зафиксировал мифологизацию образа 1аллиполи, заметную по тому, как часто докладчик опери­ рует такими понятиями, как святость, праведность, вос­ кресение и т.п. П о свидетельству П Л он ск ого, доклад свой Карташев закончил сожалением о том, что Галлиполи еще не стал для русских патриотов «святым местом, пунктом поклонения»1. 4 Тем временем Карташев продолжал наступление на своих противников. 17 ноября в Париже состоялся его д о­ клад «Политическая линия Русского Национального С о ­ юза». С момента создания С ою за прошло менее полугода, но эти месяцы были наполнены активной деятельностью по претворению в практику программных установок, сформулированных на июньском съезде. Первые выводы из этой деятельности Карташев и излагал в своем выступ­ лении. Судя по предварительно опубликованному анонсу доклада1, он говорил о «давнем разрыве интеллектуаль­ ных и государственных сил России», последствием кото­ рого, в конечном счете, стала национальная катастрофа, и пропагандировал идею создания политического центра, роль которого взял на себя Национальный Сою з. Н а­ шлось место и декларации безусловной поддержки, ок а­ зываемой Национальным Сою зом армии, и, конечно, опыту Галлиполи. Главное отличие этого доклада от по­ добного июньского заключалось в том, что Карташев, на практике убедившись в утопичности надежд на чудо пре­ 1 Там же. С.2 .

1 См.: Общее Дело. 1921. №487. 17 ноября. С.1 .

Галлиполийская мистика Л. В. Карташева 349 одоления всех и всяческих политических разногласий, по­ шел на то, чтобы конкретно обозначить «грани Сою за на­ лево и направо». В результате Национальный С ою з в этом выступлении его главы, вероятно, представал уже в виде обычной политической организации, вынужденной отка­ заться от претензий на роль всеобщего арбитра и признать себя одной из многих. Ни малейшей реакции в прессе на этот доклад не последовало .

Между тем 1921 год подходил к концу. Усилия по скола­ чиванию широкого антибольшевисткого национального фронта не приносили заметных результатов, но Карташев еще не оставил надежды. В конце декабря он отправился в Лондон во главе небольшой делегации Национального Сою за. Его первое публичное выступление было посвя­ щено политическим задачам и основам Сою за, а второе, состоявшееся 23 декабря, — исключительно галлиполий­ ским впечатлениям. Текст этого доклада, ранее не публи­ ковавшегося, см. в Приложении 1 к настоящей статье .

В последний день 1921 года «Руль» напечатал коррес­ понденцию из Лондона, подписанную псевдонимом Constans. Эта заметка, автором которой была, по-видимо­ му, А.В.Тыркова-Вильямс1, содержит выразительную за­ рисовку атмосферы, в которой пришлось выступать Кар­ ташеву: «Лондонская колония, как известно, политикой интересуется и занимается весьма умеренно. Происходит это потому, что в нашей колонии большинство — бывшие чиновники или беженцы, настолько нищенствующие, что забота о хлебе насущном занимает все без остатка их п о­ мыслы. Слушать первый доклад Карташева явилось по­ этому сравнительно мало охотников. Впечатление, произ­ веденное на аудиторию этим докладом, было, однако, так глубоко, что умственно и духовно спящие как будто даже 6 Ариадна Владимировна Вильямс (урожденная Тыркова, 1869член Национального комитета, видная общественная дея­ тельница, писательница, журналистка .

350 Наталья Самовер проснулись... и второе собрание прошло при сравнительно более обширной аудитории. Любопытно отметить, что, не­ смотря на, казалось бы, животрепещущую для всякого рус­ ского офицера тему доклада, — о русской армии в Галлипо­ ли — русское офицерство в Лондоне блистало своим отсут­ ствием. Карташев, видите ли, «кадет», и правоверным рес­ тавраторам слушать его невместно. Бойкотеры, надо при­ знаться, оказались в довольно жалкой роли... и многое п о­ теряли. Таких вдохновенных слов, такого проникновенно­ го, одухотворенного высшей мудростью и высшим патри­ отизмом слова, как то, которое произнес Карташев, мы в Лондоне давно не слыхали. И было трогательно и отрадно, когда один из присутствовавших на собрании с о слезами в голосе благодарил нашего гостя за то, что он подарил нас живой водой веры в возрождение подлинного русского на­ ционального самосознания и патриотизма, отвергающего подлое соглашательство с большевиками, символом како­ вого возрождения является бездомная русская армия. Без­ домная, потому что вынужденная превращать чужую пус­ тыню в жилище и творить чудо сохранения утерянного уже многими чувства национальной гордости в невообразимо тяжких условиях зависимости от бывших друзей, попира­ ющих эту гордость с большей жестокостью, чем когда-либо грезилось врагам. Карташев разбудил усыпающий в лондонском тумане (символизирующем наше существова­ ние) патриотизм и веру в Россию »1 .

Доклад 23 декабря стал завершением серии «галлипо­ лийских» выступлений А. В. Карташева. Предмет наблюде­ ний докладчика более не существовал. К моменту произ­ несения этого доклада врангелевская армия и ее командо­ вание уже переместились в Болгарию и Сербию, лагерь в Галлиполи практически опустел. Это географическое перемещение знаменовало собой завершение определен­ ного этапа в истории русской эмиграции, крах надежд на

1 Руль. 1921. №341. 31 декабря. С.2 .

Галлиполийская мистика Л. В. Карташева 351

близкое падение большевизма и переход к длительной «позиционной войне». Сохранение армии даже в симво­ лически боеспособном состоянии утратило всякий смысл .

Феномен Галлиполи отошел в область исторических пре­ даний, началось самостоятельное существование галли­ полийского мифа. Впрочем, несмотря на появление н о­ вых крупных публикаций, посвященных истории воен­ ных лагерей и пропаганде галлиполийского духа, дальней­ шее его бытование не было сопряжено с внесением какихлибо принципиальных изменений или дополнений, кото­ рые могли бы существенно изменить заложенные Карта­ шевым основы, достаточные для содержательного анали­ за галлиполийской мифологии1. 8 Самому Карташеву, однако, еще предстояло вернуться к образу Галлиполи. В 1934 в сборнике статей, посвящен­ ном памяти А.П.Кутепова, он поместил статью, озаглав­ ленную «Кто он?». В этой небольшой статье, созданной много лет спустя после того, как сам Галлиполи стал до­ стоянием истории, он отчеканил формулы своей «галли­ полийской мистики», к тому времени ставшие уже м ифо­ логемами .

«П ри всем кажущемся утилитаризме и расчетливости нашей профессиональной национальной работы в Зарубежьи, в сущности, мы романтики упорной веры в Р ос­ сию, — писал он. — В святом, патриотическом романтиз­ ме непреходящая высота и Галлиполи. (...) Наперекор пре­ давшему Россию миру, над Галлиполи поднялось ее икон­ ное отображение, ее бессмертное инобытие, ее КитежГрад. Тот не русский и не патриот, кто не лил слез умиле­ ния в священной пустыне Галлиполи, в этой чудесно вос­ крешенной России за гранью позитивной истории»1. Чу­9 до Галлиполи, этот прорыв «за грань позитивной исто­ 1 В дальнейшем ссылки на тексты, публикуемые в приложении к настоящей статье, не даются .

1 Кто он?... С.349 .

Наталья Самовер рии», стало результатом «чуда преображения масс», про­ буждения их духовных способностей и превращения не­ счастных, растерянных и слабых людей в «героев нацио­ нального благолепия». Н о и «чудо преображения масс»

было бы невозможно без личного подвига вождя .

«Человеческое строительство движется вождями, опи­ рается на них, утверждал Карташев. — И массы есть мощ­ ный фактор исторического движения, но фактор подчи­ ненного, низшего порядка. В лучшем случае — это мерт­ вая груда кирпичей, не преображенная мыслью архитек­ тора в прекрасное сооружение. (...) Только водительство просвещенных меньшинств и большей частью прямо бла­ городных лиц из этой воистину страшной стихии челове­ ческих масс творит доступное человечеству благообразие его общественного уклада. (...) Без вождей не подняться нам из глубины распада».2 Такого вождя, одержимого «свя­ щенным безумием любви к России», человека, в чьей не­ поколебимой воле мистическим образом как бы сконцен­ трировалась воля всего русского народа, Карташев увидел в Кутепове. «Вожди бывают разной природы, — писал он. — Генерал Кутепов есть вождь христолюбивого русско­ го воинства. В этом его иконная реальность, превосходя­ щая реальность портрета. (...) Иконографически в облике А.П. Кутепова светятся и переливаются две грани великой русской красоты: красота Святой Руси и красота Петро­ вой Великой России — Империи».2 Перед нами едва ли не ' преамбула к житию Александра Кутепова — нового рус­ ского святого, не мученика, а созидателя, и неслучайно возникает в этом тексте имя святого Александра Невского .

Именно принцип раскрытия потаенной «иконной ре­ альности», подчиняющей себе реальность историческую, лежит в основе галлиполийского мифа.

А первый и важ­ нейший из тезисов, составляющих костяк мифа, таков:

2 Там же .

2 Там же .

Галлиполийская мистика Л. В. Карташева

в галлиполийском лагере достигнуто реальное единение вне партий ради общенациональной цели, создан целост­ ный «национальный организм». «Антибольшевистское, боевое настроение», которое восхитило Карташева в Гал­ липоли йцах, согласно его представлениям, само по себе исключало дух партийных разногласий. «Что кажется нам невозможным, (...) возможно в Галлиполи, — утверждал он, — Тут понимают, что за Армией стоит Россия, и это обязывает к соблюдению национальной линии». Галлипо­ ли оказался бесценным подарком для возглавляемой Кар­ ташевым организации — на некоторое время он стал жи­ вым знаменем Национального Сою за. «Эта армия — не кулак, а ядро самой русской нации; мы с ней — великая идейная сила», — провозглашает Карташев. Для Вранге­ ля, постепенно утрачивавшего свое политическое влия­ ние, такая энергичная поддержка также стала находкой. О степени близости их позиций говорят строки из вранге­ левского циркуляра на имя генерала Е. К. Миллера от 6 де­ кабря 1921, звучащие практически как цитата из июньско­ го парижского доклада Карташева: «все национальные партии в сознании общей опасности должны (...) поддер­ жать Армию, не пытаясь сделать ее орудием политической борьбы между ними».2 2 Карташев неслучайно особенно отмечает в Галлиполи дух политической терпимости и свободы суждений. Враж­ дебно настроенная пресса изображала галлиполийцев оголтелыми монархистами, утверждала, что в лагере про­ цветает антисемитизм, подавляется религиозное и поли­ тическое инакомыслие и господствует стремление к ре­ ваншу любой ценой. Карташев же, указав на существую­ щие монархические симпатии (которым он сам, кстати, не сочувствовал), делает акцент на принципиальном отка­ зе от насилия над волей народа, декларирумемом команЦит. по: В.Г.Бортневский. Загадка смерти генерала Врангеля .

СПб., 1996. С. 104 .

Наталья С-амовер дованием и как нельзя более соответствующем установ­ кам возглавляемого им Национального Союза. «Никто не поет «Боже, царя храни», — утверждает он. — Нет прокля­ тий ни революции, ни народу. Нет мстительности. Господ­ ствующее настроение — это примирение с совершившим­ ся фактом. В основе же всеми признается воля народа .

Никто не намеревается ее предвосхищать» .

Надо, однако, отметить, что, говоря о покорности воле народа, Карташев имеет в виду отнюдь не механическое подчинение воле большинства. «Больное не может быть мерилом здорового и нормального» — это положение, вы­ сказанное еще на июньском съезде Национального Объе­ динения, в приложении к Галлиполи становится обосно­ ванием идеи элиты, наделенной нравственным правом руководить массой. Воля основной массы населения Рос­ сии, покорной большевикам, искажена, это «больная», «патологическая» воля, неспособная и недостойная ре­ шать судьбу страны, тогда как Галлиполи это «организм с удивительным моральным здоровьем» .

Народ, понимаемый как духовная личность, а вовсе не математическая совокупность индивидов, в критические моменты выделяет из себя элиту, выразителей «высшей правды», а значит и подлинной народной воли. Именно таких людей Карташев нашел в Галлиполи. «Нация в борь­ бе с захватчиками выражается в носителях ее оружия» — так он определяет историческую миссию галлиполийцев .

Рисуя образ этих людей, Карташев не жалел ярких красок .

Это не беспомощные беженцы, а герои, делом доказавшие свою преданность национальной идее, стойкие, не слом­ ленные ни угрозой смерти, ни лишениями и нищетой .

В них, подчеркивал Карташев, «мы видим больше, чем ар­ мию, не только надежду, но факт возрождения» .

Под возрождением Карташев понимает ни в коем случае не реставрацию — именно поэтому он отрицает преоблада­ ние монархических убеждений среди галлиполийцев. Для него важна направленность идеологии в будущее, творчес­ Галлиполийская мистика Л. В. Карташева 355 кий подход к национальной традиции, освобожденной от шелухи старых предрассудков. Галлиполийцы, утверждает он, «это граждане, подходящие к происходящим событиям не со старыми методами, отмахивающимися от всего про­ исходящего, как от чего-то случайного. Нет, они учитыва­ ют исторические уроки, они знают, что в новой России ста­ рым навыкам и упрощенным методам места не будет» .

Эта элита, безусловно, героична, однако основное ее качество — интеллигентность. Карташев не устает указы­ вать на «почти исключительно интеллигентный состав офицеров» при почти полном отсутствии в лагере «серой солдатской массы» и на практически поголовное стремле­ ние галлиполийцев к учебе. В них он видит новую, пра­ ведную русскую интеллигенцию, прошедшую через очис­ тительный огонь, свободную от всех прежних родовых по­ роков и наконец получившую моральное право вести за собой народ. Эта интеллигенция молода. Она выросла и воспиталась в чудовищных моральных условиях граждан­ ской войны, отсеявших всех слабых и нестойких и вы­ явивших истинные, непреходящие ценности националь­ ного духа. Выпавшие на ее долю испытания позволили молодой русской интеллигенции подняться на такую мо­ ральную высоту, которой не могли в мирное время до­ стичь предыдущие поколения, что заставляет Карташева глядеть на нее с благоговением. «Эта молодежь, нацио­ нально возрожденная, представляет огромную нацио­ нальную ценность — наше будущее, — говорит он. — (...) От нашего к ним отношения будет зависеть и их отноше­ ние к нам. Они нас уже переросли» .

«Бесценным резервуаром молодости, силы и идеализ­ ма» называет Карташев Галлиполи. Молодость, сила и иде­ ализм — вот характеристики той элиты, в которой он ви­ дит надежду России. Задачи, стоящие перед этой «молодой Россией», не сводятся только к изменению политического режима на родине. Карташев рассматривает национальное возрождение как преимущественно духовный, культурный Наталья Самовер процесс, итогом которого должно стать «выздоровление»

народа, а затем и восстановление «здоровой» государст­ венности. В деле этого возрождения духовное творчество выступает на первый план и даже оказывается первичным по отношению к материальной борьбе .

Показательно то исключительное внимание, которое Карташев уделял культурному творчеству галлиполийцев .

В стихийном, естественном процессе создания своего фольклора, легенд, традиций, в развитии различных ви­ дов художественного творчества он видел несомненный показатель жизни духа. Этому способствовала особенная «бестелесность» галлиполийской культуры, буквально «из ничего», на голом месте воспроизводившей и изобрази­ тельное искусство, и литературу, и музыку, и художествен­ ное ремесло, и театр .

В «галлипольской России» сконцентрировалось все лучшее, на что способен был русский дух, там «жизнь ста­ ла какой-то не технически построенной, но вдохновен­ ной». Восхищаясь этим зримым «торжеством духа над формой», Карташев восклицает: «Никогда, нигде еще рус­ ская национальная жизнь не торжествовала так ярко над невозможными условиями жизни физическими и мораль­ ными. И никогда и нигде еще так осязательно убедитель­ но не приходилось видеть, что мы — колоссальная куль­ турно-творческая сила, чудеса творящая из ничего». С п о­ собность к сотворению подобного культурного чуда явля­ ется для него основным показателем истинного духовного здоровья галлиполийцев. Избранничество этих людей за­ печатлено и в поразившем его обилии красивых, одухо­ творенных лиц. «Народ требует символов чистых, — гово­ рит он, — нельзя благоговеть перед харей, нужен лик ан­ гельский... Поэтому то, что имеется в Галлиполи, является единственным якорем спасения, где через покаяние най­ дено будет спасение и прощение» .

«Нет, мы не пассивный Восток, — продолжает Карта­ * шев. — Мы уже сильнее Запада. Западные нации этого ис­ Галлиполийская мистика А. В. Карташева 357 пытания не вынесли бы в силу их потребности в комфорте .

А тут долготерпение, завершенное активной победой куль­ туры». Обида на западных союзников, предавших Белое движение и продолжающих добивать его остатки, требуя роспуска врангелевской армии, заставила его противопос­ тавлять «галлипольскую Россию», не только России боль­ шевистской, но и Западу, не менее большевиков погрязше­ му в материализме и духовно омертвевшему. Старая антите­ за Восток — Запад вновь воспаряет на религиозно-фило­ софскую высоту, с которой Галлиполи видится последним островком истинной культуры, не подмененной бездуш­ ным понятием комфорта. Само его невероятное существо­ вание «за гранью позитивной истории», кажущееся врагам непостижимым, находится «в порядке вещей морального мира», ведь для Карташева чудо абсолютно естественно .

Во всех текстах, вышедших из-под его пера, настойчи­ во повторяется мотив воскресения, то есть духовного чу­ да, побеждающего материальную неизбежность распада .

Воскресение для него — высокая метафора национально­ го возрождения. Только на чудо могло уповать Белое дви­ жение, разгромленное в вооруженной борьбе, отвергнутое большинством народа. Потребность в сохранении чувства собственного достоинства заставляла осмысливать собст­ венное поражение как духовное зерно неизбежной гряду­ щей победы.

Еще на июньском съезде Карташев говорил:

«Пусть русская Армия даже совсем умерла — и да здравст­ вует Русская Армия! (...) Есть какой-то крестный закон нравственного мира, по которому истинное, высокое и праведное проходит путь Голгофы и «не оживет, если не умрет»»2. Россия воскресла для него в Галлиполи. Ему са­ мому довелось «вложить перст в раны», и с этой минуты он нес благую весть о том, «что Россия воскреснет, что на­ ция не только способна воскреснуть, но она воскресла — это уже факт» .

2 Задачи... С. 18 .

Наталья Самовер

Убежденностью Карташева в том, что русская нация чу­ десно воскресла именно в образе Белой армии, предопре­ делено его восприятие сущности Красной армии. Какая армия может считаться истинно национальной сильная и многочисленная армия-победительница или кучка по­ бежденных, изгнанников, лишь символических хранящих остатки своего оружия? Он без колебаний решает этот во­ прос в пользу Белой армии. «Разве Красная армия есть действительно армия, а не дьявольская машина?» — во­ прошает Карташев. Дьявольская машина — искусствен­ ное образование без души, спаянное лишь террором, не­ надежное и безыдейное — такой виделась Карташеву Красная армия. Как бы ни была она сильна сегодня, но стоит большевистской власти поколебаться, и она сама по себе распадется, потому что лишена главного — причаст­ ности к подлинной национальной традиции, к живому национальному духу. Уверенность в нежизнеспособности Красной армии внушала Карташеву оптимизм. Именно в этом пункте, пожалуй, ярче всего сказалось влияние схе­ матизма, свойственного его мышлению. Карташев строит свои рассуждения не на фактах, а на логических выводах из условной посылки. На противостояние Белой и Крас­ ной армий он смотрит через призму апокалиптической борьбы между абсолютными началами Д обра и Зла, то есть борьбы с заранее предрешенным исходом. Вся уязви­ мость этой схемы была ясна его оппонентам, и они с лег­ костью выворачивали ее наизнанку, рисуя врангелевскую армию точно таким же механическим объединением, су­ ществование которого поддерживается только установ­ ленным в лагерях террористическим режимом2.

4 В полемике, развернувшейся вокруг Галлиполи (а фак­ тически вокруг фигуры и политической программы гене­ рала Врангеля), обе стороны оперировали практически одним и тем же набором примет галлиполийской жизни, 2 См.:

4 Последние новости. 1921. №478. 6 ноября. С.1 .

Галлиполийская мистика А. В. Карташева 359 возведенными в символ: заботливо возделанные фигур­ ные клумбы, чистый, без единой травинки плац, лощеные парады и унизительный, нищенский быт, полуголодное существование, болезни, корпусная гауптвахта — «губа», которая никогда не пустует, и, наконец, корпусной суд, не останавливающийся даже перед вынесением смертных приговоров. Те и другие рисуют достаточно схожие карти­ ны. В изображении как его противников, так и сторонни­ ков Галлиполи предстает суровым, нередко даже жесто­ ким миром, где каждый шаг людей подчинен правилам, предписанным начальством, где властвует беспощадная требовательность и наказывается малейшее проявление слабости. Особую роль, которую играет в этом мире дис­ циплина, афористически определил еще в марте 1921 г .

сам Кутепов: «Будет дисциплина — будет и Армия; будет Армия — будет и Россия»2. Такова краткая формула гал­ липолийского мифа: путем физической и духовной аске­ зы — к воспитанию элиты, подвигом элиты — к возрожде­ нию России .

Абсолютный культ дисциплины, характерный для во­ енных лагерей и особенно для Галлиполи, стал предметом яростных общественных дискуссий. Политические п ро­ тивники Врангеля в своей пропагандистской борьбе п ро­ тив него усиленно акцентируют материальные, физичес­ кие трудности и страдания жителей лагерей и жестокость начальства, особенно генерала Кутепова. Введенная им в Галлиполи невиданно суровая дисциплина трактуется как несвобода, палочное принуждение к бессмысленным формальностям, а отказ ликвидировать военную структу­ ру и перевести людей на беженское положение — как аб­ солютно аморальное проявление политического честолю­ бия. «Вместо облегчения и утешения ген. Врангель, Ш а ­ тилов, Кутепов и прочие дают офицерам и солдатам гаупт­ вахту,» — обличают «Последние Новости». БесчеловечS Цит. по: Русская армия... С.84 .

Наталья Самовер ность — таков приговор, выносимый галлиполийскому режиму публицистами, в той или иной степени склонны­ ми к социалистическим симпатиям. Ощущение тотальной угнетенности человека в условиях военного лагеря п оро­ дило и прилагавшийся к Галлиполи термин «Кутепия», по аналогии с Совдепией, а также другие уподобления п о­ рядков, установленных во врангелевских лагерях, совет­ ским порядкам .

Карташев интерпретирует те же факты прямо проти­ воположным образом. Галлиполийская дисциплина в ос­ хищает его. Гауптвахту он называет якорем спасения. Во внешней муштре, столь бессмысленной, казалось бы, в ситуации, когда люди с трудом поддерживают свое физи­ ческое существование, он усматривает видимое выраже­ ние духовной дисциплины и собранности, подобно тому, как истинное значение поста становится понятным лишь если видеть в нем не самоистязание, а необходимое духовное упражнение. Карташевская трактовка дисцип­ лины не как насилия над человеком* а как сознательно принимаемого им на себя послушания, базируется на принципиально иной системе ценностей, фокусом кото­ рой является не страдающий человек, а некая цель, внеположенная конкретному человеческому существова­ нию. Не «облегчение и утешение»* а Стойкость и мужест­ во являются его идеалом. П о мнению Карташева, галлйполийцы, пренебрегающие, подчиняясь приказу вождей, своими жизненными материальными Интересами ради стяжания высокого и несгибаемого духа, совершают и с­ тинный подвиг самопожертвования и достойны не жало­ сти, а преклонения .

Такое же чувство преклонения Карташев испытывал и по отношению к командованию военных лагерей — преж­ де всего к Врангелю и Кутепову. В его выступлениях звуча­ ла не просто апология командования; верный себе* Карта­ шев поднимает вопрос о роли вождей на теоретическую высоту. И в этом случае, как и в вопросе о дисциплине, он Галлиполийская мистика Л.В.Карташева 361 бросает вызов своим оппонентам. Он не боится признать, что в Галлиполи существует культ вождей, он прямо назы­ вает Кутепова диктатором, но все это звучит в его устах высшей похвалой. Позднее, вспоминая о своем знакомст­ ве с генералом, он напишет: «А.П.Кутепова в первый раз я увидел в Галлиполи, в зените его военно-педагогического творчества. Он цвел там и блистал талантами военного диктатора. С тех пор я не мог не стать его горячим поклон­ ником».2 В лице Кутепова или самого Врангеля Карташев склоняется не перед силой, а перед высшим, «божию ми­ лостью» выражением национального духа. Подобно тому, как элита поднимается над массами и служит массам св о­ ей волей, силой и культурой, немногие избранные подни­ маются в качестве вождей и над элитой, служащей органи­ заторами, вдохновителями и путеводителями .

Карташев жаждет твердой, авторитетной и праведной власти. Только такой власти под силу справиться с хаосом всеобщего распада и заново ввести жизнь в России в рам­ ки нормальных социально-политических структур .

«Власть, которая родится на смену власти большеви­ ков, — говорит он, — (...) должна быть (...) твердой, дикта­ торской, жестокой, (...) это ее формальное свойство» .

Галлиполи, по мнению Карташева, стал своего рода испы­ тательной площадкой, на которой был блестяще проде­ монстрирован благотворный результат применения такого рода праведного диктаторства .

Исключительная функция «военной муштры» в созда­ нии исторического феномена Галлиполи заставляет вспомнить средневековое значение латинского слова «дисциплина» — плеть, с помощью которой монахи, ус­ миряя свою плоть, добивались духовного просветления и подъема. Таким образом в общую систему галлиполий­ ского мифа входит понятие аскезы. Принцип дисципли­ ны, пронизывающий все стороны лагерной жизни, рас

<

2 Кто он?... С.347 .

Наталья Ссшовер

пространяется не только на физическую сторону сущест­ вования, не только на быт и службу, но и на духовную жизнь обитателей лагеря. Соблюдение «внутренней дис­ циплины» порождает «удивительную воздержанность и скромность» галлиполийцев, и именно в дисциплинар­ ном порядке среди них поддерживается политическая монолитность. «Все живущие в Галлиполи пользуются свободой суждений, спорят между собой, — говорит Кар­ ташев, — н о общая дисциплина заставляет всех не р а с­ плываться в этих спорах». В этом он приветствует не только близкую ему политическую позицию. Так — на­ пряжением всех духовных сил человека — на деле совер­ шается желанная для него победа над «ненавистной р о з ­ нью мира сего» .

Результатом строгих дисциплинарных мер стало то, что «каждый почувствовал, что он воин, стоящий на службе, на подвиге». И менно в монашеском подвиге Карташев видит п рообраз нравственного стояния галли­ полийцев. «Вся (...) жизнь, все страдания возвышали дух, как это делается у пустынников, — говорит он. — (...) Общий уклад жизни близок монастырскому; люди живут в праведности». Сплоченные общими идеалами и преданностью своим вождям, они, по словам Карташе­ ва, составляют братство, «единую духовную семью». Н о образ монастыря применительно к практике военных лагерей незаметно сливается с образом рыцарского о р ­ дена, и в другом месте Карташев называет галлиполий­ цев «фалангой юных рыцарей, мечтательно и огненно преданных своему заоблачно объидеализированному Вождю» .

Галлиполийской мифологии присуще это соединение мотивов рыцарства и монашества, доселе не характерное для русской национальной традиции. Тем не менее в дан­ ном случае это соединение достаточно органично. В его основе лежит средневековая идея рыцарского ордена в ее преломлении, свойственном европейской культуре конца Галлиполийская мистика А. В. Карташева 363 X IX — начала X X в., ордена как замкнутой касты избран­ ных, соединяющих физическую и духовную аскезу, вои­ нов света, единственных, кто в силах спасти погрязшее во мраке, неспособное к самостоятельному возрождению че­ ловечество. В данном случае этот орден объединяет самых непримиримых противников большевизма, более ради­ кальных, вероятно, чем даже монархисты, единственных, демонстративно отказавшихся сложить оружие и тем са­ мым бросивших вызов едва ли не всему миру: врагам на родине, «союзным» державам, пошедшим на компромисс, растерянной массе самой эмиграции, малодушной и с о ­ глашательской ее части .

Сама по себе идея орденской организации как особой внутриобщественной структуры, объединяющей элиту, моральную и духовную «соль земли», была ненова для Карташева. Будучи масоном, он еще в 1918 г., в России, стал создателем Братства святой С оф и и, внутреннее стро­ ение и принципы деятельности которого восходили к мо­ дели масонской организации. В отличие от масонства, Братство, однако, не только не было тайной организаци­ ей, но с самого начала предполагало придать широкую гласность своей деятельности. Его ближайшая цель, сформулированная именно Карташевым, состояла в кон­ солидации духовных сил русской интеллигенции для п ро­ тивостояния разрушительному влиянию революционного коммунизма и атеизма. Очерченный в проекте временно­ го устава Братства круг стоявших перед ним духовных проблем во многом напоминает проблематику «галлипо­ лийских» выступлений Карташева: «Богочеловеческая тайна становящегося Царства Божия на земле, разреш аю­ щая мучительные для культурного человечества вопросы о праведном соединении небесного и земного, абсолютной правды Божией и относительных правд человеческих, смирения веры и дерзновения творчества, закона и свобо­ ды, аскезы и культуры, мистического созерцания и соци­ ального строительства, тайна общественного спасения во 364 Наталья Самовер Христе»2. П о понятным причинам развитие Братства тог­ да не пошло далее общей декларации о его создании, а в 1919 и сам Карташев покинул страну. Только в 1923-м Братство было воссоздано в эмиграции, но уже с более скромной программой2. И стория Братства святой Соф ии служит одной из связующих нитей между философскополитическими исканиями предреволюционной России и эмиграции, и неразрывность этой связи обеспечил, в частности, и пережитый Карташевым духовный опыт Галлиполи .

Однако в ситуации открытого военного противостоя­ ния идея масонского духовного рыцарства уступила место собственно идее рыцарства военного, тем более уместной применительно к армии. Впервые этот мотив прозвучал в связи с Галлиполи за несколько месяцев до появления там Карташева. Представитель Всероссийского Земского с о ­ юза в лагере С.В.Резниченко в своем первом отчете руко­ водству С ою за (очевидно, в начале 1921) писал, что в Гал­ липоли «совершилось русское национальное чудо (...) Разрозненные, измученные (...) остатки армии генерала Врангеля (...) в несколько месяцев создали при самых не­ благоприятных условиях крепкий центр русской государ­ ственности на чужбине, блестяще дисциплинированную и одухотворенную армию, (...) армию, отказавшуюся от личных интересов, нечто вроде нищенствующего рыцар­ ского ордена, только в русском масштабе, — величину, к о­ торая своим духом притягивала к себе всех, кто любит Россию »2. Торжественный тон этих строк напоминает от­ 2 Братство святой Софии: документы (1918-1927) / / Исследова­ ния по истории русской мысли. Ежегодник. СПб., 1997. С. 102 .

2 Подробнее об истории Братства св. Софии см.: М.А.Колеров .

Братство св. Софии: «веховцы» и евразийцы (1921-1925) / / Вопросы философии. 1994. №10, а также Публикацию программных докумен­ тов Братства в Ежегоднике «Исследования по истории русской мыс­ ли» (СПб., 1997. С.99-133) .

2 Цит. по: Русская армия... С.90 .

Галлиполийская мистика Л. В. Карташева 365 четы церковных комиссий, посылаемых для освидетель­ ствования чудотворности вновь обретенных мощей еще неведомого, непрославленного святого .

Образ своего рода рыцарского ордена оказался более, чем случайной эффектной метафорой, он был охотно под­ хвачен командованием армии и быстро занял место ф ак­ тически официально принятой формы самосознания оби­ тателей лагерей. Уже 15 ноября 1921 эта идея получила формальное воплощение — по случаю годовщины эвакуа­ ции из Крыма Врангель утвердил положение об особом знаке отличия «в память пребывания русской армии на чужбине». Знак представлял собой черный равноконеч­ ный крест с белой каймой, датами «1920-1921» и надпи­ сью, отражающей пребывание человека в том или ином военном лагере: «Галлиполи», «Лемнос», «Бизерта» и пр .

Этот знак отличался от обычных военных наград: им на­ граждались не только военные, но и гражданские лица — все жители лагерей, приравненные в своем физическом и духовном подвиге к армии. А несколько дней спустя было создано и Общество галлиполийцев, призванное объеди­ нять соратников, разобщаемых в результате переселения из лагеря, и поддерживать в них дух верности галлиполий­ ским идеалам .

Н о по мере того, как яснее становилось крушение на­ дежд на скорое возвращение на родину, ожидания искуп­ ления и возрождения переносились в неопределенное бу­ дущее, и военная эмиграция искала спасения от отчаяния в переосмыслении собственной сущности и историческо­ го назначения. Так в 1926 в небольшой брош юрке, издан­ ной Правлением Общества галлиполийцев и озаглавлен­ ной «Родина и мы», философ И.А.Ильин, рассуждая о том, что рано или поздно настанет судный день для всей нынешней неправды, предрекал, что тогда «Белая Армия станет творческой основой, ферментом, центром русской национальной Армии — и в недрах ее она сделается орде­ ном чести, служения и верности. И этот орден возродит не Наталья Самовер только русскую армию, н о и русскую гражданствен­ ность — на основах верности, служения и чести. Н о для этого мы, белые, должны прежде всего соблюсти свой дух и самих себя»т. Н а первый план снова выдвигался мотив духовного ордена, существующего в миру, не столько ры царского, сколько м асонского. Задачу открытой борь­ бы вновь сменила задача духовного «делания» .

Таким образом, дальнейшее развитие галлиполийского мифа шло по пути усиления в нем мистико-теоретической составляющей, все большего очищения от ссылок на практический опыт и постепенного слияния с общ им ми­ ф ом о судьбе и предназначении Белой армии .

Бесплодная «долина р о з и смерти» близ убогого турец­ кого городка стала полигоном, на котором развернулся уникальный исторический эксперимент, с предельной жесткостью поставленный самой жизнью. В условиях и с­ кусственной резервации одна из ярких тенденций в рус­ ской культуре и идеологии начала X X в., которую м ожно охарактеризовать как политический мистицизм, получила возможность сполна воплотиться на практике и дойти в своем развитии д о логического конца, до редко достижи­ мой в естественной среде степени завершенности. М исти­ чески вдохновенный национализм, аскетизм, сектант­ ский п аф ос, пламенный культ харизматического вождя, персонифицирую щ его в себе волю целого народа (в дан­ ном случае трудно провести разграничение между фигура­ ми Врангеля и Кутепова, наделенными в мифологическом восприятии одинаковыми атрибутами), наконец, идея пе­ рерождения отдельных людей и целого народа путем Гол­ гофы, огненного горнила, пройдя через которое, нация поднимается до таких высот творящего духа, на которых открывается долгожданная возможность построения и с­ тинно справедливого общественного строя — вот ее отли­ чительные признаки. Все они наложили яркий отпечаток * И.А.Ильин. Родина и мы. Белград, 1926. С.3-4 .

Галлиполийская мистика А.В. Карташева 367 на форм ирование мифа о святой земле Галлиполи — мес­ те, где солидарным усилием воли кучки людей соверш и­ лось чудо — воплотился и около года продолжал вопреки всем материальным препятствиям существовать идеаль­ ный, «иконный» об раз России .

Уникальные, действительно подобные монастырским условия практики военных лагерей обусловили предель­ ную обобщ енность всех элементов этой идеологической конструкции. М есто конкретных программных положе­ ний, неизбежно приземляющих и ограничивающих вся­ кую политическую платформу, в ней заняли символы, от­ точенные веками культурного бытования. Попытка руко­ водимого А. В. Карташевым Национального С ою за сделать о б раз Галлиполи своим знаменем закончилась неудачей .

Возникший в условиях острой политической борьбы, гал­ липолийский м иф менее всего был применим к нуждам текущей политики, и не приходится удивляться как его практической бесполезности, так и устойчивости его су­ ществования .

Мистическая «закваска» галлиполийской мифологии позволила ей как бы законсервироваться, существовать вне времени, сохранив до сей поры свою теоретическую красоту и привлекательность. Н о в самом характере этой «закваски» заключены и черты, придающие ей узнавае­ мую историческую конкретность. Галлиполийский миф органически и стилистически включен в общий контекст европейской идеологии межвоенного периода. Мысль Карташева подчинялась тому же мощ ному импульсу с о ­ циально-политического утопизма, который двигал всю тогдашнюю европейскую политическую мысль. Плодом этого утопического порыва, как известно, стало создание ряда тоталитарных доктрин, связанных общностью мето­ дологических и культурных корней. Всем им свойственно стремление к реорганизации общества путем создания жесткой иерархической структуры с почти обожествлен­ ным вождем во главе, подавление инакомыслия, военизи­ Патал ья Самовер рованная дисциплина, национализм и подчеркнутый творческий пафос .

С момента прихода Муссолини к власти в конце 1922 г .

Карташев с осторожным, но доброжелательным интере­ сом следил за первыми опытами фашизма в Италии-1 .

Сильная патриотическая власть, наводящая порядок в об ­ ществе, обеспечивающая оживление национальной эко­ номики и развитие культуры, так походила на предмет его собственных стремлений... Процесс идейного сближения и последующего расхождения А.В. Карташева с ранним фашизмом ждет своего исследователя. Дальнейшее изуче­ ние его сп особн о выявить многие существенные черты, свойственные идеологическим исканиям правого крыла первой русской эмиграции, исканий, штудией для кото­ рых послужила разработка галлиполийской мифологии .

В Приложении 1 впервые публикуется текст выступле­ ния Карташева, в оригинале озаглавленный «Доклад проф. А.В.Карташева «Впечатления о поездке в Галлипо­ ли», прочитанный на Собрании, устроенном Комитетом Лондонского отдела Национального Сою за 23/XII 1921 г.»

Основой для публикации послужила машинописная ко­ пия стенограммы доклада, хранящаяся в ГА Р Ф (Ф.5912 .

Оп.1. Д.295. Лл. 190-196). Судя по сопроводительному письму на бланке Лондонского отдела Национального С ою за за подписью А.А.Бормана (Там же. Л. 189), данный экземпляр, очевидно, был послан Г.П.Струве, находивше­ муся в то время в Оксфорде. Явные опечатки в тексте и с­ правлены, орф ография и пунктуация частично приведены к современным нормам .

ц См. публикации в руководимом им «Вестнике Русского Нацио­ нального Комитета». Впервые тема итальянского фашизма возникла на страницах пятого номера за 1923 г., где был помещен информаци­ онный материал под заглавием «Организация фашизма» за подпи­ сью А.Б. и аналитический комментарий ближайшего соратника Карташева Ю.Ф.Семенова .

Галлиполийская мистика А. В. Карташева Далее републикуются газетные изложения выступлений

Карташева:

Приложение 2 — Общее Дело. 1921. №426 .

16 сентября. С.2, Приложение 3 — Руль. 1921. №273. 9 октября. С.5, Приложение 4 — Новая Русская Жизнь. 1921. №262 .

13 ноября. С.4 .

–  –  –

ВПЕЧАТЛЕНИЯ О ПОЕЗДКЕ В ГАЛЛИПОЛИ

ВСЕМ НАМ Я С Н О, что мы переживаем время исключи­ тельное, недоброе, которое будет названо лихолетьем, время великих искушений, соблазнов и падений. В Евангелии ска­ зано, что нужно, чтобы приходили соблазны, но горе тому, от кого происходят они3. Мы, люди, делаемся слабыми от горя и страстей и как слабые легко заблуждаемся и падаем. А по­ тому ради самоистребления, самоуничижения попрекают друг друга... чтобы по русской привычке потом прощать. Но прощать поверхностно, безрассудно мы не можем по наше­ му долгу национальному, моральному и религиозному. П о­ этому будем себя бичевать. Мы слишком во многом усумнились, слишком от многого отступили, и вот камнем преткно­ вения явился факт очень знаменательный. Все-таки мы еще не изжили проклятого времени гражданской войны. Одной из сторон этого является наша национальная армия. И вот в минуту слабости русские люди стали отрекаться от нея. Это * «Скати также Иисус ученикам: невозможно не прийти соблаз­ нам, но горе тому, через кого они приходят» (Лук. XVII. 1); «Горе ми­ ру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому чело­ веку, через которого соблазн приходит» (Матф. XVIII. 7) .

Наталья Самовер отречение — уже последнее отречение... За этим уже идет пе­ риод сдачи врагу, капитуляция. И вот теперь надо подумать, и есть над чем подумать, ибо наша армия есть не фантом, а действительность. Этим мы сможем удержаться от падения и сможем идти к воскресению. Ведь вы знаете, что верить можно лишь в объекты веры... и вот то же наблюдается и здесь. Всякий, кто не вложил перста в раны, сомневается в этом... Я должен сказать, что принадлежал к тому течению, которое не усумнилось в правде бытия армии; но все-таки при соприкосновении с этим фактом я ощутил моральное потрясение, глубокое и удовлетворяющее. Псалмопевец сказал, что «Я буду петь Господу Богу хвалу и буду петь пока Он есть»3... А было много предубежденных .

Мы имеем дело с фактом исключительным, может быть, ненормальным, но когда все сдвинуто с места, то ненор­ мальное не является исключительным; порадуемся этому факту, поверим тому, что он обещает. Ведь последняя ката­ строфа Крымская, это бросание родной земли, этот полет в неизвестность, как имел мужество сказать сам Главноко­ мандующий в своем приказе,3 — это, по-видимому, было 3 В тексте явная бессмыслица, видимо, вследствие ошибки сте­ нограммы, исказившей речь докладчика. В Псалтыри есть два стиха, близкие к этому: «Буду петь Господу во всю жизнь мою, буду петь Богу моему, доколе есмь» (Пс. 103. 33) и «Буду восхвалять Господа, доколе жив; буду петь Богу моему, доколе есмь» (Пс. 145. 2) .

3 Образ сознательного и мужественного «полета в неизвестность», вы­ ражающий самоощущение армии, оторвавшейся от родной земли, стал лейтмотивом многих высказываний Врангеля начала 1920-х г. В данном г случае, возможно, имеется в виду приказ главнокомандующего от 29 октя­ бря 1920 г при эвакуации Белой армии из Крыма, в котором сказано: «Для .

выполнения долга перед армией и населением сделано все, что в пределах сил человеческих. Дальнейшие наши пути полны неизвестности. Другой земли, кроме Крыма, у нас нет. Нет и государственной казны. Откровен­ но, как всегда, предупреждаю всех о том, что их ожидает» (Цит. по:

В.Г.Бортневский. Загадка смерти генерала Врангеля. СПб., 1996.

С.89; да­ лее — Бортневекий), или приказ от 1января 1921 г «Позади —поруганная.:

Россия, ряд дорогих могил, разбитые надежды... Впереди —неизвестность .

Но милостив и справедлив Господь» (Там же. С.96) .

Галлиполийская мистика Л. В. Карташева исключительно благополучно. Н о история расскажет, что пережили беженцы. Ведь были суденышки, которые пошли на дно моря. Люди, незарегистрированные никакими ста­ тистиками, пали жертвами этой эвакуации... Н о в дальней­ шей эвакуации для людей, бывших на судах, страдания до­ шли до геркулесовых столпов... Одни продавали все уцелев­ шее для куска хлеба, бежали в Константинополь, на Балка­ ны, обращались в людей потерянных. Это нужно учесть и нужно сказать, что у русского народа много долготерпения .

Другие, наконец, не выносили всего, и падений было мно­ го. И вот в таком положении были и части войск, и бежен­ цы были брошены в Дарданеллы; и в проливах Мраморного моря, в Архипелаге — всюду были эти гнезда. Тут им прихо­ дилось, так сказать, забыть свое человеческое существова­ ние, обращаться в рабов... Все это должно было совершить­ ся неизбежно... к этому подготовляла иностранная мысль, имевшая единомышленников в виде наших беженцев. И вот замечательна судьба отдельных этих гнезд. Там, где лю­ ди перешли к самоопределению, распусканию частей, пере­ ходу в положение беженцев, там их силы моральные быстро пошли на убыль. Такова судьба наших беженцев в Констан­ тинополе. В лагере это картина подавляющая и угнетающая .

Был я и в лагерях у Чаталджи и других3, где они пущены на волю, но без возможности обрести труд, уходить — тоже картина неотрадная. Они тоже распадаются, разбегаются, куда глаза глядят. На Лемносе выброшены казацкие части .

Там было тысяч 303. Там, благодаря политическому курсу автономных политиков,3 была закрыта возможность сохращВ районе турецкого города Чаталджи, а также на острове Лем­ нос по решению командования французского оккупационного кор­ пуса были размещены эвакуированные из Крыма казачьи части .

3 Н а Лемносе находилось несколько более 16 тыс. человек .

3 По-видимому, имеется в виду деятельность в Чаталджи и на Лемносе различных, нередко соперничающих казачьих политичес­ ких организаций, что отличало эти лагеря от Галлиполи, где автори­ тет командования армией был бесспорен .

Наталья Самовер няться в виде армии исключительно, были свои казацкие силы, были открыты надежды, что их существование будет благополучнее, дальше от того, что можно назвать военной каторгой. Вот на Лемносе сохранение военных частей про­ шло в последней линии, конечно, не так, как в местах с рас­ павшейся военной организацией, но без ярко проявившего­ ся военного духа. И лишь в одной группе, в Галлиполи, ру­ ководители состава военных частей остановились на зада­ чах сохранения себя как армии, отражать себя как силу, го­ товую бороться с неравным врагом, идущей путем великим, что подымает людей и без чего люди становятся маленьки­ ми. И вот совершилось то, что было в порядке вещей мо­ рального мира. Эти части остались не только на высоте сво­ ей но стали гигантски расти глубоко, морально, нацио­, нально... Вот маленький опыт, который произошел в Галли­ поли. Он должен нам напомнить об одной истине, что ни­ что не может стать на ноги без чего-нибудь высокого и мо­ рального. Этого не могло не случиться с частью нашей ар­ мии, потому что в этом столкновении духовных здоровых сил армии, которые проявились в борьбе с большевиками, при том длительном подвиге, при тех жертвах, которые бы­ ли ими принесены, создалось одно ядро, носившее эти заве­ ты, и оно не могло сойти на нет. И это ядро было в нашей былой армии, йвот вокруг этого ядра, не потерявшего духа и сердца, это и совершилось. И вот к чему мы должны пре­ клониться и на что мы можем рассчитывать, ибо это есть многое, на что мы кладем расчет для спасения России.. .

Галлиполи — это опаленная солнцем южная пустыня .

В историко-культурном отношении местность интерес­ ная для археологов и унылая для европейца. Это зрелище жалких греков и турок, живущих сонной жизнью, пред­ ставляет тяжелое впечатление. Вот в эту тяжелую обста­ новку попали наши военные, наши солдаты, после страш­ ной встряски. Выброшены эти сорок тысяч3 были еще Численность корпуса, включая гражданских лиц, составляла около 30 тыс. человек .

Галлиполийская мистика Л. В. Карташева 373 при худшей обстановке, зимой, в январе3, среди дождей и без малейшего крова. Высадились и залегли в жидкую грязь, на свои промокшие шинели. Домов мало, местечко вроде нашего Бахчисарая, Кокенеиза4, разрушенное вдо­ бавок землетрясением4 ; немного лачуг, занятых жалким местным населением. Были надежды на палатки; но в данный момент — ничего. В самую тяжелую безнадежную минуту все казалось, что из жилищ выходит какой-то ды­ мок, светится какой-то огонек, есть обещание какой-то пищи... Н о за двумя балками лежит долина, которая была назначена французскими властями для заселения нашим войскам... Это была уже совершенно пустыня. Туда поехал командующий генерал Кутепов верхом в надежде хоть что-нибудь увидать, но увидав эту ужасную долину, сам сознался, что почувствовал приступ отчаяния... Н о все-таки вернулся, объявил, что нужно прийти к порядку, чтобы путем перенапряжения начать новую жизнь, ибо в про­ тивном случае толпа может растерзать начальников, как это бывало... Ведь нужно было большое мужество, чтобы путем дисциплины спасти людей. Была построена гаупт­ вахта, на которую здесь, в Европе, смотрят как на жуть, ужас, — но это было якорем спасения. Каждый почувство­ вал, что он воин, стоящий на службе, на подвиге. И вот начался подвиг. Было боязно все потерять; но опять нуж­ но было работать под стужей и дождем; были разрушен­ ные старые стенки, расположились под ними, покрыли, устроились в землянках и так пережили самую трудную неделю. Затем возможность спасаться как-то от холода, голода — всем этим занялось некоторое время. Начало строиться войско. Началось удаление людей малодушных .

Появилась изобретательность. Срубили все ветки, взяли 59 Транспорты с частями 1-го корпуса начали прибывать в Галли­ поли с 11 ноября 1920 .

Имеется в виду поселок Кекенеиз на южном берегу Крыма .

41 Город Галлиполи сильно пострадал от землетрясения в ночь на 24 июня 1912 .

Наталья Самовер все камни, устроили жилища, потрясающие своей аскети­ ческой обстановкой. И после 7-8-месячного переустрой­ ства появились палатки американские4, и люди стали по­ дыматься на кровати... И стали заботиться о красоте. Д о­ шли до тонкостей, ибо русский человек, став на ноги, не может не красоваться, не стремится к красивому, и вот та­ ким образом из спасительных одеял американских4 по­ 3 явилась церковь4 и иконостасы из консервных банок, по­ явились художники, металлисты, архитекторы, музыкан­ ты и т.д. Жизнь наладилась с громадными жертвами, с громадным трудом, ибо были моменты, когда эта жизнь была под ударом политических директив покончить эту «игру в солдатики», когда приходилось ставить вопрос о том, как быть вообще, оставить ли армию или отдать ее на поток и разграбление. Н о в нужный момент дух армии, направленный на верную дорогу, дал возможность ея ру­ ководителям издать приказ, дающий возможность всем недовольным покинуть армию... Н о таких почти не бы­ ло4, ведь, с одной стороны, неизвестно, куда идти, с дру­ гой, видно, что жизнь стала налаживаться. А когда иност­ ранцы ударили по армии, когда сказали, что ГлавнокоПалатки (французские, а не американские) были выданы при­ бывшим в Галлиполи уже на следующий день после высадки первых частей корпуса. Еще несколько дней заняла их установка .

Присланных Американским Красным Крестом .

4 Позднее, в период его расцвета в лагере и на территории само­ го города Галлиполи было создано девять временных храмов, не счи­ тая ранее существовавшей греческой церкви .

4 Речь идет о приказе командующего корпусом от 23 мая 1921, позволявшем всем желающим покинуть армию и в трехдневный срок перейти на положение беженцев (с последующим выездом в Бразилию, Советскую Россию или Болгарию по выбору). Этот приказ явился ответом на давление со стороны Франции и ультима­ тивные требования о роспуске армии. В следующие три дня армию покинуло 4,75% офицеров и 12,53% солдат (сведения приводятся по:

Русские в Галлиполи. Сб. ст. Берлин, 1923. С.428. Далее — Русские в Галлиполи) .

Галлиполийская мистика А. В. Карташева 375 мандуюший — не Главнокомандующий, тут армия реши­ лась не сдаваться4. Таким образом слепые политики ее только укрепили. Армия русская нашла вдохновение в своем существовании. Стала на правильном пути. Умень­ шившись количественно, она выиграла качественно, именно, когда душа армии встала на правильные рельсы, вся ея жизнь, все страдания возвышали дух, как это дела­ ется у пустынников. Галлиполи вЗобще занималось упо­ рядочением армии, прониклись и вдохновились красотой этой, жизнь стала какой-то не технически построенной, но вдохновенной. В Галлиполи мне удалось видеть истин­ ную красоту. Мне говорят, что всякая красота имеет заку­ лисную сторону. Н о все-таки то, что достигнуто в смысле военной организации, это не есть только показной парад .

Что особенно поражает и умиляет, это фанатическое сбе­ режение обломков, жалких остатков орудий — символов того, что должно бы напомнить Россию, вдохновленное отношение ко всему, что напоминает родину. Конечно, были и нарушители порядков, были расстрелы4, но к ним находящиеся в армии отнеслись как к должному. Началь­ ники были суровы, но глубоко справедливы, а русские люди любят начальника справедливого, начальника даже сурового. Н о были и слабые, жалобы которых дают воз­ можность говорить, что Галлиполи это плен, ужас и т.д .

Галлиполи — это военный лагерь, в котором людям не сладко, но ведь надо осмотрительно относиться ко всякой критике, ведь мы всех можем назвать извергами — это поИмеется в виду официальное сообщение французского прави­ Л тельства от 17 апреля 1921, в котором утверждалось, что русская а р ­ мия более не существует, и главнокомандующий генерал Врангель утратил свои полномочия. В целях сохранения армии Врангель и Кутепов отказались подчиниться диктату Франции .

47 По официальным данным, за время пребывания 1-го корпуса в Галлиполийском лагере по приговору военно-полевых, полковых судов и корпусного суда были расстреляны семь человек (Русские в Галлиполи. С. 197). В целом же при обилии мелких дисциплинарных нарушений преступность в Галлиполи была исключительно низка .

376 Наталья Самовер славянски. Н о не следует принимать йсего сказанного го­ лословно. Галлиполи поражает нас тем, что здесь вы мо­ жете увидеть то, что видели в хорошее время русской жиз­ ни. Здесь царит справедливость. Это есть достижение по­ рядка в армии, и это должно считаться колоссальным. Тут помимо воли, ума, таланта начальников, перенесших бури гражданской войны, помимо этого приходится учитывать духовную жизненность нации русской. О на начала борьбу, выделила из себя борцов, многих потеряла, но она дала представительство моральное и упорное, и это были серд­ ца руководящего меньшинства, и так всегда совершается в жизни. Это и создалось в Галлиполи. Это и есть те, кото­ рые составляют части, которые мы сохранили и вывели;

ибо нация в борьбе с захватчиками выражается в носите­ лях ея оружия.. .

Галлиполи по внешности как бы наше военное поселе­ ние в Крыму, ибо здесь русские бараки, русская коменда­ тура, но все построено по-старому, я сказал бы, по-старо­ режимному (в лучшем смысле этого слова), но всем это нравится, всех это радует, в этом видят игру в «дом». Все окрестности обстроились, расторговались, потому что рус­ ские восстановили Галлиполи. Кроме того, украсили, не говоря уже о случайных картинах в виде изображения Кремля4, разными русскими вывесками. Вообще это — ча­ стица России. Этим они себя поддерживают. Даже их охра­ нители — желтокожие сенегальцы4 — обучаются по-русскому и говорят на этом языке. В Галлиполи — всякие уч­ реждения. Существует здесь и артиллерийский парк, и ра­ диостанция, правда, с ограниченным правом действий — разрешается только принимать, но не посылать; но функ­ 4 Картина, нарисованная на стене одного из полуразрушенных зданий в Галлиполи юнкерами Александровского генерала Алексее­ ва военного училища .

4 Еще одна ошибка стенограммы. Французский гарнизон Галли­ поли состоял из батальона чернокожих сенегальских стрелков под командован ие м офи церов-е вропе й в .

це Галлиполиискан мистика Л. В. Карташева ционировала она очень хорошо, и в день разгона голодно­ го комитета в Москве5 я мог узнать о судьбе, постигшей '1 членов этого комитета, по радиотелеграфу. Эти все сведе­ ния печатаются в Галлиполи и развешиваются там для чте­ ния армии5. Таким образом армия питается этими сведе­ ниями, а частью и парижскими известиями. Галлиполий­ ский лагерь представляет собою следующую картину: это белые правильные палатки, расположенные на громад­ ном, необозримом поле; расположены оне по полкам; но все-таки ведь это имеет вид жилищ, правда, и плохих и сы­ рых, в которых есть и тарантулы, и сколопендры. Н о люди находятся в труде и создают себе все возможное для ком­ форта. Такое длительное несение подвига — явление небы­ валое до сих пор, в такой обстановке особенно. Правда, нечто подобное было и на передовых позициях во время войны. Н о ведь тогда это было лишь временно, в ожида­ нии впереди отдыха, а тут навсегда, без просвета впереди .

И подвиг этот был подвигом исключительным... Галлипо­ ли устроило свое существование не только как существова­ ние армии. Не было в дальнейшем ни фронта, ни войны, а только надежда. Есть Главнокомандующий, который о нас заботится, он выведет нас на дорогу. Он имел мужество сказать при попытке разоружения армии, чтобы оружия не сдавать и употребить его лишь по его приказу5. Вот это спасало дух армии и дух лагеря. Хорошие начальники этот т Всероссийский комитет помощи голодающим (Помгол), уч­ режденный декретом ВЦ И К от 21 июня 1921 и распущенный 27 ав­ густа, причем большинство членов комитета, принадлежавшие к ло­ яльной большевикам общественности, тут же были арестованы .

5 Речь идет об «Информационном листке», ежедневно издаваемом штабом корпуса и вывешиваемом для сведения обитателей лагеря .

5 Имеется в виду разоружение врангелевской армии, предприня­ тое французскими властями во время стоянки кораблей на констан­ тинопольском рейде. Часть вооружения тогда удалось сохранить .

Вторая подобная попытка, предпринятая французами уже во время пребывания корпуса в Галлиполи в декабре 1920, натолкнулась на категорический отказ русского командования .

Наталья Самовер путь открыли. Галлиполийский лагерь, ввиду его почти ис­ ключительно интеллигентного состава офицеров, кото­ рый, с другой стороны, состоит из несколько пониженно­ го офицерства военного времени, весь Галлиполи обраща­ ется на учащееся положение. Были основаны первона­ чальные фельдфебелевские курсы, офицерские курсы, бы­ ли основаны училища военные, новые военные учили­ ща — до 8 военных училищ, военно-технические курсы .

Была основана школа типа высшего технического образо­ вания. Были основаны курсы для старых офицеров, пол­ ковников, училища для юных5... Учились чему было воз­ можно и чему хотели. Начальство охотно поддерживало всякую инициативу, всякое начинание интеллигентных сил, пользуясь помощью Красного Креста, Городского С о ­ юза, иностранных обществ5, и развернуло духовную жизнь как могло. Поощрили и искусство, и художество, музы­ кальные кружки5; все здесь делается своими руками, все музыкальные инструменты; основные части привозились из Константинополя, но остальное было дополнено, напр.имер из банок из-под консервов... Не имея цер­ ковной утвари, они создавали ее из них, и, смотря на пора­ зительные причудливые кресты, диву даешься, как это можно из ничего окружить себя таким искусством. И те­ перь это все поразило всех восточных людей, турок, кото­ рые, боясь иностранцев, смотрят теперь на русских самым умиленным образом; ибо кроме того, что они принесли 5 В Галлиполи действовало около сорока военных и гражданских учебных заведений (как эвакуированных из России, так и вновь о с­ нованных) и курсов, школы грамотности при отдельных частях, гимназия .

5 Помимо французского правительства галлиполийцам оказыва­ ли помощь Всероссийский Земской Союз, Всероссийский Город­ ской Сою з, американский, бельгийский, международный Красный Крест .

5 В Галлиполи существовало около двадцати отдельных научных, литературных, театральных и художественных кружков .

Галлиполийская мистика А. В. Карташева деньги в Галлиполи, — 1 лира в месяц офицерского жало­ ванья5 — но от них исходят все культурные силы, все куль­ турные начинания в Галлиполи. А между тем, говорят они, что во время кратковременного пребывания здесь англи­ чан5 не только 4-ногие, но и 2-ногие иногда страдали... А теперь Галлиполи хорош о поддерживается, и это дело рук русского лагеря; такого великолепия здесь еще никто не видал. Русский народ умеет развернуться и в пороке, и в добродетели, и ю т теперь при желании учиться сам этим преобразил Галлиполи. Образчиком этого является поко­ ление молодое, главным образом, значит, то самое, кото­ рое составляет надежду России, которое, к сожалению, мы должны это констатировать, должно было быть очень из­ ломано гражданской войной, и эти изломы будут еще дол­ го жить и невольно отразятся на жизни будущего. И вот это поколение появилось перед нами, во-первых, стосковав­ шимся по труду, но и жизнеспособным; можно теперь ска­ зать, что в среде нашей армии мы видим больше, чем ар­ мию, не только надежду, но факт возрождения. Ведь надо сказать, что далеко не всегда наши деятели военные и гражданские были на нужной высоте, когда учили, что нужно воевать за самостийную Украину или за ту или иную часть, а не за всю Россию... Когда бывают правильные стремления, получаются и правильные достижения, пра­ вильные результаты, возрождение. Если бы вы увидели это собрание молодежи в военных училищах, вы должны были бы удивиться: таких детски-ясных. бодрых, радостно-смотрящих лиц мы давно уже не видали. С о времени револю­ ции все смешалось: человек стал неблагообразен. ВыстуОбитатели Галлиполийского лагеря не получали регулярного жалования. Его заменяли более-менее регулярные разовые выплаты, причем офицерам полагалось 2, затем 1,5 и наконец 0,5 турецкой ли­ ры — мизерная сумма, далеко не достаточная для жизни (Русские в Галлиполи. С.78) .

5 В ходе войны Галлиполи поочередно занимали турецкие, не­ мецкие, английские и французские войска .

380 Наталья Самовер пил новый тип бесчеловечного комиссара, жестокого, лгу­ щего себе и другим. И естественно, что мы даже и забыли такие лица. Ведь лицо есть ваше отражение. Мы все учили, что лицо есть зеркало души, и ведь это так и есть; и здесь такие на редкость красивые лица, что вы испытываете ток .

Мне в своей педагогической деятельности приходится сталкиваться со многими лицами, но никогда, во всю жизнь, не было такой красивой толпы .

Мы, люди известного направления, мы давно мечтали иметь патриотическое юношество, но для этого не было условий — это был патриотизм либо военный, классо­ вый, либо заменялся он картиной другого — социалисти­ ческого, интернационального, в котором было много и с­ кренности, но не было такой красоты, которую встреча­ ешь тут. Здесь есть достижение, которого у нас раньше не было, и это достижение уже технически существует, у нас есть армия, цель которой — борьба против большевиков, и это есть вера в то, что Россия воскреснет, что нация не только способна воскреснуть, но она воскресла, это уже факт; на это мне скажут: да, но ведь это все гашиш о с о ­ бенной лагерной обстановки, она создала эту игру; когда они уйдут в нормальную обстановку, они распылятся. Да, конечно, в известной мере. При переселении армии на Балканы для мирного строительства от Галлиполи при­ дется многое оставить, изменить. Н о есть нечто, что не­ возможно будет уничтожить, — это сознание своего братства. Это рыцарский орден, который у нас не в моде, но в духе5, и тем жизненнее он, что он вылился в форму национальной армии, и армия эта непобедима, нераспыОпечатка в стенограмме. По-видимому, следует читать «не в во­ де, но в духе». Карташев перефразирует приведенные в Евангелии слова св. Иоанна Крестителя «я крещу вас водою, но идет Сильней­ ший меня, у Которого я недостоин развязать ремень обуви; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем» (Лук. III. 16). Имеется в виду духовный характер галлиполийского братства .

Галлиполийская мистика А. В. Карташева 381 ляема, ибо она выше всего этого. Я видел там группу пре­ подавателей разных возрастов и отраслей. И какие у них лица... С каким они видом преподают... что говорят, пи­ шут, создают; тут, конечно, скептиков не видно, а мысль, что это только временно, отсутствует. Один вид этих пре­ подавателей скажет нам, что то, что кажется нам невоз­ можным, недостижимым нам, возможно в Галлиполи .

Все поведение людей там морально тонко. Вот мы здесь грыземся, очень невоздержанны на взаимные ругатель­ ства. В Галлиполи политическая жизнь течет свободно, там люди имеют духовный досуг; в отличие от неизвест­ ных беженцев, которые ушли в Константинополь на по­ иски заработков, они не продают тела, не валяются гденибудь под забором, они работают, они учатся и будут учиться, и в этом состоянии они творят. В Галлиполи му­ зыкальное творчество, своя литература5, есть свой стиль .

Вы скажете “ военный... Нет. Есть своя сатира, от кото­ рой достается всем до высшего начальства включитель­ но. Она безобидна, высказываются упреки, например что тому-то есть привилегии, те-то получили паек, а эти нет, но это безобидно как среди близких, своих родных — и здесь есть правда. В Галлиполи есть устная газета6 об ­ ", мен мыслей по всем политическим вопросам. Они знают все, что делается, как говорят о них, что творится в Р ос­ сии, подымаются самые разнообразные вопросы: одни говорят за, другие — против, без злобы, ожесточения, гоw В лагере существовали несколько хоров (солисткой лучшего из них — хора Корниловского полка — была знаменитая певица Н.В.Плевицкая), духовой оркестр и хор балалаечников. В разное время выходили более десяти рукописных и машинописных журна­ лов, в том числе юмористические .

60 «Устная газета», организованная Всероссийским Земским с ою ­ зом выходила несколько раз в неделю. Сам Карташев во время пре­ бывания в Галлиполи выступал на одном из сеансов «Устной газеты»

с докладом «Оправдание вооруженной борьбы с большевизмом»

(Русские в Галлиполи. С.409) .

Н атал ья Самовер ворят о республике и о м он архи и, лежа в одной постели, н о все это тихо, покой но, не горячась. Общий уклад ж и з ­ ни бл изок к м онасты рском у; люди живут в праведности, и это не п ок азн ое. Вы здесь встречаетесь с самы ми р а з ­ н ооб разн ы м и людьми, и все говорят одно: Кутепова мы уважаем, сам опыт показал, что о н действовал правиль­ н о. М ы здесь встречаем явление, действие против к от о­ р о г о является сознательными и преступным к ощ ун ст ­ вом. Э т о явление таково: это есть подвиг арм и и в в е р н о ­ сти ея традициям, заслуга ея заключается в возлож ении на себя исполнения чего-то вы сш его, т.е. воли сам ого р у сск ог о народ а. Уже великая война ввела в ряды войск элементы невоенны е, а граж данская война выдвинула в Р осси и сов е р ш е н н о новые элементы — появилась к о р ­ ниловская традиция; создать условия для вы раж ения о с ­ вобожденной воли народной, не предреш ая ея пути, не насилуя воли ея, — в этом традиции К орнил ова. Здесь люди живут в символах старых и новых, которы е он и п риобрел и, н о среди этих сим вол ов нет н ац ионал ьного гимна, и это свято, люди молчат во имя встречи с волей народа. Ведь это сам ое тяжелое, это показывает нам, что душа н аш а обеднела; и о н и понимают, что это н уж н о для н арод а, к от ором у о н и должны служить. В этом мудрость генерала Кутепова, который л ично является убежденным м онархистом. Тут понимаю т, что за Армией стоит Р о с ­ си я, и это обязы вает к собл ю д ению национальной ли­ нии. Такой национальный путь не имеет такой красоты, не имеет к орон ы... Н о сл ож ил ась мысль, что без этого тяжелого пути н ев озм ож н о благополучие, будет лишь подобие ребенка, который тянется к огню. А рм и я гото­ вится встретиться с Россией, готовится встретиться не только в качестве вои н ов, н о людей учащ ихся, р аб от аю ­ щих. Генерал Врангель в од н о письме писал: «Сейчас ви­ дел галлиполийцев, которы е едут учиться в Прагу. Какие прекрасны е люди». Я видел в К онстантинополе студен­ тов, которы е ехали в Прагу; н о это не то — это забитые, Галлиполийская мистика А. В. К арташ ева молчаливые. Их пускали туда лишь при условии не зани­ маться политикой, так как у власти там с.-р.; тут этого нет6 .



Pages:   || 2 |

Похожие работы:

«ДОКЛАД (1) Уважаемый Сергей Валентинович, уважаемые депутаты, односельчане и гости поселения! Сегодня мы подводим итоги деятельности администрации, главы поселения, оценим достигнутые результаты, и определим основные задачи и направления нашей деятельности на 2013 год в соответствии с 131 ФЗ "Об общих принцип...»

«Анри Шарьер Мотылек Серия "Папийон", книга 1 Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6665716 Мотылек : роман / Анри Шарьер: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург; 2014 ISBN 978-5-389-07325-8 Аннотация Бывают книги просто обреченные на успех. Автобиографический роман Анри Шарьера "Мо...»

«3 Приложение № 1 к приказу Воронежского института МВД России от _.. 2016 № _ ПОЛОЖЕНИЕ о подготовке научно-педагогических кадров в Воронежском институте МВД России1 I. Общие положения 1. Подготовка научно-педагогических кадров осуществляется в институте в соответствии с законодательством Российской Федерации,...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Сибирский федеральный университет С.В. Бойко, Е.В. Прокатень ОБЩАЯ ГЕОЛОГИЯ Допущено Учебно-методическим объединением вузов Российской Федерации по обра...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "САРАТОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ" "УТВЕРЖДАЮ" Первый проректор, проректор по учебной работе С.Н. Туманов "_"_2012...»

«1 ПРЕЦЕДЕНТНАЯ ПРАКТИКА ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА ПО ВОПРОСУ ДОПУСТИМОСТИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ Гринина А. С.1, Пустовая М . И.2 Гринина Анна Сергеевна – преподаватель, кафедра государственно-правовых дисциплин, Южный институ...»

«М.Н. Могачев СЕРИЙНЫЕ ИЗНАСИЛОВАНИЯ Москва • "Логос" • 2003 УДК 340 ББК 56.14 М74 Могачев М.И. М74 Серийные изнасилования. М.: Логос, 2003. 288 с. I8ВN 5-94010-192-5 Настоящая работа посвящена изучению о д н о й из наиболее опасных кате­ горий преступников серийных насильник...»

«БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ УТВЕРЖДАЮ Проректор по учебной работе _ А.В. Данильченко "_20" 06 2014 г. Регистрационный № УД-62-76/ р. ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРОИЗВОДСТВО Учебная программа учреждения высшего образования по учебной дисциплине для специальности: 1-24 01 02 "Правоведение" специализация 1-24 01 02 02 Хозяйс...»

«ISSN 2304–1587. Вісник ОНУ ім. І. І. Мечникова. Правознавство. 2014. Т. 19. Вип. 3 (24) реЦеНЗіЇ УДК 342.9 (477) А. И . Миколенко доктор юридических наук, профессор Одесский национальный университет имени И. И. Мечникова, кафедра админист...»

«Список избирательных объединений, имеющих право участвовать в дополнительных выборах депутата Совета народных депутатов поселка Городищи Петушинского района Владимирской области четвертого созыва по одномандатному избирательному о...»

«ЮРИДИКАЛЫК АТООЛОРДУН ЖАНА БАШКА ТЇШЇНЇКТЄРДЇН ОРУСЧА-КЫРГЫЗЧА СЄЗДЇГЇ РУССКО-КЫРГЫЗСКИЙ СЛОВАРЬ ЮРИДИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ И ИНЫХ ПОНЯТИЙ Рекомендован: Институтом языка и литературы имени Ч.Т. Айтматова при Национальной академии наук Кыргызской Респуб...»

«оружие \ \ бесствольное оружие 13 декабря этого года исполняется 10 лет с того момента, как Президент России Борис Ельцин подписал Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии", по сей день...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования ДАГЕСТАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Филиал в г. Избербаше КАФЕДРА ЮРИДИЧЕСКИХ ДИСЦИПЛИН АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИСПРУДЕНЦИИ ГЛАЗАМИ МОЛОДЁЖИ Сборник материалов студе...»

«Владимир Николаевич Першанин Я – бронебойщик. Истребители танков Серия "Война. Штрафбат. Они сражались за Родину" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=7270776 Я – бронебойщик. Истребители танков/ Владимир Першанин: Яуза: Эксм...»

«Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования "СИБИРСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ Кафедра уголовного процесса и криминалистики УТВЕРЖДАЮ Заведующий кафедрой подпись инициалы, фамилия " " 2017 г. ДИПЛОМНА...»

«Inspiron 15 7000 Series Руководство по обслуживанию Модель компьютера: Inspiron 7548 нормативная модель: P41F нормативный тип: P41F001 Примечания, предупреждения и предостережения ПРИМЕЧАНИЕ: Указывает на важну...»

«Изменения и тенденции в регулировании ТЭК России и мира: в фокусе IV квартал 2016 При участии Московского Выпуск февраль 2017 года нефтегазового центра EY Аналитический центр при Правительстве Российск...»

«Бочаров Николай Николаевич ПРАВОВОЙ РЕЖИМ ЗЕМЕЛЬНОГО УЧАСТКА КАК ОБЪЕКТА ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ ГРАЖДАН Специальность 12.00.03 – гражданское право; семейное право; предпринимательское право; международное частное право Диссертация на соискание учен...»

«Сремски Карловци Алексей Арсеньев РУССКАЯ ЭМИГРАЦИЯ В СРЕМСКИХ КАРЛОВЦАХ Вступление: Сремские Карловцы1 Сремские Карловцы (Сремски-Карловци) – живописный городок, в котором сегодня проживает до 10 тысяч жителей, преимущественно сербов, расположен между двумя холмами Фрушка-Горы, на правом берегу Дуная, вдоль в...»

«Юридический факультет Кафедра гражданского права и предпринимательской деятельности ДОКАЗЫВАНИЕ И ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В ГРАЖДАНСКОМ И АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССЕ Методические рекомендации к написанию курсовой работы для студентов всех форм обучен...»

«Законодательная база Грузии по распределению обязанностей между компетентными органами по информированию и участию общественности в свете Конвенция о Трансграничном Воздействии Промышленных Аварии Александр Миндорашвили 4-7 декабря 2007 г.Киев В грузии правовые основы в области предотвращен...»

«ЭЛЕМЕНТЫ ПРЕВЕНТИВНОЙ ПРАВОЗАЩИТЫ СБОРНИК консультативных и иллюстрационных материалов к семинару "Гражданин и следствие. Правовые и психологические аспекты" VII выпуск СОДЕРЖАНИЕ Предисловие..Вопросы права...»

«Координационный центр по утверждению трезвости и противодействию алкоголизму при Отделе по церковной благотворительности и социальному служению Русской Православной Церкви Е.Б. Савостьянова Группа трезвости при храме: руководство для ведущего Лепта Книга Москва УДК 271.2-774-...»





















 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.